Текст книги "Падение небес (СИ)"

Автор книги: Роман Пастырь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 19 страниц)

Глава 15. Посланник

Влетаю в пещеру, фух, успел. Провожу рукой по лицу, стряхиваю капли воды. Оглядываюсь, но внутри пусто, никого нет. Не успеваю удивиться, как через проход проносится Серый. Тоже мокрый, плюется, весь в грязи. Явно бежал, да упал пару раз. Светлые волосы испачканы, дыхание тяжелое.

– Это ты куда выходил? – приподнимаю бровь, окидываю его взглядом.

– Прогуляться, будь оно неладно. Как быстро ураган то налетел. Прикинь, он мне пару царапин нанес! Уж не знаю чем. То ли ветром, то ли градом, а может и струями воды.

– Главное, что добрался. Сейчас тепло сделаем, согреемся хоть.

– Я только за. Смотрю, корону добыл? Угрохал всё же фрикадельку?

Молча киваю. Что тут говорить, корона то в руках, и так всё понятно. Прохожу в центр пещеры, там камень плоский, на нем руна готовая. Запитываю магией и кусок скалы разогревается. Прислоняю руки, греюсь и в себя прихожу. Блаженство.

Парень рядом садится. Стягивает с себя рубашку аккуратно. Та порвана в одном месте, её гулхары выдали, качество сомнительно, но другой одежды нет. Не завезли, плохо работают магазины в этих краях.

– А можешь добавить? Одежду высушу, – просит Серый. – А ещё лучше создай вторую руну, а то холодает.

– Да, буря принесла холод.

Радуюсь, что в тепле сижу. Над головой слой камня в десяток метров, но даже отсюда слышно, как сверху гремит и сверкает. Сидим, греемся. Делать особо нечего, говорить неохота.

Проверяю, как идет процесс поглощения, там всё по плану. Впитываю остатки короны, но оставляю процентов пять, толкаю парню.

– Усиливайся.

– Ого, щедро. С барского стола перепало, – ухмыляется молодой мужчина. Взъерошивает волосы, брызги летят, а после тянет руку к подарку.

– Только аккуратнее. Тащи не больше, чем половину своего резерва.

– Да знаю, проходил уже через это.

– Ты с третьим уровнем работал. А это пятый. Магия тяжелее и злее. В общем, я предупредил.

Серый смотрит в глаза, но кивает. Не дурак, зачем тут спорить, если по делу говорю.

Забываю про парня и погружаюсь в медитацию. Посмотрим, какие тут изменения. В ядре рождаются искры с зеленым оттенком. Искра в искре. Они разносятся по телу, пропитывают его, кожу, мясо и кости. Чувствую, что идет трансформация, но всё в порядке. Организм перестраивается, сильнее становится. Оставайся я обычным человеком, уверен, подох бы, а так, как щекотка. Можно проверить, какой эффект, но как-то лишнее себя кромсать. Со временем узнаю, быть может, на сколько ускорилось восстановление.

Наверху громыхает. Через проход течет ручей из потоков воды, но пещеру не заполняет, скатывается в колодец, который я прорубил. У нас сухо и тихо, еда есть, беспокоиться не о чем. Серый расселся и греется, глаза прикрыты, тоже медитирует.

Руна света разгоняет мрак, создает немного уюта, если это слово в принципе применимо к пещере.

Поворачиваю голову и вижу, как из темноты выныривает фигура.

К нам является маг гулхар. Отряхивается, оглядывает пещеру хозяйским взглядом.

Я настолько удивлен, что торможу, мысли отправляются вскачь. Рефлекторно перехожу на магическое зрение, оцениваю, кто к нам заявился и сколько ещё снаружи скрывается.

Но нет, чувствую только одного, что сейчас стоит в пещере и не спешит нападать. Его образ отпечатывается в голове, так контрастна картина.

Высокий, под два метра ростом, но при этом худой, нет в нем богатырской мощи. Глаза спокойные, светлые, что терялись бы на белой коже, если бы не та сила, что в них скрывается. Одет в легкую броню, что плотно облегает тело. На поясе клинок, что сейчас в ножнах, ждет своего часа.

Отмечаю, что он сухой, как-то прошел через дождь. Впрочем, это маг пятого ранга, нечему тут удивляться, щитами прикрылся. Но почему один? Когда ворвутся другие?

