Текст книги "Новый мир"

Автор книги: Павел Шек

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

«Мантикора полосатая. Особой ценности не представляет. Из лута падает пара кинжалов, сапоги и брошь сопротивления отравлению. Редкие ингредиенты – когти и жало с хвоста. Выпали только с тридцатой особи. Бесполезная трата времени…»

– Это что – мантикора? – Я еще раз ткнул пальцем в кривой рисунок.

– Похоже на летучую мышь.

– Написано «мантикора полосатая». – Я быстро пролистал дальше. Везде одно и то же. Кривые рисунки и странные записи. Такое ощущение, что автор книги описывал свои личные впечатления от встречи с каждой тварью. На одной из страниц я даже заметил приписку под описанием монстра: «Лакомый кусочек. Надо заглянуть через год, когда подрастет новое поколение».

– Ты понимаешь, что тут написано? – удивилась Елизавета.

– Да. Почерк, конечно, неразборчивый, но вполне понятный. А вот за иллюстрации – убил бы. Ну кто так рисует?

– У тебя какая раса?

– Человек вроде…

– Вот я – человек. И я ничего в этих палочках и черточках разобрать не могу.

– Что, правда?

– Книга, я смотрю, здоровая. Видать, автор старался. Бери.

– Даже не знаю. – Я покосился на нее. – Картинки тут стремные. Да и золота у меня столько нет.

– На, – она протянула мне две золотые монеты с гравировкой Изумрудного города, – покупай. Расплатиться можно прямо здесь же. Ты пока посиди тут, а я сейчас вернусь. Дождись меня.

– Без проблем.

Пока Елизавета убежала по своим делам, я уселся за ближайший столик и открыл теперь уже свою книгу на первой странице. Предисловие гласило, что за долгие странствия автор так и не успел посетить все уголки мира и переписать всех монстров. Автор просил нового владельца книги приложить максимум усилий и продолжить заполнять книгу. Для упрощения пользования справочником было предложено заклинание, повышающее уровень навыка «драконье золото» и привязывающее к навыку новый справочник. Было также заклинание, которое позволяло забыть предыдущий справочник. Эту часть я не понял, но заклинание прочел. Для привязки требовалось порезать указательный палец и приложить его к внутренней части переплета – там, где уже стоял первый отпечаток. Выходит, я был вторым, кто читал эту книжку.

Я достал из сумки кинжал и, порезав палец, приложил его к нужному месту. Боль от пореза была тупая и неприятная тем, что она ощущалась как-то отстраненно. Не знаю, сработало ли заклинание, но я ничего не почувствовал. Мой кровавый отпечаток сразу же впитался в грубую бумагу.

– А вот и я. – Елизавета неожиданно хлопнула меня по плечу. – Испугался? – Она рассмеялась. – Пошли домой, Пастер должен был уже вернуться.

День давно перевалил за обеденное время, а в эти часы в городе было жарко. В обед я обычно предпочитал полежать где-нибудь в тенечке. Если мне в легкой куртке было жарко, представляю, как жарко приходилось Елизавете. Чтобы ее не узнали, она надела плащ с низким капюшоном, почти полностью скрывающим лицо. В таком виде она напоминала разбойника, а не паладина.

Не знаю, что говорили о моей удаче Нямкас и Неко, но сегодня она меня подвела. Выходя из здания аукциона, мы столкнулись с группой героев из бывшего клана Елизаветы. Точнее, это они столкнулись с нами. Восемь человек в самых разномастных доспехах. Главным у них был низкорослый, толстый мужчина в латной броне. Выглядел он, мягко говоря, неприятно.

– Ха-ха. Вот это удача. Смотрите, ребята, кто нам попался! – громко сказал толстый. – Это же Елизавета!

Четверо парней, явно новичков в клане, зашептались, не совсем понимая, кто она такая.

– Жмурик, веселись, сегодня твоя очередь, – рассмеялся толстый.

– Лапоть, – презрительно сказала Елизавета. – Все еще работаешь нянькой для новичков.

– Молчи! – Толстый неприятно выругался. – Забыла, как потеряла последние три уровня? А я так надеялся, что ты успеешь восстановиться к нашей следующей встрече.

