Текст книги "Хозяин Оков XII (СИ)"

Автор книги: Павел Матисов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц)

Глава 12

Время стояло позднее, плюс я потратил прилично сил и маны, так что решил закончить на этом. Понимал, что в дальнейшем мне будет сложно вербовать сторонников и взламывать ошейники, но иных вариантов не просматривалось. Поразмыслил о том, чтобы попробовать сбежать ночью из своего шатра и поискать других рабов, но решил, что это слишком рискованно. Охраняли меня крепко.

Отчасти сам виноват, что подкинул дровишек в костер ненависти Ренуати и госпоже пришлось усилить охрану. Бойцы вокруг моего шатра патрулировали без перерывов, да и сами они имели высокие ранги. И ксарг мимо не проскочит. Что уж говорить о целом чародее. Разве что найти Земляного эльфа в ошейнике и приказать ему делать подкоп, но… слишком низки шансы на успех этой затеи.

Если же я начну водить к себе других рабов, это сразу вызовет вопросы. Эльфы все же не полные кретины. С Солнечными стрелками я занимался регулярно, так что их визит не вызывал подозрений. С остальными подобный трюк не прокатит.

– Утро вечера мудренее… – пробормотал я, потянулся и зевнул.

Взлом ошейников и заклинание неподчинения измотали меня за несколько часов работы. Я уложил Домового на подстилку, вложив кувшин из-под выпивки в руку, да сам устроился на лежанке.

– Моя голова… что стряслось… – утром вывел меня из ночных грез скрипучий голос старика. – Мы ведь решили выпить…

– Просто кто-то не знает меры, – пробормотал я.

– Но я ведь никогда не напивался раньше… Госпожа бы не одобрила!

– Не переживай. Я никому ничего не скажу, так что и ты помалкивай.

– Угу… Спасибо, господин Лучезарный маг…

Я вышел из шатра и посмотрел на восходящее солнце, задернутое сумеречной дымкой. День обещал быть ясным.

– Мне надоело отбивать зад на клятом гурде! – вспылил я перед бойцами госпожи. – Найдите мне фургон, где я смогу вытянуть ноги! Поживее, низшие создания!

Прислужники Кшанти нехотя исполнили мою просьбу и подыскали мне подходящий фургон, который предназначался для кого-то уровня Эмиссара. Внутри имелась койка и немного простой мебели. То что надо для передвижного укрытия.

– Эй, Домовой! – обратился я к прихвостню.

– Да, господин?

– Я хочу немного развлечься перед тяжелым боем. Приведи мне сексуальную красотку. Но обязательно в ошейнике. Люблю, когда они покладистые!

– Мне надо испросить у госпожи… – покачал он головой в удивлении.

– Что ты все бегаешь к госпоже, словно дитя к мамочке. Своей головы на плечах нет?

– Таков порядок.

– Если не приведешь рабынь, я расскажу госпоже о том, как ты наклюкался вчера…

– Что⁈ Но, господин Лучезарный! Хорошо, – вздохнул Домовой и воровато оглянулся. – Я попробую кого-нибудь отыскать…

– Желательно одаренных, крепко сбитых, высоких рангов. Я достаточно разборчив в постели, поэтому первая встречная замухрышка не подойдет!

– Понял, господин…

Домовой обошел рабынь, принадлежащих госпоже Кшанти и клану Дзартен. Таковых было относительно немного. Либо обслуживающий персонал, занимающийся готовкой, гурдами и удовлетворяющий все прочие нужды солдат, либо одаренные и пехота, использующиеся в сражениях. Меня интересовали, само собой, наиболее сильные бойцы. Чаще всего это были эльфы других видов, захваченные где-то или купленные. Иногда и люди встречались.

Вскоре в фургон проскочила темноволосая эльфийка средних лет, относящаяся к Высоким. Либо Призывающим, как их называли на Шимтране. Не особо разбирался, есть ли между ними различия, ведь по идее, если эльфы живут на разных территориях с разным магическим фоном, то полностью идентичными не будут. В любом случае эти исследования пусть проводят ученые.

– Вызывали… господин маг? – помявшись, вопросила брюнетка.

– Присаживайся! – пригласил я девицу на кровать.

