355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Роберт Сильверберг » Прыгуны во времени » Текст книги (страница 12)
Прыгуны во времени
  • Текст добавлен: 10 сентября 2016, 16:36

Текст книги "Прыгуны во времени"


Автор книги: Роберт Сильверберг



сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)

15

Девид Джакомин, который сам негласно наблюдал за Мортенсеном, первым обнаружил, что произошло что-то неладное. Вспыхнувший красный сигнал сообщил ему, что Мортенсен исчез из телевекторного поля Аппалаччии.

Джакомин был явно сбит с толку. Критическим для Мортенсена днем было четвертое мая, но до этого срока было еще несколько недель! Разве может быть изменена дата прыжка?

Да, размышлял Джакомин, это возможно. Но если он раньше времени стал прыгуном, то почему не лопнула структура пространственно-временного континуума? Прошлое изменилось или в архивные материалы вкралась ошибка?

Джакомин распорядился, чтобы исчезновение Мортенсена было тщательно расследовано с привлечением всех ресурсов Верховного Правления. Клуфман приказал Джакомину лично проследить за тем, чтобы с Мортенсеном ничего не случилось, а теперь получилось, что Джакомин не выполнил приказ.

Покрывшись холодной испариной, он размышлял, как же вернуть назад Мортенсена до того, как Клуфман обнаружит его отсутствие.

Но вскоре, Джакомин узнал, что ему придется все-таки поделиться этой новостью с Клуфманом.

Позвонил Колл из Уголовного Департамента, этот чиновник шестого разряда с лицом крысы, через которого Джакомин руководил этой частью деятельности правительства. У Колла был расстроенный вид, пожалуй, даже потрясенный.

Лицо его горело, глаза вылезли из орбит.

– Тут один хочет поговорить с Клуфманом, – прохрипел Колл. – Седьмого разряда, нет, скоро у него будет уже шестой. Этот сумасшедший из моего отдела.

– Это точно, он сошел с ума, – усмехнулся Джакомин. – Клуфман не станет с ним даже встречаться, и вы это прекрасно знаете, так зачем же вы беспокоите меня по такому поводу?

– Он утверждает, что похитил Мортенсена и хочет обсудить ситуацию с кем-нибудь, имеющим первый разряд.

Джакомин похолодел. Руки его начали конвульсивно подергиваться и он мучительно пытался совладать с ними.

– Кто этот маньяк?

– Квеллен. Комиссар по уголовным делам. Он…

– Я знаю его. Когда же он предъявил это требование?

– Десять минут назад. Сначала он пытался позвонить непосредственно Клуфману, но у него ничего не вышло. Поэтому он решил пробиваться по инстанциям. Он связался со мной, и вот я спрашиваю у вас, сэр, что мне делать?

– Похоже, ничего больше, – рассеянно произнес Джакомин. Его быстрый ум просеивал, что можно сделать с этим занозистым Квелленом, начиная с медленного разрезания на куски и далее все в таком же духе. Но у Квеллена есть Мортенсен, так, по крайней мере, он утверждает. А Клуфман был практически помешан на этом Мортенсене. Он едва ли говорил последнее время о чем-нибудь еще.

Тщательно разработанный план Джакомина утаить известие об исчезновении Мортенсена от Верховного Правления рухнул, как карточный домик. Он не видел никакой возможности помешать этому. Он, конечно, может потянуть время, но в конце концов Квеллен сумеет к нему пробиться.

– Так что? – вновь подал голос Колл. Кончик его языка заметно дрожал. – Могу ли я передать его запрос на ваш уровень официальным путем?

– Да, – с неохотой кивнул Джакомин. – Я возьму это на себя. Дайте мне возможность переговорить с этим Квелленом.

Через несколько секунд на экране возник Квеллен. Вид у него был вполне нормальный, отметил про себя Джакомин. Несколько напуганный собственной дерзостью, несомненно, но в общем-то без каких-то признаков умственного расстройства. В этом отношении он казался не менее нормальным, чем Колл.

Но какова смелость! Он хотел встретиться с Клуфманом. Да, он похитил Мортенсена. Нет, он не скажет, где тот спрятан. Более того, любая попытка ограничить свободу его действий приведет к немедленной гибели похищенного!