Я быстро проверил их уровни. Толстый был пятьдесят первого. Тот, кого он назвал Жмуриком, – сорок шестого. Елизавета вроде бы говорила, что дуэли разрешены, если разница в уровнях не превышает десяти…

– Ничего, сегодня не отвертишься. Пять раз ты уже отказалась от дуэли, так что повесели нас сегодня.

– Митр, возле восточных ворот есть небольшой храм. Если что, жди меня там. Нет, стой. Сбегай в гильдию, предупреди Пастера, чтобы встретил меня у храма. – Она стянула с себя плащ и убрала его в сумку, доставая из нее набор доспехов и короткий меч.

Хоть она и говорила «если что», в голосе совсем не слышалось уверенности, что она победит. Разница в девять уровней – слишком много для дуэли. Даже я это понимал. Одно дело – дуэли в компьютерных играх. Совсем другое – в этом мире. Я уже видел одну такую на улице города. Это было ужасно. Тогда бились два героя тридцатых уровней. Один из них оказался немного ловчее, и умудрился отрубить противнику руку по локоть. Меня тогда чуть не стошнило, а для всех остальных это было в порядке вещей. Все кричали, улюлюкали, радовались такому кровавому зрелищу.

Вот и сейчас, в ожидании представления, с рыночной площади подтягивались зеваки.

– Я буду драться вместо тебя, – тихо сказал я ей, вынимая из сумки легкую кольчугу, щит и свой драконий клинок.

– Не смеши. Твоя храбрость напоминает больше глупость, а я терпеть не могу глупцов. – Она принялась надевать латный нагрудник прямо поверх платья. – У тебя нет ни единого шанса. Без оружия, доспехов, навыков ты умрешь от одного удара. Все, не мешай: если мне повезет, возможно, я и выиграю этот бой.

– Ну и что, если я погибну? Мы все тут бессмертные, смертью больше, смертью меньше…

Я не договорил: она развернулась и врезала мне в челюсть кулаком в латной перчатке. Все поплыло перед глазами. На миг брусчатка резко прыгнула к моему лицу. В ту же секунду я очнулся. Голова гудела, а пошевелить челюстью было невыносимо больно. Учитывая, что боль тут занижена, досталось мне неплохо.

Сзади вскрикнула Елизавета. Через силу я поднялся и развернулся. Ее противник умудрился проткнуть ей бедро узкой шпагой и ловко отскочил, разбивая небольшим щитом молнию. Для Елизаветы это было уже второе ранение. Первое пришлось в левую руку, лишив ее возможности держать магическую книгу.

– Не спеши, – сказал Лапоть, – пусть пьет зелье. Убить ее быстро – значит разочаровать главу.

Елизавета действительно вынула склянку с красной жидкостью и одним глотком осушила ее. Скорее всего, боль была очень сильной, потому что после зелья она смогла облегченно вздохнуть.

Вот тут у меня что-то переклинило. Забыв про свою кольчугу, я медленно поднялся и, перехватив драконий клинок, пошел прямо к сражающимся. Посреди улицы уже образовался плотный строй из зевак. Было тут и несколько стражников, которые следили за порядком при проведении дуэли.

Растолкав зрителей, я прошел к центру площадки, направляя на Жмурика меч.

– Еще шаг в эту сторону – и потеряешь уровень! – как можно более грозно сказал я.

Зрители одобрительно загудели. Не знаю, разрешалось ли тут вмешиваться в дуэли, но, раз стражники бездействовали, я был спокоен.

– Отвали, придурок, – бросил Жмурик. – Хочешь отправиться с ней к точке возрождения?

– Я тебя предупредил, – сказал я, чувствуя, что меня мутит. Скорее всего, от удара в челюсть.

Жмурик, ни слова не говоря, бросился вперед, взмахивая шпагой. Удар был совсем простецкий, снизу вверх. Я несколько секунд следил за ним, не понимая, почему он хочет поразить меня этим странным приемом. Наши мечи встретились внизу, высекая сноп искр, и отскочили друг от друга. Жмурик что-то сделал и исчез из моего поля зрения. Было слишком ярко, и я жмурился от солнца, пытаясь найти его.

