Текст книги "Прогулки с Библией"

Автор книги: Рафаил Нудельман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

Книга была опубликована, действительно произвела некую сенсацию, автор даже получил от возмущенных христиан несколько писем с угрозой убить его, но затем волна интереса схлынула. Однако ненадолго. В 1982 году два энергичных автора, Майкл Байджент и Ричард Лей, опубликовали еще более нашумевшую книгу «Святая кровь, Святой Грааль», в которой воскресили выдумку Джойса, разукрасив ее еще несколькими искусно соединенными мифическими сюжетами. Их «Иисус» тоже имел ребенка от Марии Магдалины, но этот ребенок был доставлен во Францию и там дал начало королевской линии Меровингов. Все это было делом могущественной тайной организации «Приорат Сиона», создавшей для защиты «династии Христовой» специальный Орден тамплиеров; а сама тайна была запечатана в документе, получившем название «Грааль». Ватикан с первых же дней, опасаясь за свою власть, пытается найти и уничтожить этот Святой Грааль и борется с защитниками потомков Иисуса – сначала с тамплиерами, потом с катарами, а главное – с «Приоратом Сиона» (во главе которого, если верить авторам, были такие люди, как Леонардо да Винчи, Виктор Гюго и французский поэт и драматург Жан Кокто). Но эта тайная организация существует и сегодня, стремясь создать «Объединенную Европу» и стать ее властителем.

Эта книга вызвала огромный интерес, но, как видно из ее изложения, состояла она, по сути, из наскоро слепленных мифов, хорошо замешанных на столь же популярной «теории заговора», даже нескольких сразу: «Иисуса» против римлян, «Приората Сиона» против Каролингов, Ватикана против «Приората Сиона», – и не обошлось, конечно, без «Протоколов сионских мудрецов», по образцу которых и был выдуман «Приорат Сиона». (Не так давно дальний отголосок этой фантазии прозвучал в Интернете, где появился рассказ о создании израильской атомной бомбы благодаря помощи, которую Жан Кокто оказал Шимону Пересу через свою «марионетку» де Голля.) Впрочем, эта всеядность не сошла авторам с рук: украв основную идею у Джойса, они, в свою очередь, были обокрадены небезызвестным Дэном Брауном, который спустя почти двадцать лет использовал «историческую» начинку Байджента и Лея, написав на ее основе свою нашумевшую книгу «Код да Винчи». Попытка авторов судиться с Брауном кончилась для них провалом: суд справедливо признал их теории «коллективными мифами» и обязал их выплатить три миллиона евро судебных издержек.

Часть третья. Древность, извлеченная из глубин

Глава первая. Ашера – царица неба

Не так давно на экраны европейского телевидения вышел и вызвал большой интерес трехчастный фильм, сделанный по материалам книг и лекций историка одного из английских университетов Франчески Ставракопулу. Интерес этот легко понять. Как утверждает Ставракопулу, она обнаружила и доказала некий сенсационный факт, имеющий прямое отношение к Господу Богу. «Его называют по-разному: Яхве, Аллах или просто Господь, – говорит Ставракопулу в заставке к фильму, – но все, кто исповедует одну из великих авраамистических религий, будь то евреи, мусульмане или христиане, согласны в том, что этот Бог – единственный Творец всего и вся, а не просто один бог среди многих других. – И продолжает: – Однако после многолетних исследований истории и религии Израиля я пришла к волнующему и для некоторых, возможно, малоприятному выводу, что у этого Бога была жена и звали ее Ашера».

Ставракопулу утверждает, что ее открытие опирается на многочисленные древние тексты угаритского происхождения, в которых то и дело упоминается могущественная богиня плодородия с этим именем, и на столь же многочисленные фигурки и надписи из Угарита, посвященные ей. Угарит, как известно, это город-царство древнего Ближнего Востока, религия которого, как считают многие историки, оказала прямое влияние на древнееврейскую. В угаритских источниках Ашера выступает как супруга главного бога по имени Эль. Единый еврейский Яхве, утверждает Ставракопулу, именуется в Библии как Яхве Элоим (множественное от «Эль»), и та же Ашера упоминается в связи с этим Яхве как в самой еврейской Библии, так и в надписи VIII века до н. э. на обломке сосуда, найденного при раскопах в Кунтиллет Аджруд в Северном Синае. «Эта надпись, – объясняет Ставракопулу, – содержит просьбу о благословении, обращенную к „Яхве и Его Ашере“ как к божественной паре. – И добавляет: – Позднее были найдены и другие надписи того же рода, подкрепляющие мысль о том, что у библейского Бога когда-то была жена, которая, если верить библейской Книге Царств, почиталась даже в иерусалимском Храме, где ей была установлена специальная статуя».

