Текст книги "Меняем сценарий (СИ)"

Автор книги: Роман Мур

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)

Глава 22

Я сделал ещё один глоток кофе, позволяя горечи раствориться во рту. Тепло растекалось внутри, оставляя после себя ощущение удовлетворённого спокойствия.

Я откинулся на спинку стула, глядя в окно. Мир жил своей обычной жизнью – где-то спешили люди, где-то капучино с собой спасало от утренней хандры, кто-то смеялся в компании друзей. Всё это было таким… реальным, привычным, нормальным.

А я?

Я был здесь, сидел за этим столиком, пил свой кофе, ел торт, и на какой-то короткий миг мог притвориться, что всё в порядке. Что моя жизнь не треснула по швам, что передо мной не вспыхивали странные надписи, что я не разрывал себя магией и не просыпался на пиратском корабле.

Всё это могло быть просто сном.

Сколько раз я представлял вот такой день?

Простой. Без сложных решений. Без беготни. Без того, чтобы искать смысл.

Я закрыл глаза.

Кофе грел ладони, шоколад оставлял сладкую ноту на языке, тихий гул кофейни наполнял пространство вокруг.

Но где-то в глубине себя я знал – долго это не продлится.

Мир не позволит мне просто сидеть и наслаждаться моментом.

Скоро что-то произойдёт.

Но пока…

Я просто пил кофе.

И, естественно, просто всё не может быть. Вообще может не быть красиво и хорошо.

Можно я снова пойду пиратов побью?

Как же я на всё зол.

Я сделал ещё один глоток, пытаясь утопить раздражение в терпкой горечи кофе. Но, видимо, мир решил, что мне недостаточно веселья.

В кофейню зашла Василия.

Спокойно, без лишнего пафоса, без фанфар.

Просто подошла к стойке и заказала латте и тортик.

Как обычная студентка.

Никакая не принцесса, не спасительница королевства, не носительница великого пророчества.

Просто девушка, зашедшая выпить кофе.

Она даже карточкой расплатилась.

Обалдеть.

Вот с такого ракурса я её ещё не видел. Просто как обычную девушку. Я вообще это описывал? Чем больше я сталкиваюсь с этим миром, тем больше понимаю, сколько всего я прописал – и сколько ещё не прописал, сколько всего было упущено, забыто. Да и как автор вообще может представить перед собой не принцессу, а кого? Обычную студентку, с обычной причёской, без короны и титулов. Она ничем не выделялась. Просто девушка. Да, очень красивая, но просто девушка. Я уверен, она там в телефоне лайкает котов. Ох, как же мы, как авторы, забываем, что наши персонажи по факту просто живут свою жизнь. Обычную. И необычную одновременно.

Мне вдруг захотелось просто поговорить, без пафоса, интриг, судьбоносных решений. Просто как с обычным человеком. Я не стал себе в этом отказывать, сел за её столик, улыбнулся, когда она подняла глаза.

– Вы очень красивая. Можно я угощу вас тортиком или кофе, а вы просто поболтаете со мной? – не выдержал я.

Она мило улыбнулась и засмущалась. Просто как обычная девушка. Отложила телефон, посмотрела на меня.

– Да, я люблю латте и Прагу.

– Хорошо.

Я поставил перед ней чашку с латте и кусок «Праги». Она чуть склонила голову, внимательно наблюдая за мной, будто пытаясь понять, зачем я здесь, зачем вдруг решил заговорить.

– Ты ведь не просто так подошёл? – наконец сказала она, осторожно беря ложечку и срезая кусочек торта.

– Просто так, – усмехнулся я. – Можно ведь иногда делать что-то просто так?

– Вряд ли ты из тех, кто делает что-то просто так, – ответила она, обмакивая ложку в нежный шоколадный крем.

Я вздохнул, сделал глоток кофе, стараясь растянуть этот момент.

– Хорошо, – сказал я, ставя чашку обратно на блюдце. – Допустим, не просто так. Мне просто захотелось поговорить. Без замков, тронов и сражений.

– Без всего этого? – она чуть склонила голову.