Серый реагирует первым. С его ладони срывается заклинание, но не достигает цели. Маг ловит его прямо рукой, разглядывает, ухмыляется и тушит. Наглядная демонстрация силы. Я только мельком увидел, как замелькала руническая вязь, но рассмотреть не успел.

Происходит это за секунду. Парень успевает вскочить, подхватить копье и сделать выпад. Но выглядит это жалко, взмах рукой и Серый отлетает к стене, где и оседает. Живой, даже в сознание остался, но оглушили.

– Сидеть, – разносится властный голос.

Тут уже я поднимаюсь. Магия скрыта внутри по въевшейся привычки, но готова вырваться, устроить сюрприз пришедшему.

– Ты кто такой и что тебе надо? – спрашиваю на языке гулхар.

– А ты хорошо говоришь, чужой, – скалится он, – Пришел за тобой, как можешь догадаться. Шулглах велела вернуть тебя.

Выследили, – бьется паническая мысль. Давлю её, отгоняю эмоции, сейчас собраться нужно. Пока не фатально, ещё можно побороться.

– Сами пойдете? – улыбается он. Контрастно. Вокруг клубится злая сила, а улыбка добра, словно друг в гости зашел.

Теперь уже с его рук срываются два заклинания. Ошейники. Одно рвется к Серому, ловит его и к стене приковывает, за шею держит. Второе прорывается ко мне, но ловлю его, повторяю трюк, что маг показал.

Рассмотрел его заклинание, ничего нового не увидел, сжал и развеял. Посмотрел спокойно в глаза, чувствую, сейчас потеха начнется.

– Однако… Ощущаешься, как пустышка, а сам маг.

Взгляд врага становится серьезным. Я же просчитываю варианты, что можно сделать. Атаковать? Обрушить пещеру? Допустим, я выживу, если тут битва двух магов начнется, а вот Серый… Парень сейчас как вошь прибит к стене, ногами сучит, задыхается, но ничего с этим сделать не может.

Заявившийся не дает времени на раздумья. С его рук срываются две змеи. Вижу десятки рун, что следуют друг за другом. Мышление разгоняется, вижу, как плавно они движутся. Успеваю поставить щит, но те обрушиваются, как два тарана. Щит круговой, наращиваю его, но хрустит, рвется, как бумага под ножом.

Воля собирает магию и швыряет её в сторону, змей разрывает. Формирую секиру и швыряю в мага, но ему плевать. Ловит ладонями лезвие и сминает.

Да что это за зверь?!

Снова удар от него, принимаю на щит, но протаскивает по камню, вжимает в стену, крошится скала.

Усилие, сбрасываю вражескую магию и бью от души. Буревестник врезается в щит, тот горит изумрудом. Не стал маг руками ловить, видимо воспринял всерьез. Шутки кончились.

Изумруд прогибается, трещит, выплескивается прах, разъесть пытается. Но скомкал это враг, как листок, смял, да испарил. Было силы много вложено и вот её не стало, сбросил её в камень под ногами, задрожала скала.

– Ещё попытки будут? Давай, чужой, покажи, что умеешь. Развей мою скуку.

Кажется, что обмен простым вышел. Но скала уже трещать начинает, вот вот рухнет потолок, обрушится на собравшихся. Воздух гудит от разлитой силы, скоро дышать нечем будет. Серого так совсем вжало, уже не ошейником, а магией, что тут применили.

Оцениваю ситуацию, понимаю, что шансы нулевые. Ранг одинаковый, но вот мастерство разнится. Не в мою пользу, к сожалению.

Буревестник в гулхара, потом ещё один в ноги и кидаю секиру. Но не во врага, а в диск.

Маг ловит первое заклинание, снова его развеивает. Второе взрывает камень, пыль и щебень летят во все стороны, снижают видимость. Диск храма подлетает вверх, падает и отлетает в угол. Все вложения коту под хвост, но это лучше, чем враг его захватит и заполнит оставшиеся уровни.

Прыгаю вперед, бросаюсь в рукопашную, кулак рвется в скулу магу. А тот растерялся на секунду, видимо привык к магическим поединкам, а не к дворовой драке.

Я под ускорением, да и силы больше, чем у человека. Удар жестким выходит, откидывается врага голова. Но толку, если вокруг него щит, что слону плевок.