«Сзади!» – пришла мысль. Резко развернувшись, я едва успел разглядеть его меч, нацеленный мне в голову. И опять наши мечи встретились. На этот раз меня отбросило сильнее, чем его, и я едва удержался на ногах. Скорее всего, он смог ударить меня в спину, потому что она страшно болела. Времени лезть в сумку и искать зелье не было. На меня обрушился целый град выпадов. Медленные, но очень неудобные. Отбить их разом не получилось, и он смог задеть меня. Ногу и бок обожгло очередной порцией боли.

Странно, но сейчас я совсем не слышал крика толпы. Только собственное дыхание и звук рассекаемого мечами воздуха. Ярость, переполнявшая меня, рвалась наружу. Мне ужасно хотелось воткнуть меч в его ухмыляющуюся рожу.

Бросив в него щит, я прыгнул вперед, взмахивая… крыльями. Рывок был такой стремительный, что я оказался рядом с ним за долю секунды. Мой удар он заметил, но решил принять его доспехами, контратакуя. Его удар вспорол мне плечо, оставив на нем глубокую борозду. Мой же удар, в который я вложил все силы, прошел насквозь. По инерции я крутанулся вокруг оси и рухнул на пол, больно ударившись крылом о брусчатку. В лопатке отдало резкой болью. В этот момент я не думал, откуда у меня крылья: я думал о том, задел ли его мой удар. Жмурик, стоя как ни в чем не бывало, как-то странно смотрел на меня. Нижняя часть кольчуги, в которую пришелся мой удар, валялась на земле. Он закатил глаза и растворился в воздухе.

– Ах ты, сволочь! – Я услышал голос Лаптя откуда-то сзади.

Резко перекатившись через голову, едва не переломав собственные крылья, я вскочил, отпрыгивая назад и уклоняясь от его булавы. Внезапно меня окатил какой-то синий свет, от которого по телу пробежали мурашки, унося с собой боль от ран. От облегчения на глазах проступили слезы. Следом за исчезнувшей болью пришло воодушевление. Теперь мне хотелось ринуться в бой с утроенной силой. Я оглянулся на Елизавету. Она стояла позади, читая вслух какие-то слова. Звучали они до ужаса пафосно. Что-то вроде: «Да снизойдет на него великий доспех, да засияет его оружие, именем великого воина Георгия дарую ему благословение рыцаря». Она продолжала накладывать на меня одно благословение за другим, читая их прямо из книги, которую держала вместо меча.

Лапоть ринулся в мою сторону, взмахивая дубиной, которая начала слабо светиться. Не добежав до меня двух метров, вдруг остановился и отпрыгнул назад, переходя в защитную стойку. Я не сразу понял его намерений, а когда до меня дошло, я просто рассмеялся, не в силах сдержаться.

Я стоял прямо между ним и Елизаветой, широко расправив крылья и скалясь, обнажив острые клыки. Переведя взгляд на собственную руку, я зарычал. От рыка даже мне стало неприятно.

В следующие несколько секунд все произошло очень быстро. Я неумело прыгнул на противника, просто выставив меч перед собой. Глупость этого выпада я понял слишком поздно. Лапоть легко ушел в сторону, ударяя по мне сверху вниз. Единственное, что пришло мне на ум, – это закрыться крылом. Послышался хруст, и левая рука отнялась от нестерпимой боли. Резко крутанувшись на месте, я, вытянув руку, рубанул что есть силы. С противным скрежещущим звуком разрезаемой стали меч застрял в нагруднике Лаптя. Тот, округлив глаза, перевел взгляд на мой меч, после чего скривился от боли и растворился в воздухе.

Я обессиленно опустился на землю, неуклюже пытаясь сложить сломанное крыло. Елизавета уже применяла лечащее заклинание, но оно помогало мало. Как только бой закончился, меня буквально накрыл оглушающий звук толпы. Она кричала и бесновалась.

– Ты как? – спросила Елизавета.

– Жарко, – протянул я, пытаясь накрыться здоровым крылом. Со стороны, наверное, это выглядело очень забавно.

– Сейчас, подожди, – сказала она, и на меня сверху опустился ее широкий плащ, скрывший меня полностью.

Стража уже наводила порядок, разгоняя зевак с места драки. Через пару минут вокруг нас уже никого не осталось.

– Долго ты собираешься лежать? – спросила Елизавета.

