Текст книги "Взятая кровь (ЛП)"

Автор книги: Рори Майлз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

Глава 17

Маттео

Деми вжалась в Кольта, как будто он гребаное одеяло, и она в двух вздохах от того, чтобы замерзнуть насмерть. Я ожидал, что она выместит на мне свой гнев, как только обретет свои силы. Но я не ожидал, что она сломает мне шею.

Опять же, я должен знать, что с Деми невозможно предсказать, что она сделает.

Она отделяется от Кольта и подходит к Николь, выглядя несколько застенчиво, но все еще улыбаясь.

– Мне очень жаль, Николь. Из всех здесь присутствующих ты этого не заслужила.

У Николь образ, способный растопить лед, но на Деми это не действует.

– Извинения приняты.

Деми начинает говорить, но Николь продолжает прежде, чем она успевает.

– Ты должна знать, что в следующий раз будет не так легко. Теперь ты сильнее, но как только твои силы стабилизируются, тебе придется усердно работать, чтобы превзойти меня или твою мать. У нас были годы тренировок.

Улыбка сходит с губ маленькой Охотницы, и она кивает. Николь сумела отрезвить ее своими словами. Мне бы хотелось оказать на нее такое же влияние, это избавило бы меня от многих моментов боли.

У меня есть план, как это исправить.

– Я буду усердно тренироваться.

Я никогда не видел, чтобы Деми проявляла уважение, но то, как она смотрит на Николь, напоминает именно эту эмоцию.

Николь раскрывает руки, и Деми принимает их.

– Я знаю, что ты это сделаешь. Устрой им ад, Деми.

Она смеется.

– Почему все продолжают мне это говорить?

– Наверное, потому что они этого заслуживают, – бормочет Эвелин, приближаясь.

От моего внимания не ускользнуло, что она осталась невредимой. Я не уверен, стоит ли мне обижаться или радоваться, что она не причинила вреда Деми. Опять же, она угрожала расправой только в том случае, если Охотник нанесет мне удар. Свернуть мне шею – совсем другое дело. Тем не менее, Эвелин, должно быть, очень нравится, что она позволила чему-то подобному ускользнуть без возмездия.

Кажется, Деметрии моя сестра тоже нравится. Возможно, я смогу использовать эти отношения в своих интересах. Я не люблю проигрывать.

Даже Кольту и Грейсону.

Что я могу сказать? Я плохой спортсмен и планирую сначала завоевать сердце Деми.

Деми

Николь и Мария уходят через некоторое время после того, как я извиняюсь перед Николь. Ее слова застревают у меня в голове, и я размышляю над ними, лежа в постели.

Усердно тренироваться.

Моя сила не может преодолеть годы тренировок.

Она права. Я знаю это по своим боевым навыкам, но эти уроки не имеют ничего общего с тем типом тренировок, которые мне нужны. Я узнала об этом в комплексе, когда встретила Мака и увидела, чему он учит своих учеников. Грейсон и Кольт могут научить меня оружию, я в этом уверена. Единственное, чему я не знаю, как научиться, не отправляясь на охоту, – это убивать.

Не временно, как сегодня вечером.

Волк, которого я убила в переулке, был счастливой случайностью.

Мне нужно научиться целенаправленно убивать, не колеблясь. Как мне попросить об этом, чтобы не показаться сумасшедшей?

Привет, Маттео. Можешь ли ты высадить меня недалеко от центра города, чтобы я могла поохотиться на кучку вампиров и волков, и попрактиковаться в их расчленении и сжигании их тел?

Да, это пройдет отлично. Тем более, что он хозяин города. Конечно, он известен как босс Кровавой мафии, но по сути он повелитель всех вампиров Сан-Франциско. Я мало что знаю об иерархии вампиров. и теперь, когда я полноценный Охотник, я не уверена, что он мне расскажет.

– Почему ты все еще не спишь? – динамик потрескивает от звуков, проходящих через него.

Я смотрю на потолок. Как я забыла про домофон?

– Почему ты?

– Вампир, помнишь? – слова Маттео наполнены смехом.

– Неважно. Почему ты смотришь на меня?

– Может быть, мне нравится наблюдать за тобой.

Вздохнув, я перекатываюсь на бок и закутываюсь в одеяло.

– Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, что ты подонок?

