Текст книги "Босс преступного мира (ЛП)"
Автор книги: Пайпер Стоун
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 20 страниц)
ГЛАВА 2
Арман
Последнее, чего я ожидал, – это увидеть потрясающую молодую девушку, стоящую посреди моей спальни. Хотя я и не был застрахован от женщин, пытающихся соблазнить меня и затащить в постель в надежде завладеть моим статусом и банковским счётом. Такое уже случалось дважды в течение праздничного вечера.
За эти годы я конечно же испытывал радость от того, что трахнул нескольких красивых женщин, но никогда в этой комнате. Не было никакой особой причины, кроме того, что это было моё убежище, личное пространство, позволяющее мне избавиться от помпезности и обстоятельств моего положения дона самого могущественного преступного синдиката на юге.
Это не совсем правда. Не уверен, почему я продолжал лгать самому себе.
Когда я жаждал общества женщины, я пользовался отелями, в том числе тем, которым владеет семья, что позволяло мне уединиться, а также обеспечить дополнительную безопасность. У меня не было желания оказаться на чьей-то странице в «ФейсБук» на следующее утро. Это не сулило бы ничего хорошего ни моей репутации, ни моим надёжным методам ведения бизнеса.
За последние несколько месяцев я перестал волноваться об этом, греховные действия превратились скорее в рутинную работу. Мне говорили, что время залечивает раны. Для меня всё оказалось наоборот. Ничто не могло унять тьму внутри. Вместо этого я с головой ушёл в работу, удвоив благосостояние семьи. И я был готов заключить ещё один выгодный контракт в другом штате, когда Грейсон решил предать меня. В то время как Мэддокс занимался необходимым возмездием, меня больше всего беспокоили последствия. Вот почему я не мог упустить тот факт, что Грейсон нанял кого-то для обеспечения ему дополнительных боеприпасов. В чём я не был уверен, так это в том, продал ли он свою душу ФБР или другому моему врагу.
В любом случае, появление этой великолепной девушки на вечеринке куда Грейсон изначально был приглашён – не могло быть совпадением. Он должен был знать, что система безопасности будет отключена, а количество людей в моём доме, которых я не знаю, помешает мне легко идентифицировать диверсанта.
Я был известен как неумолимый дикарь, тот, кого следует бояться. Возможно, эта девушка понятия не имеет, кто я такой.
Мой отец придумал для себя прозвище Хозяин, которое я счёл оскорбительным. К сожалению, это прозвище прижилось во всем Новом Орлеане, титул перешёл и к первенцу, когда мой отец ушёл на пенсию всего два года назад. Однако нельзя было отрицать, что я превратился в человека ещё более жестокого и неумолимого, чем мой отец. Следовательно, и титул останется в силе.
Даже несмотря на то, что я в процессе попыток очистить имя Тибодо́ и нашу репутацию. Мы хорошо известны по всей стране, вся семья богата сверх всяких мер. Однако большая их часть была получена из нелегальных источников, что постоянно ставило нас под пристальное внимание правоохранительных органов. Я устал от этого, и моя решимость вывести нас на полностью легальные рынки получала массу негативных реакций как от членов семьи, так и от других сотрудников. Разве хоть кто-то не получал бы удовольствия от дополнительных доходов на протяжении многих лет? Включая меня.
Я также стал осторожнее относиться к тому, кого я решал устранить. Теперь тот факт, что она подслушала мой план, мог пустить под откос следующие несколько месяцев нашего бизнеса. Я не мог этого допустить.
Я усмехнулся, подумав об этом, когда заметил выражение ужаса в больших глазах девушки, которые были цвета изумрудов в солнечный день, совершенно завораживающие. Она маленького роста, на несколько дюймов ниже меня, но, поняв, что она прячется в шкафу, я сразу осознал, что она – сила, с которой нужно считаться. И с её длинными чёрными волосами, спадающими мягкими локонами до середины спины, она была из тех женщин, от которых у мужчин захватывает дух.
Какой бы потрясающей ни была её красота, я не мог игнорировать слона в комнате. Она подслушала, как я обсуждал убийство человека, который совершил ошибку, перейдя мне дорогу. Я редко обсуждал дела в каком-либо месте, кроме того, что мой брат ласково называл «военной комнатой», места, которое я спроектировал как звуконепроницаемое и неприступное, ежедневно проверяемое, чтобы убедиться, что никому не удалось нарушить мою безопасность, установив подслушивающие устройства. Именно это случилось с моим отцом, результатом чего стал его двухлетний тюремный срок за организованную преступность.
По крайней мере, это позволило мне ощутить вкус лидерства в двадцать с небольшим, кажется, целую жизнь назад.
Я позволил своему разгорячённому взгляду опуститься на пол, пытаясь понять, с чем мне придётся иметь дело. Учитывая её юный возраст, может быть, двадцать один, она явно не служила в правоохранительных органах. Хотя я, конечно, знаю, что внешность может быть обманчивой. Я, точно, не подозреваю, что она может оказаться наёмной убийцей. Но вполне возможно, что её подослал один из моих многочисленных врагов, чтобы собрать информацию путём обольщения.
Однако, если бы это было так, это ослепительное создание было бы одето в одежду от кутюр, а не в прекрасное облегающее платье, купленное в сетевом универмаге. Тем не менее, у меня потекли слюнки при мысли о том, чтобы заглянуть под её малиновый наряд, взглянуть на её фигуру в форме песочных часов, подчёркнутую шелковистым материалом.
Затем я заметил часы, которые были надеты на её маленьком запястье. Точнее, мои часы. Возможно ли, что она не более чем обычная воровка? Если так, то она выбрала не тот дом для наживы. Развеселившись, я направился к бару в своей спальне и налил щедрую порцию виски. Я удивлён, что она не попыталась сбежать, вместо этого уставившись на меня со свирепой напряжённостью.
Это заинтриговало меня ещё больше. Осушив жидкость одним глотком и поставив стакан на деревянную поверхность, я засунул руки в карманы и направился к ней. Я был наблюдательным человеком, что не раз спасало меня от беды. С каждым моим шагом её эмоции усиливались, гнев и ужас смешивались, создавая взрыв, который вот-вот должен был произойти.
Хотя я предпочитал, чтобы моя жизнь была простой, похоже, у богов были другие планы. Даже когда я сократил дистанцию, она не сдвинулась с места, вызывающе подняв подбородок. Мой член зашевелился, чего он не делал уже несколько недель.
– А теперь, не против сказать мне, кто ты? – спросил я, любопытствуя, каким будет её ответ.
– Одна из ваших гостей. Прошу прощения, но в ванной внизу постоянно была очередь. Я случайно сюда забрела.
Ложь была неплохой, и, если бы я не был уверен, что запер дверь, чтобы всякий сброд не рылся в моих вещах, или тот факт, что она пряталась в моём шкафу в темноте, я бы, возможно, поверил ей.
– Замечательная история, принцесса, но мы оба знаем, что это ложь.
– У меня нет привычки лгать.
Она очень осторожно завела руку за спину, пытаясь скрыть свою кражу. Я придвинулся ближе, не торопясь изучая её сияющие радужки, почти загипнотизированный её сочными губами. В течение нескольких восхитительных секунд я ощущал её жгучее желание, когда оно то затухало, то нарастало. Это позволило мне обнять её за талию, нежно поглаживая поясницу.
Когда я обхватил пальцами её запястье, дёрнув её руку вверх на несколько дюймов, она взвизгнула, как будто я причинил ей боль, но огонь в её глазах заставил мои яйца напрячься.
– Отпусти меня! – потребовала она.
– Возможно, ты и не считаешь себя лгуньей, принцесса, но привычка воровать у тебя определённо есть.
На лице красавицы с волосами цвета воронова крыла застыло выражение ярости, соответствующее её образу «злючки», промелькнувшему у меня в голове. Но доказательства были очевидны. Когда я снял с неё единственную частичку своего прошлого, которую сохранил, вспышка гнева пронзила меня. Никто не осмеливался прикоснуться к ним, ни разу. Даже моя семья знала об этом. Они понимали, что мой гнев невозможно было бы укротить, если бы они совершили что-то настолько вопиющее.