– Двигаться больно, – сказал я. Говорить было неудобно. Глухие звуки давались плохо. – Плечо болит.

– Не надо было подставлять его, – серьезно сказала она. – Тебе надо к хорошему лекарю. Пойдем, отведу тебя в храм.

– Веди в клан. Чи мне обязательно поможет. Он лекарь…

– Бог ты мой, это что еще за демон?

Это были первые слова, которые я услышал, попав домой. Маруся, встретившая нас, едва за боевой молот не схватилась, чтобы дать отпор демону в моем лице. Елизавете кое-как удалось убедить ее, что это я, то есть Митр. Просто я неожиданно превратился в дракона, вот она и привела меня домой.

– Дракон? – заохала та. – Бог ты мой, сколько тут живу, первый раз такую диковину вижу. А чего это с ним?

– Крыло сломал, – сказал я, морщась от боли.

– Маруся, что там? – С верхнего этажа в столовую спускались Нямкас и Неко.

– Митр крыло сломал, – лаконично сказала она.

– Что сломал?.. – Нямкас встал как вкопанный, когда увидел меня. – Неко, позови Чи, он вроде с Василием в лаборатории.

– Одни проблемы с ним, – вздохнула она, убегая наверх.

Попав в прохладу дома, я постепенно начал связно мыслить. Видать, жара на драконов действует усыпляюще. Еще раз посмотрев на свои черные руки, покрытые чешуей так же, как ноги и грудь, я горестно вздохнул. Вы никогда не слышали вздох дракона? Очень похоже на тихий рык. Я и дышал-то с хрипом, не то что вздыхал. Причем собравшиеся подумали, что мне больно, и еще тревожнее смотрели на меня.

Буквально через минуту в помещение спустился Чиафредо. Надо отдать ему должное: держался он хорошо.

– Так, голубчик, ну-ка, повернись, – велел он, закатывая рукава. Я послушно повиновался. – Крыло, говорите, сломано? Ничего, к нам сегодня бригада орков попала, все с переломами и раздробленными костями. Уж и не знаю, на кого они ходили охотиться, но чтобы сразу столько орков наломать в щепки, это какой же монстр должен быть?

– Ауч! – вскрикнул я, вздрагивая.

– Да, тут без анестезии не обойдешься. Увы, не мой уровень. Перелом я срастить смогу, а вот обезболить – нет.

– Васька, неси сюда обезболивающее. Должно помочь, – велел Нямкас.

– А чего нести-то, – сказал он, – у меня с собой есть.

Мне протянули склянку с противной желтой жидкостью. Пришлось шире разевать пасть, чтобы проглотить ее. Я едва не подавился и закашлялся.

– Что за гадость! Як, – отплевывался я.

– Теперь подождем пару минут, – спокойно сказал Нямкас. – Ну Лиза, говори: что произошло-то?

– А, ничего не произошло, – отмахнулась она.

– Правда? – прищурился Нямкас.

– Да ладно, ладно – не смотри так, – сдалась она. – Опять «Северный ветер» меня достает.

– Ну-ка, ну-ка, отсюда – поподробнее. – Это была уже Неко.

Елизавета вкратце рассказала о нашем приключении на рыночной площади. Во время рассказа все стояли с такими округлившимися глазами, что я и сам сделал удивленный вид. Так, на всякий случай.

Чи в это время колдовал с моим крылом. Боли я действительно почти не чувствовал, только головокружение и необычайную легкость в теле.

– Я чего-то не понимаю или он действительно завалил двух героев пятидесятого уровня? – спросила Неко, глядя на меня.

– Повезло, – сказала Елизавета. – Они были так шокированы, что не сразу сообразили, что к чему, за что и поплатились.

– Это чего он, черный дракон, что ли? – все еще в шоке от моего вида, спросила Маруся.

– Дракон, дракон, – кивнул Нямкас.

– Не, я вот не понимаю, – сказал я обиженным голосом. – Все в эльфов, гномов, орков там превращаются, а я чего в дракона-то? Несправедливо как-то.

