Текст книги "Поисковик (СИ)"

Автор книги: Роман Добрый

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 19 страниц)

Глава 11

Дом. Милый дом. Как же тут все-таки… хреново!! Бедно и грязно. Кажется, что за те, почти шесть лет, что я болтался в пустоте, Южный стал только хуже. А ведь это второй пояс. Мне он запомнился другим. Пожалуй, у некоторых рудных бассейнов, что мы охраняли, инфраструктура была богаче.

Или это я на контрастах? За время контракта я привык к строгому казарменному уюту. Да он не виден сразу. Но в кубриках тепло, чисто и довольно технологично. Пусть без излишеств, но все необходимое для комфортного проживания в наличии. Для пацана с бедной окраины нищего поселка планеты ссыльных – казарменные койки за счастье.

Конечно, их не сравнить с люксовым пентхаусом на Аллилуйя, который я снял на неделю увольнительных увеселений. Вот где роскошь. Но и с серыми модульными бараками родного поселения на Дельте, кубрики наемников не идут ни в какое сравнение. Такое ощущение, что город гниет заживо. Не трудно понять тех, кто решил продлить контракт с «Атлантами». Да, там ежедневно рискуешь шкурой. Но за это отлично платят, досыта кормят и создают бытовой минимум, которого нет здесь. А риски те же самые.

Естественно, моим первым желание было увидеть мать. Скоро шесть лет, как мы не виделись. Но дома ее не застал. Что не удивительно, в разгаре середина дня. На работе она. Но срывать с уроков не стану. Столько ждал, и еще пару часов подожду. А пока можно наведаться в гости к ветеранам «Шато».

Кира компанию мне составить отказалась. У напарника накопились долги. Пришло время их раздать. Девчонка круглая сирота, отец погиб в рейде. А мать сгорела на наркоте. Достать ее в Южном хоть и сложно, но не невозможно. Вот и росла Птаха в грязных подворотнях второго пояса. Падая в койку к любому, кто мог ее накормить и хоть немного прикрыть от беспредела. Не лез ей в душу, но уверен, что должны ей там много. Минимум пару жизней.

Помощь предлагать не стал. Большая девочка – сама справится. Да и не приняла бы она ее. Не в этот раз. Есть вещи, которые человек должен сделать сам. Личное это. Если совсем трудно станет – позвонит. Прикупили мы на Торэсе пару тактических комов. Дорогие зараза! Но зато обеспечивают связь даже в активной зоне РЭБ. Плохую, с помехами, но пробиваются. Лишь бы хоть один спутник над головой болтался. Орбитальная группировка на Дельте куцая. Но десятка полтора машин в ней есть. Плюс сколько-то там ретрансляторов. Так что связь в пределах планеты у нас есть, и не зависит от зоны покрытия ВГС.

И все-таки Южный стремительно катится в пропасть. Мог ли кто ни будь вот так нагло, днем бомбить граффити на спарке модулей тренировочного лагеря ветеранов? Да руки бы поотрывали мгновенно. Но нет, вот стоит сопляк и выводит какую-то хрень кислотно-зеленой пермокраской. Аж язык от усердия высунул. Ни хрена не боится гаденыш!

– Ай! Сука, пусти! Пусти, чмо поганое! – завизжал мелкий упырь пойманный за ухо.

– Слышь, поц. Ты в курсе, что это здание принадлежит уважаемым рейдерам?

– Да ложил я три раза, на твоих хабарщиков!

– Клал – машинально поправлю невидящую берегов гопоту.

– Да мне похую! Пусти! – резкий рывок и засранец умудряется высвободить свое ухо из хватки.

– Уважаемые люди по хатам чифири гоняют. А ты, подстилка легавая, теперь ходи – оглядывайся. Бригадир за такой беспредел тебя на пики поставит! Всей бригадой отловим ртом отрабатывать наезд будешь! Лично тебе в жопу засажу по самое горло!

