Текст книги "Поисковик (СИ)"

Автор книги: Роман Добрый

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 19 страниц)

Хорошо хоть жребий выпал сюда, а не на разваливающийся «Выплеск». Там, говорят вообще абзац, чуть ли ни на «Защитниках» летают. И соответственно попасть оттуда на более или менее хорошее место службы совершенно не реально.

Конечно, курсанты любят приврать, все же «Защитник» такая древность, что помнит еще первый имперский мятеж, но даже здесь, в пятом по силе сортировочном центре соединенных сил наемников, курирующий так же оснащенные им флоты и группы, летают далеко не на «Фантомах» – последней разработке военного концерна «Удар». И не на «Тайфун» – основной машине ССН. Впрочем, наговаривать на выданный «Рокот», третьего поколения, не стану. Да ии здесь ниже классом, компоновка приборов иная и запас боеприпаса скуднее, но и все. Хорошо, возможно чуть хромает маневренность – тяга движков слегка отстает от «Тайфуна», но теперь точно все. Рабочая военная машинка – вполне достойная, как показал учебный бой. Опять же у каждой модели свои плюсы и минусы. Так что ничего страшного – привыкну.

– Новичкам прибыть в зал брифинга на разбор – повторил дежурный по станции.

– Да иду я, иду – беззлобно рыкнув, я все же прибавил шаг.

Станции у наемников «Атланта» однотипные. Или мне так повезло, что «Орион» и «Нархат» построены по одному проекту? В общем-то, не особенно важно. Главное, что ноги сами меня несли в зал брифинга, почти без участия головы. За годы учебки, маршрут от ангаров до помещений курсантов, намертво въелся в память тела. Есть время подумать.

И это хорошо. Потому, что сейчас мои мысли занимал один крайне животрепещущий вопрос. А когда я успел настолько измениться? Нет, все понятно – повзрослел, знатно расширил кругозор, прошел через серьезные нагрузки и так далее. Даже понятно то, что в детстве все видится гораздо проще и наивнее, что ли. Но вот так радикально и стремительно? Или это нормально?

Как застенчивый пацаненок с окраин Южного, мечтающий о новых видах дронов и о том, чтобы не попасть под пресс местной шпаны, за неполный десяток лет эволюционировал в уверенного в себе пилота истребителя? Как тощий шкет превратился в подтянутого бойца? Ведь именно так все обстоит. Буду честен с собой – некогда я всеми силами увиливал от драки, но с прилетом на «Орион», чуть ли не сам ее искал. Или раньше все это началось? Когда? В средних классах школы? Вполне возможно. Ровно в тот момент, когда я переступил порог учебного лагеря ветеранов «Шато». Нужно это обдумать. И вот еще что – а не поменялись ли мои стремления? Не произошла ли подмена? Чего я хочу?

Прислушавшись к себе, не нашел однозначного ответа. Стремление вывезти маму из той дыры, куда их с отцом сослали, никуда не делось. Но вот безудержное желание стать рейдером – потускнело. Не ушло целиком – осталось, но ощущалось оно уже не как самоцель, а лишь как этап. Важный, нужный, но более того.

Меня очаровал космос. Всего за год холодная, удивительно красивая пустота, наполненная десятками тысяч огней звезд, рваными кляксами туманностей, разрываемая выхлопами дюз кораблей, она пленила мои мечты. Мне нравилось здесь. Хотелось летать. Хотелось заглянуть в каждый, даже самый далекий уголок пространства. Узнать его тайны. Понять и впитать в себя космические просторы. Вот так.

Тряхнув головой, словно собака, загнал эти мысли как можно глубже. Нельзя людям показывать свои надежды – растопчут. Высмеют и извратят. Плюнут в самую душу и легкой походкой отправятся дальше. Проверено на себе и повторения этого опыта не желаю. Привычно очистив голову – шагнул в зал инструктажа. Почти все уже собрались, осталось дождаться пару человек, и начнется общий разбор. Незаметно накатил легкий мандраж, а в горле поселился горький комок. Черт! Нужно срочно успокоиться.

