332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Роман Пастырь » Студент (СИ) » Текст книги (страница 7)
Студент (СИ)
  • Текст добавлен: 19 декабря 2020, 18:30

Текст книги "Студент (СИ)"


Автор книги: Роман Пастырь






сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)

Интерлюдия

Когда Роман получил весть, что один из грузовиков пропал, он выбежал из дома, запрыгнул в машину, не дожидаясь водителя, и отправился на место, чтобы лично разобраться в случившемся.

Только вот доехать не успел. Поселок, в котором они жили, находился в десяти километрах от основной трассы. Большая часть этого пути пролегала через лес, поля и домики попроще. Хорошо уложенная дорога позволяла набрать скорость. Это и стало ошибкой.

Роман выжал газ, когда прямо на дороге возникла фигура. Дернув руль, он увёл машину в сторону, но… Слишком поспешил, не был готов к этому. Машину занесло и снесло с дороги. Та подпрыгнула, врезалась в землю, перевернулась несколько раз и затихла.

Несколько секунд Роману потребовалось на то, чтобы восстановиться. Он готов был поклясться, что фигура взялась из ниоткуда, а значит это был ходок. Появился и исчез, спровоцировав аварию.

Друзья так не поступают. Случайные попутчики тоже. Вывод напрашивался сам собой.

Дверь машины заклинило. Пришлось ногой выбивать остатки лобового стекла и выбираться наружу. Всё это время Роман ждал нападения. Чего угодно. Кто-то мог выдернуть его, расстрелять, закинуть внутрь связку гранат. Но ничего такого не происходило. Это не значит, что враг отступил. Это значит, что враг дал осознать факт нападения и шаткость ситуации.

Виновника Роман увидел недалеко, на обочине дороги. На его лице не было испуга, чувства вины, раскаяния или беспокойства. Он смотрел холодно, сосредоточенно, с ощущение внутреннего удовлетворения.

Пепельные волосы, высокий, молодой, без оружия.

– Ты кто? – бросил ему Роман.

Больше всего мужчине хотелось броситься вперед и схлестнуться с этим уродом. Он бы так и поступил, будь уверен, что никто за ними не наблюдает.

– Я всё ждал, – ответил незнакомец, – Что ты облажаешься, что ваша семья пойдет по миру, обнищает и окончательно падет. Но почему-то этого до сих пор не произошло.

Роман распрямился, стряхнул с себя остатки стекла и отошёл от машины, выбрав место с твердой почвой.

– Личная месть? – бросил он издевательски, – Дай угадаю, мой отец насолил твоей семьи и ты решил отыграться.

– Не просто отыграться, – кивнул противник, – Я хочу уничтожить вас. Разорить, заставить страдать, чувствовать безнадежность.

Роман кивнул, принимая к сведению. То, что враг показал своё лицо – это хорошо. Так проще с ним разобраться. То, что он ходок и готов действовать решительно – новость плохая. У семьи нет никакой защиты. Этот незнакомец может убить мать, сестру, прислугу – кого угодно, если Романа не будет рядом.

«Надо с ним разобраться, но нельзя показывать всю свою силу здесь и сейчас. Он может этого и добиваться»

С точки зрения закона этот человек не сделал ничего плохого. Всего лишь неаккуратно использовал свою силу. Проверни кто такое в отношении влиятельной семьи и тут же получит кровавую вендетту. Только вот Коршуновы больше не были влиятельной семьёй.

Тем временем, незнакомцу надоело ждать. Он достал из воздуха гранату, выдернул чеку и метнул в сторону Романа. Тот начал двигаться спустя секунду после. Пока граната вращалась и падала, он бросился в другую сторону. Снаряд угодил в машину и рванул, поднимая облако пламени. Коршунова откинуло взрывной волной и оглушило. Когда он поднялся и огляделся, противника уже не было на месте.

Глава 9. Вечер субботы и родня

Вечер субботы удивил. Не сам удивил, а с помощью соседа. Когда вернулся, его не было и поэтому я с чистой совестью взялся за алхимические исследования. Но и вечером сосед не пришёл. Он явился под ночь.

Не один.

Я сидел у себя в комнате, когда услышал женский смех. Судя по интонациям и доносящемся разговорам, это не какая-то подруга заскочила. Парочка переместилась сначала на кухню. Потом в душ, а следом и до спальни добрались. Между нашими комнатами пролегал зал, расстояние какое-никакое есть, но и так, я прекрасно расслышал, чем именно занимается Матвей с незнакомкой.