– Абсолютно. Я просто сижу в кофейне, пью кофе и общаюсь с красивой девушкой. Всё.

Она мягко улыбнулась, обхватила пальцами кружку.

– И о чём же ты хочешь поговорить?

Я задумался.

– О чём угодно. О погоде, о том, как тебе этот торт, о том, что ты слушаешь в наушниках, когда хочешь побыть одна.

Она хмыкнула, откусила кусочек торта.

– Обычно музыку без слов. Что-то инструментальное, спокойное.

– Типа классики?

– Скорее что-то в стиле эмбиента или фортепиано. Классика слишком драматична.

Я усмехнулся.

– Ты прямо как я её описывал.

Она подняла бровь.

– Что?

– Да так… – я отмахнулся. – А ты любишь кофе или просто пьёшь, потому что привыкла?

– Люблю, – она чуть улыбнулась. – Особенно латте. Мне нравится, как молоко смягчает горечь эспрессо, но вкус остаётся насыщенным.

– В этом что-то есть, – я сделал ещё один глоток. – Я предпочитаю чёрный. Без всего.

– Даже без сахара?

– Даже без сахара.

Она качнула головой.

– Ты суров.

– А ты думала, что я буду пить что-то с сиропом?

– Почему бы и нет? Может, тебе просто не хватает сладости в жизни?

Я коротко рассмеялся.

– О, с этим я даже не спорю.

Она улыбнулась и посмотрела на меня чуть иначе. Будто впервые увидела. Она отставила чашку и слегка наклонилась вперёд, упираясь локтями в стол.

– Ты странный, – заметила она с любопытством.

– Возможно. Но это не мешает мне сидеть здесь, пить кофе и разговаривать с тобой.

– Да, – она усмехнулась, – но почему?

Я посмотрел на неё.

– А ты всегда ищешь скрытые мотивы?

Она прищурилась.

– А ты всегда избегаешь ответов?

Я усмехнулся, сделав ещё один глоток.

– Иногда люди просто хотят посидеть в кафе, поговорить. Без намёков, без скрытых смыслов.

Она на секунду задумалась, потом покачала головой.

– Нет, ты определённо странный.

– Пусть так, – я пожал плечами. – А ты всегда так быстро людей анализируешь?

– Привычка, – она с лёгким лукавством покрутила ложечку в руках. – Слишком часто приходится разбираться в людях.

– Плохо, когда приходится.

– Ты так говоришь, будто сам не умеешь.

Я усмехнулся.

– О, я умею. Слишком хорошо.

– И что ты тогда видишь во мне?

Я посмотрел ей в глаза.

– Человека, который просто хотел выпить кофе, но вместо этого попал в неожиданный разговор.

Она вздохнула, снова взяла чашку и сделала глоток.

– Ладно, допустим. И что же ты ещё знаешь обо мне?

Я хмыкнул.

– Любишь латте и Прагу. Слушаешь инструментальную музыку, но не классику. Анализируешь людей. Скорее всего, любишь читать, но не хвастаешься этим.

Она приподняла бровь.

– А если не угадал?

– Тогда мне остаётся просто пить кофе и наслаждаться моментом.

Она улыбнулась, провела пальцем по краю чашки.

– Знаешь, это даже приятно.

– Что именно?

– Просто разговаривать. Без смысла. Без цели.

Я кивнул.

– Вот и я о том же.

Она посмотрела в окно, затем снова на меня.

– Но ты же понимаешь, что этот момент не вечен?

Я выдохнул, чуть покачав головой.

– О, уж поверь, я знаю.

Мы замолчали, продолжая пить кофе, словно понимая, что скоро мир снова вмешается, снова потребует решений, снова заставит двигаться дальше.

Но пока...

Просто кофе. Просто разговор. Просто мы.

Она покрутила чашку в руках, задумчиво глядя на остатки латте.

– А ты вообще часто так делаешь?

– Что именно?

– Просто садишься за столик к незнакомым девушкам и предлагаешь кофе.

Я усмехнулся.

– Вряд ли можно назвать тебя незнакомой.

– Ну, допустим, – она качнула головой. – Но если серьёзно?

