Текст книги "Философия"

Автор книги: С. Ан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 31 страниц)

Под знаком своеобразного «антропологического бума» в философии прошел XX в. К этому времени произошли серьезные изменения в подходах к осмыслению человека. Эти изменения оказались связанными со становлением антропологии как особой философской дисциплины. Главным предметом изучения становится духовный мир человека, а все остальное располагается на «периферии».

Философско-антропологический подход имеет дело не с фактом человека как объекта научного познания (биологического, психологического, социологического и т. д.), а с фактом человека как субъекта самопознания. Субъективный мир человека предстает как особая вселенная, являющая собой центр мироздания.

С философско-антропологической точки зрения человеческая духовность превосходит все природное бытие, принципиально не сводима к нему, ибо человек для неё является сверхприродным субъектом. С другой стороны, человек, поставленный в центр мироздания, предстает как малая вселенная, включающая в себя все качества вселенной большой. В человеке скрыты тайные космические силы. Глубинные проявления человеческой субъективности, такие как страх, гнев, эротическое влечение и другие являются лишь аналогами таинственных космических сил. Древнее изучение «познай самого себя» приобретает новое звучание – познавая себя, познаешь глубинную сущность вселенной, недоступную приямому наблюдению. Человек заключает в себе целый мир в зародыше. В нем, словно в фокусе, сходится все многообразие живого и неживого мира. Но это значит, что судьба человека зависит от судьбы природы. Человек ответствен за весь строй природы.

Таковы некоторые из исходных идей, характерных для современной философской антропологии. Многие из них имеют мистическую окраску, тайну.

Если понятие «человек» вообще предстает как некая абстракция, то понятие «личность» – как экзистенция. Экзистенция – это человеческая самость (от слова «сам»). Это моё «я». Экзистенция говорит о том, что человек созидает самого себя не по заранее заданному плану или готовому образцу, а самостоятельно, в своем внутреннем мире. Наличие внутреннего «я» несомненно для каждого, но оно ускользает от прямого и непосредственного определения. Однако без попыток

определить своё «я» жизнь личности невозможна. Философская антропология подчеркивает важность обращения к своему «я» и невозможность того, чтобы ограничиваться объективно-научным подходом. Другая сторона личности выражает её социальное лицо – то, как человек проявляет себя в мире общественных отношений: экономических, политических, морально-нравственных и других.

Таким образом, человек – существо довольно сложное, представляющее собой переплетение явлений космических, биологических, экзистенциальных и социальных.

4. Природное и общественное в человеке. Биологическая природа человека включает в себя феномен психического. Она опосредуется и преобразуется социальными факторами. Социальность человека раскрывается через феномен исторического, через многообразие человеческого опыта. В целом же человеческая природа трактуется как некая данность, которая погружена в процесс пересотворения «абсолютного движения становления» (К. Маркс). Человек – открытое существо, он переживает многочисленные метаморфозы, которые оказывают воздействие на природу вокруг него и в нем самом.

Философ эпохи Возрождения Пикоделла Мирандолла в своей «Речи о достоинстве человека» назвал человека своего рода «хамелеоном», способным имитировать все живые формы как вверху мироздания, так и внизу, как ангельские, так и демонические. Приведем цитату из данного произведения: «тогда согласился Бог с тем, что человек – творение неопределенного образа, и, поставив его в центр мира, сказал: «Не даём мы тебе, о Адам, ни своего места, ни определенного образа, ни особой обязанности, чтобы и место, и лицо, и обязанности ты имел бы по собственному желанию, согласно своей воле и своему решению. Образ прочих творений определен в пределах установленных нами законов. Ты же, не стесненный никакими пределами, определишь свой образ по своему решению, во власть которого я тебя предоставляю. Я ставлю тебя в центре мира, чтобы оттуда тебе было удобнее обозревать все, что есть в мире».

Идея человеческой природы как незавершенной возможности, проявляющейся в бесконечных вариациях необычного, специфического бытия, жизни как приключения саморазвития, в ходе которого несовершенство оказывается благодатным свойством, изъян превращается в достоинство, а несомненное благо оборачивается злом, – таков возможный подход к осмыслению проблемы уникальности человека.

