Текст книги "Соблазн. Книга 1 (ЛП)"

Автор книги: Рокси Слоан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 5 страниц)

Дамы, встречайте свои самые смелые фантазии.

Некоторые люди говорят, что размер не имеет значения. Эти гребаные киски ни хрена не знают. Потому что даже простое представление о том, что я собираюсь сделать, заставит Келли дрожать от вожделения.

– Довольна? – с ухмылкой спрашиваю я. Широко раскрыв глаза, она уставилась на него, а ее дыхание ускорилось.

Блин. Я чувствую себя готовым и твердым, и пару раз поглаживаю, возбуждая себя рукой еще больше.

Она делает пару шагов ближе. – Я никогда не видела... – она сглатывает. – Как ты даже...?

– Подойдет? – Я заканчиваю, все еще лениво поглаживая себя. – Поверь мне, дорогая, когда я достаточно согрею тебя, ты будешь готовой.

– Я могу…? – она неуверенно тянется, ее глаза уже расширены от любопытства и желания.

– Будь моим гостем.

Ее пальцы нежно обхватывают меня. Ее дыхание прерывается.

– Я с трудом могу взять тебя, – бормочет она.

– Это называется обхват, – говорю я ей, наблюдая, как краснеют ее щеки. Она медленно гладит меня, и я заглушаю стон. – Жестче, детка, я не сломаюсь.

Она втягивает воздух, и сжимает крепче. Ее глаза ни на секунду не оставляют мой член, пока она медленно двигает кулаком, вверх-вниз.

– Да, – бормочу я. – Вот так.

Осмелев, Келли подносит другую руку, больше разжигая огонь на моей головке, когда она начинает двигаться от основания.

Мой член полностью пробудился, напрягаясь под ее прикосновениями, выпячивая толстые вены вдоль всей длины. Ее нежный кулачек, работает вверх-вниз, скользя вдоль меня, влажного от предэякуляции.

Я прислоняюсь спиной к стене. – Черт, это так приятно.

Она смотрит с дьявольской улыбкой. – Вот так?

Одна рука опускается мне между ног, захватывая мои яйца в нежном давлении, а затем, скользя далее, поглаживает мой вход.

– Блядь! – удивленно восклицаю я, чувствуя, как мой член дергается от предвкушения внимания. – Сделай это снова.

Вместо этого, Келли отдергивает свою руку. Я бросаю разочарованный взгляд. Она до сих пор двигается одной рукой в мучительном ритме, что чертовски сводит меня с ума. Со злой усмешкой, она скользит своей свободной рукой под переднюю часть юбки, к трусикам.

Какого хрена?

Она ахает, касаясь себя, когда придвигается по мне. Я не могу в это поверить, она выглядит чертовски невинно. Я издаю стон, сходя с ума от вожделения, и затем Келли тянется своей рукой снова, мокрой от ее соков, и проводит вверх-вниз по члену скользкой железной хваткой.

Блядь.

Я теряюсь в сознании от напора ее рук, тепла и влажного скольжения ее соков.

Черт побери, я хочу попробовать ее на вкус, поэтому хватаю ее за руку и подношу пальцы к своим губам, чтобы изо всех сил всосать их.

Она издает всхлип. Ее глаза блестят от желания, и прямо передо мной она начинает задыхаться. Она ускоряет движения, кружась вокруг головки своим большим пальцем, и не забывает играть со складочками моего члена.

Блин, а она хороша. Я издаю рычание, толкаясь вверх в ее руке, отчаянно нуждаясь в освобождении. Я бы все отдал, чтобы сейчас оказаться у нее внутри, трахнуть ее киску, задницу, рот.

Дверная ручка поворачивается. – Ой, простите, – слышится голос из коридора.

Келли от шока замирает.

– Не останавливайся, – рычу я, заставляя ее лицо повернуться ко мне. – Сильнее.

Она нервно возвращает свои глаза к двери, но подчиняется, обхватывая меня кулаком, и ускоряет движения. Я чувствую подъем, мать твою, чертово цунами.

В дверь опять раздается стук. – Извините, вы долго еще?

– Просто подожди минуту! – ору я. Я могу кончить прямо сейчас, толкнуть ее на колени и погрузиться членом ей в рот, извергнуть свое семя ей в горло, но меня что-то останавливает.

