Текст книги "Пепельный лёд: тени прошлого"

Автор книги: Паулина Александровская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 10 страниц)

Я остановился. Потом медленно развернулся и прошептал:

–Прощай, отец.

После чего быстрыми шагами направился к выходу.

–Остановите его! -крикнул мне отец вдогонку.

Отец Стефании поддакнул:

–Что бы мою дочь привел в целости и сохранности! Понял?!

Я схватил пальто и находу накинул его.

Выбежав из здания, я жадно вдохнул морозный ночной воздух.

Так. Нужно успокоиться.

Нужно взять себя в руки. Но как? Как успокоиться, когда в голове – хаос, когда сердце разрывается от боли и вины?

Я спустился по лестнице и огляделся. Где же ты? Где?

Потом достал телефон и набрал ее номер. Гудок. Гудок. Гудок.

Она не отвечала. Я нервно выдохнул.

Где же ты? Что с тобой?

Я побежал к своей машине, быстро сел в салон и судорожно вцепился в руль, пальцы побелели от напряжения.

Мне нужна только ты Ника. Найти тебя – любой ценой

Тут послышался стук в окно. Я резко обернулся. Ева. Тебя только тут не хватало для полного счастья!

Я выдохнул и опустил стекло. И сквозь зубы прорычал:

– Чего тебе?!

– Подкинешь?

Как же я не хочу тебя видеть, как же не хочу тебя слышать!

Но, не успел я ничего ответить, как она уже отворила дверь и уселась в салон как ни в чем не бывало.

– Ну чего ты такой кислый?!-поинтересовалась она– Истеричка твоя довела? Да плюнь ты на неё, Стёпка! Миллион красивых, интересных… Зачем ты в неё вцепился, как клещ?! Ты ей не нужен! Ну пойми же ты это!

Я резко обернулся к ней.

Еще одно слово и я тебя пору на клочья.

–Да как ты смеешь…

Ева вместо, того, чтобы, заткнуться схватила меня ладоням за лицо и посмотрела мне в глаза:

– Стёпка! Хватит жить в этом грёбаном тумане! Оглянись! Сколько вокруг девушек, которые мечтают о тебе! Зачем тебе эта… эта?! Ты ей не нужен, слышишь?! Никогда не был нужен! Зачем ты так унижаешься перед ней?! Да она всегда…

Я резким движением сбросил ее руку. Никто. Никто никогда не смеет ко мне прикасаться кроме Ники.

– Не смей! Не смей говорить о ней плохо! Ты её не знаешь, слышишь?! Не знаешь! – закричал я.

– Я, как друг, хочу тебе счастья! А ты… ты сам простофиля, как и она! Ну, вы оба стоите друг друга! -фыркнула она в ответ отряхивая руки.

– Вон от сюда! -тихо сказал я.

– Что? -нахмурилась она.

– Я сказал – выметайся из моей машины! Сейчас же! -повысил я голос.

– Ха! Да ты… растерянно протянула она, не сводя с меня взгляд, потом показала ладонью в мою сторону– Да ты посмотри на себя! Из-за нее ты себя потерял. Хватит ее вечно оправдывать!

– Свали! -рявкнул я.

– Смотри, чтоб плакать потом не пришлось, дурачок. Ты даже не представляешь, что ты теряешь!

Я резко ударил кулаком по рулю.

И повернувшись к ней заорал:

– Вон я сказал! Вон!

Ева нахмурилась и закричала:

– Да как ты смеешь так со мной разговаривать?! Мы… мы друзьями вообще-то были!

Друзьями? Разве настоящие друзья способны на...

Я хмыкнул:

– Не были. Вылезай, я сказал. Немедленно!

–Да пошел ты идиот психический -покрутила она пальцем у виска и взялась за ручку двери-Ты пожалеешь об этом, Стёпочка! Очень сильно пожалеешь.

Я развернулся и посмотрел в окно:

–Я сказал, вали отсюда! Сейчас же!

Ева вышла из машины и перед тем, как хлопнуть дверью рявкнула:

–Да пошел ты! Тряпка!

Согласен.

Я рухнул головой на руки, которые были на руле.

Что мне делать?! Что?!

Где же ты ника?! Что я наделал?

Как теперь всё исправить, чтоб не сойти с ума?! Как до тебя достучаться, как объяснить всё, что я чувствую, как доказать, что ты – единственное, что имеет для меня значение?! Но как сделать это, когда я сам всё разрушил? Как вернуть тебя, когда я столько раз тебя предал?!

Боже, что я натворил? Как исправить этот кошмар?

Я сам вырыл эту пропасть между нами! Как вернуть твое доверие, когда я так часто его предавал, растаптывал?

Ты ничтожество Степан. Ничтожество. Недостоин ее любви.

Я знаю, ника, тебе сейчас мерзко от меня. Я чувствую это

Но что я могу сделать, чтобы хоть немного искупить свою вину?

Хватит терзать себя. Хватит. Нужно думать, что делать. Просто сидеть и рыдать – это удел слабаков.

Ты должен бороться. Ты обязан хоть раз в жизни доказать, что способен на что-то большее, чем разрушение.

Ты должен найти способ. Любой. Даже самый безумный.

Я поднял голову и посмотрел в окно. Было темно только снег шел большими хлопьями.

Я сжал челюсть до боли в зубах.

Ты будешь ползти на коленях, умолять, кричать о своей любви, если понадобится. Лишь бы вернуть её! Лишь бы она снова посмотрела на тебя своими прекрасными глазами, полными… надежды? Прощения? Я не знаю! Но ты сделаешь всё, чтобы это увидеть! Всё!

Но что я скажу? Как объяснить всё?

Ты станешь лучше. Ради неё. Это твой шанс. Единственный. И ты его не упустишь.

Ты вырвешь из себя всё, что чувствуешь, чтобы сложить у её ног! Ты будешь каждый день доказывать, что ты достоин её. Может быть, это наивно. Может быть, глупо. Но у тебя нет другого выбора. Ты будешь бороться за неё. До последнего вздоха. Потому что она – всё, что у тебя есть. И ты не позволишь себе потерять её окончательно. Не сегодня. Не сейчас. Ты должен попытаться. Просто попытаться. И надеяться на чудо.

Я знаю, Ника... ты можешь меня не простить. Что ты имеешь на это полное право. Но я не сдамся! Я буду бороться за тебя до последнего. И я не могу тебя потерять. Я просто не переживу...

ГЛАВА 27

ВЕРОНИКА

Два часа. Два часа я наматывала круги вокруг дома, пока ноги не начали подкашиваться. Зачем?

Что бы не думать. Не думать о том кошмаре что произошел пару часов назад. И что бы не показываться так быстро на глаза родителям. А то, не может же закончиться банкет так быстро. Сколько я там провела?

От силы минут тридцать не больше.

Я, тяжело дыша остановилась около турников на площадке во дворе дома. На одном из них висели мои пальто и рубашка. Я была одета в джинсы и майку. Холодно? Нет. Переживу.

Холодный, декабрьский ветер трепал светло – русые волосы, которые превратились сейчас не пойми во что.

Так, нужно перевести дыхание.

Вдох…Почему сейчас? Выдох... Зачем ворошить прошлое?

Вдох, выдох.

Нет, нет. Не думать. Не думать. Не думать об этом!

Бег не помог. Значит, нужна более тяжелая артиллерия

Первый подход отжиманий. Ладони впились в холодный асфальт, руки задрожали. Раз. Грудь почти коснулась земли

Зачем ворошить прошлое?

Легкие жгло. Два.

Что бы добить меня?

Три. Слезы подступили к горлу. Только не сейчас!

Зачем ворошить старые раны? Зачем ворошить прошлое, полное боли и разочарований?

Дыши, дыши, дыши…Десять. Двенадцать. Пятнадцать. Выдох.

Я перевернулась на спину, но тут же вскочила.

Приседания. Ноги на ширине плеч, спина прямая. Раз.

Бедра параллельно земле, колени не выходят за носки. Два.

Зачем ты привел меня туда, зная, что каждый уголок этого места пропитан горькими воспоминаниями?

В глазах темнело, пульс колотится в висках. Соберись! Три. Четыре. Пять. Восемь. Десять. Пятнадцать. Двадцать.

Неужели ты не понимаешь, что каждое слово, каждый взгляд здесь причиняют мне невыносимую боль?

Квадрицепсы горели огнем.

Я подошла к турнику и схватилась за перекладину.

