Текст книги "Жених, его отец и Вика (СИ)"
Автор книги: Руби Райт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 12 страниц)
Глава 16
Инстинктивно доезжаю до дома родителей. Знаю, тупо бежать от разговора с Костей, но я так зла и обижена, что не хочу его сейчас видеть. Никого не хочу. Сижу в машине около своего дома. Смотрю на старый двор. Да, это не элитный район, где ни одного лишнего камушка. Тут все иначе. Дороги разбиты, детские площадки в убогом состоянии. Двери подъезда заклеены обрывками объявлений. И сам дом уже не тот, что когда-то. Старое, панельное строение. Но этот дом мне роднее тех, где я жила последнее время.
Вылезаю из машины, подхожу к двери подъезда, подношу чип. Противный писк, и дверь открывается. Неприятный запах внутри, затхлый. Сырости, что ли. В лифт на восьмой этаж. У квартиры немного медлю, но все же решаюсь. Звоню. Слышу быстрые шаги за дверью, мама спешит открывать.
– Вика, а ты чего не предупредила? А зятек где? – мама с порога завалила вопросами, а мне разговаривать совсем не хочется. Но мне удается солгать, необязательно ей знать, что сейчас происходит в моей жизни.
– Привет, мамуль. Костя в командировку уехал, а я у вас решила переночевать. Можно?
– Конечно, родная. Глупый вопрос задаешь такой. Проходи. А мы с папой ужинать сели. Коля, Вика приехала! – отцу крикнула, тот в коридор выбежал. Обнял меня.
– Давайте я посижу с вами, чай попью. Есть не буду.
– Пойдем. Руки помой только.
– Конечно, помою, мама, – язвительно говорю и иду в ванную.
А дальше – долгая беседа, расспросы и все в этом духе. Мама у меня еще та болтушка, я же больше в отца. С детства была спокойной, любила уединение, тишину. Шумные вечеринки не для меня, голова сразу начинает болеть. А вот мама, помимо работы (она воспитатель в детском саду), любит движение. Постоянно гуляет с подругами в парке, по магазинам. Посещает книжный кружок, спектакли, концерты. В общем, жизнь у нее куда насыщенней моей. И папа привык. Отдыхает дома, пока она где-то развлекается.
После ужина я закрылась в комнате и упала на кровать. Мама почти ничего не переставляла в моей комнате, только компьютерный стол поменяли на более современный, компактный. Книжный шкаф в углу полупустой. Часть книг я увезла, когда переезжала. Некоторые романы читала по несколько раз и с радостью прочитаю еще. Все то же огромное зеркало, в которое я смотрелась, когда собиралась в школу, и шкаф для одежды. Вещей там почти нет, но пара футболок так и лежат на полках. Мою ностальгию прервал телефонный звонок. Муж звонит, потерял, наверное.
– Алло, – говорю обычным тоном, не хочу ничего выяснять сегодня. Сорвусь.
Злость закипает только от мысли, как он врет мне, глядя в лицо.
Лучше я пересплю со всем этим, а завтра поговорю с Костиком.
– Зай, а ты где? – Слышу тревожную нотку.
– Я у родителей, мама приболела немного, лекарства ей завезла. Останусь тут, ладно?
– Что-то серьезное? Может, в больницу? – Заботливый какой у меня муж.
– Нет, полежит вечерок, и нормально все будет. Я о ней позабочусь немного.
– Конечно оставайся. Я тогда тоже к своей съезжу. Блять, у меня же машина в ремонте... Ладно, водителя вызову.
– Хорошо, Лидии Борисовне привет не передавай.
– Ха-ха-ха, я и не собирался. Люблю.
– Ага, – в ответ ляпнула и трубку повесила.
Любит? Не уверена. А любил ли вообще? Или наш брак так, чтобы был? Не о таком я читала в книгах, не о таком. Я хотела драмы, но со счастливым концом. Чтобы герой примчался и забрал меня в свою идеальную жизнь. А может быть, у меня есть такой герой? Только я почему-то выбираю Змея Горыныча. А если не так? Если у меня есть принц, пусть и с изъяном, а я только и делаю, что мечтаю о самом короле? Глаза закрываю и взгляд его вижу, чувствую его руки. Губами по телу проходится, создавая мне пытку. Но и награждает сполна.
– Как же ты запуталась, девочка, – говорю себе вслух.