Я хочу заставить ее чувствовать то, что чувствую я. Мне нужно заставить эту девушку кончить.

Толкнув ее спиной к стене, я отдергиваю ее юбку и оттягиваю трусики в сторону, одновременно глубоко погружаясь двумя пальцами в ее влажную киску. Она издает вскрик шока и удовольствия, когда я жестко потираю большим пальцем ее клитор, и она рассыпается, содрогнувшись вокруг меня, когда мой мир взрывается, и я кончаю, снова и снова, бью струей своих соков на ее нетерпеливые ручки.

Я возвращаю свое дыхание в норму. Она отступает. – Я сказала... я сказала, что не буду с тобой кончать, – задыхается она.

– Планы меняются.

– Но... – ее идеальные губы складываются дугой, выражая чертову жалобу, так что я заполняю его моими пальцами, все еще мокрым от ее скользких соков.

– Да кончила. Это проблема?

Она моргает, медленно открывая свой рот снова. Я ожидаю нытья, но вместо этого ее губы складываются в восхищенную ухмылку.

– Я никогда не получала оргазм вместе с мужчиной. С кем-то другим, я имею в виду.

Я одёргиваю свои джинсы, возвращая их на место, и споласкиваю руки. – Если ты до сих пор жива, и в состоянии связать два слова вместе, это был не оргазм.

Она хмурится. – Тогда что это было?

– Репетиция.

9 Глава

Келли

Ты сошла с ума. Ты даже не знаешь его, а кончила с ним в туалете?

В этот момент мой оргазм стихает, я осознаю что натворила, и сбегаю из уборной музея, не оглядываясь назад.

Шлюха.

Во мне вспыхивает унижение, когда я слепо бегу по тротуару с такой свирепостью, будто хочу умереть. Когда я так могла потерять свою голову? В одну минуту, я сижу в галерее, сдерживаю себя под его дразнящим взглядом, а в следующую...

Ты стоишь, прислоненная к стене, близко к краю просто от его ощущения, настолько сильного и большого в твоих руках.

О Боже! Даже простое мелькание слов в моей голове заставляет хотеть спрятаться от стыда.

О чем я думала, позволяя мужчине так со мной разговаривать – так касаться меня? Незнакомцу.

Клиенту!

Я еду домой с охватывающей меня паникой, которая вызывает тошноту. Что если он расскажет моему боссу, что мы сделали? Меня точно выгонят с работы.

Я даже не знаю, как это получилось. Я пыталась держаться профессионально, но он пытался спровоцировать меня, еще больше рассказывая эти отвратительные, сексуальные вещи, которые я должна ненавидеть, но на самом деле, они заставляли мои бедра сжиматься от похоти.

Поэтому я и сказала, что он блефует.

Я думала, что это был единственный способ заставить его отступить. Мне следовало знать, что человек вроде него, очень сексуальный и опасный, будет иметь необходимые качества, чтобы поддерживать это.

И у парня были эти качества.

Даже воспоминание о его пальцах внутри меня, заставляет задержать дыхание. И у него должно было быть – восемь, девять дюймов (прим. пер. 20–23 см), такой большой, как вибратор моей подруги Хелен, который она получила на девичнике в прошлом году. Он не был похож ни на что, что я когда-либо видела прежде, толстый и твердый, его крупная головка была напряжена, а выпуклые вены выпирали по всей длине. Тогда, мы все хихикали и шутили, что таких мужчин не существует.

Но, на самом деле, существуют.

Я не смогла сдержаться, простой взгляд на него заставлял мое тело трепетать от желания. Это было похоже на то, как некие глубокие женские инстинкты взяли верх, перекрывая все рациональные мысли в голове. Я должна была прикоснуться к нему, узнать, на что это похоже. И как только мои пальцы обернулись вокруг него, я не смогла остановиться.

Наблюдая за желанием на его лице, когда я прикасалась к нему. Он был во всем таким уверенным, я должна была показать все, что умела. Подтолкнуть его к краю и увидеть, как он теряет контроль.

Боже, как мне понравилось это. Власть.

Я никогда в своей жизни ничего не делала настолько безрассудного и одновременно сексуального, и даже сейчас, вспоминая это, мне кажется, что это случилось с кем-то другим. С самозванкой. Не со мной. С какой-то другой девушкой, которая похитила мое тело и заставила делать грязные вещи, о которых я читала только в книгах, что я скрывала в своем Kindle (Kindle – серия устройств для чтения электронных книг) ночью.