Я посмотрел на неё, сделал ещё глоток.

– Наверное, нет. Обычно я не сижу вот так, не пью кофе, не веду спокойные разговоры.

– Тогда почему сейчас?

Я задумался.

– Потому что могу.

Она усмехнулась.

– Какой же ты загадочный.

– А ты всегда так быстро ищешь ответы?

– Опять уходишь от темы.

– Совсем нет. Просто я не думаю, что у всего обязательно должна быть логика.

Она поставила чашку, сложила руки на столе.

– И всё-таки. Почему ты здесь?

Я вздохнул, посмотрел в окно.

– Наверное, потому что мне захотелось хоть ненадолго притвориться, что всё просто.

Она немного смягчилась, на её лице появилось понимание.

– Я тебя понимаю. Иногда хочется спрятаться от всего этого хаоса.

– Да, но мне кажется, ты справляешься лучше.

Она усмехнулась.

– Справляться и прятаться – разные вещи.

– А ты что выбираешь?

Она задумалась, медленно поводя пальцем по краю чашки.

– Смотря от чего прятаться. Если от людей – я не особо стараюсь. А вот от себя…

Она не договорила, но мне и не нужно было.

– Понятно.

– А ты?

Я усмехнулся.

– Я слишком долго прятался от всего. Так что, наверное, теперь уже поздно.

Она снова посмотрела на меня, внимательно, изучающе.

– И что теперь?

Я сделал последний глоток кофе, чувствуя, как тепло растекается внутри.

– Пока просто пью кофе. А там видно будет.

Она улыбнулась.

– Логично.

Мы снова замолчали, но теперь тишина была другой. Не напряжённой, не вынужденной – просто спокойной, как сам этот момент.

Пока не нужно было ничего решать. Пока можно было просто сидеть, смотреть на медленно плывущие облака за окном, допивать кофе и знать, что этот миг принадлежит только нам.

Вскоре мне придётся разбираться с Печатями, ей – умирать. У каждого свои цели, свои моменты. Но этот день перед всем этим хотелось оставить себе. Просто кофе, спокойный разговор. С красивой девушкой. Без принцесс, тронов и предначертанных судеб. Просто здесь и сейчас.

Глава 23

И я решил не рушить этот момент. Просто допил с ней кофе. Говорили ни о чём и обо всём сразу – вспоминали классиков, обсуждали музыку, архитектуру, делились мыслями, не стараясь казаться умнее или глубже. Лёгкие, простые, красивые разговоры, без смысла, но с удовольствием.

Но всё когда-то заканчивается. Василия допила кофе, быстро собралась и убежала. Я ещё долго провожал её взглядом, с лёгкой улыбкой на лице.

Оставшись один, я просто сидел, пил кофе и наблюдал за городом. Люди шли по своим делам, машины лениво тянулись по улицам, мир жил в своём привычном ритме. Я позволил себе раствориться в этом моменте, размышляя обо всём и ни о чём. Иногда в памяти всплывал разговор с Василией, и тогда я невольно улыбался.

Я молча сидел, лениво размешивая ложечкой остатки остывшего кофе, и наблюдал за городом.

Люди проходили мимо, кто-то в спешке, кто-то размеренно, будто никуда не торопился. Мужчина в строгом костюме разговаривал по телефону, торопливо шагая по тротуару. Девушка в наушниках перебирала плейлист, задумчиво глядя в экран. Пожилая пара медленно пересекала улицу, держась за руки, будто весь этот мир был только их.

Мимо пробежала стайка школьников, шумная, смеющаяся, взрывающая тишину звонкими голосами. Кто-то спешил на работу, кто-то только возвращался, а кто-то, как я, просто сидел и наблюдал.

Город жил своей жизнью, не замечая меня.

Я смотрел, как плавно скользят облака, как ветер шевелит листву, как голуби мечутся в поисках еды. Всё здесь было простым, обыденным, настоящим.

Как долго я не замечал таких мелочей?

Сколько раз проходил мимо, не глядя по сторонам, погружённый в свои мысли, в сюжет, в строки, которые выстраивал в голове?

А сейчас я просто наблюдал.