– Если вы позвали меня ради… – поджала она губы.

– Садись! – строго приказал я.

В голосе моем не было похоти. Эльфийка подчинилась. Не тратя времени, я активировал печать неподчинения и временно освободил гостью от оков ошейника.

– Сбежать от эльфов хочешь?

Долго Высокую эльфийку уговаривать не пришлось. Ушастая ненавидела Ночных всеми фибрами души. Даже больше, чем людишек. Звали ее Адарис. Высокая и тощая, черные словно уголь волосы и светло-зеленые, салатовые глаза. Эта эльфийка стала ценным приобретением. Она сразу же прониклась моими планами и стала размышлять, как нам набрать больше сторонников в кратчайшие сроки:

– Я могу дополнительно поговорить с другими рабынями. Домовому никто не поверит, к моим словам же прислушаются.

– Отлично. Время поджимает. Собирайте всех доступных рабынь с округи, начиная с одаренных. Нельзя вызвать подозрения раньше времени.

– Да, мастер, – хищно оскалилась она, предвкушая веселье.

Я выглянул из фургона и крикнул Домовому:

– Кого ты ко мне привел⁈ Эта не подходит! Веди другую! Пшла отсюда!

Я вытолкнул Адарис из фургона. Высокая эльфийка вылетела из проема фургона, ловко перекатилась и поднялась на ноги:

– Убогий колдунишка! – погрозила она мне, после чего скрылась среди повозок и гурдов.

Постепенно нам удалось наладить конвейер. Адарис с Домовым приглашали рабынь в мой фургон, я перепрошивал ошейники. Дело продвигалось медленно. Спустя время я сумел обработать многих одаренных рабынь клана Дзартен.

Жаль, что рабов на войну эльфы привели мало. В Сумеречном Лесу считалось, что лишь свободный может сражаться в полную силу. Рабы только мешали. Целителей да иногда стрелков брали с собой, либо полезных чародеев вроде меня.

Так что большой армией таким методом не обзавестись. В моей задумке мог пригодится каждый, поэтому мы не брезговали даже одаренными низких рангов.

– У других кланов я просить не могу, – покачал головой чародей.

– Неплохо-неплохо! Я немного утолил свой голод, – поведал я Домовому. – Теперь веди рабов. Хочу и с ними развлечься!

– Господин Лучезарный маг, так вы… не только по женщинам⁈ – ужаснулся чародей.

– В этой жизни надо все попробовать, особенно перед решающим боем!

Домовой покачал головой и выдал:

– Я почему-то подозревал нечто такое. Уж слишком странно вы себя ведете…

Вот же поганец. Нормально я себя веду!

– Постойте, а вчера, когда я перебрал, вы ведь не… – потянулся он с опаской к своей задней части, побледнев.

– Спокуха! Друзей не трогаю, – успокоил я.

– Как-то это не по-божески, что ли, – скривился Домовой. – Нет уж, рабынь вам должно хватить!

– Не будь таким скрягой!

– Мрадиш, что у вас здесь происходит? – подъехала вдруг Кшанти на высокоранговом гурде. – Мне сообщили, что твой фургон посещают другие эльфийки?

– Злопыхатели завидуют успехам Лучезарного мага, госпожа! – нервно откликнулся я, не придумав уместного оправдания.

– Не испытывай мое терпение, Хоран, – сузила она глаза. – Нам предстоит обстоятельный разговор после боя. Тебя ждет весьма изощренное наказание. Лучше тебе не пережить сегодняшнюю битву, ведь в ином случае ты сильно пожалеешь!

Кшанти была явно недовольна моими выходками. Ночная эльфийка пребывала в холодной ярости. Ведь я должен был испытывать влечение лишь к ней одной. Кувыркаться с другими, а тем более с рабынями – это сильный удар по ее самолюбию.

М-да, не свезло. В любом случае рабынь из других кланов я бы обработать не смог. Жаль, что рабов мужского пола не успел перепрошить. Среди невольников клана Дзартен встречались умелые одаренные. Сначала Домовой уперся рогом, пуританин доморощенный, потом и Кшанти все планы обломала.

Ладно, придется прорываться с помощью бабской армии, плюс мои Солнечные стрелки, конечно же. Если все сложится удачно, этого должно хватить.