С чувством занимается и не спешит заканчивать.

За соседа я порадовался. Как и за девушку. Если верить её стонам, она довольна. А вот за себя порадоваться не мог. Накатила капелька грусти, что наши отношения с Леной закончились. Задерживаться на грусти я не стал, взялся за учебники, но сосредоточиться получалось с трудом. В итоге выбрался на балкон, где было чуть тише.

* * *

Утром возникла неловкая ситуация. Матвей по традиции ушёл с утра на пробежку. Я же выбрался на кухню, чтобы приготовить завтрак. Этот момент девушка и выбрала, чтобы выйти наружу. Голой.

– Ой! – взвизгнула она и унеслась прочь.

Вскоре вышла обратно, закутанная в простынь. Что выглядело пугающе сексуально.

– Привет, а ты сосед Матвея?

– Ага. Есть хочешь? – кивнул я на сковородку, где жарилась яичница. – Или может чаю?

– А Матвей скоро вернется?

– Где-то через двадцать минут, – прикинул я.

– Тогда от чая не откажусь. А тосты есть?

– Могу сделать.

Девушка сходила в туалет, умылась и вернулась. Всё также в простыне.

– Тебя как зовут? – спросила она, – Я Злата.

– Эдгард.

– Сильное имя.

– Родители выбирали, – улыбнулся я, разливая чай по кружкам. Тосты уже лежали на тарелке перед девушкой.

– Спасибо. Давно вместе живете?

– Пару дней.

– Учитесь?

– Да. А ты его…?

– Эм, нет, – смутилась одна, – Мы вчера познакомились.

Рейтинг Матвея вырос в моих глазах в несколько раз. Силен.

Посидели, помолчали, поболтали ни о чем. Вскоре вернулся Матвей.

– О, ты уже встала, радость моя, – чмокнул он её в щёку. – Я в душ, ты со мной?

– Ну пошли, – кивнула она, бросив в мою сторону взгляд.

Я постарался сохранить лицо. Было тяжеловато сидеть вот так рядом с полуобнажённой девушкой. Не смотреть на её голые ключицы, на выпирающие груди. Мне что, настолько женской ласки не хватает? Или это молодой организм требует своё? Надо бы как-то узнать у соседа, где он так удачно познакомился. Я бы не отказался и сам заглянуть в те места.

Матвей отправил девушку домой где-то через час. Заказал ей такси. У нас дома имелся телефон, а у парня имелись контакты фирмы, предоставляющей машины. Он спустился вниз и проводил, когда таксист приехал. Не то, чтобы я за ним подглядывал, но то, что попадалось само на глаза, изучал с жадным интересом. В силу специфичности жизненного опыта, я не то, чтобы хорошо разбираюсь в том, как ухаживать за женщинами. А Матвей доказал делом, что в этом разбирается. Так почему бы не поучиться у более опытного товарища?

– Я тебе не помешал? – спросил он, когда вернулся.

– Всё нормально, – заверил я его, – Скорее это было неожиданно.

– Да? – удивился он, – Чем?

– Ты вроде здесь также недавно, как и я. А уже нашёл девушку.

– А, это. Так ничего сложного нет.

– Да? – теперь уже я изобразил удивление.

– Хм… Кажется, мы можем быть полезны друг другу.

– Каким образом?

– Ты же силен в математике и прочем?

– Допустим.

– Ну, тогда ты можешь догадаться, чем мы поможем друг другу.

– Я тебе помогу с математикой, а ты мне расскажешь, как в этом городе знакомятся с девушками?

– Не только расскажу, но и покажу. Только не сегодня. Учебу никто не отменял. Как насчет следующей пятницы? Или субботы?

– Можно. Что от меня нужно?

– Перестать выглядеть настолько серьезным, расслабиться, ну и одеться, – улыбнулся он.

Опять одеться. Если мне придется тратиться на одежду, то я кого-нибудь стукну.

* * *

Понедельник тоже удивил. И взволновал. Стоило прийти в старший институт, как охранник сообщил, что меня ожидают.

– Кто? – тупо спросил я, мысленно перебирая, что сделал, и думая, на какие проблемы успел нарваться.

– Родственники, – ответил вечно хмурый мужчина.

Неожиданно.