Что значит «была»? Была – а потом ее не стало? И что это за статуя богини в иерусалимском Храме, если еврейская религия сурово запрещает всякие изображения подобного рода? Как вообще отнестись к этому «сенсационному открытию»? Не выдумка ли все это?

Нет, не выдумка. Единственное, что тут, мягко говоря, не совсем точно – это утверждение об «открытии». Потому что все, что рассказывает Ставракопулу в своем фильме, давным-давно известно всем знатокам древней истории. Гипотезу о существовании у древних евреев богини Ашеры выдвинул еще в 1967 году еврейский историк Рафаэль Патай в своей книге «Ивритская богиня». Но и он не был первым. Об угаритской богине Ашере (она же Атира, Элат и Кодеш), а также о многочисленных (около сорока) упоминаниях этого имени в Библии специалистам было известно и до Патая. Заслуга этого ученого состояла в том, что он первым связал эти два факта и заявил, что Ашера была главной богиней не только в Угарите, но и в древнееврейской мифологии. Позднее раскопки в Синае подкрепили эту гипотезу. Здесь, в развалинах древней крепости Кунтиллет Аджруд, были обнаружены среди прочего обломки двух больших сосудов для воды, почти сплошь расписанных живописными изображениями животных и воинов; ниже этих изображений начертаны (смешанным финикийским и ивритским шрифтом) надписи, в одной из которых неведомый автор просил благословения у «Яхве из Шомрона и его Ашеры», а во второй – у «Яхве из Темана и его Ашеры». Впоследствии аналогичная пара имен была найдена и в надписи: «Благословен Уриягу от Яхве и его Ашеры, от врагов Он спас его», обнаруженной в Хирбет-эль-Хом вблизи Хеврона.

Кто же она, эта Ашера? Для лучшего понимания стоит обратиться к Библии. Почти все упоминания об Ашере (в русском синодальном переводе она названа Астартой) осуждают тех, кто ей поклоняется (например, говорится, что царь Манасия «посадил себе» или «сделал себе» Ашеру и этим «сделал зло перед лицом Господа»), и восхваляют тех, кто эту Ашеру «разбил» или «срубил». Здесь Ашера явно понимается как священное дерево или деревянная статуя. Во Второзаконии имеется прямой запрет сажать такое дерево или поклоняться такой статуе. Однако в некоторых других случаях (например, в Четвертой книге Царств, а также дважды у пророка Иеремии) о ней говорится как о богине. Именно на этом основании Патай уже в 1947 году, в более ранней своей книге «Человек и храм в древнееврейском мифе и ритуале», выдвинул тезис о длительном существовании в еврейской религии сильных элементов политеизма и, в частности, культа многочисленных женских богинь и великой Богини-Матери, выступавшей под такими именами, как Ашера, Анат, Астарта, Ашима, Матронит (она же Шехина) и даже Шабат (то есть персонифицировнная суббота).

По мнению Патая, статуи херувимов в Соломоновом Храме были изображениями этих богинь, а вне Храма ее символизировали священные деревья и шесты. Другая исследовательница этого вопроса, Тильда Бингер, в своей книге «Ашера, или Богини Угарита, Израиля и Библии» (1997) добавила к этому предположение, что в Древнем Израиле Ашере поклонялись не только в виде деревянной статуи, но также в виде статуи из глины или камня (иногда без ног), которую ставили перед домом или в лесу, а вдоль дорог Древней Палестины – просто в виде высоких деревянных шестов. Такие женские статуи, хотя и небольших размеров, действительно зачастую находят при раскопках Древнего Израиля.

