Текст книги "Единственная любовь"

Автор книги: Рэчел Линдсей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 10 страниц)

Она сжала кулаки:

– Значит, ничего?

– Боюсь, что так. Пожалуйста, не надо ненавидеть меня. Я просто не могу…

– Я не ненавижу тебя! – воскликнула девушка. – Я тебя люблю. И люблю еще сильнее оттого, что ты такой старомодный. Это разобьет мне сердце и погубит всю мою жизнь, но я бы не хотела видеть тебя другим!

– О, Лоис!..

Он не дотронулся до нее, но его взгляд был лаской. Казалось, целую вечность они смотрели друг другу в глаза.

Конец разговору положил доктор, заинтересовавшийся, почему никто не проходит в кабинет, и Лоис с Биллом заговорили с ним о Бет.

– Ничего страшного с ней не происходит. Пара месяцев отдыха в теплом климате все вылечит, – ответил врач. – Я знаю, она в депрессии, но такое часто случается после пневмонии. Главное – следить, чтобы девушка не простудилась еще раз.

– Так вы считаете, ей надо уехать на зиму в теплые места? – спросила Лоис.

– Как и большинству моих пациентов, – рассмеялся доктор. – Я и сам не отказался бы! Флорида или что-нибудь в этом роде будет просто идеально. Она станет совсем другой.

– Посмотрим, что можно сделать.

Билл, взяв Лоис под руку, повел ее к выходу. Выйдя на улицу, он поймал такси.

– Я не могу так быстро отпустить тебя. Давай проведем хотя бы этот вечер вместе.

– Для того чтобы было, что вспомнить в старости? – Она с трудом сдерживала горечь.

– Это воспоминание для меня, – ответил он. – Ты еще так молода и красива, ты полюбишь кого-нибудь другого.

Она не стала тратить силы на спор, хотя напряженность прошла, только когда они сели за столик в небольшом итальянском ресторанчике.

– Наше первое и последнее свидание, – вздохнула Лоис. – Надо извлечь из него как можно больше.

– Я уже водил тебя ужинать!

– Только как начальник. Это совсем другое. И все благодаря Бет.

– Благодаря Бет, – повторил он и склонился к ней. – Как ты смотришь на то, чтобы она уехала на всю зиму?

– Сестрица ни за что не позволит тебе потратить такую уйму денег. Она слишком гордая.

– Как и еще одна моя знакомая!

– У меня нет никакой гордости в том, что касается тебя, – тихо ответила Лоис. – По крайней мере теперь, когда я знаю, что ты меня любишь.

– Если будешь говорить подобные вещи, я забуду про все свои принципы.

– Не забудешь, – вздохнула девушка. – Мы оба это знаем. Может, Бет согласится уехать хотя бы на месяц или полтора… Я поговорю с ней.

– Лучше, если бы она уехала из Нью-Йорка на всю зиму. Бет ужасно выглядит.

– Ее свалила не только пневмония. – Лоис решила быть честной, но не вдаваться в детали. – Она… она влюбилась в… в человека, который ее подвел.

– Как я тебя? – с горечью спросил Билл. – Нам лучше разговаривать о Бэт. Иначе… – Он нахмурился. – Должен быть какой-то способ вывезти ее из города на всю зиму. Если бы… – Он остановился и хлопнул ладонью по столу. – Я знаю, что надо делать! Как насчет работы на каком-нибудь курорте, где теплый и сухой климат?

– А не тяжело ей будет? – засомневалась Лоис. – В разгар сезона там сумасшедший дом.

– Не на той работе, что у меня на уме. Место принадлежит одному из моих клиентов, и если я объясню, что Бет болела… Да, я уверен, это то, что надо. Миссис Мэйс звонила мне пару дней назад и сказала, что им нужен секретарь приемной.

– Звучит неплохо, – настороженно кивнула Лоис, – но ты уверен, что не будешь исподтишка платить за нее? Я имею в виду, ты все это не выдумал?

– Слово скаута! Клянусь тебе. Как только вернусь домой, позвоню миссис Мэйс и все устрою. А теперь давай поговорим о нас. Это наш единственный вечер вместе, и я не хочу провести его впустую.

– Я тоже. Но мне не стоит задерживаться. Я не люблю оставлять Бет одну надолго. Если мы сократим сегодняшний вечер, может, у нас будет еще один в качестве компенсации.