Именно в этом теологическом смысле человека можно назвать венцом природы как богоподобного существа. Человек стоит в середине между двумя противоположными бесконечностями, бесконечностью в великом и бесконечностью в малом. Он есть средоточие обоих миров – великого и малого; он первенец и венец природы, но завершенность, «огранку» получает в социуме.

Одна из глубинных потребностей человека – стремление к упорядочению, поиск объекта поклонения, социального идеала. Индивид, заброшенный в мир таинственных вещей и явлений, часто оказывается не в состоянии самостоятельно осознать назначение и смысл окружающего бытия. Он нуждается в ориентации, идеале, который бы дал ему возможность отождествлять себя неким признанным образцом. К. Маркс говорил: человек Петр, вглядываясь в человека Павла, начинает ощущать себя как человека.

Человек стремится понять самого себя. Все его попытки найти в себе специфически человеческое достоинство или дать автохарактеристику отражают действие механизма идентификации. Но это чувство весьма редкий феномен, оно удел избранных. Гораздо чаще человек – существо мятущееся, постоянно меняющее собственные представления о себе самом. Ему постоянно нужна опора, ему необходимо соотносить свое поведение с персонифицированным образом. Девочки играют в «дочки – матери», мальчики – в солдат. В детстве постоянно воспроизводится ритуал игры. В юношеские годы появляются общественные идеалы, которые могут персонифицироваться в образы конкретного человека: поп-звезды, политика и др. Эта естественная потребность отыскать или сотворить себе кумира.

Глубинным свойством человека, его природы, является потребность в фиктивном удвоении мира. И эту потребность он реализует в религии и в искусстве. Ибо человек есть не только существо, которое мыслит, но и существо, которое грезит. Человек способен также смеяться, острить, любить, лицедействовать, гневаться, ненавидеть.

Психика человека постоянно рождает процесс очеловечивания. На земле, в небесах и на море она усматривает присутствие образа человека. Вот почему, если исходить из общей антропологической теории, на экране постоянно нужен человек. Никакие спецэффекты, никакое множество безличной информации не может заменить потребности видеть на мерцающем экране живое человеческое лицо. Такова магия персонификации.

Немецкий философ Артур Шопенгауэр, говоря о человеке, выделял в его образе три компонента. Первое – то, что можно назвать личностью в широком смысле слова. Это то, что дано индивиду природой: телесность, красота, сила, здоровье, темперамент, ум и степень его развития. Второй компонент – это то, что человек приобрел в качестве члена общества: чины, богатство, имущество. Но есть еще одно слагаемое – каким выглядит человек в глазах других.

Шопенгауэр настаивает: чем больше источников наслаждения жизнью открывает в себе человек, тем счастливее будет. Здоровье, ум, мужество – разве не эти качества обуславливает счастье? По мнению мыслителя, природные данные личности являются первыми и важнейшими условиями счастья. Ценность личности абсолютна, тогда как значимость других (имеются в виду приобретенные блага) относительна.

С другой стороны, человек много значения придает собственному статусу – карьере, официальным почестям, внешним признакам благополучия. Порой и себя, как личность, ценит меньше, так как не вполне отдает себе отчет в том, где оканчивается его подлинность и рождается образ, сотканный из представлений социального окружения.

Человек, в основном, представляет собой совокупность общественных отношений. Индивид включается в социальное взаимодействие и становится социальным существом в той мере, в какой он способен «брать роли другого», то есть осваивать общие значения, предвидеть реакцию другого на свои действия, ставить себя на его место и тем самым становиться объектом для самого себя.

На протяжении всей своей жизни индивид меняет социальные роли, в каждую вкладывая сой жизненный опыт, внутреннюю мотивацию, и подчас и изрядную долю фантазии. Поведение человека регулируется не только той социальной ролью, которую в данный момент он выполняет, но и тем, как он себя «определяет». Люди не только зачастую не способны адекватно воспринимать свои социальные роли. Они ещё путаются в их череде. Ведь социальных масок у человека множество. И нередко те черты, которые присущи определенной роли, возникают в другой, которая может противоречить первой.