Однако в 2000 году идеи Патая и Биндер получили куда более широкую интепретацию, когда американская исследовательница Джудит Хадли в своей книге «Культ Ашеры в Древнем Израиле» заявила, будто все эти находки однозначно доказывают, что богине Ашере поклонялись не просто как одной из богинь или главной богине, а как «супруге Яхве». Эту идею Хадли подхватил и еще более энергично развил известный американский археолог Вильям Девер. В книге «Была ли у Бога жена?» (2006) он последовательно изложил теорию, согласно которой Ашера выступала в еврейской религии как богиня-супруга Яхве вплоть до эпохи Давида, Соломона (и даже всех последующих царей Израиля и Иудеи) и ей поклонялись как «царице неба», устраивая в ее честь специальные праздники. В доказательство своих построений Девер ссылался на упомянутые выше цитаты из Книги Иеремии («Дети собирают дрова, а отцы разводят огонь, и женщины месят тесто, чтобы делать пирожки для богини неба» – и в другом месте: «И когда мы кадили богине неба и возливали ей возлияния, то разве без ведома мужей наших делали ей пирожки с изображением ее?..»).

Книга Девера вызвала бурные споры среди ученых. Израильские археологи Ахитув и Амит назвали ее, по сути, безграмотной и недостоверной, тогда как некоторые западные теологи сочли «глубокой» и «замечательной». В целом, однако, интерпретация Девера не получила поддержки большинства специалистов. Многие из них высказали более умеренную гипотезу, по которой Ашера не была ни «царицей неба», ни тем более супругой Яхве, но имела статус некоего «посредника», через которого осуществлялось благословение Яхве, в силу чего в синайских и хевронских надписях и появилось выражение «Яхве и его Ашера». И наконец, третья, самая большая группа ученых осталась при мнении, что поклонение Ашере-Астарте представляло собой просто часть тех домонотеистических культов Ханаана, непрерывная борьба с которыми проходит сквозь все книги Библии, начиная с Второзакония.

Очень выразительно описывает эту длительную борьбу израильский археолог Финкельштейн в своей книге «Библия, извлеченная из земли». Он напоминает, что во времена Давида и Соломона дворцовая и храмовая бюрократия была слабой, а авторитет иерусалимского Храма стоял далеко не так высоко, как это описывается в Библии. В ту пору и даже много позже Храм отнюдь не был единственным средоточием религиозного культа. Параллельно с ним в Иудее и Израиле существовала также обширная система обрядов, практиковавшихся среди простого сельского населения. «Раскопки Баруха Гальперина и других, – пишет Финкельштейн, – доказали существование на всей этой территории многочисленных родовых святилищ, где отправляли местные обряды и приносили жертвы местным богам и богиням. Это поклонение родовым или местным богам не было – вопреки утверждениям редакторов Библии – каким-то „отступничеством“ от якобы повсеместно существовавшей уже „чисто монотеистической“ религии (чистый монотеизм появился только после вавилонского изгнания). То была часть древней традиции жителей Нагорья (Иудеи), которые почитали Яхве наряду с множеством других богов и богинь, заимствованных у соседних народов… Широкое распространение этой синкретической религии, – продолжает Финкельштейн, – доказывается сотнями фигурок обнаженных богинь плодородия, найденных в Северо-Западном Синае и в предгорьях Иудеи. Все они, по всей видимости, были посвящены богине плодородия Ашере. Однако этот глубоко укорененный культ не ограничивался только сельской местностью. Есть достаточно библейских и археологических свидетельств того, что синкретический культ Яхве процветал в самом Иерусалиме. Так, пророк Иезекииль упоминает о пагубной практике устанавливать культовые объекты, посвященные другим богам (включая вавилонского Таммуза), в иерусалимском Храме. И даже после суровой религиозной реформы царя Езекии, о котором в Библии сказано, что „он разбил Ашеру и срубил столбы“, этот народный политеизм воскрес снова, причем сразу же после смерти царя, когда его преемник Манассия, как сказано в Четвертой книге Царств (21:3–7) „поставил жертвенники Ваалу… и соорудил жертвенники всему воинству небесному на обоих дворах дома Господня… и поставил истукан Астарты, который сделал, в доме…“».

