Текст книги "Поисковик (СИ)"

Автор книги: Роман Добрый

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 19 страниц)

Глава 5

– Значит так, отрыжка галактики! Слушать сюда. Я – сержант соединенных сил наемников корпорации «Атлант» Догер. Все вопросы, пожелания, предложения – можете оставить при себе. Мне срать на вас, ваше паршивое мнение и всю долбанную херню, что плещется в вашей башке! Это ясно⁈ Не слышу ответа, скоты! – надрывался дюжий сержант.

– Да. Понятно. Ясно, че. Ок – нестройный гул в разнобой, исторгнутый из себя пятью сотнями ртов, прокатился по ангару орбитальной станции.

– Отвечать по уставу, крысиное дерьмо!

Результат был тот же. Мало кто удосужился просмотреть тонкую брошюрку, выданную в шаттле к ознакомлению. Так что следующие полчаса, под ор и проклятия, извергаемые глоткой наемника с сержантскими нашивками, мы отрабатывали уставной ответ.

Монотонное занятие, через каждые три-пять секунд, выдавливать из себя с максимальной громкостью только одну фразу – «Сэр! Есть, сэр!», пытаясь прооорать ее, страшно пуча глаза, в унисон с остальными прибывшими на станцию. Максимально не обременительный для мозгов процесс. Неудивительно, что мое горло продолжало пытаться поразить сержанта, хотя мысли были далеко от повисшей в пустоте шлюзовой камеры орбитальной станции.

Я вспоминал вылет с планеты. Удивительное событие для семнадцатилетнего парня, выросшего на отсталой планете. Да еще и проведшего большую часть сознательной жизни, на самом дне дыры под названием N4Delta78/3 – в пределах первого оборонного периметра поселения Южный.

Все, что было до старта, сложно назвать чем-то любопытным. Толком рассмотреть третий пояс нам никто не дал, как и сам космопорт. Просто рано утром всех погрузили в уже забитый сверстниками транспортер и отвезли к шаттлу. Дальше быстрый досмотр на предмет вывоза из запрещенного списка, контроль «по головам» – простым считыванием идентификационного чипа в левой руке и фиксация в выделенном кресле в чреве шаттла. Мы даже на воздух ни разу не вышли. Переходной рукав космического корабля присосался прямо к дверям нашего транспортера. По нему мы протопали из одного кресла в другое, с краткой остановкой в шлюзовой зоне космолета.

Потом было полуторачасовое унылое ожидание. Наверное, только для меня, изучившего брошюру новобранца вдоль и поперек, раз на двадцать. Народ же не стеснялся, быстрой найдя общий язык с соседями. Ведь многие были знакомы, а то и росли вместе. Похоже, только я один из всего набора не завел приятелей. Что неудивительно – все мое свободное время пожирали тренировки, дроны и выуживание крупиц относительно достоверной информации во всеобщей галактической сети. Как итог, я легко могу в точности описать допуски по нагрузкам на основные узлы коптеров, набросать схему на изгиб и кручение из школьного курса сопромата или сплести заковыристый кусок кода для допила имперской прошивки. Могу настучать по репе практически любому сверстнику. А так же на память процитировать с десяток авторов из одобренного свободного списка общедоступной литературы. Но о чем поговорить с соседями, извертевшимися на соседних со мной креслах – придумать не могу. Да и не хочу, если быть до конца честным.

К чему сейчас гадать, как оно будет? Что-то мы знаем, почти наверняка, из рассказов вернувшиеся с отработки, а остальное будет видно на месте. Но нет, народ брызжет слюной в пустых спорах, обсасывая кровожадные домыслы и слухи об учебке.

Гораздо сильнее этой дури, меня занимал предстоящий полет. Два часа разгона в открытом космосе, а затем короткий прыжок в подпространстве к тренировочной базе наемников корпорации «Атлант» – интересный опыт. Жаль своими глазами звездные просторы увидеть не выйдет, никаких иллюминаторов шаттл, естественно, не имеет. Зато, картинка и показания с внешних датчиков выводятся на широкий экран, расположенный в пассажирском отсеке корабля.

Пусть для полноценных граждан корпоративных миров межпланетный перелет – обыденное дело. Я же впервые отправлюсь к звездам. Да что там! До этого даже просто от поверхности земли не отрывался, не считая прыжков в высоту на тренировках в лагере «Шато».

– Ты! Два шага вперед – из раздумий меня вырвал изменившийся звуковой фон.

Измотанные, осипшие, липкие от пота, что обильно выступил на покрасневших от усилий лицах, товарищи по несчастью перестали драть горло по команде сержанта. Похоже придумавшего новое издевательство. Ну, точно, шоу еще не окончено.

Парень молча сделал два шага вперед, и тут же согнулся пополам от мощного удара в живот. Не устоял на месте и попятился назад.

– Я для кого тут распинался, ушлепок⁈ – взревел покрасневший сержант – Я тебя спрашиваю, слизь! Где, мать твою, уставной ответ на вызов старшего по званию, животное!!!

Черт, щас будет совсем кисло. Бедняга аж позеленел от пропущенного удара. Надеюсь, сможет удержать блевоту или…. Не удержал. Хрясь! Новый удар, на этот раз сапогом в челюсть, отшвырнул парня под ноги второго ряда.

– Сраный парашник! Убрал за собой, скот. Живо! И не приведи демоны пустоты, ты заикнешься про тряпку – будешь языком всю палубу вылизывать, мразота!

Видимо двух ударов несчастному хватило для закрепления информации. Потому, что сдерживая стоны, он содрал с себя куртку из комплекта выданной станционной экипировки, и принялся, стоя на коленях, старательной елозить ей по луже блевотины.

– Ты! Два шага вперед – переключился наемник на новую жертву.

– Сэр! Есть, сэр! – что есть сил пролаял щуплого вида паренек.

– Первый закон термодинамики?

– Э-э… – замялся кандидат на оплеуху.

Хрясь! Зубы бедолаги покинули ротовую полость.

– Ничтожество! Ты только что угробил товарищей. Как, слизняк, ты собрался их прикрыть в бою, если не удосужился изучить основы использования проявлений силы⁈

Хрясь! Нос щуплого с хрустом изменил данное от природы положение. Кровь тонким ручейком полилась на спецовку.

– Из-за таких как ты, сдох взвод. Не выполнил боевую задачу, и враг помножил на ноль весь батальон!

Хрясь! Удар раскрытой ладони в перебитую переносицу потушил сознание паренька.

– Поднять! Держать – бросил наемник соседям избитого по строю.

– Сэр! Есть Сэр! – гаркнули они уже ему в спину. Сержант не остановился проверить скорость выполнения отданного им распоряжения, продолжая шествие вдоль замерших подростков.

– Ты! Выйти из строя – на этот раз под раздачу попал «слабый пол» из второго ряда шеренг выстроившихся в ангаре.

– Сэр-р! Есть, Сэр-р! – протянула девушка, когда будущие курсанты из первого ряда разошлись в стороны, выпуская ее вперед.

Зря она так. Умеет, конечно, этого не отнять. У меня от ее промурлыканного приветствия дыбом встали не только волосы. Но надо же хоть немного думать! Да еще и этот ее наряд, под которым, если мне не изменяют собственные глаза, нет нижнего белья. Дура! Всем же было сказано переодеться в стандартный комплект.

– И во что ты вырядилась, курица⁈ Что это за неуставное дерьмо⁈

Хлоп! От полученной пощечины голова весьма эффектной самочки чуть не оторвалась от шеи.

– Снять!

– Что прямо…

Хлоп! Новая пощечина прервала идиотский вопрос.

– Выполнять! Бл#$дь поганая!

– Сэр! Есть, сэр! – и почему мозги у людей включаются только после хорошей затрещины?

Хотя жалко девчушку. Имея такие аппетитные формы, оголяться перед строем в пять сотен голодных рыл, очень неприятно. Ладно, в три с половиной голодных, остальные тоже девушки.

Нет, точно полная дура. Упавшая на рифленый пол блузка – единственное, что прикрывало упругую грудь. А сползшая туда же по точеным, загорелым ножкам, юбочка, шириной не больше двух ладоней, открыла всем дивный вид на более интимные прелести. Трусиков барышня тоже не признавала. Хотя юбка и так едва прикрывала подкаченную попку, а тоненькая кофточка на размер меньше нужного, застегнутая только на три нижние пуговицы, больше подчеркивала выдающиеся прелести. Но остаться голой в холодном ангаре пожираемой несколькими сотнями похотливых взглядов – жестоко.

Особенно учитывая, что процесс стриптиза сержант прервал, не дав ей стянуть с себя черные кружевные чулки и туфельки на высокой шпильке. И в таком виде оставил стоять перед строем. Бедняга прикрыла ладошками, что смогла. Да только не помогло. Смачная грудь третьего размера норовила выскользнуть из-под прикрывшей ее руки, тем успешнее, чем больше капель соленых слез на нее падало.

– Ты! Выйти из строя – стихийное бедствие под видом сержанта наемников «Атлант» меня не минуло. Внутренне обкладывая свою «везучесть» на все лады, тем ни менее действовал без задержки и строго по инструкции из брошюрки.

– Сэр! Есть, сэр! Кандидат в курсанты, Моран, по Вашему распоряжению прибыл, сэр! – выпалил я на максимальной громкости, какую был способен, параллельно жадно поедая глазами высокое начальство.

Именно так в наставлении, розданном в шаттле, предписывалось отвечать на вызов старшего по званию. Не только кандидатам еще не прошедшим тесты, соответственно не получившим первичное звание курсанта, а после обучения – рядового, но и вообще всем наемникам. Даже историческая справка приводилась, объясняющая тернистый путь появления именной такой формы ответа. В нем, после краха империи и объединении разрозненных бизнесов в мощнейшие мега-корпорации взявших власть в галактике, соединились культуры нескольких военных школ. Самых развитых к тому времени, в основном – регионального объединения славянской общности и единого штата абсолютной толерантности.

Опять же в совет директоров корпов попали семьи из разных зон империи. Но больше всего было именно из ШАТ, поэтому за основу были взяты традиции наиболее привычные им. А синтез с РОСО, произошел немного позже, вместе с принятием из той школы значительной части методик, наставлений и приемов подготовки.

Этого не было в брошюре, но из ВГС я знаю, что высшие чины наемников отчитываются лично перед советом директоров и обязаны постоянно иметь при себе тридцатисантиметровый кортик. Им они совершали ритуальное самоубийство – сэппуку, что буквально значит – вспарывание живота. Ритуал происходил обязательно на глазах всех членов совета директоров, если наемник обесчестил себя или вверенные ему масштабные силы – не смогли выполнить стратегическую задачу исключительной важности, тем самым покрывая себя и своих шефов позором, смываемым только кровью. Эта традиция пришла к корпам из военной школы восточного блока империи. А именно из одного из ее основополагающих течений – Бусидо.

Глаза сержанта сузились. Этот взгляд не обещал мне ничего хорошего, но ни один мускул на моем лице не дрогнул. Наемник найдет к чему придраться, однако это не значит, что стоит давать ему дополнительный повод.

– Умник, значит, выискался. Хорошо. Бей! – неожиданно приказал Догер, подставляя под удар правую скулу.

Это будет стоить мне очень дорого. Именно такая мысль родилась в голове, пока кулак, рассекая регенерированный воздух станции, летел в челюсть сержанта ССН.

Хрясь! Почти нанесенный удар уперся в жесткий блок. Хрясь! Я улетаю по направлению противоположной стене ангара, заляпывая пол юшкой из рассеченной брови и разбитого носа. Эффектно, но не опасно – накрепко вбитые рейдерами «Шато» умения не подвели. Сержант был быстр, но рефлексы гораздо быстрее, в последний момент я автоматически чуть поменял положение головы, и удар в висок, должный мгновенно вышибить сознание, прошел вскользь.

– ТЫ! ПАДАЛЬ!! ПОДНЯЛ НА МЕНЯ РУКУ?!!!

– Сэр! Так точно, сэр! Приказ старшего по званию выполняется всегда, даже если он не нравится, сэр! Кандидат в курсанты не имеет права обсуждать приказы вышестоящего по званию и положению, сэр! Преступность приказа может установить только специально созданная комиссия, сэр! – на рев сержанта я отвечал цитатой из брошюры уже стоя, заливая стандартный комплект одежды кандидата в курсанты стекающей на грудь кровью. Вытереть ее, не меняя уставного положения тела при отдаче рапорта, не представляется возможным в принципе. Руки по швам, грудь максимально выпячена, ноги вместе, голова задрана наверх, взгляд упирается в лоб старшего по званию.

– Встать в строй, кандидат в курсанты! – Воу! Это меня только что повысили из отрыжки галактики? Вот это новость.

– Сэр! Есть, сэр!

Стараясь сохранить максимально верноподданническое выражение лица, я начал возвращаться в строй, но замер на полпути. Чертова мягкосердечность, точно загонит меня когда-нибудь в могилу….

– Сэр! Разрешите обратиться, сэр!

– Ты или очень смелый, или бессмертный. Но удиви меня. Разрешаю.

– Сэр! Разрешите принести кандидату в курсанты сто двадцать один дельта четыре, положенную уставом форму одежды, сэр!

Каждого новобранца, при прибытии на базу наемников, проштамповали – на левое плечо, чуть повыше лопатки, нанесли лазерное тату – переливающийся кислотно-ядовитыми цветами серийный номер. После, каждый выживший на контракте более полугода, по традиции закроет серийник другой татуировкой – обозначающей его позывной, который прилипнет к нему или к ней в ходе боев за интересы корпорации «Атлант».

Но это будет еще не скоро. Пока же мы в большинстве случаев лишались имен, как и любых других идентификаторов, кроме как по серийному номеру. Вот этот штамп я и увидел на спине голой девчонки, корчащейся в холоде ангара, перед строем, который ее уже мысленно оттрахал в самых изощренных позах по нескольку десятков раз. Реально пожалел дуру. Правда сейчас эта жалость может выйти мне боком. Больно кровожадно смотрит на меня сержант.

– Жалельщик, значит?… Пусть. Теперь ее успехи – твои забота. Ее провал – твой провал. Сдохнет она – лучше сам пусти себе пулю в лоб. Готов повторить свой вопрос, мясо?

– Сэр! Так точно, сэр!

Отступать в такой ситуации никак нельзя. Если сдам назад – смешают с дерьмом, и сержант будет в первых рядах втаптывающих меня в жидкие слои общеказарменного нужника. За несколько мгновений я успел сто раз проклясть про себя длинный язык и непомерную жалость. Зачем⁈ Мало мне было проблем⁈ Кретин долбанный!

– Разрешаю. Наряжай свою куклу, герой – и под протокол закончил – Искин, внеси в личные дела кандидатов в курсанты личные номера: сто двадцать один дельта четыре и восемьдесят восемь дельта четыре запись об объединении таблиц личных показателей. Присвоить единой учетке серийный номер – четыре восьмерки дельта четыре. Отныне вести единый учет по ней. Внести положенные уставом и протоколом записи в личное дело. Доложить об исполнении.

– Принято. Полномочия подтверждены, сержант ССН «Атлант» Догер. Исполнено. Учетные данные пользователей объединены.

Лишенный эмоциональной окраски голос раздался под потолком ангара. Голос, по которому невозможно определить принадлежит он мужчине или женщине. Машина – вот кто только что зачитал мне приговор.

– Внесены записи о поощ….

– Достаточно. Отчет принят – прервал наемник отчет искусственного интеллекта.

В наступившей тишине отчетливо слышался скрип моих зубов, пока самка судорожно натягивала штаны и куртку, стыдливо прячась за мою спину.

– А вы, мясо, запомните момент. Этот кандидат в покойники сделал то, что должен был сделать каждый из вас, жалкие тряпки! Подставил плечо соратнику, в трудную для него минуту….

– Тем самым, принял на себя полную ответственность за него – новый голос закончил фразу за сержанта.

– Батальон! Смирно!

Поскольку мы уже вернулись в строй, я успел вытянуться еще сильнее, до хруста позвонков, заодно толкнув плечом вставшую рядом куклу, призывая сделать тоже самое. Теперь и от ее поведения зависят данные на МОЕЙ учетке. А раз появился тот, кто вправе прервать ор Догера, то его звание как минимум выше на одну звездочку. Получить взыскание от офицера ССН, мне вообще не улыбалось.

– Вольно, кандидаты. Сержант, вы уже закончили общий инструктаж?

– Сэр! Так точно, сэр!

– Отлично. Внимание, кандидаты! Сейчас вы пройдете в медицинский центр на первичный осмотр. Нуждающимся окажут помощь. Не советую пренебрегать рекомендациями наших медиков. Не ройте свою могилу еще глубже. После процедур приказываю разойтись по своим кубрикам. Их номера соответствуют вашим серийникам. У особых кандидатов есть привилегия самостоятельного выбора помещения – закончил офицер с едва заметным сарказмом, после чего так же тихо исчез за гермодверью отделяющую ангар от остальной базы.

– Разойдись, мясо!

– Внимание! Кандидаты в курсанты, вам предписано прибыть в медицинский центр. Следуйте за маршрутными огнями. Внимание! Кандидаты… – монотонно забубнил искин станции.

Под ногами вспыхнули красно-белые перекрестия, пунктиром обозначая маршрут в секцию медиков. Пришлось поспешить. Оказаться в хвосте длиннющей очереди не входило в мои планы. Да еще и впавшую в апатию куклу пришлось тащить за собой на буксире. Бросить бы ее в ангаре, да уже не выйдет. Теперь, хочу я того или нет, минимум на ближайшие полтора года, она стала неотъемлемой частью моей жизни.

То, что мы оказались примерно в середине цепочки, расходящейся на два потока перед входами на осмотр и тесты, только мне на руку. Кукла все еще не подавала признаков осмысленной деятельности. Всю дорогу сюда, механически переставляя ноги вслед за своим поводырем, то есть мной. А ведь сейчас нужно будет пройти первые тестовые задания, самые простые, но уже имеющих значение для будущего распределения по родам войск. Терять баллы из-за того, что у девки совершенно не вовремя включилась совесть – выше моих сил. Нужно ее как-то привести ее в чувства.

Попытался заглянуть в заплаканные глаза, украшенные поплывшей косметикой, но кроме остановившегося, упершегося в одну точку взгляда, ничего больше в них не обнаружил. Попытка достучаться, втянув в диалог – тоже провалилась. Фигуристая девка, видимо, привыкшая решать все свои трудности, падая в постель к тому, кто способен был ее защитить – сломалась в два счета, очень глубоко уйдя в себя. Нормальная реакция организма на колоссальный стресс. Защита психики от серьезных травм и протечек крыши. Вот только мне от этого ни разу не легче. Или она придет в себя, или единственное, что мне останется, это действительно пустить пулю себе в лоб. Вряд ли сержант шутил. От плещущейся злости хотелось голыми руками рвать обшивку станции. Так что глумливое обращение из-за спины пришлось очень даже кстати:

– Эй, четыре восьмерки, сдашь в прокат сучку? Обещаю, мы с пацанами не сильно ее порвем – гнусавый смешок поддержало еще пару голосов

– Пасть прикрой, падаль, пока я сам не порвал тебе что-нибудь.

– Че ты там ляпнул, покойник⁈

Злость на себя и собственную жалость, вылезающую в самый неподходящий момент, требовала выхода. Например, путем основательного отбивания чье-то хари о ближайшую стену. Так что, вывалившийся из очереди позади меня ушлепок и его дружки, оказался как нельзя кстати.

