Текст книги "Зендикар: В Зубах Акума (ЛП)"

Автор книги: Роберт Винтермут

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

ГЛАВА 12

Солнечный свет пробился сквозь тучи и заиграл на белом песке. Пляж упирался в сплошную скалу. Нисса попыталась оценить ее высоту, и ее сердце сжалось. Казалось, скала простиралась до самих облаков, совершенно ровная, с редкими кристаллами, выступающими в случайных местах из ее гладкой поверхности.

Ановон подошел к скале, оценивающе смерив ее взглядом. На этом континенте проводником был он. – Существа, адаптировавшиеся к здешней жизни, столь же грубы и живучи, как сама земля, – произнес вампир. – И на порядок опаснее ее.

– Мы не сможем подняться по этой скале, – сказала Нисса. – Во-первых, у нас недостаточно веревок даже для одиночного восхождения. Во-вторых, ни один из моих деревянных кольев не пробьет кристальную поверхность.

Словно не слушая ее, Ановон вернулся на песчаный пляж, и принялся копать мокрый песок у самой линии прибоя. Вскоре, в вырытой им яме показалась прогнившее бревно, некогда служившее мачтой.

– Я увидел обломки корабля вон там, – сказал Ановон, указывая в сторону массивного кристалла в воде. – А теперь еще здесь.

Стоя в вырытой яме, вампир поднял взгляд на вершину скалы, уходящую в облака. – Интересно…

Нисса ждала, что Ановон объяснит ход своих мыслей. Он вылез из ямы, отошел чуть дальше по берегу, и принялся копать снова. На этот раз он отрыл обломок корпуса лодки.

– Это настоящее корабельное кладбище, – сказал Ановон, присев на вырытый кусок древесины.

– И какие у тебя гипотезы, Гет? – раздраженно спросил Сорин.

Ановон поднял на него задумчивый взгляд. – Если корабли регулярно разбиваются в этих местах, значит должен быть кто-то, кто на этом наживается. В Акуме ничего не пропадает зря.

Волны шумно разбивались о берег. Ветер свистел у Ниссы в ушах.

– Значит, – проговорил Сорин, – нам остается лишь ждать неминуемого нападения.

* * * * *

Они прождали остаток дня и расположились на ночлег на еще теплом песке под отвесной скалой. Ночи в Акуме не были темными, поскольку вездесущие кристаллы отражали и усиливали любой, даже самый тусклый источник света.

Поэтому, спустя несколько часов, Нисса, как средь бела дня заметила несколько силуэтов, медленно спускавшихся со скалы по веревкам. Спускались они весьма необычным способом – лицом вниз, разматывая страховочную веревку, закрепленную на груди. На их коренастых телах не было видно особого вооружения. Когда десяток фигур опустился на пляж, они разошлись по сторонам и достали короткие ножи.

Нисса подождала, пока они не подойдут почти вплотную. Заем пронзительно свистнула, и они втроем вскочили на ноги: Нисса обнажила стеблевой клинок; глаза Ановона светились на фоне звездного неба, а темный силуэт меча Сорина, казалось, поглощал окружающий сумрак.

Ночные гости замерли на месте, переводя взгляды от Ниссы к Сорину, от Ановона к Смаре и ее двум гоблинам, и, наконец, к мечу Сорина, пульсирующему темнее окружающей его ночи. Они явно взвешивали свои шансы: рассчитывая изначально застать чужаков врасплох, теперь они пытались сообразить, хватит ли их численного превосходства для победы в предстоящем сражении. Решение было принято, когда один из стервятников выронил нож в песок. Остальные последовали его примеру.

– Стойте, – произнес он, выходя вперед с поднятыми руками. – Мы не враги. Мы пришли помочь вам.

– Какое облегчение, – произнес Сорин. – А мы уж решили, что вы хотели перерезать нам глотки во сне и снять с наших трупов все ценное.

– Мы увидели ваш корабль сверху, – пытался объясниться старший из группы. Он явно был человеческой расы.

Ановон бросил в песок один из заколдованных зубов, и тот вспыхнул, освещая собравшихся. Среди стервятников было несколько гоблинов, людей, два кора… и даже эльф – лучник Таджуру, судя по колчану. Нисса вложила меч в ножны посоха и жестом указала гостям на камни вокруг светящегося зуба. – Садитесь.