Родственниками оказались мужчина и женщина, оба лет так под пятьдесят. Ожидали они меня… Наверное, это можно назвать переговорной. Отдельный кабинет, с мягким диваном, креслами и столиком между ними. Что сказать, институт был настолько элитным, что здесь даже такие места имелись, где можно пообщаться с глазу на глаз.

– Эдгард, – встал мужчина.

Я окинул его взглядом, пытаясь вспомнить лицо. Не вспомнил. Внутри тоже ничего не шевельнулось.

– Я Александр Солодов, это моя супруга, Анна. – представился он, – Я двоюродный брат твоего отца.

– Здравствуйте. Не хочу показаться грубым, но я не помню вас.

– Да-да, – закивал мужчина, – Мы не общались.

– Тогда почему вы здесь? – прямо спросил я, не совсем понимая, чего ждать от этих людей.

– Нас позвали, – развел мужчина руки в стороны. – Ты несовершеннолетний, а мы ближайшие доступные родственники.

– И?

– И вот мы здесь, – мужчина растерялся.

– До сих пор не понимаю зачем.

– Ты несовершеннолетний, – повторил он, – А значит о тебе должен позаботиться кто-то взрослый.

Осознав, что он сказал, я не удержался и рассмеялся. Смеялся долгую минуту, в голос, ничуть не сдерживаясь.

– Это была хорошая шутка. Но простите мне мои манеры, – сказал я, утирая слезы, – Как же вы собираетесь обо мне заботиться?

– Не вижу ничего смешно, – если мужчина вначале и пытался выглядеть дружелюбным, то это как-то быстро сошло на нет. – Мы собираемся добиться твоего опекунства, пока ты не станешь взрослым.

– Зачем?

– Чтобы опекать тебя, – ответил он, поджав губы.

– Зачем? – повторил я.

– Мы же родня.

– И ни разу не виделись. – веселье стало уходить, – Возможно, я слишком груб, но и вы меня поймите. Я вижу вас первый раз. Что именно вы хотите, какие цели преследуете – вы не говорите. Опекунство мне не нужно. До этого справлялся со всеми проблемами, дальше тоже справлюсь.

– Но так неправильно, – возмутился мужчина, – Ты ребенок, не можешь распоряжаться деньгами и своей жизнью.

– Какими деньгами? – прищурился я.

– Твоим наследством! – раздраженно бросил он.

– Моё наследство – моё. Вы тут при чем?

Мужик замялся, не находя слов. Я сейчас что-то не догоняю. Он что, хочет… эм… присосаться?

Моё недоумение темой опекунства обусловлено двумя причинами. Первая – перед тем, как зайти, я создал печать и проверил их индексы. Обычные люди, аристократами от них и не пахнет. Вторая – выглядели они бедными.

Обе причины для меня не являются поводом, чтобы относиться плохо к кому-либо. Те же Гвоздевы тоже простолюдины и богатств у них нет. Но за них я готов порвать любого и сделать что угодно. Эти же «родственники» были мне незнакомы. С Соколовыми они не общались. Ничего предложить не могли. Зато хотели взять меня под контроль.

С хрена ли мне этому радоваться?

Тем временем мужик пошёл пятнами. Он хотел что-то сказать, но встала его супруга, схватила под локоть мужа и запричитала.

– Сашенька, ты разве не видишь, насколько этот мальчишка не воспитан и неблагодарен! Не трать на него время!

От таких заявлений я впал в ступор. Благодарен за что?

– Мы будем судиться! – рявкнул Сашенька и стремительно выскочил за дверь вместе с супругой.

Вот и поговорили.

* * *

Когда я вышел следом, то их и след простыл. Глянул на часы. На пару безбожно опаздываю, а значит нагоняя от преподавателя не избежать. Дерьмо.

Настроение окончательно испортилось. Я поспешно зашагал в сторону аудитории, но меня окликнули.

– Соколов! Почему не на парах?

Обернувшись, увидел Ольгу Владимировну. Она куда-то шла по своим делам, несла в руках кипу бумаг и на меня смотрела строго.

– Родственники заявились. Угрожали опекунством, – признался я.

– Аа… – протянула она. – Тогда иди.

– Простите… – тут мне в голову пришла мысль, – Может вы подскажите, где я могу проконсультироваться по этому вопросу? А то со мной судиться хотят.