– Что же, господа и дамы, отлетались вы м-м-м… терпимо. По косточкам полеты будете разбирать с лидерами эскадрилий на месте службы. Сейчас же пройдемся только по нескольким наиболее удачным эпизодам. Затем, представители отрядов сделают вам предложение. Мой вам совет – принимайте его. Да, вы можете отказаться, понадеявшись, что вас доберут. Но практика показывает иное. В лучшем случае зависните в резерве с серой меткой. В более реальном – отправитесь месить грязь с пехотой.

Дюжий офицер обвел притихший зал. Вчерашние курсанты не рисковали галдеть и спорить. Привычку подчиняться старшему по званию в учебке вбивают крепко и в первую очередь. А лишнюю дурь выносят из башки вместе с кровавыми соплями.

Однако заметил интересную тенденцию. Чем дальше от корпорантов располагается подразделение, тем человечнее в нем отношение к нам. Простой пример тому – моя жизнь. На Дельта четыре, корпы за забор смотрели так, будто там вообще нет разумной жизни. На «Орионе», первые три месяца, тоже мешали с дерьмом. Но, во-первых, уже не делали вид, что мы грязь под ботинками великих титанов пустоты, так сказать повысили до отбросов. Во-вторых, пример старшего сержанта Догера, ясно показал мне, что все несколько иначе, чем видится в первом приближении. На самом деле из тех озлобленных волчат, что впервые ступили на ребристый пол станции, по-другому хренотень не вынуть. А сделать это нужно, иначе на дальнейшей плодотворной работе можно ставить жирный крест.

Сложно признаться в этом, но за время жизни на планете, мы научились понимать только один язык – силы. И никакой другой признать бы не смогли. Во всяком случае, в адекватные сроки. Тратить же несколько лет на наше перевоспитывание более мягкими методами – слишком расточительно.

Да и наемники – по сути, армия. Маленькая, частная, но армия. А там никогда не заморачивались щадящими методиками. Даже во времена империи. И до нее тоже. Это я точно знаю из ВГС. Последний год перед отбытием, много чего накопал по этой теме. В основной массе старье невозможное, но и этого вполне хватило. Так что все в лучших традициях.

Так вот. После первых, самых жестких, месяцев, и распределения, отношение улучшилось еще заметнее. Тогда мне казалось, что просто привык, втянулся, научился не обращать внимания на форму, докапываясь до сути и все такое. Но сейчас понимаю, что это самообман.

Инструкторы учебки действовали и относились к нам гораздо более лояльно. Никто не осознавал этого головой, но чувствовали, черт возьми, и отвечали тем же! Помню, как тоскливо было улетать с центральной станции ССН. Именно тогда нам начали незаметно, по чуть-чуть прививать чувство локтя, понятия коллектива и взаимовыручки. Мягко подталкивали к тому, что наемник наемнику не волк. Взращивали из вчерашних волчат боевых товарищей. И чем дальше мы продвигались в обучении, тем быстрее падала ширма отчужденности.

Теперь распределительный центр «Нархат», где мы еще не полностью свои, но уже и не чужие. Этим сквозит буквально из каждой щели. Мог ли я представить, что целый старлей может обратиться к рядовому составу: «господа и дамы»? Скажи мне кто об этом полгода назад – рассмеялся бы в лицо. Но вот ведь – обратились! Не отдали приказ, а дали совет! Сожри меня черная дыра! И, судя по вытянувшимся лицам остальных пилотов, все по достоинству оценили речь старшего по званию. Но этот день, видимо решил нас изумить до полной невозможности, поскольку старший лейтенант еще не закончил:

– И да, поздравляю вас с первым повышением, коллеги. Рад сообщить, что вместе с переходом к реальной службе, всем действующим пилотам автоматически присваивается младшее офицерское звание лейтенанта. Тише! У вас будет минимум неделя перелета к месту приписки, чтобы отметить это. А пока вернемся к особенно удачным моментам тестового боя. Борт три пять, «Лось».