Прыгаю вперед, сжимаю в объятья, оба падаем на землю. Выпускаю магию праха, всё до последнего, окутываю врага, стараясь продавить щит.

– Хватит! – вырвался разъяренный рык.

Меня впечатывает в потолок. Бьет враг сырой силой, но и этого хватает.

Приложило так, что в глазах искры, темнеет и дыхание перехватывает. А эта тварь так и держит, подвешенного к потолку пещеры. Замечаю, что всё же его достал, видны проплешины на доспехи от злой магии.

Выпускаю остатки сил, срываю его путы и падаю вниз, но маг хорош. Ловит прямо на лету и снова впечатывает, теперь в стену. А потом ещё раз и ещё.

Рунические змеи вырываются из его рук, кидаются на меня, окутывают и сжимают. Чувствую, как трещат кости и тело, но поделать ничего не могу. Пытаюсь бороться, но тщетно. Силы кончились. Я проиграл.

– Сила в тебе есть, – маг подходит и останавливается в метре. Смотрит, изучает, – Только умения нет. Что с тебя взять, чужой. Бездарность.

Его силуэт расплывается, так сильно приложил, в глазах двоится.

– Но ничего, я знаю, как на таких как ты управу найти. – доносится голос сквозь смыкающуюся темноту.

Кажется, я потерял сознание. Когда очнулся, то лежал связанным в той же пещере. Сначала вернулись звуки, а потом и ощущения. Те немногие, что остались, ведь тело парализовало, лежал бревном.

Глаза скосил и увидел мага. Сидит спокойно, греется у камня. Прислушался, дождь вроде затихает, но ещё идет.

– Очнулся, чужой? – обращается мужчина ко мне. – Как стихия уйдет, отправимся в путь.

– Снова в плен? – выдавливаю из себя слова. Губы потрескавшиеся, в крови, во рту сухость.

– Плен? Быть слугой? Нет, эта участь для тебя закрыта, чужой!

Маг искренне негодует. Ещё бы, как это поверженный червяк смеет надеяться на милость господ?! То, что в его понимание это милость, оказанная честь – не сомневаюсь. Видно по тому, как он вскинулся, как глаза смотрят, какое в них превосходство.

– Тебя другое ждет, – молвит он, когда успокаивается, – То, что хуже.

– Отдашь своей хозяйке на растерзание? – язвлю я.

В ответ прожигающий взгляд. Маг повел пальцем, и боль скрутила. Не сильная, но предупреждение, наглядная демонстрация, у кого тут власть.

– Скоро узнаешь, чужой. Лучше расскажи мне, как ты выбрался? Способности у тебя слабые, драконов никто не похищал, так как же? – смотрит с интересом.

– Да вот как-то получилось. Упал, очнулся, смотрю, а уже здесь.

– Шутник? А может мне твоего напарника убить? Приказано вернуть одного беглеца, второй лишний. Как считаешь?

Молчу. Что тут сказать. Чувствую, что Серый рядом валяется, дышит тяжело, без сознания парень.

Так и сидим какое-то время в тишине. Но вскоре дождь прекращается, маг поднимается, отряхивает невидимую пыль. Нас же в воздух поднимает магией, так и тащат на поверхность. А там хорошо, свежо, земля в лужах, вдали переломанные деревья видны. Знатно стихия погуляла.

Маг больше ничего не говорит. Создал диск перед собой, залез на него и полетел к небу. А мы за ним, как два шарика на привязи. Диск от храма у него в мешке болтается.

Кое-как умудрился развернуться так, чтобы мага видеть. Оцениваю свои шансы. Он на рунах летит, те вплетены в диск, но новые это, ещё таких не видел.

Как бы вырваться сейчас? Все мысли об этом. Уж не знаю, что магия за магия сковывает, но делает это прочно. Рукой пошевелить – можно забыть. Выпустить силу – разве что капли какие-то, но путы и на это реагируют, сжимают сразу, угрожают раздавить. Я раз попробовал, так после маг злой взгляд бросил. Многообещающий.

Так и летим. Лишь ветер завывает. А я думаю, в какой жопе оказался. Снова.