– Нямкас. Нямкас, – тихо сказал ему Василий, но я услышал. – Обезболивающее-то как называется, помнишь? «Драконий самогон». У меня же в инструкции написано: не давать драконам. Только что вспомнил. Такой прикольный факт. Я его запомнил, когда зелье в первый раз варил. – Он хохотнул. – Представляешь, в инструкции написано, что драконы от него пьянеют.

– Ну вот и все, – сказал сзади Чи. – Будет как новое. Наверное.

Я потянулся, взмахивая крыльями. Действительно, боль прошла.

– Тихо ты. Размахался тут. Посуду побьешь, – сердито сказала Маруся.

Я бросил взгляд на зеркало. В виде дракона я выглядел довольно странно. Прямоходящий дракон, с драконьей мордой, чешуей, крыльями и хвостом.

– Мамочки! – охнул я. – У меня еще и хвост есть?

– Есть, – на всякий случай подтвердила Маруся.

– Интересно, а чем я питаюсь? – Я рассмеялся собственной шутке, глядя на остальных, не понимая, чего они не смеются. – Наверное, овец по ночам на фермах краду и пшеницу жгу. А-ха-ха.

– А ну, девушка, покажите раны. – Чи, не обращая на меня внимания, приблизился к Елизавете.

– Я в порядке…

– Поднимемся наверх, – указал он на лестницу.

– Неко, ты за меня волнуешься, я так тронут, – сказал я, глядя на обеспокоенное лицо магини. Я едва не заплакал от этого.

– Так, этого уложить проспаться, – приказал Нямкас.

– В подвал. Там прохладно, – вставил я.

Как же хорошо было спать в прохладном месте! Дыхание замедляется, сердце стучит редко-редко. И сны. Сны снятся такие замечательные. Снятся голубые небеса, облака, зеленые луга где-то далеко внизу. Ветер. И кто-то ходит…

Стоп! Кто ходит? Я заворочался и зарычал. От этого рыка сам и проснулся. В подвале было темно, но я все видел довольно отчетливо. Вот Василий тихо спускается по лестнице, смешно так шаря в воздухе руками и натыкаясь на предметы.

– Василий, ты чего это меня будишь-то? – вздохнул я.

– Так это… утро уже, – сказал он, ориентируясь на мой голос. – Нямкас просил тебя разбудить.

– Встаю, – согласился я. Спать не особо хотелось, просто состояние было сонное. Стряхнув оцепенение и зевнув во всю пасть, я сел на груде одеял, которые подмял под себя во время сна.

Значит, после сна мой новый облик еще не изменился. Удрученный этим фактом, я зашагал к лестнице. Сапоги, которые были надеты на мне до превращения в дракона, порвались, так как лапы у меня оказались не в пример больше, чем размер сапог. С рубашкой было почти то же самое. Единственное, что уцелело, – это куртка, в которой остались отверстия под крылья, и штаны, также испорченные хвостом.

– Доброе утро, – сказал я, выходя из кухни. Весь мой клан в полном составе сидел за столом, завтракая. Я окинул глазом гостиную, подобрал себе табурет и уселся рядом.

– Завтракать чем будешь? – спросила Маруся.

– Мне все равно, я всеяден, – рассмеялся я. – Что там у нас на завтрак? Каша? Неси кашу. Буду сегодня драконом-вегетарианцем. Нямкас, ну сколько я еще останусь в этом виде?

– Обычно после превращения в новом облике проводят день или два, – сказал он. – Но ты что-то сильно задержался с этим превращением, так что трудно сказать.

– И на улице тебе в таком виде показываться нельзя, – сказала Елизавета. – «Северный ветер» сейчас нас с тобой ищет. Да и многие другие – теперь тоже. Это же надо – новичок, не достигший седьмого уровня, разгромил…

– Это… Елизавета, а ты чего здесь-то? Решила у нас переждать? – спросил я.

– Не совсем, – она смутилась, – решила в ваш клан вступить.

– О как? – Я не договорил: Маруся принесла целую тарелку каши, и мы прервались на завтрак.