– Я, сэр! – названный курсант подскочил, едва не опрокинув стул.

– Вот этот момент – развернулись персональные голографические экраны, на которых, в замедленном режиме, начал прокручиваться момент удачного маневра – Отличная реакция и просчет ситуации.

Я кивнул своим мыслям. Неудивительно, что Лось отметился – лучший пилот курса. У меня так и не появилось желания близко сойтись с кем-либо, кроме Птахи, по большому счету навязанной Догером. Но, так или иначе, знал всех, все же почти два года вместе пыхтели.

Таким позывным Хамерта наградили инструкторы, как и многих из нас. И он ему полностью подходил. Действительно здоровый шкаф, что нисколько не мешало виртуозно пилотировать юркий «Тайфун». Вот он и в «Рокоте» заставил пахать на пределе каждую гайку.

Вообще забавно получилось с позывными. Информацию по доброй трети из них, пришлось искать в терминале ВГС. Например, лосей на Дельта четыре никогда не водилось, неоткуда им было там взяться. Их вообще нигде не водилось, кроме как на Земле, планете-заповеднике и прародине человечества.

Кстати, мой позывной тоже родился благодаря фантазии инструкторов учебки. И как бы грозно он не звучал, история его появления обыденна до зубовной боли. После первого учебного вылета, куратор нашей группы коротко обронил: «Щеглы криворукие. А ты – вообще мрак». И ушел, оставив нас отжимать летные комбинезоны, пропитавшиеся потом до последней нитки.

– Борт ноль девять, «Кляп».

Тоже интересная личность. Молчаливый парень из третьего периметра Южного. Держится так же, как и я – отстраненно от всех. Отличный рукопашник, сходились с ним пару раз на ковре, и пилот милостью богов пустоты. Позывным наградили за исключительную сдержанность. Вытащить из него пару слов получалось не у каждого инструктора.

Вообще не удивительно, что отличились именно эти двое. Я бы даже сказал – предсказуемо. Объективно они самые сильные пилоты нашего потока. Даже гадать не стану, в какой отряд они попадут – «Зеро», по-другому и быть не может. Странно только что «Пилку» и «Вдову» не отметили. Эти две стервы обычно тоже дают просраться не слишком уступая «Лосю» и «Кляпу». Но то ли старшего лейтенанта не впечатлили их результаты, то ли он решил не растекаться мыслью по древу (эту фразу я подцепил в ВГС, вроде как она пошла еще со времен старой Терры, но, как обычно, мнения в сети разделились).

– На этом все. Господа офицеры, птенцы ваши.

Я подобрался, сейчас все решится. Только бы не к драным кошкам! Только бы не к ним!

Глава 8

– Выгружаемся. Гордио два – прибыли.

Далеко не новый транспортник третьего класса доставил меня, Птаху и еще полтора десятка пилотов к месту дальнейшей службы. Две недели полета прошли откровенно погано. Тесно, грязно и безумно скучно. Во время перелета занять себя оказалось решительно нечем. Из доступных развлечений корабельный бар с кислым пивом и грабительскими ценами, да разговоры ни о чем с попутчиками.

Всего «Сэпсен» мог перевезти две тысячи человек. Хвала всем богам столько народу не набралось. Но просторнее от этого не стало. Все доступное пространство занимал груз для группировки, в которой нам предстояло служить.

Но все когда-нибудь заканчивается. Подошел к концу и наш отвратительный перелет в систему Гордио. А конкретно к планете Гордио два, на которой корпорация «Атлант» добывает дорогущий акний. Краткую справку по планете и ситуации вокруг нее, я вызубрил от нехрен делать.