***

Через шесть часов показался остров гулхар. Летели обратно с гораздо большей скоростью, нежели, когда я удирал отсюда. Выводы напрашиваются сами собой. Нужно было бежать дальше. Месяц, два, но скрыться так, чтобы никогда не нашли. А так я слишком рано уверовал, что в безопасности. Непростительная беспечность. Как? Ну вот как я мог второй раз попасться? Жажда побыстрее выбраться из этих мест и вернуться домой? Или жажда освоить полученную силу? Ощущение, будто свобода опьянила и лишила мозгов. Рановато считать себя хладнокровным стратегом. Пока я тяну на роль глупца.

Пока летели, за это время успел распутать ту цепочку рун, что применял маг, но нет в ней чего-то особенного, лишь мастерство и сила, с которыми он обходился лучше, чем я. Можно подсмотреть тройку секретов, но какой смысл? Впрочем, лучше выкинуть меланхолию и страх подальше. Пока я дышу, есть шансы бороться.

Пролетели над воротами, городом, приземлились сразу у дворца. Как знакомо тут всё, и как не хотелось сюда возвращаться. Скриплю зубами от бессилия, мышцы так и остались парализованы, рунические змеи надежно окутывают и подавляют.

Маг поймал одного из слуг, да во дворец отправил. Не прошло и десяти минут, как явилась она, ведьма проклятая. О, какой у неё взгляд. Довольный и опасный, внутри сжимается от него, ужас охватывает.

– Долго вы их искали, – бросила она магу. А тот лишь на колено встал, склонился и голову отпустил. Ну да, что тут скажешь, эта дамочка на порядок сильнее.

Церемониться с нами не стали. Ведьма забрала диск, нас в воздух подняла, да утащила в подземелья. В этот раз мне довелось оказаться на пару этажей ниже, чем бывал. И что тут нашлось? Разумеется, темница.

Клетушка в пару метров диаметром, с потолка цепи свисают, на которые меня и подвесили. Как железные, так и магический аналог. Вишу, болтаюсь, а пошевелиться также трудно, титаническое усилие надо приложить, чтобы хоть что-то сделать.

– Он маг, госпожа, – докладывает пленивший меня гулхар, – Сила есть, а умения нет. Они в пещере скрывались, там я их и нашел.

– Как интересно. А сила скрытая. Разберись с этим, узнай, в чем секрет, что он знает и умеет. – приказала ведьма и отправилась на выход. – И да, накажи его за то, что сбежал. Но оставь в живых, ещё пригодится.

Даже в парализованном состояние мурашки умудрились пробежать по хребту. А я невольно сглотнул. Потому что маг смотрел на меня в упор и не было в этом взгляде ничего хорошего.

– Я не любитель пыток, чужой, – зашел он издалека, – Но воля госпожи непреклонна. К тому же, ты чужого племени, тебя не жалко. Понимаешь, что это значит для тебя?

– Что ты расист? – выдавил я из себя ответ.

– Не знаю такого слова. Это что-то из твоего языка?

Мужчина обошел меня по кругу и скрылся за спиной. Неизвестность пугала. Я готовился к боли, но нет, он вышел обратно и показался на свет.

– Ты ведь боишься, я чувствую. Но сделать ничего не можешь, дрожишь как животное.

– Отпусти меня и поговорим.

– Зачем? Ты уже проиграл раз. Какой в этом смысл?

Я промолчал. Достойного ответа нет. Что чувствует человек, которого пытать будут? Сейчас узнаю.

– И где ты только силу набрал, чужой? Расскажешь? – голос звучит участливо, этот франт издевается. Идеальные черты лица, белая кожа. Не бледная, а именно белоснежная, как мрамор. Глаза светлые, сливаются, но выделяются тяжестью взгляда. Волосы ухожены, как ни странно. От него даже пахнет приятно. Уж на кого, но на палача этот мужчина не похож, дай ему одежду вместо доспехов и будет настоящий модник. – Значит молчать выбираешь. Хочешь по плохому? Ты как-то украл наши руны, пробовал их применять, но так посредственно. Радуйся, я покажу тебе новые грани знания. Есть руна одна, она усиливает чувствительность тела.

Гулхар говорил тихо. Некоторые слова его языка я едва понимал, достраивая смыслы. Мозг выполнял привычную задачу, цеплялся за что-то знакомое, переносил внимание с ужаса на речь.

Маг вытянул ладонь и создал перед ней руну. Дал разглядеть как следует, а заодно отметил, что я их вижу. Улыбнулся этой маленькой победе. А потом впечатал руну прямо в грудь, от чего дыхание сперло.