Механизм идентификации действует изощренно. Он опирается не только на психологические закономерности, социальные представления, но и на определенные социокультурные традиции. Так, например, российский зритель не сразу принял героев американских мультфильмов. Одна из загадок механизма персонификации: персонажей многосерийных лент зрители нередко воспринимают как реальных людей. Зрители привыкают к конкретному герою, сопереживают ему, испытывают потребность в продолжении его жизни на экране. Многообразие образов, реалистических, документальных, фантасмагоричных, эксцентричных каждый вечер ожидают многомиллионную аудиторию, удовлетворяя её томительную потребность в идентичности.

Человек испытывает постоянную потребность в том, чтобы обрести собственный имидж. Это глубинный психологический механизм, отражающий особенность человека как живого существа. Мы нуждаемся в постоянных самоудовлетворениях своей личности. Без этой психологической закономерности невозможно понять многие процессы, происходящие в политике, культуре, искусстве. Механизм идентификации обладает внутренней противоречивостью, которая отражает сложности самого процесса самопознания.

5. Проблема взаимоотношения человека и природы на фоне социальной и политической жизни. Философы во все времена осмысливали проблему взаимоотношения человека и природы в общественном и политическом аспектах. Интересна теория духа законов, предложенная французским просветителем Шарлем де Монтескье (1689–1755). Исходный пункт этой теории – сравнение рамочных условий общества с его правовым оформлением и идея естественного права. Он против естественного состояния войны всех против всех Т. Гоббса. Существуют для агрессивных и дружеских отношений естественные основания, которые Монтескье назвал природой вещей. На её основе складывается дух законов. В своем труде «О духе законов» он пишет: «На людей воздействуют, определяя их поведение, различные факторы, а отсюда, образуется один общий дух».

Эти факторы – природные данности:

• территория влияет на форму правления: большие страны склоняются к монархии, маленькие – скорее, к республике;

• в неустойчивых климатических зонах правление неустойчиво;

• кроме того, существуют такие исторические и социальные факторы, как религия, нравы, историческая традиция, формы хозяйства, но, прежде всего принципы управления.

Можно определить все эти факторы и по их «удельному весу» в каждом данном правовом состоянии.

Данные воззрения Монтескье были положены в основу географического направления в социологии, получившего название географический детерминизм. Данное направление в конце XVIII– первой половине XIX вв. поставило развитие общества в прямую зависимость от географических условий (климата, почвы, рек и т. п.). Признание географической среды главным фактором развития общества, по существу, означало натуралистическое, идеалистическое объяснение истории. Идея об определяющей роли природных условий в жизни общества выдвигалась уже античными мыслителями (Платоном, Аристотелем и др.) в противоположность религиозно-мифологическим воззрениям. В эпоху нового времени это направление сыграло определяющую роль в борьбе с феодально-религиозной идеологией, проповедовавшей божественную предопределенность общественных явлений. С середины 19 в. географический детерминизм сослужил роль обоснования вечности социального неравенства, оправдания колониальной экспансии.

Идеи географического направления подготовили почву для появления в эпоху империализма геополитики.

Геополитика – политическая доктрина, оправдывающая различные формы империалистической экспансии ссылками на данные экономической и политической географии. Те специфические свойства, которые географическое пространство обретает лишь в качестве элемента хозяйственной политики, выдаются за свойства самой Земли. Геополитика возникает перед первой мировой войной: немецкий географ Ратцель, рассматривавший государства как организмы, ведущие борьбу за выживание – за «жизненное пространство», за мировое господство.

Сторонники геополитики обосновывали правомерность империалистических взглядов на географическое пространство доводами мальтузианства и социал-дарвинизма.

