Текст книги "Не все НПС попадают… (СИ)"
Автор книги: Ольга Войлошникова
Соавторы: Владимир Войлошников
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)
04. ДЕНЬ НУЛЕВОЙ. НАВСТРЕЧУ АПОКАЛИПСИСУ
ИНСТРУКТАЖ В СТИЛЕ ДРОЗДА
Некоторое время они молча топали по коридору.
– Кстати, Сёмыч, сегодня у тебя первый выход. Хотя должен был быть завтра. И к тому же предполагается открытое взаимодействие с игроками, а это по инструкции вообще только через месяц. Так что тут мы нарушаем всё что можно. Но хотя бы инструктаж перед выходом я тебе провести должен, поэтому слушай сюда. Первое – безопасность твоя лично. Психологическая! Чётко следовать командам. Не поддаваться панике, не то шеи нам с тобой намылят, мало не покажется. Эмоция будет давить – сто процентов. По себе сужу, а я уж сколько лет тут бегаю. Уж постарайся хотя бы напоминать себе, что это – игра. Твоя задача-максимум сегодня: не запаниковать. Уровень сложный, зомби прокачанные, не то что бледные тени отца Гамлета с начальных уровней, – Дрозд посмотрел испытующе. – Или отменим? Не поздно ещё, я директрисе черкану, что мы передумали.
– Нет, – Петька упрямо помотал головой, – всё нормально.
– Ладно. Тогда вопрос второй. Безопасность общественная. Есть информация, нежелательная для распространения среди игроков. Ты пока ещё не особо в теме, поэтому настоятельно прошу: старайся с ними особо не разговаривать. В рейде есть возможность формировать закрытые каналы связи. И по закрытому в основном мы с тобой и будем общаться. Полюбас у тебя возникнет хренова туча вопросов, которые не предназначены для ушей господ нанимателей. А уж ответы – тем более! Поскольку я – твой куратор, каналами связи буду рулить я. Пока горит вот такой значок, – слева вверху появилась подсвеченная пиктограмма с двумя человечками под колпаком, ниже было столбиком подписано: «Дрозд», «Сёмыч», – значит, канал приватный, говорить можешь что угодно, услышу только я. А меня, соответственно – только ты. Если нет его, за базаром следим, лишнего не трепем.
Значок исчез.
– Понял.
– Молоток! Пошли.
ХРАНИЛИЩЕ УЧЕБКИ
Хранилище впустило Дрозда по отпечатку ладони. Внутри оно оказалось здоровенным, размеры помещения с трудом поддавались осознанию и уходили куда-то в серо-смазанную даль. Пятачок у входа был отделён от остального пространства стойкой администратора (пустующей, между прочим). Сразу за стойкой начинались бесчисленные ряды шкафов и стеллажей с коробками и упаковками. Тоже теряющимися в перспективе. Петька представил себе, что они будут искать что-то на бесконечной череде этих полок, и ужаснулся. Дрозд однако к дверце в стойке даже не пошёл, развернул к себе монитор администратора и начал бодро шлёпать по клавиатуре, вмонтированной прямо в стоечную поверхность.
– Итак, Сёмыч, мы идём с тобой в постап*. Полная разруха, грязь, тараканы размером с кулак и куча неприветливых зомбариков.
*постапокалипсис, если вы вдруг не в курсе)
– Впечатляет.
Дрозд обернулся через плечо, что-то прикинул и снова бодро застучал по клаве.
– Условная эпоха – стык двадцатого-двадцать первого веков. Плюс-минус пятьдесят лет. Очень модная тогда была тема, толстенный культурный пласт оставила: фильмы, книги, живопись всякая – так что народ до сих пор прёт. Игроков масса. Команды, лиги. Скоро чемпионат, так они усиленно тренируются. Полигоны откупают, проводников, чтоб задание позаковыристее. Тебя мы им представим как нашего стажёра – и не соврём, между прочим! – а также как дополнительное задание, которое нужно отработать. В обычной ситуации я бы настоял, чтобы, выходя в постап, каждый член команды имел хотя бы броник. В идеале – ратника* с керамическими вставками. Максимум, что мы можем позволить себе по периоду. Но. Сегодня тот полигон, на котором мы будем тренироваться, изолирован от других игроков – денежки роляют. Поэтому наша задача: прикрыть тебя от зомбариков. А для этого достаточно?..