Ладони скользнули по холодному металлу. Рывок. Подбородок над перекладиной. Заткнись! Раз. Руки тряслись

Не реветь! Два. Три. Четыре Каждая мышца кричала о пощаде. Еще одно, только одно…Пять. Я спрыгнула вниз. Руки сильно жгло. Ну и плевать.

...Ну так ведь нельзя. Так неправильно. Я вдохнула морозный воздух.

Ника как же ты достала всех уже со своей правильностью. Своей идеальностью во всем. От тебя уже всех тошнит.

Не удивительно что ты всех бесишь. Хотя… Идеальная?

Я коротко рассмеялась.

А че сразу не святая?

Ой бедная. Бедная.

Мученица. Ну что ж посочувствуем ха-ха, обидели святошу. Бедняжка.

Я развернулась и снова рванула в сторону дома. Снова бег. Дыхание сбивалось, в боку кололо. Не останавливайся! Не останавливайся! Слабачка! Слабачка! Слабачка! Еще. Еще. Еще.

Вокруг было ни души. Только скрипучий снег под ногами и вой ветра в голых ветвях деревьев. Пусто, как у меня внутри. Беги! Беги! Еще! Еще!

Ну ты ведь понимаешь, что ты все равно никогда не убежишь от себя? От боли. От правды.

Ой ну все иди поплачь ага.

Хотя нет! Нет. Нет. Нет.

Не смей этого делать дура. Хватит ныть.

Не смей. Не смей. Не смей, я тебе говорю.

Кажется, я бегала вечность, пока мир не поплыл перед глазами. Ноги подкосились, и я рухнула на колени прямо в снег

Дыхания не хватало. Ну и ладно.

физическая боль – это всего лишь жалкая попытка заглушить ту, что рвет на части мою душу

Руки дрожали, то ли от холода то ли от страха. То ли от всего вместе. Комок снова подступил к горлу. Нет, нельзя. Нельзя сейчас расклеиваться. Нельзя давать им знать, что они меня сломали. Нельзя, слышишь?

Я медленно встала, согнувшись пополам и пытаясь отдышаться.

Держись. Не сейчас. Я сглотнула комок, выпрямилась, запрокинув голову к тёмному небу. усыпанное звездами, и пыталась дышать ровно, глубоко. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох.

Я посмотрела на наручные часы.

Уже было одиннадцать. Что ж, наверное, уже пора домой.

Медленно на дрожащих ногах я доковыляла до турников, где висела моя одежда.

Схватив рубашку, я дрожащими руками надела ее и застегнула пуговицы. Потом накинула пальто и схватив сумку, поплелась в подъезд.

Там дойдя до своего этажа, я уселась на лестницу. Нужно привести себя в порядок. А то, как будто была не в ресторане, а вагон тащила на себе.

Достав расчёску из сумки, я причесалась. И просидела сложа руки на коленях минут десять смотря тупо в стену.

Сидишь тут да? Сидишь. А ни-че что мама там тебя ждёт? Уже двенадцать часов, а ей, между прочим, на работу. А пока ее дочурка домой не притащиться то она не будет спать.

Капец ты эгоистка Ника. Думаешь только о себе. Носилась как ненормальная, теперь не можешь привести себя в порядок, а другие должны страдать и ждать тебя.

Сейчас еще придешь и будешь ныть что тебя обидели да?

Кроме того, сейчас кто -нибудь выйдет и подумает, что какая– то алкашка тут сидит бездомная.

Вздохнув, я встала и пошла к своей двери и негромко постучала. А то сейчас весь дом перебужу в придачу.

Буквально через пару секунд дверь распахнулась. На пороге стояла мама. Ну, вот что и требовалось доказать. Ждет тебя не спит, а ты сидишь и время тянешь.

Боже мама… Мамочка как же я хочу просто к тебе прижаться что бы ты защитила меня от всего плохого. Как в детстве, когда мне снились плохие сны.

Только боюсь от реальности не спрятаться и не проснуться.

Ком подступил к горлу, и я отвела взгляд снимая пальто.

–Как всё прошло? -тихо спросила мама, забирая у меня пальто.

Отчим и Полина видимо спали уже.

– Всё отлично, мам, – прошептала я, наклонившись и расшнуровывая кеды, хотя их можно было и так снять.

Конечно отлично. Лучше быть не может.