Накрываю голову подушкой. Гоню фантазии прочь. Злюсь на себя за то, что думаю о нем. На него за то, что поселился под моей кожей, держит сердце в тисках и никак не отпускает. За то, что не сказал мне, что Костя не тот, кто мне нужен. А кто мне нужен?
***
– Викуля, детка. – Мама заглянула в комнату. – Мы с папой на работу поехали, а ты спи. Дверь закрой потом.
– Ладно, – говорю сквозь сон и вжимаюсь в подушку. Не выспалась, надо еще поспать.
Глаза открыла, всего девять. Думала, проспала до обеда. А оказалось, что нет. Встаю, заправляю постель, а то мама станет ворчать. Зубной щетки тут моей нет, так пасты поела, и норм. Зато завтрак на столе. Омлет с колбасой, фрукты. Кофе налила, сижу, ем. Идеальное утро. Было. Пока не пришло сообщение от мужа.
«Доброе утро! Проснулась?»
«Доброе. Проснулась. А ты чего так рано встал?» – Даже удивительно. Обычно Костя спит, пока бока ломить не начнут.
«Мама подняла. По магазинам сейчас поедем. Сегодня же банкет, забыла?»
Точно. А я и впрямь забыла. Приглашение получили еще месяц назад. Друг Романа Эдуардовича, партнер или кто-то там, отмечет пятидесятилетний юбилей. Событие будет грандиозное, широкомасштабное и показушное, на которое я идти не планирую.
«Я не хочу идти», – пишу мужу.
«Надо, Вика. Надо. Макаренко – известный чувак. Всей семьей идем».
«Всей? Твои родители тоже?»
«Естественно».
«Я себя нехорошо чувствую, можно я не пойду?»
«Бля, Вик, мама мозги мне вынесет. Она тебя хоть и не любит, но на такие сборища надо идти. Всем составом. Так что давай, руки в ноги и домой».
«Мне тоже надо в магазин, платье, все дела. Скинь мне денег». – специально так написала. Есть у меня деньги, предостаточно даже.
Я, в отличие от Костика, умею складывать копейку к копейке. С детства коплю и стараюсь не шиковать по пустякам. Но сейчас мне хотелось проверить супруга. Он снимает немыслимые суммы с карты отца. Куда он их девает?
«У тебя денег нет? Блин, зай, я на мели. Купи с кредитки, потом закроем».
«Ладно».
«Я с мамой поеду, за тобой машину отправить?»
«Сама доберусь».
«Ок».
Ок? Конечно, я сама доеду. В платье, с прической и на каблуках. А этот с мамулей своей. Сразу свадьба вспомнилась. Полный тупизм, что он ночевал перед свадьбой в доме родителей, да еще и на празднование в разных машинах ехали. И вот опять. Есть Костя и его дорогая мамаша, а я так, сама по себе. И почему сейчас его действия я воспринимаю так остро? Роман Эдуардович заслуженно обозвал меня дурой. Все так и есть. Явно же были звоночки. И не просто звоночки, а будто в колокол кто-то долбил со всей дури, но я не слышала. Или не хотела слышать, видеть. Мне казалось, что Костик – тот самый, идеальный для меня мужчина. Но ни он, ни я не были идеальными. И уже, наверное, не станем.
***
Я при полном параде лечу по проспекту на званый ужин. Музыка на всю катушку – так я пытаюсь поднять себе настроение. Даже вроде бы выходит. Сейчас еще выпью шампанского, а может вина, и настроение станет терпимым. Я решила поговорить с Костей после ужина. Пусть либо расскажет все как есть, либо валит ко всем чертям со своими секретами. Надоело. Надоело быть дурой. Идиоткой доверчивой. С этим пора заканчивать. А что, если он мне ничего не скажет? Что тогда? Разводиться? После месяца брака развод? Вот народ посмеется. А СМИ? Страшно представить, что будет. Зато Лидия Борисовна будет счастлива. Хотя она тоже за репутацию топит, так что не факт. А Роман Эдуардович? А что Роман Эдуардович? Он замечательный. Лучший мужчина из всех, что мне встречались. Пусть я злюсь на него, но в чем он виноват? В том, что сын у него такой? Да он и не сын ему. Боже, я еще не свыклась с этой мыслью.
– Ого, – говорю вслух, когда сворачиваю к ресторану. Вокруг вереница из тачек, одна круче другой.
Яркое освещение, папарацци, охрана – полный фарш. Как тупо будет выглядеть, что я приеду одна, без спутника. Сейчас фотографы налетят, а может еще кто. Точно кто-нибудь спросит. К центральному входу не подъезжаю, мимо мчу и на парковку. Незаметненько проскользну внутрь. Сумку взяла, вылезаю. Ко входу иду и вдруг слышу:
– Вика...