Единственным, кто без умолку болтал за столом, был Василий. Вчера вечером он ходил на базар, узнавал последние сплетни. Итогом стала небольшая газета. Местную газету я еще не видел. В ней было всего два или три разворота, но зато выходила она каждый день, а иногда и несколько раз в день, если происходило что-то интересное. В этот раз интересная новость была всего одна. Бой новичка шестого уровня против двух бойцов из «Северного ветра». О том, что мне помогала Елизавета, почти не упоминалось. Место фотографии в газете занимали наброски, выполненные неплохим художником. На первой странице газеты я был изображен в образе огромного черного дракона с мечом в руках, разрубающего Жмурика на две половинки. В реальности он просто растаял в воздухе, а в газете это выглядело кровавым зрелищем. Написано же было, что некий смельчак бросил вызов великому клану, творившему беспредел в Изумрудном. Судя по статье, они часто промышляли дуэлями в городе. Причем выбирали противников на десять уровней ниже себя. Кроме как отморозками, назвать я их никак не мог.

– Повезло, что тебя во время превращения никто не видел, – сказал Нямкас, – в круг ты вбежал уже с драконьей головой.

– Да, да, – закивала Елизавета. – Я тогда подумала: чего это ты маску нацепил? А ты вон в дракона превратился…

– Пока жители города и «Северный ветер» не узнают, кем был дракон на самом деле, проблем не должно быть. Но для этого тебе придется некоторое время скрывать свою вторую сущность.

– Если я вообще обратно превратиться смогу, – пробурчал я.

– Поверь мне, все так думают, – усмехнулся Нямкас. – Кто в орка обращается, чувствует себя не лучше. А может, и хуже. Сам посуди, кем лучше быть – орком или благородным драконом?

– Это твое «благородный дракон» звучит хорошо, – согласился я.

– Одна проблема, – развел руками Нямкас, – гильдии драконов на континенте нет. Ни в одном из городов. Уникальная раса – драконы. Поэтому и учить тебя будет некому.

– Ой, не смотри ты так, – вздохнула Елизавета. – Ладно уж, давай свой журнал.

– Так, что тут? Ага, достигнуть сотого уровня, – прочитала через ее плечо Неко. – Хорошо придумано. Пока Митяй не достигнет сотого уровня, поживешь еще у паладинов. – Мое «Митр», как и ожидалось, она проигнорировала.

– Поправочка. – Елизавета извлекла из сумки чернильницу и красивой скобочкой вставила прямо между слов пометку: – «Или пока не победит сразу двух игроков, выше себя по уровню в семь раз». О, как круто получилось. В семь раз – это звучит.

– Не примут же поправку, – рассмеялась Неко, но, глядя на меня, удивленно добавила: – Или примут?..

– Еще десять уровней. Вот это я называю «быстрая прокачка», – рассмеялся Нямкас.

– Не понял? – Я вопросительно обвел взглядом собравшихся за столом.

– Я же тебе объяснял, – сказал Нямкас наставительно. – Журнал заданий – очень полезная вещь. Чем сложнее задание, тем выше награда. В данном случае – слава и опыт. Если, конечно, задание будет соответствовать некоторым критериям. Это не должно быть жульничеством, подлогом или присвоением чужих заслуг. То есть если я напишу задание найти очень редкий доспех в расчете, что мне его уже кто-то обещал подарить, то ни опыта, ни славы я не получу. Что же касается поправок в задание, это спорный момент. Иногда они проходят, иногда нет.

– Только ты не спеши придумывать что-то такое неординарное, что вообще нельзя выполнить, – вставила Елизавета, – повиснет мертвым грузом в журнале, придется вычеркивать его как проваленное задание. Тогда ты потеряешь славу.

– Ну что, друзья, теперь у нас полная команда, чтобы пойти в любой рейд, – сказал Нямкас. – Осталось только одеть ее соответствующе, поднять немного в уровне, и…

– …деньги потекут к нам рекой, – закончила за него Неко, в предвкушении потирая руки.

– Даже с хорошей командой не все так просто, – хмыкнула Елизавета, пытаясь подколоть ее, – так что не будь столь оптимистичной.

– Ха! – гордо выпрямилась Неко, медленно превращаясь в кровавого эльфа. – С Митяем мы в два счета разбогатеем. Так что радуйся и пади ниц от того, что столь перспективный клан возьмет тебя в долю.

Всю ее речь я пропустил мимо ушей, наблюдая только за тем, как она меняется. Превращаясь в эльфа, она стала немного выше и стройнее. К рыжему оттенку волос прибавился кровавый блеск. Ушки немного удлинились и заострились, а в глазах загорелся опасный огонек.