*Ратник – российский модульный комплекс
боевой экипировки, начало ХХ I века
Петька пожал плечами:
– Если только от зубов и стык двадцатого-двадцать первого… Что-то типа тваронового комплекта?
– Молодец, юнга! – Дрозд картинно выполнил финальный шлепок по клавиатуре. – И на голову касочку, для верности. Снайперку тебе давать не будем. Я конечно, твои оценки видел, но с непривычки у всех руки дрожат, уж поверь. А вот дробовичок возьмём. Там хоть по силуэту…
В стойке что-то бздынькнуло, над прилавком появился светящийся контур коробки, и механически-женский голос произнёс: «Ваш заказ доставлен!»
– Забирай обнову, Сёмыч. Складывай в хранилище и помчали дальше. Времени в обрез, а опаздывать не комильфо.
КОМАНДА-УРАГАН
Они спустились в тот огромный вестибюль, из которого стартовали вчера.
– Кстати, – сощурился Дрозд, – после этого выхода так и так надо будет к Жене Васильевне зайти, не зайдём – дак вызовет. Вот у девчонок и спросишь, будет кто из ваших в ближайшее время или нет. Они-то уж точно должны знать. Если инфа не закрытая – поделятся. Нам вон в тот угол, там постап.
Народу в вестибюле было куда как больше, чем в прошлый раз. Почти толпа. Они пробрались к нужному лифту. Насколько Петька понял, «лифт» – это было что-то вроде жаргонного словечка для входа в локации, поскольку ни на какие этажи эта конструкция не поднимала и не спускала. Да и ладно, лифт – так лифт. Они нашли свободные двери и вошли в кабину. Внутри было просторно, даже очень. И высота потолка гораздо больше, чем можно было ожидать. Обе боковые стенки кабины были полностью зеркальными, как он в прошлый раз на это внимания не обратил? Можно себя со всех сторон рассмотреть.
– Ну что, стажёр, с почином! Зажигай браслетку, открывай хран.
Петька почувствовал, что руки немного дрожат, и постарался дышать ровнее. Дрозд предупредительно поднял палец:
– Теперь не вздрагивай. Если дома ты можешь переодеться обычным способом, вытащив вещь из храна, здесь я тебе рекомендую время не тратить. Выбираем комплект целиком, жмём «применить» – система тебя автоматически переоденет.
И всё-таки Петька немного вздрогнул, когда его отражение в школьных брюках и рубашке сменилось на парня в городской пыльно-серой полевой форме и балаклаве.
– Красавчик! – одобрил куратор. – Давай, не тормози: также боты, шлём, рукавички. Локти и колени не забудь, тут такое крошево везде, а лишние царапины нам не нужны. Ружбайку свою пока не доставай. Я тут вот что подумал. С непривычки шмальнёшь, да в кого из своих. Ты ж взаимодействие с ними в группе не отрабатывал.
Петька вынужденно кивнул.
– Ну вот. Есть у меня пара штукенций… С древковым холодным вас учили работать?
– Конечно!
– Отлич-ч-чно, загрузимся – выдам тебе.
Дрозд также быстро переоблачился из цивильного в похожую камуфляжку, вынул из храна дробовик. Набрал что-то на своём планшете. Свет начал стремительно тускнеть.
– Готов?
Петька выдохнул, стараясь погасить мандраж.
– Готов.
– Ну, пошагали!
Он ожидал, что откроются двери лифта, но вместо этого исчезла противоположная стена, за которой было также сумеречно, как теперь в кабине. Вот зачем свет померк! Чтоб глаза привыкли.
Они вышагнули в большую, но очень неопрятную комнату.
Дрозд снова полез в планшет.