Мальтузианство – антинаучная социальная доктрина. Названа по имени английского священника Т.Р. Мальтуса (1766–1834), изложившего в своем «Опыте закона о населении» взгляды, широко распространившееся в буржуазной общественной мысли, особенно в политической экономии, конца XIX в. Мальтус сформулировал некий надисторический закон народонаселения, согласно которому рост народонаселения происходит в геометрической, а рост средств существования – лишь в арифметической прогрессии. Отсюда он выводил противоречия общественного развития. Монтескье связывает возможность преодоления этих противоречий с предубеждением не обеспечиваемого экономического роста населения (регламентация браков, регулирование рождаемости), а также с «естественным» регулированием численности последнего посредством голода, эпидемий, войн и т. д. Основной задачей современного мальтузианства продолжает оставаться распространение иллюзий о возможности устранения социальных противоречий демографическими средствами

Так же антигуманна и социологическая теория социал-дарвинизма, рассматривающая в качестве главного двигателя общественного развития борьбу за существование и естественный отбор. Эта теория, распространившаяся в западной социологии в конце XIX в., основана на перенесении из биологии в социологию учения Дарвина. Некоторые современные сторонники социал-дарвинизма утверждают, что естественный отбор и борьба за существование продолжают действовать в человеческом обществе и по сей день. Иные же считают, что естественный отбор в чистом виде действовал в обществе ещё 100 лет, но затем в результате успехов в развитии науки и техники борьба за существование ослабла и создалось такое положение, что стали выживать не только наиболее приспособленные, но также и те, кто в прежних условиях был бы обречен на вымирание. В усиленном размножении этих «неполноценных» пропагандисты этих теорий видят корень почти всех социальных бедствий. В этом положении социал-дарвинизм смыкается с расово-антропологической школой в социальной философии – реакционном направлении в демографии.

Демография (греч. demos – народ и grapho – пишу; народописание) – наука о народонаселении. Но это и политика одновременно. Демография, как наука, изучает народонаселение и его изменение – как в целом, так и отдельные его группы по количественным и качественным характеристикам. Она исследует численность народонаселения, географическое распределение и состав населения по классам и общественным группам, занятиям, по полу и возрасту, национальности, языку, семейному состоянию, культурному уровню. При этом центральное место в демографии занимают процессы воспроизводства населения – рождаемость, смертность, брачность, продолжительность жизни, а также процессы миграции населения, влияющие на них факторы, вытекающие из них последствия.

Демографы установили, что в планетарном масштабе происходит неуклонный рост численности населения. К началу нашей эры на Земле (по приблизительным оценкам) насчитывалось около 200 млн человек. Для удвоения этого числа потребовалось 13 веков, но следующее удвоение произошло уже за 600 лет. К началу XIX в. на планете проживало 800 млн человек. К концу того же столетия – 1 млрд 700 млн, а в 1962 г. – 3 млрд 200 млн. К началу 2000 г. на Земле население превысило 6 млрд человек. Прирост народонаселения планеты в настоящее время составляет около 2 % в год, удваивается примерно каждые 35 лет. Даже при наличии уровня простого воспроизводства из-за диспропорции возрастной структуры (разницы между рождаемостью и смертностью) рост населения будет продолжаться 50–70 лет.

Проблема роста численности населения тесно связана с экономическими показателями и должна решаться с учетом темпов роста и уровня развития производства. Так, в условиях современной плохой социальной политики в России, Белоруссии и ряде других государств, происходит не рост, а сокращение численности населения.

Вместе с тем нельзя согласиться с теми демографами, которые утверждают, что остановить непомерный рост населения планеты и стабилизировать его численность можно лишь с помощью контроля над рождаемостью. Такая мера без учета социальных факторов и измерения в соотношении разных социальных групп будет односторонней. Демографические процессы определяются качественными условиями труда и жизни населения, представляя собой взаимосвязь социальных, экономических и экологических процессов.