И потом, когда Вон прикоснулся ко мне...

То, как он работал с моим телом, то, что он делал пальцами... это был самый умопомрачительный, сильный оргазм в моей жизни.

Я схожу с ума.

Сегодня пятница, так что к счастью для себя, мне не придется сталкиваться с кем-то на работе в течение следующих двух дней. Я остаюсь дома, и усердно проделываю всю работу, которую избегала, как в наказание за свое поведение. Я убираю духовку и мою пол в ванной комнате, миллион раз перестирываю, и готовлю месячный запас питательных блюд для замораживания, таким образом, мне не придется снова есть нездоровый фастфуд на ужин. И все это время, я блокировала все мысли о Воне, и о том, что произошло в уборной музея.

Это было безумием. Самой большой ошибкой. Это никогда не повторится.

К утру понедельника узел в моем животе превратился в гигантскую черную дыру, поглощающую меня из-за стыда и вины. Я еду на работу, чувствуя себя, будто иду на собственную казнь, через что у меня вспотели ладони, когда я шагнула в лифт и нажала на кнопку этажа.

Вот оно. Пришло время расплаты.

– Подожди! – В последнюю секунду Джастин заваливается в лифт. У нее перехватывает дыхание, когда двери закрываются. – Ты хорошо выглядишь.

– Серьезно? Я осматриваю себя. Прошлой ночью я не сомкнула глаз, панически ворочаясь, так что утром у меня было дополнительное время, чтобы выпрямить свои волосы и подобрать себе наряд. Я даже сделала себе макияж, задержавшись перед зеркалом, чтобы отсрочить неизбежное.

– Спасибо.

Если меня уволят и выгонят из офиса, по крайней мере, я буду хорошо выглядеть, маршируя к выходу из лифта со своей коробкой, полной канцелярских принадлежностей.

Двери открываются. Джастин выходит. Я не могу двигаться.

– Идешь? – Она непонимающе хмурится.

Я сглатываю, и медленно следую за ней, а мое сердце начинает колотиться в груди. Девушка в приемной слабо кивает нам. Пару юристов с приветливой улыбкой проходят мимо нас в зал.

Я осматриваюсь вокруг, чтобы увериться, но все вроде нормально. Без ослепительных вспышек. Без шепота. Без толпы, рассказывающей басни. Может быть, Вон ничего не рассказал обо мне. Может быть, я в безопасности…

– Фивз!

Кричит Картер, эхом отзываясь в офисе. Моя кровь холодеет. Вот оно. Конец моей карьеры. Он, удовлетворенный, выходит из кабинета, а мое сердце останавливается. Он собирался сделать это прямо здесь, у всех на глазах.

О Боже.

Я, содрогаясь, готовлюсь.

– Где файл Монтгомери? – требует Картер.

– Простите… – я начинаю распинаться извинениями, прежде чем понять то, что он только что сказал. – Подождите, что?

– Гребаный файл! – кричит Картер. – Я должен был говорить о нем по телефону, и не смог им сказать ни одну чертову вещь.

– Он был на вашем столе, – заикнулась я, начав вспоминать.

– Конечно, он был на моем столе! – орёт Картер. – Ты думаешь, что я этого не знаю? Где, мать твою – вот в чем вопрос.

Потом я вспоминаю, что он был при мне, когда объявился Вон. Я взяла его по ошибке, когда отвлеклась.

– Я сейчас найду его.

– Для тебя же лучше, – угрожает Картер. – Или я возьму тебя за задницу быстрее, чем ты сможешь сказать…

– Мистер Абрамс, – его помощница, Эрин, дергает за его рукав, в ужасе оглядываясь.

– Какого хрена? – требует он.

– У вас клиент, – шепчет она, широко раскрыв глаза. – Здесь.

Картер оглядывается. – Ох. Я... – он замолкает, и откашливается. – Я не знал, что вы здесь.

– Это очевидно.

Картер блокирует мне вид, но я бы узнала этот сексуальный голос где угодно.

Вон.

Я замираю, кровь приливает к моим щекам... и в другое, более интимное место.

