Текст книги "Босс преступного мира (ЛП)"
Автор книги: Пайпер Стоун
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 20 страниц)
– Как долго этот человек работал на тебя? – спросил он.
– Достаточно долго, я полностью доверял ему. Мне нужно, чтобы ты просмотрел список известных ему сотрудников. Хочу убедиться, что у нас нет более серьёзных проблем.
Франсуа кивнул, ожидая, пока мы оба не закажем выпивку, прежде чем что-то ответить. С бокалами виски в руках он провёл нас через французские двери в один из внутренних двориков, подальше от большинства гостей.
– Есть ещё что-то, что ты мне не договариваешь.
Я никогда ничего не мог утаить от него, шестое чувство, которое мы разделяем и благословение, и проклятие.
– У меня наверху гостья, женщина, которая испортила вечеринку.
– Интересно. Уверен, что это не подарок какого-нибудь друга, о котором ты не знал.
Сунув руку в карман, я вытащил часы на мерцающий свет.
– Не тогда, когда это было надето на её запястье, когда она уже была готова покинуть потрясающую вечеринку.
– Вау. Хочешь, чтобы её схватили?
– Нет, у меня есть другие мысли на уме. Однако нужно быть осторожным. Пока я буду узнавать, кто она такая, мне нужно, чтобы ты проследил, чтоб вечеринка не вышла из-под контроля. Можешь это сделать?
– Конечно, но мне знаком этот тон. Что ты придумал насчёт этой нежеланной гостьи?
– Пока я принимаю решения на ходу. – И она очень желанна.
– Как думаешь, выбор времени как-то связан со свадьбой Эдми?
Я потёр челюсть.
– Возможно, но прямо сейчас я не спешу с выводами. Нужно быть уверенными. Кстати, о нашей великолепной сестре.
Чего я также не хотел делать, так это тревожить кого-либо ещё в семье. Каждый из нас прошёл через многое за эти годы. Я поднял свой бокал, как только наша любимая сестра появилась на лестничной площадке, одарив нас обоих таким взглядом, который мог бы испепелить большинство мужчин. Франсуа знает, как играть по их правилам с ней и с Луи, когда это было необходимо.
– Вот ты где. Пришло время произнести тост, брат мой, – промурлыкала Эдми, подходя ближе. – Ты обещал. Помнишь? – она провела рукой по моей расстёгнутой рубашке, качая головой. – Что случилось с твоим галстуком?
– Сегодня душно, и, конечно, я произнесу тост, – сказал я ей.
– Хороший тост. Не смей выставлять человека, которого я люблю, дураком.
Франсуа издал странный ворчливый звук и отступил на шаг.
– Я останусь где-нибудь в толпе.
– Нет, ты этого не сделаешь, – прорычала она, хватая его за руку и рывком возвращая на место.
– Сегодня вечером мы будем единой семьёй, Эдми. Это всё, что я могу тебе обещать.
– Не портите мне всё, мальчишки, или я превращу вашу жизнь в сущий ад.
Она развернулась на своих высоких каблуках и, смеясь, направилась обратно в дом.
Только я знал, что она не шутила.
– Бог любит женщин, – произнёс Франсуа. – Может быть, пришло время и тебе подумать о том, чтобы остепениться, дорогой брат.
– Однажды я уже это сделал. Помнишь? Этого больше не повторится.
– Как сказала бы наша мама, никогда не говори никогда.
Это именно то, что я говорил, и не раз.
– Может, тебе стоит последовать своему собственному совету.
– Однажды. Я был бы доволен большой семьёй.
– Так бы и было.
Ухмыляясь, он пошёл впереди меня, и я взглянул на третий этаж, задаваясь вопросом, как там моя незваная гостья справляется с тюремным заключением. Затем я провёл кончиком указательного пальца по губам. Я всё ещё чувствовал вкус её сладких губ.
Теперь я хотел попробовать её всю.
Возможно, я сдержу своё обещание, независимо от того, какая информация о ней будет обнаружена. В конце концов, я был очень хорошим мальчиком. Действительно, очень хорошим.
ГЛАВА 5
Рэйвен
Остался ужас, тот, который наполнял мои мысли кровавыми образами и, несомненно, заставит меня мучатся в кошмарах.
Если доживу до следующего дня.
На тот момент это было спорно, хотя казалось, что держать меня в плену было не более чем игрой для извращённого мудака, который, вероятно, получал всё, что хотел. Но не меня. Я скорее умру, чем позволю ему прикоснуться ко мне.
Этот ублюдок оставил меня одну на несколько часов. Или, по крайней мере, так казалось.
Я не была абсолютно уверена, поскольку у мужчины не было часов ни на одной тумбочке. Кто не хочет знать, который час, когда просыпается? Может, он всё время держал телефон в своей кровати. В конце концов, он же важный гангстер. Верно?
Агрх.
Я согнула руку, в десятый раз борясь с толстой сталью. Моя маленькая ручка никак не могла просунуться сквозь плотный материал. Я уставилась в потолок, разглядывая богато украшенные кессонные панели, которые добавляли комнате артистизма. За то время, пока Армана не было, я пересчитала их пять раз, запоминая расположение двух небольших трещин, которые обнаружила в штукатурке.
Ужасная правда заключалась в том, что я лежала голая в постели незнакомца, опасного мужчины, который отшлёпал меня, час или около того назад. Вдобавок ко всему окружавшему меня зыбучему песку, я уверена, что девушки, которые под каким-то принуждением отвезли меня в этот город, скорее всего, бросили меня. А это означало, что никто не придёт мне на помощь. На данный момент никто даже не знал, что я пропала, учитывая, что сейчас суббота.
Я в очень плохой ситуации, и у меня нет выхода, если только я не найду способ сбежать. Сделав десятый рассеянный и отвратительный вдох, я попыталась хотя бы сесть на кровати, отбросив в сторону вызывающий зуд плед. Когда наручники зацепились за дерево, окружающее толстые железные стойки, мне потребовалось целых две минуты, прежде чем я смогла приподнять наручники на несколько дюймов.
Выдохнув, я спустила ноги с кровати, чувствуя, по крайней мере, небольшую победу. Затем я уставилась на марку и модель наручников. Они были как минимум защитного класса, хотя выглядели точь-в-точь как те, из которых мой отец учил меня вылезать. Если бы я нашла хоть маленький кусочек металла, который можно было использовать в качестве ключа. Сомневаюсь, что он оставил что-то подобное валяться поблизости.
Я оглянулась назад, затем на тумбочку. Имея свободную руку, я могла бы, по крайней мере, попытаться открыть ящик. Если он, конечно, не заперт, как Форт-Нокс. Я чуть не рассмеялась вслух, когда легко выдвинула единственный ящик. Внутри этой чёртовой штуки было куда больше вещей, чем в моей. Я взглянула на дверь, затем начала вынимать различные предметы. Там было несколько вещей, которые меня удивили, и я была удивлена, что у него там лежала книга в твёрдом переплёте с загнутыми страницами.
Хм-м-м… Стивен Кинг. Я-то думала, что он пережил уже достаточно ужасов и кровопролития, и ему не нужно было читать об этом. С другой стороны, возможно, так он черпал идеи, как убивать людей. От этой мысли у меня в горле образовался ещё один комок. Я продолжила поиски и нашла серебряную рамку, засунутую почти под все остальное.
Я не смогла удержаться и вытащила её. Фотография, очевидно, была сделана, когда Арман был моложе, рядом с ним стояла женщина и смотрела на него снизу-вверх, как будто он был всем её миром. И она была беременна. У меня не было причин грустить или испытывать холодную дрожь, но было очевидно: кем бы ни была эта девушка, она была важна для него.
Тогда где она? Нигде в его комнате или в гардеробной не было никаких признаков присутствия женщины. Разводы могут быть ужасными. Возможно, именно поэтому он так чертовски зол.
Нет, он зол, потому что ты вторглась в его личную жизнь.
Он явно не думал, что кто-то будет рыться в его вещах, не говоря уже о том, что спрячется в гардеробной.
Боже, я никогда в жизни не чувствовала себя такой тупой.
Я вернула фотографию на место, но при этом заметила кое-что в самой глубине ящика. На несколько секунд у меня закружилась голова от того, что я нашла скрепку. Для большинства людей маленький металлический предмет ничего бы не значил. Но, учитывая ситуацию, в которой я оказалась, это было нечто грандиозное. Я очень осторожно взяла её в руки, изо всех сил стараясь успокоить нервы.
Затем я развернула её с помощью обеих рук. Бросив ещё один взгляд на дверь, я развернула наручники, найдя маленькую замочную скважину. Когда я засунула скрепку внутрь, я поняла, насколько дрожат мои руки. Я была на взводе. Даже если я выберусь из них, как мне удастся выйти из дома незамеченной? Я слышала сочетание музыки и приглушенных звуков, которые, должно быть, означали десятки голосов. А у меня и одежды нет.
Единственным возможным способом было выйти через кухню, как я и вошла, чтобы притвориться, что помогаю с вечеринкой. Вот что бы я сделала. Тогда бы я… о, боже. У меня нет бумажника. Нет денег. Никаких кредитных карточек. И никакого телефона. Идеально.
Я ненадолго закрыла глаза, затем сосредоточила свои усилия на том, чтобы освободиться. С остальным я разберусь, как только мне это удастся. Когда я услышала легчайший щелчок, у меня перехватило дыхание. Затем я расстегнула манжету, вытаскивая запястье. Никогда не думала, что свобода может ощущаться так восхитительно.
Если бы мне пришлось делать ставки, я бы сказала, что у меня шансы выбраться из дома незамеченной пятьдесят на пятьдесят. Если то, что сказал мне Арман, правда, то люди, работающие на него, рыскали по всему дому и всей территории. Несомненно, они будут искать меня.
Я вскочила с кровати, не потрудившись запихнуть всё остальное, что я вытащила, в ящик прикроватной тумбочки. Я была удивлена, что он оставил мои трусики, но тут же схватила их и, натягивая, бросилась к гардеробной. Затем я распахнула дверь, пытаясь найти что-нибудь, что я смогла бы надеть. Кто развешивает футболки? Человек, который полон решимости заставить меня заплатить за мои грехи.
Я была уже близко к двери в комнату, когда потянула за её подол. Она была достаточно длинной, чтобы сойти за платье. Некрасивое, но на данный момент и это подойдёт. Я поняла, что почти забыла свои каблуки. Ох, это фантастический образ. Всё ещё держа их в руке, я вознесла безмолвную молитву о том, чтобы я оказалась права и он не запер дверь спальни.
Я не смогла сдержать вздох облегчения, когда поняла, что мои наблюдательные способности всё ещё в порядке. Высунув голову в коридор, я убедилась, что вечеринка ограничилась первым этажом. Прижимаясь к стене, я добрался до верха лестницы, заглядывая вниз. Музыка была громкой, разговоры и смех оживлёнными. Теперь оставалось только вспомнить, где находится кухня.
Каждый шаг соответствовал биению моего сердца, но я спустилась по винтовой лестнице всего за несколько секунд. На площадке второго этажа тоже никого не было, и вообще никаких открытых дверей.
Сделав ещё один глубокий вдох, я осторожно спустилась до последней ступеньке, быстро осматривая местность. Затем я рискнула и бросилась к тому, что, как я надеялась, было кухней.
Если нет, я обречена.
***
Арман
Тосты были произнесены, и это то, с чем я мог справиться, после общался с гостями, на которых мне было наплевать, я делал это больше часа. Моя мама была довольна, что в наши дни редкость, она сияла почти так же, как Эдми. Я выполнил свои обязанности, предложив им дом для этого знаменательного события, учитывая, что обширное поместье моих родителей находится в процессе ремонта после подозрительного пожара.
Я использовал свой лимит добрых дел на целый год. Страдания на свадьбе станут для меня последним делом, особенно с учётом того, что меня попросили быть шафером. Я закатил глаза при этой мысли, закрывая за собой дверь.
Я удалился в свой кабинет, решив самостоятельно выяснить личность девушки. Если я смогу найти что-нибудь о ней, это поможет мне выяснить, что, чёрт возьми, я собираюсь с ней делать.
Я схватил телефон в руку, прежде чем поставить свой напиток на стол и сесть. Когда я долистал к фотографиям, которые сделал, мой член немедленно дёрнулся. Вид её, прикованной к моей кровати, вызвал непристойное чувство возбуждения. Грязные вещи, которые я мог бы с ней сделать, не выходили у меня из головы.
Включая использование садистских инструментов, которые оставили бы отметины на её теле на более длительный период времени, чем мой ремень. Мысль об осквернении её тела держала меня на взводе все те полтора часа, что я был вдали от неё. Я не могу оставить её так надолго.
Выдохнув, я кинул телефон на стол, сделал глоток виски, прежде чем нажать пробел на своём «АйМак», залезая в Интернет. Стук в дверь раздался за несколько секунд до того, как я зашёл в «Гугл».
– Входи.
Мэддокс вошёл с ухмылкой на лице. Он нашёл время, чтобы налить себе выпить, прежде чем плюхнуться в кресло передо мной. Я строго посмотрел на него, когда он положил ноги на угол моего стола, но обычно это означало, что всё, что он собирается мне сказать, стоит того, чтобы смотреть на подошвы его ботинок.
Сегодняшний вечер не станет исключением, за исключением того, что моё терпение уже иссякло. Если Рэйвен – подсадная утка, привлекательная она или нет, мне придётся принять трудное решение.
– Говори уже, а то пеняй на себя.
Я сделал глоток напитка, игнорируя желание снова взглянуть на её фотографию. Мой внезапный фетиш был нелепым, особенно учитывая обстоятельства.
Он молча сделал глоток из своего бокала, прежде чем взять один лист бумаги из остальных и бросить его в мою сторону. Фотография сразу привлекла моё внимание, её сияющая улыбка. Я снова был поражён её молодостью, а также её красотой.
– Эта цыпочка не лжёт, – продолжил он. – Она учится на последнем курсе УШЛ на специальности «криминология, юриспруденция и правовые системы». И её фамилия Картье.
Фотография, которую он предоставил, должно быть была сделана пару лет назад, фотография прекрасная, но напоминающая мне о том, насколько она молода. Хотя, осмелюсь сказать, что она ни в коем случае не невинна. Я поймал себя на том, что прослеживаю морщинки на её лице, отмечая блеск в её глазах, как будто она уже тогда хранила секреты, полная решимости покорить мир.
– Продолжай.
– Она правда подслушала наш разговор? – спросил он, весёлый тон покинул его.
– Боюсь, что так оно и было.
Он залпом выпил почти весь остаток своего скотча, прежде чем сделать предложение, которое было его требованием и которое, как он знал, мне не понравится.
– Обычно я бы посоветовал тебе позволить мне преспокойно разобраться с ней, но не думаю, что ты захочешь, чтобы я это сделал.
Подняв взгляд, я понял, что он серьёзен.
– И почему так, друг мой?
– Она определённо важная персона, особенно учитывая, как ты её нашёл.
Я наклонил голову и рассмеялся.
– Ну, она, конечно, не захотела бы, чтобы стало известно, что она дружит с известным преступником. Что ещё? Могу сказать, что это ещё не всё. Видимо, я был прав в своих предположениях.
– Подожди. У неё есть текущий и сберегательный счета, единственные депозиты, сделанные её родителями для оплаты обучения, проживания и питания, почти одинаковая сумма поступает администрации университета Луизианы. На её банковском счёте шестьсот десять долларов с копейками, депозиты сделаны в кофейне недалеко от кампуса, где она работает по тридцать с лишним часов в неделю, посещая занятия с полной нагрузкой. У неё нет парня, которого я смог бы найти, и абсолютно точно нет никакой связи с Грейсоном Александром или кем-либо его уровня, если уж на то пошло. Я проверил женские общества, и одно из них уже было предупреждено за их методы дедовщины, в прошлом году их временно отстраняли от занятий, но, учитывая влиятельных и богатых родителей, которые регулярно жертвуют школе, эти инциденты были стёрты из записей. Кстати, её мать была президентом женского общества двадцать пять лет назад.
Итак, девушка говорила мне правду. Как это связано с её отцом? Я взболтал свой напиток, думая о том, что он мне сказал.
– Просто выкладывай, Мэддокс. Моё терпение быстро иссякает.
– Ты был прав. Она первая из двух дочерей, родившихся у Томаса Гарфилда Картье. И теперь я жду прибавку к жалованью.
Блядь. Я хлопнул рукой по столу, шипя себе под нос. Затем сделал глоток своего напитка. Изучив его в течение нескольких секунд, я потянулся к своему столу, вытащил оружие из кобуры и направил ему в грудь.
Мэддокс рассмеялся, его глубокий смех прогремел по комнате. Он знал, когда я серьёзен, а когда прикалываюсь над ним. Мы играли в эту игру с определёнными врагами, что позволяло нам застать их врасплох.
– Как насчёт этого. Ты просто останешься в живых, – сказал я ему, склонив голову набок и ожидая его ответа.
– Тогда, думаю, я ухожу отсюда, – он начал вставать, затем наклонился вперёд, пододвигая остальные бумаги с её информацией в моем направлении. – Это не совпадение. Не так ли?
– Нет, не совпадение. Кто-то отправил её сюда.
Я взглянул на бумаги, неуверенный, что мне нужны какие-то дополнительные доказательства.
– А может и нет, Арман. Она ещё ребёнок. Сомневаюсь, что Томас упомянул бы что-то о тебе ей или её сестре. Она ведь действительно могла наткнуться на мой дом и вечеринку, но это не значит, что её неудача не может быть нашей удачей.
Он сохранял улыбку на лице, пока я не спеша просматривал другую информацию, которую он принёс, включая её табель успеваемости за последний семестр учёбы в университете. Она очень умна, её средний балл – невероятный, особенно учитывая количество часов, которые она работала. Она также получала стипендии, что означало, что ей нельзя марать руки. Но информация, которую он предоставил, ничего не значила по сравнению с тем, кем был её отец.
В моём мире не было таких вещей, как совпадения. Была ещё какая-то причина, по которой её отправили в мой дом, знала она об этом или нет. Это значительно сузило моё решение о том, что в конечном итоге с ней делать.
– Да, ты прав. – Я отвёл взгляд, размышляя о благополучии Рэйвен. – Присмотри за моей дочерью сегодня вечером. Убедись, что она не устроит сцену.
– Обязательно. И что ты собираешься делать?
Я вздохнул, и это прозвучало так горько и сердито, как я себя чувствовал.
– Возможно, у меня нет другого выбора, кроме как поступить с ней так, как я бы предпочёл этого не делать, – но только после того, как я проведу с ней некоторое время.
– Но она тебе нравится.
– Она мой враг, как и её отец.
– Может, я могу предложить альтернативу? – спросил он.
– Почему бы, чёрт возьми, и нет, – я разложил бумаги на своём столе, ожидая услышать его совет. Прежде чем он успел что-либо сказать, раздался ещё один стук в дверь. Я взглянул в ту сторону, желая, чтобы вечеринка поскорее закончилась. – Да?
Вошёл один из моих солдат.
– Извините, что беспокою вас, сэр, но вам следует проверить камеры наблюдения.
Я немедленно вскочил из-за стола, направляясь к маленькой консоли, расположенной в стороне, мои волосы немедленно встали дыбом.
– Что я должен увидеть?
– Кажется, там молодая женщина пытается найти выход через чёрный ход. Самое странное, что на ней только футболка и больше ничего.
Улыбка появилась на моём лице, когда я нажал клавишу пробела в компьютерной системе, обнаружив камеры, расположенные в задней части моего поместья. Я разместил их повсюду, особенно учитывая, что дом был расположен в глубине города, чего бы мне не хотелось. На деревьях были установлены мерцающие огоньки, бассейн светился, как праздничное рождественское украшение.
Мэддокс подошёл ко мне сзади, заглядывая через плечо.
– Дай угадаю, это твоя таинственная гостья.
Я переключался с одной камеры на другую, легко обнаружив Рэйвен. Когда она подняла голову, как будто заметив одну из камер, мой член упёрся в брюки.
– Именно. Ей удалось освободиться от наручников. Умная девочка.
– Интересно. Столь же находчивая, сколь и красивая.
– Именно поэтому мне нужно разобраться с ней.
– Почему бы тебе не подумать о договорённости?
– Например?
Он повернулся ко мне, одарив таким же взглядом, который я всегда хотел стереть с его лица, когда мы были детьми и он обыгрывал меня в баскетбол.
– Женись на ней.
ГЛАВА 6
Рэйвен
Запах Армана окутывал меня, оставшись даже несмотря на свежевыстиранную футболку. В моём воображении его аромат уже пропитал всю мою кожу. Или, может быть, я принимала желаемое за действительное.
Нелепо.
Свобода была всего в нескольких секундах от меня. По крайней мере, об этом я молила Бога.
У меня были мурашки по коже, и они отказывались пропадать. Я выбралась из дома на впечатляющий задний двор, но сразу поняла, что вся территория окружена железным забором высотой восемь футов без видимых проходов. Мне нужно либо перелезть через него, либо найти ворота. Я выбрала ворота. Оставалось лишь молиться, чтобы не сработала какая-нибудь чокнутая сигнальная тревога.
Листва была густой, яркие цвета танцевали в мерцании гирлянд на деревьях. Даже вид бассейна завораживал, за такой коттедж и кухню на открытом воздухе можно было и умереть. Это напомнило мне о скромном доме моих родителей, расположенном за пределами Колумбии, двор всегда содержался в чистоте. Там был и бассейн, каникулы были нечастыми, но время, проведённое там с моей сестрой казалось незабываемым. И всё же, в отличие от домика моего детства, здесь казалось, что мебелью для бассейна никогда не пользовались, и кухня была безупречно чистой. Наконец я заметила что-то похожее на ворота, расположенные рядом со зданием коттеджа, и осторожно направилась к ним.
Я была права, расположение ворот, вероятно, позволяло поставщикам провизии и другим работникам приходить и уходить по мере необходимости. Я была уверена, что у Армана есть персонал, который поддерживает всё в соответствии с его высокими стандартами. Держа в руке туфли, я оглянулась через плечо, чтобы убедиться, что за мной никто не следит, прежде чем открыть ворота. Там были мигающие огоньки, никакой сигнализации, только глухой рёв продолжающейся вечеринки и ночные насекомые в тени.
Возможно, именно по этой причине дрожь непрерывно пробегала вверх и вниз по моему позвоночнику. Я прошла через ворота, затем сделала глубокий вдох, прежде чем направиться прочь от дома.
Почти мгновенно я почувствовала, как по моим венам пробежал электрический разряд, тепло, непохожее ни на что вообразимое, пронзило меня прямо до глубины души. К сожалению, я точно знала, что это значит.
Он нашёл меня.
Сначала я услышала мрачный смешок Армана, глубокий, бархатистый звук пронёсся сквозь меня, как огненный шторм. Затем включился яркий свет, ослепив мои глаза. Я заслонила их от резкого света, несколько раз моргнула, ненавидя, что на глаза навернулись слёзы.
– Куда-то идёшь, принцесса? – спросил он, вопрос был пронизан рычанием. Я услышала другой голос, ещё один весёлый смешок.
– Почему-то твоя футболка смотрится на ней лучше, чем на тебе, Арман.
Это был голос мужчины, который я слышала в комнате Армана. Я попятилась назад, не зная, что сказать. Затем повернулась и побежала в направлении, которое, как я молила Бога, было улицей, бросив при этом свои туфли.
Через несколько секунд меня подхватили и перебросили через плечо. Сейчас я издала пронзительный крик, колотя кулаками по спине Армана.
– Отпусти меня! Пожалуйста. Просто отпусти меня.
– Теперь она просит вежливо, – проворчал Арман. – Больше никаких требований, принцесса?
Когда он шлёпнул меня по заднице, я застонала, его прикосновение стало каким-то более интимным, чем раньше.
– Пожалуйста. – У меня закончились мольбы и оправдания. Я просто хотела остаться в живых.
– Ну, тогда я вернусь на вечеринку, раз у тебя всё под контролем, – сказал Мэддокс, его голос всё ещё был полон веселья.
– Как я уже сказал, проследи, чтобы Зои была под контролем.
– Не волнуйся. Я с ней разберусь. Кроме того, у тебя и так дел по горло, – он продолжал посмеиваться, уходя.
– Куда ты меня несёшь? – спросила я, пытаясь разглядеть, куда он направляется.
– Возвращаюсь в свою комнату. Пока что.
Вместо того, чтобы тащить меня на глазах у наёмной прислуги или гостей, он направился к другой двери, которая была абсолютно защищена. Я заметила панель рядом с дверью за несколько секунд до того, как он положил руку на её поверхность. Иисусе. У него отдельный вход. Конечно же.
Он начал напевать, поднимаясь по нескольким лестничным пролётам, ведя себя так, как будто у него было всё время в мире. Когда он достиг лестничной площадки, перед ним было две двери на выбор. Мне стало интересно, куда ведёт вторая. Первая вела прямо в его спальню и в гардеробную. Как я раньше не заметила? Потому что она была расположена за стеллажом, на котором стояло несколько пар его обуви. Господи. Если бы я только нашла её раньше.
Какая жалость, что я не профессиональный преступник и не додумалась поискать потайную дверь.
Он прошёл в свою комнату, затем бросил меня на середину кровати, где и остался стоять надо мной. Когда он посмотрел на меня, выражение его лица было суровым, он покачал головой. Затем провёл рукой по слегка взъерошенной бороде.
– Нервничаешь, принцесса?
Его интонация была угрожающей, но всё ещё чувственной. Нервозность – даже близко не описывало то, что я чувствовала от этой сюрреалистической ночи. Это был ужасный кошмар, от которого я боялась, что никогда не проснусь.
– А стоит? Это предупреждение?
Он сделал то же, что и раньше, очень осторожно сняв пиджак. Затем кобуру, бросив на меня укоризненный взгляд, когда я с тоской уставилась на оружие.
– Даже не думай об этом, Рэйвен. Я не из тех мужчин, которые славятся терпением. Ты не раз уже испытывала меня. Хотя должен отдать тебе должное за твою способность освободиться от наручников.
В этот момент он заметил предметы из ящика тумбы, которые я свалила сверху на кровать. Тогда выражение его лица сменилось с весёлого на яростное, выражение было более устрашающим, чем всё, что я видела до сих пор. Он сделал один шаг к нему, рывком открыв ящик. Как только он вытащил рамку с фотографией, я почувствовала, что его ярость только усиливается.
Без всякого предупреждения он обхватил меня рукой за горло, рывком поднимая на ноги. В его глазах был такой холод, что я будто оказалась в вакууме, уверенная, что он собирается пустить мне пулю в лоб. Его тело сотрясалось от нарастающего гнева, челюсти были сжаты так сильно, что меня затошнило, хотя было трудно отвести от него взгляд.
Он опустил голову, его ноздри раздувались.
– Очень важно, чтобы мы поладили, Рэйвен, поскольку ты стала очень важна для меня. Я проявляю к тебе вежливость, но будут правила, которым нужно следовать. Ты не будешь рыться в моих вещах. Это понятно?
Всё в этом его заявлении было странным, как будто он планировал держать меня здесь вечно. Конечно, это абсурдно. Он никак не сможет держать меня в плену. В конце концов, меня хватятся. Хоть он и не душил меня, он оказывал достаточное давление, и его рука была такой большой, что я не сомневалась, что он мог бы свернуть мне шею, если бы захотел. На данный момент единственной надеждой, которая у меня осталась, было подыгрывать его бредовому убеждению.
– Да, сэр.
Слово уважения, казалось, смягчило могущественного мужчину. Выражение его лица изменилось, и он ослабил давление, хотя его пальцы по-прежнему сжимали моё горло.