Динамик трещит.

– Не в лицо.

Знание того, что я единственная, кто достаточно смела, чтобы рассказать ему, как это происходит, делает меня счастливой.

– В любое время, когда тебе понадобится это услышать, дай мне знать, босс.

Белый шум домофона стихает, и я глубже погружаюсь в кровать. Может быть, он позволит мне поспать. Не то чтобы в этом здании кто-то мог спать под шум. Мой улучшенный слух создает впечатление, будто в моей гостиной топочут слоны, а дверь в спальню хлопает, хотя на самом деле эти звуки находятся гораздо дальше.

Я стону, когда слышу еще один стук в дверь, и накидываю подушку на голову, пытаясь заблокировать все это. Мой позвоночник покалывает, и шаги, звучащие как молния, эхом раздаются в моем сознании.

Эти громче, чем все остальные.

Сбросив подушку, я встаю с кровати и хватаюсь за нож, лежащий на прикроватной тумбочке. Дверь моей спальни распахивается, и темная фигура Маттео заполняет дверной проем.

– Пришел за новыми оскорблениями? – язвительно говорю я, испытывая облегчение, что это он, а не злобный вампир.

Что ж, Маттео, возможно, и не злонамерен, но у него определенно не самые лучшие намерения, когда дело касается меня. И всё же, лучше тот дьявол, которого ты знаешь, чем тот, которого ты не знаешь, а?

Он приближается ко мне, используя свою скорость. Теперь я вижу не размытое пятно, а каждый его шаг. Я пробегаю по кровати и прислоняюсь к шкафу. Маттео останавливается там, где я была, и хмуро смотрит в мою сторону.

– Я не могу дождаться, пока твои силы успокоятся.

Я ухмыляюсь.

– Мне весело, а тебе?

Маттео снова перемещается. На этот раз я не двигаюсь. Он стоит передо мной, невероятно высокий и мускулистый. От него захватывает дух, особенно, когда он смотрит на меня так, словно хочет сорвать с меня одежду.

Вот это сила.

Прислонившись головой к двери чулана, я смотрю в его темно-карие глаза и поднимаю бровь.

– Подлость, – шепчу я, побуждая его к действию.

– Чего ты от меня хочешь, малышка? – он делает еще шаг ближе, и накручивает прядь моих волос на палец.

Я сжимаю губы. Признание того, чего я действительно хочу от него, только даст ему власть надо мной. Сейчас у меня есть власть, и я не готова отпустить ее.

– Я хочу тебя… – я намеренно замолкаю, кусая нижнюю губу, когда его тело прижимается к моему, и он опускает руки по обе стороны от моей головы. – Попросить, чтобы ты рассказал мне об иерархии вампиров.

Его прикрытые веки сужаются в подозрении.

– Дразнишь меня.

Я пожимаю плечами.

– Ты спросил меня, чего я хочу. Я хочу знать об иерархии.

Маттео прислоняется лбом к моему.

Мое сердце трепещет в груди.

Этот вампир опасен по нескольким причинам.

– Итак, ты хочешь играть в игры.

Я хмурю брови и отталкиваю его.

– Не надо так разочаровываться, Маттео. Ты тот, кто все это начал, – я жестикулирую между нами. – Может быть, я молода и наивна, но я могу отличить, когда кто-то пытается мной манипулировать.

Маттео хмурится, затем выбегает из моей квартиры.

– Убегай, Маттео! Это все, что ты делаешь, когда дела идут не по-твоему, – меня не волнует, будет ли мой крик достаточно громким, чтобы его услышали другие вампиры.

Я поимею его.

Открыв дверцу шкафа, я направляюсь к кровати. Маттео внезапно оказывается передо мной. Он поднимает меня на руки и бросает на матрас.

Ему повезло. Я не ожидала, что он вернется.

Его тело падает на мое, и мне неприятно признавать, что мне нравится то, что он чувствует по отношению ко мне. Я впиваюсь пальцами в ткань его рубашки, готовая сбросить его с себя.

– Вот в чем дело, девочка, чем больше ты притворяешься, что я тебе не нравлюсь или, что ты меня не хочешь, тем сильнее я планирую заставить тебя пожалеть об этом, – он проводит носом по моему горлу.

Я дрожу под ним. Я слишком горда, чтобы просить его укусить меня.