– Интересно как. – задумалась она. – Зайди ко мне после пары. А сейчас марш учиться.

– Спасибо, – улыбнулся я и направился в аудиторию.

Бежать не стал. Бег это пот, пот это запах, а запах это позор. После встречи с мастером этикета я на многие вещи иначе смотреть стал. Никогда не пренебрегал гигиеной, но в этом месте стандарты гораздо выше. Поэтому как бы мне не хотелось оказаться на лекции быстрее, спешить нельзя.

* * *

Постучав в дверь, дождался разрешения зайти. Ольга Владимировна никак за день не изменилась. Только на дне глаз появилась легкая усталость. Она раздраженно отодвинула бумаги в сторону и глянула на меня.

– У тебя были довольно интересные ответы на экзамене. Местами дерзкие. Скажи, как бы ты решил проблему, если работы много, а толковых специалистов мало?

– Дефицит кадров это и есть та проблема, которую надо решить?

– Да, – кивнула она, явно не ожидая, что я дам ответ.

– Нанять в другом месте, обучить новых, но это очевидные ответы. Если все возможные варианты задействованы, я бы работал с тем, что есть. Взял молодых и голодных, бросил бы их на задачу и дал время, чтобы они заматерели.

– Так молодые не справятся, – хмыкнула она.

– Почему вы в этом так уверены?

– Они же молодые.

– Все когда-то были молодыми, – пожал я плечами.

– Странно это слышать от юнца, – развеселилась Ольга.

Я наклонил голову, пряча глаза. Перед внутренним взором много чего пронеслось. Как меня обучали. Когда мало времени на подготовку было и от того, выполнишь ты домашнее задание или нет, зависит твоя жизнь. Это не метафора. Не смог создать очищающую печать для воды – будешь мучиться от жажды, ослабеешь и завтра создать её будет сложнее. Две неудачи подряд и ты труп. Не смог справиться с грабителями – смерть придет быстрее, если, конечно, над тобой не захотят поиздеваться. Я таких примеров могу сотни привести.

Больше я говорить ничего не стал. Тут и без мастера этикета понятно, что моя позиция раз в десять ниже, чем у этой женщины. Не мне её учить. Тем более не зная всех условий задачи и тех трудностей, с которыми ей приходится работать. Но вопрос она интересный задала. Может и не просто так спросила. На что-то намекает?

А если…

– Может я и юн, с этим трудно не согласиться. Но юность бывает разной. Кто-то живет в роскоши, ни о чем не беспокоится. У него нет мотивации рвать жилы. А кому-то приходится выживать. Для таких людей, зачастую, скорость обучения – это залог выживания.

– А ты выживаешь? – прищурилась она.

– Сейчас мои условия в разы лучше, чем раньше, – ответил я осторожно, подбирая слова, – Но кое-что, надеюсь, во мне останется неизменным, даже не смотря на размягчающие условия – голодность, готовность трудиться и браться за сложные задачи.

– Если бы этого было достаточно, – покачала она головой, изучая меня. – Ладно, у меня не так много времени, чтобы болтать. У тебя вроде бы вопрос.

– По опекунству. Я не знаю этих родственников. Вели они себя странно. Не как союзники.

– Я в курсе твоего дела, – покивала она, – Ты знаешь, что считался официально погибшим? Твоё наследство должно было отойти этим людям, как ближайшим родственникам. Имею ввиду проживающих в нашем государстве. Земля бы им не досталась, но деньги на счетах – да.

– Почему тогда они их не получили?

– Потому что у нас в стране бардак, – прямо заявила она, – Банк не хотел отдавать то, что ему не принадлежало. Пользовался отговоркой, что тела наследников не нашли, а значит их можно считать без вести пропавшими, что является достаточным основание, чтобы затянуть дело.

– Как же тогда… А, понял.

Вмешательство князя творит чудеса.

– Как деньги попали к тебе так быстро? Да, ответ очевиден, – от чего-то она развеселилась.

– Мне есть, чего опасаться?

– А сколько тебе лет?

– Семнадцать. В феврале исполнится восемнадцать.

– Тогда нет. Шли всех родственников, – выделила она это слово, – Куда хочешь. Ты аристократ, а они – никто. Надеюсь, не задела твоих родственных чувств.

– Я только рад прямоте. Спасибо, что прояснили. Прямо гора с плеч.