Петька огляделся. Когда-то это, должно быть, была библиотека. Не большая, типа городской, а, скорее, личная. Вдоль стен стояли шкафы с настоящими бумажными книгами. Несколько столов было сдвинуто к стенам. Камин. Пара облезлых кресел. Пахло пылью, плесенью и… запустением, наверное. Основной цвет окружающего пространства был серым. Грязно-серым. Нет, кое-где сквозь грязь пробивалось ещё что-то. Вот, например, обои. Когда-то они, похоже, были светло-зелёными. Или бежевыми? С тёмно-зелёными полосами. Кое-где обои отставали от стен… нет, были отодраны от стен. В штукатурке, на которую они были наклеены, остались борозды… от когтей? Похоже, так. И след тянется. То ли кровь, то ли… следы разложившейся плоти? Куски бумаги подрагивали, и под ними что-то шуршало. Вот из-за оторванного края показались шевелящиеся усы. Таракан! Ну, не с кулак, но сантиметров пять – точно. Инсектомонстр пронёсся по стене и спрятался за косо болтающейся картиной.
– Фу, блин.
– Что?
– Тараканы…
– О, брат. Это ты ещё местных крыс не видел… Вот! – судя по всему, Дрозд нашёл, что искал. – С гораздо бо́льшим удовольствием я бы дал тебе клевец* или чекан**. Или подобную ковырялку типа люцернского молота***. Но условности локации таковы, что средневековое оружие не катит. Что логично – откуда ему взяться в свободном доступе в разрушенном городе двадцатого века. А вот что вполне могло бы где-нибудь тут валяться, и что мы с удовольствием используем…
*Клевец – древковое оружие
боевой молот с длинным уплощённым клином
прямой или изогнутой формы.
**Чекан – холодное короткодревковое оружие
ударно-раздробляющего действия
с боевой частью в виде четырёхгранного клина
достаточно большой толщины.
Происходит от боевой кирки.
***Люцернский молот —
разновидность боевого молота,
с клювом с одной стороны
и молотком (иногда зубчатым) – с другой.
Чаще всего этодвуручное оружие
с довольно длинным древком
Дрозд торжественно вынул из личного хранилища два тяжёлых строительных молотка на длинных ручках. С темляками*, чтоб случайно не потерять. Удобно.
*Темляк – тесьма, шнур,
бечёвка и т.п. в виде петли
на рукоятке оружия
или инструмента
для надевания на руку.
– Держи, Сёмыч! Мой тебе подарок на боевое крещение. Советую работать заострённой стороной. Черепушки колет на ура.
По периметру комнаты одновременно замерцали похожие на дверные проёмы пятна, из которых начали выходить бойцы. Эти все были не просто в твароновых комплектах. Экипировка включала обязательные бронежилеты, и даже руки-ноги были защищены наборной пластинчатой бронёй из шестиугольных гексов. Печенеги, АК-12 с подствольниками, сайги. На разгрузках гранаты. Шлемы навороченные, с тактическими щитками. Лиц вообще не видно. Вон тот, похоже, командир, с боевым компьютером на поясе.
Петька бегло пересчитал. Реально, двадцать. Игроки приветственно кивали, поднимали руки.
Дрозд дождался, пока окна выходов погаснут, и объявил:
– Добрый день, бойцы. У меня для вас новости. Хорошая, хорошая и очень хорошая. Сегодня с нами наш новобранец, стажёр, Сёмыч, прошу любить и жаловать. – Петька кивнул. – Он добровольно и без принуждения взвалил на себя тяжелейшую миссию: исполнять роль ценного, но очень слабо подготовленного для путешествия по постапу субъекта. Кто бы ещё смог найти такого добровольца в считанные минуты, спрашивается? Так что вам дико повезло. Вторая хорошая, вытекающая из первой. У вашей группы будет не одна задача, а две. Первая, как и предполагалось: доставить и активировать прибор. Вторая: эвакуировать живой и ценный объект, собственно, господина Сёмыча. Третья. Очень хорошая. Поскольку у стажёра уровень прохождения гораздо ниже, чем у остальной группы, уровень нагрузки на каждого из вас увеличится, с чем вас и поздравляю.
Группа переглянулась, повисла некоторая пауза, – в своём закрытом чате общаются, понял Петька, – после чего игрок с цифрой 1 на шлеме подошёл и протянул руку:
– Фил.
Петька пожал руку:
– Сёмыч.
– Могу я поинтересоваться вашим уровнем? Если это, конечно, не звучит для вас оскорбительно.
Петька вопросительно посмотрел на Дрозда, и тот жизнерадостно ответил:
– Конечно можете! Первый!