Подведем итоги. История Ашеры – интересный этап в истории иудаизма, но звания «супруги Яхве» эта богиня вряд ли заслуживает. Она вполне могла быть и предстательницей перед ним (поскольку упоминается как «его Ашера»). Мнение большинства специалистов по этому поводу еще в 1983 году подвели Роберт Грейвз и Рафаэль Патай в своей совместной книге «Еврейские мифы»: «Поскольку творение поначалу понимали как естественное рождение, а не искусственное создание мира, то его центральным персонажем была женщина. Однако большинство мифов Ближнего Востока принадлежат уже к тому времени, когда по крайней мере часть священных прерогатив женщины была передана состоявшему ранее в ее свите воину-мужчине. Тем не менее богини были хорошо известны иудеям библейских времен, которые совершали молитвенные ритуалы в рощах богини Ашеры и… почитали Астарту, богиню финикийцев и филистимлян. Но хотя Ашеру и Астарту почитали во всех сословиях, пока существовало Иудейское царство, нигде в Библии нет и намека на ее связь с Яхве-Элоимом, и никакая иудейская традиция не приписывает ни одной богине роль создательницы». Спустя пятнадцать лет швейцарский библиевед Отмар Киль почти буквально повторил этот вердикт в своей книге «Боги, богини и их изображения в Древнем Израиле»: «Ни изображения Ашеры на черепках, ни ее упоминания в библейских текстах не понуждают нас заключить, будто отношения между Яхве и „его Ашерой“ имели сексуальный характер».

Так что, суммируя мнения ученых, можно сказать, что на данный момент высший суд научной справедливости большинством голосов отвергает намеки на какую бы то ни было сексуальность еврейского Бога.

Глава вторая. Великий Иерихон

В тех же местах, где когда-то царила Ашера, есть и другая историческая загадка – древний Иерихон. Библейский рассказ о стенах, павших от рева еврейских военных труб, некогда увековечил имя Иерихона в человеческой памяти. Но для историков это название звучит еще весомее. Иерихон – одна из важнейших вех на пути человечества из каменного века в век бронзовый. Это один из древнейших, а может быть, и самый древний город на Земле. В сокровищнице исторических ценностей, которыми столь богата Земля Израиля, Иерихон – одна из ценнейших. Самому старому из сохранившихся народов западной цивилизации вполне приличествовал самый древний (из сохранившихся) ее город, и не случайно какое-то время назад журнал «Сайентифик америкэн» открыл свой специальный номер, в котором были собраны все ранее опубликованные в журнале статьи, посвященные древним городам мира, статьей, рассказывающей о раскопках в Иерихоне. Принадлежала она перу Кэтлин Кеньон, дочери бывшего директора Британского музея и знаменитой исследовательнице, которая в середине XX века впервые открыла миру долгую и славную историю древнего Иерихона. Эту волнующую и загадочную историю стоит проследить. Вчитываясь в нее, разглядывая фотографии археологических раскопок в Иерихоне, невольно ощущаешь, как ты все глубже и глубже опускаешься по ступеням веков в прошлое.

Вот уже скрылись из виду гигантские метрополии современности, пустыннее стала земля, все меньше на ней людей и поселений, в сотнях и тысячах километров находятся они друг от друга, разделенные безлюдными и дикими пространствами; вот уже одни только охотничьи племена с их каменными орудиями остались на поверхности планеты, и именно тут, в этой дали туманного прошлого, взгляд натыкается на нечто неожиданное и явно искусственное: мощные каменные стены, взметнувшиеся к небу из пустыни. Иерихон…

Человечество не сразу перешло к оселлому образу жизни. Этот переход произошел лишь с окончанием последнего ледникового периода, «каких-нибудь» десять тысяч лет назад, в конце каменного века. Именно тогда в Западной Азии возникли первые оседлые поселения – то, что впоследствии стало называться городами. Значение их в истории цивилизации огромно, недаром англичане подчеркивают, что слово «city» одного корня со словом «цивилизация». Город – это нервный узел любой цивилизации, средоточие ее административных, религиозных, культурных и всех прочих функций, символ ее непрерывности и преемственности. Сегодня две трети человечества живет в городах. Но так было не всегда. Первые поселения сосредотачивали в себе всего несколько сот, а то и десятков жителей. Первым городом на Земле стало место, население которого впервые в истории перевалило за тысячу. Это и был Иерихон.