Картер отходит в сторону, все еще принося свои извинения, но Вон игнорирует его, поднимая на меня глаза с довольной улыбкой.

– Мисс Фивз, – говорит он с ухмылкой. – Так приятно видеть вас снова.

– Вы встречались? – Картер бросает на нас взгляд.

Я в панике ожидаю от Вона, что он раскроет правду, но вместо этого он спокойно отвечает.

– Вам в пятницу нездоровилось, так что мисс Фивз была достаточно любезна, чтобы провести встречу.

Он подмигнул.

Я в шоке моргаю. Означает ли это, что он не будет ничего рассказывать? На меня нахлынуло облегчение, но часть меня осталась в состоянии боевой готовности. В тревоге.

Чего еще он хочет от меня?

– Я сожалею, – скалится Картер. – Она простой помощник.

– Помощник юриста, – поправляет его Вон. – И она была более чем полезна. Она осведомила меня о процессе, и меня очень удовлетворил результат. Я был в очень способных руках.

Что за игру он ведет? К моим щекам приливает жар, и я уверена, что люди могли бы сказать, на что он намекал. Я больше этого не вынесу. Слава Богу, Картер настолько зациклился на себе, что, вероятно, не заметил.

– Я должна найти файл Монтгомери, – быстро бормочу я, поворачиваясь на каблуках, и бегу вниз по коридору. Я повернула за угол, направляясь в безопасность своего кабинета, когда почувствовала руку, схватившую меня за локоть, и вдруг рванула в уединенную небольшую комнатку.

Я ахнула, очутившись прижатой к мускулистому телу Вона в третий раз за неделю.

– Что ты делаешь? – взвизгиваю я, когда его рука скользит вверх по моему бедру. – Прекрати!

– Последнее время я не слышал никаких жалоб, – Вон наклоняется ближе, его горячее дыхание чувствуется у моего горла.

Я чувствую проявление похоти, но борюсь с ним, и отталкиваю его подальше.

– Это было ошибкой, – говорю ему я. – Это не может произойти снова.

– Спорим на сто баксов, что произойдет.

Вон протягивает руку и расстегивает мою верхнюю пуговицу, а его палец, касается моей кожи. Меня начинает бить дрожь. Я должна отойти, поправить свою блузку, но что-то останавливает меня.

– Поужинай со мной сегодня, – говорит он. – Я обещаю, ты будешь слишком занята, кончая от моего языка, чтобы заботиться об аннулировании нашего пари.

Мой желудок сжимается. Боже мой, как он сексуален, когда так разговаривает. Я вдруг возвращаюсь в прошлое, к уборной, к его пальцам внутри меня, к его телу, трущееся о мое.

– Нет, – вырываюсь я, отталкивая его снова. – Я не буду ужинать с тобой.

– Значит, мы пропустим ужин, – Вон озорно усмехается. – Я бы предпочел съесть тебя в любое время.

Он медленно облизывает губы.

Господи. Мои ноги слабеют. Если он может подвести меня к раю и обратно с помощью всего двух пальцев, представьте, что он может сделать с помощью этого языка...

Опомнись, Келли!

– Нет, – говорю я, ему снова, вкладывая каждую унцию самоконтроля, в один слог. Я смотрю ему прямо в глаза, так что он может понять, насколько я серьезна. – Я не буду ужинать с тобой, или еще что-то. То, что произошло между нами – ошибка. Я действовала совершенно непрофессионально, и это больше не повторится. Никогда.

Вон выглядит ошеломленным. – Ты меня не хочешь? – медленно говорит он, словно он не может поверить в это. – Что, блядь, опять?

– Прощай.

Я отступаю в сторону и выскальзываю из его объятий, прежде чем могу передумать. – Они подтверждают парковку на стойке регистрации.

И потом, с последней нитью все еще неповрежденного достоинства, я ухожу.

10 Глава

Вон

Пока я дрочу под порно в своем кабинете, звонит клиент.

– Какого хрена я тебе плачу? – кричит он в мой автоответчик. – Уже прошла неделя, а ты все еще не выполнил сделку! У меня мало времени!

Да неужели.

У меня падает стояк при звуке его голоса. Хрен с ним. Порно не помогало.

В эти дни мне даже не помогали материалы верхних полок, ни с воспоминаниями о Келли, и ее влажной, горячей киске, которые по-прежнему свежи в моей памяти.