Без спешки, без мыслей о будущем.

Просто сидел, пил кофе и смотрел, как мир течёт мимо меня.

Я выбрался из кофейни и неспешно пошёл по улице, вдыхая прохладный воздух. Город жил своей размеренной жизнью, неспешной, но уверенной.

Тротуар под ногами был покрыт мелкими трещинами, кое-где бетон плавно перетекал в старые, потрёпанные плитки, которые в дождливую погоду наверняка наполнялись водой, образуя мини-лужи. На фасадах домов соседствовали новые вывески и облупившиеся старые, магазины с дорогими витринами соседствовали с пыльными ларьками, где продавали газеты и сигареты.

На углу стоял киоск с выпечкой, откуда тянулся тёплый запах ванили и свежего теста. Рядом, как всегда, сидели пенсионеры – кто-то с газетой, кто-то просто наблюдал за прохожими, обмениваясь негромкими замечаниями.

Я свернул в небольшой переулок, где тени от домов делали воздух прохладнее, и невольно замедлил шаг. Здесь жизнь текла чуть иначе – дети гоняли мяч, во дворе кто-то выгуливал собаку, а из открытого окна доносилась приглушённая музыка и чьё-то бормотание по телефону.

Я прошёл дальше, заглядывая в окна витрин. Книжный магазин с пожелтевшими страницами на прилавке, музыкальная лавка, где в углу стояла старая гитара с облупленным лаком, кофейный киоск с несколькими посетителями, неспешно выбирающими напиток.

На светофоре стояли люди, терпеливо ожидая зелёного сигнала. Молодая мама держала ребёнка за руку, пожилой мужчина слегка покачивался, опираясь на трость, а парень в наушниках ритмично постукивал пальцами по бедру, едва заметно кивая в такт музыке.

Я продолжил идти, всматриваясь в детали, ловя мгновения. Город был живым. В нём не было грандиозных событий, судьбоносных решений, но в этом и была его прелесть.

Просто улицы. Просто дома. Просто люди.

И я – среди них.

Я продолжал идти, не выбирая конкретного маршрута, просто позволяя ногам вести меня по улицам. Город плавно менялся, подчиняясь ходу времени. Дневная суета постепенно сходила на нет, становясь более приглушённой, тёплой и расслабленной.

Солнце клонилось к закату, окрашивая дома в мягкие золотистые оттенки. На стеклянных витринах отражались последние лучи, превращая их в вспышки света, которые исчезали с каждым шагом. Вечерний воздух становился прохладнее, наполняясь смесью запахов – кофейных ароматов из уличных киосков, дыма сигарет, пряного хлеба из пекарни и чего-то неуловимо свежего, похожего на приближающуюся ночь.

Я свернул в тихий двор, где тускло горели фонари, а во дворе у лавочки сидели несколько стариков, лениво обсуждая последние городские новости. Из открытого окна на третьем этаже доносились звуки телевизора – приглушённый голос диктора что-то говорил о погоде, а где-то дальше раздавался лай собаки.

Шаг за шагом я двигался дальше, пока город окончательно не погрузился в ночь. Фонари теперь освещали тротуары жёлтым светом, их отражения дрожали в лужах, оставшихся после дневного дождя. Прохожие становились редкими, машины проносились реже, а ветер нёс с собой едва слышные обрывки разговоров.

Я остановился у набережной, опёрся на металлические перила и посмотрел на воду. Она темнела под ночным небом, спокойная, отражающая редкие огни фонарей. Вдалеке слышался тихий плеск, а город за спиной дышал своим размеренным ритмом.

Я бродил до самой ночи, просто наблюдая, просто слушая, просто находясь здесь и сейчас.

Я свернул за угол, не задумываясь, просто продолжая идти, наслаждаясь ночной тишиной города. Улицы почти опустели, редкие прохожие спешили по своим делам, стараясь не задерживаться в полутёмных переулках.

Где-то позади меня хлопнула дверца машины, раздались удаляющиеся шаги. Ночной воздух был прохладным, но не колючим, скорее освежающим после долгого блуждания. Фонари тускло освещали тротуары, отбрасывая вытянутые тени зданий, делая их выше и неестественнее.