На приведенной в упомянутом журнале исторической шкале, протянувшейся от 8000 года до н. э. к 1000 году после ее начала, длинной цепочкой вытянулись самые древние города Земли. Открывает этот список Иерихон. За ним, с разрывом в полтысячи лет, следует Тель-Абу-Хурейра, что в Сирии. Проходят еще полторы тысячи лет, и появляются Чатал-Хююк в Анатолии (современная Турция) и Мергар в нынешнем Пакистане. Только за пять с половиной тысяч лет до нашей эры возникли первые города Месопотамии – знаменитые Ур, Урук и другие, а за ними, с разрывом еще в три с половиной тысячи лет, – Иерусалим и Кносс на Крите. Большинство этих городов ныне занесены песками, а Кносс – вулканическим пеплом. И только в Иерихоне и Иерусалиме все эти нескончаемые тысячи лет до наших дней непрерывно продолжают жить люди. Что уж тут говорить о Помпеях или Петре, а тем более о первом русском городе Новгороде, возникшем практически уже в «наши», исторические времена, где-то на рубеже первого тысячелетия новой эры! Младенцы…

Как ни странно, еще несколько десятков лет назад такой список немыслимо было себе представить. Историки знали, конечно, что Иерихон существовал еще во времена завоевания евреями Ханаана, но никогда не думали, что его стены уходят в такую седую древность. Да и стен этих давно уже не было. Первых археологов привела в Иерихон вовсе не эта древность (о которой никто не догадывался), а жгучее желание проверить библейскую легенду – воистину ли стены этого города рухнули от рева труб?

Поиски этих рухнувших стен начал британский археолог Джон Гарстанг в 1930 году. Именно он первым обратил внимание на древний холм неподалеку от города и пришел к выводу, что как раз под этим холмом должны скрываться остатки библейского Иерихона. Холм (или курган) в семитских языках – «тель», что созвучно английскому «tell» («рассказывать»). И раскопанный Гарстангом Тель-Иерихо действительно рассказал о прошлом этого города.

Нет, археолог не нашел подтверждения библейской легенды. Зато он отыскал кое-что более важное для исторической науки. Глубоко в раскопе его сотрудники обнаружили бесспорные свидетельства того, что люди жили в этих местах уже в конце каменного века. Иерихон стал сенсацией в мировой археологии.

Не удивительно, что вслед за Гарстангом сюда пожаловала следующая археологическая экспедиция, которую возглавляла Кэтлин Кеньон. К тому времени она уже прославилась своим участием в раскопках в Родезии и Англии. В январе 1952 года ее сотрудники первый раз вонзили свои лопаты в землю иерихонского холма и стали слой за слоем снимать его покровы.

Основы современной археологии заложил еще в прошлом веке английский ученый Флиндерс Петри. Он указал, что датировка прошлого может производиться с помощью оставшихся от этого прошлого предметов – артефактов. В особенности красноречива в этом смысле глиняная посуда. Петри показал, что каждой стадии истории Востока соответствовала своя особая посуда, которую можно классифицировать по эпохам и сопоставить с клинописными и иероглифическими надписями Египта и Месопотамии. Это позволяет в конечном счете датировать все эпохи, а с ними – и те слои, в которых были обнаружены «говорящие артефакты». Важно только снимать эти слои один за другим, тщательно и терпеливо отделяя эпоху от эпохи.

Разумеется, это не очень удобный, а главное – не очень точный метод. Отдельные слои порой идут под наклоном, углубляясь в землю и пересекаясь там с другими слоями. Черепки нередко перемешиваются временем и человеческой рукой. Впоследствии методы Петри были усовершенствованы и дополнены приемами радиографического (радиоуглеродного) определения дат, которые оказались несравненно более точными. Именно с их помощью удалось доказать, что даже Кеньон ошиблась в своей датировке иерихонских руин. Она определила возраст города в 7000 лет, тогда как радиографические методы показали, что он на добрую тысячу лет старше. Ошиблась Кеньон и во многом другом. Тем не менее ей принадлежит несомненная заслуга: она извлекла из небытия доселе практически неведомый древний город и показала его человечеству. В Иерихоне глубина культурного слоя оказалась чудовищной – до 70 метров! Уже одно это говорило о глубочайшей древности и непрерывной преемственности жизни в этих местах. Оно и не удивительно.

В раскаленной Иудейской пустыне первобытные охотники, первыми сменившие кочевой образ жизни на оседлый, могли поселиться только там, где есть вода и подходящая для земледелия почва. Иерихон – оазис среди пустыни, это видно еще и сегодня, когда спускаешься с Иудейских гор и едешь в сторону Мертвого моря. Оазис обязан своим существованием многочисленным подземным источникам, среди которых еще в древности выделялся так называемый «Фонтан Элиши».