Ее рука обхватывает мой член. Тело вздрагивает под моими прикосновениями.

– Черт возьми! – кричу я, в ярости сбрасывая все с моего стола. Меня никогда так не отшивали.

Мэгги выглядывает из-за двери.

– Я нашла это забавным, если бы ты прямо сейчас не был похож на маленькую сучку, – говорит она мне, собирая беспорядок.

– Какого черта я должен сделать? – требую я, закрывая ширинку. – Она сказала "нет".

Два раза! Даже после того, как я заставил ее кончить в туалете музея. Даже после того, как она взяла в руки мой член.

Это та часть, которая заставляет меня быть чертовски злым. Келли увидела именно то, что я держал для нее про запас – и она все равно ушла.

Какого черта я делаю не так?

– Мне уже нравится эта девушка, – говорит Мэгги. – Она ведет себя так, будто рассекретила тебя.

– Разве я не плачу тебе, чтобы ты помогала? – ворчу я. – Так помогай.

Мэгги смеется, подходя, чтобы помочь мне прибраться. – Ты пробовал добавить немного романтики?

Я моргаю.

– Романтика – для слабаков, которые не умеют трахаться.

– Ну, прямо сейчас один стоит прямо передо мной, – Мэгги ухмыляется. – Иисусе, не смотри так печально. Купи девушке цветы. Поухаживай за ней немножко.

– Поухаживать? – усмехаюсь я.

– Да, поухаживать, – вздыхает Мегги. – Заставь ее поверить, что ты непросто хочешь ее трахнуть и исчезнуть. А что она особенная. Уникальная. Ты же сможешь притвориться, верно?

В приемной звонит телефон, и она исчезает, оставив меня думать о том, что она только что сказала.

Особенная... но, по правде говоря, я даже не буду притворяться. Келли уникальна – она единственная женщина, которая смогла меня отшить. Я даже не могу вспомнить, когда такое было в последний раз. С тех времен, когда моя няня, в шестом классе, устроила мне ручную демонстрацию «охоты на клитор».

И то, как она на меня смотрела, когда ее руки были обернуты вокруг моего члена. Мне никогда не бросала вызов, такая как она. Как она посмела сказать такие слова, в то время как я кончал на ее руки, я не ожидал, что она будет вести такую игру. Кто знал, что маленькая Мисс Библиотекарша может быть такой дерзкой?

Так, ладно, решаю я, снова хватая свой телефон. Я могу сделать романтику. Я могу быть как чертов Ромео, если это означает, что я добьюсь того, чтобы снова попробовать ее вкусную киску, и на этот раз я не буду слизывать ее соки с пальцев. Нет, я собираюсь глубоко похоронить язык в ее влагалище и работать с ее клитором, пока она не будет умолять о пощаде.

Я нахожу номер ближайшего флориста и набираю номер.

– Да, я хотел бы сделать заказ...

11 Глава

Келли

– Кто этот парень, Рокфеллер? – Джастин с ухмылкой оглядывает мой стол. – Это же четвертая доставка на этой неделе.

– Пятая, – вздыхая, отвечаю я. Мой кабинет заполнен розами, конфетами, и даже плюшевым мишкой в пять футов. – Он также прислал конфеты «Годива». Ты хочешь немного?

– Конечно!

Джастин атакует коробочку в золотой обертке и со стоном откусывает трюфель.

– Что ты так испуганно смотришь? – она замолкает, замечая выражение моего лица. – Если бы у меня был мужчина, который осыпал меня экстравагантными подарками, я была бы на седьмом небе. Он что, уродлив? – добавляет она, глядя немного сочувственно. – Маленький? Как, Крошечный техасец? – Она шевелит своим мизинцем.

– Нет, определенно нет, – я вспоминаю массивный член Вона и краснею. – Но он клиент, я не могу с ним встречаться. Это против правил.

– К черту правила, – Джастин берет себе еще шоколада. – Помнишь того первоклассного адвоката по делу Bulway в прошлом году? Я трахалась с ним в чулане между показаниями.

Я изумляюсь.

– Но он был оппозиционным адвокатом.

– А я не могла позволить его прекрасному заду выйти отсюда без опробования товара.

Джастин хихикает. – Если этот парень так старается привлечь твое внимание, так чего ты боишься?

Чего я боюсь?