Его клыки касаются моей кожи, и я поворачиваю голову в сторону, давая ему разрешение взять то, что он хочет. Мурашки бегут по моим рукам, когда он дразняще прижимает их к моей плоти.

Прохладный воздух омывает место, где находится его рот. Мне требуется мгновение, чтобы осознать, что произошло. Он ушел. Он не укусил меня, хотя я дала ему добро.

Я разочарована.

Черт, это сбивает с толку.

Следующим утром я быстро поглощаю свой завтрак, выпиваю кофе, и надев спортивную одежду, спускаюсь на четвертый этаж в надежде найти Алиссу. Я еще не видела ее и не могу дождаться возможности спарринговаться с ней в полную силу.

Мои чувства, кажется, немного успокоились, или я начинаю больше привыкать к своим суперсилам. Мой слух – самое заметное изменение. Вместо того, чтобы звучать как тарелки, звенящие рядом с моими ушами, как было изначально, с легкостью слышны тихие разговоры. Я отчетливо различаю шаги, которые обычно пропускала. Подкрасться ко мне будет сложно, так что я не могу особо жаловаться. Уверена, через несколько дней я полностью привыкну.

Из-за позднего утра в спортзале полно вампиров. Большинство из них ведут ночной образ жизни, хотя солнце их не убивает. Я предполагаю, что те, кто сейчас здесь, старше и, следовательно, менее восприимчивы к ослабляющему воздействию Солнца.

– Деметрия, блядь… как твоя фамилия? – Алисса смеется над собой и подбегает ко мне. Ее длинный платиновый хвост развевается позади нее, а яркие зеленые глаза полны восторга.

– Баррера, – я осматриваю ее. – Ты выглядишь прекрасно, как всегда.

Она кладет руку на бедро.

– Деметрия Баррера, тебе нужно кое-что объяснить.

– Во-первых, не игнорируй мой комплимент, клыкастая. Во-вторых, мне действительно что-то нужно объяснять?

Алисса улыбается.

– Спасибо за комплимент, Охотница, и я думаю, тебе действительно не обязательно… но какого черта произошло? Мне нужно знать все грёбаный подробности! – Её выкрикнутый вопрос заставляет вампиров в спортзале обернуться и с любопытством посмотреть на нас.

Я замечаю парня из гаража. Тот, который назвал меня болтливой, и Кольт бросил его в машину за комментарий. У него уродливая ухмылка, которая могла бы соперничать с ухмылкой Северуса Снейпа. Вот только взгляд у него не такой уж и грозный, ведь он всего лишь жалкий вампир, а не волшебник из Хогвартса.

– Я их всех предупреждала, – говорю я Алиссе, подмигивая засранцу.

Он бьет по боксерской груше с такой силой, что цепь рвется, и она падает на землю, песок высыпается из того места, где его кулак соприкасался с материалом. Алисса оглядывается через плечо и рычит.

– Черт возьми, Трей. Убери это дерьмо и поставь новую.

Трей разочарованно вздыхает и кивает.

Интересно. Я полагала, что он устроит ей неприятности или попытается с ней подраться. Думаю, Алисса выше по служебной лестнице, чем он. Она сказала, что обучает новичков. Может быть, она тренирует и опытных?

– Итак, Лисс Лисс, вот о чем я подумала, – я хватаю ее за руку и дергаю за спину. Она не расслабляется ни на секунду и крутится под моей хваткой, хлопая ладонью по моему запястью. – Мы должны тренироваться.

Алисса откидывает голову назад и смеется.

– Ты сумасшедшая, ты знаешь это?

У меня болит лицо от такой улыбки.

– Все сумасшедшие, Алисса. Некоторые люди просто лучше это скрывают.

– Веди меня, – говорит она, поднимая над собой руку и размахивая ею.

– Пойдем, – я использую свою сверхскорость, чтобы добежать до боевого ринга.

Она на шаг позади меня.

– Не могу дождаться, чтобы надрать тебе задницу.

Я фыркаю.

– Разве ты не слышала? Я обрела свои силы.

Алисса осматривает меня еще раз.

– Да? Ну, давай посмотрим, что у тебя есть, сучка.

Вызов принят.