Кшанти не стала меня трогать перед важным противостоянием с имперцами. Очевидно, Эмиссар заготовила мне серьезное наказание после боя, так что лучше поторопиться. Вот если бы это было приятное наказание да с Ночной эльфийкой… но интуиция мне подсказывала, что меня ждут боль, унижения или нечто похуже. А боль я очень не любил.

Я пересел на Резвого из повозки. Некоторые охранники посматривали на меня с уважением. Все-таки столько рабынь прошло через мой фургон. Адарис и другие эльфийки периодически подходили ко мне, чтобы перекинуться парой слов. Следовало обговорить несколько моментов и подготовиться к грядущему противостоянию.

Основной проблемой являлись наводчики. Сейчас ими служили свободные эльфы, которые не станут мне подчиняться во время восстания. Так что пришлось в темпе вальса обучать нескольких рабынь методам обращения с Ледяной Призмой. Как держать, как наводить, через какое время менять. Плохо, что придется воевать с совершенно неопытными наводчиками, но другого варианта не просматривалось.

Войска достигли Ашурской Пади – низины меж двумя холмистыми грядами. Когда-то здесь протекала полноводная река Ашур, но по неясным причинам она пересохла, превратившись в хилый ручей.

Имперцы обосновались на южном краю Ашурской Пади. Сумеречный Лес пребывал с северной стороны. Войска выходили на позиции и закреплялись на удобных возвышенностях.

Сходиться в сшибке стороны не спешили. Нуэзийцы медлили, давая эльфам возможность подойти и распределить силы. Видимо, считали, что заманивают их в ловушку, ведь преимущество в масштабных сражениях раньше всегда оставалось на стороне имперцев. Вот только на сей раз у Сумерек имелся я – великий и ужасный Лучезарный маг. Правда, они еще не догадывались о том, что я стану одновременно как их героем, так и их палачом…

– Ройте траншеи, Земляные кроты! – командовал я. – Окопы – основа позиционной войны! Делайте укрытия для моих стрелков в нескольких местах! Вон на той возвышенности впереди, на флангах и в тылу!

– А в тылу зачем? Разве ваши стрелки оттуда достанут?

– Кто его знает, вдруг придется отступать? – заметил я.

– Сумеречный Лес не отступает! – возразил мне один из командиров по фортификациям.

– Ага, видел я, как вы из Фейхарна не отступали – только пятки сверкали, – хмыкнул я. – Работайте, ксарги. Подготовка – ключ к победе!

После взятия города и других подвигов Сумеречные эльфы зауважали меня. Былая слава имперского цепного пса померкла. Теперь с моими словами считались. Близость к Эмиссару Кшанти позволяла мне отдавать команды рядовым бойцам. Не сказать, чтобы меня здесь любили или ценили. Скорее, опасались и немного уважали. Эльфы почитали силу в общем смысле этого слова, так что смертоносные чародеи получали свою долю славы.

А вот в Нуэз происходило обратное. Жители убедились в версии Туенгоро. Я действительно стал предателем, как и говорил генерал. Эльфийским Мясником, уничтожившим тысячи солдат. Обо мне слагали страшные сказки, жуткий отступник-чародей снился детям в кошмарах.

Впрочем, Хорану Мрадишу не привыкать.

Чего греха таить, я немного прикипел к Нуэз. Строил планы о том, чтобы осесть здесь. Наладить связи при дворе, проявить себя перед императором. Возможно, породниться с внучкой Унзара. Однако теперь данный путь закрыли передо мной. Дженнифер точно не выдадут замуж за Эльфийского Мясника. Ну да Боги с ней. Мне эльфо-жен за глаза хватает. Я всего могу добиться сам, и никакие принцессы мне для продвижения не нужны. Я сам по себе ценный приз и почти что Лучезарная принцесса. Да! Это за мою руку должны биться красавицы со всего Тардиса, а не я стоять в очереди, словно бездомный за миской похлебки.

К ксаргам Нуэз. Тардис велик, так что найду себе новый дом. Или построю собственный с блэк-джеком и Лунными эльфийками. В магии я поднаторел, так что смогу устроиться. С Богиней бы еще разобраться. Ведь Аурифи-Локдар меня в покое не оставит. Но рано мне грезить о сытых временах. Сначала освобождение и месть!