Было ли это блефом? Джакомин не мог позволить себе рисковать и проверить это! Он несколько секунд поразмыслил и наконец высказался:

– Хорошо. Ваша взяла, безумец. Я передам вашу просьбу об аудиенции Клуфману и поглядим, что он скажет.

Прошло так много времени с того дня, когда Клуфман отказался говорить с глазу на глаз с обладателями низших разрядов, что он почти позабыл, что это такое. Его, разумеется, обслуживали некоторые обладатели третьего, четвертого и даже пятого разрядов, но они никогда не разговаривали с ним.

Он воспринимал их как роботов. Клуфман терпеть не мог пересудов подобных людей. Высоко возносясь в своем могуществе первого разряда, руководитель мира прекратил все свои контакты с массами.

Поэтому он ожидал появления этого Квеллена даже, пожалуй, с некоторым любопытством. Но, разумеется, негодовал. Он не привык к принуждению. В нем медленно нарастали гнев и раздражение. Но, если быть честным, это его даже немного забавляло. Он уже много лет был лишен удовольствия ощущать собственную уязвимость, поэтому стоило даже сказать «спасибо» столь внезапно возникшей острой ситуации.

Но он был также и напуган. Судя по сообщениям техников, обслуживающих телевекторную систему обнаружения, Квеллен на самом деле прятал Мортенсена, а это уже пахло бедой. Это было прямой угрозой могуществу Клуфмана. В таком положении было не до смеха.

Вмонтированный в черепную коробку зонд шепнул ему:

– Квеллен здесь.

– Пусть зайдет.

Дверь в кабинет откатилась в сторону, и вошел худой, осунувшийся мужчина. Он неуклюже направился к огромному пневматическому гамаку, в котором возлегал Клуфман. Между хозяином и гостем возвышался почти незаметный, чуть подернутый дымкой экран от пола до потолка, служивший непреодолимой преградой для потенциального убийцы. Любая частица твердой материи, пытающаяся проникнуть сквозь этот экран, мгновенно аннигилировалась независимо от ее массы и скорости. В качестве дополнительной меры предосторожности по обе стороны от Клуфмана возвышались роботы-охранники. Искусственные системы внутри его перелицованного тела чуть слышно мурлыкали, перекачивая кровь по венам, пропуская лимфу сквозь внутренние ткани. Он понял, что Квеллен чувствовал себя не очень уютно в его присутствии. Это совсем не удивляло. После некоторого молчания Клуфман произнес:

– Ваше желание удовлетворено. Я слушаю. Чего вы добиваетесь?

Квеллен пошевелил губами, но только через несколько секунд ему удалось выдавить из себя:

– Я рад тому, что вы существуете, сэр. Да, должен признаться, что испытываю огромное облегчение от того, что вы есть на самом деле.

Клуфман изобразил некое подобие улыбки:

– Как же это вы узнали, что я есть на самом деле?

– Потому что… – Квеллен запнулся. – Ладно. Я беру свои слова назад. Я надеюсь на то, что вы реальны…

Руки его затряслись. Клуфман спокойно рассматривал человека, который делал видимые попытки взять себя в руки. И эти попытки, как ему показалось, увенчались успехом.

– Это вы похитили Мортенсена?

– Да.

– Где он?

– Я не могу сказать это, сэр. Сначала я хочу предложить вам сделку.

– Сделку мне? – Клуфман издал звуки, которые должны были изображать гомерический хохот. – Вы просто невероятны в своей наглости. Вы осознаете хотя бы, что я могу с вами сделать?

– Да.

– И вы все равно пришли сюда, чтобы торговаться со мной?

– Мортенсен у меня, – напомнил ему Квеллен. – Пока я не освобожу его, он не сможет совершить прыжок четвертого мая. А это означает…

– Так… – резко оборвал его Клуфман. Он ощутил, как растет напряженность внутри его тела. Этот человек нашел, пожалуй, его уязвимое место. Какая нелепость – он находится в безвыходном положении, которое создал ему этот пролетарий, но так уж сложилось. Клуфман не мог позволить себе рисковать с человеком, угрожающим изменить прошлое. Никакой компьютер не подсчитает тот результат, который может получиться, если помешать прыгуну Дональду Мортенсену попасть туда, где ему положено быть. Владыка мира был беспомощен.