– Нам нельзя больше видеться. Еще одной встречей дело не закончится. Ты это знаешь так же хорошо, как и я.

– Ты прав. – Лоис говорила беспечно, но не смотрела на мужчину. – Одному из нас надо быть сильным, и… и это не я.

– Тебе же хватило сил уволиться и найти новую работу.

– Потому что я не знала о твоей любви.

– Жаль, мне не хватило сил держать язык за зубами!

– Я рада, что так получилось.

В половине одиннадцатого Билл отвез Лоис домой, но даже у дверей квартиры отказался поцеловать. Только побледневшее лицо выдавало, какого внутреннего напряжения это ему стоило.

– Если мне удастся поговорить с Эллен Мэйс сегодня вечером, я сразу перезвоню тебе. Береги себя, милая.

– Ты тоже, – еле слышно ответила Лоис и, поспешно повернувшись, скрылась за дверью.

То читая, то засыпая, Бет не волновалась об отсутствии Лоис до девяти часов, но потом провела немало неприятных минут, гадая, не случилось ли что с сестрой. Одного взгляда на лицо Лоис было достаточно, чтобы понять – случилось что-то важное.

– Извини, что так поздно, Бет, но я ездила поговорить с врачом и наткнулась на Билла.

– Как странно, что вы встретились именно там. – Бет решила притвориться, будто не замечает ничего странного в поведении сестры. – Он тоже заболел?

– Нет. Мы ездили к врачу поговорить о тебе.

– Я буду жить? – без тени юмора осведомилась Бет.

– У тебя больше шансов выздороветь в теплом климате. Именно там тебе надо провести зиму. И все уже устроено. Надеюсь, Билл перезвонит сегодня и скажет все точно.

Бет села на кровати и скептически посмотрела на сестру:

– Если ты считаешь, что я позволю моему боссу, потому что теперь на него работаю я, а не ты, платить за мой отдых…

– Все совсем не так.

Лоис вкратце пересказала ей, что произошло.

– Просто чудо, что Билл так вовремя вспомнил об этом своем клиенте.

– Случайное чудо! Брось.

– Это правда! Ей действительно нужен секретарь. Он поклялся. Это самая настоящая работа, Бет. Было бы безумием отказаться.

Бет долго молчала. Лоис присела на кровать, понимая, что за мысли не дают покоя сестре.

– Если Дэнни позвонит, я скажу, где тебя найти.

– Нет! Я не хочу больше никогда с ним разговаривать. Для меня его просто никогда не было!

– Тогда почему ты колеблешься?

– Неправда. – Бет посмотрела на Лоис, в ее глазах стояли слезы. – Я просто думала, как мне повезло, что у меня есть два прекрасных человека, которые… которые заботятся обо мне и… и…

Она умолкла и закрыла лицо ладонями.

– Благодари Билла, а не меня.

Зазвонил телефон, и Лоис бросилась к нему, но вскоре вернулась с таким напряженным лицом, что Бет поспешно подбежала к ней:

– Что такое? Не беда, если с работой не получается. Я уверена, зима в Нью-Йорке мне не повредит.

– С работой получается. Миссис Мэйс с удовольствием возьмет тебя.

– Тогда в чем подвох?

– «Подвох», как ты сказала, в том, что это не отель. Это ранчо-пансионат в Аризоне.

У Бет перехватило дыхание.

– О нет!

– О да! И что еще хуже – оно рядом с Барлби!

Воцарилась тишина. Потом Бет рассмеялась и не могла остановиться, пока Лоис не встряхнула ее за плечи.

– Прекрати, Бет! Сейчас же прекрати!

– Это не истерика, – выдохнула Бет. – Я смеялась над тем, как жизнь заставляет меня забрать свои слова назад.

– Что ты имеешь в виду?

– Секунду назад я объявила, что Дэнни для меня не существует. Теперь мне придется это доказать.

– Ты не можешь согласиться, – запротестовала Лоис. – Будь работа в любом другом месте Аризоны, я бы сказала – езжай. Но Барлби – это же у него на пороге!

– Тем больше причин ехать. Работа заставит меня выбросить его из головы.

Все еще не убежденная, Лоис наблюдала, как Бет идет к двери.

– Билл еще на линии?