Глава 18

Деми

Я швыряю Алиссу на землю в семнадцатый раз. Это почти слишком просто. Она быстрая и нанесла несколько ударов, но я упражнялась с ней много раз. Я знаю, чего ожидать. Она расслабилась и перестала наносить удары, но ее стиль остался прежним.

– Дерьмо, – говорит она с хрипом. Моя рука все еще сжимает ее горло, но не настолько сильно, чтобы причинить ей боль, и она застряла подо мной. – Мне нужно больше работать.

– Мои силы все еще стабилизируются, – напоминаю я ей. – Через несколько дней посмотрим, как пойдет дело. Кто знает, может, ты надерешь мне задницу, когда они выровняются.

Ее губы сдвинуты в сомнительной гримасе. Я отпускаю хватку и встаю, протягивая ей руку. Она хлопает своей ладонью по моей, и я тяну ее вверх. Ее взгляд зацепился за что-то у меня за плечом.

– Деми, Маттео здесь.

Конечно, он здесь

– Замечательно. Может быть, он готов к драке, лучше чем ты, – я оборачиваюсь и вижу Маттео, стоящего во главе двадцати вампиров. Его руки скрещены на внушительной груди, а темные глаза скользят по моему телу. Я держу плечи расправленными и поднимаю подбородок.

– Наслаждаешься шоу?

На его губах играет намек на улыбку.

– Очень даже впечатляюще. Однако мне интересно, как бы ты справилась с эскадрильей, – он поднимает руку и указывает на меня. – Атака.

Ублюдок.

Вампиры позади него бросаются к нам. Я уверена, они используют свою скорость, но все движения снова замедленные.

Алисса в нескольких дюймах от меня.

– Послушай, я бы с радостью помогла тебе, но я не стремлюсь, чтобы меня убили.

Я бросаю на нее раздраженный взгляд.

– Предатель, – шепчу я.

Ее лицо мрачнеет, и она смотрит то на меня, то на вампиров.

– Деми…

Я машу рукой.

– Я шучу. Я не жду, что ты ради меня бросишь вызов своему боссу.

Поворачиваясь, чтобы сосредоточиться, я перевожу взгляд на врага. Они приближаются со всех сторон, кроме как сзади. Я бегу и прыгаю, отталкиваясь от веревок назад. Я переворачиваюсь и приземляюсь на маты за пределами ринга, а затем мчусь к самой маленькой группе вампиров.

Все четверо выглядят самодовольными и чрезмерно самоуверенными. Не знаю, смогу ли я взять их всех сразу, но я буду драться с ними до смерти, прежде чем отключусь. Возможно, это моя гордость или упрямство, но я не позволю Маттео использовать своих солдат, чтобы уничтожить меня. Если он хочет преподать мне урок, ему следует сразиться со мной самому.

Двое атакуют молниеносными движениями. Я уклоняюсь от удара и перекатываюсь под ударом, врезаясь ногой в заднюю часть ноги вампира, и заставляю его рухнуть. Я без колебаний сворачиваю ему шею.

Я не убиваю их навсегда, но мне нужно, по крайней мере, обезвредить их всех, если я хочу иметь хоть какой-то шанс уйти отсюда с неповрежденным достоинством. Следующие трое – легкая добыча, и они явно не ожидали, что я буду настолько эффективна.

Четвертое тело падает на землю за секунду до того, как руки обхватывают меня за талию. Я кряхчу и запрокидываю голову, встречаясь с лицом вампира, когда она сжимает меня так сильно, что мне кажется, что мои внутренности взорвутся. Я провожу пальцами между ее руками и животом, а затем отталкиваю их от себя. Она бьет меня коленом по задней части ноги, и я падаю на коврик.

Я перекатываюсь прежде, чем она успевает запрыгнуть на меня.

Никогда нехорошо позволять противнику повалить тебя на землю. Если отбросить силу охотника, правило остается прежним.

Я хватаю гантель, и швыряю ее в лодыжки другого вампира. Все становится вспышкой адреналина.

Все, что я могу делать – это ударить, увернуться и попытаться сломать им шеи.

Это похоже н бесконечный поток ударов.

Как только я убиваю одного вампира, другой прыгает мне на спину или бьет кулаком в живот. Их так много, что я не могу избежать всех ударов. Однако, я чертовски хорошо держу себя в руках, и довольно скоро между мной и боссом остается всего три вампира.