Усадив всех под пристальными взглядами Ановона и Сорина, Нисса обошла по кругу и собрала ножи – все разные, явно трофейные. Один был даже выточен из кремня. Она отнесла их к воде и вышвырнула в ночные волны.

– Мы их долго собирали, – пробормотал один из стервятников человеческой расы.

– Они никуда не денутся. – Отозвалась Нисса. – Вернетесь за ними позже.

– Теперь мы ваши пленники?

– Нет, – ответил Сорин. – Вы наши проводники. По крайней мере, пока мы не доберемся до вершины этой скалы. Там мы решим, насколько вы были нам полезны. И если нет, мы позволим нашему вампиру осушить ваши вены. На мой взгляд, выглядите вы весьма аппетитно.

Человек опустил голову и больше не произнес ни слова.

* * * * *

Как только солнце показалось над восточным горизонтом, пленные стервятники, дрожа от холода, поднялись с мест, и подошли к скале.

– Сколько времени это займет? – спросил Сорин.

– Весь день, – ответил человек. При свете солнца Нисса увидела, что кожа этого низкого, коренастого мужчины была сплошь иссечена белыми выпуклыми шрамами. Неопрятная борода облепляла его подбородок так же, как обрывки самодельного доспеха покрывали его жилистое тело.

Он принялся привязывать одну из веревок, по которым они спустились ночью, к своим ремням. Нисса взяла веревку в руку, прощупывая ее странную текстуру.

– Из чего она сплетена? – спросила она.

– Из шерсти дулама, – ответил мужчина, вынимая кольцо толстой бечевки и ловко пристегивая его к своему снаряжению, а потом и к веревке. – Ее трудно перерезать даже кристаллом, – сказал он, подтянувшись вверх и вставив ноги в две петли, привязанные к ремням его снаряжения. Он потянул за ремни, затянув потуже петли на ступнях, и принялся взбираться по веревке так, словно это была лестница.

– Достаточно, – сказал Сорин. – Жди там. Нам не нужно, чтобы ты забрался наверх и предупредил о нас своих подельников.

Трое стервятников остались на пляже, пока Нисса, Сорин, Ановон, и Смара поднимались вверх. Они обвязали их и затянули петли на их ступнях. Гоблины Смары переглянулись, пожал плечами, и просто поползли по веревке кора безо всякого снаряжения и ремней.

Спустя пару часов восхождения, Нисса взглянула вниз, на пляж. Трое оставшихся стервятников стояли под скалой, рассматривая покосившийся корабль.

Вскоре она забралась слишком высоко, чтобы смотреть вниз; облака затянули все ее поле зрения, а ветер дул так сильно, что выгибал веревку, хлеща ею о кристаллы. Однако, в отличие от рукава ее камзола, распоровшегося от случайного касания о кристалл, волокна веревки действительно не перетирались.

Кристаллы были повсюду. Сорин умудрился порезать руку, и ветер оросил его кровью ползущих под ним стервятников. Один из них заметил рану, издал пронзительный свист и указал в сторону Сорина. Предводитель отряда остановился и взглянул вниз.

– Тебе надо перевязать рану, – выкрикнул он Сорину. – Некоторые животные могу почуять запах крови. – Он вернулся к восхождению, и Нисса заметила, что все стервятники ускорили темп. Она ускорилась тоже, и вскоре они выползли из облачного тумана под яркие лучи солнца. Океан внизу казался далекой размытой полосой.

Но скале не было видно предела, и Нисса все больше поражалась гениальности системы веревок. В полдень стервятники остановились на небольшом выступе – плоской части кристалла, края которого были стесаны и притуплены во избежание порезов. Они расселись на выступе, спустив ноги за край, и напились водой из фляг, высеченных из панцирей крупных жуков. Никакой еды не было – уже более трех дней, и желудок Ниссы уже даже перестал ныть, адаптируясь к обстоятельствам.

Они добрались до вершины к концу дня. Сорин высунул голову и, не обнаружив признаков подозрительного движения, вскарабкался наверх. Веревки из шерсти дулама были привязаны к крупным кристаллам, которые прежде были обмотаны кусками кожи, толщиной с палец Ниссы.