Сто тридцать шестой элемент новейшей периодической таблицы химических элементов. Стратегическое сырье – пятьдесят килограмм на один стандартный топливный элемент корабля. Семь тысяч корпоративных кредитов за кило. Ежедневная выработка с Гордио два – семьсот тысяч тонн вещества. Рудники старые, уже полгода им. И за это время они одиннадцать раз переходили из рук в руки разных корпораций. То есть в среднем дважды в месяц район добычи менял хозяев. Даже чаще, поскольку последние два он безраздельно принадлежит «Алтантам».

По оценкам экспертов запасов редкозема на планете еще месяца на четыре непрерывной работы. А это огромные средства, спрятанные в недрах шарика с ужасными климатическими условиями. И попытки отбить месторождение не прекращаются. Так что «Атлант» вполне обоснованно держит в системе вторую по силе эскадру пятого флота: авианосец «Эстер», транспортник пехоты «Див», два средних крейсера «Шквал», два эсминца «Ляондо» и линкор «Директор Рамзи».

По легким силам: три минера «Паук», два десятка торпедоносцев «Завеса» и двести пятьдесят универсальных истребителей «Рокот». Машины разбиты на пять эскадрилий, но все относятся к одному отряду: «Гремучие змеи». Задача наемников пряма как лом – удержать район добычи и прикрыть шахтеров до момента пока рудники не покажут выскобленное до блеска дно. В идеале вообще не допустить бомбардировок шахт и захвата десантом. А на практике, для меня, это означает, что истребителям частенько приходится вести атмосферные бои, где «Рокот» серьезно теряет в боевых качествах и маневренности. Но пока у гремучников все более или менее получается. С потерями, но справляются. Если научники не ошиблись, через сто двадцать дней весь акний выберут, а затем и нас перебросят на другой «спорный» участок.

Директорату корпораций чхать на законность, главное – итоговый процент прибыли в еженедельном финансовом отчете, который им положат на стол секретари. Хотя видимость цивилизованного подхода корпы поддерживают. За время обучения на «Орионе» насмотрелся по головизору громких процессов. Как правило, к моменту вынесения «решения», оспариваемый рудник уже сверкает девственной чистотой. Так что работа на весь срок контракта мне обеспечена. Как и премиальные за сбитые цели.

Вообще войны наемников за интересы корпоративных гигантов носят очень своеобразный характер. Конфликты тлеют постоянно, но сражения идут без дикого ожесточения. Люди просто выполняют свою работу, не питая особой любви к своим нанимателям, поскольку значительная часть наемников вышла из таких же как и я ссыльных и тех, кого жизнь в корпоративных мирах выплюнула на грязную обочину.

Формально не придраться, но если окунуться сюда с головой, сразу станут видны нюансы. Например, сбитых пилотов не добивали, если те успели катапультироваться. Пехота в пыль стирала бронетехнику и укрепления, живую же силу старались именно рассеять. Шахтеры вообще прямо на месте меняли нанимателя, если район добычи не удавалось удержать. И так далее. Люди все равно гибли пачками, но того остервенения, когда на кону стоит свобода и жизни твоих близких – в конфликтах за рудники не было.

Исключение из всей ситуации – высшие чины. Но и назначаются они исключительно из корпорантов. И на фронтах нихера не появляются, предпочитая раздавать ценные указания из безопасных и благоустроенных офисов в теплых центральных мирах корпорации. Реально же управляют ССН как раз с орбитальных станций по типу «Ориона» и «Нархат».

Вообще сложно ждать от почти рабов преданности и почитания интересов хозяев. А никак иначе девять десятых наемников не назвать – рабы и есть. Союз корпораций создал просто чудовищную систему расслоения и управления населением.

На текущий день, социальная пирамида выглядит следующим образом. Есть главы корпораций и совет директоров – это острие пирамиды. Практически небожители, со сроком жизни далеко за несколько сотен лет, ведь им доступны самые совершенные из имеющихся технологий. Хотя деградация и технологический откат, после краха могучей империи серьезно урезали возможности человечества, топы корпов кое-что приберегли на черный день и до сих пор выезжают на старых запасах. Плюс разграбление утерянных, а затем заново открытых имперских миров.

