Текст книги "Валькирия (СИ)"

Автор книги: Рената Коста

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)

– Дэйн, – сказала Шо, – я видела, как ты прикрыла мелкую. Это было, как бы сказать, нестандартно. Но красиво.

Она отошла, не дожидаясь ответа.

Элара посмотрела на Лию. Молодая сестра стояла, опустив автомат, и смотрела на нее. В ее глазах не было страха, вины или благодарности. Было что-то другое. Осознание?

Лия коротко кивнула.

Брунна громко прокашлялась, но не произнесла ни слова.

– Вот именно, – сказала ей Элара, поправляя ремень винтовки. – В следующий раз не будет считать ворон… Проверить амуницию, сестры. Три минуты. Мы идем первыми.

Глава 9

За широкой спиной Брунны можно немного расслабиться и лучше приглядеться к Саби Шо. Та опять внезапно исчезала и вдруг появлялась, какое-то время идя в ногу с Эларой, но ничего не говоря. После столкновения с собаками-мутантами и встречи со старшим инквизитором отношения между Сестрами и снайпером стали лучше. Подозрение уступило место зарождающемуся доверию. Хотя заслужить полное доверие капитана Дэйн не так уж легко. Нужно время и несколько серьезных проверок. Элара подумала и решила, что Сабрину стоит добавить во внутренний канал Сестер. Мойра и Брунна не возражали, толковый боец лишним не будет, тем более такой дальнозоркий и хорошо вооруженный. Темнота сгустилась, набежали тучи и скрыли звезды. Роза ветров Мортиса-7 вела себя непредсказуемо. Мойра часто проверяла мерцающий экран терминала. Они вчетвером оторвались далеко вперед, оставив Лию присматривать за ранеными в голове основной колонны.

Через час или чуть больше, когда ветер сменился и разметал тучи, к Эларе вернулось ощущение опасности, знакомое каждому, кто хотя бы раз попадал в зону поражения стационарных автоматических комплексов Темных Эпох. Это выражалось по-разному. Иногда Элара чувствовала зуд между лопаток, а сейчас у нее разболелся нижний крайний зуб с левой стороны. И это было подсказкой ее нейроинтерфейса, что скрытность их передвижения теперь под большим вопросом. Однажды, еще будучи молодым необстрелянным лейтенантом, когда она была в экспедиции на другой отдаленной планете Периметра, этот зуб ныл точно так же. И еще разок до этого, в разведке на крупном спутнике газового гиганта в другой системе, но в тот момент она еще не знала, что это могло значить. Оба раза они попали под перекрестный огонь орудий и крупнокалиберных пулеметов. Несколько Сестер погибло тогда. Их лица Элара помнила очень хорошо, как и лица других павших валькирий, с которыми она делила пайки и опасности.

– Стоять, – приказала Элара, доставая из ранца бинокль с встроенным прибором ночного видения. – Пригнуться.

Брунна тут же выставила щит перед собой. Она доверяла чутью своего капитана.

В зеленоватых перекрестьях линз никакого движения не обнаружилось. В инфракрасном режиме тоже ничего. Стены ущелья за следующим изгибом русла расступались. Раньше здесь было водохранилище. Похоже, что на его берегах когда-то стояли величественные сооружения внешнего кольца Цитадели, судя по мрачным руинам на дне и склонах высохшего водоема.

Пройти дальше через эти завалы будет непросто. Хотя небо опять чистое и звезды светят ярко. Но надо быть осторожнее, чтобы не переломать ноги на острых обломках железобетона и ржавой арматуре, торчащей повсюду.

Впереди на краю обрыва, примерно в километре, на огромных базальтовых пилонах возвышались две массивные угловатые башни автоматических турелей. Если не знать, что это такое, сложно понять, как выглядят эти гигантские тени при свете дня. Их строенные орудийные стволы, молчавшие десятки лет или даже пару столетий, теперь медленно с тяжелым скрипом поворота ржавых шестерен наводились на то место, где когда-то река впадала в водохранилище.

– Сбросить темп продвижения, впереди угроза, – сказала Элара в общий эфир и добавила, сменив тон на саркастический, во внутренний канал валькирий: – Что там со связью с руководством?

– Инквизиция молчит, – доложила Мойра. – По данным моего сканера, они идут в полукилометре позади отряда и просто наблюдают.

– Эта стерва вряд ли станет связываться с тобой, Дэйн. Все ценные указания теперь через Кассия. И она будет держаться на дистанции огня плазмоганов, – высказала свое мнение Сабрина. – Как там ее? Кавалерия?

– Валериан. Согласна с тобой, Шо. Больше она не снизойдет до общения со мной, – ответила Элара. – Мойра, что думаешь по обстановке?

– Сейчас сканер Герды Стоун тоже засечет те орудия. Это лейтенант в инквизиторской свите. Она крутая. Думаю, что Валериан нужна разведка боем, – сказала Мойра. – Выявить все исправные огневые точки. По вводному пакету данных есть слабая надежда, что боекомплекты в наличии не на всех башнях Цитадели.

– Но я бы на это не рассчитывала, – качнула головой Элара. – Тормозни колонну.

Мойра оглянулась, включила фонарик и резко махнула два раза предплечьем вниз от локтя. Все сразу остановились, присели и замерли на месте.

Только от хвоста колонны к ним спешил Маркус Гетц, сверкая оправой визора в свете звезд. Лейтенант уже весь был выпачкан серой сажей, но в осанке и движениях по-прежнему сохранялись признаки недавнего выпускника военной академии, отличника строевой подготовки.

– Мог бы уже выплюнуть проглоченный шомпол, – ехидно сказала Мойра. – Мы же не на плацу. Смотри, как наяривает. Раз-два, раз-два.

– Ахах, выплюнуть, ты хотела сказать другое, – ухмыльнулась Саби. – Хорошо, что он тебя не слышит.

– Старший инквизитор Менотти передает через капитана Фёллера устный приказ, – произнес Маркус, остановившись и переведя дух. – Второй взвод атакует оборонительный рубеж противника по центру. Задача – занять плацдарм перед высотой и подавить автоматику огнем. Штрафники идут в первой линии. Мой взвод поддерживает прорыв, обходя развалины с правого фланга.

– Маркус, ты в своем уме? Понятно, что тот, кто отдал такой приказ, явно не в своем, – произнес голос Нико Барри, и тут же он сам возник сбоку из темноты. На его лице под визором блестели капли пота. – Посмотри на геометрию сектора. Это зона перекрестного обстрела. Я проверил лично вместе с моими разведчиками, там в темноте по обеим сторонам еще две турели на башнях пониже, калибром не меньше тридцати миллиметров. И наверняка еще минометы в глубине, как положено. Если пойдем в лоб, нас всех размажет по камням за десять секунд.

– Это приказ Старшего инквизитора! – повысил голос Гетц, указывая планшетом в сторону темных башен. – Армейский Устав гласит: при встрече с укрепрайоном противника авангард обязан сковать врага боем и выявить границы секторов поражения. Мы не имеем права уклоняться от прямого столкновения!

– Устав написан для войн с живым противником! А это древняя автоматика, не подчиняющаяся ничьим приказам, у которой почти бесконечный боезапас, вечные роботы обслуги и баллистический искин! – ответил Нико. – Я не поведу парней на убой ради того, чтобы кто-то нарисовал галочку соответствия замшелым уставам в своем отчете!

– Это неповиновение командиру в боевом построении, лейтенант Барри! – сказал Маркус. – Я занесу это в рапорт!

– Занеси себе в очко, идиот!

Солдаты, сидевшие ближе и слышавшие это, начали переглядываться. В ядовитом воздухе Мортиса-7 росло напряжение. Офицеры стояли грудь к груди, готовые сцепиться прямо под прицелами просыпающихся турелей.

Первый залп не заставил ждать, грохнуло сухим, разрывающим барабанные перепонки треском спрессованного воздуха. Вспышка слепящего фиолетового света ударила в край толстой скалы, за которой укрывалась группа разведчиков. Оплавленные осколки базальта брызнули во все стороны, как раскаленная дробь.

Двум штурмовикам не повезло. Другой снаряд попал в камень, за которым они присели. Ударная волна с легкостью смяла прочные грудные пластины. Один солдат погиб мгновенно, его тело отбросило на три метра, второй зашелся в крике от страшных ожогов.

– Открыть ответный огонь! Вперед! – истерично заорал Маркус, взмахнув автоматом и явно собираясь увлечь людей за собой на открытое пространство.

– Стоять! Назад, дурак! – зарычал Нико, хватая его за разгрузочный жилет и с силой втягивая обратно за базальтовый выступ.

Второй залп турелей превратил место, куда секунду назад собирался прыгнуть Маркус, в дымящуюся лужу жидкого камня.

– Заткнулись оба! – голос Элары прозвучал не громко, но в нем прорезалась сталь.

Совсем как раньше, когда она командовала отрядами Валькирий на десятке разных фронтов.

Лейтенанты осеклись и повернулись к ней. Все-таки она была старшей по званию тут, в авангарде.

– Вы сейчас же успокоитесь и начнете действовать правильно, – продолжила Элара. – Маркус, слепое следование приказу уже стоило нам двух солдат. Нико, надо быстро перегруппироваться! Рассредоточиться и распределить цели.

– Но приказ… – начал было Гетц, хотя в его глазах промелькнул страх при виде обугленного трупа.

Затихшего раненого два бойца оттащили за выступ к стене левого берега. Ротный медик и Лия бросились к ним на помощь.

– Полученный мною приказ Валериан был продвигаться к Цитадели, – перебила Элара. – Я не слышала, что мы должны сдохнуть на первых ста метрах. Включи мозги, лейтенант, если они у тебя есть.

Она присела к правой стенке рядом с Мойрой, которая работала с терминалом, закрытая от сыплющейся сверху каменной крошки силовым щитом Брунны.

– Мойра, дай параметры цикла этих башен, – скомандовала Элара.

– Прицельный искин старый, работает по импульсному алгоритму. Перезарядка накопителей за три и две десятых секунды, – ответила сержант, не отрываясь от экрана. – Перекрестный огонь закрывал бы весь прямой проход, но похоже, где-то немного заело механизм поворота с левой стороны. Участок мертвой зоны есть, по диагонали налево, но он узкий! Надо бы еще увеличить интервал перезарядки.

– Саби! – Элара все поняла и повернулась к левой гряде русла, куда забралась Шо.

Опять ее не видно. Хорошо спряталась.

– Я, – ответила снайпер из-за скал.

– Видишь оптические датчики на левой башне?

– Вижу, – через пару секунд отозвался сквозь треск помех хриплый голос Шо. – Линзы защищены силовым полем, но если я всажу туда плазменно-фугасный, задержка восстановления сенсоров составит секунд пять.

– Работаешь по левой башне по моему сигналу, – сказала Элара. Она повернулась к офицерам. – Слушайте меня внимательно. Проходим через вот эту мертвую зону перебежками, поочередно прикрывая термитом взводных гранатометов по башням и шквальным встречным огнем из всех стволов по летящим снарядам.

Маркус попытался возразить:

– Это нарушает боевой порядок…

– Это сохранит жизни людям, Гетц! – жестко перебила Элара. – Объясню отдельно для тебя. Твои бойцы дадут сейчас же дымовую завесу с правого фланга и плотный подавляющий огонь по правой башне. Это не уничтожит ее, но заставит искин переключать вычислительные мощности на перерасчет баллистики. Нико, твой взвод вместе с Брунной идет первым. Брунна перекрывает щитом границу вектора левой турели. Перебежка по трое, строго во время перезарядки. Встретимся в низине вот под этим левым утесом, там турели нас не достанут.

Она ткнула пальцем перчатки в планшет Маркуса на участок карты.

Кассий, до этого молча следивший в эфире за происходящим из хвоста колонны, сказал по общему каналу:

– Утверждаю план Элары. Выполнять немедленно. Маркус – занять позицию прикрытия. Нико – в авангард. Бегом!

Уставной лоск Маркуса окончательно дал трещину. Насупившись, он оглянулся на погибшего солдата, затем на Элару, в глазах которой не было ни злорадства, ни превосходства. Один лишь холодный, расчетливый прагматизм опытного командира элитных подразделений.

– Есть! – глухо вытолкнул из себя Маркус, но тут же взял себя в руки: – Третий взвод, к бою! Дымовые шашки на рубеж. Три гранатомета с термитными зарядами рассредоточить пошире.

По каменистой пустоши протянулись густые полосы плотного, непроницаемого в инфракрасном диапазоне дыма. Сабрина Шоу сделала филигранный выстрел: бронебойный патрон ее тяжелой винтовки врезался точно в объектив сенсорного узла левой башни, вызвав яркую вспышку короткого замыкания и временную слепоту системы наведения.

– Пошли, пошли! – закричала Элара.

Брунна выскочила из-за скалы первой. Ее двухметровый щит гудел от напряжения, принимая на себя касательные удары тяжелых кинетических пуль, выбивавших снопы белых искр. За ее мощной спиной след в след перебегали штурмовики Нико.

Лия побежала замыкающей в шестой группе, прижимая к груди медицинский кейс. До этого она оказывала первую помощь раненому бойцу. Элара огляделась, проверив обстановку, и бросилась следом за Лией. Все уже знали, что и как делать, и действовали слаженно. Но за молодой сестрой нужен глаз да глаз.

Когда уже почти в мертвой зоне в двух метрах взорвался плазменный сгусток, ударной волной отбросивший Лию на камни, Элара оказалась рядом за долю секунды. Она рывком подняла ее за лямки доспеха и швырнула вперед, в защитную тень утеса, одновременно прикрывая собой. Сборная броня Элары отозвалась жалобным металлическим скрипом, приняв на себя несколько рикошетов, но металл опять выдержал, как бы отбивая все крупные осколки.

Через полтора часа напряженного, отчаянного рывка вся рота «Шторм-3» и отряд изгоев оказались в глубокой, защищенной нише под основанием башен. Турели наверху продолжали некоторое время слепо молотить по пустому дыму, бесполезно расходуя энергию.

Все были живы, за исключением того бойца, погибшего в первые секунды. Его тело пришлось оставить, обложив камнями.

Несколько раненых получали дозу обезболивающего от ротных медиков и Лии. Маркус Гетц тяжело дышал, прислонившись спиной к скале. Он тупо смотрел на свои дрожащие пальцы в перчатках, измазанных в гари. Потом перевел взгляд на Элару. В его глазах заносчивости явно поубавилось, появилось что-то новое. Может, опустошенность человека, чей привычный мир уставов под мощным обстрелом разбился о грохочущую реальность?

– Похоже, что вы спасли мой взвод, Сестра, – произнес он тихим, надломленным голосом, забыв про свой обычный спесивый тон. – Устав требует атаковать, но… мы бы все там остались.

Он снова посмотрел в ту сторону, где за грудой развалин пересохшее русло впадало в пустое водохранилище.

– Уставы пишут люди, которые сидят в чистых кабинетах, лейтенант, – спокойно ответила Элара, проверяя свое снаряжение. – А на поле боя есть только один устав, или как мы его называем – кодекс. Кодекс Выживания. Если ты не научишься думать головой и беречь солдат, ты быстро погибнешь вместе с ними.

К ним подошел Нико Барри. Он молча хлопнул Маркуса по плечу, в знак примирения после недавнего конфликта, и с уважением кивнул Эларе:

– Хорошая работа, капитан Дэйн. Без твоей раскладки по секундам…

– Называй меня просто Элара, – прервала она. – Нам еще идти дальше. Это только начало.

– Смааатрите, кто пришел, – откуда-то произнес хрипловатый голос Саби Шо.

Все посмотрели назад, вверх по пологому склону ущелья. Там, на безопасном расстоянии, застыли три десятка фигур в красно-черных доспехах.

Валериан наблюдала сквозь оптику своего шлема, как штрафники и армейская пехота вопреки ее расчетам вышли из смертельной ловушки почти без потерь.

Элара вдруг подумала, что вместе с Сестрами и солдатами Кассия в этот раз она вышла из ситуации не просто без потерь, а с приобретениями. Всего не перечислить, но главное – это те слова, которыми сестры обменивались сейчас по внутреннему каналу. Брунна и Мойра хвалили Лию, та благодарила своего капитана и Сабрину. Шо тоже радовалась, в том числе тому, что ее включили в закрытый клуб валькирий.

Здесь, вдали от Вальгаллы-3, Элара вспомнила себя прежнюю. Но теперь, с новым опытом, она стала другой. Она почувствовала, как внутри нее угасает старый, въевшийся за годы службы в карауле страх перед Инквизицией и привычное подчинение приказам Синода. На их месте рождалось нечто новое. Она больше не была послушным инструментом в руках Матриарха Ордена.

Элара Дэйн снова становилась лидером, Старшей Сестрой, за которой идут не из-за приказов, а потому что верят в ее способность провести сквозь ад и вернуть домой живыми.

Глава 10

Каменистая ниша под базальтовыми скалами давала временное укрытие. Вверху продолжали размеренно гудеть стационарные турели. Время от времени тяжелые приводы проворачивали стволы, и тогда по камням под ногами перекатывались волны вибрирующей дрожи. И без того грязный воздух планеты дополнили незнакомые химические запахи.

Элара знала, что с рассветом сюда наверняка пожалуют автоматические патрульные дроны, летающие не очень быстро, но имеющие тяжелые пулеметы с большим боезапасом. Хорошо, что ночи здесь длинные в это время цикла. Странно, что эти дроны больше не летают в темноте. Раньше они патрулировали территорию круглосуточно на всех планетах, где остались военные базы прежних времен. Видимо, вышла из строя система ночного зрения этих машин, а сервисные роботы не смогли отремонтировать. Ничто не вечно, даже некоторые технологии Темных Эпох когда-то перестают работать.

Штурмовики из взвода Нико Барри молча смотрели на далекую кучку камней, под которыми остался погибший рядовой. Солдаты из его отделения накрыли тело плащ-палаткой и завалили сверху камнями так, чтобы кислотные дожди и нано-пыль не добрались до него слишком быстро. Медик, снявший с шеи убитого стандартный стальной жетон с личным номером, только сейчас передал его лейтенанту. Нико зажал кусочек металла в кулаке. На его застывшем под визором лице проступили глубокие тени. Это была далеко не первая смерть под его командованием, но обычные уставные формулировки сейчас были бы пустым звуком. Поэтому он ничего не сказал.

Кассий, стоявший рядом, коротко взмахнул рукой. Пятеро солдат дали прощальный залп в воздух из штурмовых винтовок.

Многие понимали, что этому бойцу, можно сказать, повезло. Что станет с теми, кто погибнет после? Накроют ли их тела хотя бы брезентом и обложат ли камнями, или они останутся лежать под дождем, глядя в небо мертвыми глазами, потому что в конце пути уже некому будет позаботиться о них?

Почти никто не надеялся вернуться к этой кучке камней, чтобы забрать тело. Конечно, на «Невозмутимом» еще есть челноки, но они прилетят забрать живых. Если повезет, то туда, где они закончат эту миссию. Или же им придется добираться пешком к ближайшей безопасной точке эвакуации. Или «Хароны» не прилетят вовсе, потому что никто не выживет. Старший пилот корвета лишь отметит примерные координаты на голограмме, где погасли их индивидуальные датчики, и занесет в отчет.

Рассчитывать на помощь Инквизиции штурмовики, само собой, даже не думали. Элара вздохнула. Она наблюдала за солдатами со стороны, прислонившись к холодному валуну. Рядом с ней стояла Лия. Молодая сестра смотрела на каменистую могилу широко раскрытыми глазами. Похоже, что те же самые мысли посетили и ее, и наивной веры в правоту командования Ордена и руководства Синода у нее оставалось все меньше.

– В кадетском училище нам говорили, что смерть в бою – это высшая честь, – произнесла Лия. – Что душа воина сразу уходит к звездам.

– Душа человека идет куда хочет, Лия, – ответила Брунна, не поворачивая головы. Она стояла в паре метров справа возле отвесной стены и смотрела, что делает Мойра. – А тело остается в чужой земле.

– Посмотри в последний раз на те камни, Лия, но не чтобы отвернуться и забыть. Запомни их, – сказала Мойра.

Она сидела прямо на земле рядом с Брунной. Сержант вскрыла технологический люк, найденный у основания и подключилась к толстому кабелю с оплеткой яркого желтого цвета. Глазной окуляр-анализатор сержанта вращался быстрее обычного. Пальцы Мойры в специальной тонкой перчатке быстро двигались над клавиатурой портативного терминала.

– Есть! – минуты через три выдохнула она, и нейрокабель с тихим щелчком отсоединился. – Вклинилась в низовую подсеть связи. Строители Цитадели были параноиками, пришлось действовать быстро, но их логические протоколы стары как мир. К тому же они не предусмотрели, что эта река и глубокое водохранилище когда-нибудь пересохнут.

– И они не знали, что спустя сотни лет придешь глазастая ты, – сказала Брунна, – а с тобой буду я и сорву ударным краем своего силового щита титановые пломбы этого ремонтного люка.

Ее необычное многословие привлекло внимание Элары. Она не очень-то рассчитывала, что Мойра найдет что-то полезное в этом месте. Но та энергично замахала руками, подзывая к себе.

Элара сказала в общий канал:

– Кажется, мы что-то нашли.

Кассий и Нико тут же подошли. Втроем они подсели к Мойре.

К ним, помедлив секунду, присоединился и Маркус.

– Что там, сержант? – спросил Кассий.

– Прямой маршрут, по которому нас направили изначально и по которому сейчас гнала Валериан, ведет через трехслойный периметр активной обороны, – Мойра развернула голографическую схему, полученную из архива узла связи Цитадели. – Видите дальше спрятанные на разных уровнях стен пулеметные турели? А внизу регулярно обновляющиеся минные поля с самонаводящимися зарядами. Они подпрыгивают высоко вверх от касания датчиков рядом.

– Да, это они, умные мины, – кивнула Брунна, показав на свой шрам на переносице. – Было дело. Если бы не успела поднять край щита, треснувшим визором и сотрясением мозга я бы не отделалась.

– Попытка пройти этим маршрутом вовсе не разведка боем, это чистейшее самоубийство, – оценил голограмму Кассий.

– Мне кажется, кто-то хочет расчистить проход нашей кровью и нашим мясом, а потом подтянуть свои основные силы с корабля на орбите, чтобы спокойно пройти по проложенному нами пути, – сказал Нико.

– Тебе не кажется, – усмехнулась Мойра. – Но минные поля роботы быстро восстановят, так что если и идти по нашему следу, то сразу.

– Какая есть альтернатива? – спросила Элара, вглядываясь в зеленые линии проекции и бегущие строки кода.

Похоже, что там в самом деле не пройти. Вся автоматика в рабочем состоянии, машины постоянно поддерживают все требования древних программ, обновляя заряды и боеприпасы.

Теперь стало гораздо понятнее, что случилось с той группой инквизиторов, которые обнаружили местоположение Эгиды Рассвета. Где-то здесь лежат останки разведчиков из Реликварного Приказа. Они намного лучше оснащены высокотехнологичным оружием и оборудованием. Передвигаются на аэробайках. Защита их брони выше классом на три уровня. Но и они не смогли добыть артефакт.

Пока что Элара не до конца понимала поведение Валериан. Чтобы достать Эгиду Рассвета, Матриарху понадобилась именно она, грешница Элара Дэйн. Так какой смысл бросать ее под перекрестный огонь? Или у них есть кто-то еще? Валькирия, способная слышать, видеть и чувствовать код Древних с помощью установленного в детстве нейроинтерфейса? И такую одаренную держат сейчас на корабле Инквизиции на орбите? Не сказать, что Элара знала много таких Сестер, оставшихся в строю с тех времен. Хватит пальцев одной руки. Но где они сейчас? Разбросаны по Галактике.

Комплекты для генетического вживления закончились лет двадцать назад. Технология производства такого хайтека давным-давно утеряна. Если бы не Отец Транквиллион, то и имевшиеся комплекты никто не смог бы использовать правильно. Папа Транки, видишь ли ты с небес, как они используют твоих Дочерей?

Вообще-то ее, капитана Дэйн, должны бы ценить и беречь, как зеницу ока, а не вот это всё. Но Ордену наплевать. Это же ересь в понимании Синода. Специальный Указ 13139-го года.

Интересно, жив ли вообще хоть кто-нибудь в Галактических Центрах Управления, знающий, что есть такая технология? Матриарх-то, конечно, знает. Но, похоже, что у нее своя тайная игра. Вряд ли она даже с Инквизицией поделилась той информацией, которую ей доверил покойный магистр.

Вот почему Валериан действует в своем обычном топорном стиле.

Самый простой ответ на вопрос обычно и самый правильный. Нужно было попасть на Мортис-7, чтобы понять это.

– Альтернатива есть, – Мойра покопалась в массиве данных, раскрыла другую голограмму и ткнула пальцем в темную, неразмеченную область карты к северо-западу. – Вот. Это архивный инженерный протокол. При постройке внешнего кольца, точные даты не указаны, из-за смещения пластов породы строители забросили один из подводящих подземных энергоканалов. Для искинов Цитадели с тех пор эта зона числится как «мертвая». Там отключена автоматика, нет сенсоров и, соответственно, нет действующих стационарных турелей. Про мины, правда, никакой информации нет.

– Это можно проверить на месте. Если нет турелей, то разминируем, не проблема, – сказал Кассий.

– Мертвая зона, это хорошо, – произнес Нико, разглядывая схему. – Но куда она выходит?

– Канал этот задумывался как резервный, проложен в обход главных ворот. Эта зона выведет нас к долине, где расположен ряд древних навигационных маяков и телескопов, – пояснила Мойра.

– Довольно далеко в стороне от нашего прежнего маршрута, – заметила Элара.

– Да. От этих маяков до комплекса центральных зданий Цитадели придется идти через скальный кряж, – показала Мойра, – но зато мы минуем основную линию обороны.

– Насколько это удлинит путь? – спросил Маркус.

– Какая разница? – хмыкнула Брунна.

Она и раньше-то не особо соблюдала субординацию, а в этой миссии тем более. Татуировка изгоя на затылке редко кого приводит к послушанию.

– Потратим лишних часов шесть или семь, – ответила Мойра. – Зато сохраним людей. Да и куда нам спешить?

Это был хороший вопрос.

Элара пока не собиралась никому говорить, что ей сказала наедине Матриарх на прощание.

Но время начинало поджимать.

В этот момент Кассий посмотрел на Элару. В его единственном живом глазу и в застывшем стальном импланте читался один и тот же вопрос. Хорошо, что он ничего не знает. Надо ответить, чтобы все поверили.

– Валериан поймет, что мы ушли с указанного вектора, как только наши маячки пропадут с ее радаров в толще подземелья, – ответила Элара на этот невысказанный вопрос. – Она будет в бешенстве.

– Кстати, про черно-красных. Я видела, как их навороченный челнок недавно взлетел, красивый такой, как в агитке, – раздался в общем канале голос Шо. – Кому-то надо принять на орбите ванну и сходить на массаж.

– Вот пусть и бесится там, на орбите, – сказал Нико. – У нее же наверняка кондиционированный салон и горячий кофе. А у нас здесь ядовитая пыль и кислотные псы. Кэп, я не вижу другого варианта, как идти через эту мертвую зону.

Кассий перевел взгляд на Маркуса:

– Лейтенант Гетц? Твое мнение?

Капитан Фёллер мог этого и не спрашивать, но спросил. То ли прикрывает себя от гнева Валериан, то ли издевается, не поймешь.

Элара с интересом ждала, что скажет Маркус.

Тот оглянулся на каменную пирамидку, под которой покоился павший боец. Перевел взгляд на своих солдат, которые молча сидели с краю ниши и чистили оружие, забитое нанопылью.

– По Уставу надо доложить об изменении маршрута, – медленно произнес он, голос звучал бесстрастно. – Но Устав также требует сохранения боеспособности подразделения для выполнения поставленной задачи. Идем в обход.

Кассий скупо улыбнулся уголком губ:

– Вот и хорошо, Марк. Ты начал совмещать Устав со здравым смыслом. Отряду – пятиминутная готовность. Подбираем раненых, собираем снаряжение, проверяем герметичность брони и выдвигаемся.

Элара в коротком разговоре по закрытому каналу успела за эти пять минут узнать от Сабрины, что Кассиус Фёллер до недавних пор был начальником штаба Первого батальона «Шторм» Первого полка Двести Тринадцатой армии. Но этот батальон понес большие потери в боях с превосходящими силами мятежников на Фотинии-2. Начальство сделало крайними Кассия и его комбата, но тот скончался от полученных ран. В итоге Кассия разжаловали из майора и поставили командиром одной из четырех рот этого батальона, который сформировали заново. На две трети это были необстрелянные новички, включая лейтенанта Гетца.

– А лейтенант Барри раньше был капитаном, командиром роты «Шторм-2», – добавила Сабрина.

– Вот оно что, – сказала Элара.

Понятно. А то было странно, что за четыре года Никон так и остался лейтенантом.

– Саби, ты тоже была на той планете? – спросила Лия, которая внимательно слушала их разговор.

– Неа, меня там не было, – ответила Шо. – Я всего три месяца, а это случилось год назад. Но я уже успела побывать в двух других переделках попроще и не таких провальных.

– А раньше ты где служила? – спросила Брунна.

– Тоже в «Шторме», в двадцать пятом, третьего полка Двести Тринадцатой. Меня откомандировали сюда для восполнения потерь, так скажем. Сказали, временно.

– Ага, – коротко рассмеялась Мойра. – Временно. Пока не сдохнешь тут с нами.

– Вообще-то я собираюсь вернуться в свою старую роту, – ответила Сабрина. – Живой и почти невредимой.

– Поглядим, как у тебя получится, – сказала Брунна.

Штурмовики быстро и без лишнего шума поднялись с камней. Потеря соратника и прорыв под грохотом турелей сплотили бы кого угодно. Даже недавно собранную заново роту. Ветераны «Шторма-3» больше не смотрели на четырех сестер-изгоев как на чужеродный элемент. Да и все солдаты относились к ним, как к своим. Мощную фигуру Брунны, с ее обожженным и побитым щитом, они провожали уважительными взглядами. К Эларе, Мойре и Лии тоже прониклись доверием. Лия так вообще пользовалась особой популярностью, в первую очередь у раненых.

Колонна начала выдвигаться к узкому подъему вдоль базальтовой стены. Этот маршрут пока более-менее совпадал с первоначальным.

Элара шла в середине строя, пропустив вперед авангард Нико. Бойцы его взвода сноровисто вбили стальные колышки и протянули тросы к верхней кромке каменистого берега бывшего водохранилища.

Когда Элара забралась наверх, ее слуха коснулся странный звук.

Это был не шум ветра и не гул работающих турелей. Это даже и не назовешь звуком, точнее, едва уловимый импульс, отозвавшийся тихим покалыванием за левым ухом. Похожий на слабый электрический разряд или на дальнее эхо цифрового сигнала, который она уже слышала три года назад.

Элара замерла, подняв руку к шлему.

– Дэйн, алё? – спросила сидевшая за бетонным блоком Сабрина. – Проблемы?

Она первой забралась вверх и осматривала окрестности в оптический прицел.

– Нет, – быстро ответила Элара, заставляя себя опустить руку от виска. – Просто показалось. Наверное, это фоновая наводка от тех разорванных силовых кабелей.

Она показала на толстенные обрывки, торчавшие между искореженных железобетонных плит.

– Лучше бы на этой гиблой планете никому ничего не мерещилось, – произнесла снайпер, поднимаясь и закидывая громоздкую винтовку на плечо. – Тут и без этого паршиво.

Она направилась вслед за Нико в сторону прохода между развалинами, который должен был вывести отряд к намеченному Мойрой спуску в подземелье.