Какой борзый шакаленок. Надо бы ему для профилактики пару конечностей сломать. Что-то я не могу себе представить, чтобы у нас так кто-то с дембелем разговаривал. Даже самые отмороженные такого не допускали. А ведь тоже не ангелы были. Это что же изменилось за шесть лет?

Поймать засранца не получилось. Он благоразумно держал дистанцию. И при первом намеке на угрозу юркнул в проулок. Гоняться за ним по грязным межмодульным лабиринтам бесполезно. Там где пролезет эта сопля, я не протиснусь даже боком. Да и не до него сейчас. Надо бы разобраться, что тут так кардинально прогнило. А где у нас самое актуальное справочное бюро? Правильно – в баре. Но вначале надо бы предупредить напарника о гнилых непонятках в городе.

– Не отвлекаю?

– Все в норме, командир – а у самой голос напряженный, чуть ли ни звенит.

– Нашла должников?

– Парочку. Но о них и без меня уже позаботились. Даже руки марать теперь противно. Сидят на самом дне местной пирамиды и жижу с дерьмом хлебают за обе щеки. Ты не поверишь, но я не могу представить, что должно было случится, чтобы так перетряхнуть улицы. Какие-то новые утырки теперь всем рулят. А старые авторитеты частями исчезли, частями в могилы заселились. Остальные в опущенцах ходят.

– Да, я тоже заметил, что дома все через жопу. Потому и набрал – поаккуратнее там. Помощь нужна?

– Ага. Нет, не нужна. У меня тут дел не осталось уже. Ты где сейчас?

– Во втором.

– Я подтянусь?

– Да, давай встретимся. У меня. Лови геолокацию. Только не сейчас. Через час. Я еще чутка носом повожу, может смогу что выяснить.

– Ок. Тогда до встречи.

Так, где тут ближайшее питейное заведение? Хм… что-то их расплодилось. Нехороший звоночек. Еще один.

Нет, бары всегда были неотъемлемой частью Южного. Но чтобы во втором поясе на сотне метров сразу четыре кабака? Это уже перебор. Ладно, вот тот вроде поприличней выглядит – заглянем.

Ну, что сказать. Первое впечатление обманчиво. Внутри сразу стало понятно – клоповник. Весь зал в дыму и перегаре. Клочки кальянного выхлопа окутывают пьяные рожи. Кто-то смачно храпит, сотрясая руладами хлипкий столик, по которому от вибрации катаются пустые бутылки. Кто-то азартно режется в карты. Какие-то шалые бабенки крутят жопами в проходах между столами. Вон компания из четырех типов активно накидывается, пулеметной очередью опрокидывая в себя стопки. И одна черта на всех – звериные хари. Рейдеры, конечно тоже парни не подарок, и мутных, а то и откровенно уголовных рож среди этой братии навалом. Но все же отличаются они от этого сброда, как боевой «Фантом» от гражданской «скотовозки». Ладно, я сюда не публику рассматривать пришел.

– Пива – облокачиваюсь на барную стойку не первой свежести. Вся какая-то в пятнах, царапинах и вмятинах, будто тут регулярно об нее лупят головой со всего размаху.

– Обычного? – вполне буднично уточняет бармен.

Ох ты ж ни хрена себе! Да что бы вот так, почти в открытую в Южном предлагали наркоту⁈ Да что, тут, мать вашу, происходит⁈

– Да – надеюсь, мне удалось удержать невозмутимое лицо.

На нарко-пиво садятся с двух – трех доз. И ни один уважающий себя лидер, бойца балующегося этим напитком в команде держать не будет. Что-то очень сильно должно было сгнить, чтобы эту погань начали продавать в барах. Чтобы завести разговор задаю отвлеченный вопрос:

– Как тут вообще?

– Да как обычно – ответ сквозь зубы, на отвали. Не очень хорошо.

– Что нового? – продолжаю развивать тему.

– Паря, ты че тут вынюхиваешь? Мне проблемы не нужны, шлепай нахуй, служивый!