Оп-па! Вот это новость. Эти же сучата терлись рядом с ней в шаттле. Вроде даже были вместе, как одна группа. Или шайка. Хрен разберешь эти образования. Быстро же они сориентировались. Раз подруга ошиблась и рухнула в местной иерархии на пару пунктов, значит, нужно опустить ее еще ниже переведя в подстилки. Обычная практика для первого пояса защиты – дави всех, кто слабее тебя. Вот только дорогие шмотки, явно показывают принадлежность девчонки к третьему. Значит, и эти оттуда же. Как выясняется, падаль, она везде падаль.

Но сегодня им не обломится. С этого мгновения, все, что касается кук… к-хм, девушки, касается и меня. Унизили ее – унизили меня. Значит, даже мысленно прекращаю называть ее куклой и вообще всячески склонять. Теперь это напарник. Пусть невольный, но только от меня зависит, кем она станет. Верным боевым товарищем, которому можно доверить спину. Или камнем, который потащит меня на дно. Лично я выберу первое. И раз с направлением определились, пора сделать шаг на этом пути – разбить пару морд, что задели моего напарника. В конце-концов, она стояла голой перед строем, а не дала там каждому лично. Хреновое оправдание, но пока и такое сойдет.

– Брат, придержи ка моего напарника, что-то ей поплохело немного – тронув за плечо впереди стоящего кандидата, временно передоверил ему девчонку, чем вызвал у него обширное недоумение вкупе с легким ошеломлением.

– А ты, гондон, ходи сюда. Буду учить тебя хорошим манерам – кровожадная улыбка сама образовалась на моем, измазанном кровью после плюхи сержанта, лице.

– Спасибо – брякнул соседу по очереди, забирая девушку обратно.

Драка закончилась, толком не начавшись. Много ли нужно трем баранам? Прихлебалы рухнули на рифленый пол палубы мгновенно – хватило по одной плюхе в щербатые зубы. Ветераны, прошедшие контракт и многое повидавшие за периметром Южного, хорошо поставили мне несколько ударов. Пирит всегда говорил – лучше иметь два-три приема отточенных до блеска, чем сотню паршивых.

Говорливый продержался дольше, но там я и не старался вырубить его, выплескивая на него накопившееся раздражение. Хотя его тоже не хватило надолго. Секунд десять – вот и вся драка. Тьфу, уроды! Даже удар нормально не держат.

Хм, а напарник то начала оживать. В стеклянных глазах ушедшего глубоко в себя человека, появилась осмысленность. Нужно развивать успех.

– Ларат. Можно просто Лат. А ты?

– Кира.

– Вот и познакомились.

– Лат, ты теперь будешь меня защищать?

Вот это поворот. Видимо, девушка вынырнула из апатии, попав в привычную для себя ситуацию. Появился кто-то более сильный, способный избавить ее от проблем, взять их на себя, оставив ей только развлечения и право дуть губки. И то, что за это придется платить своим телом, нисколько ее не волнует. Только меня такое положение дел не устраивает. С таким прицепом я очень быстро пропаду. Значит, впереди еще очень много работы. Очень много.

– Вот тут ты не угадала, напарник – я намеренно выделил голосом это обращение к ней, пусть привыкает – Мы теперь в одной лодке, это верно. Но как она будет плыть, зависит от всех членов команды. Так что, тебе предстоит стать сильнее. И процесс тебе не понравится. Зато результат…. Хочешь к выпускным тестам пачками раскидывать таких вот уродов?– кивнул на стонущую троицу за моей спиной

– Да! – взвизгнула Кира.

– А управлять настоящим танком, или, даже истребителем?

– Обещаешь⁈ – глаза девчонки просто горели надеждой.

– Будешь – припечатал я, мысленно вздрагивая от неподъемного груза, который сам же и взвалил не себя, вступившись за нее перед сержантом.

Конечно в «Шато» меня не учили тренировать, как и в школе преподавать, но опираясь на свой пройденный путь, что-нибудь да придумаю. Главное не опускать руки, и тогда все получится. Надеюсь, что получится.

От автора. Прода раз в неделю по главе. Книга написана полностью. Если она вам понравилась – не забудьте купить с наградой:) Вторая книга в полете, на момент публикации главы написано ⅓ (150к знаков). Спасибо тебе читатель, за интерес к моим фантазиям – плюсик к карме ;)