– У нее всегда так, – тихо сказала Маруся, уловив мой взгляд, – когда речь заходит о больших деньгах, она всегда меняется.

– Васька, свари ему какое-нибудь зелье, чтобы быстрее вернулся в нормальный облик, – повелевающим тоном сказала Неко.

– Нет такого зелья, – спокойно ответил он, – придется ждать.

– Ждать… – недовольно повторила Неко. – Ладно уж, подождем. Тогда пойду в гильдию, еще раз пересмотрю справочник лута на низкоуровневых монстров. В канализации я ничего толкового не нашла.

– А справочник Елизаветы не сгодится? Вроде бы она долго его собирала, – вспомнил я.

– Мой? – Елизавета извлекла из сумки три справочника. Один из них, по редким ингредиентам, я уже видел. Василий с интересом принялся его листать, что-то сверяя со своим справочником. Два других представляли собой описание и стоимость того или иного товара или лута, проходящего через аукцион. – Увы, по монстрам у меня ничего толкового нет.

– В этом деле и я не помощник, – развел руками Нямкас.

– Можно, конечно, и в моем посмотреть, но он как-то странно написан, – сказал я, выгружая на стол толстенный справочник. – Ни порядка в нем, ни оглавления. Вот, к примеру, слизни первого уровня, которых мы на болоте били. – Я открыл книгу в середине, сразу на нужной странице: – «Слизень, первого уровня. Какая дрянь с него только не падает! Из-за стойкого запаха гнили носить это невозможно. Особо интересен из-за выпадения редкой сумки. Очень полезно для начала похода. Шанс выпадения – исключительно редкий». Ага, тут еще снизу написано: «Жадная тварь! После недели жизни в болоте начинаю ненавидеть лес и всех нубов, которые ходят бить моих слизней! Долгожданная сумка выпала на десятый день. Ноги моей больше в этом лесу не будет!» Автор жжет, – рассмеялся я.

– А что за редкая сумка? – заинтересовалась Елизавета. – Никогда не слышала, чтобы там что-то такое выбивали.

– На двадцать четыре слота. – Я продемонстрировал ей темно-фиолетовую сумку. – С первого же слизня выпала.

– Три с половиной тысячи золотых монет, – моментально оценила ее Елизавета. Глаза у нее загорелись.

– Остынь, подруга. – Теперь над ней смеялась Неко. – Шанс выпадения этой сумки настолько мал, что ты ее и за десять лет не выбьешь.

– Понимаю не хуже тебя, – фыркнула Елизавета. – Ну ты везунчик!

– А еще он прямо там нашел пять ягод черноглазки, – напомнил Василий.

– А за день до этого – эпический меч полудраконов. – Это был уже Нямкас.

Я только подпер голову руками, поставив локти на стол, и перевернул несколько страниц.

– А смотрите: с этих полудраконов падает не только меч, но и какой-то браслет «Озорного ящера». Это еще что за штука? Автор пишет, что брать его не стал.

– Первый раз слышу, – развела руками Елизавета.

– А про редких монстров в твоей книжке что-нибудь есть? – заинтересовался Василий. – Ну про Однокрылого Веспера, например.

– Сейчас посмотрим. – Я открыл книгу почти в конце и пролистал еще пару страниц. На нужной была изображена летающая змея с одним нормальным крылом и еще одним поломанным. – Есть. Вот: «Веспер Неудачник, или Однокрылый Веспер. Встречается на холмах близ замка Хьервита. Агрессивен. Ядовит. Чтобы он появился, надо оставить приманку из нескольких листов горного мирта. Через сутки он появится. Из вещей ничего ценного не оставляет. Интересен только в целях добычи сломанного крыла, являющегося редким алхимическим реагентом». Тут тоже приписка есть: «Данные из великой библиотеки – полное вранье и нелепица. К горному мирту эта зараза абсолютно равнодушна. Как и любому другому. Зато на запах крепкого алкоголя выползает сразу же».

– А, черт, мы его неделю ждали, – обиженно сказал Василий. – Весь холм этим чертовым миртом усыпали.

– Подождите, подождите, – вмешалась Неко, – а ну-ка, найди мне пятнистого волка.