Я был погружён в свои мысли.

Очередной поворот. Узкий, чуть затемнённый переулок между двумя домами. Лёгкое эхо моих шагов отражалось от стен. В этот момент в голове не было тревоги. Просто очередной шаг в ночи, просто ещё один квартал в бесконечном городе.

И тут удар.

Что-то тяжёлое с силой опустилось мне на голову. Не сразу боль, сначала просто шок, тьма, будто мир моргнул и выключился на секунду. Потом глухой, давящий звон в ушах, и где-то далеко я услышал, как ноги предательски подкосились.

Мир поплыл, всё вокруг расплылось в размытую мазню – улица, фонари, тротуар, даже ночь вдруг стала вязкой и тяжёлой.

Сознание угасало рывками. Я ещё чувствовал, как падаю, слышал сухой стук своего тела о твёрдую поверхность.

Глаза закрылись.

И тут же раскрылись снова.

Но передо мной был уже не город.

Здравствуй, парк.

Скамейка. Голуби. Деревья с густыми кронами.

Тёплый воздух, обволакивающий, будто ранняя осень.

Я снова здесь.

Моё меланхоличное блуждание закончилось.

Чёрт. А ведь было приятно.

Я до сих пор ощущал на коже прохладу ночного воздуха, слышал в памяти отдалённые шумы города, видел отражения фонарей в мокрых тротуарах. Всё это было настоящим, тёплым, спокойным – пусть и ненадолго.

Эх… жаль, что нельзя копировать воспоминания.

Записывать их, пересматривать, проживать заново. Сохранять в голове как плёнку, чтобы в нужный момент снова почувствовать вкус кофе, снова услышать смех случайного прохожего, снова увидеть, как медленно плывут облака.

Но нет.

Теперь этот момент исчез.

Растворился, превратился в что-то призрачное, зыбкое, что можно только вспоминать, но не пережить заново.

А ведь я бы хотел.

Я бы вернулся в этот город, прошёлся по его улицам, заглянул в кофейню, снова сел бы за столик у окна.

Но всё это уже в прошлом.

Я снова здесь.

Парк. Скамейка. Голуби.

Как будто ничего и не было.

Глава 24

Тааак. Ну, пришло время разобраться со всем, что навалилось и что было. Как бы я этого ни хотел.

Мне нужно было отыскать остальные Печати. Это будет сложно, но я явно что-нибудь придумаю.

Сюжет уже давно пошёл не по моему сценарию, мир играл по своим правилам, а я был в нём не автором, а участником. Но теперь у меня хотя бы есть цель.

Двадцать Печатей.

Одна уже уничтожена. Осталось девятнадцать. Если вообще счёт сохранился, может заново опять начну?

Я понятия не имел, где они, как их искать и почему они вообще существуют, но факт оставался фактом – они есть, и мне с этим разбираться.

Если моя интуиция была права, они не просто так раскиданы по этому миру. Возможно, они связаны друг с другом, возможно, за их появлением стоит что-то большее, чем я ожидал.

Но прежде всего, нужно было найти хоть одну.

Я глубоко вдохнул, пытаясь собраться.

Время тянуло меня вперёд, и я больше не мог позволить себе просто сидеть и ждать.

Рывок к принцессе.

Виселия, как всегда, бежала вперёд, даже не замечая меня. Её лёгкость и невнимательность раздражали сильнее, чем предстоящая смерть. Но теперь это не имело значения.

Я схватил её за запястье. Воздух дрогнул. Она дёрнулась, но не успела даже вскрикнуть.

Сработало.

Связь.

Магия внутри неё тянулась к своему миру, удерживая его остатки, словно якорь. Это позволяло ей использовать магию даже здесь.

И это же давало мне шанс.

Мир пошатнулся.

Границы растаяли, сдвинулись, запульсировали, будто тонкая ткань, готовая порваться.

Магия вспыхнула.

Через меня прошёл удар, словно электрический разряд. Пространство дрогнуло, завертелось в воронке, затягивая внутрь.

Я шагнул.

Мир сорвался с места.