Важно иметь в виду, что среди глобальных проблем современности проблема роста численности народонаселения является определяющей. При этом все увеличивающийся дисбаланс в потреблении, который в настоящее время составляет между богатыми и бедными странами 60: 1, – главная проблема XXI в. Более того, наличных природных ресурсов на планете при существующем уровне жизни в развитых странах достаточно для 1 млрд. человек (так называемый «золотой миллиард»). Предполагается, что в ближайшие пять лет модернизация технологических процессов позволит удвоить эту цифру до 2 млрд., и, тем не менее, по крайней мере, 4 млрд. человек, согласно жестким подсчетам социологов теории «золотого миллиарда», никогда не будут в состоянии подняться до уровня богатых стран. Но ведь и в богатых странах полно бедных. Вот почему перераспределение доходов между богатыми и бедными не только странами, но и людьми – настоятельный вызов нашего времени.

Таким образом, философия рассматривает природу как часть Вселенной, взаимодействующую с человеком. Философы также определяют человека как своеобразную Вселенную. Взаимосвязь человека и природы – это свойство Вселенной, это также одно из главных смысловых понятий философии на всем протяжении её развития.

Вопросы для самопроверки

10. Создает ли человек вторую природу?

11. В чем принципиальное различие между живой и неживой природой?

12. Что означают понятия «экогуманизм» и «биоэтика»?

13. Почему человек является центральной философской темой?

14. Что означают античные понятия «макрокосм» и «микрокосм»?

15. Кто из философов античности впервые уделил особое внимание осмыслению проблемы человека? В чем состояли особенности его подхода к человеку?

16. Что является главным предметом изучения философской антропологии?

17. Каковы исходные идеи философской антропологии?

18. Как взаимовлияют биологическое и общественное в человеке?

19. На каких основаниях можно судить о человеке как о существе открытом, незавершенном?

20. Назовите основные социально-политические теории взаимоотношения общества и природы, дайте им оценку.

Тема 14
Философский анализ общества

1. Размышления об обществе в истории философской мысли.

В предыдущих лекциях вы уже встречались с понятием «общество». Да и в обыденной речи мы часто употребляем это слово. Однако не многие из нас задумываются о некоторой разнице в философском и бытовом смыслах этого понятия. Чаще всего обществом называют простую совокупность людей, объединенных каким либо – признаком или интересом. В таком случае говорят об «Обществе любителей книги», «Обществе охраны природы», «Обществе дружбы» с каким – то иностранным государством. Можно допустить, что «общество» – это еще и группа людей, формально не организованная, но имеющая общие интересы и ценности. В таком случае мы говорим о «сообществе». Историки часто употребляют слово общество в качестве синонима понятия «народ», например, «российское общество» или «американское общество». В этом смысле слово общество уже обретает некий теоретический, обобщающий характер. Именно с попыток осмыслить теоретические закономерности развития человеческой истории начинает формироваться философское понимание общества. Постепенно в философии выделился целый раздел, в рамках которого и идет выработка концепций и поиск закономерностей возникновения, существования и развития общества – социальная философия (от лат. societas – общество).

Поисками оснований исторического процесса занимались все философские системы с древнейших времен, предлагая определенное видение и те или иные методологические установки для анализа общества. Древнеиндийская философская мысль выстраивает свою систему общества, отталкиваясь от антропоморфного образа безличного начала – Брахмы, считая, что люди произошли из различных частей его тела. Отсюда и строго иерархичное отношение между членами общества, объединенных в варны (касты) по признаку отношения к телу Брахмы. Сам Брахма есть онтологический прообраз общества, и в человеческом сообществе должна сохраняться иерархия, как и в божественном первоначале.

Представление об обществе как о едином организме – результат длительного развития философской мысли. Его зачатки появляются в античной Греции, где общество понимали как упорядоченное целое, состоящее из отдельных частей. Причина появления подобных взглядов проста: «часть» и «целое» – одни из самых разработанных категорий диалектического способа мышления, основы которого были заложены в Древней Греции. Однако понятие «система» – более позднего происхождения и сложнее для понимания. Платон в своих воззрениях на государственное устройство пытается решить проблему идеального общества, в котором регламентация индивидуальной и социальной жизни призвана, если не восстановить, то воспрепятствовать нарушению гармонии Космоса как целого. В древнегреческой философии общество понималось и как совокупность человеческих индивидов, объединяющихся для удовлетворения «социальных инстинктов». Такой точки зрения придерживался Аристотель.