Экспедиция Гарстанга вскрыла неолитические слои только на самом крайнем, северо-западном углу холма. Да и то для этого пришлось рыть глубокую шахту. Кеньон сразу же обнаружила, что артефакты каменного века находятся и на западной оконечности холма, где древние слои подходят намного ближе к поверхности земли и залегают на глубине всего четырех метров. Первое поразительное открытие не заставило себя ждать: оказалось, что площадь поселения уже в каменный век была куда больше, чем думалось. По размеру оно явно превосходило примитивные поселения той эпохи (вроде Чатал-Хююка), которые археологи время от времени раскапывали на Ближнем Востоке. Это означало, что и по количеству жителей Иерихон уже в те времена значительно превосходил обычную деревню.

Кеньон оценила его первоначальное население примерно в 2000 человек. Произвести эту оценку ей позволило второе крупное открытие. Доведя раскопки до скального слоя, то есть до максимальной глубины, сотрудники экспедиции вскрыли в этом первом, самом раннем слое остатки глиняных сооружений – грубые хижины, в которых жили основатели Иерихона. Они напоминали собой глиняные подобия круглых шатров кочевых охотников. Но эта фаза иерихонских построек оказалась довольно короткой. Уже следующий период (следующий слой) продемонстрировал исследователям огромный прогресс в строительстве и архитектуре. Дома (а их уже можно было без преувеличения назвать не хижинами, а настоящими домами) приобрели прямоугольную форму, стены стали толще и прочнее, в них появились четко прорезанные входы, а внутреннее пространство жилья было разбито на отдельные комнаты, тесно группировавшиеся вокруг общего двора. Но самым интересным было обнаружение следов штукатурки на стенах и полах, что придавало помещениям законченный, даже отчасти современный вид.

Это уже были жилища прочно устоявшейся, сложившейся общины. К тому же – общины весьма организованной, судя по тому, что все поселение окружала массивная каменная стена. У иерихонцев каменного века еще не было посуды, и этот вроде бы малозначительный факт показывает, как глубоко ушли археологи в глубь времен, к самому началу оседлой жизни человечества: ведь горшки и миски – одно из первых изобретений оседлых людей. Несомненно, причиной, по которой бывшие охотники облюбовали и решили укрепить это место, стала прежде всего его пригодность для земледелия. Обилие воды и тропический климат оазиса делали необычайно плодородной его землю, и пришельцы могли рассчитывать, что сумеют добыть себе здесь пропитание. Судя по тому, как расцвел и продолжал расти Иерихон впоследствии, они не обманулись в своих ожиданиях.

Но прогресс этих первых поселенцев не ограничивался областью материальной культуры. Одно из самых поразительных открытий, совершенных экспедицией Кеньон, состояло в обнаружении среди руин каменного века особого помещения, явно служившего ритуальным, то есть религиозным, целям. В глубине небольшой комнаты археологи нашли нишу, где возвышался грубо обработанный каменный пьедестал, а рядом с ним – уже тщательно обработанный кусок вулканического камня, который, судя по виду и месту обнаружения, когда-то был предметом неизвестного нам религиозного культа. Окружавшие камень глиняные фигурки животных свидетельствовали о том, что религия первых иерихонских поселенцев, скорее всего, представляла собой культ плодородия. По сути, эта находка в Иерихоне позволила историкам воочию увидеть, как зарождались древнейшие религии оседлого человечества и как возникали их первые храмы.

Но что еще более поразительно – оказалось, что культура древнейших земледельцев каменного века не исчерпывалась одним лишь культовым поклонением богам плодородия. Кеньон нашла целую галерею портретных масок! Их было семь, и каждая представляла собой высохший череп, на который какой-то неведомый древний художник наложил слой глины, грубо изобразив на нем черты человеческого лица. До сих пор историки искусства знали только о раскрашенных человеческих портретах из знаменитого Фаюмского оазиса в Египте. Теперь перед ними предстали на несколько тысячелетий более древние, возможно первые в мире, изображения людей, к тому же – людей каменного века. Археологи увидели не просто глиняные или каменные фигурки божков и богинь – перед ними были лица реальных людей, живших семь – восемь тысяч лет назад! Иерихон оказался настоящей «машиной времени».