Когда все забрались на вершину скалы и расположились в странных волнистых тенях, отбрасываемых кристаллами, Сорин взглянул на Ановона. Вампир сидел с закрытыми глазами, вновь перебирая пальцами надписи на одном из своих цилиндров. Стервятники сидели напротив него, делая вид, что не замечают его.

– Итак, – произнес Сорин. – Не могу сказать, что от вас не было проку.

– Мы спустились, чтобы помочь вам, – повторил предводитель стервятников. – Мы не собирались причинять вам никакого вреда.

– Хм, – Сорин повернулся к Ановону. – Гет?

– Вампир открыл глаза.

– Гет, ты знаешь путь отсюда к Зубам Акума?

Взгляд Ановона скользнул в сторону предводителя стервятников. – Не совсем, – наконец, ответил он.

Сорин обратился к предводителю. – Ты пойдешь с нами, как проводник. И возьмешь с собой еще… – Сорин сделал паузу, повернувшись к Ановону.

Ановон молча смотрел в глаза Мироходцу.

– Возьмешь с собой помощника, – продолжил он. – Не стану скрывать, возможно, в конце он будет съеден.

– А если мы откажемся? – спросил стервятник. Он говорил очень спокойно, без страха и неуверенности. Ниссе это понравилось.

– Если вы откажетесь, мы убьем вас всех, – ответил Сорин, ткнув пальцем через плечо в сторону Ановона. – И он превратит вас в ничтожных зомби.

* * * * *

Эту ночь они провели на вершине скалы, защищенные от постоянных ветров громадным, лежащим на боку кристаллом. Наутро на двух стервятников стало меньше, а остальные собрались решать, кто из них пойдет в сопровождение.

Помимо предводителя, вызвался лишь мерфолк, на которого Нисса прежде не обратила особого внимания. Остальные наскоро попрощались и растворились в скалах. Нисса обратила внимание, какими короткими были их прощальные слова.

– На вашем месте, – сказал Сорин, обращаясь к оставшимся двум стервятникам, – я бы сказал своим подельникам встретить нас где-нибудь на пути. Может, какой-нибудь некрепкий булыжничек можно было бы толкнуть. Может, где-то есть скрытая яма или ущелье, известное только вам.Нет?

Оба стервятника стояли, уставившись на свои ветхие сандалии все из той же кожи дулама.

– Вы об этом говорили перед тем, как они разбежались? – спросил Сорин.

– Нет, – выпрямившись, ответил предводитель. Нисса решила, что он был образцовым представителем человеческой расы, несмотря на густую, неопрятную черную бороду. Отращивание бород, очевидно, весьма ценилось среди людей, поскольку, практически у всех самцов этой расы Нисса замечала ее в той или иной степени. У предводителя стервятников борода почти касалась груди. – Даю тебе слово, – произнес он. – Ни о чем подобном мы не говорили.

Смара забормотала что-то, и гоблины принялись ее успокаивать. Сорин, прищурившись, смерил взглядом предводителя стервятников.

– Ты любопытный представитель человеческой расы, – сказал он. – Я чувствую в тебе нечто большее, чем кажется на первый взгляд.

Мужчина ничего не ответил.

– Возможно, все дело в первокровности, – продолжил Сорин, присев перед коренастым стервятником, словно перед ребенком. – Ваш народ был одним из первых, кто населил этот мир. Вы и коры. А вот вампиры, – Сорин махнул рукой в сторону Ановона. – они здесь сравнительно недавно. Как и мерфолки.

Он говорил тем же тоном, каким рассказывал Ниссе о титанах, все еще погребенных в скалах. Но он так и не сказал ей, откуда он столько всего знает о древнем Зендикаре. Мог ли он быть здесь при зарождении мира, и видеть древние расы, и знать о вампирах тех времен? В таком случае, сколько же ему лет?

Не проронив ни слова, предводитель стервятников повернулся, и медленно прошел к оставленным его людьми рюкзакам с провизией, его напарник мерфолк побрел вслед за ним.

Нисса подняла собственный рюкзак, который собрал ей Каллид в Грейпелте, и проследовала за проводниками. Сорин отряхнул руки и прошел за ней, за ним, шатаясь, побрела Смара. Ановон замкнул строй, проворачивая в ладонях цилиндры, и проводя пальцами по их письменам.