Оглянулась. Роман Эдуардович, с ним Семен и Андрей. Останавливаюсь, жду, когда подойдут.
– Здравствуйте, – тихонько здороваюсь. Рада видеть его, хоть не одной заходить. Я все еще нервничаю на подобных мероприятиях. Обычно крепко сжимала Костину руку, чтобы не волноваться. Но его нет, а значит, его руку заменит рука его папы.
– Привет. Ты чего одна? Где Костя?
– Наверное, с мамой приедет.
– Ясно, ну идем тогда. – Локоть свой в сторону отставляет, чтобы я обхватила.
Немного медлю, но в итоге беру его под руку. Идем не спеша, платье узковато, плюс каблуки, ноги еле движутся. – Шикарно выглядишь, – говорит будто бы между делом.
– Спасибо. Вы тоже, – отвечаю негромко. Не лгу. Роман Эдуардович и впрямь выглядит обалденно. Черный костюм, сшитый на заказ. Сидит идеально. Галстука нет, расстегнул пару пуговиц. Строго и стильно. Рубашка, естественно, белая, такая же идеальная. А запах? Даже при неслабом ветре я ощущаю его аромат. Да не просто ощущаю, а впитываю, вдыхаю. И снова ломит в груди. Да сколько можно уже? Сколько может меня это так трогать? Когда, наконец, отпустит?
Пока идем по крыльцу, меня немного ослепляют вспышки. Не останавливаемся, охрана освобождает дорогу. Папарацци остаются не у дел. Наверное, огорчаются. Они и так треплются без конца о разводе Литвиновых. Хватит им сенсаций. Свекор крепко держит меня, уверенно. Силу его ощущаю, и так спокойно. Знаю, что плохо чувствовать то, что чувствую сейчас, но не могу иначе.
И вот мы зашли в главный зал. Тут и будет сам банкет. Владелец удачно построил это место. Трёхэтажное здание. В одном крыле – ресторан, какими мы привыкли их видеть, а в другом – зал для подобных банкетов. Вместимость не на одну сотню человек. Администратор на входе с планшетом. По фамилии дает ориентир на наш столик. Пока идем к столу, разглядываю все вокруг. Я и раньше была на таких мероприятиях, они практически одинаковые. Сплошной выпендреж и ничего настоящего. Повсюду цветы, будто свадьба, а не юбилей мужчины. Столы заставлены закусками, салатами. Множество официантов‚ разливающих алкоголь. Гости мечутся, ищут свои места и усаживаются, когда их находят. В самом начале – полный хаос, но вот когда все рассядутся, станет спокойно. Но ненадолго. Когда гости напьются, пойдут танцевать, то вновь начнется беспредел. Нужно успеть до него уехать.
Мы нашли свой стол и сели за него первыми. Он на восемь персон, а это значит, помимо свекрови и Костика, с нами будут сидеть еще четверо. Кто, интересно? Хотя нет, мне все равно. Я планирую побыть немного и уехать домой. С мужем. Нам нужно серьезно поговорить. Роман Эдуардович заботливо отодвинул мне стул, и я комфортно расположилась. Все были заняты делом и на нас никакого внимания. Это к лучшему. Потому что смотрит на меня свекор совсем не как на невестку.
– Желаете какой-нибудь напиток? – спросил парень-официант.
– Виски, а девушке шампанского, – ответил за меня Роман Эдуардович и вновь попал в цель. Я хотела именно шампанского.
– Вы Косте не звонили? – спросила, чуть наклонившись к мужчине.
– Нет. А должен? – Безразличие в голосе.
– Не знаю. Вы вообще с ним не разговаривали? Не спрашивали про... ну, деньги? – говорю совсем тихо, чтобы никто случайно не услышал.
– Я сначала все выясню, а потом уже спрошу. – Сухо в ответ. Этот мужчина сам себе на уме. Он отчитываться не станет.
– Вам нравится мучить людей?
– Мучить? Кто кого мучает, – заявляет с усмешкой.
– Это же не соревнование и не шутки. Суммы огромные.
– Не то, чтобы огромные, но приятного мало...