Секунда и действительно, чувства обнажаются. Проблема в том, что у меня и так повышенная чувствительность, куда же ещё? Думал ли Черноглазый, давая такие возможности своим последователям, что их пытать будут? Висеть здесь уже пытка. Кожа как кусок мяса, что натираю наждаком. Тело затекло, колет болью повсюду.

А маг видит, что я морщусь, но не улыбается, смотрит внимательно, изучает. Хочется ему плюнуть в рожу, но во рту пересохло. В желудке уже давно голод поселился, организм все силы бросил на восстановление от тех ран, что я получил во время поединка. А точнее избиения.

– Чувствуешь, да? А теперь представь, что с тобой будет, если я руну боли активирую. Ты ведь знаешь, какого это, ходил в ошейнике. Так что, будешь говорить?

Да, знаю, черт его дери. От такого и умереть можно, если чувствительность задрать. А может это выход? Разрыв сердца какой-нибудь и прощай всё. Пусть сами тут мучаются.

Накатила безысходность, как прибой на берег. А потом обратно откатилась. Есть мне ради чего жить. Нельзя умирать. Я и сам не хочу, но есть вещи важнее моего желания. Поэтому именно нельзя. Дома ждет семья. А эта ведьма, если на Землю прорвется, всем землянам прикурить даст.

Маг дожидаться ответа не стал. Наложил ещё руну, да так быстро, что осознать не успел.

А потом боль пришла. Я сам стал болью. Исчезло остальное.

– Какой эффект интересный, – доносится голос издалека. Совсем едва преодолевает кровавую пелену перед глазами, – Ты так дергаешься, как червяк. Все чужие такие слабые?

Ничего не отвечаю. Чувствую, как тело превратилось в кровавую рану, в разрывах всё. Но восстанавливается, не собирается сдаваться. Направляю зеленые искры, помогают этому процессу. Магия не выходит наружу, но внутри магичить могу, хоть это хлеб.

– Слышь, смазливый, тебя как звать то? – бормочу я. Мужчина не понимает слов, хмурится. Но отвечает.

– Действительно, где это мои манеры. Ишькар звать меня. Я меч шулглах.

– Ишь какой меч, – скалюсь в ответ, – А кто ещё? Палач? Верная подстилка?

Маг смотрит недоуменно. В его взгляде читается искреннее удивление. Как червяк смеет дерзить? Бьет в ответ без магии. Пощечину. Но с таким же успехом можно прыгать под машину. Голова откидывается в сторону, в ушах звенит, в глазах темнеет. Силен мужик, ох силен.

Допрос закончился. Началось наказание.

Хотел бы я рассказать, как стойко держался. Но не было этого. Орать начал сразу же. Секунды три выдержал. Потом перешел на хрипы. Горло сорвало, но оно, сука, восстанавливалось и я опять орал. И так со всем организмом.

Я мало что запомнил. Боль чередовалась с темнотой. Сколько прошло времени – не знаю. Молил ли я о смерти? Нет. Не мог. Вообще ни о чем думать не мог.

А потом маг продолжил допрос. Задал вопросы. Как научился рунам, как силы развил, как сбежал.

Я отвечал. Геройски сопротивляться? В тот момент я не мог. Это дома лежать и думать легко, что ты стойкий. А так, когда боль наваливается волнами, разрушает тебя и ты в полной беспомощности…

Как отдышался, мозг снова заработал. Появились мысли, какой-то анализ. Жажда жизни вернулась. А с ней и ответы стали избирательными. Я отвечал подробно, но кое-что умалчивал. Например, что нарыл проходы в пещере. Рассказал, как побеждал монстров, так сила и выросла. Про пятый ранг речи не шло, проговорился про четвертый. Точнее сначала заявил, что он третий, но тут Ишькар наслал порцию боли и я «выдал», что четвертый.

Так и общались. Он вопросы задает, я часть ответов выдаю. Когда сомневался в правдивости, наказывал и я выдавал другую часть ответов, чуть развернутее. Но некоторые секреты смог удержать.

Допрос длился часа два. Не раз начинался по второму кругу. Но всё заканчивается. Кончилось и это. Меня оставили одного.

Подвешенным на цепи. Гнить заживо в темноте скал.