Прокладывать маршрут к горе, что осталась в Перу на старушке Земле (страшное место видимо, раз столько веков туда недругов посылают), мне как-то не улыбается. А вот информация нужна. Но бармен неразговорчивый нынче пошел. Меняю угол атаки. Протягиваю слега помятый пяток кредов. Обналичивал еще на Торэсе, чтобы девочкам чаевые сунуть мимо кассы заведения. Немного еще осталось. Вот и пригодились.

– Меня дома шесть лет не было. Город не узнаю.

Мятый тонкий пластик исчез в мохнатой лапе. Лед тронулся.

– Ну, раз так, то отчего бы не помочь правильному пацану. Спрашивай. Но в пределах…

– Кто из команд в городе?

– Тебе всех перечислять? – раздражение так и прет от собеседника.

– Шато? Демоны? Истребители? Кариер? Хоста? Дорадо?

– Их нет. Вообще нет. Походу накрылись рваной пилоткой. Год назад вышли в рейд и с концами – бармен отрицательно качает головой – Так иногда кто заскочит торгануть слегка. Но проездом и хабар не особо ценный. Видать остатки где-то осели – на нормальную добычу силенок не хватает.

Это как? Первая пятерка опытнейших команд разом гробанулась⁈ Да ну нафиг! Бред какой-то.

– Понял тебя. А что с мастерскими?

– Закрылись.

– Все?

– Почти. В третьем пара живых есть, но тоже скоро квакнут. Сильных рейдеров в Южном мало. Да и те далеко сейчас не ходят. Места новые. А окраины шерстить такая техника не нужна. Да и сворачиваются они уже потихоньку.

Вот теперь точно мне тут фуфло втирают в три слоя. Во-первых, даже слабосилкам нужно где-то снарягу чинить. Не сами же они будут этим заниматься? Сомневаюсь. А все ремонтные сидели в первом поясе. Так что лажа. Во-вторых, если так все плохо, хрен бы тяжи (мастера с третьего пояса) тележились бы. Закрылись разом и все дела. Или, что более вероятно, переквалифицировались бы под текущие реалии и нужды. А тут плавно сворачиваются. Значит, есть тема. Но какая? Третье – сильные команды накрылись? Только окраины, на три раза прочесанные, щипают? Херня полная! Если дело обернется так, корпы тут же нагонят новых поселенцев. Им уменьшившийся поток ништяков старой империи – что серпом по яйцам. Так что хабар идет во внешний мир в сравнимых объемах. И четвертое. Как то это все не вяжется с регулярным пополнением моего счета. Значит, дронов производят, продают и покупают. Причем, как-бы не активнее чем раньше. И что из этого следует? А то! Очень похоже, что никто не угробился, во всяком случае, массово. Тупо сменили дислокацию. Вот в след за ними потянулась инфраструктура. По большому счету корпам совершенно плевать на городок у стен их космопорта. Интересные дела. И вполне вероятная теория. Особенно, если учесть массу незнакомых рож. А ведь во втором поясе я немало народу знаю… знал.

– А что за народ? Откуда столько новых? – продолжаю пытать бармена.

– Я тебе справочный терминал?

Понял, не дурак. Я дою на информацию, меня на креды. Все логично. Протягиваю ему еще пятерку. Креды исчезают, а бармен молчит. Ладно, сволочь, вот тебе еще десятка.

– Корпы аванпосты прикрыли на другом континенте. Не рентабельно. Вот мы сюда и перебрались. Жрать то что-то надо.

– Жарко было? – бросаю шар на пробу.

– Хех, как в аду. Местные долго упирались, пока не гробанулись. Ну, туда им и дорога. Сколько вкусных тем ко дну пошло из-за них. Козлы! Но наши пацаны тоже не пальцем деланные, напихали сукам за щеку. Зато теперь в Южном все ровно. Если, конечно, ты сам ровный по жизни.

– Это ты меня типа щас на понт берешь? Типа потянет ли местный за своих мазу или очко сыграет? – тьфу ты! Уже феня прилипла. Прав был сержант – с кем поведешься.

– Да нахер ты мне уперся? Если ты чмо без понятий, то враз опустят. Мявкнуть не успеешь.