Войска занимали удобные позиции по обе стороны долины, стараясь отбить возвышенности. Мы со стрелками также пробрались по вырытым Земляными эльфами траншеям к укрытиям – выемкам в грунте и плотным утрамбованным насыпям. Противники начали вялый обстрел друг друга, когда кто-то подходил на дистанцию атаки.

Мы со стрелками окопались на одном из центральных пятачков, откуда хорошо просматривались и простреливались передовые части имперцев. Не зря я дорабатывал Ледяную Призму под дальнюю дистанцию. И здесь обновленная печать пригодится. Некоторых мы могли достать, но я медлил. Нельзя потратить свой козырь на мелочевку. Поняв, что мы можем дострелить до них, нуэзийцы отступят или окопаются сами.

– Чего ты ждешь, Лучезарный маг? Твои стрелки ведь могут добить до имперцев? – вопросила подъехавшая Кшанти.

– Никак нет, о великая госпожа! Дистанция слишком велика для прицельной стрельбы! – солгал я.

– Ты уверен в этом? Если есть возможность уничтожить одаренных – стреляй сразу!

– Так точно, госпожа! Будет исполнено! – отсалютовал я.

Кшанти покрутилась рядом и двинулась проверять другие участки фронта. Сумеречные эльфы редко участвовали в грандиозных сшибках, поэтому у Эмиссаров возникло много забот.

Ошейник я деактивировал, поэтому мог врать, сколько душе моей угодно. От вранья госпоже испытывал настоящий кайф и легкий азарт. Просто потому, что я мог делать, что захочу, без принуждений и жуткой боли. Спустя недели мытарств, наконец, обрел долгожданную свободу!

Я следил за передвижениями имперцев в подзорную трубу. Один из офицеров выехал на гурде перед залегшими строями солдат. Присмотревшись, я узнал Туенгоро по некоторым признакам. Генерал выехал на открытую местность, на которой мы могли достать его! Ради такого вполне можно раскрыть свой козырь.

Вот только не успел я отдать команду, как впереди возникла Пепельная завеса. Вихри скрыли всадника с наших глаз. Генерал перестраховался и попросил Пепельную колдунью прикрыть его. Серая буря встала заслоном, и наводчики не могли высмотреть цель.

И зачем Туенгоро выехал вперед, покрасоваться решил? Возможно, компенсирует свой трусливый побег из вверенного ему города? Назначенный императором губернатор ведь позорно бежал из Фейхарна, бросив часть войск. О нем пошла дурная молва, вот он и решил показать нуэзийцам, что у него еще осталось подобие яиц.

Я выжидал подходящий момент для нанесения удара. Туенгоро должен быть уничтожен. Если не смогу достать его сейчас, то потом может стать сложнее. Генерал редко рвался на рожон и чаще отсиживался в тылу. Магических способностей он не имел, в бою не участвовал, плюс сбегал сразу, как только запахнет жареным.

– Готовьтесь атаковать! – скомандовал я Солнечному расчету.

Наводчик повернул прицел турели с Призмой примерно в ту сторону, где мог находиться всадник:

– Но ничего ведь не видно из-за Пепла! – возразил он.

– Не торопись, – усмехнулся я. – Почему-то я уверен, что в Пепельной завесе может вдруг открыться просвет…

В империи из Пепельных осталась лишь Неллис. В прошлый раз она помогла мне с Велариосом. Может, сейчас подставит и Туенгоро. Не удивлюсь, если это из-за нее генерал и поперся вперед. Эта брюнетка хорошо умела водить за нос падких на фигуристых дам мужиков.

– Сейчас! Огонь! – махнул я рукой, заметив, как Пепельная завеса вдруг начала развеиваться.

Ненадолго показался силуэт всадника. Туенгоро на секунду остановился и взглянул в сторону эльфийских порядков с недоумением. Похоже, он не понимал, почему Пепел вдруг резко расступился. Самое время ударить по поганому предателю!