Следующим слоем идут топ менеджеры корпораций. Люди весьма обеспеченные и тоже с допуском к «заначке» верхушки корпорантов. Пусть и урезанным. Вместе с начальством, это примерно полпроцента всей популяции людей. И самая ее долгоживущая часть.

Потом идут специалисты – те, кому повезло. Талантливые или очень опытные люди. Зачастую передающие должность, знания и навыки из поколения в поколение. К старым запасам спецов не подпустят и на пушечный выстрел, но жалование позволяет этой прослойке общества жить в комфорте и без нужды. А благодаря доступной им медицине, продолжительность жизни этого слоя так же постоянно растет.

Предпоследняя категория – рабочие. Самый массовый слой. Те, кто должен корпоративным банкам с момента рождения. И со временем долг этот только растет. Родился – появился кредитный счет и первая запись в нем. Учишься – снова должен. Решил прикупить что-то сложнее наручного коммуникатора – увеличил долг.

Не все могут выдержать такую жизнь и скатываются на дно, превращаясь в рабов без права сменить место работы и вылететь с планеты. Люди, лишенные гражданства и отдающие восемьдесят пять процентов заработка банкам.

В наемники идут как раз из последней категории. Если еще не получили запрет на вылет за пределы планеты. Идут потому, что это дает призрачный шанс расплатиться с кредиторами до того, как отойдешь в лучший мир. То есть не свешивать свои долги на родственников и детей. Каждый из «свободных» имеет в личном деле «поводок» – справка, что тот-то и тот-то должен банку такому-то, такую-то сумму. На их фоне, даже ссыльные выглядят чуточку лучше.

Да, последний слой пирамиды – ссыльные. Люди, по тем или иным причинам, не угодившие сильным мира сего. Тоже лишенные гражданства и родины. Почти не имеющие шанса выбраться из той пропасти, куда их загнали. Гражданство можно купить заново – но откуда взять огромные деньги? Службой в наемниках столько не заработать никогда, будь ты хоть трижды гениальным военным. Остается либо гнить на планете, к которой ты приписан, либо пытать счастье среди рейдеров. Очень редко, но удачливый искатель добывает нужную сумму. А все потому, что интерес к утраченным технологиям не ослабевает.

Почему так? Все очень просто. Если знать, на чем базировалось мощь старой империи, помимо развитой прослойки мификов. Передача знаний и опыта поколений – вот основа былого могущества расы.

Изначально военная технология еще старой Терры. Перед самым началом активного освоения и заселения ближайшего космоса, военные мифики, обладающие внутренней силой Мистика и Псионика, разработали способ, совместными усилиями, передавать знания носителю напрямую. Как бы загружая их в память.

Со временем эта технология, уже после объединения в федерацию людей, вышла на гражданский рынок. Но имела большое количество ограничений и требований к будущему носителю, да и стоила невообразимо дорого. Однако именно Ми-обучение заложило основу и предпосылки будущей империи людей.

На совершенствование и доработку технологии потратили века. Но оно того стоило. Вначале ведущие ученые человечества и Мистики, которых с выходом в космос стало появляться все больше, сняли значительную часть ограничений, сделав такой вид обучения более доступным. Затем на основе техник Псиоников смогли создать капсулу, на порядки ускоряющую процесс усвоения знаний и снимавшую еще часть требований к обучающемуся. А потом, с открытием новых, ранее неизвестных науке минералов – записывать знания на кристаллические планки. В последствии названных базами.

В результате Ми-обучение в П-капсулах стало не только общедоступным, но и чуть ли ни единственным в империи. Полностью задушив начальные, средние и средне-профессиональные учебные заведения. А высшие вынужденно перепрофилировались в элитарные академии для новой аристократии и узконаправленные интернаты углубленного изучения.

Больше не требовалось тратить долгие года, чтобы освоить азы любой профессии. Первые ранги баз изучались за несколько дней в капсуле – шестнадцать часов сеанса на первичную закачку базы, перерыв на восьми часовой сон. Затем еще десять часов в капсуле на активацию и тридцать шесть часов вне аппарата на полную распаковку. После чего два месяца стажировки под присмотром опытных мастеров и специалист полностью готов.