– Нет. Я сказала, что мы перезвоним.

– Тогда я пошла звонить.

– Ты очень храбрая.

– Или очень глупая, – ответила Бет. – Какая именно – время покажет!

Глава 4

Огромный серебристый самолет покачал крыльями, словно приветствуя белоснежное кудрявое облако в пронзительно синем небе Аризоны, и плавно пошел на посадку в аэропорту Скай-Харбор.

Нервно глянув в иллюминатор, Бет впервые увидела Финикс – пышный зеленый оазис, невероятным образом очутившийся в пустыне. Со всем сторон город окружали мрачноватые горы: хребты Сьюперстишн, Кэмелбек, а вдалеке – Фор-Пике. Их вершины четко вырисовывались на фоне чистого неба, а фиолетовые склоны резкими уступами сбегали вниз и растворялись в желтой и оранжевой пыли пустыни. Тут самолет сделал резкий вираж, и перед глазами Бет предстало ярко-голубое небо – такое же голубое, как глаза Дэнни.

Девушка сосредоточилась на том, чтобы потуже затянуть пристяжной ремень.

«Я не должна думать о Дэнни. Я ведь поклялась не делать этого, и вот пожалуйста – уже думаю о нем, не успев ступить на землю Аризоны!»

С усилием она повторила про себя инструкции Лоис, надеясь, что не забыла ничего важного. Миссис Мэйс постарается сама встретить ее в аэропорту, но все зависит от того, когда прибудет новая группа постояльцев. Если время их прибытия совпадет со временем приезда Бет, за ней пошлют машину – желтую машину с водителем-мексиканцем, который отвезет ее прямиком на Круг-Кью.

Они наконец приземлились. Обрушившаяся на нее жара казалась поразительной после холодов Нью-Йорка. Следуя за пассажирами, Бет в здании аэровокзала забрала багаж и прошла к стенду «Пан-Америкэн эруэйз», где и остановилась, с трепетом разглядывая многочисленных седовласых дам, хотя слово «синевласые», пожалуй, больше подходило к их прическам, и втайне надеясь, что ни одна из них не окажется ее новым работодателем.

– Мисс Моррисон? – раздался свистящий голос за ее спиной.

Резко обернувшись, Бет увидела невысокого толстого мужчину. Одетый в линялые джинсы и клетчатую рубашку, с поношенным сомбреро в руках, он совсем не походил на шофера, которого она ждала. Но смуглая кожа и иссиня-черные волосы указывали на его мексиканское происхождение, и Бет поняла, что именно он ее встречает.

– Сеньора Мэйс не смогла приехать сама, – сказал тем временем мужчина, сверкнув белозубой улыбкой. – Ваши чемоданы?

Бет кивнула. Он поднял чемоданы так, словно они были пустыми, и забавной переваливающейся походкой засеменил впереди, на улицу.

Он ловко закинул чемоданы в автомобиль и с поклоном открыл перед Бет переднюю дверь желтого универсала.

– Миссис Мэйс сказала, вы из Англии.

– Верно.

– Надеюсь, вам тут нравится. Вы кататься лошадь?

– Боюсь, что нет.

– Ничего. Я учу вас кататься, вы учите меня говорить по-английски. О'кей, мы договориться?

– Зависит от того, будет ли у меня свободное время, – твердо ответила Бет.

– У вас быть достаточно время, – уверил ее мексиканец. – Миссис Мэйс отличный начальник! Теперь вы садиться удобнее и наслаждаться поездкой.

– А это далеко?

– Очень близко. Около шестидесяти миль.

– Так много?!

– В Аризоне это маленький путешествие. Мы большой штат.

Кивнув, она устроилась на сиденье, чувствуя мощь машины, с ревом несущей их по шоссе. Бет знала, что Финикс находится в самом сердце Солт-Ривер-Вэлли, чашеобразной долине примерно двадцати миль в ширину и сорока в длину. Благодаря умелой ирригации она стала цветущим регионом, где круглый год выращивали хлопок, зелень и зерно. Увидев равнину своими глазами, Бет была потрясена объемом работ, понадобившихся, чтобы превратить бесплодную пустыню в плодородную местность.

Вокруг города радовали глаз апельсиновые рощи, и Бет легко могла представить, как великолепно пахнут цветущие деревья в неподвижном сухом воздухе. Сухой воздух – именно это впечатлило ее больше всего. Из-за него жара переносилась гораздо легче, не вызывая дискомфорта.