Это заявление вызвало секундное замешательство в отряде, Петька успел подумать, что сейчас они начнут возмущаться, но тут Фил покрутил головой и засмеялся:
– Да-а, Дрозд, умеешь ты удивить! Отличный вызов. Сёмыч, добро пожаловать. И предлагаю для удобства перейти на ты.
К концу этого спича за спиной у Фила уже сгрудилась вся команда, Петька пожимал руки и понимал, что всех точно запомнить не сможет. Да, наверное, и не надо. Зря, что ли, у них номера на форме.
Фил подтвердил его сомнения:
– С именами не заморачивайся. Если вдруг что: первый, пятый и так далее – это в рейде нормально.
– Я так и подумал, спасибо.
Подошёл Дрозд:
– Ну что, Фил, какие ваши соображения?
Тот достал карту и шагнул к одному из столов, где было посветлее, стараясь при этом не маячить в проёме окна. Дрозд последовал за ним, выразительно (насколько позволяли шлем и балаклава) кивнув Петьке, мол, давай за мной, смотри. Подошли номера второй и третий.
– Мы сейчас здесь, – ткнул Фил в карту карандашом. – Здесь и здесь лестничные перекрытия обрушены. По всему выходит, что нас подталкивают к мысли возвращаться через холл, как пришли. Получается, выходим в переулок. Выход направо сразу отметаем, на карте неочевидно, но там глухая стальная решётка и завал.
– Получается тупик, – высказался второй.
– Да. Налево попадаем на центральную улицу, через сквер, потом мост и по противоположному берегу до университета.
– Что нас смущает? – лекторским тоном спросил Дрозд.
– Во-первых, переулок, скорее всего, забит под завязку, по нашим свежим следам, – сумрачно высказался второй.
Петька удивился – почему по свежим? Но промолчал, отложил на будущее.
– Во-вторых, – так же невесело включился третий, потыкав в карту, – в сквере сидит паникёрша. Точку постоянно меняет, но не уходит. Инфа из трёх независимых источников, так что считайте – гарантия. Не дойдём до моста, на таком открытом пространстве тупо затопчут нас. Крышами можно попробовать, но, говорят, черепица тут сильно повреждена, слетает пятнами. Полкоманды угробим.
– Но если взять вот этот строительный план… – Фил вытащил ещё одну бумагу, на которой тоже стояла красная отметка – похоже, план дома, в котором они находились, – … и повнимательнее на него посмотреть, то возникают некоторые вопросы, на которые, мы надеемся, Дрозд нам сейчас ответит.
– Так-так, слушаю, – Дрозд явно заинтересовался.
– Увеличиваем. Что мы видим? – карандаш отметил несколько линий. – Ни одна стена в здании, включая несущие конструкции, не имеет столь большой толщины, как северная стена данной библиотеки. – Фил выпрямился и уставился на Дрозда: – Мы можем выйти через потайной ход?
Такое довольное лицо бывало у их преподавателя по экономике, если кому-то из класса удавалось решить каверзную задачу.
– Ни на минуту не сомневался в вас. Но! – Дрозд излюбленным жестом поднял палец. – Способ открытия подсказать не имею права. Думайте, ребята. Напоминаю вам, что до активации локации осталось ещё три минуты, до тех пор любые ваши действия не будут иметь никакого результата. Думайте!
Команда сгрудилась у северной стены, а Петька увидел обещанный значок закрытого канала:
– Сёмыч, ещё раз: вперёд не лезь и не отставай. – В руках у Дрозда появилась штурмовая винтовка с оптическим прицелом, вроде знакомые формы, но что за модель – конкретно сходу Петька определить не смог. – Ближе ко мне. И клювом не щёлкай, зомби тут быстрые, понял?
– Да.
– Молодец, юнга! Вопросы по локации есть? Любые, даже мелкие, давай, пока есть время.
Так. Первое:
– Почему номер два сказал «по свежим следам?»
– Хороший вопрос. Квест у команды длинный, многочасовой. Двое суток, в примерном приближении. Я такого удовольствия позволить себе не могу, поэтому он разбит на четырнадцать кусков. Прогружаясь, они стартуют с той точки, на которой остановились вчера. Здесь есть свои плюсы и минусы. Плюсы в том, что все отдохнули, со свежей головой. Наверняка они спокойно обсудили предыдущий кусок, подумали над картами и позависали на форумах, выбирая свежую информацию. Минус в том, что на самом деле ситуация с зомби сегодня реально хуже, чем вчера. И зомби тоже отдохнули, а те, кто был повреждён, уже восстановились.