Глава 16. Безысходность

Организм пропитался зеленью. Мышцы, кости, связки, органы… Я заглядывал внутрь себя и видел отчетливое зеленое свечение. Магия заменяла те ресурсы, которых не хватало организму.

В первый день про меня забыли. Я чувствовал, что пещеру окутывает магия, как она следит за пленником. Ближайшая охрана стояла далеко, на этаж выше, у лестницы. Уж что, а расположение помещений я запомнить успел.

Самое интересное – валькирия расположила новый храм здесь же, совсем рядом. Меня подвесили в подсобном помещении. Ну или в пристройке рядом с большим залом, которую подготовили под содержание пленника. Или наоборот, ведьма выбрала место рядом с темницами, уж не знаю почему. Когда Ишькар уходил, я мельком увидел её. Потом наблюдал магическим зрением, как ведьма ходит, слушает доклад верного пса.

Через пару часов отдыха тело более менее восстановилось. Тут темнота, ничего не видно. Поэтому я обратился в слух. Руна чувствительности так и оставалась висеть на мне. Она усиливала всё.

Я стал так хорошо слышать, что мог разобрать, как ведьма водит пером по бумаге. Видно поставила здесь стол, исследования ведет. Как разворачивается храм тоже наблюдал. Она не спешила. Изучала. Иногда творила магию, уровень который вне моего понимания. Но я запоминал. Запоминал всё, чем меня пленили, чем охраняли темницу.

Серого тоже нашел. Он валялся в соседней камере. Но его иногда вытаскивали. Тащили к модулям храма и проверяли, что произойдет. По крайней мере я именно так расшифровал движение энергетических контуров.

Иногда шулглах покидала зал, поднималась наверх. Но могла и суткам здесь просидеть. Она быстро подняла храм до десятого уровня, потом остановилась.

Обо мне вспомнили через пару дней. Принесли кружку воды и кусок овоща. Хватит, чтобы не умереть с голоду, но мало для восстановления сил. После истязаний я ослаб. Мышцы деревянные и отказываются слушаться.

Кажется, надзиратели решили морить голодом, чтобы пленник был слабым. Я понимал, что время играет против меня. Но бессмысленно бежать, когда ведьма отирается рядом. Поэтому я ждал подходящего момента.

На четвертый день валькирия вытащила нас двоих наружу. Сама не тащила, Ишькар выступал её помощником. Сначала маг зашел ко мне, оглядел с ухмылкой, снял с цепей, да притащил к госпоже. Руки настолько затекли, что первые десять минут ничего не чувствовал. А потом так закололо, что хоть на стенку лезь.

Следом притащили Серого. Нас поставили рядом, на колени, никто церемониться не собирался. Ведьма в этот момент что-то писала, не обращала внимания, как исполняет приказ её слуга. Но вот она отложила перо и посмотрела на нас.

– Мне нужен проводник в ваш мир. Кто из вас хочет вернуться?

Женщина смотрела спокойно. Ни высокомерия, ни злости – пустота. Даже удивительно.

Нас фиксировали крепко. Настолько, что и голову повернуть подвиг. Поэтому не знаю, как слова воспринял Серый. Но предложение… Заманчивое. Вернуться и прекратить всё это. Но какая цена? Впустить в наш мир демона? Не окажется ли это началом конца?

– Да пошла ты, ведьма, – плюнул Серый дамочке под ноги.

На это я внутренне поморщился. Дерзкий поступок, гордый, но какой смысл?

– Мне нужен только один, – говорила ведьма на русском. Язык она освоила прекрасно. Разве что акцент выдавал.

Мы молчали. Намек потянет. За сопротивление кому-то придется умереть. Или остаться навечно гнить в темнице.

Тишина затягивалась.

– Что же, вы сами решили свою судьбу. Уведи этого, мальчишку оставь.

Ведьма махнула на меня рукой и верный пес схватил за шкирку, и как щенка потащил в камеру. Сопротивляться я не мог, полное подавление всё ещё действовало.

Снова цепи, снова вешу подвешенный. Ушел в себя, смотрю магическим зрением, что происходит дальше. Ведьма колдует, сотни рун возникают моментально, отпечатываются прямо на камне. Узор настолько сложный, что я и десятой части не понимаю. А ещё силой веет. Даже сквозь массивную дверь я ощущаю эту мощь. Силы, доступные ведьмы, превосходят мои в десятки раз.