– Ты плохо ориентируешься в нашем обществе. Но вижу, что к мастеру этикета заглянул.

Она усмехнулась, а я покраснел. У этой женщины индекс опасности был выше семидесяти пяти. На столь высоких значениях мои методы анализа буксовали и не выдавали точных данных. Потенциал – как минимум она может вырасти в силе раза в полтора. Монстр, а не женщина. При такой силе она легко могла обладать сверх нюхом и восприятием. Для неё, возможно, я был варваром, который совсем не умеет за собой следить.

– Постой минутку, – сказала она, продолжая улыбаться.

Женщина взяла листок бумаги и написала несколько строк.

– Это список книг. Изучи на досуге. Как-нибудь обсудим.

Одиннадцать позиций. Я кивнул, стараясь не выдать волнения. Было от чего занервничать. Во-первых, когда мне всё это читать? Во-вторых, когда не последняя в институте женщина, обладающая в том числе большой личной силой, говорит «обсудим на досуге» – это что вообще такое? Иначе, как проверкой меня я назвать это не могу.

Но я рад. Очень рад. Свою речь про молодость и голодность я как раз для этого и толкал.

Мне было над чем подумать за эту неделю. Оценить, как живут аристо, пусть я и видел только косвенные проявления, типа дорогих костюмов и машин. Деньги нужны. А ещё социальный статус, влияние, личная сила. Много чего нужно, чтобы просто жить и не рисковать быть случайно растоптанным каким-то бесом, которому что-то не понравится во мне. Или ходоком, который закинет в дом гранату или сам лично голову оторвет.

Молодость и потребность в большой личной силе приводили к простому выводу – надо учиться. А учиться лучше рядом с теми, кто находится наверху. Показать себя, стать полезным, получить какие-то задания или работу – вот на что я целился. И, кажется, первый шаг на этом пути сделан.

Не смотря на испорченное настроение родственниками и здоровенным рефератом, который надо подготовить в качестве расплаты за опоздание, настроение моё поднялось.

Хороший день.

* * *

Первое, куда я пошёл записываться на факультатив – рукопашный бой. Впрочем, занимались группы в одном месте, поэтому я сразу увидел и где атлетика проходит, и где фехтовальщики занимаются.

Спортивный комплекс находился в отдельном здании и я пожалел, что раньше сюда не зашёл. Тут скрывалось с десяток отдельных залов под любые нужды. Даже бассейн был и я сделал мысленную пометку купить плавки. Вид большого количества воды, прозрачной и чистой, где можно поплавать меня впечатлил. Плавать то я не умел. Море видел в своём мире, но окунуться в него было смерти подобно, так что эта часть жизни прошла мимо. Поэтому я и захотел наверстать. Только надо инструктора найти и попросить научить плавать, а то чувствую, что если залезу в воду, то пойду ко дну.

Фехтовальщики и рукопашники занимались в одном общем, гигантском зале, размером со школьный стадион. Когда я зашёл, студенты разминались. Среди них я увидел знакомые лица. Большинство студентов уже определились, куда будут ходить. Присутствовали и зрители. Среди них заметил Матвея, он махнул мне рукой и пригласил сесть рядом.

– Тоже выбирать? – спросил я его.

– Да. Хочу понять, какое направление будет меньшей тратой времени.

– Что-то в твоем голосе не слышится энтузиазма.

– Ну, – внезапно смутился он, – Я не любитель.

– Драться?

– Ага. Меня учили, кое-что я умею, но не сказать, что отношусь к этому серьезно. А ты?

– Тоже что-то типа того. Мне больше нравится чувствовать силу в теле. Не обязательно махать кулаками.

Для алхимика ведь это главное. Тело, как сосуд для энергии мира. Чем оно крепче, тем больше ты можешь накопить энергии и тем больше можешь пропустить её через себя.

– Так тебе просто физические нагрузки нужны? Что-то не заметил, чтобы ты с утра бегал.

– Это здесь. До этого я больше года каждый день тренировался серьезно, на износ, – поделился я откровенностью, – Когда сюда прибыл, то счел, что можно немного отдохнуть и расслабиться. Да и учеба… Не ожидал, что придется столько всего изучать.

– У тебя ещё и два института, – покачал Матвей головой. – Куда пойдешь? – кивнул он на занимающихся.

– Пока не вижу разницы.

– Она не большая. Одни мочат друг друга кулаками и ногами. Другие кромсают друг друга холодным оружием.