– Вы ведете опасную игру, Квеллен, – сурово произнес Клуфман. – Мы ведь можем арестовать вас и извлечь из вашего мозга местонахождение похищенного Мортенсена.

– Мортенсен запрограммирован так, что будет уничтожен, если мой мозг подвергнут какой-либо операции, – рассмеялся Квеллен.

Клуфман задумался, насколько это утверждение могло быть правдой. Или все это какой-то гигантский блеф?

– Излагайте, чего вы хотите!

Квеллен кивнул. Казалось, с каждым мгновением к нему все больше возвращались самообладание и сила, поскольку он узнал, что Клуфман не какое-то сверхестественное существо, а просто глубокий старик, наделенный огромной властью.

– Мне поручили расследовать деятельность, связанную с путешествиями во времени, – начал Квеллен. – Я отыскал человека, который контролировал этот процесс. Сейчас он находится под арестом. К несчастью, он располагает информацией, которая инкриминирует мне совершение противозаконных действий.

– Так вы преступник, Квеллен?

– Да, за мной есть кое-что противозаконное. И это может привести к моему разжалованию, если не хуже. Этот преступник, владеющий секретом путешествий во времени, поставил мне условие, что, если я выдам его вашим людям, он разоблачит меня. Поэтому я хотел бы добиться неприкосновенности своей личности. Вот чего я добиваюсь. Я выдам вам этого человека, он разболтает о моем преступлении, но вы подтвердите мою неприкосновенность и дадите гарантии, что меня не будут преследовать и не разжалуют.

– В чем заключается ваше преступление, Квеллен?

– Я имею виллу второго разряда в Африке.

Клуфман улыбнулся.

– Вы подлец, Квеллен, не так ли? – произнес он без всякой злобы. – Вы живете не в соответствии со своим статусом, вы шантажируете Верховное Правление, вы…

– Но я считаю себя вообще-то честным человеком, сэр!

– Ну что ж, возможно и такое. Но тем не менее вы негодяй. Знаете ли вы, как я поступил бы с таким опасным человеком, как вы, будь на то моя воля?

Я поместил бы вас в машину времени и зашвырнул бы в глубокое прошлое. С такими людьми – это самый безопасный способ взаимодействия. Вот к чему мы станем прибегать, как только… – Клуфман осекся. Затем через несколько секунд продолжил:

– Ваша дерзость поражает меня, Квеллен. А если я обману вас? Я дарую вам неприкосновенность, вы вернете мне Мортенсена и отпустите на все четыре стороны этого пройдоху-агента, а затем я схвачу вас и арестую.

– У меня припрятаны еще два зарегистрированных прыгуна, – неуверенно произнес Квеллен. – Один должен отправиться в прошлое в этом году, а другой – в начале следующего. В этом гарантия того, что вы не причините мне вреда после того, как я отдам вам Мортенсена.

– Вы блефуете, Квеллен. Вы только сейчас придумали этих двух прыгунов.

Я подвергну вас нейтронному зондированию и проверю истинность вашего заявления.

– В то мгновение, когда зонд коснется моего мозга, – Квеллен усмехнулся, – Мортенсен умрет!

Клуфман испытал при этих словах непривычную для него боль. Он был уверен, что этот спокойный пролетарий нагромождает одну ложь на другую, но этого нельзя было доказать, не заглянув в его мозг, и блеф номер один делал этот шаг слишком рискованным для Клуфмана. А вдруг это не вранье?

– Чего вы на самом деле хотите? – спросил он.

– Я уже сказал. Обязательство сохранения моей неприкосновенности, данное при свидетелях. Я хочу, чтобы вы гарантировали мне безнаказанность за содержание дома в Африке и за то, что посмел бросить столь дерзкий вызов такому человеку, как вы. После этого я выдам вам пройдоху-агента и Мортенсена.

– А также двух других прыгунов.

– И их тоже. После того, как буду убежден в вашем благорасположении ко мне.