Скрещенный луч пронзил пространство, ударив в грунт возле имперских солдат. Потрескивающее гудение мощного энергетического всплеска звучало как музыка для моих ушей. Наводчик повернул турель, навел прицел прямо на голову всадника и пронзил череп. Генералу начисто снесло башню от таких поворотов. Наездник рухнул с гурда, и Пепельные хлопья скрыли тело от нас.

– Потому что никто не смеет обижать Хорана Мрадиша! – выкрикнул я, довольный свершенной местью. – Ксаргу ксаргья смерть!

Мне было, безусловно, приятно увидеть торжество справедливости, но большой радости от смерти генерала я не испытывал. Все мое внимание концентрировалось на конспирации и окружающей обстановке. Меня больше волновали собственное освобождение и план побега. А смерть Туенгоро отпразднуем потом, когда выдастся такая возможность.

Неллис – умничка. Грамотно подгадала момент, открыв генерала на нужный для нанесения удара срок. Завеса закрылась за ним, словно бы ничего и не было. Будто бы случайный порыв ветра на мгновения развеял Пепельную бурю, случайно дав нам возможность для удара. И мы воспользовались удобным моментом.

Надеюсь, нам не придется сойтись с ней в бою насмерть лицом к лицу. Не хотелось бы иметь Неллис в своих врагах. Да, в прошлый раз мне удалось победить ее и пленить, но такое ощущение, что бывшая адептка Аурифи после перерождения стала хитрее и смертоноснее. Да и стихия Пепла, которую она обрела с моей помощью, могла создать множество проблем. Хорошо, что чародейка на моей стороне.

После убийства Туенгоро в рядах имперцев возникло резкое шевеление. Прокатилось волнение, раздались крики ярости, в нашу сторону полетели проклятья.

И вдруг командиры нуэзийцев дали своим команду в наступление. Имперцы двинулись вперед под прикрытием тяжелых щитов и сверкающих Барьеров, словно желая отомстить за уничтоженного генерала. Со стороны казалось, будто смерть Туенгоро запустила цепную реакцию.

В чем я лично сомневался. В армии Нуэз служили прагматичные сволочи, и смерть одного генерала ничего кардинально не меняла в расстановке сил.

– Мрадиш, ты что творишь⁈ – раздался взбешенный голос подъехавшей Кшанти.

Похоже, ей развитие событий не слишком понравилось. Но, по мне, так оно и к лучшему. В моей душе из глубин поднимался кровожадный азарт. Сердце разгоняло свой бег. Туман слегка ворочался в моей ауре, ощущая восхождение темных эмоций. Пущай имперцы наступают. Лучезарный маг уничтожит всех!

Я поглотил подаренный голубой осколок и сразу же почувствовал существенный прилив сил:

– Пошла жара!

Глава 13

[Кшанти Дзартен]

Эмиссар не питала иллюзий. Человеческие самцы по природе своей – похотливые животные, не способные на глубокие чувства. Но если близость сможет привязать Лучезарного мага, то она обязана была попытаться. К тому же таков указ Королевы. Она презирала правительницу. Будет иронично, если благодаря своему же приказу Королева Сумеречного леса возвысит своего будущего убийцу.

Но уже через пару дней стало понятно, что с выстраиванием чувственных отношений с Мрадишем ничего не выйдет. Человеческий самец пустился во все тяжкие. Устроился в фургоне и приказал вести к нему всех рабынь клана. Домовому она устроила взбучку на месте, с Хораном решила повременить.

Войска империи стояли неподалеку, а Лучезарный маг ей нужен в добром здравии и с не разрушенной психикой. Вот после боя можно будет им заняться вплотную.

– Если ты не разбираешь, в кого совать свое хозяйство, лучше избавить тебя от него… – пробормотала она, узнав о скверных новостях.

Этот мерзавец унизил Эмиссара Ночных эльфов, предпочтя ей каких-то жалких рабынь низших видов. Подобное нельзя оставить безнаказанным!

Тем не менее Мрадиш не занимал все мысли Кшанти Дзартен. Впервые Эмиссар управлялась со столь огромным воинством. Армия являлась живым организмом. Постоянно случались драки, различные инциденты, в том числе ссоры между другими Эмиссарами. Кшанти на правах старшей приходилось их разнимать и постоянно решать различные вопросы: снабжения, размещения, дисциплины, состава войск. Ей было не до разборок с похотливым чародеем.

Сумеречная армия достигла Ашурской Пади, на юге которой расположились войска империи. Эльфы заняли северные позиции. Кшанти моталась с одного фланга на другой, решая различные вопросы.

Мрадиш также развел бурную деятельность. Маг командовал эльфами, активно прокладывал фортификации и траншеи. Сумеречные не привыкли рыть ямы прямо на поле боя. Да, они умели делать подземные ловушки и подкопы. Но в прямых столкновениях предпочитали быстрый наскок. Хоран обозвал это позиционной войной.

Кшанти относилась к его задумкам скептически, но мешать не стала. В итоге эльфы окопались на множестве направлений. Укрытия из земли, валы и траншеи изрешетили северный берег Ашурской Пади.

Время шло, а имперцы так и стояли на своих позициях. На некоторых флангах шла вялая перестрелка. Противники обменивались стрелами и заклинаниями. Никто не решался идти в бой.

Подобное поведение нуэзийцев нервировало многих Эмиссаров, в том числе и Кшанти. Эльфы привыкли атаковать первыми. Набрасываться и разить врага в самое сердце. Они не умели терпеливо выжидать, тем более, когда неприятель находился в прямой видимости.

Мрадиш долгое время бездействовал. Кшанти казалось, что он при штурме Фейхарна бил на такую дистанцию, но сейчас медлил. Однако на прямой вопрос госпожи он дал однозначный ответ. Эльфийка не почуяла фальши.

Терпение Эмиссаров подошло к концу, Кшанти больше не могла сдерживать войска. Когда командующая уже готова была отдать приказ о наступлении, случился один инцидент.

Стрелки Лучезарного атаковали вражеского офицера, укрытого за Пепельной завесой. Высокопоставленный имперец пал. Нуэзийцы отреагировали достаточно быстро. Презренные людишки бросились в наступление! Что шло вразрез с планами Эмиссаров, предпочитающих агрессивную тактику.

– Мрадиш, ты что творишь⁈ – выдала она слуге со злостью в голосе.

Однако Лучезарный во все глаза смотрел на надвигающиеся войска. Чародей поглотил голубой осколок, и его лицо приняло полубезумное выражение:

– Пошла жара!

Хоран принялся плести одну ледяную заготовку за другой и передавать их наводчикам.

– Ты должен был проредить одаренных, а не охотиться на презренных офицеров!

– Не переживайте, госпожа! Так даже лучше. Мои стрелки уничтожат имперцев с легкостью. Пусть летят ко мне, словно мотыльки на огонь. Кши-ши-ши-ши!

Лучезарный маг звучал как настоящий сумасшедший фанатик из какой-нибудь темной секты. Кшанти решила не трогать чародея, благо он свое дело делал – снабжал Солнечных своими Призмами. Скрещенные лучи пронзали пространство, резали гурдов, прошибали барьеры, вспарывали животы и взрывали черепушки презренных людишек. Да и Сумеречные эльфы бились отчаянно, обороняясь от наступающих имперцев.

Бойня выглядела славно! Кшанти ощутила азарт и жажду крови. Ей хотелось самой врубиться во вражеские порядки, напоить свой клинок свежей кровью и обдать проклятьем зарвавшихся нуэзийцев. Однако Ночная эльфийка была вынуждена курсировать между флангами, давать указания и направлять подкрепления на сложные участки.

Сражение при Ашурской Пади стало самым сложным и напряженным испытанием для Кшанти Дзартен. Она старалась изо всех сил, понимая, что на кон поставлено многое. Сумеречные эльфы очень редко участвовали в столь масштабных битвах. Если они проиграют, то Королевство не скоро оправится. Кшанти, скорее всего, ждет смерть в таком случае. Кланы и Королева не простят провала.

Поэтому Эмиссар сражалась не только ради славы или желания отомстить презренным людишкам, она сражалась за свою жизнь.

Поначалу дела шли отлично. Эльфы сдали несколько позиций, в паре мест отступили под натиском имперцев. Но центр держался достойно. Яркие лучи поливали наступающих, отправляя презренных к праотцам. Лучезарный маг отрабатывал каждый вложенный в него медяк. Возможно, она даже пожалеет его после резни и не станет лишать мужского достоинства. Должна же у чародея остаться хоть одна радость в жизни?

Кшанти воодушевилась, глядя за разгромом нуэзийцев. Имперцы дрогнули.

Но затем вдруг интенсивность Солнечных обстрелов снизилась. Стрелки Мрадиша атаковали врага с перерывом. Имперцы вдохновились, получив передышку, и снова полезли вперед. Сумеречных эльфов начали теснить.

– Почему вы снизили темпы стрельбы⁈ – рявкнула Кшанти, подъехав к основному Солнечному расчету.

– Семена проклятья активизировались, госпожа! – взмолился Мрадиш. – Похоже, голубой осколок и переход на новый ранг начали перестройку ауры, и проклятые миазмы стали вредить моей магии!

– Что? Такое возможно? Проклятые семена не должны на тебя действовать!

– Я не знаю, госпожа. Но печати снова сбоят. Я ведь долгое время ходил с проклятьем, поэтому представляю, как именно оно действует на заклинания…

– Т-ц, соберись, презренный! Ты же Лучезарный маг!

– Да, госпожа! Мы покажем поганым имперцам! – резво откликнулся чародей.

Кшанти снова двинулась на объезд позиций, прикрываясь щитом из эманаций проклятья. По ней лупили вражеские маги и стрелки, но их снаряды редко достигали цели. Либо проклятый барьер выручал эльфийку. Эмиссар была сильна. Недаром она считалась и до сих пор считается фаворитом на пост Королевы Сумеречного Леса. Она владела стихией Проклятья мастерски.

Дела на фронте шли с переменным успехом. То имперцы наступали и продавливали их позиции, то Сумерки давали отпор и отбивали удобные точки. Скрещенные лучи то затихали, то разгорались с новой силой. Мрадиш напоминал дирижера оркестра, который управлял ходом боя.

Кшанти было не до размышлений о пленном слуге. Лучезарный трудился, не покладая ауры, поэтому и Эмиссару следовало приложить все силы. У нее имелось множество забот, так что проследить и как следует обдумать подмеченную закономерность она не успела. Возможно, если бы она более пристально следила за действиями Лучезарного мага, исход сражения мог быть другим…

Волны людишек наваливались одна за другой, то наступая, то откатываясь назад. Ни люди, ни эльфы не могли достичь четкого преимущества. Потери были огромными с обеих сторон.

В один из периодов затишья имперцы под прикрытием Пепельного облака прорвались по центру к основным укреплениям, где в том числе находился и Лучезарный маг со Стрелками.

Кшанти успела заметить, как прорвавшийся скоростной Воитель отсек голову одного из Солнечных эльфов Мрадиша, что было тяжелой утратой для всего расчета. Лучезарный вместе со стрелками неуклюже отступал по траншеям назад. На них насело сразу множество одаренных. Воители, уворачивающиеся от атак. Чародеи, прикрывающиеся Барьерами. Эльфы, бьющие издали. Презренные предатели, перешедшие на сторону людишек.

Терять такой актив как Лучезарный маг она не имела никакого права. Кшанти бросила гурда в галоп и, прикрывшись Проклятым щитом, быстро достигла точки прорыва. Эмиссар пронеслась мимо рядов имперцев, словно черная молния.

Жгуты проклятья били на несколько шагов, поражая одаренных одного за другим. Да, дистанция была невелика по меркам стрелков, но по этому показателю Кшанти все равно являлась одной из лучших во всем Сумеречном Лесу. Разве что Королева ее превосходила теперь, что и неудивительно. Она поглотила столько ценных осколков, что давно превзошла Кшанти в рангах. Будь Дзартен на ее месте, могла бы разить чуть ли не на дистанцию лучника. А это многое меняло в раскладе боя.

С десяток одаренных имперцев стали жертвами ее Проклятья. Хоть они и выжили, но, по сути, выпали из сражения. Многие лишились магических способностей, либо они сильно сбоили. Другие получили разные физические увечья. У кого-то отказали ноги, другие потеряли зрение. Проклятье действовало случайным образом.