– А паникёрша – это кто?
– Занятный персонаж. По легенде игры, дама, в человеческой жизни бывшая заполошной или скандальной. Как только она видит живых, включает такую верещалку, аж уши закладывает.
– И на этот крик…
– Так точно, сбегаются ещё зомби. Километров с трёх с округи собирает, а иногда и больше. Ещё?
Петька перебрал в голове новую информацию… Ну, разве что…
– Те следы на обоях оставлены зомби?
Дрозд оглянулся:
– Да, когтистые граждане. И параша эта с них периодически сочится, трогать не рекомендую. Попадание в рану, даже в мелкую, чревато. Свежая слизь – сто процентов заражение. Засохшая – вариативно.
– Понял. А столы к стенам специально сдвинули?
– Ага. Укрытие посреди комнаты. Нервирует. Всё, зона активирована! – Значок закрытого канала погас. – Господа, время!
05. ГОРОД МЕРТВЫХ
ШКАФЫ И ШТОРЫ
Как будто слегка изменились краски. Или это контуры стали более чёткими? Усилились запахи. Сквозь трещину в стекле окна потянуло ветерком, несущим душноватые нотки тлена. Пока команда ломала голову над книжными полками, снизу послышались звуки приглушённых ударов. И скрежет, от которого зачинали ныть зубы.
Петька невольно оглянулся на царапины в штукатурке.
– Спокойно, – негромко произнёс Дрозд. – Это игра. Помни. Просто игра. А ещё проверка тебя на… профпригодность, так скажем.
От этой мысли почему-то полегчало. Петька отошёл к окну, стараясь, как перед этим Фил, держаться в тени обветшалых портьер. Город был старый. Нет, старинный, с домами, построенными так, чтобы верхние этажи выдавались над нижними. Не настолько, чтобы можно было перескочить из окна в окно, как в «Снежной королеве», зато настолько, чтобы выдающиеся конструкции скрыли от наблюдателей происходящее на тротуарах. Сквозь трещину доносилась возня и невнятные звуки. Судя по всему, зомбаков собралось столько, что им там уже тесно.
Петька отвёл взгляд и вдруг увидел, что портьера в доме напротив дрогнула. Показалось? Нет, ещё раз! И… Это же не поддерживающая петля, это рука! Почти такая же серая, как пыльная, полуистлевшая ткань!
Он шагнул назад и негромко предупредил:
– Внимание. Там наблюдатель.
Обернулось сразу несколько голов. В голосе Фила сквозило недоверие.
– Не может быть! Зона закрыта на командное прохождение. Здесь не может быть других игроков.
– А это не игрок, – Петька продолжал наблюдать сквозь прореху в ткани. – Обратите внимание, окно напротив. Если считать по фасаду, четвёртое слева. Ткань подтянута. Я сперва думал, это крюк или петля для портьеры. Но оно иногда шевелится.
Первый открыто подошёл к столу, разложил на нём карту:
– Дрозд, прошу сюда. Второй и четвёртый тоже. Пусть видят, мы совещаемся. Если эти зомби способны на такой уровень игрового взаимодействия… Третий, постарайтесь опустить портьеры так, чтобы они не оборвались. Не уверен, правда, что нам это поможет, но всё же. Дальнее окно для света оставь.
Трое бойцов подошли к окнам, отстёгивая ленты портьер. Петька тоже отцепил посеревшую атласную ленту шторины, за которой стоял, от тусклой пуговицы. Старое полотно колыхнулось, расправляясь, но не оборвалось. В комнате стало совсем сумрачно. Ткань в окне напротив тоже обвисла. Рука исчезла.
– Вижу вариант! – раздалось от полок. – «Психология, том первый, Внимание» и «Психология, том второй, Безусловные рефлексы».
– Пробуем!
Над шкафом загорелась подсветка и проявилась массивная ручка. Петька про себя отметил, что пока двое тянули тяжёлую дверь, двое страховали, уставив оружие в открывающуюся темноту тайного хода.
Но никто не выскочил. Из коридора тянуло холодом и сыростью. Не тленом. Отряд дружно зажёг фонарики и начал спуск. Похоже, порядок действий тут отработан чётко. Дрозд тоже достал два фонаря, прицепил на шлемы себе и Петьке, скомандовал:
– Сёмыч, за мной! – и нырнул в коридор.
Последнее, что Петька услышал, был донёсшийся из входного холла треск прогнившего дерева и звуки многочисленных падений. Похоже, зомби выдавили-таки двери. Массой. Шкаф встал на место, отрезая внешние звуки, и наступила тишина.
ПОДЗЕМЕЛЬЕ
Света фонариков, худо-бедно отражаемого стенами, хватало, чтобы не подворачивать ноги на узкой лестнице внутри стены. Коридор сворачивал то вправо, то влево, и Петька подумал, что идущим впереди, наверное, нервозно всё время ожидать, что кто-то выскочит из-за угла. Это, конечно, понятно, что игра, и реальной опасности никакой нет, а всё равно… не по себе как-то.
Они спускались всё ниже и ниже, по ощущениям Петьке казалось, что они уже ниже уровня городских тротуаров. Стало сыро, по стенками стекали капли конденсата, а под ногами скользила влажная земля.
За очередным поворотом коридор расширился метров до двух с половиной. Пол его уже был ровным, как будто покрытым асфальтом, и поблёскивал лужицами. Потолок через каждые три метра поддерживали арочные конструкции, а в боковых стенках время от времени чернели провалы ходов-ответвлений.
Игроки притормозили, что-то обсуждая.
– А доставай-ка молоточки, – пробормотал над самым ухом Дрозд. – Темлячки не забудь накинуть. И помни: острой стороной – надёжнее. И не психовать! Это игра.
Конечно, игра. Ещё бы эхо от капающей изредка воды не было таким громким. В боковом тоннеле заскреблось, заставив отряд ощетиниться оружием. На середину коридора выскочила крыса, блеснула на людей глазками и помчалась дальше, по своим крысиным делам. Петька передёрнулся. Чуть не с метр размером.
Фу, блин.
Отряд бодро двинулся вперёд, стараясь издавать как можно меньше шума.
Петька дёрнул Дрозда за рукав и поднял руку. Тот включил закрытый канал.
– Слушаю.
– А крыса может быть фамильяром?
– Конечно!
– А фамильяром высших зомби?
Дрозд открыл рот… и закрыл. Несколько метров он шёл молча, затем покрутил головой:
– Да ну, бля… У меня никогда… С другой стороны, я и не пытался… Да как это… – он повернулся к Петьке: – Ты знаешь, Петя, ты меня сейчас сильно озадачил. Нужно будет выяснить этот вопрос.
И тут они услышали звук. Нарастающий, он, казалось, шёл со всех сторон. Шарканье, шлёпанье множества ног, хриплое дыхание, и ещё звук, похожий на придушенный, утробный вой. Петька думал, что Фил скомандует «бежать», но отряд остановился и приготовился к обороне. И когда появились первые зомби, безымянные бойцы Фила начали расстреливать их, как в тире.
Нет, он думал, что будет страшнее. Ну, зомби. Быстрые, конечно, но… Они бежали и падали под выстрелами. И много их было, очень много. Может, это такая стратегия игры, замуровать игроков в подземелье, под телами?
Поток серых тел становился всё плотнее. В ход пошли гранаты.
Интереснее было наблюдать за работой команды. И за Дроздом. Он как будто успевал увидеть всё, подстраховать. Судя по шевелящимся губам, у Дрозда был закрытый чат с командой. Нет, наверное, всё-таки с Филом.
Вот с той стороны, откуда они пришли, из тоннеля вывалилась новая порция зомби…
Так вот что значит «паникёрша»! Все звуки исчезли, сменившись вибрирующим звоном. По шее что-то текло. Петька прикоснулся рукой и с удивлением увидел на пальцах кровь. Он ранен что ли? Это от паникёрши? Дрозд выцеливал что-то в толпе зомби. И тут – нет, он не услышал, скорее почувствовал кожей тёплый порыв ветра, почему-то сверху – и обернулся, чтобы увидеть, как в потолке над ними раскрывается люк. Всё было очень медленно. И сам он был медленный, это плохо.
Из люка спрыгнул зомби, очень рослый, метра два с половиной. Интересно, он при жизни был таким или это вирус так действует?
В руках у зомбака был здоровенный кусок доски, как будто оторванный от какого-то ящика, и из этого куска торчало два здоровенных гвоздя. Он и приземлился ногой прямо на эти гвозди – и хоть бы что, видимо, у зомби чувствительность к боли нулевая! – небрежно освободил ступню – а Петька всё плыл и плыл, и никак не мог ускориться – и тут зомбак размахнулся и шарахнул Дрозда по руке, выбивая винтовку…
Петька закричал, но услышал свой голос издалека, как будто через толстую ватную подушку. И он совсем забыл, что Дрозд сказал бить в голову, и ударил зомбака по руке, в которой была доска. Рука плыла сквозь пространство медленно, как сквозь карамель. И он усилием воли хотел заставить её двигаться быстрее, но не мог. Зомбак выпустил доску, которая не упала, а зависла, плавно покачиваясь, словно оседая в волнах, и начал разворачиваться к нему. Вторая рука поднималась, и Петька понимал, что не успеет замахнуться и нанести удар.
Вблизи зомби оказался куда страшнее, чем из кольца защитников. Серая кожа, местами истлевшая, сквозь которую проглядывала разваливающаяся плоть. Сочащиеся слизью глаза. Запах гниения смешивался с запахом медицинского консерванта, забыл его название, создавая совершенно тошнотворный коктейль. Разложившиеся губы открывали вечный оскал.
Зомби перехватил поднимающуюся Петькину руку и начал её выламывать, выдавливая из ладони молоток.
И тут мир ускорился, и острый клюв второго молотка вошёл в серый висок.
Вокруг творилась невообразимая каша. Всё мелькало, а воющий гул никак не прекращался. Кто-то подхватил его под мышки, пол коридора рванулся вниз, и его втянули в тот верхний коридор, откуда выскочил зомбак с доской.
Сбоку выдвинулось лицо Дрозда, он что-то спрашивал и показывал пальцы. Хотел помотать головой и сказать, что не слышно… Ой, бля… С-сука, больно-то как…
Петька зажмурился, пытаясь задавить разрывающую голову боль. Почувствовал, что кто-то расстёгивает рукав, укол инъектора…
Свист исчез внезапно, вместе с болью. Голова, на удивление, не развалилась на миллион черепков, и рука тоже была целая. А что самое отрадное – вернулся слух!
Дрозд матерился страшно. Немного послушав, Петька понял, что материт он исключительно себя. Если выкинуть все неприличные слова, в сухом остатке получалось «я дурак» и «какой косяк». Петька прочистил горло.
– А вот это и была паникёрша?
Ответил Фил:
– Это, брат, была контузия. Я такого, если честно, ещё не видел.
Дрозд прекратил самобичевание и скомандовал:
– Всё, ребятушки, ноги в руки. Сейчас они бегут в нижние коридоры, но скоро сообразят, куда мы делись.
Они прочапали по маслянистым лужицам до светлеющей в отдалении арки выхода и осторожно огляделись из-за чахлых кустов.
КАТЕРОК
Верхний туннель выходил под мост, рядом с одним из речных причалов. С их места было видно, как в такую же арку, только уровнем ниже, толкаясь, лезут зомби. Причал полностью опустел. Зато остался старенький катерок, с которого только что на зов паникёрши выбежала вся зомби-команда.
– Похоже, не придётся мост штурмовать? – пробормотал Фил, – Кто у нас катерами рулит?
– Двенадцатый, – ответили сзади.
– Вперёд. Вторая четвёрка – прикрытие.
Спустя пять минут они уже грузились на бодро чихающее судёнышко.
– Топлива маловато, но до университета дотянем! – объявил двенадцатый.
Они успели выйти на середину реки, когда из верхнего, покинутого ими тоннеля показались первые зомби.
На катере Петька окончательно пришёл в себя. С одной стороны, это было здорово, а с другой – драка с зомбаком вспомнилась во всех подробностях и ощущениях – и некоторое время он самозабвенно блевал, свесившись через борт.
После этого хмурый Дрозд протянул ему пол-литровую коробку сока:
– Пей так, из горла́.
Полегчало.
Потом Дрозд достал бутылку воды из своего необъятного хранилища, Петька тщательно вымыл руки и лицо, стерев, наконец, кровавые дорожки с шеи. Потом сели на нагретые солнцем доски палубы, где почище.
Полегчало совсем. Проснулось любопытство.
– А что за штуку мы несём в университет? – полюбопытствовал Петька. – И почему туда?
– Типа антивирусный излучатель. Если мы донесём его до университетской лаборатории и вставим в прибор, то в радиусе двух километров он автоматически зачистит всех зомбарей с поражением более восьмидесяти пяти процентов.
– Каким способом?
– Превратит в сухие трупики. Полная мумификация. Окончательная смерть.
– А с меньшим поражением?
– Меньше – это если у зомбака стаж не более часа.
– Свежеукушенный?
– Нет, не просто укушенный, а уже превращённый. Ну и все инфицированные, но ещё не превращённые исцелятся тоже.
– И долго он работает?
– А вот это правильный вопрос! Работает двадцать минут, потом полностью выгорает.
– И перестаёт действовать?
– Тебя интересует, не встанут ли трупы?
– Да.
– Нет. Говорю же, смерть окончательная. И исцеление, кому повезёт – тоже. Но как только излучение погаснет, с периметра ломанутся свежие. Вспышку увидят все и немедленно начнут стягиваться на границе досягаемости излучения. К двадцатой минуте, уверяю тебя, там стеной стоять будут. Но за двадцать минут команда успеет разминировать один из системных блоков с секретной информацией и выскочить с ним на университетскую площадь, куда должен прилететь вертолёт. Все эвакуируются, хеппи-энд, раздача медалек.
М-гм. Ещё один вопрос требовал ответа.
– А почему я сильнее всех на паникёршу среагировал?
Дрозд включил закрытый канал и ответил:
– Потому что я, Петя, самоуверенный дурак.
Петька молчал, не зная, что на это сказать. Дрозд с досадой вздохнул:
– У тебя уровень болевого восприятия какой стоит?
– Н… не знаю, – Петька пожал плечами.
– По умолчанию, в детских локациях, у всех – сотка! А к зомбям когда заходят, все снижают, хотя бы до двадцати пяти – и это самые отморози. А так – десять. И корректировать настройки внутри игровых локаций нельзя. Только заранее.
Хм.
– А что это за инъектор был?
– Универсальная лечилка. Всегда таскай с собой несколько.
– М-гм. А где их брать?
– Завтра сядем и начнём с азов. Прям под запись. А то, чую, за эту вылазку галопом по Европам, мы с тобой ещё огребём… – Дрозд прикрыл глаза и привалился к борту. – Особенно я.
УНИВЕРСИТЕТ
Отдыхать пришлось недолго от слова совсем. Не успели сесть, как кто-то уже объявил:
– Подходим!
Видимо, набережная и площадь перед университетом входили в зону действия паникёрши – поднимающиеся от причала ступени, всё открытое пространство до самого распахнутого входа и даже виднеющаяся внутри лестница были совершенно пусты.
Однако все замеченные ими вдоль набережной зомби, торопившиеся в точку призыва, при виде катера останавливались, а затем разворачивались вслед за ними. Пока у отряда оставалась фора в полкилометра, но она стремительно сокращалась.
Они вломились в университет с парадного входа, и тут же кто-то крикнул:
– На три часа!
Из бокового коридора вывалилась целая толпа зомбаков.
Лестница на второй этаж поднималась двумя дугообразными крыльями, соединяясь на верхней площадке. Отряд побежал по левой стороне. Преследователи разделились. Одни буквально наступали игрокам на пятки, довольно ловко укрываясь за колоннами и балясинами лестницы, другие устремились направо, видимо, надеясь обойти отряд с другой стороны.
В конце концов бойцам удалось отбить верхнюю площадку и отступить во внутренний коридор, а затем в оранжерею, заблокировав две пары дверей.
Надолго ли?
С лестницы долбилось.
Фил развернул ещё одну карту:
– Здесь, в оранжерее прятаться негде…
Петька оглянулся. Действительно, даже на голову неожиданно не свалишься, сплошное стекло.
– … Дальше поперечный коридор, выходящий в аудитории. Оттуда могут подтянуться. Но нас интересует помещение прямо напротив оранжереи. Если проскочим и также заблокируем двери, есть шанс.