– Хорошая девочка.
От похвалы у меня затрепетало в животе, и от этого меня затошнило.
– Кто она?
Он был застигнут врасплох моим вопросом и несколько секунд водил большим пальцем назад-вперёд по моим губам. К тому времени, как он ответил, моя нижняя губа треснула от давления, которое он оказывал.
– Кое-кто особенный. Кое-кто, кто не заслуживал той жизни, которую она получила.
С этими словами он завладел моими губами. На этот раз поцелуй был всепоглощающим, полным огня и страсти, как будто это было последнее действие, которое он когда-либо совершит. Каждое моё нервное окончание горело, опалённое его горячим прикосновением, моё сердце бешено колотилось от страха и возбуждения, опасное сочетание. Свободной рукой он провёл по моему плечу, покалывающие ощущения продолжались.
Я не хотела потеряться в этом моменте или в этом мужчине, но ему удалось пробудить во мне что-то очень тёмное и чувственное, отбросив слишком много запретов. Продолжая вести по моей руке, перемещаясь на спину, он притянул меня к себе. То, как он двигал бёдрами назад и вперёд, прижимая меня к своей толстой эрекции, было чётким признаком того, чего он хотел.
Я осталась в полном восторге от его сильного поцелуя, дрожа в его объятиях, но влажность и пульсация между моими ногами увеличивались. Безжалостный мужчина был точен в своих действиях, как будто он точно рассчитал всё, что собирается со мной сделать. Когда он схватил меня за футболку, я застонала в поцелуе. Он прижал меня к себе, обхватив мою попку одной рукой.
По мере того, как поцелуй углублялся, а его язык непрерывно перемещался от одного уголка моего рта к другому, я обнаружила, что без всякого принуждения приподнимаюсь на цыпочки. Но когда я обняла его одной рукой за плечи, запутавшись пальцами в его густых волосах, тихий голосок в моей голове отчитал меня за это.
Это побудило меня прижать ладонь к его груди, но это было бесполезно. Он был непоколебимой силой, способной взять то, чего он хотел. И по какой-то безумной причине он хотел меня. Мои нервы были на пределе, но щекочущие ощущения превратились в волну жгучего электричества. Нельзя было отрицать наше влечение или нашу химию. Меня никогда не целовали с такой страстью, никогда так не обнимали. Это было вызывающе во всех неправильных смыслах, но я обнаружила, что отвечаю на его потребности.
Между нами витал безошибочный запах моей влаги.
Когда он, наконец, прервал поцелуй, его действия были быстрыми. Он стянул футболку через мою голову, отбросив её в сторону. На этот раз он не оставил никаких сомнений, согнув пальцы и проведя ими вниз по моей шее к груди, его грудь поднималась и опускалась. Затем он просунул один палец под перекрученную резинку моих стрингов.
Один рывок его запястья вырвал из моего горла нежеланный стон, но я обнаружила, что задыхаюсь от желания и предвкушения. Он прищурил глаза, тихо смеясь.
– Ты хочешь того, что только я могу тебе дать.
В его тоне не было высокомерия, но его слова превратились в утверждение, которое казалось слишком правильным. Если он ожидал ответа, я никак не могла его дать ему. Я была слишком загипнотизирована, не зная, что делать. Он провёл языком по нижней губе, позволяя своему взгляду опуститься на мои босые ноги.
– Блядь. Ты слишком красива.
Я никогда не была настолько парализована, неуверенная, что мне даже удастся дышать. И всё же, когда он обхватил ладонями обе груди, проводя большими пальцами туда-сюда по моим ноющим соскам, я погрузилась в безумный момент нирваны.
Ослепительные ощущения продолжали пронзать меня, даже когда я застыла в его объятиях. Я была его пленницей, захваченной против своей воли, но, когда он опустил голову, втягивая мой сосок в рот, я запрокинула голову, хватая ртом воздух, экстаз возобладал над рациональностью. Как я могла этого хотеть? Как я могла так сильно нуждаться в его прикосновениях?