– Пятнистые… – Я послушно открыл книгу ближе к началу: «Волк пятнистый. Живут стаями по пять, десять особей. Найдены мною в пещерах у горной гряды гномов. Из вещей выпала эпическая магическая палочка „Громовой раскат“». – Я сразу перешел к приписке: «Выменял в гильдии магов на яйцо ездового дракона».

– Митя, ты ничего странного не заметил?

– Я? – Я еще раз перечитал страницу. – Вроде ничего. Нарисовано только, как всегда, криво. На котят в яблоках похожи.

– Скажи, как ты так быстро находишь нужную страницу с монстром? – спросила она в лоб.

– Не знаю. – Я задумался. – Вроде бы просто знаю, где они в книге расположены. А! Возможно, это заклинание, о котором говорится в начале книги. Что-то вроде привязки справочника к моему навыку «драконьего золота».

– Интересно, кто эту книгу писал? – задал вопрос Нямкас. – Скорее всего, еще один дракон.

– Очень даже вероятно, – согласилась Неко.

– А вот мне интересно, что с ним стало. – Я убрал книгу в сумку и задумался.

– Он такой смешной, когда думает, – захихикала Елизавета.

Жаль, я себя со стороны не видел. Когда же опомнился, все, кроме Елизаветы, разошлись. Неко вроде говорила о поиске нужного маршрута для предстоящего похода. Чи отправился в храм. Вельзевул пошел наверх переписывать справочник Елизаветы. Маруся готовила что-то ароматное на кухне.

Странно, но в виде дракона я мог очень долго сидеть неподвижно, думая о чем-нибудь. В таком положении можно было даже спать.

– Дракон-паладин, – захихикала Елизавета. – Смешно звучит.

– А выглядит-то как… – Улыбнуться пастью, в которой столько острых как бритва зубов, у меня не получилось. Думаю, по виду это больше походило на оскал, а не на улыбку. – Ты к нам уже окончательно переехала?

– Ага. Нямкас утром сходил к Пастеру, объяснил, что я пока у вас поживу. Сундук с моими вещами еще принес. – Она немного наклонила голову. – И все-таки я не могу понять, как ты умудрился победить этих отморозков.

– Вот, я их тоже отморозками вчера назвал. Я ведь, как в старой шутке, «драться не умею, но очень люблю». Да и не такие уж они и великие воины. Так себе. Кстати, много они потеряли за смерть?

– Как минимум по два уровня. – Теперь она улыбалась злорадно. – Сила любого клана оценивается тем, сколько в его составе игроков определенных уровней. А теперь они потеряли одного с пятидесятым. Зная их лидера, вряд ли после такого позорного поражения они будут поднимать его в уровне. В лучшем случае позволят прокачивать себя самостоятельно. В худшем – вообще из клана выгонят.

– Лиза, у меня тут пара вещей старых, помоги оценить. – На втором этаже показался Нямкас, демонстрируя в руке два странных предмета. – Хотел на аукцион выставить, чтобы склад почистить.

– Сейчас, – крикнула она и, подмигнув мне, убежала наверх.

Я опустил голову на стол и задремал.

Странное дело – драконьи сны. В этот раз мне снилась полуразрушенная башня, стоявшая на невысоком холме, заросшем ярко-зеленой травой. На вершине башни, как на пеньке гнилого зуба, спал дракон. Огромный черный монстр, свернувшийся калачиком и укрывшийся крылом как одеялом. Когда я приблизился к его морде, он неожиданно открыл один глаз и внимательно посмотрел на меня. От его взгляда меня пробрала дрожь, и я проснулся.

Солнце едва пробивалось сквозь занавески в мою комнату. Рассвело, но было еще слишком рано. Я перевернулся на другой бок, запуская руки под подушку, и тут неожиданно понял, что вернулся в свой обычный облик. Сон с меня слетел в одно мгновение. Я вскочил, роняя одеяло на пол, и подбежал к зеркалу. Так и есть. На всякий случай я повернулся и попытался заглянуть себе за спину. Хвоста и крыльев не было, но возле лопаток виднелись длинные, еще не зажившие вертикальные раны.

– Тоже мне – ангел, – хмыкнул я, оглядываясь в поисках одежды.