– Это невероятно, Квеллен. Но у вас, похоже, весьма сильная позиция. Я не могу допустить, чтобы вы задержали Мортенсена. И мне нужна эта машина времени. Мы будем получать громадные выгоды. Многочисленные политические выгоды. Слишком опасно оставлять такую машину в частном пользовании. Ну что ж, хорошо. Хорошо. Вы получите свои гарантии. Я даже дам вам нечто большее, Квеллен.

– Большее, сэр?

– У вас, как вы сказали, вилла второго разряда? Я полагаю, вы и дальше хотите жить в ней. Значит, мы должны присвоить вам второй разряд, не так ли?

– Принять меня в состав Верховного Правления, сэр?

– Разумеется, – добродушно произнес Клуфман. – Подумать только – разве я могу отправить вас вниз, на низшие ступени социальной лестницы после того, как вы так меня одолели? Вы завоевали свой статус! Я подыму вас сюда. Джакомин найдет для вас место. Человек, проделавший то, что сумели сделать вы, не может оставаться мелким чиновником! Так что, думаю, мы что-нибудь подыщем для вас, Квеллен. Вы добились намного большего, чем пытались, – Клуфман улыбнулся. – Я поздравляю вас, и завидую…

Квеллен, спотыкаясь, вышел на улицу после того, как с помощью нескольких быстроходных лифтов вознесся на поверхность из мифических катакомб, где располагалось прибежище Клуфмана. Он быстро перешел на быструю твердую походку, подняв голову, и взглянул на взметнувшиеся в небесные дали башни небоскребов. Перед его взором мелькали кружева соединявших их мостов, сверкающие шпили, венчавшие здания, узкие голубые полоски между ними.

«У меня не так уж много времени», – отметил про себя Квеллен.

Он еще не оправился от потрясения, которое пережил, увидев во плоти Клуфмана. Снова обдумывая свой отчаянный поступок, он сам удивился тому, что ему удалось провернуть такое. Пробиться локтями в берлогу администратора первого разряда, дерзко стоять перед ним, выдвигая смелые требования, и заставить его уступить, громоздить один обман на другой и довести до логического конца свой блеф – все это казалось ему нереальным.

Этого не могло быть! Это, должно быть, какая-то буйная фантазия из Дворца Грез, просто сон, в котором он победил, и который улетучится, как только поток крови вынесет последние остатки наркотика из его мозга.

И все же здания были реальными! Реальным было небо. Реальной была мостовая, по которой он шагал. Реальным был также его разговор с Клуфманом. Итак, он победил. Его попросили принять статус второго разряда!

Он-таки вынудил Клуфмана пойти на уступки.

И все же Квеллен понимал, что по сути он ни черта не выиграл.

Он провел свой дерзкий маневр с рассудительным апломбом, но это был маневр глупца, и он понимал это еще более отчетливо, чем час назад. Любой человек мог бы гордиться тем, что у него хватило духу подобным образом противостоять Клуфману, однако, осуществив все это, Квеллен понял, что приобрел только временную иллюзию торжества. Необходимо начать воплощать в жизнь запасной план, над которым он уже размышлял в течение последних нескольких часов. Его ум со временем привык к этой основной идее, и он понимал, что придется прибегнуть к ней, хотя и не был уверен, что успеет все сделать.

Он был в смертельной опасности. Нужно было действовать крайне быстро.

Клуфман не обманул его своими улыбками, хвалебными словами, обещанием ввести его в состав Верховного Правления, своим очевидным восхищением дерзостью Квеллена. Клуфман боялся, что с Мортенсеном может что-нибудь случиться, ведь это означало угрозу его собственной власти, но Клуфманом нельзя было помыкать с такой легкостью!

«Он получит от меня Ланоя и Мортенсена, а затем уничтожит меня!» Сейчас Квеллен в этом не сомневался. "Мне следовало понять это с самого начала.

Разве можно было надеяться перехитрить Клуфмана?" Но он не раскаивался в том, что сделал такую попытку. Ведь человек – не червяк, он может, выпрямившись, стоять на ногах, он может бороться за свое положение в жизни! По крайней мере, он может попытаться сделать это! И Квеллен попытался!

Он сотворил нечто такое безрассудно храброе, что граничило с нелепостью, и он совершил все это с честью, пусть даже успех его окажется, по всей вероятности, нереальным.

А теперь ему нужно поторопиться, чтобы защитить себя от гнева Клуфмана.

У него еще было время. Эйфория встречи с Клуфманом прошла, мышление его стало ясным и четким.

Он вошел в здание Уголовного Департамента и тотчас же распорядился, чтобы Ланоя снова извлекли из бака и привели в его кабинет. Ланой казался угрюмым и подавленным.

– Вы еще пожалеете об этом, Квеллен, – с горечью произнес Ланой. – Я не шутил, когда говорил, что Брогг запрограммировал свои подстраховочные автоматы на мой альфа-ритм. Я мог бы сообщить о вашем африканском прибежище Верховному Правлению…

– Вам нет необходимости доносить на меня, – сказал Квеллен. – Я отпускаю вас.

Ланой смутился:

– Но ведь вы сказали…

– То было раньше. Я освобождаю вас и постараюсь стереть с лент как можно больше материала, так или иначе касающегося вас.

– Значит, вы все-таки уступили, Квеллен? Вы поняли, что не стоит рисковать?

– Совсем наоборот. Я ни в чем не уступил. Я сам сообщил Верховному Правлению о своем проступке. Я рассказал об Африке лично Клуфману. Не было смысла зря тратить время на разговоры с более мелкой сошкой. Так что то, о чем расскажут ваши автоматы, уже известно кому надо.

– Неужели вы считаете, что я поверю вам, Квеллен?

– Так или иначе, это истинная правда. И поэтому цена за то, что я отпускаю вас, стала иной. Теперь это уже не ваше молчание. Теперь это уже ваши услуги.

Ланой выпучил глаза:

– О чем это вы, комиссар?

– О многом. Но у меня сейчас нет времени на объяснения. Я выведу вас из этого здания. Вам придется самому отправиться назад, в свою лабораторию.

Но через час я приеду к вам туда. – Квеллен покачал головой. – Не думаю, что вы еще долго будете оставаться на свободе, Ланой. Клуфману не терпится забрать у вас машину. Он хочет использовать ее, чтобы пересылать в прошлое политзаключенных. И повысить государственные доходы. Он решит проблему безработицы, забрасывая пролетариев назад в прошлое, глубокое прошлое!

Например, на пятьсот тысяч лет. Оставит их там на съедение саблезубым тиграм. Вас снова арестуют, я в этом не сомневаюсь. Но, по крайней мере, я здесь буду ни при чем.

Он вышел вместе с Ланоем из здания. Невысокий агент как-то задумчиво поглядел на Квеллена, когда они направлялись к ближайшей платформе.

– Мы скоро встретимся, – сказал Квеллен.

Он тоже сел в вагончик, только местной линии, и поехал к своему дому, чтобы выполнить еще одно, последнее дело. Предпринял ли уже Клуфман меры против него? Несомненно. В одном из залов заседаний Верховного Правления сразу же созвали совещание. Правда, очень скоро Квеллен будет в безопасности.

Он понял очень многое. Во-первых, почему Клуфман столь яростно рвется к машине времени – как к орудию, способному еще больше расширить его власть над миром. Он не брезговал ничем. И Квеллен едва не помог ему заполучить эту машину.

Квеллен также понял, почему все зарегистрированные прыгуны прибыли из периода 2486-2491 годов. Это не означало того, что в следующем году поток беженцев в прошлое прекратился, как это предполагалось ранее. Это просто означает, что контроль над машиной перешел от Ланоя к Клуфману, и что все прыгуны, отправляемые после 2491 года, заброшены с помощью усовершенствованного процесса, обеспечивающего гораздо более широкий диапазон, в такие отдаленные эпохи, что не смогут стать потенциальной угрозой режиму Клуфмана. И появление их, разумеется, не отразится ни в архивах, ни в летописях. Квеллен задрожал. Ему никоим образом не хотелось быть частицей мира, в котором правительство обладает такой властью. Он вошел в свою квартиру и включил стасис-генератор. Его обволокло сиянием поля. Квеллен сделал шаг вперед и очутился в своем африканском коттедже.

– Мортенсен? – крикнул он. – Где вы?

– Здесь, черт побери.

Квеллен выглянул на крыльцо. Мортенсен ловил рыбу. Голый до пояса, он приветливо махнул Квеллену. Его бледная кожа за то время, что он был здесь, местами покраснела, местами даже загорела.

– Кончайте это, – приказал Квеллен. – Мы отправляемся домой!

– Спасибо, но я хочу остаться здесь. Мне здесь нравится.

– Чушь! Вам необходимо в соответствующий день совершить прыжок!

– Зачем мне это делать, если здесь так хорошо? – удивился Мортенсен. – Не понимаю, для чего вы привели меня сюда, но теперь мне совсем не хочется покидать это место.

Квеллену было некогда спорить. В его планы не входило воспрепятствовать Мортенсену отправиться в прошлое четвертого мая. У Квеллена не было ни малейшего желания изменять зафиксированное историей прошлое, а ценность Мортенсена как заложника вскоре станет равна нулю. Нетрудно было представить, что если Мортенсен не совершит прыжок в строго определенное время, то неизвестно, будет ли существовать и сам Квеллен. А вдруг он один из потомков Мортенсена-перебежчика. К чему такой риск? Мортенсен обязан отправиться в прошлое!

– Пошли! – приказал Квеллен.

– Нет!

Тяжело вздохнув, Квеллен вышел на крыльцо и снова анестезировал этого человека. Затем затащил обмякшее тело в коттедж и подпихнул его под электроды стасис-поля, мгновением позже последовал за ним сам. Теперь Мортенсен лежал, вытянувшись на полу квартиры Квеллена. Скоро он проснется и попытается понять, что же это с ним происходило, и, возможно, даже попытается вернуться назад, в Африку. Но к тому времени его уже зафиксирует телевекторное поле Аппалаччии, и люди Клуфмана поспешат забрать будущего прыгуна к себе. Клуфман сделает все, чтобы обеспечить убытие Мортенсена строго по расписанию.

Квеллен в последний раз вышел из квартиры. Спустился по винтовой рампе монорельсовой дороги. Спасибо, спасибо Броггу, он знал, как добраться к Ланою.

Лучше бы, конечно, одержать верх над Клуфманом, чем пускаться в этот путь. Но он был в западне, а человек в западне ищет самый благоразумный путь на свободу, а не самый эффективный. Была ирония, разумеется, в его решении – человек, которому поручили решить проблему перебежчиков, сам становится прыгуном! И все же это было почти неизбежным, признался сам себе Квеллен. С самого начала, он должен был понимать, что обстоятельства и его заставят поступить точно так же, как и Норма Помрата, и Брогга, многих других на этой земле! Его путь к прыжку в прошлое начался в тот самый день, когда он прикарманил то африканское прибежище. Теперь же он просто делал следующий шаг, логически неизбежный.

Было уже довольно поздно, когда Квеллен добрался до места. Солнце низко висело над горизонтом, и загрязненное озеро переливалось всеми цветами радуги. Ланой поджидал его.

– Все готово, комиссар, – сказал он вместо приветствия.

– Хорошо. Я могу положиться на вашу честность?

– Вы же отпустили меня, не так ли? Даже среди мошенников есть свои понятия о чести, – улыбнулся Ланой. – Вы уверены, что хотите это сделать?

– Вполне! Я не могу больше оставаться здесь. Теперь я для Клуфмана как бельмо на глазу. Я доставил ему очень неприятные десять минут, и он, без сомнения, заставит меня расплатиться за них. Но поймать меня ему уже не удастся! И все благодаря вам, Ланой.

– Проходите в дом, – предложил Ланой. – Черт побери, вот уж никогда бы не подумал, что стану вам помогать!

– Вы умный человек, Ланой, – польстил Квеллен человечку. – Поэтому я вам советую убираться отсюда как можно скорее. Рано или поздно, но Клуфман изловит вас. Это неизбежно.

– Я попробую рискнуть, – невесело усмехнулся Ланой. – Когда настанет эта минута, я погляжу Клуфману прямо в глаза и попробую заключить сделку даже с ним самим. Проходите же. Машина ждет.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю