Текст книги "В итоге (СИ)"
Автор книги: Полина Щукина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 9 страниц)
В итоге
От автора
Уважаемые читатели, роман является плодом моего воображения, и все совпадения с реальными людьми, событиями – чистая случайность.
Надеюсь на ваше понимание.
«Когда-то давно старик открыл своему внуку одну жизненную истину:
– В каждом человеке идёт борьба двух ангелов. Один ангел представляет зло: зависть, ревность, сожаление, эгоизм, амбиции, ложь. Другой ангел представляет добро: мир, любовь,
надежду, истину, доброту и верность. Внук, тронутый до глубины души словами деда, задумался, а потом спросил:
– А какой ангел в итоге побеждает? Старик улыбнулся и ответил:
– Всегда побеждает тот, кого больше кормят».
Притча о двух ангелах
«У истории твоей жизни было несчастливое начало, но не оно сделало тебя таким, какой ты
есть, а то, что случилось дальше и кем ты хочешь быть сейчас».
«Кунг-фу панда»
«– Я говорю: назад в прошлое не оглядывайся. В жизни встречаются невзгоды, но тут уж
ничего не попишешь, верно?
– Верно.
– Нет! Если весь мир на тебя плюёт, ты можешь взять да и плюнуть на него!»
«Король Лев»
Глава 1
Крики чаек, шум волн, тёплый ветерок обдувает лицо. Меня несёт по течению. Вокруг никого, только я наедине с водой. В памяти крутится отрывок из стихотворения Юн Сон До «Речка»:
«И кажется, на свете лишь вода. Всегда прекрасна и всегда струится».
Но вот слышу предательский писк будильника и, проснувшись, возвращаюсь в реальность. С добрым утром, Ким Ту Хонг. Готова к новому дню?
Подмигиваю отражению в зеркале и иду на кухню, чтобы позавтракать.
Под скворчащие звуки яичницы на сковороде напеваю «молочную песенку»:
Кола – нет, нет. Чай – нет, нет.
Чёрный кофе – нет, нет.
Шоколад – нет, нет.
Яблочный сок – нет, нет.
Белое молоко – о, да.
Вкусное, хорошего цвета, максимально питательное.
Лежащий на столе телефон завибрировал. Отставляю сковороду на соседнюю конфорку.
– Да, мистер Мин, – отвечаю, улыбнувшись, на звонок начальника. – Должно быть, на нас напали инопланетяне или пришёл тайфун, что такой сварливый человек, как вы, с самого раннего утра вспомнил обо мне.
– И тебе доброе утро. В прошлый раз я говорил, что ты немного не дотягиваешь. Так вот, у нас новая сотрудница, и я хочу, чтобы ты её всему научила. Так что бегом на работу!
– Да, конечно. Но, начальник, вы ничего важного не забыли? Мне же как раз баллов не хватало.
– Я повышу тебя, – проворчал он, – но если через пятнадцать минут тебя не будет в моём кабинете, должность улетит другому сотруднику. – И мистер Мин положил трубку.
«Coffee Bear» – кафе, в котором я работаю, – находится в двух кварталах от дома. Никогда не была большой любительницей кофе, но мне предложили неплохие деньги, и рядом есть супермаркет, в котором всегда много скидок. На улице от жары асфальт на дорогах плавится, а в кафе прохладно и вкусно пахнет. Куда лучше, чем стоять на улице в такую погоду в костюме животного и раздавать листовки.
Поздоровавшись с коллегами, стоящими за стойкой, прохожу в кабинет начальника.
– Ещё раз здравствуйте, мистер Мин.
– Да-да, проходи. Знакомься, Ли Бон А – наша новая сотрудница. Её ты будешь обучать.
– Здравствуйте, – послышался тихий голос у меня за спиной.
Оборачиваюсь. Длинноволосая брюнетка лет восемнадцати в джинсах и заправленной в них белой футболке с надписью «Shadow», с напульсником на правом запястье. Не очень высокая и худощавая. Я не заметила её, пока она не заговорила. Но если приглядеться, она красива. Не знала, что кто-то еще носит напульсники.
– Привет, я Ким Ту Хонг – твоя наставница в кофейном деле и коллега. Мы поклонились друг другу в качестве приветствия.
Под конец смены я и новая сотрудница сидели в подсобке, занимаясь сортировкой кофейных зёрен.
– Спасибо, Ту Хонг. Что бы я без тебя делала? – улыбнулась Бон А.
– Ох, ты мне льстишь. Ты и без меня сегодня прекрасно справлялась. Она хихикнула и перевязала бантом ещё одну упаковку с зёрнами.
– Кстати, можешь уйти сегодня пораньше.
– Почему? – удивилась она.
– Пятница ведь. У тебя разве нет никаких планов?
– Я только недавно приехала в этот город, у меня ещё не так много знакомых, а дома – бабушка с дедушкой. Так что добраться домой – мой единственный план на вечер. А у тебя?
Если честно, в планах было провести вечер в компании с сериалом. Не назвала бы это чем-то важным. Парня нет, да и друзей особо тоже. Работа – единственное развлечение. Тут хоть какие– то признаки жизни, а то дома совсем скучно. После того, как мама и папа бессовестно отнеслись к своим родительским обязанностям, приходится заботиться о себе самой. По моим подсчётам, если от каждой зарплаты откладывать по шестьдесят процентов, то уже через полтора года закрою долги отца и пойду в колледж. Неплохая перспектива.
– Вообще-то я тоже свободна. Может, прогуляемся?
Бон А замялась, но когда я перед уходом переспросила её ещё раз, согласилась. Не хочется сегодня киснуть дома, ну и мне, наверное, просто жаль её. Никого не знает, практически ни с кем разговаривает. Уверена, она и не ходит никуда. Маленькая серая мышка.
Уже темно, и улицы освещают лишь неоновые вывески и фонари. При свете дня город похож на огромный улей с вечно спешащими пчёлами, серый, громкий и душный. Но вот солнце уходит за горизонт, кто-то спрятался в своих сотах, а кто-то сонной мухой летает по улицам в поисках развлечений на остаток вечера, а может, и ночь. В бесконечных колеях машин и идущих по домам людях тоже есть что-то монотонно-расслабляющее. Город начал дышать своими огромными лёгкими из возвышающихся друг над другом домов, поглощая воздух дорогами трахей, иногда вздрагивая, словно боясь, что утро настанет раньше и ему снова пережмут доступ к столь долгожданному кислороду. Это и есть его настоящий облик: яркий, притихший, опьяняюще– прохладный. Наступило время тех, кто, как город, чувствует себя живым только в темноте. Ведь во тьме всё не такое жестокое, как люди привыкли видеть при свете дня.
RM в песне «Moonchild» писал: «Лунный малыш, не плачь. Когда восходит луна, начинается твоё время».
Да, подходящие строки…
Мимо нас, шатаясь, проходит пьяная девушка, держа в одной руке туфли, а другой поправляя слишком короткое вечернее платье. Кричит на всю улицу, что клянётся «бросить этого козла и больше не ждать от него сообщений, как дура». Интересно, что бы было, если бы у меня были такие же красивые стройные ноги, как у неё? Думаю, носила бы точно такие же короткие вечерние платья и не бегала за «козлами». Но у меня нет таких ног.
Через дорогу перебегает парень и, затарившись кофе в автомате, бежит обратно. Кажется, его ждёт бессонная ночь, полная работы. На велосипедах проезжает группа девчонок в толстовках с надписями «Life Goes On» и «Dynamite». Несколько школьников шли нам навстречу, бурно обсуждая выход новой веб-манхвы. А мы медленно идём вдоль парка. За время прогулки поговорили только о работе в кафе, и то недолго. Бон А какая-то задумчивая всё время и из-за этого часто запинается о свои же ноги.