– А…

– Бэ! – бармен оборвал следующий вопрос – Хорош терки тереть. Базар окончен. Брать что еще будешь? Нет? Тогда топай отсюда, погон.

Как все плохо. Команды, которые держали Южный на плаву и поддерживали в нем относительно вменяемые порядки сделали ручкой. Или не вывезли пришлых, что сомнительно, или не захотели, что более реально. Лидерам так-то не с руки своих бойцов под стволы подставлять. Мало что ли их за периметром гибнет? Вот и съехали, оставив город на растерзание этим ушлепкам. Гражданские, скорее всего, следом потянулись. Но почему мама осталась? Ведь дома я был – обжито все. Не запущено. Только с едой не густо. Кстати, надо забежать на рынок – прикупить вкусняшек. Странно, что мама себя ограничила. Деньги то у нее есть.

До рынка я добрался быстро. Вот только его больше не было. Пустая площадка с загаженными торговыми рядами. Под ногами тонны дерьма: пустые бутылки из-под бухла, кровавые шприцы, юзанные блистеры «дурной пыли» – тоже не слабой дури, как и нарко-пиво. Картину довершают стреляные гильзы. Жесть. А что народ тут жрет-то⁈

Пришлось топать в ближайший бар. Тоже оказавшийся гадюшником. И хавки на вынос нет. Или тут употребляй, или катись. Благо перехватил оборванца. И за два креда получил наводку на лавку, где можно прикупить съестного. Единственную на весь второй круг! И цены там кусались. Нет, бабки есть. Но все подорожало раза в три, от того уровня что я помню. Еще один штрих к общей картине.

Не удивительно, что домой я вернулся в весьма расстроенных чувствах. Но стоило увидеть мило щебечущих маму с Кирой – сразу растаял. А мамочка не сдержала эмоций и разревелась. Потом были обнимашки и разговоры обо всем на свете. Но о жизни Южного тему не поднимали. Кира прислала пуш-сообщение на ком, что уже пробила, мать не трогали. Хотя в школе работы почти нет. Шакалы учиться не желают. Но мамка у меня гордая, все равно несет дежурства и учит парочку ребятишек, что чуть ли ни тайком ходят на занятия. Такие вот хреновые дела. Засиделись далеко за полночь, в основном мы с Птахой рассказывали, что и как с нами происходило. Спать улеглись у нас. Прямо на пол. Старая кровать меня уже не вмещала, да и напарник тоже не поместилась. Сдвинули мебель в угол и кинули армейские скрутки. Ночь переживем, не развалимся.

Три ночи. А сна ни в одном глазу. Не могу уснуть, голова гудит как хороший генератор, вращая и состыковывая разные кусочки мозаики. Аккуратно выбрался на улицу, стараясь не разбудить домашних. Постою, покурю, подумаю. Нашел вчера в своем бауле початую пачку сигарет. Так толком и не закурил. До учебки баловался, но не привык. А в пустоте курилок нет, для курсантов в смысле. Так-то офицеры дымят. А вот сейчас захотелось ритуала под раздумья.

– Не спится? – из тени шагнула Кира.

– От слова совсем.

– Не помешаю?

– Брось. Конечно, нет.

– Кипяточек будешь?

– Давай.

– Сейчас принесу.

Через пять минут мы сидели на крыльце модуля с кружками в руках. Ароматный взвар приятно грел руки и парил в чистое ночное небо. Я курил, пялился на звезды, строил и рушил краткосрочные платы. Спасибо учебке и сотням боевых вылетов, думать научили, прежде чем глупости делать. А кого не научили, тех уже с нами нет. Девушка тоже потягивала густой кипяток с травами, куталась в спальник и, видимо, так же гоняла свои не веселые мысли.

Часа два так просидели. Наш аналог чая давно остыл. Хотя в огромных, почти литровых кружках, плескалась еще половина. Пачку сигарет прикончил – истлели. Хорошо если по затяжке с каждой сделал. Когда забрезжил рассвет, Кира нарушила молчание.

– Ну, что, командир. Какие планы?

– Валить из Южного нужно. Это факт. Не сойдемся мы характерами с его новыми жителями.

– Я только за. Но… куда? За периметром мы ни разу небыли – сами не пройдем и пары километров. Да и не понятно куда топать. Где ближайший городок? Лесной? А нет ли там такого же…здеца как дома? Опять же на переход снаряжение нужно.

– Правильные вопросы. И есть мысль. Дергаться, не зная брода – плохая затея. И сейчас мы попробуем ее решить.

Зря я что-ли в свое время составил знатную коллекцию личных контактов. Сейчас перекину в память нового кома, и будем искать, с кем можно поговорить.

Операция не сложная, дольше до своей комнаты шел. Пара секунд и готово. Теперь смотрим кто в сети. Рейдеры народ ранний. Встают с рассветом. Так что все кто сейчас не на выходе – уже на ногах. А те, кто в поле – тоже на ногах, но в закрытой так-сети команды и в общем списке неактивны. Ну вот. А говорили гробанулись – гробанулись. Хрен там! О! Вот и кандидат на пообщаться.

– Соломон, доброго здравия. Не отвлекаю?

– О! Какие люди. Объявился. А Грог, старый проказник, уже руки потирал на твою долю.

– Слегка задержался, видимо мой личный долг «Атлантам» был чуть больше обычного.

– Бывает. Ты сейчас где? В Южном?

– Так точно.

– Заценил уже? И как тебе?

– Говно.

– Емко. Но, по сути, верно. Что думаешь делать?

– Сваливать. Потому и звоню – совета ищу.

– Ты как служил?

– Прайм четыре – перешел на кодировку летунов в условиях возможного радиоперехвата.

– Добро. Тогда Пегас ноль – три. Или Буран?

– Никак нет. Пегас ноль – три, принял.

– Отбой связи. И рад тебя слышать, Лат.

Все слышавшая Кира даже бровью не повела. И тем более не стала задавать дурацких вопросов. Она тоже боевой пилот и все поняла. Раз Соломон шифруется, значит так нужно. Мало ли какие у бывших Южан трения с новыми жителями поселка. Заместитель лидера Демонов просто так гнать не станет. Если пасут чистоты, то вряд ли там бывший летун уши греет. Так что услышали только код. Пока найдут, кто его переведет на общедоступный, пока соберутся. Уже след простынет. Подберут нас через полчаса у въезда в первый пояс. Собирать нам нечего, Только мамины вещи. Но ими можно пожертвовать. На месте купим все что нужно. Не нравятся мне эти шпионские игры, похоже, серьезные претензии у сторон. Так что руки в ноги и ходу.

Вот чего не ожидал, так это маминого отказа. Казалось бы, что ее тут держит? Кому какое дело до Южного и его жителей? Но оказалось кому-то дело есть. Все уперлось в неповоротливого и прожорливого зверя корпорантов – бюрократический аппарат. Это я лицо без гражданства, в пределах планеты птица вольная. А мама числится ссыльной и имеет право находиться только в определенном квадрате планеты. Что отслеживается по разным косвенным признакам. Типа геолокации транзакций с персонального счета и тому подобного. Нарушение сразу не отследят, есть запас в пару дней. Но как только спалят, последуют суровые санкции и штрафы. И как быть?

Из поселения нужно активно делать ноги. Вот есть у меня нехорошая чуйка по этому поводу. Да и Соломон не зря партизанщину развел. Но и мать одну не оставлю. Минут двадцать с Кирой потратили на уговоры. Двое суток запаса это много. Что-нибудь придумаем. И люди знающие подскажут. А если нет – вернемся в Южный вместе. Главное в сеть не выходить, счетом не пользоваться и на въезде – выезде не спалиться. Все решаемо. Уговорили. Но время потеряли. Пришлось бегом бежать к воротам первого пояса. Что никак не способствует соблюдению конспирации. Но и встречающая сторона ждать не будет, я так понял им мелькать здесь тоже не с руки. Успели. Запрыгнули в недра брони и сразу же рванули в ближайшую лесополосу. На прощание в спину прилетели не меньше трех очередей, с дробным стуком по броне и визгом рикошетов ушедших в небо. Хрена се салют!

– Здравствуй, Аллая. Лат, слышались. И вам милое создание доброго утра.

– Здравствуй, Паша.

– Здрасьте.

Хм. А ведь я не знал, как зовут Соломона. Да я вообще всех только по позывным знаю. Стыдно то как!

– Соломон, а что за канонада прощальная?

– Долгая история, Лат. Погоди, приедем на базу, там сядем, обстоятельно поговорим. Дальше сам решишь что делать. Лучше расскажи, как мать смог уговорить поводок скинуть. Мы когда съезжали, были ей посланы весьма качественно.

– С трудом. Вообще слабо представляю, откуда это дебильное ограничение взялось. Не все ли равно, в какой точке планеты ссыльный?

– Ха. Есть такое. Тут, как ты понимаешь, чья-та мохнатая корпоративная лапа замешана. Примерно так дело обстоит…

Если вкратце, то по документам «Атланты» выделили некие неплохие дотации на создание начального обучающего заведения. И регулярный бюджет на заработную плату научному составу, скидывают администрации порта. Ведь им нужно, чтобы будущие рекруты имели хотя бы общее среднее за плечами. Иначе как без него допускать к сложной технике? Дебилы, не умеющие элементарных вещей – читать, писать, складывать, такое наворотят, что никакой диверсант лучше не справится. А одной пехотой ресурсные войны не выиграть. Да и то, современный пехотный скаф довольно сложная вещь – идиот не справится.

Так что по бумажкам в Южном вполне себе неплохая школа построена. И спецы выписаны с обжитой части галактики. С хорошими бонусами за вредные условия труда и так далее и тому подобную ахинею. Но то по бумагам. А по факту, никто ничего не строил. Модули для школы организовали рейдеры. Ведь и лидеры команд работать с кретинами безграмотными не горели желанием. Это, знаете ли прямая дорога на тот свет. Цепкий ум и хорошая подготовка каждого бойца – немаловажные грани успеха всей бригады. И как следствие дохода. И да, зарплата учителям шла прямиком из «городского» налога, который платили все, кто сдавал в нем добычу, имел бизнес, или проживал на постоянной основе.

Корпоративные же креды оседают в чьем-то липком кармане, со всеми надбавками и премиями. Но чтобы такая схема существовала и дальше, ссыльных преподавателей закрепили за квадратом в котором расположена школа. Иначе что? Иначе разбегутся, или права начнут качать, и придется делиться. Кому оно надо? А так корпам прям все в струю.

Преподавательский состав намертво привязан поводком к Южному, на который все срали. И в другое поселение им не свалить – сработают триггеры и на ссыльного валится неподъемный штраф. Погасить который при здешних заработках почти нереально. И от уплаты не отскочить. Девяносто девять процентов финансовых операций на планете проходит в сети, как и во всей галактике. То есть через серверы корпорации. Формально она базируется во всеобщей галактической сети и независима. А по факту – в любой момент можно кое-что подправить. Кто там будет за ссыльных горой вставать? Нарушил отброс общества еще одно правило компании – вот результат. И главам поселений Дельты, которых по пальцам пересчитать можно, этот геморрой нафиг не нужен. У них своего хватает.

Вот и выходит, что по бумагам школа есть, и качество обучения в ней на уровне. А как там на самом деле расходуются целевые средства дело десятое. Да и кто проверять то будет? Переться в такую дыру с комиссией? Прикалываетесь? Что там по усредненным показателям? Перерасхода нет? Качество рекрутов снова в пределах? Ну и чё надо – все нормально на той N4Delta78/3. Вот лучше свежие биржевые сводки посмотрите, вот где ужас! Динамику цен на акний видите? На три пункта выросла, а мы до сих пор не отбили перспективный рудный бассейн! Кредиты теряем! А вы о каких то заштатных школах в занюханной дыре!

Короче распил бюджета обыкновенный. Все старо как мир. И плевать бы, да только дело касается моей мамы. Так что нужно что-то решать.