* * * * *

Они преодолели серию небольших подъемов, пока не остановились на вершине последнего скалистого выступа. Перед ними простирался Акум. Внизу лежали горы эдров всех размеров, слепленные воедино, многие из них были во много раз больше тех, что когда-либо видела Нисса. Низко стелящийся туман скрывал землю, но во множестве трещин в эдрах виднелось розоватое сияние расплавленной магмы. Также повсюду были горстями разбросаны кристаллы, некоторые не уступали размерами эдрам. Порой они так плотно прилегали друг к другу, что между ними не было видно и щели. Обломки эдров парили в воздухе, над крупными скоплениями граненых камней.

– Как мы пройдем через все это? – спросила Нисса.

– Есть один путь, – сказал бородач, выискивая что-то глазами. Наконец, он увидел то, что искал, и вся группа направилась к месту массового скопления парящих обломков крупных эдров. Предводитель стервятников достал моток веревки и связал один ее конец наподобие лассо. Он указал остальным на большой обломок эдра, и все осторожно взобрались на его шаткую плоскую грань. Последним влез бородач. Он прошел к краю обломка и метнул лассо к вершине ближайшего эдра. Заарканив ее, стервятник потянул за веревку. Поначалу ничего не произошло. Затем, медленно, их парящий обломок поплыл по воздуху. Когда они миновали заарканенный эдр, бородач сдернул с него петлю, набросил на следующий, и снова потянул. Их обломок поплыл чуть быстрее. Вскоре, они уже плыли со скоростью пешего шага над погруженными в туман эдровыми полями.

– Нам лучше больше не ускоряться, – предупредил бородач. – Некоторые из этих камней торчат выше других, и, возможно, нам придется притормозить, чтобы не врезаться в них.

– Как далеко простирается это эдровое поле? – спросила Нисса. Мужчина ничего не ответил, лишь едва заметно покачав головой.

* * * * *

Так они плыли три дня. За это время исчез еще один гоблин и мерфолк, вызвавшийся сопровождать предводителя стервятников. Ановон не кривил душой. Он лишь пожал плечами, когда Нисса обнаружила левую сандалию гоблина, зацепившуюся за выступ на краю эдра.

Бородач уже разделил с ней свои скудные запасы галет. Он взглянул на Ниссу и указал вперед.

– Ландшафт меняется, там должна быть какая-нибудь дичь, – сказал он.

Нисса посмотрела в ту сторону, куда указывал мужчина. Казалось, полям эдров и кристаллов не было края. Горизонт был усеян очередными парящими обломками. Она могла бы соорудить ловушку или капкан, если бы они только нашли какое-нибудь место обитания животных.

Стоящий поблизости Ановон смерил взглядом мужчину, подтягивавшего веревку, обвязанную вокруг его груди ирук.

– Человек – корм для Эльдрази, – пробормотал он. Нисса не знала, что сказать.

– Весь их род – корм для Эльдрази, – продолжил Ановон.

– Я думала, они не едят, как мы?

– Верно, – согласился вампир. – Они питаются чистой маной. Но они заставляли мой народ собирать энергию, питаясь людьми, а затем, осушали нас.

– Зачем?

– Наша кровь конденсирует ману, – пояснил Ановон. – Наша кровь, своего рода дистиллят маны от каждой жертвы. Эльдрази содержали нас лишь для этой цели.

– А крюки? – рискнула спросить Нисса.

Но вампир лишь вяло ухмыльнулся, опустив взгляд на крюки, торчащие из его локтей.

– Это для физического труда. Они запрягали нас на целый день, кормили, а потом осушали за ночь, – сказал Ановон. – Все было устроено чудесно… для них.

– Ты сказал, было, – уточнила Нисса. – Но порождения и сейчас поступают так же. Мы тебя нашли в Криволесье в этом состоянии.

– Они копировали своих прародителей. Не знали даже, как нас запрячь. Мне буквально приходилось показывать им на себе.

– А ты откуда это знал?

Вампир взглянул на бескрайнее поле эдров. – Кровавые вожди хранят некоторые воспоминания.

– Тебя создал кровавый вождь? – спросила Нисса. Ановон явно принадлежал к династии вождей, и, конечно, не был обычным кровососом.