Я задаю себе этот вопрос в сотый раз, когда прячусь за стеллажами юридической библиотеки наверху. Мое высказывание, что он клиент – просто предлог. Джастин не единственная, кто нарушает здесь с клиентами правила рабочей этики. И это не из-за того, что я с кем-то встречаюсь.

Нет, у меня больше нет никаких отговорок, чтобы удержаться. Вон умён, острый на язык и чертовски сексуален.

Каждый раз, когда мы встречаемся, это похоже на перетягивание каната – бой, чтобы увидеть, кто займет первое место. Я никогда не думала, что мне понравятся такого рода вещи, но они такие возбуждающие, что я не могла желать чего-то другого. И он уже подарил мне самый захватывающий, грязный сексуальный опыт в моей жизни.

По ночам я ложусь спать влажной и ноющей, вспоминая ощущение его твердой толщины в моей руке, представляю на нем свои блуждающие пальцы, ищущие освобождения, что ни капельки не приближалось к тому потрясающему, что он мне дал.

Вот в этом и проблема, я не могу рассказать Джастин секрет. Меня пугает то, как быстро мое тело отвечает ему. Как мой здравый смысл вылетает из окна в момент, когда он приближается. Я никогда не чувствовала ничего подобного, и боже, почему-то меня ужасает понимание того, насколько сильно я его хочу. У него присутствует тьма, которую я никогда не знала раньше, тайна, и я не могу ничего поделать, кроме как найти ответ. Этот мужчина имеет секреты, и я до смерти хочу обнаружить их все. Я никогда не чувствовала этого прежде. И, если быть абсолютно честной – мне страшно. Страшно ступить на край и все это отпустить.

Каково бы это было, отдаться полностью? Позволить ему исполнить все эти грязные обещания, показать мне удовольствие, которое было в его силах.

* * *

– Ты прячешься от меня.

Я закрываю глаза на звук его голоса, такого сексуального и скрипучего. Я должна была предвидеть его приход, чтобы отыскать меня. Что он даже на минуту не станет отказываться от охоты.

– Другие парни бы поняли намек, – я открываю глаза, чтобы найти его, прислонившегося к стопке учебников по праву и, с удивлением, смотрящего на меня. Спасибо Господи за раздражение в моем голосе. Спустя секунду его речи, и я уже чувствую в бедрах судороги, но, по крайней мере, до сих пор звучу так, будто держу себя в руках.

– Я не такой, как другие парни, – Вон приближается. – Но ты уже знаешь это. Ты получила мои цветы?

Я киваю. – И конфеты. И ювелирные изделия. Что ты сделал, обчистил Hallmark?

Вон ухмыляется. – Я смотрел, но не смог найти записку, в которой говорится «Благодарю за вашу ручную работу».

Мой пульс учащается. Мы одни в книгохранилище библиотеки, и боже, его взгляд заставляет мой желудок скручиваться в тугой узел предвкушения.

– Чего ты хочешь? – шепчу я, уже зная ответ.

– Это не то, чего я хочу, – говорит он непринужденно, начиная закатывать манжеты своей рубашки.

Он делает так с одной, потом с другой рукой, что открывает золотистую, осыпанную волосками кожу под тонким хлопком. – Вот что я собираюсь сделать. Я собираюсь съесть тебя прямо здесь, прямо сейчас.

Мои ноги слабеют. Я хочу возразить, что-то быстро сказать, но все, что я могу сделать, это прислонится к книжному шкафу.

– Я собираюсь насытиться тобой, милая, – Вон наклоняется, его горячее дыхание обдувает мою щеку, его глаза блестят, темные и полные зловещего обещания. – Я буду облизывать твой довольно маленький клитор, пока ты не захочешь кричать. Ты будешь выпрашивать мой член к тому времени, пока я не покончу с тобой. Но ты не будешь издавать ни звука, ладно? Потому что кто-то может услышать. А мы не хотим, чтобы кто-то узнал.

Боже мой.

Я никогда не слышала раньше, чтобы парень так говорил, никогда не чувствовала себя настолько возбужденной. Прежде чем я могу заставить свой мозг снова реагировать, Вон опускается передо мной на колени. Я сегодня надела каблуки, так что его лицо находится на уровне моей промежности. Он протягивает руку, и намеренно поднимает мою юбку. Выше и выше, пока она не сбивается в кучу вокруг моей талии, и я становлюсь для него полностью открытой, а шелк моих трусиков между бедер уже влажный.