Подул холодный ветер, и мы купили рыбную пасту. Я думала, что хоть это вытащит её из постоянного витания в мыслях, но моя инициатива не вызвала у неё практически никаких эмоций. От порывистого ветра не спасает даже горячая еда, она только обжигает желудок и горло. Хочется укутаться в огромный плед, свернуться клубочком. В такое время уже и в квартирах становится студёно, хоть на полу спи. Неприятно, когда нет тёплого уголка.
Мы уселись на парковую скамейку. Я поёжилась. Надоело. По мне так слишком неловко столько времени провести в молчании с человеком, которого пригласил куда-то, чтобы развеяться.
– Бон А, откуда ты приехала? – спрашиваю, повернувшись к ней.
Девушка оторвалась от еды. Она явно не ожидала моего вопроса и, поёрзав на месте, ответила:
– Из Сеула.
– Ого! А почему сюда, в другой конец страны, да ещё и во время учёбы?
– Просто соскучилась по родственникам, – пробурчала она и отодвинулась на другой конец лавки.
Что с ней не так? Отсела от меня, а теперь даже не разговаривает, каждое предложение из неё вытягиваю.
– Почему ты так себя ведёшь? Что-то не так? – строго смотрю на Бон А, а она даже не обратила на мой вопрос внимания, только смотрит сквозь меня своими большими глазами, как щенок, который не понимает, почему на него кричат.
– Ту Хонг, давай пойдём, а то уже поздно…
Она торопливо встаёт и, выкинув шпажку от лакомства, направляется в сторону выхода из парка. Вскакиваю вслед и хватаю Бон А за руку с напульсником. Она вскрикнула, и я, испугавшись, отпустила её. На руке Бон А была кровь.
– Не хватай меня так! – пропищала девушка и быстро зашагала прочь.
– Стой! У тебя рана кровоточит, давай пойдём в больницу!
– Да господи, Ким Ту Хонг, замолчи хоть на секунду! – она резко обернулась ко мне. – Отстань, не пойду ни в какую больницу!
Бон А зашагала дальше. Мне ничего не остаётся как просто идти следом.
Мы молча шли неизвестно куда, и я всё время наблюдала за ней. Наконец она сбавила шаг, и мы поравнялись. Девушка протянула мне руку, за которую я её схватила. На запястье был порез и несколько шрамов, похожих на ожоги. Кровотечение остановилось, и вокруг ран осталась запёкшаяся кровь.
– У меня были проблемы в школе, – замявшись, сказала она, выдавливая из себя слова. – Старые уже зажили, эти сделали вдогонку.
Мы вышли на смотровую площадку. Ворот её футболки оттянулся вперёд, и из-под него стало видно багровый синяк. Он наверняка не один. Девушка проследила за моим взглядом и повыше натянула футболку.
– Всё настолько серьёзно, что ты даже сбежала в другой город?
– Да, – кивнула она. – От Сеула слишком много неприятных воспоминаний.
– Ты рассказала об этом родителям?
Достаю из кармана рюкзака пластырь с динозавриками и глазами показываю, чтобы она подала руку.
– Нет.
– Почему?
– Меня будут ещё больше презирать. Что обо мне будут говорить, если я…
– Тебя бьют, унижают, а тебя всё ещё беспокоит, что они подумают?
– Ты не понимаешь, – раздражённо сказала Бон А.
– Действительно, откуда мне тебя понимать, – приклеиваю на запястье пластырь и отпускаю её.
– А ты не задумывалась, что если бы ты исчезла, то и проблем бы не было? – спрашивает Бон А. Усаживаюсь на перила и, покрепче держась руками, раскачиваюсь взад-вперёд.
– Нет, – отвечаю я, вздохнув, – даже в голову не приходило. Как по мне, лучше биться до последнего, чем в один момент оборвать все пути к мечте, да и вообще к жизни.
– А с моей жизнью и умереть не жалко… – Девушка упёрлась локтями в перила и стала пристально разглядывать сияющий город, словно её зрение позволяло разглядеть каждую зелёную крышу. Знаю, она ждёт моего ответа, но делает вид, что ей очень интересен горизонт.
– Бон А, ты любишь бенгальские огни?
– Да, конечно. Их все любят, но к чему ты об этом?
– Жизнь – это бенгальский огонь. Вот его достают из упаковки, зажигают, он горит ярко-ярко, а потом резко затухает. Но всё-таки есть одно отличие жизни от этой горящей алюминиевой палочки. Понимаешь, о чем я?
– Не особо.
– Я о том, что у каждого есть возможность начать всё заново. Достать из упаковки ещё один бенгальский огонь, так сказать. В любом случае мы все когда-нибудь умрем. А попробуй за свою жизнь сделать что-нибудь, попробуй разгореться так же, как искры. Если умрёшь, от твоей смерти никому не станет легче, только в этом мире будет на пять человек несчастнее.
– Например? Не знаю таких людей.
– А как же твои мама и папа, бабушка и дедушка? А как же я? Так что, пожалуйста, выкинь всю эту дурость из головы и проживи свою жизнь так, чтобы и ты, и твои близкие были счастливыми. Не дай себе перегореть.
– Слова как из дорамы. – Она высунула язык, имитируя рвотный позыв, и мы рассмеялись. – Это не очень мотивирует, но задуматься стоит. – Девушка широко улыбнулась и протянула мне мизинец. – Давай дружить?
– Давай.
Глава 2
С самого утра не переставая льёт проливной дождь. Я стою за стойкой, подперев рукой голову, аБон А раскладывает на витрине шоколадные макаруны в виде мишек.
Сегодня посетителей немного, поэтому можно расслабиться. В зале играет песня The Rose «Sorry», и Бон А начинает тихонько подпевать.
– У тебя хорошее настроение, – улыбаюсь я ей.
По сравнению со вчерашним днём подруга выглядит гораздо спокойнее. Думаю, это потому, что мы вчера поговорили. Я рада, что она хоть немного раскрылась мне.
– Да. Наверное, это из-за твоих слов. Спасибо, – улыбается в ответ Бон А. – Кстати, а ты чего такая хмурая?
– Я не хмурая. Просто не люблю такие перемены в погоде. Как бы циклон не пришёл…
Бон А села рядом и поставила передо мной тарелку с выпечкой. Песня перестала играть, и на экране телевизора появилась заставка «News Korea»:
– Срочные новости! Пятого августа синоптики ожидают прихода на Корейский полуостров очередного тайфуна «Митаг», – сообщает ведущая, и на экране появляется метеорологическая карта. Мы с Бон А уставились в телевизор. – Тайфун сейчас находится около Филиппин. Поданным Корейской метеорологической администрации, он пройдёт мимо Чеджудо к северо-западу от этого острова где-то в 17–18 часов 5 августа. «Митаг» сойдёт около города Мокпхо.
Встаю со стула и делаю громче. Все взгляды посетителей устремлены на экран телевизора.
– Затем тайфун, ослабевая, проследует по южным районам страны в северо-восточном направлении и заденет Кванджу, Пусан, Ёсу, Тэгу и Ульсан.
Сажусь обратно, и мы с Бон А серьёзно смотрим друг на друга. Она явно обеспокоена, так же как и я.
На зов новостей из своей каморки выползает начальник.
– Да, давно не было ничего подобного, – цокнул он языком. Бон А испугалась его резкого появления и подскочила.
Мистер Мин задумался и, почесав свою лысину, уже серьёзным тоном добавил:
– Э-эх, планировал на послезавтра, но, думаю, лучше выдать вам зарплату сегодня. Скорее всего, в этот раз город не отделается парой затопленных улиц. Закупитесь едой и будьте аккуратней, поняли?
В ответ мы кивнули.
Кафе закрылось до обеда, поэтому мы помогли закупорить все окна и пошли домой. Несмотря на отвратительную погоду, люди начали выходить на улицу, чтобы купить всё необходимое. Я и Бон А решили последовать их примеру.
Когда мы наконец расплатились за горы товаров, подруга предложила перекусить. Сев за столик в магазине, мы принялись за поедание рамёна.
– Бон А, почему ты не позвонила бабушке с дедушкой, почему сама всё покупаешь?
– Они сегодня уехали по делам в Тэчжон. Обещали вернуться через неделю. Я уже рассказала им обо всём. Но бабушка предупредила, что из-за «Митага» они могут задержаться.
– И что собираешься делать? Нам нужно найти способы эвакуироваться из города. Она нахмурилась и продолжила есть.
– Наверняка для этого арендуют автобусы? – предположила я.
– А поезд? На нём дальше уедем.
– Сначала нужно ещё раз свериться с прогнозом и посмотреть, есть ли вообще билеты.
Доев, мы побрели по домам. Судя по всему, на размышления у нас около трёх-четырёх дней. Не слишком много, учитывая то, что сейчас весь город в переполошённом состоянии. Надеюсь, мы сможем уехать.
Уже вечер. На улице стемнело, но погода не поменялась – всё такая же ветреная и отвратительно мокрая. Под крышей дома отломан кусок водостока, и вода стекает с крыши прямо на жестяные листы, прислонённые к крыльцу заднего входа. Меня раздражает этот громыхающий звук. Беру со стола ноутбук и открываю сайт автовокзала, но никакого намёка на автобусы для эвакуации нет, как и билетов на поезд, которые мы можем себе позволить. Дело дрянь. Будет плохо, если мы не сможем покинуть город до прихода тайфуна. Достаю из кармана телефон и набираю номер Бон А:
– Ты спишь? – тараторю в трубку.
– Нет, что случилось?
– Я проштудировала сайт вокзала. Ничего хорошего. Никаких автобусов нет, а все доступные нам билеты на поезд давно распроданы… – тяжело вздыхаю я, подперев рукой лоб.
– Ничего страшного. Зато у меня хорошие новости – наши соседи господин и госпожа Ким едут на своей машине в другой город. И они согласились взять нас!
– Да, действительно хорошие новости. Когда они едут?
– Послезавтра в 17:00. Мы будем ждать тебя на перекрёстке у станции ***.
– Тогда договорились.
Мы обмениваемся пожеланиями спокойной ночи и кладём трубки.
Вытаскиваю из кладовки старый папин походный рюкзак и ставлю его на видное место. Вид у него не очень презентабельный: потёртости на ткани, кое-где разошедшийся замок прихвачен неровными швами красных капроновых ниток, но я и не на курорт еду, чтобы выделываться.
Заглядываю в аптечку и убеждаюсь, что кроме обезболивающего, пластырей и таблеток от диареи в запасе ничего нет. Абсолютно бесполезный в данном случае набор медикаментов.
Достаю из холодильника молоко и выливаю в небольшую фарфоровую тарелочку у запасного входа в дом. Это для худого чёрного кота по имени Куро. Этот пушистый зверь пришёл позапрошлой зимой. Он не живёт со мной, но я подкармливаю его. Кстати, я не видела этого котяру уже несколько дней. Может, подрали бедолагу, а может, наконец-то нашёл себе хозяина, не знаю, но миску всё равно ставлю каждый день и каждый день нахожу её пустой. Скорее всего, это пьёт кто-то другой, в округе много бродячих котов, но какая мне разница, в любом случае это молоко я сама не выпью, а так спасаю жизнь какому-нибудь бездомному животному. Когда
«Митаг» уйдёт, обязательно поищу Куро и заберу домой.
Весь день бегаю как белка в колесе, поэтому как только моя голова касается подушки, сразу же проваливаюсь в сон.
Просыпаюсь от того, что на лицо что-то капает. Даже не капает, а льётся, как из смесителя. Смотрю наверх и вижу, что кусок крыши отлетел вместе с частью потолка и теперь на том месте сквозная дыра, через которую прямиком на меня идёт дождь.