Конечно это только первые ранги баз. Последующие, дающие углубленное понимание, тонкую специфику, более сложные знания и навыки, переплетающиеся со смежными профессиями, изучались и осваивались дольше и тяжелее. Но все равно на порядки быстрее традиционного пути.

Так что, когда империя рухнула, человечество знатно откатилось назад. Технологии производства капсул и баз, наряду с другими прорывными технологиями того времени, оказались утеряны. А традиционная система образования – отсутствовала как класс. Позже ее пришлось создавать с нуля, и дело шло туго – почти некому было учить. Множество носителей редких специальностей погибло. Как и тех, кто достаточно глубоко изучил свою профессию с множеством сопутствующих тонкостей, хитростей и смежных направлений, ведь это были первоклассные специалисты, находящиеся в самой гуще событий.

А потом пришла деградация. Медленный, но неизбежный откат в развитии. Ситуацию осложняла грызня между корпоративными монстрами, забравшими власть. Позже, в ослабленной и раздробленной цивилизации вспыхнула охота на ведьм.

Мификов травили словно бешеных собак. Всех без разбора. Масла в огонь подливали новоявленные религиозные общины и секты. Стремясь урвать побольше, они клеймили наделенных внутренней силой, стремительно богатея на чужом горе и страданиях. Темное время, позже названное ново-историками – Вторым Средневековьем.

Со временем корпоративные директора навели кое-какой порядок. Предложили другой путь. Насадили иные ценности. Правда предлагаемое хозяевами жизни не имело ничего общего с тем, куда стремилась старая империя. Но это хоть какая-то цель. Пусть лишенная возвышенности, приземленная и насквозь меркантильная, в рамках которой человек человеку – волк. Однако лучше так, чем шторм полной анархии. Так хотя бы удалось заново собрать в кучу дезориентированную цивилизацию людей. Не дать нам исчезнуть как виду. А затем, со скрипом, но начать возвращать былые достижения.

Именно с этого началось освоение таких планет как N4Delta78/3. Заново открывались погибшие, вымершие и брошенные имперские планеты. Но программа заселения добровольцами очень быстро прогорела. Новые ценности общества потребления, где основные идеи – «ты и только ты центр мира!», «дозволено все, за что ты можешь заплатить!», «Иди по головам, или тебя спихнут вниз другие» – жестко конфликтовали с направлением «коллективизма» необходимого в первую очередь при таком сложном деле, как заселение и развитие нового мира.

Тогда несколько корпораций попытались отправить во фронтир военных. Вот только не учли всепоглощающей жадности своих соседей. И очень быстро поплатились за это. Стоило только высланным войскам отдалиться от материнской системы на достаточное расстояние, как их боссов начали рвать по живому. В срочном порядке возвращенные военные уже не могли остановить процесс. Их торжественная присяга новым хозяевам, прошла на фоне поглощения кровоточащих кусков старых.

Казалось, что ситуация зашла в тупик. Вольные колонисты не справлялись, а частные охранные агентства, в которые превратились бывшие армейские части, больше никто не рисковал отпускать далеко от себя. Именно в это время, появилась практика ссыльнопоселенцев, действующая до сих пор. Удивительно живучая система, из которой, со временем, научились выжимать все до последней капли. Так родились первые подразделения наемников и команды рейдеров. И тогда же среди ссыльных стало появляться все больше владеющих даром. Нас по-прежнему недолюбливали в «цивилизованном космосе». А по мне, так откровенно боялись. И по факту, планеты без названий, по старой традиции имена даются только корпоративным мирам со свободным населением, сегодня гораздо больше походят на старую империю, чем любые другие.

– Парень, не спи! Мне еще на поверхность спускаться – топай в бот – голос навигатора «Сэпсена» вывел меня из задумчивости.

Действительно, что-то я задумался.