Однако, что касается этой молодой девушки, я почувствовал восхищение её техникой и её яйцами. Я сунул часы в карман, на мгновение грусть почти вытеснила возбуждение. Моя таинственная посетительница высвободила руку, потирая запястье, одарив меня непристойным взглядом.
Когда она повернулась и побежала к двери, я не смог удержаться от улыбки. Должно быть, она правда верит, что сможет сбежать от меня.
– Ц-ц-ц. Ц-ц-ц, плохая девочка. Так просто ты не отделаешься, – я бросился к двери прежде, чем у неё бы появился шанс взяться за ручку.
Она попятилась назад, её грудь поднималась и опускалась, когда она указала указательным пальцем в мою сторону.
– Просто держись от меня подальше.
Я запер дверь, позволив ей наблюдать за моими действиями. Затем я сделал к ней один большой шаг, а она бросилась к французским дверям, ведущим на балкон, легко распахнула их и выбежала наружу.
Я последовал за ней, заметив, что она колеблется, перелезая через железные перила. Затем я прислонился к дверному косяку, веселье продолжалось.
– Хоть ты и не разобьёшься насмерть, принцесса, учитывая высокий фундамент и тот факт, что мы находимся на третьем этаже, вполне вероятно, что ты сломаешь кость или две. Мне бы не хотелось, чтобы это случилось.
Сделав несколько прерывистых вдохов, она повернулась ко мне лицом, её гнев стал более ощутимым.
– Отпусти меня. Я не причинила тебе никакого вреда.
Я потёр челюсть, удивлённый её требовательным тоном.
– Был бы рад это сделать, за исключением того, что нам нужно решить две проблемы. Одна из них – кража моих любимых часов.
– Которые уже вернулись к тебе. Всё хорошо, что хорошо кончается.
– Да, однако это не значит, что я могу игнорировать само это действие. У каждого действия есть последствия. Тебя ведь научили этому в детстве.
Таинственная красавица недоверчиво посмотрела на меня.
– Ты, должно быть, шутишь? Ты, очевидно, ужасный человек, и ты предъявляешь мне что-то из-за моего поведения?
Я скрестил руки на груди, изучая её так же пристально.
– И что же заставляет тебя думать, что я такой ужасный человек? – её заявление подтвердило, что она не только знает, кто я такой, но и подслушала разговор.
Она поняла, что сказала лишнего, мерцающие наружные светильники, на установке которых настояла моя сестра для своей элегантной вечеринки по случаю помолвки, осветили ещё один момент страха на лице девушки.
– Ты ударил того парня.
Я тихо рассмеялся.
– Тот парень это заслужил.
– За то, что ослушался тебя?
Мэддокс был не только моим заместителем, но и лучшим другом со старшей школы, заменив вероломного ублюдка, который теперь считался моим врагом. Мы вместе занимались спортом и поддерживали друг друга из-за девушек. Он несколько раз прикрывал мне спину, и даже принял вместо меня пулю в одну жестокую ночь кровопролития. Он тот, кому я доверяю, тот, кто знает все мои секреты так же, как и я его. Он также чаще сталкивался с моим гневом, чем стоило бы любому человеку.
– За то, что не выполнил свою работу. Теперь, похоже, нам нужно прийти к пониманию непристойного инцидента, в который ты оказалась вовлечена.
– Непристойного?
– Весьма, – парировал я. – Ты должна быть наказана.
– Дай угадаю. Ты считаешь себя и судьёй, и присяжными. – Она упёрла руки в бока, одарив меня надменным взглядом.
– Для той, кого нашли в запертой спальне мужчины, ты довольно смелая. Полагаю, ты знаешь, кто я.
Она закатила глаза.
– Нет, не знаю. И, по правде говоря, мне всё равно. Я сожалею, что вторглась в твою личную жизнь и кое-что у тебя украла.