В истории социальной философии одной из самых распространенных концепций общества стала так называемая концепция «общественного договора», согласно которой общество рассматривается как продукт произвольного соглашения индивидов, целью которого становится государство, образованное волеизъявлением свободных и независимых индивидов. Наиболее ранние взгляды на договорное происхождение общества и власти, выражающей его интересы, проявились в раннем буддизме и в учении Мо-цзы. Предпосылки договорной теории общества содержатся в сочинениях Эпикура и Лукреция, трактатах некоторых средневековых философов и богословов. Однако наивысшего расцвета теория общественного договора достигла в XVII–XIX вв. в учениях Т. Гоббса, Дж. Локка, Дж. Милля в Великобритании, Ж.-Ж. Руссо во Франции, И. Канта, И.Г. Фихте в Германии, А.Н. Радищева, П.И. Пестеля в России. Уже в XIX в. в учении О. Конта возникает критика договорной теории общества. Он считал, что истоки общества являются результатом действия некоторого абстрактного закона формирования сложных и гармонических систем. Г. Гегель так же отвергал договорную теорию и в «Философии права» противопоставлял ей трактовку общества как сферы экономических отношений, где всесторонне переплетается зависимость всех от всех.

Особо следует выделить взгляды мыслителей органической школы в социологии, возникшей в конце XIX – начале XX вв. Ее представители (П.Ф. Лилиенфельд, А. Шеффле, Р. Вормс, А. Эспинас) отождествляли общество с организмом и пытались объяснить социальную жизнь биологическими закономерностями. Сравнение общества с организмом проводилось многими мыслителями (Платон, Гоббс, Спенсер), однако они не считали их тождественными. Представители же органической школы обнаруживали прямой изоморфизм (одинаковость) между обществом и организмом, в котором роль кровообращения выполняет торговля, функции головного мозга – правительство и т. п. В XX в. концепция органической школы утратила популярность. В это же время, в конце XIX – начале XX вв. возникает концепция социального дарвинизма, согласно которой развитие человеческого общества сводится к закономерностям биологической эволюции. Социальный дарвинизм, основателем которого стал Г. Спенсер, отстаивает принципы естественного отбора, борьбы за существование и выживание наиболее приспособленных в качестве определяющих факторов общественной жизни.

Среди прочих следует упомянуть и возникшую в 1920-е годы (М. Вебер и др.) теорию социального действия, отталкивающуюся от идеи, согласно которой в основе социальных отношений лежит установление «смысла» (понимания) намерений и целей действий членов общества. Главное во взаимодействии между людьми – осознание ими общих целей и задач и то, чтобы действие одного было адекватно понято другими участниками социального отношения.

Современная отечественная социальная философия восприняла марксистскую концепцию общества, возникшую в середине XIX в. на основе критики теории Г. Гегеля, согласно которой «объективный дух» охватывает сферу социальной жизни и выражает себя как сверх-индивидуальная целостность, возвышающаяся над индивидами и проявляющаяся через их различные связи и отношения. К. Маркс исходил из материалистического понимания общества. Сам факт бытия человека не может раскрыть сущности общества. К. Маркс писал, что общество не состоит из индивидов, «а выражает сумму тех связей и отношений, в которых эти индивиды находятся друг к другу». Введя понятие «общественно-экономической формации» как общества, находящегося на определенной ступени исторического развития, общества со своеобразным отличительным характером, Маркс вносит динамику в понимание общественных процессов и показывает зависимость определенного этапа развития общества от способа материального производства. Сущностью конкретной общественно-экономической формации являются производственные отношения, присущие только этому этапу развития общества.