И не успел свекор договорить, как к столу подошел Костя со своей расфуфыренной маменькой. Да, сегодня стилисты Лидии Борисовны дали маху. И конкретно. Ее короткая стрижка стала еще короче, практически мужской. Платье ей было явно не по возрасту. Свекровь худощавая женщина, но такой вырез на груди... Я, если честно, даже немного засмущалась. И глаза вылупила. А каково ей? Я бы смущалась, щеголяя голыми сиськами перед камерами. По сравнению с ней все особи женского пола на этом банкете были монашками. Да еще и с самого строгого монастыря.
Роман Эдуардович тоже обалдел, в плохом смысле этого слова. Думаю‚ ему стало немного стыдно. А может, и не немного. Свёкор напрягся, выпрямил спину. Клянусь‚ я слышала скрип его зубов‚ так сильно он сжал свою челюсть.
– Привет, зай, – сказал Костя и сел рядом со мной, поцеловав меня в щеку.
– Привет, – ответила без особого энтузиазма. Настроение улетучилось с его появлением. Сразу же.
– Ты такая красивая...
– Спасибо. – И налегаю на бокал шампанского. Мне просто необходимо повысить градус в крови.
Роман Эдуардович молчал, ни слова не сказал ни сыну, ни бывшей жене. Лишь постоянно делал маленькие глотки чистого виски, пока не опустошил стакан. Потом слово взял именинник, начал благодарить людей за то, что пришли, и все в этом духе. Ну а затем началась самая приятная часть – для меня. Еда. На сцене играли живую музыку, и слышался шум звенящих приборов и бокалов. За нашим столиком сидели две пары, я видела их раньше. Знакомые Романа Эдуардовича. Одна парочка была довольна молодой, а вторая – в возрасте. Но это не мешало им активно беседовать, шутить и смеяться.
Где-то через час, когда третий бокал шампанского оказался в моем организме, я смогла окончательно расслабиться. Я хотела поговорить с Костей, но он даже тут, на этом вечере, вел себя странно. Был нервным, недовольным, но очень активным. Даже слишком. Пропал на полчаса, потом появился и снова ушел. Он довольно долго разговаривал с незнакомым мне парнем. Бросилось в глаза то, как внимательно следил за сыном Роман Эдуардович. Он буквально провожал и встречал глазами Костика. Разговаривал со гостями, но смотрел на сына. Будто он разведчик и ему надо следить за объектом. А вот Костик смеялся, шутил, постоянно что-то рассказывал. Был душой компании, которая образовалась за нашим столом. Не похоже на него. Да, он не молчун, но сегодня был в ударе. И это с учетом того, что он не пил алкоголь. Вообще. Я упомянула, что приехала на своей машине, и он сказал, что не будет пить, чтобы сесть за руль. Похвально. Значит, нам все же удастся поговорить. Ну а что? Он трезв, а я пьяна. Самое то для серьезного разговора между супругами.
– Ну вот, мужичины, пора и нам встряхнуться. Айда все танцевать, – сказал Владимир Яковлевич, тот пожилой мужчина за нашим столом, когда заиграла медленная композиция.
Он встал первым. Обошел стул своей жены и подал ей руку. Она согласилась и подала ему руку в ответ. Седовласая женщина с жемчугом на шее и в элегантном платье. Рядом супруг, высокий и довольно стройный для своих лет. Картина меня умиляла. Смотря на них, я не могла скрыть улыбку. Они чудесно смотрелись вместе, даже удивительно. Пронесли любовь сквозь целую жизнь и так трепетно держались за руки, пока шли танцевать.
– Зай, ты не против, я с мамой потанцую? Нам нужно поговорить...
– Без проблем, – огрызнулась я, не дослушав супруга.
– Я составлю Виктории компанию, идем? – Протянул руку мне Роман Эдуардович, и я поддалась.
Он крепко держал меня, когда мы двигались в центр зала. Я уже не думала не о Косте, не о людях вокруг. Только о нем. О том, кто рядом. Кто поддерживает меня, пусть и в своих корыстных целях. Он встал передо мной, оказавшись немного выше. Одна рука – у него на плече, другая – в ладони чуть в стороне. Стоим близко, очень близко. Роман Эдуардович положил мне руку на спину и закружил в танце. Вокруг полно пар, свет приглушили. На сцене – певица со сказочным голосом, мелодия чудесная.
– Ты вкусно пахнешь... – шепчет на ухо.
– Перестаньте.
– Это лишь комплимент. Учись принимать восхищение. Просто скажи: «Спасибо».
– Спасибо. – Так же шепотом.
– Домой соберешься, скажи мне. Водитель тебя отвезет.
– Не беспокойтесь, Костя не пил, сядет за руль.
– Ты не расслышала? – стал вдруг грубым. – Мне скажешь, водитель тебя отвезет.
Грубит? На него не похоже. Я ожидала, что он вновь начнет говорить мне пошлости. Предлагать сбежать и все в этом роде, но нет. Почему? Решил отступить?
– Я поняла. Вы чего злой такой? – Хочу разрядить обстановку. Мне не нравится, что он так со мной разговаривает. Обижает меня.
– Ты можешь ко мне и на «ты» обращаться. Не обязательно выкать.
– Мне так удобнее. Так правильно.
– Хм, правильно... – усмехнулся.
– Что тут смешного? – не понимаю его реакции.
– Да все. Сплошной бред какой-то. Заебался...
– Не выражайтесь. Вам не идет.
– Не идет? Ха. А что мне идет?
– Вы хороший отец, да просто человек.
– Видимо, недостаточно, раз ты выбрала не меня.
– А я и не выбирала...
– Выбирала. И выбрала. Дохуя было времени все обдумать, и, как я вижу, ты стоишь на своем.
– Да что с вами?
– Устал, наверное. Домой пора, спать. Спасибо за танец, Вика. Идем. – За руку меня взял и вернул к столу, хотя песня еще не кончилась.
Кресло отодвинул, я села, а свекор пошел куда-то в толпу.
Странный он. Подавлен. Мне наговорил ерунды.
– А Костя где? – обращаюсь к свекрови.
– В машину пошел взять что-то. Потеряла? – спросила надменно. А я смотрю на нее и представляю, как бы высказала ей все, а лучше бы шампанским в лицо плеснула. Так она меня бесит, каждый раз выводит.
Ну что за женщина? Не может быть нормальной, адекватно общаться. Нет же, все время с намеками. Сумочку открываю – ключей от машины нет. Застегиваю клатч и на выход. В холле совсем нет людей, бродит пара человек. Основная масса осталась в банкетном. Вышла на воздух. Прохладно уже. Иду к машине, немного заблудилась. Машин навтыкали, не пройти. Вижу свой желтенький «мерсик». Свет внутри включен. Обхожу и открываю пассажирскую дверь. Костя на меня удивленно смотрит, тыкая в телефоне.
– Ты чего тут? – спросила и залезла внутрь. Дверь закрыла.
– Звонок важный был, по работе.
– По какой работе? – спросила прямо. Чем не уединенное место для серьезного разговора.
– Ну работа, моя работа. Новая, – говорит так обычно, будто это и не лапша на уши. Но я сейчас все вижу отчетливей.
– Ты же не нашел работу, зачем ты мне врешь? – Муж напрягся, видимо, не ожидал такого вопроса. – Объяснишь?
– Что?
– Все, – голос повысила. – Начинай с начала. Где ты был, когда не полетел в Ярославль?
– Вика, я тебе говорил, доверься...
– Заебал ты меня со своим «доверься». Не доверяю. Где ты был? Что делал? У тебя еще кто-то есть, помимо меня?
– Тебя че понесло-то? Угомонись? – Громко.
– Да потому что ты охренел, в край причем. Врешь мне, шляешься где попало, бухаешь. Ты че творишь вообще?
– Успокойся, сказал. Набухалась сегодня ты. Проспись иди.
– Ты охуел? Куда ты бабки тратишь? Мне отец твой сказал, что ты с карты снимаешь. Спиздил карту из бардачка, о которой я даже не знала...
– Ты отцу рассказала? – возмущается. Как он может еще и возмущаться в ответ?
– Это он мне вчера рассказал. Выписки показал, а там суммы немаленькие. Он на меня подумал, а это ты. Воровкой меня выставить хотел или что?
– Я ничего не хотел, мне нужны были деньги...
– На что?
– Неважно.
– Важно. Мне важно. Либо ты мне все рассказываешь, либо я ухожу от тебя. Мне это уже надоело, я вышла замуж за другого человека, а теперь я тебя просто не узнаю... – не успеваю договорить, как Костя заводит машину. – Что ты делаешь?
– Прокатимся, – отвечает и нажимает газ, машина с ревом мчится вперед.
Выезжает с парковки и на проспект.
– Останови машину, куда ты едешь?
– Домой.
– Дом в другой стороне, Костя! – прикрикиваю, когда он обгоняет, подрезает таксиста. Газ жмет.
– Все, заткнись, Вика. Задолбала...
– Прошу тебя, остановись, куда ты гонишь? Мы сейчас разобьемся! – начинаю умолять. Страшно от скорости. Дергаю ремень безопасности, но не вытягивается никак.
– Замолчи. Слышишь? – крикнул и снова пошел на обгон. Я буквально пищу. В алкогольном опьянении не должно быть так страшно. Реакция замедляется, все дела. Но мне не просто страшно, я в ужасе.
– Пожалуйста, останови машину, – по-доброму прошу, не выходит.
– Остановить машину? И что? Ты уйдешь от меня? Веришь всякой ерунде, а не мне, своему мужу. Я просил тебя довериться. Сказал, что решу свои проблемы. Но нет, ты к отцу пошла...
– Я никуда не пошла, он сам...
– Да похуй мне. Тоже мне, жена называется.
– Костя, пожалуйста, останови машину, сто сорок уже... – Я начинаю плакать.
Ремень, наконец, вытянула. Теперь попасть не могу, Костя виляет из полосы в полосу.
– Под контролем все.
– Костя...
Бах...
Глава 17
Роман Эдуардович
За стол возвращаюсь. Хотел извиниться перед Викой, херни ей наговорил. Обидел, наверное. Девчонка запуталась, а я ее еще донимаю своими предъявами. А что я хотел? Только ее. Ее и хотел. Себе забрать. Оградить от сыночка. Чтобы она не варилась во всем этом дерьмище. И пусть даже будет она не со мной, переживу. Но и жизни такой, как сейчас у нее, ей не желаю. Не заслуживает она. Молодая совсем, а вот у Кости серьезные проблемы ... Решать что-то надо... Телефон в кармане вибрирует.
– Семен? – отвечаю Градскому.
– Костя отъезжает, ехать за ним?
– Тормози его! – кричу в трубку.
– Не могу. Тачку зажали, вторую тоже. Он выехал, поехал в сторону моста.
– Семен, догоняй! – Криком диким. – Он вмазанный...
От стола отхожу. Буквально бегу к выходу. Не вижу никого вокруг, да мне и похер на всех. Весь вечер за Костей я наблюдал. Видел, как ведет себя, взгляда моего избегает. Не хотел шум поднимать. Думал, после банкета в охапку и в бункер какой, желательно на цепь. Чтобы точно никуда не делся и не начудил. Надо было действовать, а не ждать. На крыльцо выскакиваю, Лида стоит в стороне, опять закурила. Года три держалась...
– Ты чего такой? – подпила уже крепко.
– Пиздец твоему сыну... – говорю и прохожу мимо нее.
– Что? – сигарету в сторону бросает и бежит за мной, ногами перебирает. А я глазами по парковке, пытаюсь Семена отыскать взглядом.
– Что слышала. Найду, и пиздец ему. Пусть только мне попадется...
– Что он сделал-то?
– Он в край охуел, Лида. Все, кончилось мое терпение. Нет его больше. – Поворачиваюсь и в лицо ей прям, криком. – Заврался, деньги у меня ворует, на наркоте опять! Продолжать?
– Он не употребляет, он мне обещал, Рома. Сказал, если сорвется, то ко мне сразу придет...
– Хватит, Лида! Хватит ему верить! Хочет сдохнуть – пожалуйста! Только пусть меня это все не касается, а тем более Вики. В пропасть – в одиночестве. Мне пора...
Увидел Семена, бегу к нему. Вижу, тачка зажата, вторая рядом тоже. Суки, парковаться не учили?
– Андрей побежал хозяина искать, – оправдывается Семен.
Нахера, никто не виноват. Или вид у меня такой? Явно рассержен. Да даже не так, я в бешенстве, диком. Сейчас догоню сынка и точно вмажу, руки чешутся.
– Быстрее надо, быстрее. Попробуй на этой выехать. – На «Лексус» показываю. Он меньше, может, выйдет. – Да похуй на тачки, железа кусок.
Семен за руль садится, я Косте пока набираю. Не берет гад. Вике. Тоже гудки.
– Твою мать! – Громко на всю парковку, злюсь неимоверно.
По карманам шарю, тянусь к сигарете. Закуриваю. С первой затяжки не отпускает. Семен минуты три мучается, но выезжает, даже соседа не зацепил, а мне уже срать на все. Готов был вложиться, если машину царапнем. Сажусь на переднее.
– Гони, Сема, гони.
– Вот смотрите, стоят они. Не движется тачка. – Телефон мне протянул. У Вики GPS на машине, легко отследить.
– Семен, давай быстрее, чувствую я неладное. Чего они там встали? Прям на проезжей части.
Градский в пол педаль. Летим сломя голову. Не зря я беспокоился: когда ближе подъезжаем, вижу, что машина стоит. В остановку вошла на половину. Дымит под капотом, но несильно. У меня мысли ебаные в голове, что они там мертвые, оба. Картинки одна за одной здравый смысл перекрывают. Не хочется верить. Тачки какие-то тормозят рядом, кто-то бежит к «Мерседесу», двери открывает. А мне так и хочется крикнуть, чтобы не трогали их.
Семен близко подъехал, кажется, на ходу еще вылетаю из тачки. Бегу, у самого пульс на пределе, шум в ушах. Кто-то кричит: «Вызовите скорую!» Оглядываюсь. Семен бежит за мной, там и Андрей на второй машине подъехал. В «Мерс» заглянул, опасаясь. Не понимаю ничего. Вика сидит на переднем, за рулем. Она бы не села за руль... Да и Костя же вел, кажется... Подхожу к ней, она без сознания, крови нет. Просто сидит полулежа, будто спит. Беру ее за руку. Теплая – хорошо. Зову, имя ее повторяю, слегка по щекам ладошкою бью. Нет реакции.
– Семен, Кости нет в машине, – говорю Градскому, вижу, тот тоже удивляется.
Назад заглянул.
– Я видел, он за рулем сидел, когда они отъехали.
– Сука, вот же сука! – ругаюсь, потом внимание переключается. – Чувака вон того убери, а телефон его в жопу засунь ему. Нехуй снимать...
– Сделаю. – В сторону отходит разгонять толпу. Я снова Вику зову, не знаю, что делать, может, трогать ее нельзя. Может, ударилась.
Где скорая? А вот и она. Летит с мигалками и сиреной. Быстро. Подбегают к машине. Так резко все происходит, следить не успеваю. Пока они с Викой возятся, снова к Семену иду.
– Мы едем в больницу, разрули тут. Вон гаишники приехали. Попробуй замять, бабла не жалей.
– Кто был за рулем?
– Костя, конечно. Не скрывай ничего, расскажи? как было. Пусть, помимо нас, его еще и менты ищут, чтобы не повадно было.
– Понял.
– Как все сделаешь, звони, Андрюху за нами отправь. – Выдыхаю. Спокойно уже говорю. – Семен, город весь на уши поставь, но сучонка найди. Желательно первым. Сначала я его прессану, а потом ментам отдам.
– Сделаю. Отъезжают, идите.
Скорая Вику грузит, я к ним бегу. Доктору говорю:
– Я с вами еду.
– Вы родственник? – Гребаные правила. Обойдем.
– Муж, – заявляю уверенно. Повелись. Пропустили внутрь.
Ну а что? Сейчас бы выперли из тачки, а я с ней хочу быть. Особенно когда очнется.
***
– Да, Семен, – отвечаю на звонок, пока в больнице сижу. Жду. Вику на МРТ повезли. В себя пришла еще в скорой, сказали, видимых повреждений нет, но от этого как-то не легче.
– Вопрос решил. Машину на эвакуаторе отогнали. Пришлось старые связи поднять, но проблем может и не быть. Идут на разговор.
– Не надо. Пусть его по полной прижмут. А там уж посмотрим. Хочу, чтобы обосрался от страха. Чтобы скулить начал, может, осознает чего.
– Нашли Константина, дома он. В коттедже вашем.
– Вот дебил. К мамке побежал, как будто она может что-то. – Вздыхаю тяжело. Груз проблем давит. – Так, охране скажи, чтобы не выпускали его. Ментам не перечить, если нагрянут, пусть увозят.
– Сделаю. Вам помощь нужна какая?
– Нет, Семен. Свободен на сегодня. Андрей со мной останется, сейчас узнаю, что с Викой, и дальше видно будет. Спасибо, отдыхай.
– За косяк извините, Роман Эдуардович. Надо было мне его тормознуть как-то.
– Знаешь, что я усек за эти годы? Если Костя решил что-то натворить, то его даже танк не остановит. Он как таракан в любую щель выползет и улизнет, оставив тебе только кучу проблем. Так что не за что извиняться, езжай домой.
– Хорошо, Роман Эдуардович.
Закончил разговор. Жду еще минут десять. Нет больше сил и терпения. Только встал, доктор вышла. Не молодая и не старая. Доверие вызывает. Да и больница эта не самая худшая, даже наоборот.