Пилотам на планете делать нечего. И нас сразу переправили на борт «Эстер», где распределили по каютам. Номер на двери которых соответствовал номеру посадочного стола истребителя и бригаде механиков закрепленной за летчиком. В моем новом жилище сразу бросилось в глаза, что еще недавно тут жил кто-то другой. Казалось, предыдущий хозяин вышел пять минут назад и вот-вот вернется. Но это не так. О том, что с ним случилось, я предпочел не думать.

Выделенный «Рокот», тоже не баловал новизной. Следы частого ремонта украшали машину от носа до хвоста. Пятна пробоин выделялись цветовой гаммой, их закрашивали первой попавшейся под руку краской, хотя видно, что тон пытались выдерживать.

– Юра, «Док» – представился мой новый старший механик

– Ларат, «Мрак». Док, а что с ним случилось? – кивнул я на истребитель, имея в виду предыдущего пилота

– С «Юлой» то? Дерьмо с ним случилось. Причем дважды за один бой. Первый раз издолбали в труху – еле до базы дотащился. Но на самом ни царапины, так что выдали другую птичку и с новой волной выпустили. Больше он не вернулся – четыре «пса» под хвост словил – моментально в пыль. Тогда «бургеры» будто наркоты обожрались, никогда такой мясорубки не видел. Перли и перли, не считаясь с потерями. Часов двадцать их сдерживали. Эвакуаторы по три комплекта стержней осушили, вылавливая маяки успевших катапультироваться. А потом «обжор» словно холодной водой окатили. Разом остыли, погрузились на свои лоханки и дали деру из системы. Но ты не переживай, мои охламоны свое дело знают – машинка в идеале, не смотри что выглядит потрепанной. А картинку мы тебе потом перекрасим.

– Поверю на слово. А бургеры и обжоры это кто?

– А – махнул рукой старший техник – это мы так наемников «Крафт Фьюжен Фуд Инкорпорейтед» называем. Пока название их концерна выговоришь – язык сломаешь. А история этого гиганта началась как раз с сети мелких уличных закусочных. Так что – бургеры или обжоры.

– Понятно. А чего они тогда так наседали?

– Тьма их знает. Но поговаривают, что корпы испытывали на них свою новую «особую» добавку к рациону, вот у бойцов башни и посрывало. Ты иди, обживайся, поди баул еще не распаковал? Вижу, что прав – успеешь еще видом ангара налюбоваться – сам не рад будешь. А вечерком подтягивайся в бар на третьей палубе – посидим, с ребятами – Док кивнул на технарей – познакомишься.

– Добро, пойду тогда.

Боевая сирена разорвала сон в клочья. Дзу-дзу! Дзу-дзу! Дзу-дзу! Эти мерзкие завывания просто невозможно игнорировать. Пока мозги раскачивались, тело действовало автономно – на рефлексах. Натянуть летный комбинезон и бегом-бегом к стартовому столу летной палубы. Окончательно проснулся я, уже ныряя в кабину «Рокота».

– Док, вводные были?

– Нет.

– Дерьмо – ругань не ушла дальше кабины, загерметизированный колпак начисто отсек меня от внешнего мира.

В два щелчка активировал предполетные тесты. Прогон основных и дублирующих систем управления истребителем и механизмов. Пятнадцать секунд и все индикаторы тлеют успокаивающим зеленым цветом. Порядок.

– Мрак в седле – вклинился я в перекличку пилотов, рапортующих о полной готовности к вылету.

– Птаха в седле

– Кость в седле

…

– Здесь Змея один. Эскадра противника в зоне визуального наблюдения. И его птички уже вышли. Наша задача связать их боем и не дать прорваться к руднику.

– Опять обжоры, сэр?

– Да. Хотел я зелень обкатать в более спокойной обстановке, но уже как сложилось. Новички – постарайтесь не лезть в самое пекло, там вас мгновенно на атомы распустят. Щипайте их с края. Все пошли!