Маттео наблюдает с блеском в глазах и довольной ухмылкой. Я не уверена, кому эта улыбка адресована, мне или его вампирам, и, честно говоря, это не имеет значения.

Он пожалеет об этом.

Но сначала мне нужно избавиться от этих клыкастых ребят.

Все трое крупнее остальных, с которыми я сражалась до сих пор, но больший размер не всегда означает лучшее. Я стою рядом с тренажером для жима лежа, поэтому беру его и швыряю в двух парней, которые выглядят так, будто съели Арнольда Шварценеггера на закуску.

Я не жду, чтобы увидеть, убьет ли их это, потому что у меня есть секунды, прежде чем они снова набросятся на меня.

Я бегу к одинокому вампиру, выхватываю трос из силового тренажера и лечу по воздуху, используя свою инерцию, чтобы обвести меня вокруг него и обмотать черный провод вокруг его горла.

Он хрипит и тянется к тросу. Поднять его легко с моей суперсилой. Он кряхтит от удивления, когда я швыряю его в противоположную сторону от снаряда. Его шея хрустит с приятным – да, я понимаю, что это не нормальные мысли – хрустом.

Как я и предсказывала, двое других вампиров нападают на меня. Они атакуют с такой силой и скоростью, которую я почти не могла себе представить раньше. Все, что я могу сделать, это дать волю своим годам тренировок по рукопашному бою и надеяться, что во мне осталось достаточно сил, чтобы справиться с ними.

Борьба с ними затягивается. Один из них хватает меня за руку, когда я пробегаю мимо. Я пользуюсь преимуществом и поворачиваюсь в его захват. Он этого не ожидал и не может двигаться достаточно быстро, чтобы увернуться от моего удара головой. Мой череп врезается в его, и это чертовски больно.

Он слегка спотыкается, и я выдергиваю руку из его хватки и хватая его за голову. Последний вампир, Трей, хватает меня сзади, пока я все еще держу его друга, чем ставит меня в опасное положение. Мои руки заняты другим вампиром, пока он добирается до моей шеи.

Ох блин.

– Я буду рад заставить тебя заткнуться навсегда, – шипит он мне на ухо.

Трей сжимает меня настолько сильно, что мое горло дёргается, пытаясь получить воздух в тисках его захвата.

Черт побери. Я была так близко.

Я отказываюсь проигрывать этому ублюдку.

Я ударяю ногой, делаю акцент на силу, вместо того, чтобы поднять ногу, как намеревалась.

В моей голове формируется идея, и у меня есть всего несколько секунд, чтобы воплотить ее в жизнь. Я выбрасываю свое тело, скидывая туфли и заставляя вампира сделать шаг вперед. Именно туда, где я хотела, чтобы он находился. Я зажимаю гантель между ногами и напрягаю пресс. Мои ноги взлетают вверх, и я поворачиваю голову как раз вовремя, чтобы она не ударила меня по лицу.

Хватка вампира ослабевает, когда гантель ударяется о его череп. Я откидываю руки назад, хватаю его за плечи и сгибаюсь в талии. Тело Трея налетает на мое, я прыгаю на него сверху и ломаю ему шею.

Маттео начинает медленно хлопать, насвистывая от ущерба, который я причинила. Я смотрю на часы. Прошло всего десять минут. Мое дыхание тяжелое, и я отталкиваюсь от пола, переступая через упавшего вампира.

– Ты ублюдок, – рычу я.

Он не выглядит ни капельки сожалеющим.

– Я бы извинился, если бы мне было жаль, но это не так. Теперь мы знаем, на что ты способна, и ты понимаешь, каково это – подвергнуться нападению вампиров, которые тебе не друзья.

– Знаешь, что смешно? Тот факт, что ты думаешь, что заслуживаешь благодарности.

В его темных глазах мелькает что-то похожее на досаду.

– Ты понимаешь, что ты только что сделала?

Я оглядываюсь вокруг. Первые вампиры, напавшие на меня, просыпаются и уже исцелились. – Надрала задницу?

Он бросается ко мне и хватает меня за руки. Я вырываюсь из его хватки, испытывая удовлетворение от удивления и боли, когда вижу рябь на его лице.

– Ты злишься. Я понимаю. Когда ты поймешь, что я помог тебе признать твою силу, ты оценишь урок.