Вояж Кшанти не остался без последствий. Ее задело ледяным шипом и сильно обожгло огненным шаром. Щит не смог справиться со всеми ударами врага. Любимый гурд эльфийки получил множественные ранения. Питомец вынес хозяйку из зоны поражения, но в итоге его силы кончились. Гурд склонился к земле и припал вниз.

Шипя сквозь зубы проклятья, Эмиссар скатилась с павшего зверя и скрылась за насыпью.

– Домовой! Быстро тащи сюда свою задницу!

– Да, госпожа!

Отсиживающийся в тылу целитель двинулся в сторону хозяйки. Ей требовалось лечение.

Кшанти взяла передышку, надеясь, что войска справятся без нее. Она и так полностью выбилась из сил даже без последнего рискованного забега. Эмиссары могли командовать самостоятельно на своих участках фронта.

Вскоре к ее укрытию вылез и Мрадиш с Солнечными стрелками, отступившими с передовой позиции. Два слабых расчета находились на других участках фронта. Центральная семерка эльфов пострадала. Их осталось лишь шестеро, к тому же один из стрелков был ранен. Тем не менее шестерых Солнечных вполне хватало для мощного концентрированного луча, который резал все живое.

– Спасибо, госпожа! Вы буквально спасли наши шкуры!

– Просто защищала свое имущество, – выдохнула она безразлично.

– Но как вы поразили нуэзийцев на таком расстоянии⁈ Я думал, что Проклятья действуют только на близкой дистанции!

– Зависит от силы Ночного эльфа, – пояснила Кшанти, отдыхая. – А твоя госпожа, скажу без ложной скромности, сильнейшая в Сумеречном Лесу! Если бы поганый клан Зангрис не пропихнул свою презренную дщерь… То я бы сейчас восседала на троне!

– Вот как? Интересно… Всегда питал слабость к сильным эльфийкам… – еле разборчиво протянул чародей.

– Ты что несешь, Мрадиш? Уничтожай врага!

– Будет исполнено, ваше почти величество!

Лучезарный маг взялся за дело с новыми силами, делая призмы одну за другой. Похоже, проклятье Королевы отступило ненадолго. Скрещенные лучи прорезали имперцев словно по расписанию.

Домовой наложил несколько целительских печатей, и Кшанти отчасти восстановилась. Не дожидаясь полного излечения, Ночная эльфийка двинулась проверять положение Сумеречных войск.

Дела снова выровнялись, а затем и вовсе эльфы начали теснить презренных людишек! Стрелки Мрадиша выкосили множество одаренных, плюс сама Кшанти вывела из строя нескольких.

Имперцы дрогнули. Офицеры Нуэз отдали приказ об отступлении. Людишки принялись – кто дисциплинированно, кто хаотично – отступать и бежать с поля боя.

Сумеречные войска были серьезно потрепаны, но успех следовало закреплять.

– Вперед, верные дочери и сыны Леса! – выкрикнула она. – Раздавим презренных людишек. Во благо Сумерек. Во славу Королевы!

– Во славу!

Эльфы бросились следом за убегающими имперцами, развязав настоящую резню. На Ашурской Пади остались лежать тысячи трупов, и еще множество раненых валялись по кустам и укрытиям. Но стало очевидно, что империя проиграла сражение.

Кшанти обозревала поле боя с возвышения с мрачным удовлетворением. Они превзошли имперцев. И хотя Сумерки также потеряли большое количество войск, главное – это победа!

Раздавшийся вдруг разрыв привлек внимание Эмиссара. Да, вокруг что-то постоянно грохотало, лязгал металл, ржали гурды, стонали раненые, взрывались заклинания и свистели стрелы, но этот звук показался есть отчасти странным и знакомым.

Она посмотрела в сторону, где находился один из Солнечных расчетов Мрадиша. Людей рядом не наблюдалось. Неужели враг смог закинуть заклинание на такое расстояние?

Затем вдруг случилось еще два разрыва, послабее. Один на западном участке, другой – на восточном. Примерно там, где находились два других Солнечных расчета, численностью поменьше, чем основной. Им ледяные заготовки таскали слуги. Не с таким ли звуком разрывались призмы Лучезарного, если за ними не уследить?