Исходя из работ К. Маркса и Ф. Энгельса, общественно-экономическую формацию можно истолковать как общество на определенном этапе его развития с характерными для него способом производства, социальной структурой, политической системой и духовной жизнью. Выделяются такие общественно-экономические формации, как первобытно-общинная, рабовладельческая, феодальная, капиталистическая и коммунистическая. Каждая из них характеризуется, во-первых, как качественно определенный тип общества, во-вторых, как ступень общественного прогресса.

В ряде своих работ Маркс и Энгельс обосновали действие фундаментального закона развития материального производства, оказывающего большое влияние на развитие общества, весь исторический процесс. Речь идет о законе соответствия производственных отношений людей характеру и уровню развития их производительных сил. Производственные отношения должны соответствовать как уровню производительных сил, что определяет возможности их воздействия на природу, так и их характеру, обусловливающему способы их применения. Когда такое соответствие нарушается, то производительные силы начинают использоваться неэффективно, что ведет к падению производства и тем самым к кризисным явлениям в экономике и других сферах жизни. Преодоление данного кризиса возможно лишь путем замены устаревших производственных отношений на новые, в том числе новые или частично обновленные отношения собственности на средства производства, формы организации труда, а также отношения распределения и обмена созданного продукта. Все это должно вызвать новые стимулы к труду и более сильные проявления материальной заинтересованности в его результатах. Тем самым производство получает новые импульсы и выходит на более высокий уровень своего развития. Это неизбежно сказывается на развитии общества. Согласно марксистскому пониманию исторического процесса, закон соответствия действует как в рамках отдельных общественно-экономических формаций, так и при переходе от одной формации к другой.

Переход от одной общественно-экономической формации к другой Маркс называл социальной революцией, глубинная сущность которой заключается в коренном преобразовании всех общественный отношений. В результате этого меняется весь общественный строй.

В XX в. получила распространение теория локальных цивилизаций. Эта теория восходит к учению итальянского философа Джамбаттиста Вико (1668–1744), который считал, что каждая нация в своем развитии проходит три сменяющие друг друга эпохи: божественную, героическую, человеческую, в течение которых происходит рождение, расцвет и упадок наций и их культур. Эту теорию развил в новых исторических условиях немецкий философ Освальд Шпенглер (1880–1936) а также английский историк и социолог Арнольд Тойнби (1889–1975).

О. Шпенглер исходил из того, что развитие того или иного народа есть развитие его культуры. Каждый народ представляет собой самостоятельный «культурно-исторический тип», непохожий на культурно-исторические типы других народов. Типы их культур абсолютно разнородны и нередко чужды друг другу. Отсюда вытекает, что не существует ничего общечеловеческого, равно как и единого исторического процесса. Культура своеобразна, уникальна, неповторима и, по сути, замкнута в себе. Надо сказать, что в теории культурно-исторических типов Шпенглер развивает идеи своего предшественника – русского философа Н.Я. Данилевского, который за пятьдесят лет до немецкого философа рассмотрел основные культурно-исторические типы. В работе «Россия и Европа» Данилевским показана историческая сменяемость одного типа общества другим. О. Шпенглер в книге «Закат Европы» довольно ярко рисует образы восьми, по его мнению, существующих на земле культур. Теория Шпенглера с момента ее обнародования и по сей день неоднозначно воспринимается философами и учеными. Эта теория получила много критических замечаний, но она имеет своих сторонников и продолжателей. Наиболее видный из них А. Тойнби. В своем фундаментальном труде «Постижение истории» он дает характеристику двадцати одной цивилизации, которые «ничто не объединяет». Тойнби говорит о ложности концепции единства истории, основанной на идее похожести в современных развитых странах экономических и политических систем. Он отмечает, что экономические и политические системы схожи далеко не во всех странах, к тому же неодинакова степень их схожести. Однако концепция единства истории имеет еще одну ложную посылку – представление о прямолинейности развития. Тойнби показывает прерывный характер развития разных обществ. Он пишет о «потоке человеческой жизни», который прерывается от одной замкнутой цивилизации к другой. Одной из центральных проблем развития Тойнби считал проблему взаимодействия личности и общества.