– Чулки, – Вон дразнит пальцем вокруг ремешка, и тянет их вниз. Я содрогаюсь от его прикосновения. Он с ухмылкой поднимает на меня глаза. – Наденешь их, когда я буду тебя трахать.

Затем, не говоря ни слова, он наклоняется и захватывает зубами верх моих трусиков, дергает их вниз и позволяет им упасть к моим ногам. Он берет мои лодыжки в каждую руку, освобождая их от трусиков и раздвигая, их друг от друга настолько широко, как ему нужно.

– Держись, – говорит он. – Держись за колени, чтобы не упасть.

У меня перехватывает дыхание, я тянусь и цепляюсь за край книжного шкафа. Я должна хоть что-то сказать, что-то делать. Я не могу поверить, что делаю это: обнаженная по талию в юридической библиотеке. Кто-то может здесь искать книгу. Каждый мог увидеть меня и его, стоящего на коленях между моих бедер, с руками, поднимающимися по внутренней стороне моих ног.

Грязно. Запретно. Чертовски сексуально

В нашей игре на счет блефа, Вон – абсолютный победитель. И мне наплевать.

Я закрываю глаза и запрокидываю голову назад.

– Нет, смотри, – приказывает он. Я снова распахиваю глаза.

– Я хочу, чтобы ты смотрела, как я облизываю твою киску, – говорит он, все еще не сводя глаз с моих. Он скользит рукой между моих ног и легонько проводит по моей влаге. Я вздрагиваю, мое тело начинает дрожать от его прикосновений.

– Я хочу, чтобы ты смотрела, как я трахаю тебя своим языком.

Я заглушаю стон. Сквозь меня проносится удовольствие. Мое тело уже вздрагивает, когда Вон начинает меня дразнить, мягко потираясь вокруг моего входа, над клитором, сзади и снова опускается.

– Скажи это, – приказывает он.

– Что? – я ахаю. Его палец снова кружит вокруг моего клитора, но этого недостаточно, я уже чувствую ноющую боль, отчаянно желая большего.

– Скажи мне, что ты меня хочешь.

Я не могу. Сказать это, будет означать признание поражения, размахивать белым флагом прежде, чем провалиться в совершенно новую вселенную. Но когда я не решаюсь, давление во мне ослабевает, и я заглушаю крик.

Вон ждет, наблюдая за мной с этим командующим, могучим взглядом. Теперь, все мое тело бьется от нетерпения, покачиваясь в сторону его руки.

Если я скажу это, он выиграет.

Я смотрю на него сверху вниз, в нескольких сантиметрах от меня и чувствую очередной всплеск предвкушения.

Ладно. Я позволю ему выиграть.

– Прикоснись ко мне, – задыхаюсь я. – Оближи меня. Пожалуйста, мне нужен твой рот.

– Хорошая девочка.

Вон опускает свою голову и проводит по моему жаркому и влажному клитору.

Я вскрикиваю, зажимая одной рукой рот, чтобы заглушить звук, когда его язык кружит и исследует, снова и снова, в мучительно сладком давлении. Он жадно пожирает меня, всасывает нежную плоть, затем опускается ниже, кружа вокруг моего входа, куда глубоко погружает свой язык.

Срань Господня.

Удовольствие вырывается сквозь меня. У меня подкашиваются ноги, и я начинаю оседать, но он просто закидывает мои ноги вокруг своей шеи и с легкостью встает, будто я ничего не вешу – приперев меня к книжном шкафу. Его язык все глубже погружается в меня и боже, я чувствую, как уже поднимается волна, молниеносно проносясь в моих жилах.

Внезапно, по моему телу проходит дрожь, которая не имеет ничего общего с Воном, шокирующее беспокойство, как будто кто-то наблюдает за нами. Я начинаю оглядываться по сторонам, мое сердце бешено колотится, но в комнате мы одни. Я не могу никого видеть, и...

Ох!

