Текст книги "Сводный дядя, или Р̶а̶з̶м̶е̶р̶ Возраст имеет значение (СИ)"

Автор книги: Рика Лав

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 5 страниц)

Глава 7
Лилит. Неожиданное предложение

Его дом был огромным, холодным и чертовски стильным. Вся эта громадина из стекла, металла и темного дерева орала о деньгах и власти.

Совсем не то, что наша уютная, пусть и четырехкомнатная, квартира с отцом.

Я чувствовала себя Золушкой, которую не на бал привезли, а на пытки.

– Иди в душ. От тебя пахнет алкоголем, хотя я надеюсь, что все это ты вытворяла на трезвую голову, – его голос прозвучал позади.

Михэль подтолкнул меня в сторону коридора, а сам ушел вглубь дома, чтобы через мгновение вернуться со сложенным в руках темно-синим халатом из мягкой ткани.

– Держи. Смой с себя все. И особенно эти блестки. Ты похожа на девушку по вызову.

Мужчина проводил меня до двери ванной, сунул халат и полотенце в руки. Его пальцы скользнули по моему запястью, задержались на секунду. Дверь закрылась с тихим щелчком.

Под струями воды я пыталась смыть с себя этот кошмарный вечер. Но тело предательски помнило все.

Когда я вышла, кутаясь в огромный халат, то нашла Михэля уже на кухне.

Он успел переодеться и стоял у массивной столешницы, разливая по чашкам черный чай. Мускулы его спины красиво играли под темной футболкой.

– Присаживайся, – бросил он через плечо, даже не глядя на меня. – Начнем разбор полетов.

Я села на барный стул, нарочно откинувшись так, чтобы халат распахнулся и обнажил ногу. Пусть смотрит. Пусть помнит, с кем и как провел эту ночь.

Я не дам ему забыть!

– Итак, простая математика, – он отхлебнул напиток, облоктившись о стойку рядом. – Ремонт моей машины. Чек за разбитую «Бэху» того козла. И моральный ущерб мне, за испорченный вечер. Цифра получается астрономической. Ты в курсе?

– Да, – я натянуто улыбнулась. Несмотря на все мое показательное спокойствие, внутри меня все дрожало от страха и злости на себя. – Я уже распланировала, как буду мыть полы на вокзале лет триста.

Он поставил чашку с громким стуком, отчего я вздрогнула.

– Не умничай, Лилит. Где ты возьмешь такие деньги, а? Опять пойдешь трясти задницей перед пьяными толстосумами? Или уже решила, что будешь сосать у них на приватах за дополнительные бонусы?

От его грубости внутри всё сжалось, но не только от обиды. От злости.

У меня был всего один парень, да и тот ни рыба, ни мясо.

Какого черта Михэль делает из меня шлюху?

Как он смеет так со мной разговаривать? Потому что я не дала ему кончить?

Пфф.

А еще меня бесило какое-то долбанное возбуждение рядом с ним. Стоило всего лишь станцевать ему и попытаться сделать минет ради отвлечения, как у меня начало сносить крышу.

– Может, мне просто найти папочку? – я сморгнула злые слезы и наклонилась вперед, давая Михэлю заглянуть в ворот халата. – Я, кажется, знаю одного кандидата. Немного старенького, но еще ничего, таблеточки помогут, – презрительно усмехнулась, намекая на него.

Он резко встал и в два шага оказался передо мной.

Опа, игры кончились, Лилит.

Медленно выдохнула, когда его руки уперлись в столешницу по бокам, запирая меня в клетку.

Его тело излучало жар.

– Ты играешь с огнем, дура, – прошипел мой почти-дядя, и его дыхание опалило мою кожу. – И да, я не тот, кто тебя обогреет. Я тот, кто надает тебе люлей за то, что лгала отцу, а потом отшлепает за разбитую машину. Так что лучше заткнись и веди себя как взрослая.

– Обещания, одни обещания, – я выдержала взгляд мужчины, хотя сердце колотилось как сумасшедшее.

Мне хотелось отомстить ему, хотелось проверить, как далеко он зайдет.

Внезапно его рука схватила меня за подбородок, заставив посмотреть четко на него.

– Вот тебе вариант, и он единственный. Ты становишься моей личной помощницей. Мой прошлый помощник в Шанхае оказался… некомпетентен. Отработаешь долг. Каждую копейку. И только при таком условии я не пророню ни слова твоему отцу. Ни о клубе, ни о том, что ты бросила учебу, ни о том, как ты чуть не угробила себя и две машины.

Я замерла. Это было… неожиданно.

– Будешь молчать?

– Как могила, – Михэль кивнул, его пальцы все еще сжимали мой подбородок. – При условии, что ты будешь идеальной девочкой.

– В твоем офисе, значит? – я притворно надула губки. – Буду носить тебе кофе и гладить рубашки? Скучно.

– Будешь делать то, что я скажу. Когда я скажу. И как я скажу, – его голос, низкий и густой, как патока, обволакивал меня, но в нем чувствовалась стальная властность. Большой палец мужчины грубо провел по моей нижней губе, заставив ее приоткрыться. – Без возражений и без твоих дурацких выходок. Никаких взглядов, никаких намеков. Чисто профессиональные отношения. Поняла?

Ложь. Все это ложь.

Какой же ты лжец, «дядя»!

Его слова пытались выстроить стену между нами, но все его тело, каждый мускул, излучали голод.

Его бедра, в домашних серых брюках, почти упирались в мои колени, и я чувствовала исходящее от них тепло.

Его палец на моей губе, его взгляд, темный и пожирающий – все это было одним сплошным, вопиющим «хочу тебя».

– Поняла, босс, – выдохнула, мой голос прозвучал хрипло, предательски выдавая мое состояние.

Михэль резко отпустил мою губу, но взамен его руки почти сразу схватили меня за талию.

Он сорвал меня со стула и в следующее мгновение моя спина уже была прижата к холодной полированной столешнице кухонного островка.

Я ахнула, цепляясь за его плечи, потеряв опору.

– Да ты вся дрожишь, – шепот и его губы обжигающе горячими прикосновениями скользнули по шее к мочке уха, и он прикусил ее, заставив меня вздрогнуть и невольно выгнуться навстречу. – Интересно, почему?

Его руки залезли под халат, впились в мои голые бедра, прижимая меня к себе так, что я чувствовала всю длину его твердого, массивного члена, упирающегося мне в бедро даже сквозь ткань.

Мои ладони вцепились в мышцы плеч Михэля, не в силах оттолкнуть, а только держаться за него, чтобы не рухнуть в этом водовороте ощущений.

– Сам-то как думаешь? – это прозвучало жалобно и больше было похоже на стон.

– Я думаю, – его голос стал грубым, откровенно пошлым, он наклонился еще ближе, и его горячее дыхание обожгло мои губы, – что ты конченая маленькая извращенка. И что твоя мокрая, готовая киска прямо сейчас пульсирует в ожидании, что я раздвину твои ноги и трахну тебя прямо на этом столе, как настоящую нимфоманку.

Глава 8
Лилит. В плену желания

От его слов по телу пробежала новая волна жара.

Прежде чем я успела что-то ответить, его пальцы рванули пояс моего халата. Ткань с шелестом распахнулась, обнажив меня полностью перед ним.

Прохладный воздух ударил по горячей коже, соски затвердели моментально. Михэль откинулся, окидывая меня медленным, оценивающим, голодным взглядом.

В его глазах бушевала такая дикая, неприкрытая жажда, что у меня перехватило дыхание.

– Михэль… – вырвался у меня стон.

– Молчи, – приказал он тихо. Его рука грубо и без прелюдий опустилась между моих бедер. Его пальцы не просто нашли мой клитор – они властно накрыли сразу всю мою киску, и мужчина издал низкий, одобрительный звук, ощутив, что вся она залита соком. – Ох, какая же ты мокрая… Она вся течет для меня.

Один его палец резко и уверенно вошел в меня, глубоко, на все фаланги, заставив меня вскрикнуть и выгнуться.

Михэль начал двигать им внутри меня, имитируя фрикции, одновременно большим пальцем надавливая на мой клитор, рисуя жесткие, точные круги.

Это было невыносимо и божественно. Второй палец присоединился к первому, растягивая меня и заполняя до предела.

– Какая ты податливая для меня, – прорычал мужчина мне в ухо, его собственное дыхание сбилось.

Его член все сильнее давил на мое бедро, пульсируя в такт его движениям.

Я была на грани, еще секунда – и я взорвусь. Он чувствовал это, его пальцы ускорились, стали еще жестче, еще властнее.

– Да… Я твоя… – простонала, уже не помня себя, полностью отдавшись ощущениям. Мир сузился до его пальцев внутри меня, до его грубого голоса и дикого желания в его глазах. – Твоя, Михэль…

И… он замер.

Стоял и смотрел на меня – растрепанную, покорную, полностью ему отдавшуюся, прижатую к его кухонному столу. И в его глазах что-то изменилось.

Пальцы внутри меня замерли. Ярость и похоть на лице мужчины стали уступать место шоку, почти ужасу, словно бы перед тем, что он сейчас делает и на какой грани стоит.

Михэль резко вынул из меня пальцы, оставив меня дрожащей на краю оргазма.

– Стоп, – его голос прозвучал хрипло и отстраненно, будто его подменили. Он поправил мой халат, грубо запахнул его, скрывая от себя мою наготу. – Спокойной ночи. В семь завтрак. В восемь – в офис.

Михэль развернулся и ушел быстрыми шагами, не оглядываясь, оставив меня стоять у стойки совершенно растерянную, разгоряченную, униженную и безумно возбужденную. Дрожь не проходила.

Воздух все еще пах им – его одеколоном, его желанием, его внезапным холодом.

А между бедер все пылало от неудовлетворенности и стыда, напоминая о том, как близко я была, и как жестоко он меня оттолкнул, вспомнив, наконец, кто я такая.

Я швырнула вслед его халат и кинулась вверх в гостевую спальню, чтобы сразу же рухнуть там на кровать.

Я была в ярости. В бешенстве! Кто он такой, чтобы так себя вести? Довести и бросить? Нет, так не пойдет.

Я откинулась на подушки, раздвинула ноги и принялась ласкать себя, все быстрее и быстрее, глухо постанывая от наслаждения, уже почти на грани.

И в этот самый миг, когда всё внутри уже сжалось в предвкушении оргазма, дверь резко распахнулась.

– Лилит, забыл предупредить, завтра… – голос Михэля оборвался.

Мужчина замер на пороге. Его взгляд медленно, сантиметр за сантиметром, прошелся по моему обнаженному телу, задержался на моих грудях, на моей руке, спрятанной между ног, и наконец впился в мое лицо.

В его глазах бушевала буря – шок, немое желание и чистейшая, неконтролируемая злость.

Я не отводила взгляд, бросая ему вызов.

Пусть видит. Пусть знает, что он со мной сделал.

– Лилит, – просипел он хрипло. Его кулаки сжались.

Михэль резко развернулся и вышел, хлопнув дверью, снова оставляя меня одну.

Глава 9
Михэль. С добрым утром

Проснулся я от ощущения, что внутри моего черепа поселилась музыкальная группа. Глухой, резкий звук барабанов бил прямо в виски, вышибая последние остатки сна. Техно-рейв. Громоподобный и беспощадный.

Ну конечно, моя маленькая мстительница выходит на тропу войны.

Сонный, я едва не вписался лицом в прикроватный ковер, пытаясь нащупать тапочки. Музыка неслась с первого этажа, и с каждым шагом по лестнице адская какофония становилась все громче.

Я лишь усмехнулся. Детские игры.

После ее стриптиза перед моими друзьями, угнанного «Рейндж Ровера» и соблазнения в клубе – этот утренний концерт казался милым лепетом. Я свернул в ванную, давая ей наиграться.

Пусть думает, что победила.

Стал под ледяные струи душа, пытаясь смыть образ, врезавшийся в память прошлой ночью. Как я, дурак, зашел к ней, чтобы сказать что-то насчет завтрака.

А увидел… Увидел ее.

Раскинувшуюся на кровати, совершенно обнаженную, даже без халата. Упругая, пышная грудь, что сводила меня с ума была выставлена в изгибе. Одна рука ее сжимала соски, другая – яростно, почти отчаянно ласкала себя между ног.

Тело Лилит извивалось, губы были приоткрыты, щеки пылали румянцем. А в глазах, когда она увидела меня, – был не стыд. Нет.

Чистая, ярая обида и немой вызов. Первым порывом было наорать, прикрыть ее пледом, прочитать лекцию о приличиях. Но этот вид…

Черт. Я просто захлопнул дверь. А потом, в своей спальне, сам, как последний пацан, долго и одержимо дрочил, представляя, что это ее пальцы скользят по мне…

Теперь же я был полон решимости. Хватит.

Пора ставить эту дикую, испорченную кошку на место. Ее выходки – не смешная шалость. Это прямой путь на дно. Пока мы с ее отцом рядом – мы не дадим ей скатиться, но мы не можем ее опекать вечно.

Она должна сама понять, где перегибает палку. Я должен взять контроль над ситуацией. А вчерашнее… это не должно повториться.

Но все мои благие намерения разбились вдребезги, стоило мне войти на кухню.

Эта маленькая демоница стояла у плиты. В моей собственной белой рубашке. Больше на Лилит ничего не было. Полы едва прикрывали ту самую упругую, дерзкую попку, которую я представлял всю ночь.

Пуговицы были расстегнуты настолько, что между ними угадывался соблазнительный изгиб груди. На голове – небрежный пучок, из которого выбивались непослушные пряди.

И она… черт возьми, Лилит пританцовывала под тот самый адский техно, ловко переворачивая блинчик на сковородке.

Твою мать.

Образ развратной стриптизерши из клуба напрочь не вязался с этой… с этой домашней, уютной и оттого еще более порочной картинкой. От которой у меня снова встал член, ну конечно!

Я резко нажал на паузу на ее телефоне. Музыка оборвалась, повисла гробовая тишина.

Лилит испуганно обернулась. Увидев меня, помрачнела, сжалась, инстинктивно прикрывая края рубашки. И это… это резануло меня по живому.

Я не хотел, чтобы она меня боялась. Я хотел… Черт, я сам не знал, чего я хотел. Наорать на нее или прижать к себе так крепко, чтобы никуда больше не делась?

– Выходим через полчаса, – голос мой прозвучал сипло от желания, кипящего во мне.

Девушка лишь молча кивнула.

Я развернулся и ушел, пока не сделал чего-нибудь необратимо глупого.

Сматерился, доставая смартфон и заказал доставку одежды. Про отсутствие у нее своей одежды тут я не подумал.

Ровно через полчаса Лилит вышла к машине. В черной юбке, скромной блузке и на каблуках. И да, в чулках. Все же не удержался и добавил их в заказ. Не знаю, как это возможно, но в этом целомудренном наряде она выглядела еще более развратно, чем голой.

Было ли дело в кокетливом разрезе на юбке? Или в том, как шёлк блузки обтягивал каждый миллиметр ее груди. Или в том, как завораживающе шуршали чулки, когда она шла.

– Высади меня за квартал, не хочу сплетен, – бросила Лилит, садясь на переднее сиденье.

Я повернул ключ зажигания.

– Нет, маленькая, – мои пальцы сжали руль. – Отныне ты работаешь на меня. Все увидят тебя рядом со мной. И будут знать, что ты под моей защитой. Я не собираюсь прятаться, как зеленый пацан.

Она фыркнула и уставилась в окно. Напряжение висело в салоне густым, сладким ядом, которым хотелось дышать и который медленно сводил с ума.

Я не выдержал.

– О чем ты думала вчера? – спросил, не отрывая глаз от дороги. – Когда ласкала себя.

Она резко повернулась, щеки ее залил красивый, гневный румянец.

– Михэль, это не твое…

– Я задал вопрос, – мое терпение кончалось.

– Думала о тебе! – выпалила она с таким вызовом, что у меня дернулся кадык. – Представляла, что ты закончил то, что начал вчера на кухне. Доволен?

Мои пальцы так впились в руль, что кожа на нем затрещала.

Мысленно я уже притормозил машину, зашвырнул Лилит на заднее сиденье, задрал эту скромную юбку и вогнал в нее по самые яйца, чтобы она кричала, плакала и кончала подо мной, чтобы эти дерзкие слова застряли комом в ее горле. Я сглотну, чувствуя, как кровь пульсирует в висках и в паху.

– Я больше не хочу подобного слышать, этого не будет, – сказал я тихо, но так, чтобы каждый звук донесся до ее сознания. – Ты просто капризная девчонка, которая вбила себе в голову очередное «хочу», но я не собираюсь этому потакать

В ответ я услышал лишь ехидный смешок. Всю оставшуюся часть дороги мы проехали молча.

А я старался разобраться, кого я пытался убедить этой речью – ее или себя?

Глава 10
Михэль. Рабочий… процесс

В офисе я указал ей на стол у моего кабинета.

– Твои обязанности: документы, звонки, кофе. И главное – не провоцировать меня. Ни на злость, ни на… что-то другое. Уловила суть?

Она кивнула, опустив глаза, но я заметил, как в них заплясали те самые бесята, которых я и боялся. Лилит села, а я потянулся к папке на ее столе. И в этот миг девушка якобы случайно уронила ручку.

– Ой, простите! – фальшиво воскликнула она и наклонилась под стол.

Эта чертова юбка задралась так, что мне открылся вид на ее округлую, идеальную попку в тончайших кружевных трусиках в разрезе одежды. Лилит специально медлила, покачивая задницей, делая вид, что ищет ручку. Мой член встал мгновенно, больно упираясь в ширинку.

Я резко развернулся, врываясь в свой кабинет, и захлопнул дверь так, что стеклянная вставка задрожала. Вслед мне донесся тихий, победный смешок.

Дай мне сил не придушить ее в первый же день.

Честно попытался работать, не глядя в сторону двери, мне это даже удалось. Часа через два, выйдя проверить, что она делает, я застал ее за оживленной беседой с каким-то кудрявым мальчишкой из новеньких.

Лилит смеялась, запрокинув голову, а тот смотрел на нее как на божество, готовый упасть к ее ногам. В моей груди заурчало что-то злобное и собственническое.

– Лилит! – мое рычание прокатилось по офису, заставив девушку вздрогнуть и отпрянуть от менеджера. – Быстро кофе мне замени!

Не дожидаясь ответа, я развернулся и ушел, снова хлопнув дверью. Чертова бестия, крутит задницей перед всеми мужчинами, что ли? Меня отвлек входящий видеовызов, заставляя подойти к столу.

Твою мать! Совсем забыл о совещании.

С силой нажал на кнопку «Принять вызов», откинувшись в кресле. На мониторе загорелись три ожидающих лица: невозмутимый Чжан из Шанхая, подтянутая и серьезная Ли из Пекина и вечно немного уставший, но острый на язык Петров из Питера.

– День добрый, – мои пальцы сомкнулись вокруг уже остывшей чашки кофе, которую мне так и не заменила эта чертовка. – Чжан, начни с отчета по сделке с «Тайхо». Меня не устраивают риски в третьем пункте.

– Михэль Адамович, мы прорабатывали… – начал Чжан, но его тут же перебил Петров.

– Пока они прорабатывают, у нас тут, простите, форс-мажор по слиянию с «Волгопромом». Налоговая…

Я уже собирался попросить о порядке, как дверь приоткрылась. На пороге появилась Лилит с подносом.

Увидев мониторы, ее глаза округлились, как у испуганной кошки. Она метнулась было назад, но я, не прерываясь, резким кивком головы велел ей войти.

Ну уж нет, иди ко мне, маленькая разрушительница моего спокойствия.

– Петров, пришлите мне все претензии по электронной почте, изучу лично, – сказал я, следя за девушкой периферийным зрением.

Она кралась на цыпочках, чтобы не цокать каблучками, словно по минному полю шла. Это делало ее походку смешной и невероятно сексуальной.

Она потянулась уже, чтобы поставить чашку, и в этот момент ее каблук соскользнул с ковра. Она качнулась, и время замедлилось. Я увидел, как чашка с противным лязгом падает, и поток обжигающе горячего кофе обрушивается мне прямо на бедра.

– Твою мать! – дернулся, стиснув зубы от боли. Горячая жидкость обожгла кожу, спасибо, что не член!

– Михэль? Все в порядке? – тут же отозвалась настороженно Ли.

Нет, блять, не в порядке! Мне почти на хуй только что вылили кипяток!

– Кофе… немного пролил, – просипел я, глядя на перекошенное от ужаса лицо Лилит. – Ничего страшного, – и выключил звук на своем динамике.

– Прости! Я сейчас все уберу! – залепетала бестия и, недолго думая, рванула мой нижний ящик, вытащив пачку салфеток. Прежде чем я успел сообразить, откуда она знает, что и где у меня лежит, как она опустилась передо мной на колени.

О, нет. Нет, нет, нет! Это худшая, самая бредовая, самая порочная идея во вселенной.

Тем не менее на меня уже с удивлением пялились мои директора, поэтому я с трудом отвел глаза от склоненной головы между моих ног и снова включил звук, стараясь дышать ровно.

– Продолжайте, Ли, я слушаю, – мой голос прозвучал хрипло.

А руки Лилит тем временем, дрожащие и неловкие, принялись вытирать лужу с моих брюк. И почти сразу она наткнулась на него.

На мой член, который, вопреки ситуации, уже начал приходить в боевую готовность от одного ее близкого присутствия, от вида ее декольте, от ее запаха. Пальцы девушки замерли на твердом, быстро растущем бугре.

И тогда… она не убрала их. Она медленно, почти невесомо, провела ладонью по всей его длине.

В голове что-то взорвалось.

Черт возьми, она трогает меня. Прямо сейчас. Прямо здесь.

По телу пробежала судорога такого дикого, запретного наслаждения, что я едва сдержал стон.

– … и мы видим потенциал роста в этом секторе на семнадцать процентов, – доносился голос Ли.

– Семнадцать… да… впечатляюще… – выдавил из себя, чувствуя, как пальцы Лилит становятся увереннее. И тут она надавила на головку, и белая горячая молния прошила мой позвоночник.

Она делает это нарочно, эта маленькая ведьма!

Я попытался отодвинуть женскую руку, но моя ладонь, вопреки моим намерениям, легла поверх ее и прижала ладошку сильнее к себе.

Лилит посмотрела на меня снизу вверх – испуг сменился на удивление, а затем в ее глазах вспыхнул тот самый дерзкий огонек, который сводил меня с ума. Вызов. Она его приняла.

И тогда Лилит юркнула под стол.