Я к холодному оружию относился полностью равнодушно. Как к инструменту. Если можно решить вопрос ножом и не чертить несколько часов печати, то лучше так и сделать. Я тот ещё прагматик. Как и большинство алхимиков.

– По идеи, оружие перспективнее, – заметил я.

– Перспективнее в чём? В развитии тела? Сомнительно. Или ты про сражения с такими, как мы?

– Оба пункта.

– Ну не знаю. Ты видел когда-нибудь, как дерутся высшие бесы?

– Видел обычных бесов.

– Мне показалось или за этим скрываются какие-то эмоции?

Я замер, чем выдал себя с головой. Ну да, к бесам я питаю личную неприязнь.

– Скажем так… На своём пути я встречал разных людей.

Матвей хмыкнул и не стал развивать тему. Спасибо ему за это.

Придя сюда, я ожидал чего-то эдакого. В конце концов, это же занятия аристократов, у половины из которых есть уникальные способности. Но нет, ничего такого за пятнадцать минут наблюдения я не увидел. Обычная тренировка. Здесь занимались студенты всех курсов. Также присутствовали тренера. На где-то семьдесят человек их было пятеро. Два старших, остальные помощники.

В институте училось гораздо больше людей, но занимались они не в один день и час. Так что сейчас я наблюдал всего лишь одну из групп. Уж не знаю, по какому принципу они делились. Может по тому, кому в какой день удобнее заниматься.

– Должен признать, Измайловы постарались, – тихо сказал Матвей.

– Измайловы? – также тихо переспросил я, помня о том, что у бесов встречается очень тонкий слух.

– Те, кто этим всем заправляет. Ты что, не знаешь? Я думал, все в курсе.

– Что-то слышал о них. Но во многих вещах я не разбираюсь. Пока что.

– Знаешь, большинство никогда не признается в своей слабости. А ты так легко об этом говоришь. – хмыкнул Матвей.

– Зачем отрицать истину?

– Тоже верно.

– Так что Измайловы?

– Ты в курсе, что два года назад здесь было раз в десять меньше учеников?

– Да? Потому что не было князя и шла борьба за власть?

– Ага. Но Медведевы победили и, надо отдать им должное, смогли навести порядок. В прошлом году было раз в пять меньше учеников. В этом, как видишь, семьи решились отправить своих детей на учебу.

– Не думал об этом. Тогда да, надо отдать должное.

Я не мог в полной мере оценить объем проделанной работы, но мог прикинуть, что Измайловым и Медведевым пришлось постараться.

– Дети князя с нами учатся, кстати. Про это ты тоже не в курсе?

– Неа. – ответил я, вжимая голову в плечи.

Что не спросят, я не в курсе. Бесит.

– Они как гарантия. Дополнительная. Поэтому лучше не чуди и вообще резких телодвижений не делай.

– Я похож на того, кто будет чудить?

– Без обид. Просто предупредил.

– Спасибо.

Любопытная информация. Если тут дети князя, он должен заботиться об их безопасности. Уверен, у князя хватает врагов.

Пока смотрел за тренировкой, размышлял, что хочу получить в итоге. Когда разминка закончилась и начались спарринги, стало понятнее, что здесь происходит. Тренера ставили студентов плюс минус одинаковых по силе. Никаких боев на смерть, обычные отработки навыков. Неплохо.

Задумался, как совместить алхимию и оружие. Есть варианты, всегда найдутся, но тут вопрос, окупятся ли вложения. Чтобы создать печать, оружие не нужно. Разве что нож, чтобы чертить. Наложить на лезвие какие-то свойства? Можно, но… Я найду способы и получше, как потратить силы. Можно, конечно, вспомнить сражения с бесами и предположить, что резать их сподручнее, чем бить кулаками. Но я не собирался делать ни того, ни другого. Бесов лучше мочить издалека. Если дойдет до плотного контакта, значит я провалился по всем пунктам. Не стоит забывать, что я нахожусь внизу рейтинга опасности, а не наверху. Значит, как не тренируйся, не смогу победить сильнейших. Поэтому ставку лучше делать на другое.

Да и не мешает мне никто в случае чего изменить решение и сменить факультатив. Я специально узнал, это не возбраняется. Как занятия кончились, подошёл к тренеру и записался. Послезавтра и сам приду заниматься.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю