Текст книги "Зендикар: В Зубах Акума (ЛП)"

Автор книги: Роберт Винтермут

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

ГЛАВА 7

Нисса проснулась внезапно, дрожа в темноте и прислушиваясь сквозь шум ветра в высокой траве к пробудившему ее предчувствию опасности. На небе не было ни звезд, ни луны. Ее посох лежал рядом, и она очень медленно провела рукой по его гладкому древку. Она лежала неподвижно, вслушиваясь во мрак ночи, но ничего не происходило, и она снова забылась во сне.

В следующий раз Нисса проснулась уже утром, все еще сжимая посох в руке. Она села в густой траве и осмотрелась. Откуда-то доносился уже привычный голос Смары, ветер стих, чего нельзя было сказать о дурном предчувствии. Ановон сидел неподалеку, наблюдая за ней, обхватив колени вновь связанными в запястьях руками. Сорин стоял спиной к Ниссе, разглядывая горы на горизонте. Гоблины толкались у реки.

– Ты готова? – спросил Сорин, повернувшись к ней. Он выглядел на удивление подтянутым. Его свежее лицо украшала улыбка. – Ановон хотел тебя сожрать, но я его отговорил… Нисса поднялась на ноги.

– Он говорит, в твою кровь что-то подмешано, – закончил мысль Сорин.

– Я принимаю Джорагскую настойку, – сказала эльфийка. – Раз в месяц. – Нисса вынула карту Каллида из тубуса на поясе. – В свое время я часто сражалась с вампирами, – продолжила она. – Эта настойка делает нашу кровь ядовитой для их рода. Надеюсь, больше вопросов нет? – Нисса развернула карту и сосредоточилась на ее чернильных линиях.

– Ты хорошо спала? – спросил Сорин. Она оторвала взгляд от карты.

– Один из гоблинов Смары пропал. – Добавил он.

Нисса взглянула на группу горных коротышек, окружавших Смару. Один, два, три… да, их осталось лишь девять. Она вопросительно взглянула на Сорина.

– Мы тут размышляем, что с ним случилось, – сказал Мироходец, заговорщицки ухмыльнувшись Ановону. – Не так ли?

Ановон не шелохнулся. Нисса раздраженно взглянула на Сорина.

– Откуда мне знать? Думаешь, я его съела? – Она вернулась к изучению карты. – Скорее всего, его сожрал вампир. Потому и сидит в ступоре.

На карте явно виднелась ломанная линия ущелья. Отыскать место, где на них напали гиганты, и где, в итоге, они выбрались из каньона, оказалось непросто. Нисса обвела пальцем заштрихованную зону, отмеченную, как «Поршневые Горы». Как ни странно, руины дворца, несмотря на размеры, на карту нанесены не были. Нисса подняла взгляд на развалины, видневшиеся вчера у подножия гор.

Но их там уже не было. На месте руин под горой зиял громадный кратер. Она обнаружила дворец гораздо правее, парящим в воздухе, прямо с куском земли, на которой он когда-то был воздвигнут. Это был Зендикар, и Нисса за свою жизнь видела массу необычных парящих объектов, включая целое озеро, поднятое над землей, оставив под собой сухое дно, переполненное бьющейся рыбой. Она видела целые поля из сотен эдров, парящих и сталкивающихся друг с другом. Но этот дворец был чем-то особенным. И, судя по изогнутым линиям веревок, спускавшихся от него к земле, в его руинах были живые существа.

– Что-то не так, – пробормотала Нисса.

– Ты только сейчас это поняла? – съязвил Сорин.

– Она права, – произнес Ановон. – Наводнение, коры беженцы, а теперь и парящий в воздухе Дворец. – Голос Ановона был, как всегда, тихим, и Ниссе пришлось вслушиваться в каждое слово. – Вы заметили, какими свежими были шрамы на телах гигантов в ущелье? Они явно недавно сражались с превосходящими силами.

– Верно, – услышала собственный голос Нисса. – Великий Вал в последнее время тоже участился и стал свирепее, чем прежде. Тот, что застал нас у Грейпелта, был настолько внезапным, что вода в моем кулоне едва успела вскипеть.

– Все это из-за порождений, – сказал Сорин. – Они разгневали Зендикар и вывели его из равновесия. Их нужно снова загнать под землю.

Смара вскочила со свое места у реки и бросилась к Сорину.

– Дар в глине, – проговорила она. – Дар в глине. – Затем она перешла на другой язык и вскоре зациклено повторяла одни и те же слова.

Ановон с Сорином уставились на Смару. В какой-то момент вампир, несмотря на связанные запястья, быстро достал кусок пергамента и тонкий кусок угля и что-то записал.

Сорин неуверенно ухмыльнулся, когда слова кора перешли в неразборчивый вой, и вопросительно взглянул на Ниссу, словно спрашивая ее мнение о словах Смары. Эльфийка притворилась, что не заметила взгляда Мироходца. Что он скрывает? Подумала она, переведя внимание обратно, к парящим руинам дворца. И что значит «Дар в глине»?

– Что она сказала, – наконец, спросила она.

– Часть ее слов были на классическом языке вампиров, – сказал Ановон. – Остальное… – он взглянул на Сорина.

– Это был язык Эльдрази, но смешанный с вампирским, – произнес Сорин, – Взгляни.

Нисса посмотрела туда, куда указывал Сорин. Кусок земли, на которой громоздились руины дворца, медленно отплыл, туго натягивая привязанные к нему веревки. Вокруг руин роилось множество крошечных точек. На ее глазах, одна из веревок оборвалась.

Внезапно земля затряслась, и жидкость в бутылочке на шее Ниссы начала вскипать так сильно, что она ощутила ее жар сквозь кожаный камзол.

– Великий Вал! – Выкрикнула она.

Нисса выхватила стеблевой клинок из ножен посоха, вонзила его в землю, и сразу почувствовала, как стебель пустил корни и закрепился в почве. В следующее мгновение их накрыл Великий Вал.

Пока дрожь земли не стала слишком сильной, Нисса успела увидеть «цветение» – бурный и стремительный рост растений, иногда сопутствовавший Великому Валу. Кусок почвы вырвался из земли, орошая ее грязью, и Нисса зажмурилась, крепко ухватившись за рукоять меча. Выдернутый грунт встрепенулся, качнулся в сторону, послышался оглушительный треск с чередой лопающихся корней, и Нисса ощутила, как кусок земли, на котором она лежала, начал подниматься вверх. Если я выкачусь за край, то окажусь во власти Великого Вала, думала она. Но оставаться на месте и парить высоко в небе, было не менее опасно.

Нисса вынула клинок из земли, и выкатилась за край взлетающего куска почвы. Она едва почувствовала падение, и, как только коснулась земли, Великий Вал вновь отшвырнул ее в сторону, и на этот раз она угодила в свежий кратер. Нисса спешно поползла вверх, не желая оставаться в яме из-под вырванной почвы, которая вполне могла в любой момент рухнуть на свое место.

Она почти уже выбралась, как Вал внезапно прекратился, и Ниссу накрыла широкая тень. Земля, поднятая из кратера, действительно, рушилась вниз. Нисса размахнулась стеблевым клинком, сделав его снова гибким, и обвила им валун, очевидно, принесенный сюда Великим Валом.

Нисса изо всех сил подтянулась, выползая из ямы, и откатилась, взглянув вверх, ожидая, что поднятая почва в любую секунду займет прежнее место. Но вырванный кусок земли завис в воздухе в считанных дюймах от кратера.

Казалось, воздух мерцал после Великого Вала. Нисса вытерла грязь с лица и огляделась вокруг. Ком подкатил к ее горлу. То, что всего пару мгновений назад было бескрайним зеленым полем травы, теперь превратилось в изрытую ямами землю с повисшими в воздухе несметными островками почвы. Но руин дворца среди них не было.Куда он опять делся?

На этот раз она обнаружила дворец у подножия гор, покосившимся на бок, примерно в одних сутках пути, если она верно оценивала расстояние. Неподалеку от Ниссы отряхивался Ановон, осматривая парящие сгустки земли. Рядом с ним стояла Смара, бормоча что-то про себя; или она говорила с вампиром? Выражение лица Ановона считать было невозможно.

Позади них, в воздухе парило бездыханное тело Сорина, его белые волосы растеклись в воздухе вокруг его головы, подобно нимбу. На глазах Ниссы он очнулся, резко дернувшись и, утратив равновесие, грузно рухнул в траву, принявшую после бурного «цветения» изначальную форму. Многие эльфы поклонялись таким «цветениям», при которых растения и деревья неожиданно вырастали до громадных размеров. Последующее уменьшение флоры до естественных размеров они также почитали божественным. Но только не Нисса. «Цветения» Великого Вала не казались ей естественными. Считать его священным, означало считать священным и сам Великий Вал, а в это Нисса поверить не могла. Ничто священное не могло быть столь разрушительным.

Спустя пару мгновений, Сорин поднес руку ко лбу. – Мне начитает нравиться Зендикар, – пробормотал он, приподнимаясь с земли. – В самом деле. Мне уже кажется, что я здесь провел годы, хотя еще и пары недель не прошло.

Ановон и Смара стояли у края плато, глядя на дно ущелья. Вампир обернулся и жестом подозвал Ниссу.

– Взгляни, что ты там видишь? – спросил он, указывая куда-то вниз.

Нисса разглядела движение почти мгновенно, но присмотрелась внимательнее, прежде чем ответить. – Порождения, – наконец, произнесла она.

– Что они там делают? – спросил Сорин, встав на ноги и подойдя к краю плато.

– Сложно сказать, но, кажется, некоторые из них едят землю. Повисла тревожная тишина.

– Едят ее? – наконец, переспросил Ановон.

– Там несколько крупных, со щупальцами вместо ног и длинными мордами… Сорин застонал. – У них морды синие? – спросил он.

– Не могу разобрать, – ответила Нисса. – Хотя, да, возможно, теперь, когда ты об этом сказал.

– Следопыты, – сказал Сорин.

– Но зачем им…

– Может, они выслеживают кóров беженцев, – предположил Сорин. – Но найдут они нас, если мы не начнем двигаться отсюда.

– Откуда ты знаешь об этих тварях? – спросила Нисса. – Об их «синих мордах»? – слова слетели с ее уст, прежде чем она успела их обдумать.

Сорин ничего не сказал, а лишь выглянул за край плато и прищурился. Нисса наблюдала за ним, прикидывая, что его слабые человеческие глаза могли разглядеть на таком расстоянии.

– Их там сотни четыре, – произнес Сорин. – Все дно каньона кишит ими. Чудесно. Нисса вновь взглянула вниз.

– Гиганты говорили правду, – сказал Ановон.

– Гиганты все еще там, – пробормотал Сорин. – Их тела сейчас растаскивают на куски. – Он немного помолчал. – У них весьма забавные внутренности.

Нисса подняла голову. – Они обнаружат наши следы и взберутся сюда к концу дня.

– Несомненно, – согласился Сорин.

– Но нас уже здесь не будет, – сказала Нисса, развернувшись и направившись к горам, – Нам стоит пробежаться.

* * * * *

Они бежали, держа снаряжение в руках, чтобы оно не замедляло их бега. Гоблины несли Смару на руках: четверо держали каждую руку и ногу, один подпирал посредине, остальные мчались следом.

Нисса набегу чувствовала ману травы, обвивавшую ее лодыжки. Она воспользовалась этой энергией, чтобы накрыть всю компанию маскировочной аурой, в надежде сделать их похожими на неприметный участок зеленеющего поля для любых посторонних глаз. К сожалению, определить на столь близком расстоянии, сработало ли заклинание должным образом, Нисса не могла.

Они мчались сквозь тени парящих островков земли, осыпавших их песком и почвой с обнаженных корней. Нисса заметила мелкого грызуна, высунувшего голову из дыры в парящем островке, и едва не выпавшего в глубокий кратер, на дне которого продолжалась его нора.

Поднялся сильный встречный ветер, и совсем скоро они уже вспотели от напряжения. Нисса не могла отогнать от себя мысль о том, как быстро встречный ветер донесет их запах до преследовавших их поражений. Она ускорила бег, и другие последовали ее примеру.

Солнце миновало зенит и клонилось к горизонту, когда их разношерстный отряд повалился на землю от усталости. Нисса склонила голову, вдыхая густой аромат травы и почвы. Ее язык распух, а растрескавшиеся губы жгло от каждого вдоха. Ее мучала жажда.

– В руинах дворца может быть вода, – выговорила она.

Дворец был теперь ближе, но его развалины все еще лежали перекошенными с множеством разбросанных вокруг них веревок. Нисса пыталась обнаружить среди развалин какое-то движение, но до сих пор ее попытки не увенчались успехом. Должно быть, во дворце обитали люди. Они пробегали посевные поля, нивы, и редкие, давно заброшенные хижины. Ей было сложно оценить посевы, но чахлые растения под ногами не особенно напоминали дары плодородия.

Немного передохнув и перекусив галетами, Нисса поднялась на ноги и возобновила бег. Сорин, к ее изумлению, не отставал от нее ни на шаг. Он легко обогнал ее вначале, и сейчас ей казалось, что он бежал не в полную силу, чтобы не оторваться от остальных. Нисса изо всех сил, пыталась бежать первой. Это все из-за скудного питания, только поэтому человек смог меня обогнать, думала она, напрягая мышцы ног. Но что он сам ест? Снова задумалась она.Как его тело может так справляться с усталостью без питания?

Ановон, с другой стороны, явно испытывал трудности. Вампиры были способны на пугающие проявления физических способностей. Они от природы были сильнее большинства эльфов. В джунглях Бала Геда Нисса видела, как вампир в буквальном смысле взбежал на дерево по стволу. Прыгали они лучше эльфов, правда она никогда не видела, чтобы вампир сделал бы сальто в свободном полете, после чего ухватился бы за нужную ветку, как это делали эльфы. И все же, вампиры должны были бегать не хуже эльфов.

Ановон явно не был столь быстр. Более того, он едва опережал гоблинов, которые, между прочим, тащили сумасшедшую. Нисса почти не сомневалась, что именно он разделался с одним из гоблинов Смары. Но если бы это было так, Ановон сейчас был бы в гораздо лучшей форме. Ниссе показалось это странным.

Они пробежали мимо еще нескольких хибар, сгрудившихся у невозделанных полей, затем вбежали на невысокий холм. Дворец уже маячил впереди. Вырванный из земли, он проделал немалый путь по воздуху, вернувшись в изначальный кратер, но рухнул в него под чудовищным углом. Вокруг развалин струился дым.

Затем Нисса заметила первую яму. Увидев одну, ей тут же бросились в глаза и другие, подобные этой, рассыпанные по всей окрестности. Она замедлила шаг. Каждая яма была с человеческий рост в диаметре, и настолько же вглубь. Во многих было утрамбовано что-то, напоминавшее колосья или другие культурные растения. Иные были пусты. Ямы Порождений, пробормотала она.

Заметив в одной из ям торчащую из нее пару босых ног, Нисса прильнула к стене ближайшей покосившейся хижины и припала к земле. Сорин и Ановон проследовали за ней.

– Порождения, – сказал Сорин, прежде чем Нисса успела открыть рот. Ановон кивнул.

Земля впереди была плоская, поросшая травой, с парой волнистых гребней невысоких холмов. Хижины здесь были проще, слепленные из торфяных блоков и соломы, Нисса чувствовала запах кипящего на огне жира, доносящийся сквозь щели хибары.

– В этом доме еще сегодня готовили обед, – сказала она.

Ямы порождений были свежие, и, осматривая их внимательнее, Нисса замечала все больше торчащих из них ног.

– Зачем они засовывают трупы в эти ямы? – спросила она.

Сорин и Ановон ничего не ответили, но у Ниссы возникло ощущение, что один из них, или оба, знали ответ на ее вопрос.

– Что это? – прошептал Ановон, указывая в сторону.

Столб пыли поднимался вдали справа, в полях. Его источник был скрыт за одним из холмов.

– Это, друзья мои, пыль, поднятая ордой, – произнес Сорин. Он выпрямился и прошел к другой хибаре, стоящей на возвышенности. Оттуда он пристально всмотрелся в дальние поля. Странная группа передвигалась вдоль холмистого хребта между полями и горами.

– Их много, – сказал Сорин.

– Ползучая чума, – пробормотала Нисса. Она не могла разглядеть отдельные силуэты, но видела, что некоторые были выше других, и большинство из них передвигалось не вполне естественным образом.

– Полагаю, нам повезло, что мы смотрим им в спину, – произнес Сорин, повернувшись, и направившись кДворцу.

Нисса ничего подобного прежде не видела. Население Зендикара не было настолько дисциплинированным, чтобы ходить шеренгами. К тому же, помимо животных и деревьев, ни одна раса не могла организовать многочисленную армию, и считаться значительной боевой силой. И, хотя шеренги порождений были далеки от идеала, перемещались они довольно организованными группами. Где они научились ходить строем? Размышляла Нисса.

Позади орды порождений, поля простирались, плавно переходя в Поршневые Горы. На глазах Ниссы, парящая вершина одной из гор обрушилась вниз, на свое основание, и от удара земля под ее ногами вздрогнула.

– Если нам очень повезет, – выкрикнул через плечо Сорин, – те порождения, что все это сотворили – он кивнул в сторону торчащих из ям ног – встретится и объединиться с теми, что сейчас гонятся за нами.

Нисса оглянулась в сторону края плато, откуда они пришли. Там, очень далеко, уже виднелось облако пыли.

– Теперь уже осталось недолго, – сказал Сорин.

ГЛАВА 8

По мере приближения к дворцу, ям становилось все больше. На руинах самого дворца также свисали тела, подвешенные за их снаряжения – крупные люди в доспехах и странным оружием, примотанным к их посиневшим рукам. Откуда-то из развалин струился дым. Длинные веревки, которые Нисса видела издалека, валялись в траве, и скорее напоминали канаты.

Вскоре они миновали последнюю хижину, подойдя к подножию гор. Впереди, над тропой нависал громадный камень, ненадежно балансирующий на узкой вершине скалы. Нисса остановилась и вынула карту. Тропа уходила в предгорье, и потом сворачивала вправо. Они будут идти параллельно порождениям, двигавшихся вокруг основания гор. Решатся ли они войти в горы, когда нападут на наш след? Задавалась вопросом Нисса, сворачивая карту.

Камень, балансирующий у самой тропы, казалось, покачивался на ветру. Нисса и прежде видела, так называемые «шатающиеся камни». На ее памяти ни один из них так и не рухнул. С другой стороны, на ее памяти не было и существ, убивавших целые деревни и стаскивавших трупы жителей в ямы.

Они обошли стороной шатающийся камень и продолжили бег по тропе.

* * * * *

Нисса постоянно высматривала следы и знаки под ногами, то и дело останавливаясь, рассматривая показавшиеся ей подозрительными отпечатки и вмятины в земле.

– Странный след, – сказала она, остановившись в очередной раз, присев, и опустив ладонь в крупную впадину. – Никогда прежде такого не видела.

Сорин и Ановон подошли посмотреть. Нисса вглядывалась в глубокие рытвины и желоба от костяшек; как будто что-то ползло по земле, взбираясь на холм. Она подняла взгляд на неприкрытые деревьями горы. Ни один из мелких булыжников или низких кустов не был способен укрыть даже гоблина. А то, что оставило этот след, было намного крупнее гоблина. Каждая вмятина от пальца была длиннее эльфийской голени.

– И? – спросил Сорин.

Нисса пожала плечами. – Это что-то крупное, – ответила она. – Но я не вижу никаких следов щупалец.

Позади них, над полями послышался вой. Ановон и Нисса обернулись. Столб пыли, поднятый порождениями, выползшими из каньона, теперь уже был почти у самого дворца.

– Они стали музыкальнее, – пробормотал Сорин. – Может, при встрече, я им спою собственную песню.

Нисса не была столь уверенной. Они все больше удалялись от леса, от источника ее сил и энергии. Она сделала глубокий вдох. Зеленые луга были богаты энергией другого типа, и она плохо знала, как с ней взаимодействовать. Если бы у нее была возможность отдохнуть и восстановиться, она смогла бы впитать ману земли…

Но отдых в ближайшее время не предвиделся.

Сорин отвернулся от лугов в низине, обратив усталый взор на каменистую тропу, уходящую в горы. – Итак, с тыла нас преследуют превосходящие силы противника, и что-то, обладающее неизвестной силой, поджидает нас в засаде впереди?

Спустя пару мгновений, Нисса кивнула.

Сорин расстегнул ремень с ножнами, перекинутый через правое плечо, и застегнул его снова на поясе. – Полезно осознавать такие вещи, – сказал он.

Нисса наблюдала, как Ановон исследовал следы в рыхлой почве. Он обвел пальцем глубокие вмятины, кивая, словно соглашаясь с каким-то тайным предположением.

* * * * *

Первое обнаруженное ими каменное лицо Фадуун было наполовину закопано в песчаную почву. Оно было огромным настолько, что Ниссе показалось, что даже пятьдесят держащихся за руки эльфов, едва ли смогли бы его окружить. У него был широкий нос, а нахмуренные брови и яростные глаза застыли в злобной гримасе. Это было то самое лицо, которое Ановон обнаружил вырезанным на камешках в реке.

Спустя час, они нашли лицо поменьше, вырезанное на скальном выступе. В каждую его глазницу было что-то засунуто. Нисса протянула руку к одной из них.

– Ты, правда, хочешь узнать, что там? – уточнил Сорин.

Нисса сунула руку в углубление и вынула… комок ткани. Она перевела взгляд с Сорина на Ановона. Вампир пожал плечами.

– Фадуун очень древние, – сказал он. – Вот, взгляни. – Он указал на едва заметные надписи, вырезанные в граните над правым глазом каменного лица.

Нисса подошла ближе. – Это язык Эльдрази?

– Нет, – сказал Ановон. – Эти письмена старше, хотя и чем-то похожи на Эльдрази. Особенно вон те символы под подбородком почти такие же, как и те, что мы находим во многих монументах Эльдрази по всему Зендикару.

– И больше этих надписей нигде нет? – спросила Нисса.

Ановон покачал головой. – Только в Онду. И никто не знает почему.

– Я знаю, – сказала Нисса. По крайней мере, я думаю, что знаю, мысленно добавила она. – Это язык первых Эльдрази, – сказала она. Нисса не знала, откуда ей было это известно, но произнеся эти слова вслух, она сама поверила в то, что это так.

Ановон коротко кивнул. – Есть такое мнение, – произнес он. – Но почему тогда их больше нигде нет? Возможно ли, чтобы во всем мире в один год не было никаких символов и письмен, а в следующем они появились, и лишь в единственном месте? Развитие культуры требует долгого времени.

– Вероятно, они были привнесены из какого-то другого… места. – Нисса почувствовала себя неловко.

Сорин взглянул на нее. – Отличная дедукция, эльфийка, – произнес он. – У тебя есть какие– нибудь предположения, откуда?

Пульс Ниссы участился. – Какие тут могут быть предположения? – сказала она, жалея о сказанном. – Это просто нелепая мысль, естественно.

Сорин долго не сводил с нее глаз. – Естественно, – наконец, согласился он.

Нисса оглянулась на предгорье. За ним, столб пыли уже миновал руины дворца. – Нам лучше двигаться дальше, – сказала она.

Тропа шла по обнаженным холмам из красного камня, начисто лишенным растительности. Ниссе было любопытно увидеть, что могло обитать среди этих пустынных холмов, уходящих в горы, и она ускорила шаг, не особо обращая внимание под ноги.

* * * * *

Они спустились во влажный болотистый овраг, в котором журчал медленный ручей. Тропа проходила меж невысоких кустов с раскидистыми, плотными листьями, шириной в два человеческих роста. Растения в этой низине заинтриговали Ниссу, они напомнили ей джунгли Бала Геда, и она, не задумываясь, направилась к ним. Невзирая на влажность в овраге у реки, растения были зачахшими. Что-то в их цвете казалось Ниссе омерзительным. Листья были зелеными, но со странным красноватым оттенком, словно, в их прожилках текла кровь. Она замедлила шаг, втянула носом воздух, и поморщилась. Вонь была непередаваемой. – Здесь, наверное, что-то сдохло, – произнесла она, но все же подошла к ручью, уже предвкушая вкус холодной чистой воды Бала Геда.

Нисса остановилась. Один из кустов будто бы приподнялся, слегка ощетинив листья. Она повернулась, и в это мгновение услышала резкий звук – свист ветви, и инстинктивно пригнулась, выставив посох вперед. Последовавший удар сбил ее с ног. Посох вылетел из рук Ниссы, и она осталась неподвижно лежать на земле.

Убедившись, что дальнейших ударов не последует, Нисса осторожно приподнялась, и огляделась, заметив хмурый взгляд Ановона. Неподалеку растение медленно подтягивало к себе длинный упругий стебель лозы. Посох лежал вдали у другого растения. Нисса заметила почти сквозную трещину на его рукояти. Ановон указал куда-то вправо.

Под листьями одного из растений виднелся силуэт. Его голова лежала неподалеку, ровно отсеченная от жуткого полусгнившего тела, но Нисса все же опознала в нем мелкого летающего ящера.

– Хватающие папоротники, – прохрипела она. – Мне стоило быть повнимательнее.

Ановон кивнул. – Нечто подобное растет в Гуул Дразе. Но у нас они выстреливают тростником из-под воды, пронизывая жертву насквозь. Мы называем их Сифлибами.

Нисса осторожно подобрала посох и провела ладонью по его гладкому древку. Порез от рубящего стебля оказался выше, чем она полагала ранее, и проходил почти насквозь… точно на уровне шеи. Она провела рукой по трещине, и древесные волокна затянулись над порезом. Она перекинула посох за спину и, не проронив больше ни слова, отправилась прочь из сырого оврага и выше, в горную пустошь.

* * * * *

Они шли по тропе остаток дня, в сумерках мелкие хищные птицы начали кружить над ними, то и дело, приземляясь на пыльные камни и вращая головами, наблюдая за путниками выпученными глазами.

Вскоре, горы погрузились во мрак безлунной ночи. Холодный ветер в предгорье усилился, а камни обрели более серую, обветренную текстуру.

Валуны, у которых они сделали привал, не отдавали ни малейшего тепла. Но Нисса обнаружила в его ледяной поверхности выемку, и вся группа забилась в нее от пронизывающего ветра. Нисса понимала, что огонь здесь развести было невозможно. Но Ановон достал один из своих заколдованных зубов, выронил его на землю, и тот тут же начал светиться и излучать тепло.

– Сколько их у тебя, – спросил Сорин. – Скольких мерфолков ты оставил без зубов?

Ановон поднял взгляд на валун, у которого они сгрудились над светящимся зубом. – Это зубы не только мерфолков. – Пробормотал он, отходя на шаг, не сводя глаз со скалы. Уголки его рта приподнялись в едва заметной ухмылке, обнажив кончики клыков. – Взгляните.

Их укрытие оказалось промежутком под носом огромной головой Фадуун. Ановон стоял, разглядывая каменное лицо, под нещадным холодным ветром, трепавшим его рваную мантию и длинную косу.

– В религии мерфолков три бога, – сказал он. – Это навело меня на мысль. – Вампир взглянул на остальных, сгрудившихся у губ Фадууна. – Порождений тоже три вида. Вы заметили?

Нисса тоже обратила на это внимание. Среди них были крупные, с множеством глаз и щупальцами вместо ног, другие были с одними щупальцами и могли летать, а у третьих был сплошной костяной череп без лица.

– Возможно, это не совпадение, – продолжал Ановон. – Легенды и притчи мерфолков не настолько древние, как, скажем, у кóров. Значит, возможно, Эльдрази были здесь лишь со времен этих мерфолковских легенд? Коры никогда этого не признáют, но их боги, это те же боги, но под другими именами.

Но порождений много, – сказала Нисса. – А богов у мерфолков и кóров лишь три.

– Возможно, у порождений тоже есть свои боги.

– Они реальны? – спросила Нисса.

Ановон растеряно взглянул на нее. – Что за вопрос. – Однако больше ничего не сказал.

Ветер завывал вокруг Громадной каменной головы. Нисса взглянула во тьму, в сторону широких лугов и полей, где и сейчас не прекращалось преследование. Когда она вновь повернулась к своим компаньонам, Ановон пристально смотрел на Сорина.

– Они злые? Эти порождения? – спросила Нисса.

– Они пожиратели. – На удивление быстро проговорил Сорин. – Ни злые, ни добрые. Они просто едят.

– А зачем они стаскивают все в свои ямы?

Сорин покачал головой. – Ни малейшего понятия, – ответил он. – Но я знаю точно, что они пожирают сырую ману. Возможно, все эти ямы как-то связаны с этим.

Нисса кивнула. Казалось, ветер завыл еще громче.

Гоблины плотнее облепили Смару, хранившую молчание большую часть дня. Нисса устало наблюдала, как кор раскачивалась взад-вперед, прижав кристалл к груди. Ее губы беззвучно шевелились, и от ее гипнотических раскачиваний веки Ниссы начали тяжелеть.

* * * * *

Когда Нисса открыла глаза, свечение зачарованного зуба заметно потускнело, но она все еще могла разглядеть тени спящих компаньонов. Ветер немного утих, но теперь обмораживал при каждом дуновении, и Нисса, стуча зубами от холода, подтянула колени к груди. Только представить себе, ухмыльнулась она про себя.Погибнуть здесь, пройдя столько опасностей. Она знала, что холод в горах не был настолько суровым, чтобы ее убить, если она не будет подставляться под ветер.

Поршневые Горы были довольно длинной, но и весьма узкой горной грядой, однако, далеко не самыми высокими на Зендикаре. Согласно карте, они уже завтра достигнут вершины и перейдут на ту сторону. Но сейчас осознание этого ее не особо согревало.

Нисса встала размять ноги. Сделала пару шагов и сквозь ветер услышала звук, похожий на смесь рычания и захлебывающегося бульканья. От этого звука волоски на ее руках встали дыбом. Нисса разглядела в темноте силуэт одной тени, склонившейся над другой. Она отчетливо услышала чавканье.

Как можно тише она развернулась и вернулась к компаньонам, спящим вокруг тлеющего зачарованного зуба. Ее желудок, даром что пустой, сжался в спазме, и на мгновение ей показалось, что ее вырвет. Но не звук вызвал в ней приступ тошноты, а запах, приторный запах артериальной крови. Нисса обессиленно опустилась на колени, обернулась плащом и к собственному удивлению, погрузилась в сон.

Когда она проснулась в следующий раз, солнце уже вставало в серых небесах. Ее дыхание вылетало облаками белого пара. Зачарованный зуб погас полностью и, как Нисса и подозревала, свита Смары поредела на одного гоблина. Нисса пересчитала еще раз. Не хватало двух гоблинов. Ановон смотрел на нее, пододвинув колени к подбородку. Сорин спал сидя рядом с ним, положив голову на колени и обняв их руками.

Нисса понимала, что вампир должен был чем-то питаться. Она понимала естественный порядок вещей, но, все же, видеть кормление своими глазами… Она взглянула на спящую Смару и перевела взгляд снова на Ановона. – Кто она? – спросила Нисса.

Ановон приподнял голову. – Не знаю.

– А что это за кристалл у нее?

Он взглянул на кора. – Что-то могущественное, – сказал он. – Чувствуешь его энергию?

Нисса кивнула. Она почувствовала ее в тот же миг, когда Смара с ее гоблинами показались из-за каньонной скалы. Но на Зендикаре много предметов излучали сырую энергию – это не было чем-то необычным. Даже семена деревьев Криволесья были способны сбить с пути гоблинский путеводный камень, отчего чужакам и было так сложно ориентироваться в лесах.

Но кристалл Смары излучал совсем иную энергию. Дело было в самом кристалле, и Ниссе не нравилось то, как кор оберегала и лелеяла его. По его поверхности, словно проходила темная рябь в раннем утреннем свете.

– Я слушал ее, – сказал Ановон, переводя взгляд от кристалла к Ниссе. – Когда она думала, что ее никто неслышит.

Нисса подалась вперед, чтобы расслышать, что он собирался сказать. Глаза Ановона заметно расширились.

– Она обращается к нему на странной смеси языков.

– Каких? Тех, о которых говорил Сорин? – спросила Нисса.

– И да, и нет. Иногда это язык кóров. Иногда Эльдрази, или вампиров. – Вампир замешкался, прежде чем продолжить. – А иногда это другие языки, которых я никогда прежде не слышал на Зендикаре.