– Да, – ответил вампир. – Моим кровавым вождем была она из первых рабынь. Она и рассказала мне о крюках. Она рассказала мне и об Умертвителе, первом вампире, продавшем свой собственный род в рабство Эльдрази. – Ановон взглянул на эдры.

Солнце миновало зенит, и к вечеру эры стали встречаться все реже, а землю раскололи глубокие каньоны, подобно лучам, расходившиеся во все стороны и наполненные эхом таинственных звуков.

ГЛАВА 13

Каждый каньон был шириной почти в лигу, и во много лиг глубиной, со стенами из мрачных серых скал, покрытыми утесами. К тому же они были не пусты. Плато широких скалистых столбов образовывали мозаику верхнего уровня каньона. Ветви деревьев и стебли лиан окаймляли столбы со всех сторон, наполняя ущелья густой растительностью. Плато на вершине каждого такого столба было покрыто травой или камнями, а на некоторых из почвы выступали кристаллы.

В нескольких лигах виднелся самый широкий столб из всех. Он не вырастал из глубин каньона, а стоял на плоской поверхности, на вершине высокого холма. Даже на таком расстоянии, странные, геометрические узоры, покрывавшие подобный башне столб привлекли внимание всей группы. На их глазах громогласный, скрежещущий звук расколол небеса, и башня начала двигаться. Подобно необъятной головоломке, со всех сторон башни высунулись замысловатые фигуры. Когда все ее углы перестроились в совершенно иной конфигурации, высунувшиеся фигуры вернулись на свои места, и башня застыла.

Плывущий в воздухе обломок эдра, плавно остановился. Вся группа не могла оторвать глаз от громадной башни.

– Тал Териг, – произнес Сорин. – Кладбище Эльдрази. Думаю, нам стоит обойти это место стороной.

Бородач смотал веревку. – Путь в горы пролегает за Башней Тайн. Нам придется пройти рядом с ней.

Горы простирались во все стороны. Нисса неотрывно рассматривала башню – что-то в ней казалось ей противоестественным: ее углы были вывернуты так, словно на нее давил невидимый груз, и она могла рухнуть в любой момент. Вскоре, башня вновь заскрипела и перестроилась.

– Эти звуки принесли немало горя многим археомантам, – сказал Ановон. – Башня полна невообразимых сокровищ… древних орудий, слишком смертоносных даже для порождений Эльдрази, если верить легендам. Но ее коридоры полны магических ловушек всех мастей, и каждый раз, когда солнце смещает угол освещения, башня перестраивается, так, что все те проходы и обнаруженные ловушки, что ты успел запомнить, меняются до неузнаваемости. Лишь редкие единицы знают потайные пути через башню.

– Там кто-то есть, – сказала Нисса, прищурившись. У основания башни виднелось множество крошечных силуэтов.

– Порождения? – спросил Сорин, осматривая горы, отвернувшись от башни.

– Да, порождения, – ответила Нисса. – И их там очень много. Что они там делают?

– Надо думать, ищут проход, – сказал Сорин. – Они знают, что это кладбище их хозяев, и желают проникнуть в него.

Нисса заметила, как бледные глаза Ановона впились в Сорина, выдавая его недоверие.

– Они могут туда войти? – спросила эльфийка.

– Сомневаюсь, – ответил Ановон, с усилием отведя взгляд от Сорина. – Очень сомневаюсь. Вход постоянно меняется. А ворота скрыты и заперты заколдованным замком.Еще живы те, кому удалось отыскать врата и проникнуть внутрь. От них мы знаем, что видимая часть башни над землей – лишь небольшая часть ее истинного размера. Большая ее часть находится под землей.

Нисса с трудом могла это представить. – Должно быть, она в лигу глубиной! – предположила она.

– Да, – вклинился в разговор предводитель стервятников. – И горы пролегают позади нее. Я никогда не путешествовал дальше башни. Оттуда я дорогу не знаю. Думаю, я вам больше не нужен.

– Тебя никто не отпускал, – сказал Сорин.

Внезапно Нисса услышала свист и, обернувшись, мельком заметила, пикирующих к ним порождений: крупные с массой щупалец, растущих из грибовидных тел губчатой структуры. Длинные, раздвоенные руки одного из порождений метнулись к эльфийке.