Парк, небо, город, скамейки, голуби – всё смазалось в потоке энергии.

Давление. Сжатие. Доля секунды в пустоте, ощущающейся вечностью.

А затем – взрыв цвета.

Воздух снова обрёл форму.

Я был там.

Я снова приземлился на корабле.

Ничего не поменялось с прошлой телепортации. Вообще ничего.

Те же люди, те же взгляды, тот же момент. Будто я вновь проигрывал старую запись, только теперь уже не собирался играть по тем же правилам.

Без лишних слов я резко выхватил кинжал у ближайшего стражника.

Острая сталь блеснула в тусклом свете.

Один точный порез по руке.

Кровь капнула на палубу, и, не теряя времени, я начал произносить клятву верности королю Юрке, принцессе и королевству Лифляндии.

Чётко, громко, без тени сомнения.

Взгляды вокруг замерли, кто-то дёрнулся, кто-то схватился за оружие, но я не дал им времени на раздумья.

Я знал, как этот мир работает.

И на этот раз делал ход первым.

Лифер, кажется, уронил челюсть.

В глазах – непонимание, лёгкий ужас и, что самое забавное, сомнение в реальности происходящего.

Маги в этом мире не раздают клятвы просто так.

А те, кто даёт клятву на крови… Таких вообще не существует.

Я отчётливо видел, как стражники переглянулись, как кто-то машинально сжал рукоять меча, но никто не знал, как реагировать.

Я их опередил.

Но, в отличие от них, я не сомневался.

Мне нечего было бояться.

Что там бывает за нарушение клятвы? Смерть?

Хехе, насмешили.

После всего, что со мной произошло, после всех этих циклов, телепортаций, повторяющихся смертей, перспектива "неминуемой гибели" звучала как очередная шутка от этого мира.

Я уже умирал.

И, судя по всему, буду умирать ещё не раз.

Так что смерть – вопрос технический.

А вот как на это отреагируют остальные – вот это уже интереснее.

Лифер замер, его взгляд метался между мной, окровавленным кинжалом и стекающей по руке кровью. В тот момент он действительно выглядел так, будто челюсть у него вот-вот упадёт на палубу.

Глаза расширены, пальцы дрожат.

Он был магом, а маги никогда не дают клятв просто так.

Тем более на крови.

Он знал, что это значит.

А значит, он не мог понять, какого чёрта я только что сделал.

– Ты… ты осознаёшь, что только что совершил? – голос его был резким, даже срывающимся.

– Полностью, – ответил я спокойно, наблюдая, как он сглотнул, не сводя с меня глаз.

Лифер на рефлексах потянулся к магии, его пальцы дёрнулись, будто он хотел вытянуть силу, но тут же передумал.

Его лицо исказилось смесью ярости и недоумения.

– Ты сумасшедший…

Тем временем Виселия только пару мгновений тупо моргала, явно не до конца осознавая, что только что произошло.

А потом…

Я заметил едва уловимую улыбку.

Она быстро стерла выражение довольства, сделав вид, что просто удивлена, но я её слишком хорошо знал. А после кафе, что же я знаю её чуть больше. Намного лучше чем раньше.

Король Юрке же пронзил меня взглядом.

Холодным, острым, оценивающим.

Он не выразил ни удивления, ни радости, ни гнева. Он просто смотрел.

В его глазах читалось размышление.

Он не спешил реагировать, обдумывал последствия, просчитывал шаги.

– Интересно… – наконец проговорил он, чуть склонив голову.

Стражники же, в отличие от магов и благородных особ, были простыми людьми.

Они не понимали всех тонкостей магии, но знали главное:

Клятва на крови – это серьёзно.

Поэтому кто-то ослабил хватку на рукояти меча, а кто-то наоборот сжал её сильнее.

Они не знали, что делать.

Я их поставил в тупик.

Я дал клятву верности перед лицом всех. Громко. Чётко. Без колебаний.

И теперь они не могли меня просто так убить.

Потому что, если бы они это сделали – они сами бы нарушили клятву.

И это меня устраивало.

Я не дал им времени оправиться от шока.

