Текст книги "Подаренная лесом (СИ)"
Автор книги: Рина Ских
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)
7. Разговор о феях
Дэниел
Пока Аврора восхищалась бабочкой, разводя мед с водой, я постарался взять себя в руки. Ну, увидел алое пятнышко на поверхности ножа – мало ли что это могло быть? Из того же мяса могло натечь, к примеру, рядом же лежит. А Аврора, вероятно, на самом деле не порезалась.
Немного успокоившись, уже спокойнее продолжил готовить, бросив лук на раскаленную сковороду, где он тут же громко зашкворчал. Краем глаза следил, как Аврора, затаив дыхание, осторожно посадила бабочку рядом с блюдцем, и та тут же присосалась хоботком к сладкой воде.
Усмехнувшись, покачал головой. Бабочка – еще ладно, а вот яблоко с червем следует выбросить как можно скорее птицам за окно, не хватало еще одного «питомца».
– А что ты говорил, что я должна решить? Прости, тогда не расслышала, – осведомилась Аврора звонким голосом.
Я невольно вздрогнул. Мне почти удалось не думать о случившемся в спальне, переключив мысли на другое, но…
– Кхм… Должна решить, как скоро покинешь мой дом. Со мной ты не можешь оставаться постоянно… – прокашлявшись, выдавил я, склонившись над разделочной доской, усиленно делая вид, что озабочен исключительно нарезкой мяса.
– Почему? Ты меня выгоняешь? – помимо удивления в ее голосе прозвучала обида.
– Нет, что ты, разумеется, нет! Буду счастлив, если ты решишь погостить подольше, но… Я… – «Опасен для тебя, слишком велик соблазн никому не отдавать и не отпускать». Это правда, только, разумеется, ничего этого не скажу. – Твоя семья наверняка беспокоится о тебе, ищет.
– У меня нет семьи, – отозвалась она спокойно.
От неожиданности я поднял голову и устремил удивленный взгляд на Аврору. Девушка сидела на колченогом высоком табурете, беззаботно болтая ногами, водя пальцем по столешнице рядом с бабочкой.
– Ты ведь не можешь знать наверняка, твоя память…
– Знаю. У меня нет родных. Это единственная преграда? Теперь я могу остаться у тебя навсегда? – Аврора вскинула на меня взгляд нереально зеленых глаз.
Глядя в них, практически невозможно отказать… И я понял – какого черта сопротивляюсь?! Если судьба подкинула шанс, зачем искать причины отказаться от него?
– Да… – выдохнул я, все еще не веря, что это происходит со мной на самом деле.
В следующий миг Аврора с восторженным вскриком бросилась ко мне, чтобы тут же повиснуть на шее. К счастью, я уже был готов к чему-то подобному и перехватил ее, чудом не сбив с плиты сковороду с кипящей подливой.
– Теперь ты окончательно признаешь меня своей избранницей? – воскликнула она, лучась счастьем. И что можно ответить на это? Тем более что мне и самому хотелось бы хоть немного продлить эти сладкие мгновенья.
– Избранницей, единственной, женой… Готов признавать кем угодно, пока ты хочешь оставаться со мной, – признался честно и уже сам нашарил ее мягкие губы.
На секунду замер, давая ей возможность оттолкнуть меня, если вдруг… Но додумать мысль не успел – мне тут же с жаром ответили на поцелуй. В этот раз все было как-то иначе, нежнее, трепетнее. Хотелось, чтобы мгновение длилось вечно… Но запах подгорающей подливы отрезвил, заставив разомкнуть объятья и броситься обратно к плите.
К счастью, мне удалось спасти ужин до того, как он превратился в угольки, и вскоре мы с Авророй уже рассыпали рис с мясом и овощами по тарелкам.
За сегодня много чего произошло, и пока занимались готовкой, за окном опустились густые сумерки. Не желая тратить заряд маголамп, я зажег свечи, украсив ими обеденный стол. Аврора несказанно обрадовалась и едва не опалила себе брови, приблизив лицо совсем близко к огню.
– Осторожно! Ты же можешь обжечься.
– Ой! Знаю, что опасно, но каждый раз забываю, увидев завораживающие танцы пламени, – бесхитростно улыбнулась она, больше не предпринимая попыток коснуться огонька свечи рукой.
Покачав головой, сел за стол напротив нее и приступил к еде. При мягком неровном свете свечей Аврора казалась совсем нереальной, плодом воображения, словно только сошла со страниц какой-то детской сказки. Хмыкнул в ответ на эти мысли.
– Что? – Аврора удивленно приподняла бровь и нанизала на вилку очередной кусочек мяса.
С улыбкой умиления проследил, как она тщательно пережевала его, закатывая глаза от удовольствия.
– Ничего. Просто подумалось, что ты могла бы быть сказочным персонажем. Например, лесной феей, – не стал скрывать свои размышления, любуясь девушкой.
– Феей? Не слышала о таких, – фыркнула она, отбрасывая за спину волосы, падавшие в тарелку.
– Не слышала, а вдруг они существуют? – и подмигнул ей с заговорщицким видом, делая глоток воды из стакана. Ужин получился очень вкусным, и я быстро насытился. Сейчас же просто наслаждался приятной компанией.
Аврора честно задумалась, даже на несколько мгновений перестала жевать. Этот момент бабочка выбрала для того, чтобы сесть на ее волосы, став своеобразным украшением, довершая образ рыжей красавицы.
– И какие же они?
– Феи? Ммм… Прекрасные девушки, живут в лесах, носят одежду, сотканную из лепестков цветов или осенних листьев, целыми днями играют друг с другом, а от людей прячутся. Питаются цветочным нектаром. И у них за спиной прозрачные крылышки, – перечислил все, что помнил из детских сказок.
– Лепестки вянут быстро, листья сохнут – неудобная одежда, лучше без нее. Постоянно играть быстро наскучит. На цветочном нектаре долго не протянешь… И крылышек у меня нет, – на последней фразе даже обернулась, словно желала удостовериться в этом наверняка.
– Значит, не фея, – констатировал я, легко согласившись.
Потянувшись, стер пальцем с подбородка девушки каплю соуса. Аврора перехватила мою руку и слизнула эту капельку, отчего я невольно ахнул, чувствуя, как вновь просыпается желание, а мысли путаются.
– Значит, не фея… – повторила Аврора эхом, словно только что ничего не произошло. – Это плохо?
– Это замечательно! Что бы я делал с ожившей сказкой? – заметил внезапно охрипшим голосом.
– Не знаю… А что бы ты хотел делать со мной?
От, казалось бы, невинной фразы меня вмиг бросило в жар, и сладко заныло в паху, подсказывая ответ на вопрос моей гостьи.
– Уложить в кровать и удостовериться, что это не сон… – признался, не отрывая жадного взгляда от нее.
Аврора грациозно потянулась и, встав из-за стола, мягким крадущимся шагом подошла вплотную. Всматриваясь прямо в глаза, села мне на колени и, обвив руками шею, шепнула в губы:
– И что же тебя останавливает?
– Ничего…
И задул свечу, подхватывая свою драгоценную ношу поудобнее…
8. Шрам
Аврора
Сейчас, когда наша связь несколько укрепилась, и мне было доступно многое из воспоминаний Дэниела, я уже не чувствовала себя такой потерянной в этом чужом для меня мире. Что-то находило отклик в душе, пробуждая отголоски из моего далекого прошлого. Только, к сожаленью, даже с новыми (или хорошо забытыми старыми?) знаниями многое оставалось непонятным.
Но какое это имеет значение, когда мой избранник совсем рядом? Я видела восхищение в его глазах, слышала учащенное дыхание, чувствовала его желание… Он манил меня больше, чем теплый яркий огонек, от которого свеча плачет воском. И я точно знала – Дэни меня не обожжет.
По-прежнему неясно, почему он не говорит о своих желаниях, но мне несложно спросить. И совсем не трудно подойти к нему, коснуться, обвить шею руками и одарить нежным поцелуем. Я вся твоя, Дэниел, и вряд ли это изменится, что бы ты там себе ни придумал.
Осторожные нежные прикосновения, сменявшиеся ласковыми поцелуями, словно он исследовал мое тело, знакомился с ним заново. Горячее дыхание, опалявшее кожу и отзывавшееся сладким спазмом внизу живота. Солоноватый пьянящий привкус на губах и потемневшие от глубинного желания глаза. Чувство, что больше не выдержу это мучительное удовольствие, сменившееся восхитительным ощущением наполненности. И каждый толчок двух тел, слившихся воедино, приближал к чему-то удивительному, волшебному, и хотелось кричать от восторга, разбиваясь на сотни осколков, растворяясь в эмоциях…
Значительно позже, лежа на смятых влажных простынях в объятьях своего избранника, я рассеянно водила ногтями по его руке от запястья до изгиба локтя, заставляя едва ли не мурлыкать. В голове все еще роилась сотня вопросов об окружающем мире и о прошлом Дэниела, которое видела так ярко, словно все прожила сама. Но я еще успею их задать. Или подожду, когда он расскажет сам. Кажется, так принято у людей? Так странно… Но я согласна подчиняться этим правилам, если это сделает моего избранника счастливым. Потом.
Сейчас просто хотелось наслаждаться уютными минутами покоя. Слушать дыхание Дэниела, чувствовать биение сердца под моей щекой, вдыхать терпкий запах страсти, ощущать вкус его тела, когда, поддавшись настроению, я прочертила влажную дорожку языком до пупка и ниже. Кстати об этом.
– Рори, что ты… – выдохнул мужчина, но прервался, с шумом втянув воздух, и тихонько застонал, как только мои губы накрыли интересующую часть тела…
– Ты невозможная, – заявил он некоторое время спустя.
– Ммм?
Сквозь неплотно задернутые шторы неярко светила луна, окутывая нас мягким светом. Казалось, его можно пощупать, завернуться в него, как в вуаль. Сейчас бы отправиться в лес, на поляну, слушать звуки природы и танцевать под них, выплетая свой рисунок, ощущая, как душу пронизывают нити силы, наполняют ее…
Вздохнув, завозилась, ложась так, чтобы видеть лицо моего избранника. Просто лежать рядом с ним – многого стоит. Что касается танцев на лунных дорожках, возможно, когда-нибудь это будет парный танец.
– Ни одна аристократка не сделала бы такого, – хмыкнул вдруг Дэн, с нежностью погладив меня по щеке.
На миг я зажмурилась, прильнув к его теплой чуть шершавой ладони.
– Почему?
– Не принято в высшем обществе…
– Глупости. Почему оно тогда высшее, если существуют ограничения? И зачем? Почему нельзя делать то, чего хочется, для чего эти правила? Тебе приятно. Мне приятно. Зачем выдумывать лишние сложности?
Дэниел негромко расхохотался, откинувшись на подушку, заставив меня недоуменно уставиться на него. Я ведь на самом деле хотела понять, как все устроено в этом мире.
– Говорю же – невозможная… Все аристократы живут по правилам. И ты когда-то жила по ним, уверен. Хотя не удивлюсь, если эти вопросы и тогда возникали в твоей голове, – фыркнул он и легко поцеловал меня в нос.
– Может, я не аристократка? – предположила, передернувшись от мысли, что кто-то действительно живет так, соблюдая все немыслимые и бесполезные правила.
Из воспоминаний Дэниела я примерно знала, что собой представляет аристократия. Как знала и то, что сама бы в таких рамках не смогла долго продержаться.
– А кто, если не аристократка? Ты явно не простолюдинка, – усмехнулся Дэн, но говорил при этом серьезно.
– Это имеет значение? Я – твоя Рори. Разве этого недостаточно? – и тут же подтвердила свои слова долгим чувственным поцелуем.
– Знаешь, может, ты и права. Я бы тоже не отказался попробовать тебя на вкус, – Дэн предвкушающе улыбнулся, и в следующий миг его губы захватили в плен мой сосок, а рука скользнула ниже, накрывая средоточие желания между ног, заставив меня восторженно ахнуть, выгнувшись на кровати. А вскоре туда переместились и его поцелуи, вынуждая меня громко стонать от удовольствия и выкрикивать имя избранника…
Дэниел
Несмотря на бурно проведенную ночь, наполненную страстью, проснулся я довольно рано от солнечного луча, бьющего прямо в глаза. Сонно поморщившись, попытался прикрыться рукой, но быстро осознал тщетность этой попытки и сел на кровати, сладко потянувшись. За окном раздавалась птичья трель, а где-то чуть дальше долбил дятел. Невольно усмехнулся, вспомнив, как Аврора сравнила мое сокращенное имя с этим стуком.
События вчерашнего дня и ночи напоминали на диво реалистичный, но все же сон. Но, обернувшись, не сдержал умиленной улыбки, обнаружив рыжий локон на подушке и торчащую из-под одеяла розовую пятку, которую так и тянуло пощекотать. Похоже, солнечный свет мешал спать не только мне. Но кое-кто додумался накрыться одеялом с головой.
Протянув руку, осторожно погладил шелковистую прядку. И за что мне такое чудо? Разве я заслужил?
Невольно бросил взгляд в угол комнаты, где прямо на полу валялась скомканная простыня со следами моего преступления по отношению к Авроре. Ночью просто сдернул ее, поспешно застелив кровать чистой.
Настроение поползло вниз – я по-прежнему не знал, что делать. И все же муки совести терзали уже гораздо меньше. То ли беззаботность Авроры передалась и мне, то ли за этот день девушка успела пробраться в самую душу, прочно заняв там свое место. И, несмотря на тайну, окутывавшую мою лесную красавицу, я бы многое отдал, чтобы она не покидала мою жизнь.
Еще раз на удачу погладив рыжую прядку волос, не удержался и, склонившись, чуть приподнял край одеяла и поцеловал макушку, приятно пахнущую все теми же осенними листьями, яблоками и, почему-то, горьковатой полынью.
Только собрался вставать, как мой взгляд зацепился за какой-то голубоватый ошметок, запутавшийся в волосах Авроры. Присмотревшись, с ужасом понял, что это та самая бабочка. Помню, вчера она села девушке на голову, а потом… потом… Черт! Потом мы увлеклись поцелуями на кухне, плавно переместившись в спальню. И никто из нас не вспомнил об этом дурацком насекомом. Похоже, в порыве страсти мы попросту раздавили его.
Черт-черт-черт! Аврора наверняка расстроится! Как смог аккуратно выпутал останки раздавленной бабочки, лелея глупую надежду, что она все еще жива. Но я сам едва не оторвал крыло, пока освобождал ее из плена волос. Мда… И что теперь делать?
Потянувшись к окну, осторожно приоткрыл его и выкинул бабочку подальше, чтобы не упала на подоконник. А там уже птицы разберутся с ней. Осталось придумать, что соврать о ее судьбе.
Закрывая окно, неосторожно хлопнул им и замер, с опаской покосившись на девушку.
Но Аврора лишь сонно завозилась, что-то неразборчиво пробормотав, и не проснулась. Я выдохнул с облегчением и, двигаясь на цыпочках, чтобы не разбудить девушку не вовремя скрипнувшей половицей, подхватил испачканную простыню и скрылся в ванной.
Привычно встал под бодрящие холодные струи воды в душе, стараясь не цокать громко зубами. Надо будет купить согревающий артефакт: я-то ладно, а вот Авроре точно не стоит купаться в холодной воде. На днях все равно отправлюсь в город, заодно прикуплю, денег должно хватить. Да и для Авроры неплохо бы подобрать одежду, не все же ей в моей ходить. К тому же наверняка ей нужны какие-то чисто женские штучки, вроде шпилек или того же гребня для волос…
Размышляя, что еще можно для нее приобрести, даже притерпелся к холоду, щедро намыливая тело мылом из горшочка. Постепенно мысли перескочили на насущные дела.
Сегодня нужно постирать кое-какие вещи и постельное, благо старенький чуть барахливший артефакт исправно справлялся со своей задачей, позволяя не возиться со стиркой. А вот потом буду занят почти до самого вечера – сегодня приемный день, сам же обещал деревенским осмотреть заболевших и подобрать необходимые снадобья и мази. Надеюсь, Аврора не испугается нашествия посторонних людей в нашем доме.
Усилив напор воды, направил тугую струю на себя, смывая мыльную пену. Провел ладонью под ребром, привычно нащупывая выпуклый немаленький шрам, но не нашел его. Что за чертовщина? Отфыркиваясь от воды, еще раз провел рукой и опустил голову, пытаясь рассмотреть уже ставшее привычным напоминание о прошлых ошибках. Но факт оставался фактом: шрама больше не было, лишь чистая гладкая кожа, словно никто и никогда не пытался проткнуть меня мечом.
Еще позавчера я рассматривал его, уже почти не испытывая ненависти к тому, кто его нанес. Разве что совсем чуть-чуть. И что же изменилось в моей жизни за эти два дня? Ответ был настолько очевиден, что даже не было нужды произносить его вслух. Вот только ситуация от этого яснее не стала…
9. Забота
Аврора
Проснувшись, с удовольствием потянулась, чувствуя приятную ломоту в теле после наших любовных игрищ. В том, чтобы быть человеком, определенно есть свои преимущества. Перекатилась на кровати и нахмурилась: вторая половина ложа пустовала, хотя смятая и чуть задравшаяся простыня все еще хранила запах Дэниела.
Прислушавшись к внутренней связи с избранником, безошибочно определила, что он в кухне, и довольно улыбнулась. Душу затопило теплом и счастьем. Он здесь, не покинул, как другие.
Невольно поймала за хвост другую мысль: а позволю ли я ему оставить меня? Нельзя нарушать природный баланс, не стоит препятствовать тому, чему суждено случиться, но… Возможно, в этот раз это мой шанс? По крайней мере, пока он не знает всей правды обо мне.
Дэниел – первый, кто видит во мне простую девушку, попавшую в беду, и пытается уберечь от всего. Первый, кто дал мне имя, не пытаясь использовать общепринятые названия. Первый, рядом с кем я хочу настолько оставаться живой и не вспоминать свое прошлое, держать его за гранью, довольствуясь лишь легкими вялыми отголосками. Впрочем, они лишь дополняют то, что дает мне Дэниел, и больше всего на свете мне хочется, чтобы все так и оставалось…
Пылинка попала мне в нос и заставила оглушительно чихнуть, я испуганно вздрогнула от неожиданного звука и в следующую секунду звонко рассмеялась, окончательно выбрасывая неприятные мысли из головы. Здесь и сейчас я счастлива и буду продолжать наслаждаться каждым мигом этой жизни!
Легко вскочила с кровати и закружилась по комнате, позволив на несколько секунд проявиться моей силе, окутавшей меня золотистой вуалью. Сквозь неплотно задернутые шторы пробивались лучи ласкового осеннего солнца, заставляя мириады магических пылинок сверкать на моей коже. В зеркале на стене поймала свое отображение и замерла на несколько мгновений, с восторгом рассматривая изумрудные сполохи в глазах. Не знала, что со стороны это выглядит так.
До боли хотелось показаться сейчас Дэниелу, поделиться радостью, но, пожалуй, еще не время. Грустно вздохнув, чуть притушила сияние своей силы и с нежностью погладила деревянную стену дома, ощущая едва заметную пульсацию, как отклик на мое прикосновение.
Близились холода, но дерево обещало держать тепло, чтобы мы с Дэниелом не замерзли здесь. Я же в благодарность была готова и дальше питать дом своей энергией, позволяя ему вспоминать давние времена, когда он был еще живой частью леса и чувствовал дуновение ветра, ловил пышной кроной воздушные потоки, служил пристанищем для мелких зверьков и птиц, а по его стволу ползали тысячи различных жучков и прочих насекомых.
Вновь улыбнулась, увидев позеленевший участок под своей ладонью. Шутливо погрозила пальцем, в ответ получив едва слышный сокрушенный скрип-вздох.
– Ладно, но чтобы было не сильно заметно, – сдалась я, сжалившись, и поспешила в комнатку с водопадом.
Вдоволь наплескавшись и даже не забыв вытереться полотенцем, уже собралась выскочить из комнаты к Дэниелу, но вспомнила, что он постоянно просит меня одеться. Вздохнув, облачилась в выданные мне вчера штаны и рубашку. В этот раз с удивлением поняла, что мне действительно удобно и как-то уютно, что ли. А едва слышный запах тела моего избранника окончательно примирил с необходимостью напяливать на себя тряпки.
Кажется, я и раньше ходила в одежде, только это были легкие газовые летящие ткани, абсолютно не сковывавшие движения. Тепла они не давали, но меня тогда убеждали, что я должна ходить только в таком или же и вовсе без одежды… По крайней мере, могла сказать точно: ни один мужчина еще не предлагал мне одеться в его вещи. Больше не пытаясь заглянуть в свою память, перебросила спутанную копну волос за спину и побежала к Дэниелу.
Как и ожидалось, обнаружила его на кухне и тут же со счастливым писком повисла у него на шее, припав к губам нежным поцелуем.
– Я соскучилась, – выдохнула, не размыкая объятий, наслаждаясь искорками счастья, отражавшимися в его зрачках.
– Мы провели ночь вместе, когда ты успела соскучиться? – удивился он, бережно прижимая меня к себе и машинально погладив по волосам.
– Всегда, – и снова легко коснулась своими губами его.
Дэниел
Этим утром я снова много думал, кто же такая Аврора и каким образом оказалась в моей жизни? Слишком много странностей на одну девушку, пусть и удивительно красивую. Но когда она ярким вихрем показалась на кухне, сходу налетев на меня с поцелуями, все подозрения тут же вымело наружу под натиском новых впечатлений.
Что бы она ни скрывала в прошлом – если действительно есть, что скрывать – это пустое. Я согласен и на простое «здесь и сейчас». И уже боюсь представить, что со мной будет, когда она уйдет из моей жизни. Счастье никогда не длится вечно, мне ли не знать?
Позавтракав с Авророй, обратил внимание, что ее волосы совсем уже спутались и мешают ей. Запоздало вспомнил, что даже не предложил ей щетку для волос, а ведь у меня была. Но когда сказал девушке о ней, она недоуменно нахмурилась, не совсем понимая, что и зачем предлагаю.
Не тратя времени на объяснения, предпочел наглядно показать применение.
– Вот, смотри, начинаешь снизу и аккуратно ведешь, чтобы не повредить волосы, видишь? – я несколько раз провел щеткой по одной из рыжих прядок, бережно зажав ее в руке, чтобы ненароком не причинить боль.
Аврора как завороженная наблюдала за моими действиями, словно перед ее глазами открывалось настоящее таинство. Кажется, даже не дышала, широко распахнув свои невероятно зеленые глаза.
– Хочешь, я сам тебя расчешу? – предложил неожиданно для себя, погладив шелковистую прядку, тут же распавшуюся на отдельные волоски, потянувшиеся к моей руке.
– Хочу! – просияла девушка и даже захлопала в ладоши, лучезарно улыбнувшись.
Покачав головой, усадил ее на высокий деревянный табурет, указав сидеть ровно и прямо. Она с готовностью уселась, болтая босыми ногами. Но пока водил щеткой по ее волосам, Аврора так и норовила то обернуться ко мне, то потереться щекой о мою руку, то просто порывалась вскочить и подбежать к чему-то, заинтересовавшему ее. Никогда еще не встречал настолько непоседливого чуда.
– Скоро ко мне придут жители ближайшей деревни, – вспомнил я о еще одном важном деле.
– Зачем?
– Я знахарь, готовлю различные снадобья из трав. Люди часто обращаются ко мне за помощью, – ответил, тщательно подбирая слова, заканчивая приводить в порядок рыжую шевелюру.
– Ты целитель, – утвердительно заявила она, все же извернувшись так, чтобы видеть мое лицо из-под каскада упавших волос.
– Нет, целители – те, кто лечат магией. Я знахарь или лекарь – лечу подручными средствами, – горько усмехнулся, пытаясь вспомнить, как плетутся косички, и изобразить нечто подобное. – Не вертись.
– А почему ты не лечишь магией?
По незнанию Аврора проехалась по самому больному, заставив меня на миг вздрогнуть. Но я тут же взял себя в руки, обрывком какой-то веревки завязывая получившуюся растрепанную косичку.
– У меня нет магии.
– Но это же неправда! – возразила она, решительно вздернув подбородок.
Аврора видит ауры или чувствует магические эманации? Впрочем, почему бы и нет? У аристократов каждый второй владеет магическим даром, но разберемся с этим позже.
– У меня когда-то давно была магия, но больше нет. Давай не будем говорить об этом, хорошо? – я натянуто улыбнулся, готовый к возмущению или обиде Авроры.
Но девушка лишь тяжело вздохнула и сочувственно погладила меня по щеке, развернувшись на своем табурете.
– Больно помнить? Я понимаю… – прошептала она искренне.
Выпустив косичку, порывисто обнял ее, носом снова зарываясь в сладко пахнущую макушку и чувствуя, как боль, на миг сжавшая когтями сердце, тут же растворяется, а вместо нее приходит успокоение и разливается тепло на душе.
– Вот и все. Я попытался заплести косичку, но получилось, если честно… – неловко разорвав объятья, поспешил перевести разговор на другую тему.
Аврора уцепила кончик своих волос, с недоумением поизучала несколько секунд обрывок веревки, скреплявший плетение, и тут же просияла, вновь одним прыжком повиснув у меня не шее.
– Здорово как! – пискнула восторженно, лучась радостью.
– Эм… Рад, что тебе понравилось. Так вот, вскоре сюда придут люди. Если не хочешь ни с кем видеться, можешь в спальне посидеть, но тебе, наверное, будет скучно.
– Я бы хотела в лес сходить…
– Извини, но одну я тебя туда не пущу, – заявил непреклонно строгим тоном.
– Почему? – от удивления Аврора даже рот приоткрыла.
– Там много опасностей.
– В лесу-у? – протянула она и тут же звонко рассмеялась, словно услышала нечто очень смешное.
– Аврора, я серьезно. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Лучше вечером пойдем вместе, если так уж хочется, хорошо? Мне как раз нужно собрать кое-какие травы и коренья на закате, – я постарался смягчить свой отказ новым предложением.
С минуту Аврора молчала, о чем-то размышляя, покачиваясь на пятках, но потом все же согласилась, искренне улыбнувшись. А я облегченно выдохнул – меньше всего хотелось ее обидеть.
– Я хочу быть полезной. Могу тебе чем-то помочь в лечении или осмотре заболевших людей? – заявила она, заставив меня закашляться от неожиданности.
Пусть девушка сама себя и не воспринимала аристократкой, все равно было удивительным слышать такое от нее. А деревенские и вовсе, небось, перепугаются до ужаса.
– Посмотрим. В любом случае буду рад твоей компании, – не стал скрывать я.
– Здорово! А где наш червячок? Ты его пересадил в какое-то другое место? – спросила вдруг она, заставив меня напрячься.
– Эм… Вынес на крыльцо. Пусть погреется на солнышке, подышит свежим воздухом, – выдавил, вспомнив, как первым делом утром выбросил остатки червивого яблока за окно на радость птицам и букашкам.
– Но там же его склюют птички! – ахнула Аврора, прикрыв ладошкой рот.
– Что, правда? Ой-ёй, я как-то не подумал… – я попытался удивиться как можно искреннее, но все же удостоился недоверчивого взгляда.
Но спустя миг девушка уже расслабилась, покачав головой.
– Ничего страшного, бывает и такое. Зато кто-то из птиц вкусно позавтракал, что тоже неплохо… Не расстраивайся, – и она утешающе похлопала меня по руке, участливо заглядывая в глаза.
– Уф… Хорошо, не буду… – выдавил, неловко отведя взгляд.
– А бабочку с утра не видел? Пора уже кормить, а в спальне ее нет, – обронила Аврора, снова подняв на меня выжидающий пронизывающий взгляд.
И вот тут мне в самом деле стало не по себе. По позвоночнику стекла холодная капля пота. Интересно, девушка поверит, если я скажу, что бабочка тоже пошла на солнышко греться?