Серого перетаскивают и укладываю. Чувствую, что сейчас произойдет какая-то дрянь, но помешать не могу. Вырваться с мечом на перевес? И быть моментально убитым? Стискиваю зубы. Понимаю, что толку нет. Тошно от этого.

Дамочка ложится рядом. Верный пес стоит в проходе, охраняет.

Тягучие минуты сменяются одна за другой. Чувство беспомощности гложет, теребит душу.

Так проходит час, потом ещё один. Спустя долгих десять часов ритуал кончается. Ведьму шатает. Я вижу, как колышется её магическое ядро. Воображение дорисовывает, как движется тело, как она опирается на стол. Ишькар бросается помощь, но властная рука его останавливает.

А парень лежит. Не шевелится. Его энергетика расползается.

Чувствую, что он умирает. Понимаю это каким-то внутренним ощущением.

От злобы хочется выть.

Почему-то только сейчас она рождается. Черная злоба. Тягучая и мрачная. Разъедает душу.

Ишькар подходит к телу парня. Взмах рукой и поток силы поднимает его. Он зависает в воздухе.

Руны оплетают едва живое тело. Сжимают.

Вспышка и ничего не остается. Там, где только что был человек – пустота.

После ритуала верный слуга прибрал за госпожой.

Так, успокойся, Макс. Брось весь гнев на то, чтобы выбраться. Ты пока жив… Ценой гибели соратника, так что должен сделать так, чтобы это не было напрасно.

Я усилием воли заставил себя вернуться за наблюдением. Ведьма уселась на стул и отослала слугу. Руками голову трет… Мигрень? Что за ритуал она проводила? Можно предположить, что это повторение того, в котором я участвовал. Выпила память и воспоминания. Досуха. Чтоб ты подавилась, тварь.

А то, как её сейчас штырит – это видимо причина, почему она хотела договориться. Есть какие-то риски? Их я сейчас наблюдаю или это другое?

Прошло минут десять. Ничего не менялось. Ведьма так же сидела за столом.

А потом в пространстве рядом стала формироваться точка силы. Она возникала, как мерцание звезды в ночи, разрастаться начала. Больше и больше, пока не превратилась во вспышку силы.

Так придавило, что меня аж качнуло. В пятидесяти метрах за стеной!

Когда проморгался, то увидел, что к ведьме пожаловали гости. Думал, что хуже быть не может? Пожалуйста, получи и распишись. Сюда заявилась ещё одна ведьма и ранг её был выше, чем у знакомой.

Честно, я охренел. Думал, монстров страшнее нет, но вот он здесь. Точнее она. И эта дама умеет телепортироваться в пространстве! Враг, от которого не скрыться.

– Чего явилась? – расслышал я тихий голос знакомой ведьмы.

– Ты не ради видеть сестру?

Новый голос разнесся звоном по залу. Его слышно отчетливо, спасибо усиленному слуху.

– Сейчас не до тебя, – о, какой слабый голос. Действительно, ведьму сильно подкосил ритуал. Говорит, как с бодуна.

– Что с тобой, Кана?

Как-как она её назвала? Кана? Ну и имечко. Близко к слову хана, что наглядно отражает суть ведьмы.

– Неважно. С какой целью явилась?

– Как раз важно. – вначале голос звучал как у ребенка, звонко и с напускным весельем. А сейчас наполнился строгостью и серьезностью. Воображение рисовало совсем юную девушку. Но учитывая её силу, впечатление обманчиво, – Отец вызывает тебя к себе.

Отец? У ведьмы может быть только один отец – шултул, владыка этих земель. Я думал он на вроде короля, а тут оказывается целая семейка.

– Что ему нужно?

– Ходят слухи, что ты ведешь дела с чужими. Его заинтересовало это.

– Вот как… Слухи, значит. Кто-то смеет на меня доносить. Впрочем, я не удивленна.

– Отец знает всё и обо всех. Так было и так будет, – звучит насмешка в словах, – Так что ты тут делаешь? И что это?

Новенькая прошла по залу и остановилась возле храма.

– Передай отцу, что я навещу его. А сейчас уходи, – ответил хмурый голос.

– Ты не поняла, сестра. Он хочет видеть тебя прямо сейчас. И судя по тому, что я наблюдаю в этом зале, разговор у вас выйдет интересный.

Ответом был рык. Натуральный рык дикого зверя.