Я был уверен, что она понятия не имеет, кто я такой, а это означало, что она не из Нового Орлеана. Я перешёл от заинтригованности к ощущению такого уровня голода, который выбил меня из колеи. Я хотел не только приручить маленькую львицу, но и обладать ею. Вопрос в том, почему она продолжала очаровывать меня. Она была так молода, что могла бы быть моей дочерью. Возможно, этот запретный, слегка табуированный характер и был причиной того, что мой член полностью возбудился, а яйца посинели.
– Прости, принцесса, но твоих извинений недостаточно. Не думаю, что твой поступок был таким уж невинным, в конце концов.
– Что это значит?
– Кто ты? На кого работаешь?
– А кто ты такой?
– Ты не имеешь здесь прав, чтобы задавать вопросы, принцесса. Это ты находишься в моей комнате.
– Никакая я не принцесса, – зарычала она на меня после того, как сделала это заявление. Боже, эту женщину нужно перетащить через мои колени, чтобы её попка приобрела ярко-малиновый оттенок.
– Тогда что ты делаешь в моей спальне? – не смог удержаться, придвинулся ближе, моё желание возросло в десять раз.
– Кто ты? Почему я вообще должна тебе что-то говорить?
– Давай скажем, что я просто очень опасный человек, милашка. Ты вломилась не в тот дом и не в ту комнату. Теперь ты столкнёшься с последствиями. Но для начала было бы лучше, если бы ты сказала мне, на кого работаешь. Если предоставишь эту информацию добровольно, я буду снисходителен к твоему наказанию.
Она одарила меня греховно-сладкой улыбкой, с важным видом направляясь ко мне.
– Во-первых, я ни на кого не работаю. Во-вторых, ты ко мне не притронешься. Это вечеринка по случаю помолвки. Верно? Захотел бы ты, чтобы твоя невеста обнаружила другую женщину в вашей спальне? Уверена, что смогу устроить сцену, которая станет серьёзной проблемой для вашего предстоящего брака. Уверяю тебя, я чертовски хорошая актриса.
Одним движением я смог обхватить рукой её длинное горло, используя большой палец и прижимая его под подбородком. Она отреагировала тем, что несколько раз ударила меня кулаками в грудь в тщетной попытке вырваться из моих объятий.
Я опустил голову, вдыхая её знойный аромат. Всё в ней было опьяняющим, включая её чувственный аромат. Когда я сделал глубокий вдох, её глаза забегали туда-сюда. Она делала всё, что было в её силах, чтобы не показывать свой страх. Это была черта, которой я восхищался.
– Ты будешь очень разочарована, узнав, что можешь кричать сколько угодно, но это ничего не будет значить для моих гостей.
– И почему это? – её голос был прерывистым, чуть громче шёпота. Я опустил голову, пока наши губы не оказались близко, о-о-очень близко. Моё сердцебиение участилось, член пульсировал. Я хотел насладиться каждым дюймом этого восхитительного лакомства.
– Для начала, это не я женюсь, моя сестра – прекрасная будущая невеста, и это вечеринка по случаю её помолвки. Что касается того, кто я, меня зовут Арман Тибодо. Что ещё более важно, как владелец этого дома и лидер преступного синдиката Тибодо, всё, что произойдёт, если ты закричишь, – это то, что несколько моих вооружённых солдат ворвутся в комнату с оружием наготове. И они сделают именно то, что я им скажу, принцесса. А учитывая то, что ты подслушала, вломившись в мою комнату, уверен, ты понимаешь, как мои солдаты обращаются с людьми, которые каким-либо образом предают меня, и если я пойду на поводу у своего инстинкта, то твоё ограбление лишь скрывало истинную причину, по которой ты здесь. Так что, как видишь, будет лучше, если ты примешь своё наказание как хорошая маленькая девочка.
ГЛАВА 3
Рэйвен
Хорошая маленькая девочка.
Слова пронзили меня, как нож.
Его аромат был ошеломляющим, его прикосновения вызывали порочный прилив жара. А его сочные губы были слишком манящими. Я продолжала прижимать ладони к его груди, но вырваться из его крепкой хватки было невозможно.
Арман – человек мафии? Правда?
Жестокий преступник. Меня нашли прячущейся в комнате зверского мужчины, как меня и предупреждали.
Возможно, это правда, или, может быть, он просто пытается запугать меня. Что я знала наверняка, так это то, что он высокомерный, невыносимый мудак с комплексом Бога. К сожалению, тот факт, что он самодовольный, чертовски задумчивый и опасно великолепный одновременно, не ускользнул от меня.
Или от предательских реакций моего тела.
Мои соски были полностью возбуждены и причиняли такую же боль, как и интенсивная пульсация между ног. У меня никогда раньше не было такой реакции ни на одного из мужчин.
Знали ли Меган, Шелли и Аманда о его выдающемся статусе, или они выбрали этого парня случайно? О, чёрт, нет. Они-то точно знали, что делают, и именно со мной. Ох, я бы выковыряла им ложкой глаза. Они пытались меня убить? Нет, они давили на меня, уверенные, что в последний момент я откажусь от их нелепого испытания. Когда вернусь, я надеру их задницы. А после этого я сдам их ректорам университета.
Конечно. Тогда я впутаю и себя. Девочки знали, что я ни черта не смогу поделать с решением, которое приняла самостоятельно.
К сожалению, я оказалась в тёмной дыре, из которой, возможно, не смогу выбраться. Арман не просто опасен, и не просто монстр, которого следовало бы избегать. Он чистое зло, замаскированное под утончённого и очень страстного мужчину.
Когда Арман завладел моим ртом, я впала в абсолютный ступор, что было для меня редкостью. Я была из тех девушек, которые легко могли придумывать язвительные колкости, помогавшие замаскировать мою нервозность в ситуациях, которые я не могла контролировать. Но этот… этот момент и этот мужчина были совершенно не в моей власти, страстный поцелуй был настолько неожиданным, что я была в шоке. Его рубиново-красные губы были созданы для поцелуев долгими зимними ночами, когда за окном слегка падает снег.
Что ты делаешь?
Он был напорист, но в то же время странно нежен в своих первоначальных действиях, раздвигая мои губы своими, едва проникая языком внутрь. Затем, когда я не оказала сопротивления, он обнял меня другой рукой, обхватив за ягодицы, и приподнял меня на цыпочки. Я ощущала себя совершенно беспомощной, но в полной безопасности в его мускулистых руках. И всё же ворчливый голос в моей голове напомнил мне, что он угрожал мне не только телесными повреждениями, но и моей жизни в целом.
А это делало его очень плохим человеком.
И всё же его вкус был потрясающим, лёгкий привкус виски, смешанный с мятой, поразил мои чувства самым приятным образом. Я разрывалась между наслаждением и борьбой с ним, особенно когда он взял больший контроль, скользнув одной рукой мне на затылок, его хватка была собственнической. У меня мгновенно закружилась голова, я была поражена его действиями и его вкусом.
Пока он исследовал каждый дюйм моего рта, я поняла, что выгибаю спину, прижимаясь животом к его бёдрам и толстому, пульсирующему члену. Мужчина был полностью возбуждён, настолько, что я была ошеломлена тем, каким твёрдым и огромным он казался. Было нелепо думать о нём как-то иначе, кроме как о безжалостном убийце, которым, как я знала, он и являлся.
Его имя было смутно знакомым, но я особо не обращала внимания на политику или преступный мир. Я устала от этих разговоров в детстве за обеденным столом.
По мере того, как продолжался наш интимный момент, я начала возвращаться к реальности, теперь борясь за то, чтобы вырваться из его объятий. Это было практически бесполезно, мужчина был слишком силён. Когда мне удалось пошевелить бёдрами, покачав ими назад-вперёд, а затем отодвинуться на несколько дюймов, мне почти удалось ударить его коленом в пах. К сожалению, он как будто предвидел моё движение, схватив меня за ногу и впившись пальцами в мою обнажённую кожу.
В тот момент, когда он прижал меня к перилам балкона, почти раздавив меня всем весом своего тела, он заставил мою спину выгнуться дугой. Он понятия не имел, что я боюсь высоты, но скоро узнает об этом, как только меня охватит паника.