Кто же были эти люди? Почему они удостоились такой чести? Не исключено, что портреты изображали почитаемых в поселении предков-основателей, вроде римских Ромула и Рема. Но в таком случае искусство живого портрета (а не просто схематического изображения оленей и охотников, как во французских пещерах) возникло уже в седой древности. Уже тогда первобытный Рембрандт вглядывался в лица своих соплеменников, чтобы запечатлеть их для вечности. И видимо, отдавал себе отчет в том, что он творит…

Говорят, что искусство особенно расцветает в суровые и опасные эпохи. Судя по толщине каменных стен первого города, иерихонский Рембрандт жил именно в такую эпоху: стены не воздвигаются для защиты от друзей. Иерихонцы одни из первых на Земле перешли к оседлому земледелию; вокруг еще бродили дикие охотничьи племена, и врагов у горожан, надо думать, было предостаточно. Тем не менее первый город просуществовал на удивление долго – об этом свидетельствует толщина культурного слоя, в пределах которого техника изготовления изделий практически не меняется.

Жизнь людей в ту пору была короткой, умирали (или погибали) в среднем в возрасте тридцати лет. В городе успело смениться не одно поколение: сложились традиции, устоялись обычаи, проглядывалась в смутной дали непонятного времени какая-то своя легендарная история, о которой рассказывали детям и внукам. Всему этому пришел внезапный конец где-то в начале бронзового века. Палестина, как ее станут в будущем называть, стала тогда местом бурного городского строительства. Как грибы после теплого дождя поднимались вокруг поселения, защищенные стенами, воздвигались дома и жилища, строились храмы и капища; там, где раньше на всю огромную пустынную округу был один Иерихон, слухи о котором наверняка уже обросли сказками и легендами, теперь появилось множество конкурентов. А где города, там цивилизация, а где цивилизация, там войны.

К тому времени неолитический Иерихон уже высоко поднимался на своем холме – ведь столько поколений оставляли здесь следы своего пребывания. Примерно к 3000 году до н. э. (когда настоящие города на всей планете еще можно было пересчитать по пальцам) стены Иерихона возвышались на холме 20-метровой высоты. Из ворот города в разные стороны разбегались торговые дороги. Об этом можно судить по тому факту, что в слоях этой эпохи уже обнаруживается не только местная посуда, но и черепки глиняных изделий из других мест, расположенных подальше к северу, западу и востоку.

Сотрудники Кэтлин Кеньон нашли в раскопках и другие признаки цветущей и широкой торговли. Город еще более расширился – видимо, разбогател. Надо полагать, что окрестное население массами тянулось под прикрытие иерихонских стен: ведь город защищал вход в Ханаан со стороны южных и восточных пустынь, откуда непрестанно рвались к этим плодородным землям племена кочевых охотников. С каждым разом они все ближе подступали к городу, а порой даже нападали на него. Судя по раскопкам Кеньон, стены Иерихона разрушались не менее семнадцати раз! И далеко не всегда виной этому были землетрясения.

В 2100 году до н. э. стены были разрушены полностью и до основания. На сей раз виновники известны точно – это воинственные племена амореев, именно в ту пору захватившие большую часть здешних земель. Они не только разрушили стены Иерихона, но вдобавок сожгли город дотла. После слоев с обожженными пламенем остатками стен пошли «пустые» слои – видно, жители бежали из города или были уведены в рабство.

Почти двести лет угрюмые и безлюдные руины Иерихона одиноко высились в пустыне. Другие города, помоложе, став жертвой такой катастрофы, уходят в небытие, заносятся песками. Но не таков этот древнейший город.

Уже на рубеже 2000 года до н. э. в археологических слоях снова стали появляться остатки жилищ. И опять, как в начале заселения, – это грубые, примитивные постройки. Их явно создавали пришельцы, не знавшие навыков городской жизни, ее архитектуры и методов строительства. Видимо, на развалины Иерихона пришли жители других мест, привлеченные древней славой города и его плодородными землями. А к 1900 году до н. э. появляются новые крепостные стены и добротные, просторные дома. В развалинах этих построек археологи нашли бронзовое оружие и украшения из бронзы. Это позволило установить, что новые поселенцы пришли откуда-то с севера, несколькими волнами, причем каждая следующая волна несла с собой все более высокую культуру бронзового века. Не удивительно, что город стремительно разрастался, и уже через несколько сотен лет периметр городских стен охватил огромную по тем временам площадь – самую большую, которую когда-либо занимал Иерихон. Сами стены тоже были возведены по новой системе – насыпанный вдоль основания вал, видимо, предназначался для того, чтобы воспрепятствовать приближению боевых колесниц.