Миновав Финикс, они начали удаляться от его ярких красок. Темная зелень люцерны, более светлая – апельсиновых деревьев и золотые пшеничные поля уступали место желтым и коричневым пескам пустыни, где гигантскими иглами высились кактусы.

Время от времени они проезжали маленькие индейские и испанские деревушки, где низкие, беспорядочно выстроенные домики из крашеного необожженного кирпича с красными черепичными крышами и патио смешивались с асимметричными двухэтажными домами. Еще реже пейзаж нарушали неприглядные заброшенные шахты, напоминая Бет, что большая часть богатства Аризоны состоит из обширных запасов меди и других природных ресурсов.

Усыпленная жарой и ровным движением автомобиля, Бет задремала. Когда она вновь открыла глаза, автомобиль катил по холмистой местности.

– Нам еще далеко? – спросила девушка.

– Уже здесь, – ответил водитель, и машина резко повернула в тяжелые деревянные ворота на узкую дорогу, пыльное полотно которой контрастировало с зеленью обильно поливаемых кустов.

Она изумилась просторам разнотравья, открывшимся взору, когда они обогнули небольшую рощу, и в который раз удивилась изобретательности тех, кто построил поместье посреди голого песка. Это было не совсем такое поместье, к каким она привыкла. Скорее убежище богатого человека в интерпретации Нового Света – с разноцветными гамаками в саду, клумбами и большим, неправильной формы бассейном там, где положено находиться площадке для крикета.

Но больше всего ее поразил дом. Одноэтажный, с широкими верандами и стенами, сложенными из грубых коричневых бревен, он, казалось, тянулся на мили. Но чем больше Бет разглядывала строение, тем более определенные очертания оно принимало. Тут и там стены заменяли огромные окна из зеркального стекла, за которыми угадывались просторные комнаты отдыха. Слева, за еще одной стеклянной стеной, она заметила столовую, где сновали девушки в клетчатых розовых платьях.

Нервничая, Бет взошла по деревянным ступеням и оказалась в холле. Прямо напротив нее из окна открывался вид на парк, а справа находилась стойка приемной, где распоряжался стройный молодой человек с красивым смуглым лицом индейца навахо. Все казалось веселым и непринужденным, и этот эффект усиливали полированные деревянные полы и цветастые мексиканские коврики. Страх немного отступил. Может, Круг-Кью и большое поместье, но скучать здесь явно не придется!

– Наконец-то, дорогая! Я так жалела, что не могу встретить вас сама.

Бет обернулась и увидела, что к ней спешит очень высокая женщина средних лет – точнее возраст определить было невозможно. Правильное лицо без косметики и коротко подстриженные волосы цвета перца с солью – она так не походила на образ, придуманный Бет, что вся нервозность девушки исчезла. Она с готовностью протянула руку для приветствия и широко улыбнулась:

– Я счастлива оказаться здесь, миссис Мэйс. А ехать с вашим водителем было очень интересно!

– Не сомневаюсь! Я забыла предупредить, чтобы он не слишком много говорил. Это единственный недостаток Мигеля.

Бет рассмеялась, и женщина вопросительно посмотрела на нее:

– Полагаю, он болтал без остановки?

– Я смеюсь не поэтому, а оттого, что его зовут Мигель. Это так… так предсказуемо!

– В Аризоне так чаще всего и бывает, – сухо отозвалась миссис Мэйс. – Не дайте этому одурачить себя! Им просто нравится вести себя так, как от них ожидают туристы. Мексиканцы как никогда похожи на мексиканцев, а ковбои выглядят более роскошно, чем в разгар лета – в это время большинство туристов уезжают. Но в сезон вся Аризона – один большой розыгрыш!

– Звучит здорово.

– Так и есть. Но не буду задерживать вас разговорами. Вы, должно быть, устали с дороги.

– Да, душ мне бы не помешал.

– Разумеется. Я провожу вас в вашу комнату, она напротив моих апартаментов. На случай, если мне надо будет поработать в тишине. Иногда мой офис переполнен посетителями.

Спальня походила на сказку. Неужели это комната для персонала, а не номер испанского гранда? Роскошная мебель из темного дерева – кровать с балдахином, туалетный столик и шкаф, отделанные серебром лампы – все это создавало атмосферу роскоши. Пол покрывал толстый ковер, занавеси в тон обрамляли широкое окно. Сквозь полуоткрытую дверь виднелась небольшая, но прекрасно обставленная ванная, сверкающая и современная, в отличие от самой комнаты.

– Потрясающе, – выдохнула Бет. – Я себя чувствую скорее гостьей, чем сотрудницей.

– Надеюсь, вы всегда будете чувствовать себя, так. Здесь хватает работы, но должны же быть и плюсы. Однако вы довольно худая и бледная.

– У меня была пневмония, – объяснила Бет. – В остальном я абсолютно здорова.

Она подошла к окну, откуда виднелись теннисные корты и еще один газон, а вдалеке конюшни и несколько амбаров.

– Я не совсем точно знаю свои обязанности.

– Разбирать мою почту, звонить моим поставщикам – еда, цветы и прочее. Они все привозят сами, но работают активнее, если знают, что время от времени мы их контролируем. Но в основном я хочу, чтобы вы общались с гостями и следили, чтобы никому не было одиноко. Еще вам придется организовывать партии в бридж и рассаживать всех в столовой.

– Что-то вроде незаметной свахи? – предположила Бет.

– Ну, про незаметность речи нет! Большинство девушек в наше время из кожи вон вылезут, чтобы получить то, что хотят.

Бет подавила вздох, жалея, что не может похвастать тем же.

– У вас есть какие-то требования к внешнему виду?

– Хлопковые платья или брюки. – Миссис Мэйс направилась к двери. – Оставляю вас устраиваться. Ужин в любое время с семи до девяти, но я обычно ем около восьми. Можете ужинать в своей комнате, если вам так удобнее, или присоединяйтесь ко мне.

– С удовольствием присоединюсь к вам, если вы не против.

Улыбнувшись, миссис Мэйс вышла, и Бет медленно распаковала вещи. «Буду ли я когда-нибудь вновь жизнерадостной и энергичной? Или останусь усталой и в депрессии? – Увидев в зеркале свое отражение, она скорчила рожицу. – Как бесцветно я сейчас выгляжу – худая, волосы тусклые… Если бы меня сейчас увидел Дэнни…»

– Нет, – вслух произнесла девушка, – я не должна о нем думать. Не должна.

Ровно в восемь Бет сидела в столовой за отдельным столиком со своей нанимательницей. Комната была заполнена больше чем наполовину, гости в отменных нарядах, от длинных вечерних платьев до экзотических ковбойских одеяний.

– Как отдохнули? – осведомилась миссис Мэйс.

– Спасибо, отлично. Я в общем-то и не устала, – солгала Бет. – Не знаю, какой у меня будет график, но я привыкла работать сверхурочно.

– Здесь нет установленного графика, – улыбнулась миссис Мэйс. – Все зависит от того, сколько у нас гостей. Конечно, в сезон мы все работаем больше, но это возмещается летом. Надеюсь, вы пробудете здесь достаточно долго, чтобы насладиться этим сполна!

– Возможно, вы захотите избавиться от меня раньше.

– Вряд ли я ошиблась в вас. Вы мне нравитесь, Бет, и я надеюсь, что и вам понравится у нас.

– Уже нравится настолько, – призналась Бет, – что я боюсь проснуться и обнаружить, что это был сон!

После ужина девушка вместе со своей работодательницей вышла на улицу. Из-за спины доносились звуки музыки и смеха, затем топот по полу множества ног, отстукивающих ритм кадрили. Слышался мелодичный мужской голос, руководящий движением пар:

– Берем девушку за руку, кружим ее, топаем ногой!

– Это Сэм, – сообщила миссис Мэйс. – Он отлично руководит кадрилью.

– Надеюсь, мне не придется этим заниматься? – спросила Бет и облегченно вздохнула, услышав отрицательный ответ.

В молчании они шли вдоль бассейна. Фонари освещали темную воду и часть кустарника, но большая территория была не освещена. Лишь вокруг освещенных лампами столиков стояло несколько стульев. Небо было синим до черноты. На нем кое-где сияли звезды, в сухом воздухе пустыни казавшиеся необыкновенно яркими и большими. Было заметно прохладнее, чем днем, и Бет порадовалась, что взяла с собой жакет.

– Я люблю пустыню ночью, – призналась миссис Мэйс. – Она словно оживает.

– Она кажется такой унылой, – пробормотала Бет.

– Подождите, вот узнаете ее получше… Как только это произойдет, вы тоже попадете под ее очарование, как я когда-то.

– А вы всю жизнь здесь прожили? – не подумав, спросила Бет и тут же поспешно извинилась: – Простите, пожалуйста, я не имею права расспрашивать.

– Боже милостивый, девочка моя, мы здесь так не церемонимся! Но не надо обижаться, если я тоже проявлю любопытство. – Миссис Мэй остановилась и глубоко вдохнула. – Я приехала сюда тридцать лет назад. Здесь ничего не было похожего на то, что ты сейчас видишь. Никаких ранчо-пансионатов, никаких туристов. Только дикая земля и дикие люди. Хотя, пожалуй, слово «неприрученные» подходит больше.

– И вы обосновались здесь?

– Да, мы оба полюбили эти места. Здесь и умер мой муж. Восемь лет назад. Я потеряла всякий интерес к делу и решила продать ранчо. Я бы и продала, если бы не Уайатт Хардинг. Он был хозяином соседнего ранчо и заставил меня понять, что бегство ничего не решит. Вот я и осталась.

– Наверное, он очень вами гордится, – сказала Бет, хотя на самом деле ей хотелось задать множество совсем других вопросов.

– К сожалению, он не дожил до того, чтобы увидеть все это. Умер через полгода после смерти моего мужа. А ранчо теперь управляет его сын. Тоже очень успешно. Чудесный молодой человек.

Радуясь, что темнота скрывает румянец, заливший ее щеки, Бет усилием воли заставила себя не задавать вопросы, которые так и рвались с языка. Женился ли Дэнни? Давно ли он знаком со своей невестой? Она так же богата, как и он?

– Теперь моя очередь расспрашивать, – улыбнулась миссис Мэйс. – По словам Билла, вы сирота.

– Да. Но у меня есть двоюродная сестра. В Нью-Йорке я жила с ней.

– Ах да, Лоис. Я как-то встретилась с ней, когда заезжала в офис к Биллу. Красивая девушка с печальным лицом.

– Печальным? – Бет поразилась.

– Да. Словно она пыталась справиться с неудавшимся романом.

Ошарашенная проницательностью женщины, Бет поняла – ей придется быть очень осторожной, чтобы не выдать собственные эмоции.

– Точно так же и вам нет смысла это скрывать, – добавила миссис Мэйс. – Вы ведь тоже бежите от мужчины, верно?

– Да.

– Тогда вы не могли выбрать лучшего места. Через полгода, начиная с сегодняшнего дня, вы даже имени его не вспомните!

Уныло размышляя, как бы заговорила нанимательница, если бы знала, что мужчина, которого, по ее словам, Бет должна забыть, – тот самый, кого минуту назад она назвала «чудесным», Бет пробормотала что-то невнятное и отчаянно принялась искать другую тему для разговора. Но в голову ничего не приходило, там царили тоска и пустота.

– Не будьте такой несчастной, – посоветовала миссис Мэйс. – Никакая боль не длится вечно, можете мне поверить. А теперь идите и поспите как следует. Утро вечера мудренее.

Бет втянулась в новую работу быстрее, чем ожидала. Поначалу ей было тяжело разговаривать со всеми гостями, но это скоро прошло. К концу месяца она не терялась, когда надо было представить гостей друг другу, устроить вечер бриджа или канасты, которые оказались любимыми играми тех, кто не хотел принимать участия в кадрили, устраивавшейся дважды в неделю, или ночных походах на повозках по пустыне.

Постепенно и почти незаметно для себя она начала набирать утерянные за время болезни килограммы, бледность уступила место легкому румянцу, волосы, выгоревшие на солнце, сияли словно золотой нимб. Но одно обстоятельство омрачало ей жизнь. Бет не удалось забыть Дэнни. Хотя она старалась. Изо всех сил. Может, это из-за того, что пансионат находится близко к ранчо Дэнни? Рано или поздно им все равно предстоит встретиться. Но хотя Бет признавала, что это было бы наилучшим выходом, все же чем позже это случится, тем лучше она сможет контролировать свои эмоции.

Закончив завтрак, она вернулась к своим обязанностям. У Сэма был выходной, и Бет провела часть утра в приемной, делая звонки для гостей и встретив несколько вновь прибывших.

Как обычно, день был прекрасный, небо васильково-синее, воздух жаркий и сухой, над головой золотым шаром висело солнце. В бассейне плавали взрослые и дети, а молоденькие официантки метались от одной группы людей к другой с подносами холодных напитков и бутербродов. Как же эти клиенты ели!

– Вы можете набрать для меня номер телефона? – раздался беззаботный голос.

Бет вернулась на землю и увидела девушку приблизительно своего возраста и роста. На этом сходство заканчивалось. Волосы у девушки были цвета воронова крыла, кожа оливковая, а полные алые губы выдавали испанское происхождение.

– Вы будете разговаривать отсюда, – спросила Бет, – или мне перевести звонок в ваш номер?

– Отсюда, пожалуйста. Вы англичанка, верно?

– Да. Мне никак не удается избавиться от акцента.

– И не стоит. В Штатах к нему относятся хорошо.

– Назовите, пожалуйста, нужный вам номер, – пробормотала Бет.

– Пять-пять-девять-три. Попросите любого, кто ответит, передать мистеру Хардингу, чтобы он захватил мои солнечные очки. Я забыла их вчера у него в машине, когда он забирал меня из аэропорта.

Радуясь, что столешница скрывает дрожащие руки, Бет набирала номер. Неужели эта девушка – невеста Дэнни? Но если так, почему она остановилась здесь, а не у него дома? Сразу же за этими мыслями нахлынул страх, что Дэнни может сам взять трубку, и от волнения она ошиблась последней цифрой – пришлось набирать заново.

– Побыстрее, пожалуйста, – поторопила девушка, – а то он уедет.

Склонив голову, Бет снова набрала номер и почти дозвонилась, как вдруг девушка радостно вскрикнула и побежала к выходу.

– Можете не дозваниваться! – крикнула брюнетка. – Он уже здесь!

Бет вжалась в кресло. Слишком поздно бежать в кабинет. Ей придется найти в себе мужество пережить это.

– Милый, – услышала она голос девушки, – как умно с твоей стороны догадаться, что это мои очки!

– Поскольку за последние двадцать четыре часа ты была единственной девушкой в моей машине, догадаться несложно, – последовал веселый ответ.

При звуке мужского голоса ужас Бет испарился. Это, по-видимому, брат Дэнни, молодой человек, желавший все контролировать.

Она осторожно выпрямилась и через холл изучающе посмотрела на человека, стоящего в дверях. Увиденное ее удивило: она ожидала молодости и слабости, а перед ней предстали сила и зрелость. Он оказался не юнцом, которым можно командовать, а мужчиной тридцати с небольшим, и, судя по виду, командовать привык он. Густые прямые черные волосы зачесаны назад с высокого лба, из-под четко очерченных бровей смотрели пронзительные серые глаза, казавшиеся светлее из-за густого загара. Орлиный нос и квадратный подбородок усиливали впечатление внутренней мощи. Привычка управлять сквозила в каждом движении высокого поджарого тела, одетого в сшитую на заказ рубашку и брюки для верховой езды.

– Ты готова? – спросил он свою спутницу.

– Еще секунду. Я хочу договориться насчет парикмахера. – Брюнетка вновь подбежала к стойке приемной. – Вы можете договориться для меня? На завтрашнее утро, как можно раньше.

– С кем? – спросила Бет.

– Карло, разумеется. Только не говорите, что он больше не приезжает!

Зардевшись, Бет кивнула. Ведь только на прошлой неделе, поскольку ранчо наполнялось посетителями, клиентов оказалось достаточно, чтобы парикмахер работал три дня в неделю. И она как идиотка забыла об этом.

– Да, он здесь, – торопливо ответила Бет. – Я позвоню ему и обо всем договорюсь. Для кого мне назначать встречу?

– Линн Грэнтхем. А если он не сможет заняться мной, скажите, что он не получит коробку сигар, которую я ему привезла!

– Это же взятка, – отчетливо произнес Дин Хардинг.

Бет, отвернувшаяся к телефону, поняла, что он тоже подошел к стойке.

– Какая разница! Главное, что это работает, – самоуверенно ответила его спутница и побарабанила пальцами по столешнице. – Вы договорились?

– Линия занята, – ответила Бет. Глядя на Линн Грэнтхем, она чувствовала, что Дин Хардинг смотрит на нее, слегка нахмурясь.

– Вы здесь новенькая? – спросил он.

– Да.

– И как вам Аризона?

– Я ее еще почти не видела. – Голос Бет вдруг задрожал. Понимая, что мужчина все еще смотрит на нее, девушка добавила: – Я собираюсь съездить на какую-нибудь экскурсию.

– Обязательно, – улыбнулся он.

– Вот и ты, Дин! Ты уже познакомился с Бет, – радостно улыбаясь, появилась миссис Мэйс. – Разве Билл Сондерс не умница, что нашел ее для меня?

– Ты сказала «Бет»? – переспросил Дин Хардинг?

– Да. Бет Моррисон.

Мужчина развернулся и окинул Бет ледяным взглядом.

– Значит, решили сами приехать сюда.

– Какие странные вещи ты говоришь, – заметила миссис Мэйс.

– Ничего странного, зная мисс Моррисон.

– Ты ее знаешь?

– Только понаслышке, – протянул Дин Хардинг. – Дэнни познакомился с ней в Нью-Йорке.

Миссис Мэйс с удивлением взглянула на Бет:

– Ты не говорила, что знаешь Дэнни.

– Я не была уверена, что… я не знала, тот ли это Дэнни.

Бет и сама понимала, какая это слабая отговорка. Будто могло быть два Дэнни Хардинга, владеющих ранчо в Аризоне!

– Пойдем. – Линн Грэнтхем дотронулась до плеча Дина. – Ты говорил, что торопишься.

– Так и есть.

Слегка коснувшись на прощание плеча миссис Мэйс и бросив на Бет полный ярости взгляд, он пошел прочь. И только после того, как дверь за ним закрылась, миссис Мэйс заговорила:

– Что, во имя всех святых, все это значило?

Запинаясь, на фоне постоянных взрывов детского смеха, доносившихся снаружи, Бет рассказала историю своего знакомства с Дэнни и всего, что за ним последовало.

– Вот почему его брат так зол на меня, – заключила она. – Он считает, что я бегала за Дэнни и приехала сюда с целью продолжить это занятие.

– Поскольку ты здесь уже месяц и даже ни разу не попыталась встретиться с ним…

– Когда вы относитесь к кому-то с предубеждением, факты значения не имеют.

– Можешь винить своего бесценного Дэнни за все предубеждения, которые есть против тебя у его брата.

– Это ранит сильнее всего, – призналась Бет. – То, что у Дэнни не хватило храбрости сказать брату правду. Что он обернул все так, будто я гонялась за ним!

– Дэнни боится Дина.

– Но почему?

– Потому что Дин может послать его с ранчо на все четыре стороны.

– Но это же его ранчо!

– Это ранчо Дина, – поправила миссис Мэйс. – Которое завещал ему отец.

Бет не смогла скрыть изумления.

– Но Дэнни говорил…

– Дэнни говорит много неправды. Все принадлежит Дину. Уайатт Хардинг оставил Дэнни кое-какой доход, но недостаточный, чтобы он мог на него прожить! К тому же они не братья, а кузены. Мать Дэнни была сестрой Уайатта. Она и ее муж умерли, когда Дэнни было около десяти, и с тех пор он живет на ранчо.

– Но Дин все-таки мог выгнать его?

– Теоретически да. Но я не могу представить, чтобы он действительно это сделал, как бы он ни грозился.

– Тем не менее, он мог. Особенно если Дэнни хотел расторгнуть помолвку.

– Дин не способен использовать подобные рычаги давления, чтобы заставить кого-то жениться. Как ни больно говорить, но Дэнни никто ни к чему не принуждает. Так что приезд сюда – не самое правильное для тебя решение.

Едва до Бет дошел смысл сказанного, она покраснела от возмущения.

– Неужели вы считаете, будто я приехала, чтобы попытаться заставить Дэнни передумать!

– Я считаю, что сознательно ты приехала сюда за тем, о чем рассказала мне, – перебила миссис Мэйс. – Но как насчет подсознательного? Ты достаточно умна, чтобы знать о скрытых мотивах. Будь честна с собой, девочка моя.