Глядя на него, я скрещиваю руки.

– Когда ты поймешь, почему я действительно злюсь, ты оценишь урок.

Я оставляю Маттео в спортзале в ярости, и направляюсь к лифту. Я вся в поту, и мое сердце колотится от интенсивности боя. У меня дрожит рука, когда я нажимаю кнопку вызова.

– Эй, Деми, подожди, – кричит Алисса, подбегая ко мне. Она могла использовать скорость. Но я ценю, что она дала мне время сказать ей, чтобы она отвалила.

Хотя нет. Мне бы не помешала какая-нибудь компания, чтобы остыть после этого дерьмового шоу.

Двери лифта открываются, и мы заходим.

– Это было действительно впечатляюще.

– Спасибо, – говорю я, и нажимаю кнопку своего этажа. – Маттео должен был просто сразиться со мной сам.

Алисса упирается ногой в стену.

– Он мог бы, но это все равно не было бы так интенсивно, как та эскадрилья, преследующая тебя вот так. Она морщит нос, когда я хмурюсь на нее, – я не говорю, что согласна с его методами, но было потрясающе наблюдать, как ты прорываешься сквозь них.

– Это было довольно круто, да? – спрашиваю я с легкой улыбкой. – Трей думал, что победит. Не могу передать, как мне понравилось сворачивать ему шею.

Она фыркает.

– Он будет так зол, когда проснется.

Я вздыхаю и вытягиваю шею из стороны в сторону. Адреналин угасает, и я немного окостенела, но это намного лучше, чем несколько дней страдать от боли после тренировки.

В целом, я бы дала сверхъестественному исцелению десять баллов из десяти.

Вот если бы все было так просто, было бы здорово. Надвигающаяся конфронтация с Маттео портит мне хорошее настроение. На днях мы с ним столкнёмся, и это будет некрасиво.

Несколько часов спустя, когда я лежу на диване под кучей одеял и смотрю какое-то жуткое шоу об особняке с привидениями, кто-то стучится в мою дверь. От этого звука у меня замирает сердце, и я смотрю на телевизор. Жуткие фильмы всегда заставляют меня нервничать.

Я выключаю телевизор и иду посмотреть, кто там. Выглянув в глазок, я вижу серьезное лицо Кольта, смотрящее на меня. Он наклоняет голову набок, как будто видит меня, и поднимает руки, нагруженные знакомыми пакетами с едой.

О, милый малыш Моисей в корзине для одежды, кажется, я люблю его.

Ладно, это преувеличение, но этот человек определенно заработал миллион очков, если у него есть то, что, как я подозреваю, у него есть.

Я поворачиваю ручку и распахиваю дверь.

– Клянусь Одином, если это не жареная курица, я надеру тебе задницу.

К тому времени, как я произнесла эти слова, в нос ударили ароматы жареного риса, острого соуса и жареного мяса.

Мой желудок урчит.

Что? Женщине нужно есть.

Покрытая шрамами бровь Кольта приподнимается.

– Я не знал, что ты веришь в скандинавских богов.

Я пожимаю плечами.

– Раньше я этого не делала, но, учитывая все, что произошло, думаю, мы с Одином были бы друзьями в Валгалле.

Он качает головой.

– Могу ли я войти?

Отойдя в сторону, я впустила благословенное кровососущее существо в свою квартиру.

Он ставит на мой стол пять пакетов, а я помогаю ему вытаскивать коробки, стону от предвкушения, когда вижу контейнер, в котором наверняка полно вонтонов с беконом и халапеньо.

– Я не уверена, стоит ли тебя оскорблять или похвалить, – честно говорю я ему. Это шведский стол с блюдами китайской кухни. Ло-мейн, чау-мейн, жареный рис всех сортов, яичные рулеты, жареная курица, монгольская говядина, и что еще?

– Какого черта, у тебя есть паровые булочки?

Кольт улыбается, это одна из самых широчайших ухмылок, которые я когда-либо видела на нем. Он смотрит на стойку.

– Думаю, я немного переборщил, но поскольку я был причиной того, что ты не получила еды в прошлый раз, я решил, что смогу загладить свою вину.

Я подпрыгиваю на носочках и трясусь на месте.