Пока их взгляды метались между мной, кровавой клятвой и несоответствием всем законам этого мира, я медленно перевёл взгляд на Лифера.

Маг всё ещё пытался осмыслить произошедшее, его пальцы слабо подрагивали, словно он вот-вот сорвётся в атаку.

Я чувствовал, как в нём закипает злость.

И я собирался её подлить ещё больше масла в этот огонь.

Чистый, уверенный надрез на другой руке.

Кровь стекала на палубу, смешиваясь с уже засохшими каплями от первой клятвы.

Тишина.

На корабле не раздалось ни звука. Даже ветер, казалось, замер, наблюдая за моим следующим шагом.

Я поднял взгляд.

– Я даю клятву на крови.

Голос звучал твёрдо, ровно, перекрывая накатывающий шум моря.

– Что маг Лифер затеял предательство Империи и королевства Лифляндии. Что он задумал смерть принцессы Виселии и короля Юрке.

Лицо Лифера исказилось в мгновенной панике.

Но я не дал ему вмешаться.

– И что прямо сейчас земли брата Юрке разрывают на части адские создания.

Я видел, как мир вокруг замер.

Виселия резко вскочила на ноги, на её лице читалось одновременно шок и излишне живой интерес.

Юрке наконец потерял свою холодную невозмутимость, его глаза чуть сузились, выражение лица сделалось жёстким, даже опасным.

Но самое главное – Лифер.

Маг резко вздрогнул, его руки подались вперёд, он был готов на месте сорваться в магический поток, но что-то его удержало.

Проклятье клятвы.

Он не мог говорить.

Не мог отрицать слова, произнесённые на крови. Ведь если бы они не были правдой хоть в маленькой фразе или тексте меня бы убили высшие силы. Но я был жив.

Всё, что он смог – резко отступить назад, как зверь, загнанный в угол, мгновенно выстраивая между собой и окружающими защитный барьер.

Стражники на корабле не знали, что делать.

Они переглядывались, растерянно и недоверчиво.

Клятва на крови – это закон.

Непреложная истина.

И если маг только что был их союзником, теперь они не были уверены, кто перед ними.

Лифер начал дрожать от ярости.

Я видел, как его магия пыталась прорваться наружу, как он боролся с проклятием, с ситуацией, с этим миром, но он ничего не мог сделать.

Я стоял спокойно, наблюдая за ним.

Я сделал свой ход.

Тишина, тянущаяся вечность.

Мгновение назад корабль был живым, наполненным шумом, разговором, мерным скрипом досок под ногами, но теперь всё замерло.

Клятва на крови – закон, который невозможно нарушить, догма, проверенная веками.

И вот перед всеми стоял Лифер – маг, чьё имя теперь несло на себе метку предателя.

Секунда – и началась суета.

– Схватить его! – пронзительно крикнул кто-то из старших офицеров, и этого оказалось достаточно.

Стражники, ещё мгновение назад не знавшие, кого считать врагом, сорвались с места.

Лифер вскинул руки, собираясь что-то выкрикнуть, возможно, плетя заклинание защиты, но его тело вдруг сковало судорогой.

Моя магия ударила мгновенно, будто само пространство сжалось вокруг него, не давая и шанса на сопротивление.

Первый удар.

Грубый сапог стражника впечатался в колено, сбивая мага с ног.

Лифер рухнул на палубу, тяжело выдохнув, но даже теперь его пальцы тянулись к магии.

– Держите его руки! – снова крик, и тут же над ним нависли ещё двое стражников, прижимая к деревянным доскам.

Металлические браслеты, пульсирующие слабой, но надёжной магией подавления, защёлкнулись на его запястьях.

Тем временем Лифера уже тащили в трюм, его ботинки скользили по мокрой палубе, но он больше не сопротивлялся.

– Ты пожалеешь… – только и успел выдохнуть он, прежде чем его голова исчезла за деревянной дверью ведущего вниз люка.

И вот он исчез.

Вниз, в темноту, в каменные стены, что будут держать его до приговора.

Корабль ещё минуту оставался шумным, все говорили, обсуждали, переглядывались, а потом постепенно замолк.