Судно дрогнуло – это завязалась перестрелка между судами эскадр, и шальные болванки, разогнанные электромагнитными стволами, прорвались к «Эстер». Шальные, потому, что авианосец стоит на дежурстве по всем правилам – прикрытый более толстой бортовой броней старших товарищей. Так что сюда прорываются только случайные подарки, проскочившие мимо основных целей во время маневрирования.

И еще раз. Но только теперь огонь противника тут ни при чем, это пошли вниз стартовые столы, опускающие истребители на впп[1], расположенную под полом ангара. Там «Рокот» разгонит специальная катапульта и движки самого истребителя. Последнее, что я увидел, это расчеты борьбы за живучесть корабля, шустрой рысцой занимающие посты, положенные по боевому расписанию. А затем краткий миг темноты, бешенное ускорение, выплюнувшее меня из недр авианосца, и свет тысяч звезд открытого космоса.

Как они прокрались так близко? Как обманули автоматические следящие станции, их же натыкано за пределами системы сверх всякой меры?

Но в следующую секунду мне стало не до этих риторических вопросов и отвлеченных переживаний, ответ на которые весьма прост – смогли. Может система маскировки новая, более продвинутая, а может быть обычная человеческая халатность наших операторов слежения.

Плевать. Сейчас я четко осознал другое. Вот он реальный бой. Никакой учебной краски, пушки заряжены боевыми снарядами, а ракеты не подают сигнал подрыва – они в хлам разносят неудачника, что не отвел их от себя. Руки мелко задрожали, а спина покрылась липким, холодным потом. На глаза упала серая пелена.

– … ак! Мрак! Драть тебя в душу против шерсти!

– Да, Птаха.

– Ты уснул там? Или обосрался⁈

– Я в норме.

– Тогда командуй!!

Я сверился с показаниями бортовой сети и вычленил главное – цель, назначенную бк «Рокота».

– Наша метка тридцать три-шестнадцать.

– Принято. Три, три – один, шесть. Работаем «Щипцы»?

– Да, на счет. И… спасибо Кира.

– Нашел время. Не за что.

– Раз, два… делай!

Наши машинки разошлись. Я рванул вверх и чуть вправо, а напарник вниз и слегка левее, чтобы через несколько мгновений диаметрально изменить курсы и зажать истребитель противника между двух огней.

Пилот противника наш маневр если и разгадал, то своевременно отреагировать на него не успел. Так что элементы его пассивной брони весьма шустро полетели в стороны. Жаль не долго, из-под огня он вывернулся довольно быстро. Но хвост в виде меня не сбросил.

Одновременно следить за обстановкой вокруг, отстреливать очереди по «свинье» и вести его самого, не давая оторваться – та еще задачка. И моего опыта реальных боев явно на все не хватает. Пришлось перевести истребитель в режим огня по готовности – делегировав это ии машины. А самому сосредоточиться на маневрировании.

– Ракетная атака – заскрипел бк.

– Отстрел ПРС.

– Отстрел произведен.

Жертву пришлось бросить, спустив ему вдогонку парами сразу четыре ракеты – чтобы повертелся, засранец. И самому тоже начать противоракетный маневр. Надежды на ПРС далеко не всегда оправдываются, как показывает практика.

Цепные псы противника потерялись в облаке шашек, но бургер не дремал.

– Захват системой наведения

– Вижу – крякнул я, рывком уходя от очереди в борт

– Птаха, ты где?

– В полной жопе, Лат – голос напарника звенел от напряжения

– По-о-оня-ял – растягивая гласные от навалившихся перегрузок, выдавил я из себя.

Очередной вираж вывел меня в хвост седока Киры и бк незамедлительно отстучал по нему злую очередь. Развороченный борт и три из четырех движков, наемники «Крафт Фьюжен Фуд Инкорпорейтед» летают на однотипных с нами машинах, заставили его резко дернуться в сторону, вывалиться из боя и вообще ковылять на свой носитель. А в догонку ему рванули сразу три «пса».