Поцелуй продолжался, мой разум выходил из-под контроля, но я делала всё, что могла, чтобы бороться с ним изо всех сил, боясь, что он скинет меня за перила. Когда он, наконец, разомкнул наши губы, я толкнула его с такой силой, что он чуть не споткнулся, и это позволило мне ударить его ладонью по лицу. Когда он удивлённо ахнул, я воспользовалась моментом шока и ужаса, обогнув его и забежав обратно сквозь французские двери. У меня было достаточно времени, чтобы закрыть и запереть их, прежде чем он ударил рукой по дверному косяку.
Я вскрикнула и попятилась вглубь комнаты, благодаря Бога, что смогла убежать. Без колебаний я бросилась к двери. Резкий треск напугал меня до такой степени, что я резко остановилась, ещё раз обернувшись.
Он выбил дверь ногой и ворвался внутрь, его грудь тяжело вздымалась.
– Тебе не следовало этого делать, принцесса, – в его голосе было больше резкости, его лицо исказилось от гнева, а также от жгучего желания. Невозможно было избежать сильных вибраций, которые я чувствовала, но этому не суждено было случиться. Я должна уйти. – Ты очень плохая девочка, а знаешь, что случается с непослушными девушками?
Будто я собиралась задержаться здесь и выяснить это. Уродливые образы промелькнули в глубине моего сознания, но мне пришлось их проигнорировать.
Я полетела к двери спальни, на этот раз сумев отпереть её и распахнуть настежь. Я добежала до лестницы, прежде чем он дёрнул меня назад, перекинув через плечо, как какой-то здоровенный неандерталец. Это был ещё один шокирующий момент, мой пульс участился, пока я пыталась схватиться за стену, затем за перила, хваталась за каждую дверную ручку, мимо которой мы проходили. Всё было безрезультатно. Казалось, ничто не помешает этому человеку получить то, что он хочет.
Моё наказание.
Арман пинком захлопнул дверь, пробормотав что-то по-французски, прежде чем направиться прямо к кровати королевских размеров, бросив меня посередине. Затем он указал на меня пальцем, выражение его лица было суровым.
– Ты не уйдёшь от меня, принцесса. И ты скажешь мне, на кого ты работаешь. Это Грейсон Александер? Не лги мне. Я знаю, что именно он платит тебе. Он послал тебя сюда. Но это не сработает.
– Я не твоя чёртова принцесса, и я ни на кого не работаю. Кроме того, ты же заказал его убийство. Верно? Типо ты большой плохой парень, убивающий невинных людей. Ты ужасный человек.
Чёрт. Чёрт. Что я вообще говорю?
– Ты даже не представляешь насколько, – от его глубокого смеха дрожь пробежала по каждому мускулу.
– Я и не хочу знать. Просто оставь меня в покое.
Он смотрел на меня так, будто это я его шокировала. Он сорвал с себя пиджак, отбросив его в сторону, и тут же дёрнул за галстук.
– Ты в моей комнате, принцесса. У тебя нет никакой власти в моём мире. Итак, кто ты, чёрт возьми, такая? Я настоятельно рекомендую тебе признаться мне во всем.
От него веяло такой абсолютной холодностью, что у меня чуть не начали стучать зубы. У меня не было другого выхода, кроме как сообщить ему хотя бы часть правды. Если я хочу выбраться из его комнаты живой.
– Меня зовут Рэйвен. Я студентка из УШЛ. Мне жаль. Я заблудилась.
Он остановился на середине действия, прищурив глаза, и на его лице появилась понимающая улыбка.
– Конечно. А я Санта Клаус. Ты точно не потерялась, Рэйвен. Я предлагаю тебе продолжить, но на этот раз рассказать мне правду, а не сказку. Зачем ты своровала у меня? Тебе так сильно нужны деньги, принцесса? Или ты правда избалованная маленькая девочка?
– Как ты смеешь. Перестань называть меня принцессой! И нет, мне не нужны твои деньги. Не смей оскорблять меня, – я пошевелилась, чтобы подняться с кровати, а он мягко толкнул меня обратно, наклонив голову, его ноздри раздувались.
Отлично. Теперь я вела себя высокомерно.
Блестяще, Рэйвен. Чертовски умно с твоей стороны.
– Говори. Сейчас же. У меня нет времени возиться с тобой всю ночь. Как ты уже метко упомянула, внизу меня ждут гости.
От его глубокого баритона по обеим рукам пробежала волна мурашек. Когда он улыбнулся, почувствовав мой дискомфорт и моё возбуждение, мне потребовались все мои силы, чтобы не смотреть на его член.
Упс. Я всё равно это сделала, немедленно почувствовав прилив смущения. Он был твёрд как скала. Ох, боже мой.
– Я выполняю задание дурацкого женского общества. Окей? Вот почему я здесь, в твоём доме, в твоей комнате. Меня привезли сюда из Батон-Ружа с повязкой на глазах и дали короткие, но чёткие инструкции, что я должна каким-нибудь образом попасть на вечеринку и в твою комнату, и найти что-нибудь важное.
Я была уверена, что мужчина приходит в ярость, судя по тому, как он смотрел на меня.
– Задание?
– Да. Знаю, это безумие, но ты не знаешь этих тупых девчонок, которые уверены, что их дерьмо не воняет. И поскольку моя мама хотела, чтобы я вступила именно в это женское общество, я не могла отказаться. Ты понятия не имеешь, какой стервозной и сложной она может быть, – я действительно несла чушь перед этим мужчиной? Ну да, да, так и было. – Я не лгу тебе, как бы безумно это ни звучало.
Холод в комнате усилился.
– Очаровательно, принцесса.
Он совсем перестал двигаться на целых двадцать секунд. Стянул с себя галстук, аккуратно положив его на край кровати, прежде чем расстегнуть запонки. Я могла сказать, что он сомневается, что я сказала ему правду. Знаю, что это звучит безумно. Я сошла с ума, когда пошла на это.
– Правда. Клянусь. Я совершила идиотский поступок, но это не такая история, которую я смогла бы придумать.
– Хм-м-м…
Его ноздри раздулись, когда он снял наплечную кобуру, убедившись, что я вижу, что он делает. Он убедился, что оружие находится вне пределов моей досягаемости, положив его на комод в нескольких футах от меня. Я вся дрожала, мурашки пробегали по каждому дюйму кожи. Всё выходило из-под контроля.
Я одновременно с восхищением и ужасом наблюдала, как он снял запонки, положив обе на прикроватную тумбочку. После запонок он расстегнул рубашку наполовину, прежде чем засучить оба манжет, пока не обнажились предплечья и локти.
Его руки были покрыты татуировками. Не такими красивенькими, как розочки и сердечки с именем. Нет, у него был набит кинжал и череп с чем-то похожим на змею, выползающую из пустой глазницы. Как это подходит для человека-зверя.
– Позволь уточнить. Это всё из-за того, что группа девушек из женского общества попыталась устроить тебе дедовщину? – спросил он, его тон полностью изменился. Глубина его голоса была похожа на растаявший шоколад, которым побрызгали на мою кожу.
– Да. Как я уже говорила, я не лгу. По крайней мере, обычно. Я просто… Просто отпусти меня. Мне всё равно, кто ты.
Или кого ты там собираешься убить.
Он покачал головой, снова бормоча себе под нос по-французски.
– Что ты сказал? – спросила я, хотя тон моего голоса был более требовательным, чем я намеревалась.
Он подошёл к краю кровати, положив обе руки по обе стороны от моих ног. Когда он наклонился, я была уверена, что он снова собирается меня поцеловать, и, поскольку я не могла лгать самой себе, я хотела, чтобы он это сделал. Меня целовали и раньше, но то были мальчики. А он был настоящим мужчиной.
– Vous êtes une jeune femme difficile, rafraîchissante, stimulante qui demande de la discipline. Другими словами, я сказал, что ты трудная, освежающая, бросающая мне вызов молодая девушка, которой требуется наказание.
– Это несправедливо.
– Тот, кто сказал тебе, что жизнь справедлива, был дураком, cherie (прим. – фр. [шэри] – дорогая). Жизнь такая, какой мы её делаем, основываясь на решениях, которые мы считаем абсолютно необходимыми. Ты же сделала неправильный выбор.
– Рэйвен. Не называй меня принцессой, или cherie, или как-то ещё.
– Да, так ты мне сказала. Твоя фамилия? Мне нужно знать.
Боже мой, этот мужчина слишком настойчив.
– Рэйвен Картье. Да, как у ювелира. Но она настоящая.
Он поднял голову, изучая мои глаза, делая глубокий и прерывистый вдох. Боже, этот человек похож на тёмного бога, в нём столько гнева, что я уверена, он вот-вот взорвётся. Тьма омрачила его великолепные черты, его челюсть сжалась, как будто он мне не поверил. Или, может быть, ещё хуже.
– Как ты сказала? – спросил он, его голос был почти неузнаваем.
– Меня зовут Рэйвен Картье. Я идиотка, раз нахожусь здесь. Тем не менее, я не лгу. Клянусь тебе. Я почти закончила университет, решив вступить в дурацкое женское общество, очевидно, это ужасное решение, о котором я сожалею.
Он тихо усмехнулся, отводя взгляд на несколько секунд. Выпрямившись во весь свой рост, по крайней мере, шесть футов четыре дюйма (прим. – 195 см), он медленно расстегнул ремень.
– Действительно, очаровательно.
– Что это значит?
– Это значит, что тебе всё ещё нужно поплатиться за свои грехи.
Я с ужасом наблюдала, пока наступали стадии неверия.
– Подожди. Подожди. Что ты делаешь? – я окаменела, дрожа как осиновый лист.
– Я определился с твоим наказанием, cherie. Я собираюсь отшлёпать тебя, как плохую маленькую девочку, какой ты и являешься.
– О, нет, ты не сделаешь этого.
Он придвинулся ближе, наклоняясь, как делал ранее, его глаза горели тёмным голодом, который одновременно возбуждал и пугал меня. Даже то, как он позволил своему взгляду спуститься по всей длине моей шеи к лифу платья, медленно опускаясь к моим обнажённым бёдрам, совершенно отличалось. Как будто этот жестокий мужчина решил заявить на меня права.
– Давай посмотрим на эту ситуацию в перспективе. Тебя с поличным поймали на краже у меня. Доказательство этого было надето на тебя. Ты не раз солгала мне. Теперь же ты говоришь мне, что причиной этого была нелепая дедовщина. Затем ты решила, что дать мне пощёчину и сбежать было в твоих интересах. Я что-то упустил?
Я проглотила комок в горле, осознав, что у меня кружится голова из-за учащённого пульса.
– Мои друзья придут за мной.
– Хм-м-м… Ты имеешь в виду тех двух девушек, которые умчались на машине всего несколько минут назад?
Он серьёзно? Я внезапно потеряла дар речи. В глубине души я знала, что они бросят меня, не желая, чтобы их поймали. Понятия не имею, как теперь вернусь в университет. Если мне вообще повезёт и мне позволят жить.
– И что произойдёт, если я позволю тебе отшлёпать меня? – я подняла голову, изо всех сил стараясь вернуть себе хоть какой-то контроль. Но от одного взгляда в его глаза цвета тёплого коньяка перед камином у меня перехватило дыхание, кожу покалывало от того, как его горячее дыхание щекотало каждую пору. Ощущения наэлектризовались.
– Тогда я отпущу тебя, принцесса. Ты заплатишь свою епитимью.
Могу ли я верить этому… чудовищу? Я не в том положении, чтобы спорить. Мне придётся хотя бы немного довериться ему в том, что он говорит мне правду. Какой у меня есть выбор?
– Отлично. Отшлёпай меня, но покончи с этим побыстрее.
Он глубоко вздохнул, задержав дыхание на несколько секунд, его глаза всё ещё пронзали мои. Когда он наклонился, почти уткнувшись носом в изгиб моей шеи, он прикусил мочку моего уха. Выдохнув, он прижался своими мягкими губами к моей коже. Нежно. С любовью.
– А теперь, ты будешь повиноваться мне, милая Рэйвен. Ещё одна попытка сбежать станет твоей последней.