– Успокойся, Кана. Отец милостив, расскажешь ему, что делаешь и он отпустит тебя.

– Как же меня это достало, – снова рык, но уже обреченный.

– Опять ты начинаешь? Сколько можно? Отец любит тебя, как и всех детей.

– Любит?! – взорвалась ведьма, – Тогда почему он запретил мне шагать дальше в развитие? Почему ты вышла на абсолютный ранг, а я всё ещё слаба?! Скажи мне, сестра, – это слова она выплюнула, – Почему так?

Вот это вспышка гнева. Я и представить не мог, что у ведьм кипят такие страсти.

– Может он любит кого-то больше. – снова насмешка. Голос спокойный, уверенный. Любой бы от гнева ведьмы в ужасе бежал, а этой дамочке плевать. Ну да с её силой это понятно. – Но разве с тобой плохо обращаются? Когда-нибудь он позволит тебе взойти на новую ступень.

– Скажи, – внезапно ведьма успокоилась и заговорила совсем иначе, – Тебе нравится быть у него на побегушках? Он шлет тебя как слугу, чтобы относила донесения. Устраивает тебя такая жизнь?

– Другой нет. – ответом был тяжкий вздох.

– А если бы была?

– Что ты хочешь? Сбежать? Жить среди дикарей? Забиться в щель, чтобы отец никогда не нашел? Нет, эта участь не для меня. Пойдем, Кана. Отец уже ждет.

– Не рассказывай, что здесь увидела.

– Я подумаю… Сестра.

Снова свечение, вспышка и теперь две ведьмы исчезли. А я остался болтаться на цепях. И что это, черт его возьми, было?

Но думать нужно о другом. Ведьма внезапно ушла. Её пес тоже сейчас далеко, я чувствую, что он поднялся наверх и сейчас с кем-то говорит. Я на несколько подземных этажей один.

Хотел шанс? Получи.

Сердце бешено застучало. Кровь побежала по венам. А на руке сама собой возникла печатка доспехом, а следом вырос клинок.

Схватить его покрепче, размахнуться, как смогу и ударить. Первый раз он скорее лизнул, нежели врезался в цепи. Ещё попытка и ноль толку. Но я упорный. Если наловчиться…

Сначала на цепи появилась зазубрина. Потом ещё одна. А потом точный удар смог перерубить её. Да, верный клинок справился и в этот раз.

Я рухнул и отшиб пятки, но это мелочь. Теперь раскрутить энергию внутри и ударить единым потоком по магическим цепям.

Кожу обожгло. Где-то брызнула кровь. Цепи напряглись, я надавил и разорвал их.

Тело слушается плохо, но что делать. Направляю искры в мышцы, ускоряю восстановление.

Через минуту смог подняться. Через две стоял у храма. Удар мечом и диск падает мне в руки. Если буду близок к поимке, то клянусь, уничтожу его. И плевать, что будет. Это важнее.

Первая мысль – прорубать туннель прямо вниз. Вторая – в этом случае сразу узнают, куда я делся, да и не факт, что успею.

Поэтому я вышел из зала и поспешно двинулся на следующий этаж. А там родные склады с кристаллам. Подбежал к тому, что шестого уровня и впитал столько, сколько смог.

А чего скромничать, когда есть возможность? Заглянул ещё в камеру с кристаллам гулхар. Здесь тоже есть сильные и они гораздо компактнее, чем короны тварей. Но и усваивать их сложнее, в чем я успел убедиться ранее.

Дальше ринулся к лазу. На удивление он сохранился целым, его никто не нашел. Залез туда и вперед, работать локтями. Я добрался до спуска вниз и замер. Что дальше?

Снова бежать? Так найдут, уверен в этом. Пока жива ведьма, угроза будет существовать. Не я, так других землян встретят, отберут храм, ну и дальше дело техники. Так что делать? Дать бой? Глупо.

Перед глазами отчетливо встал образ Серого. Как парень обсуждал идею обрушения острова. Это последние его планы в жизни.

Так может попробовать воплотить месть через последнюю волю умершего?

Лицо исказил злой оскал.

Если нельзя сражаться напрямую, то партизанская диверсия мой удел. Я прыгнул вниз и вскоре оказался под островом. Невидимость по полной, под ногами щит. Но теперь я не убегал, а искал то, куда можно ударить.