Вот бы вывалить все. Все рассказать тебе. Я знаю ты всегда поддержишь. Но нет. Не смей этого делать ника.

Мама и так переживает за тебя без конца и края, а что было три года назад... Сейчас снова возвращается ее в этот ад? Нет. Не в коем случае. Переживешь сама.

Я встала и посмотрела на маму

– Просто устала. Я пойду к себе, ладно?

– Конечно, конечно-закивала мама. – Не буду мешать. Отдыхай.

–Спокойной ночи-сказала я обнимая маму.

Мама поцеловала меня в щеку и прошептала в ответ

–Спокойной

Я зашла к себе в тёмную комнату закрывая дверь. И не переодеваясь рухнула на кровать и закрыла лицо руками, из глаз все -таки хлынули слёзы

Пожалуйста нет, нет, нет. Не-е-е-т!

Но уже невозможно было остановится.

Ты говоришь о прощении Степа? Но разве можно простить тех, кто намеренно причинил страдания? Разве можно забыть ту ненависть, тот холод, который я чувствовала от них? Или ты думаешь, что я должна просить у них прощения за что? За то, что я пережила? За то, что они хотели сломать меня?

Я перевернулась на бок и прижала к себе подушку уткнувшись в нее, заглушая рыдания.

Степ… Ты видел, как они меня ненавидят. Ты был свидетелем всего этого кошмара. Зачем ты вернул меня сюда? Чтобы снова почувствовать себя ничтожной? Неужели ты все еще питаешь ко мне ту же ненависть, что и три года назад? Неужели ничего не изменилось? Неужели мы все также враги? Неужели я была права и теперь мы друг другу никто?

Ну все хватит рыдать Ника. Хватит. Прекрати! Немедленно прекрати, пожалуйста! Как же я ненавижу…

Я вытерла слёзы.

Что я вообще чувствую к тебе Степ? Это не...

Так все хватит! Завтра тренировка, Олимпиада не за горами и этот год мой шанс. Ты будешь там. Ростовский. На льду. Мне придется с тобой столкнуться. Но я должна справиться. Нужно потерпеть ради мечты, к которой я так долго шла. Мой шанс! Та самая, первая Олимпиада…

Прошлое? Оно не отпускает, держит мертвой хваткой, не давая сделать ни шагу вперед. Мы выиграем Олимпиаду, и всё закончится… навсегда?

Это моя мечта, мой шанс, к которому я шла всю жизнь! Первая и последняя Олимпиада… А тогда… тогда мы всё сломали. Обрушили в пропасть. Кто виноват? Ты? Или мы оба допустили ужасную ошибку, которая разрушила все? Почему я до сих пор так остро реагирую на тебя Степ? Почему твое присутствие вызывает в моей душе такую бурю противоречивых чувств?

Я снова вытерла слёзы, и перевернулась на спину.

Как же мне тебя забыть скажи?

Как выкинуть из головы? Ты ж всегда рядом... В мыслях, снах

В каждом вздохе. Я будто привязана к тебе невидимой нитью, порвать которую не в силах. И как же мне страшно от этого. Страшно, что после всего, что было, ты все еще имеешь надо мной такую власть. Вдох-выдох. Спокойно. Завтра – только лед. И только… ты. Моя вечная тайна. Тайна, с которой я живу, от которой бегу, но от которой никогда не смогу убежать до конца...

Почему я отдаю все? Наверное, потому что во мне горит этот дурацкий, наивный огонь – вера в то, что добро вернется. Что если отдать частичку себя, поделиться теплом, то мир станет хоть чуточку светлее. Но… почему-то часто этот огонь обжигает только меня.

А это не ценится? Боюсь, да. Или ценится, но как нечто само собой разумеющееся. Как воздух, которым дышишь, не задумываясь, пока он есть. И только когда задыхаешься, понимаешь, как он важен.

Почему люди делают больно? Может, от собственной боли? Ранят, чтобы хоть на миг почувствовать себя сильнее. Или от страха. Страха быть уязвимыми, страха остаться в одиночестве. Ирония в том, что чаще всего, причинив боль, они сами же и страдают. Видят последствия, ощущают пустоту, которую оставили.

Но шрамы остаются. И стоит только задеть их, как боль вспыхивает с новой силой.

Зачем ещё сильнее делать больно? Вот уж чего я совсем не понимаю. Это как пытаться потушить пожар бензином. Жестокость ради жестокости. Может быть, это какая-то извращенная попытка контролировать ситуацию, показать свою власть. А может, просто… трусость.

Почему, когда делаешь что-то хорошее, это не замечают? Наверное, потому что добро воспринимается как норма. Как должное. Люди привыкли к хорошему и перестают это ценить. Это грустно, но, кажется, неизбежно.

А сделаешь одну ошибку – и все, ты виновата? Да, именно так.

Потому что люди склонны фокусироваться на негативе. Ошибка – это вызов, это угроза их собственному представлению о мире. И проще всего обвинить кого-то, чем признать, что никто не идеален.

И что теперь? Как жить со всем этим? Не знаю. Наверное, просто продолжать верить. Верить, что добро все-таки победит. Верить, что есть люди, которые умеют ценить. Верить, что однажды мои раны заживут. И самое главное – верить в себя, даже когда весь мир против тебя.

Судорожно вдохнув, я медленно встала с кровати и подошла к столу. Взяла фотографию в белой рамке.

На ней были изображены две девушки, на фоне леса в обнимку к камере. Одна с темно– пепельными волнистыми волосами до талии, синие глаза, белоснежная кожа, правильные черты лица, одетая в темно зеленый джемпер, а вторая с распущенными светло– русыми волосами до плеч, серыми выразительными глазами, в белой толстовке. Нам было по восемнадцать.

Сборы. Август. Я и Алёна.

Эта фотография под дождем пропитана счастьем, наивной радостью… Мы и подумать не могли, что через два года наши жизни перевернутся с ног на голову, а нам предстоит выдержать испытания, которые изменят нас навсегда…

Алена… Моя Алена… Прости меня за всё. Прости за то, что я оказалась слабой, за то, что не смогла тебя защитить. Прости за то, что не сделала всего, что было в моих силах. Прости, что из-за меня ты страдала.

Как мне больно, Алена. Невыносимо больно

Я снова рухнула на кровать прижав сильнее к себе подушку. И снова зарыдала.

Я задыхаюсь без тебя… Как же мне хочется, чтобы это все закончилось… Чтобы я могла снова увидеть тебя… Хотя бы во сне

Алена… Как же я по тебе скучаю. Каждая секунда без тебя – это вечность боли. Мне так плохо, так пусто без тебя. И ничто не может заполнить эту дыру в моей душе.

Я люблю тебя, Алена, и никогда не забуду. Никогда.

Не знаю сколько я еще так пролежала в обнимку с подушкой захлёбывалась слезами, но когда слёзы кончились, я встала и поплелась в ванную. В квартире было тихо. Все спали. Я встала около раковины и включила кран.

Ну и рожа! Я всхлипнула.

Стоп. Стоп, стоп, стоп! Что это тут у нас?

Ноешь и ноешь постоянно. Самой не надоело уже, а? Вечно жертва обстоятельств. Вечно обиженная и непонятая.

Вы посмотрите, обидели бедняжку! Да мир жесток. Все об этом знают. А ты, что, думала, что ты особенная? Что к тебе будут относиться по-другому? Сама туда полезла. Сама и расхлёбывай. Кто просил играть в спасительницу? Кто заставлял отдавать все, не требуя ничего взамен? Сама виновата.

Успокойся, дура, хватит ныть. Сколько можно? Сколько можно перемалывать одно и то же? Сколько можно жалеть себя? Прошлое не изменить. Будущее непредсказуемо. Так живи настоящим! Хотя… какое там "настоящее"? С одним нытьем-то.

Нет, ну может, еще и мамочку позовешь? Может, по головке погладит? Успокоит? Скажет, что ты самая лучшая, самая красивая, самая умная? Нет, детка, ты уже взрослая. Пора самой разбираться со своими проблемами. Никто не придет и не спасет.

Хватит. Хватит жалеть себя. Хватит ныть. Хватит винить других. Пора взглянуть правде в глаза. Пора понять, что никто не обязан делать тебя счастливой. Это твоя работа. И если ты хочешь что-то изменить, то начинать нужно с себя. А не ждать, пока мир изменится под тебя.

Умывшись несколько раз, я вышла из ванной и тихо зашла в комнату. В изнеможении я рухнула на кровать, и сон поглотил меня...