– Я так взволнована! Не думаю, что смогу съесть все это одна… – я замолкаю, бросая на него обеспокоенный взгляд.

– Ты собираешься есть?

Он кивает.

– Я съем немного. Я также пригласил Эвелин. У нас есть около… – он наклоняет голову в сторону, как будто что-то слушает. – Двух минут, пока она не придет.

Я пока не научилась, как определить ее ритм, но доверяю его слову.

– Ну что ж. Позволь мне сказать спасибо, – я обнимаю его за шею и прижимаю его рот к своему. Он прислоняет меня к стойке и прижимает к ней, взяв под свой контроль поцелуй. Его губы требовательны, и я задыхаюсь, когда Эвелин стучит в дверь.

– Ой. Вы двое трахаетесь? И пахнет кухней китайского ресторана Это отвратительно. Я понятия не имею, почему Кольт пригласил меня, если вы собирались просто трахаться.

Она продолжает бормотать ряд отвратительных слов, а я смеюсь в губы Кольта.

– Я должна впустить ее.

Кольт проводит тыльной стороной ладони по моей щеке и снова целует меня.

– Хорошо, – говорит он. – Впусти паршивку.

– Кого? – спрашивает она, повышая голос на несколько октав. – Подожди, пока я войду туда, Кольт.

Обогнув его, я направляюсь к двери с дурацкой улыбкой на лице. Хорошая еда делает удивительные вещи с женщиной. И нет, улыбка не имеет абсолютно никакого отношения к великолепному смертоносному вампиру на моей кухне.

– Привет, – говорю я, открывая дверь.

Эвелин дуется.

– Почему ты никогда не целуешь меня? – говорит Эвелин, обращаясь ко Кольту.

Я притворяюсь, что задыхаюсь.

– Разве не было бы странно целоваться с братом? Для вас это практически инцест.

А что касается меня, Эвелин красивая, но мне кажется, что мне слишком нравятся мужчины, чтобы думать о том, чтобы играть за другую команду.

– Ты бы видела начало восемнадцатого века, где рассказывают об инцесте эпических масштабов.

Моя голова запрокидывается назад.

– Что, черт возьми, ты только что сказала?

Ее темные глаза скользят по моему испуганному выражению. – Ох, – говорит она со смехом. – Не он и я, глупая. Люди. Они все были за то, чтобы трахаться с кузенами и жениться на дядях. Как, по-твоему, появились рыжие?

В последней части она звучит совершенно искренне.

– Эй! Кто сказал, что ты можешь войти?

Я кричу ей вслед, когда она проходит мимо меня и входит.

– Кольт пригласил меня, помнишь? – она мило улыбается мне и поворачивается к Кольту. Она бросается к нему, и ее ладонь врезается в его лицу.

Я прижимаю руку ко рту и чувствую, как мои глаза расширяются, как блюдца.

Кольт облизывает разбитую губу, в его зеленых глазах пылает гнев, и скрещивает руки на груди.

– Ты закончила с припадком?

Эвелин фыркает и топает ногой.

– Я не паршивка.

Он бросает на нее взгляд и кричит.

– Моя ошибка, – холодно говорит он, встречая мой взгляд поверх ее головы. Его губы дергаются, когда он видит мое лицо. – Хочешь поесть?

Безумный вампир – ну ладно, более безумный вампир – бросает на меня испепеляющий взгляд.

– Ты и он не можете начать обмениваться взглядами. Он и Грейсон и так делают этого достаточно, не добавляя тебя в этот микс.

Я убираю руки изо рта.

– Я умираю с голоду, – говорю я, разрушая то, что может перерасти в еще одну тираду. Она довольно драматична.

– Ну, здесь вся эта еда, чего ты ждешь?

– Действительно? – я спрашиваю ее.

Она моргает, перебрасывая свои длинные темные волосы через плечо.

– Что?

В ее глазах сверкает вызов, и я знаю, что лучше не кусаться.

– Я выбираю жареную курицу и паровую булочку.

– Бок, бок, бок, – говорит она мне, когда я прохожу мимо, изображая курицу.

Возможно, она права, но я действительно умираю с голоду. Кроме того, у эскадрильи вампиров, вероятно, нет ничего на ее психозадницу, а я закончила выяснять, сколько вампиров нужно, чтобы убить Охотника.

Мы разберемся с этим в другой день.