Вон перемещает меня, возвращаясь к облизыванию моего клитора, и черт, теперь он глубоко погружает внутрь два пальца, где раньше был его язык, растягивая меня, и сгибает, трахая меня в неустанном ритме, когда его язык рисует круги на моем клиторе. Я забываю все, но не могу принять его, чувства проносятся сквозь меня, и их слишком много. Я отбиваюсь от его рук, но его хватка на мне не прекращается. Он кружит сильнее, быстрее, вставляя третий палец в мой ноющий проход, одновременно вбирая мой клитор губами и жестко всасывая. Я с криком разбиваюсь на осколки, кончая снова и снова на его губы, грешный язык, пока не истощаюсь и не перестаю задыхаться в его объятиях.

12 Глава

Вон

Я отпускаю ее и выпрямляюсь.

– Это два, – небрежно говорю ей я, одергивая юбку вниз.

Келли моргает такими широко раскрытыми глазами, смотря на меня так, будто весь ее мир просто перевернулся с ног на голову. Она чертовски сексуальна – вся растрепанная и раскрасневшаяся. Я не могу ничего с собой поделать, и подхожу к ней, целуя ее настолько сильно, чтобы она могла попробовать себя, так как мой рот скользкий от ее восхитительных соков.

Блядь, я бы наслаждался ею весь день. Сладкой, тугой и слишком влажной для меня. Я не могу ждать, чтобы почувствовать, как вокруг моего члена сжимается ее киска, туго, как в проклятых тисках.

– Хватит валять дурака, – говорю я ей, удерживая ее подбородок поднятым. Я заставляю ее смотреть на меня, чтобы она видела, что я больше ни хрена не поведусь на ее поведение хорошей девочки, – Ты веселилась, забавляясь своей игрой по труднодоступности, но ты знаешь не хуже меня, что ты проиграешь, и через минуту прямо здесь, посреди своего офиса, ты раздвинешь для меня ноги.

Келли напрягается, как будто она только что вспомнила где мы, но я удерживаю ее подбородок на месте.

– Я отвезу тебя на ужин, а потом оттрахаю, – приказываю ей я, спустя пять секунд, после того, как я поднял ее и вылизал. Мне стало тяжелее сдерживаться, и я просовываю пальцы внутрь ее влажной, ноющей киски, но мы все еще находимся в этой чертовой библиотеке. Возможно, она сейчас и молчит, но это изменится, когда я заставлю ее кричать настолько громко, чтобы вызвать чертовых пожарных.

И блядь, я хочу услышать этот крик.

– Я собираюсь связать тебя, и отшлепать эту сладкую задницу, а затем, трахать твою киску до тех пор, пока ты не сможешь ходить пару дней. Поняла?

Келли сглотнула. Похоже, что она собирается снова поспорить со мной, так что я хватаю сквозь блузку ее грудь и резко щипаю ее сосок. Она, от неожиданности, кусает свою нижнюю губу, но ее щеки от желания вспыхивают румянцем.

– Ужин. Сегодня вечером. Я выберу место и напишу тебе адрес.

Я ласкаю ее груди снова, на этот раз мягче. Келли выпускает крошечный стон.

– Я принимаю это как «да».

Я поднимаю ее трусики с пола и верчу их на пальце. – Я оставлю их. Я хочу, чтобы ты, когда войдешь в мою дверь, уже была мокрая и готова для меня.

Я запихиваю их в карман куртки и подмигиваю. Не похоже, что Келли может что-то сказать поперек, так что я краду у нее еще один поцелуй и оставляю ее там, прислоненную к шкафчику с застенчивой улыбкой на ее лице.

В этом нет ничего нового. Я видел этот взгляд тысячу раз прежде, но я все еще чувствую странный прилив гордости, когда ухожу. Келли не такая, какими были все до нее. Траханье ее, не относится к выполнению работы или доказыванию чего-то. Она ни за что не отступит, и бросает мне вызов. Мне нужно взять ее, чтобы полностью разрушить. Теперь она моя.

Пути назад не будет.

Я, насвистываю про себя, прогуливаюсь через офис, одновременно я планирую все способы, которыми я собираюсь трахнуть это, довольно маленькое, тельце, и, пожалуй, начну с ее рта. Да, эти розовые губки, скользящие вверх-вниз по моему члену, вот что мне нужно.

– Мистер Вон.

Я поворачиваюсь. Это тот придурок, ее босс, Картер Абрамс, вышел из боковой комнаты.

– Можно просто Вон, – коротко говорю я.

Он дарит мне льстивую улыбку.