Встаю с кровати и выключаю из розеток все приборы. Не хватало ещё, чтобы током шарахнуло. Выглядываю в окно. Чёрные тучи накрыли город, словно крышкой. На улицах ни души.
Небольшое дерево ломает порывом ветра, и оно с грохотом падает на чью-то машину. Автомобильная сигнализация орёт на всю улицу, но хозяин так и не появляется.
Зазвонил телефон. Это Бон А. Поднимаю трубку:
– Алло?
– Хонг, госпожа Ким звонила. Она сказала, что не будем ждать вечера – погода только ухудшается. Выезжаем через час! Алло… Ты меня слышишь?
Связь плохая, и я слышу Бон А отрывками, но суть уловила.
– Да-да, поняла тебя. Встречаемся там же, где и договаривались?
– Да. Пожалуйста, аккуратнее по дороге. Увидимся.
– Хорошо, увидимся.
Кладу трубку и хватаю с полки рюкзак. Скидываю в него всё необходимое: щётку, бельё, пару футболок, конверт с документами и штаны. Интересно, мне понадобится кофта? Да, думаю, лучше перестраховаться. Следом аккуратно укладываю заранее приготовленную еду. В шкаф убираю матрас с постельным бельём и ноутбук.
Главную дверь завалило стоящими рядом баками. Накинув на себя куртку, перебрасываю через плечо рюкзак и выдвигаюсь через задний выход. Напоследок бросаю взгляд на миску с нетронутым молоком. Куро, ты так и не пришёл…
По улице летает мусор, обломки, чьё-то бельё. Я бегу, закрывая лицо рукавом. По глазам режет дождь, ничего не вижу и часто спотыкаюсь, поскальзываюсь. От холодного воздуха знобит в носу, изо рта идёт пар.
Передвигаюсь вдоль заборов, шаря перед собой вытянутой рукой. Что-то с грохотом падает рядом. С трудом распахиваю ресницы и вижу лежащую около меня черепицу, сорванную с дома, на стену которого я облокотилась, чтобы отдышаться. Мне просто фантастически повезло, ещё чуть-
чуть – и осталась бы без головы. Надо двигаться дальше, нельзя надолго останавливаться. Место встречи находится в квартале отсюда. У меня осталось примерно пятнадцать минут, чтобы добежать туда. Нужно торопиться: эти улицы в низине, их быстро затопит, а я в воде уже по щиколотку. Продолжу медлить – просто снесёт.
Дождь и ветер усиливаются. Бежать все труднее. Наконец взбираюсь по ступеням на пригорок. Тут немного суше, но повсюду ручьи. Звонит телефон.
– Да?
– Ты где?
– Я бегу, уже близко… не…
Телефон выскальзывает из мокрых рук и падает. Гаджет уносит потоком воды вниз. Пытаюсь поймать его, но поскальзываюсь и падаю, сильно приложившись лицом. «Твою ж…!» – громко матерюсь я. С трудом отскребаюсь от мокрого асфальта, разбитые колени и щека сильно болят. Вперёд, вперёд, вперёд! Сейчас бежать прямо, затем повернуть направо и снова направо. На бегу рюкзак бьёт по спине, замедляя меня.
На последнем повороте заворачиваю за угол и влетаю в человека. Мы оба падаем на спины. Человек что-то прокряхтел.
– Бон А, ты, что ли? – узнаю её по голосу.
– Ту Хонг! – девушка вскакивает на ноги и поднимает меня. – Ты как? Почему так долго? Что с твоим телефоном?
– Водой унесло. Побежали, потом всё расскажу.
Мы запрыгиваем в машину, и мистер Ким резко давит на газ. Пристёгиваемся, откидываемся на спинки сидений, шумно выдыхая.
– Дорогой, давай свернём на горную дорогу, – попросила мужа госпожа Ким.
– Нет, сейчас это слишком опасно, – мужчина сильнее сжал руль.