– Простите, имя не помню... – начинает женщина разговор. А мне не до имен сейчас, узнать хочу, что там с Викой.
– Роман Эдуардович.
– Да, Роман Эдуардович, с Викторией все в порядке. Я бы оставила понаблюдать до завтра. На МРТ чисто все, может, и есть небольшое сотрясение, раз была потеря сознания, но критичного ничего я не заметила.
– Значит, до завтра, – твердо ей заявляю. Лучше перестраховаться.
– Ну это не вам решать. Виктория уже подписала отказ от госпитализации, поэтому забирайте. Или попробуйте переубедить.
– Риск есть какой?
– Не думаю. Пусть больше лежит, отдыхает. Если будет тошнота, головокружение, лучше приехать снова в больницу. Но я думаю, ничего такого не будет.
– Я вас понял. Спасибо. Могу к ней пройти?
– Да, конечно. Идемте со мной, провожу.
По длинному коридору идем. В палату заходим, Вика сидит на постели. Бумажки какие-то заполняет. Обычно при виде меня злится, а сейчас все иначе. Грустная. Очень. А у меня от этого внутри все переворачивается, не хочу, чтобы грустила. Улыбка у нее слишком красивая.
В палате остаемся наедине.
– Может, останешься? До завтра? Доктор сказала, что нужно понаблюдать...
– Заберите меня отсюда, пожалуйста.
– Поехали, – отвечаю не думая. Просит же, умоляет взглядом.
Тут же встает. Бумаги доктору на посту отдала и на выход. Пиджак снял, протягиваю ей. Первый час ночи уже. Прохладно должно быть, а на ней платье одно тонкое. В машину садимся, назад. Она сразу в окно утыкается. Подавлена.
– А Костя где? – спрашивает тихонько, будто меня разозлить боится, а я уже зол хлеще некуда.
– К матери поехал, – грублю. Сам не знаю почему. Злит, что она о нем спрашивает. Не стоит он и мысли ее. А она все думает о нем, переживает, наверное.
– Он не пострадал?
– Нет.
– А машина?
– Восстановим. – Тачка меня меньше всего заботит. Распоряжусь, за неделю сделают. Для меня это вообще не проблема, а вот для Вики...
– Сильно, да? – спрашивает и еще больше поникла. Голосок дрожит, а меня изнутри разрывает. Не могу ее такой видеть. Голос слышать.
– Прилично, но ты... – перебивает.
– Я ему говорила тормозить, но он не слушал. Разозлился, что я у него спрашивать начала обо всем...
– Ага, – теперь я перебил. Не хочу слушать о Косте. Ничего не хочу. Лишь бы день этот скорее закончился, с утра мне получше думается.
– Вы злитесь на меня? – просекла мое недовольство. Злюсь, но только не на нее.
– Нет. Устал просто.
– А куда мы едем? – спрашивает и в окно вглядывается.
– Домой тебя везу. – Только сказал, а у нее испуг в глазах.
– Я не хочу туда. Давайте не туда только.
– Костя не приедет. Я проконтролирую.
– Не надо туда, давайте в отель, может, или к родителям. – Не думаю. На автомате водителю:
– Андрей, в «Репаблик» едем.
– Понял, Роман Эдуардович, – отвечает и меняет маршрут.
– А там что? – Вика снова с вопросами.
– Квартира моя, – говорю и смотрю с опасением, но она не реагирует. Совсем.
Думал, возмутится. Но Вика, наоборот, будто успокоилась... А может, я вижу то, что хочу? Не планировал я такого – оказаться с ней в одной квартире. Как сдержаться? Должен, ей сейчас не до этого. Удивлен, как это они на такой скорости остановку снесли, а сами в норме. Ну Вика, в частности, этот мог бы что-нибудь и сломать. Не то чтобы желаю, но и сочувствия нет к нему. Злоба одна и разочарование.
Всю оставшуюся дорогу едем молча. Лишь изредка на нее смотрю. Не могу, сука, иначе. Девчонка совсем меня заколдовала, мозги затуманила. Что мне до нее? Должно было отпустить, обязано. Только вот не происходит этого.
– Спасибо, Андрей. Завтра не спеши, выспись как следует. Часам к двенадцати подъезжай.
– Хорошо, Роман Эдуардович. До завтра.
– Давай, – говорю и дверь захлопываю. К подъезду идем, там в лифт и в квартиру.