У Ниссы было лишь мгновение. Она вдохнула ману и попыталась принять вид пустого места в глазах летающих чудовищ. Но, несмотря на камуфляжную ауру, порождения обнаружили и схватили ее.

Нисса летела в воздухе, обвитая мерзкими щупальцами. Ей с трудом удалось повернуть голову, чтобы полноценно дышать, и даже после этого, она все еще не могла ни видеть, ни говорить. Щупальце, закрывавшее ее лицо, пахло землей и пылью. Нисса чувствовала в нем пульсации кровеносных сосудов. Всякие попытки вырваться из щупальцевых колец приводили лишь к сдавливанию хватки, и вскоре Нисса уже едва могла сделать полноценный вдох.

Какое-то время она летела в тугих объятьях Эльдрази, как вдруг, сжимавшее ее порождение вздрогнуло, по его телу прошла дрожь конвульсий, и щупальца чудовища обмякли. Не успев вдохнуть воздух полной грудью, Нисса в свободном падении устремилась вниз.

Ощущение падения уже давно должно было стать для нее привычным, но вместо рациональных мыслей, от стремительного приближения к острым скалам Акума, в голове у Ниссы проносились лишь воспоминания о детских кошмарах.

Приземление оказалось внезапным, сопровождаемое шлепком в тошнотворную жижу из губчатой ткани и щупалец и треском костей порождения, на труп которого, очевидно, рухнула Нисса. Инерция отбросила ее в сторону, и она прокатилась по твердой земле, ослепленная мельканием яркого солнца.

Борясь с головокружением, Нисса неуверенно поднялась на ноги, стараясь сфокусировать затуманенный взгляд на ближайшем окружении. Тела еще пятерых летающих порождений были разбросаны по вершине одного из скалистых столбов каньона. Из трупов Эльдрази торчали стрелы с оперением из жестких листьев какого-то незнакомого растения. Нисса рефлекторно пригнулась, спрятавшись за тушей одного из порождений.

Она приземлилась невдалеке от башни, отсюда отчетливо были видны порождения всех форм и размеров, блуждавшие у основания Тал Терига вокруг вырытых ими ям. Некоторые чудовища стояли, склонившись над ямами, или размахивали над ними своими мерзкими щупальцами.

Нисса обернулась в надежде увидеть лучников, сбивших летающих порождений. Вместо них, она заметила в траве тела Сорина, Смары и последнего гоблина, валявшиеся рядом с подстреленными тушами летающих Эльдрази. Сорин вяло перекатился на бок, заметил Ниссу, и начал ползти в ее сторону. Совсем рядом послышался стон и, повернувшись на звук, эльфийка увидела Ановона, пытавшегося, шатаясь, встать на ноги. Нисса одернула его за рваный плащ и жестом показала, чтобы вампир вел себя тише. Вместе они подползли к груде щупалец мертвого порождения, укрывшись в их тени. Совсем скоро к ним дополз и Сорин.

Нисса напряженно прислушивалась и осматривалась по сторонам, полагая, что те, кто подстрелил летающих чудовищ, были где-то неподалеку. Однако обнаружить что-либо, кроме колышущейся на ветру травы, ей не удалось.

Гоблин Смары очнулся, встряхнул головой и попытался сориентироваться. Нисса помахала ему рукой, и он, осторожно приподняв бездыханное тело кора за подмышки, подтащил ее к остальным, за тушу крупного порождения Эльдрази.

– Где проводник? – шепотом спросил Ановон у гоблина. Тот молча пожал плечами, аккуратно прислонил голову Смары на хладеющее щупальце подстреленной туши, и принялся обмахивать ее бледное лицо. Вскоре кор подернулась и широко распахнула глаза.

– Титан пошевелился, – отчетливо произнесла она.

Ановон подозрительно взглянул на нее. Сорин поднялся на ноги.

В это мгновение Ниссе показалось, что она заметила движение у края плато. – Смотрите, вон там. – Прошептала она, указывая в направлении, где по ее мнению, что-то промелькнуло. Все повернулись, затаив дыхание, однако, ничего особенного рассмотреть не смогли.

– Не делайте резких движений, – произнес голос за их спинами. Нисса обернулась. Небольшой отряд существ, отдаленно похожих на эльфов, окружил труп Эльдрази, за которым они спрятались. В руках у них были луки, заряженные такими же стрелами, что торчали из туш подстреленных порождений.

– Бросьте оружие, – скомандовала эльфийка со странным акцентом. Нисса никак не могла определить из какого они племени – их кожа была темнее, чем у нее, сами они были коренастыми, невысокого роста. Их луки блестели на солнце, и Нисса заметила, что они были вырезаны из неизвестной ей породы дерева. В ее голове мелькали обрывки рассказов старейшин о далеких, полу-диких эльфийских племенах Мул Дайя.

– Кто вы? – спросила Нисса.

– Молчать, чужеземка, – грозно приказала эльфийка. – Брось посох.

Нисса повиновалась, выронив посох на землю. Сорин медленно вынул свой длинный меч и аккуратно положил его на траву. Ановон молча опустил глаза.

Командующая эльфийка не сводила светящихся глаз с неба, держа в руках заряженный лук. Она коротко махнула головой. – Соберите оружие и свяжите руки вампиру, – приказала она.

Один из эльфов поднял посох Ниссы. Она наблюдала за его движениями. Мускулистый, как человек, полуголый, и обвешанный веревками, как кор, эльф передвигался на полусогнутых ногах, пригибаясь к земле. Его лицо и открытые участки рук были покрыты шрамами, кончик правого уха был оторван.

Эльф подобрал и передал командующей оружие Ниссы и Сорина. Та повертела посох в руках. Ее пальцы нащупали щель, она провернула и вынула стеблевой меч из ножен.

– Поосторожней с ним, – предупредила Нисса.

В это мгновение со стороны Тал Терига послышался грохот. Командующая сунула клинок обратно в ножны и повернулась. – Уходим, – скомандовала она.

Эльфы выстроили пленных гуськом и подвели к краю плато. Командующая эльфийка разбежалась и выпрыгнула за край скалистого столба, приземлившись на плато соседнего. Один за другим, эльфы перепрыгивали через провал на соседнее плато. Далеко внизу, в промежутке между столбами виднелись кроны деревьев, а под ними зияла бездонная темнота.

Когда настал черед прыгать Ановону, эльфы принялись колоть его луками в ребра. – Беги, кровосос, – шипели они. – Беги, беги. – Ановон разбежался и без труда перемахнул через провал, но приземлившись, тут же был сбит с ног встречающими эльфами, и под их унизительные смешки, растянулся на траве.

Нисса закрыла глаза, чтобы не видеть, как вампир, со связанными запястьями, пытался подняться на ноги. Заслужил ли он подобного обращения? Думала она. В конце концов, он был вампиром – безжалостным вампиром. Ему нельзя было доверять. С другой стороны, он вел себя честно, и кто мог его винить за то, что он питался гоблинами, которых, по сути, и формами жизни то можно было назвать лишь с натяжкой. Они не были детьми леса, скорее, паразитами в лощинах, среди камней.

Более того, вспоминала Нисса, чаще всего Ановон проявлял себя, как ученый. Он не выбирал свое проклятие вампиризма.

Эльфы выстроили их, и повели к очередному прыжку на соседнее плато. Они прыгали снова и снова, пока не перебрались на противоположную сторону каньона. Под грохот трансформирующегося Тал Терига за спиной, они миновали скалистые выступы, каменными зубьями покрывавшие край каньона.

Без эльфов пройти лабиринт из скал и кристаллов было бы не реально. Остаток дня они шли вперед, но, как только солнце зашло за горизонт, командующая эльфийка подняла руку, и отряд остановился. Она осмотрелась по сторонам и ногой отпихнула в сторону камни, расчистив небольшой участок земли. Нагнувшись, она приподняла присыпанную землей плотную решетку из связанных веток, открыв дыру в каменистой почве и, без единого слова, спустилась в нее, исчезнув в темноте.

Один за другим остальные последовали за ней. Когда настал черед Ниссы, она опустила ноги яму, почувствовав под собой лестничные перекладины. Она спустилась по лестнице в кромешную темень, последние остатки дневного света, удалявшиеся над головой Ниссы, скоро затмились силуэтами эльфов, спускавшихся вслед за ней.

Они очень долго спускались в полной темноте, эльф над Ниссой то и дело наступал ей на пальцы или задевал ногой ее голову. Деревянные перекладины лестницы гулко скрипели в узкой шахте вертикального туннеля.

Вскоре внизу показалось пятнышко тусклого света. С каждой ступенью оно становилось все шире, приобретая очертания долгожданного выхода из шахты, и эльфы под Ниссой начали поочередно пропадать в нем. Приблизившись к выходному отверстию, Нисса спрыгнула с лестницы, приземлившись на песок. После долгой темноты, отражавшийся от торчащих из земли кристаллов тусклый предрассветный свет показался ей слишком ярким. Привыкнув к нему и осмотревшись, Нисса поняла, что они оказались на дне высохшего водоема.

Командующая эльфийка махнула рукой и пошла вперед, эльфы повели пленных за ней. Они шли по высохшему дну целый день.

Когда совсем стемнело, Нисса заметила, что у некоторых эльфов шрамы на руках начали светиться, очевидно, зачарованные, или смазанные каким-то флуоресцентным раствором. Рассматривая светящиеся полосы на телах полу-диких собратьев, Нисса едва не пропустила момент, когда вода в ее кулоне снова начала бурлить, предвещая приближающийся Великий Вал. Она бросилась на землю, успев выкрикнуть предупреждение, и в следующий миг земля затряслась и треснула, как перезрелый фрукт. В бушующем хаосе стихии Нисса заметила оранжевое сияние магмы, вырывавшейся из образовавшейся трещины. Она попыталась откатиться подальше, но ее швырнуло в сторону, и Нисса ударилась головой о булыжник, на мгновение утратив сознание. Придя в себя, она увидела перед собой столб шипящей магмы, гейзером вырвавшийся из-под земли. Практически мгновенно она остыла, превратившись в колонну из черного базальта. В следующий миг Нисса увидела ростки, пробившие затвердевшую поверхность колонны. Вскоре, вся она была покрыта густой, пышной зеленью.

– Расцвет жизни! – Воскликнул сквозь шум один из эльфов. – На нас снизошло благословение предков!

Земля прекратила сотрясаться, Нисса снова взглянула на странную колонну, покрытую буйной, колышущейся на ветру зеленью.

– Не уверена насчет благословения, но такого я еще не видела, – пробормотала она.

– Этот столб проживет не более суток, – тихо проговорил Ановон, вставая с земли рядом с ней. – Правда, Невозможный Сад существует уже сотню лет, но это исключение. Кажется, нас ведут в его направлении.

* * * * *

Вскоре, на темнеющем горизонте показалась башня, внешне напоминавшая Тал Териг. По мере приближения к ней, Нисса обратила внимание, что стены этого природного чуда были не столь гладкими, как у Башни Тайн. Ее несимметричная форма зеленым монументом выделялась на фоне блеклого дна высохшего водоема.

– Ора Ондар, – пробормотал Ановон. – Невозможный Сад.

Нисса слышала легенды о нем, как и все эльфы, и большинство людей. Каждый образец флоры Акума рос на базальтовой башне, выросшей посреди пустыни. Башня внешне походила на колонну, образовавшуюся после недавнего лавового Вала, с тем лишь исключением, что Ора Ондар был гораздо крупнее и выше.

Подойдя ближе, Нисса разглядела пышные каскады легендарных растений, облепившие башню со всех сторон.

Эльфы провели пленников к основанию башни, где под сенью буйной зелени в черной породе скалы были высечены ступени, ведущие по спирали вверх. Командующая первой взошла на лестницу. Нисса с тревогой заметила, что остальные эльфы зарядили луки стрелами и указали пленным идти вперед. Поднимаясь по каменным ступеням, они проходили мимо арочных проходов, ведущих в комнаты, поросшие различными растениями. Флора каждого уровня была уникальной. На одном росли только растения, пахнущие водой, с огромными цветами в рост взрослого эльфа. Другой был сплошь облеплен высокими папоротниками. На третьем у цветов были зубастые пасти, и они то и дело набрасывались на охранявших их эльфов стражников, защищенных большими щитами из кожи, натянутой на стеблевые каркасы.