– На главной дороге асфальт полностью размыт, не проедем.
Он нахмурился, но сделал так, как попросила жена. Мы свернули на горную дорогу. Асфальт здесь был в более целом состоянии, но машину всё равно сильно трясло и заносило в разные стороны. Бон А закрыла рот рукой.
– Укачало? – спрашиваю её.
В ответ она кивает и кладёт голову мне на плечо, я приобнимаю её.
Снаружи раздаются хлопки, похожие на беспрестанные выстрелы из игрушечного пистолета. По машине заколотил град. Приглядевшись, понимаю: это щепки и мелкие камни. Автомобильные дворники не успевали отгребать в стороны падающий на нас мусор.
Послышался громкий звук битого стекла. Миссис Ким вскрикнула и резко притихла. Боковое окно разбил крупный камень. Женщина лежит на бардачке, весь её висок в крови.
Мистер Ким подставил руку к лицу жены.
– Дышит, – коротко заключил он.
– Давайте остановимся, она ранена! – закричала Бон А.
– Нет, едем дальше.
– Но…
– В городе больница, мы успеем, она не умрёт! – прикрикнул мужчина, повернувшись к нам. По машине беспрестанно бьют гравий и щепки. Со всех сторон доносится невыносимый грохот и треск, от которых раскалывается голова. Некоторые более крупные камни попадают в лобовое стекло, пробивая его так же, как стекло около миссис Ким. Я смотрю вверх на гору. Что-то мутное, словно живое и жидкое, несётся на нас. Огромная грязевая змея надвигалась с немыслимой скоростью, словно догоняя убегающую жертву. Ломая деревья на своём пути, поглощая их в себя, а не влезающие куски выплёвывая.
Из-за плохой видимости мистер Ким только в последний момент замечает дерево, упавшее поперёк дороги, и давит на тормоз. Машину заносит, и мы боком врезаемся в преграду. От резкого удара вылетают все подушки безопасности. Бон А ударилась головой о стекло. Растянутый ремень безопасности не удерживает меня, и я падаю вперёд, сильно стукнувшись о переднее сиденье.
Перед глазами всё плывёт…
Очнувшись, быстро расстёгиваю ремень. Подруга ещё в отключке, отстёгиваю её и трясу за плечи, приводя в сознание. С переднего сиденья доносится глухой стон. От сильного удара о подушку безопасности у мистера Кима всмятку сломаны нос и челюсть, а его жена откинулась на спинку сиденья. Бон А судорожно трясёт женщину за плечо. Я подползаю к миссис Ким и замечаю, как неестественно наклонена вбок её голова. Свернуло шею. Подруга тоже видит это и начинает громко рыдать, вцепившись в подголовник руками, упёршись в него лбом.
Открываю дверь и тяну Бон Аза руку.
– Выходи!
– Нет! Я не пойду!
– Выходи, я сказала, истеричка! Им всё равно уже ничем не помочь! Они не жильцы!
– Нет, не пойду! – Девушка вжалась в сиденье, закрывшись руками.
Хватаю Бон А за шиворот и вытягиваю из машины. Отвешиваю ей пощёчину. У неё на лице остаётся след от моей ладони, но это приводит девушку в чувства. Перед машиной падает валун, ещё несколько камней добивают лобовое стекло и пассажиров в непонятную смесь. Осколки разлетаются в разные стороны.
От ледяного ветра и дождя цепенеет тело. Из-за оглушительного грохота закладывает уши. Голова словно разрывается. Конечности немеют от холода и страха.
Времени нет, нас сейчас накроет! Мы пытаемся сдвинуться хоть немного, но тщетно. Земля уплывает из-под ног, утаскивая за собой. Одно мгновение – и грязевая волна белым шумом накрыла нас, смывая с обрыва в море, перемалывая и перекручивая внутри себя. Машину мгновенно смяло в лепёшку, словно двумя ладонями прихлопнули жалкую мошку. В лоб прилетает что-то острое и…
