Текст книги "Его сезонная "жена" (СИ)"

Автор книги: Ольга Рог

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 7 страниц)

Глава 6

Зое не пришлось прикидываться, ей действительно было плохо морально и физически. Слабость, головокружение и тошнота. Что до живота… Его она совсем не чувствовала, словно та зона онемела, на нее положили тяжелый пласт льда. Только ноги тянет и сводит чуть выше бедер.

– Мне жаль. Похоже, у вас замершая беременность. Структура эмбриона нарушена. Нужно делать чистку, – врач УЗИ, не снимая перчаток заполняла электронный отчет, прикрепляя к истории снимки.

– Вы уверены? – Зося приподнялась на локтях, чтобы рассмотреть эти странные кляксы на мониторе.

– Более чем. Возможно, инфекция или сильный стресс, ослабленный организм. У меня, двадцатилетний стаж, повидала и не такое. Но если вы сомневаетесь, можете обратиться к другому специалисту, – врач не обиделась. Она понимала, что сообщает неприятную новость. Ее не смутил истеричный смешок рыжеволосой женщины. Прикрыв лицо руками, Кречет дергалась от смеха, переходящего в рыдания.

– Знаете, как говорят? Природа сама решает…

Наверное, врач говорила это тысячи раз несчастным, у кого беременность прекратилась фатально, по воле случая или из-за сложившихся стечения обстоятельств. Узистка не говорила больше, давая время для осознания. Закончив печатать, вздохнув, поднялась, прихватив карту. Ей нужно сообщить главному врачу про пациентку на «особом контроле».

– Нужно сделать оперативно сейчас, пока не началась интоксикация. Организм Зои Кречет и так в полном ауте. Вы посмотрите на ее анализы крови! Я бы голову оторвала тому, кто ее вел. Довести женщину до такого… – узистка возмущалась перед начальником и трясла заключением, нисколько не обращая внимания на сидевшего в углу на стуле хмурого мужика, который сопровождал Зосю. – Понакупают дипломов, бездари!

Мужчина встал и тихо прикрыл за собой двери. Он коротко сообщил боссу, что ребенка не спасти, там спасать уже некого. Все отчеты, которые ему посылали – филькина грамота. Его жену могли угробить.

Необычная тишина, даже какая-то странная. Солнечный луч из окна трогал ее лоб и скулы. Волосы окрасились в червонное золото. На белой коже рук просвечивают синие нити вен. В одну из них через иглу капает лекарство, очищая зосину кровь.

После наркоза, Зоя еще не совсем понимала, где находится. Стены в зеленой краске ни о чем не говорили. За дверью гулкий шум длинного коридора: стуки, голоса…

Со скрипом приоткрылась дверь и вошла женщина в белом халате. Половину лица ее скрывает медицинская маска. Незнакомые холодные голубые глаза. Молодая. Намного моложе Зоси.

– Бесполезная старая кляча, – в мелодичный голос никак не вписывались слова, исходящие от нее. – Даже выносить ребенка не способна. И что с тобой делать? М?

Зоя из-за отходняка не совсем врубалась, зачем с ней нужно что-то делать. Блондинка ведет себя очень нагло, кружа вокруг кровати, словно упырь над жертвой, решая куда лучше вонзить клыки.

– Кто ты? – смогла разлепить губы Зоя. Голос хриплый. Гортань царапало, будто стекла наглоталась.

– Не догадываешься? – стерва оттянула маску на подбородок и кривляясь пухлыми пластическим пельменями, выплескивала свое презрение. – Я – любимая женщина Валеры, которая должна была воспитывать твоего ребенка, когда ты сдохнешь. Уж я бы его любила, – растянула улыбчатый рот. – Он бы звал меня мамочкой…

– Так роди сама, – Зоя не моргая, рассматривала соперницу с кукольным личиком, красоту которого портили злые бесстыжие глаза и гримасы.

– Гены подвели… – поморщилась любовница мужа. – Валера боится, что родится урод с эпилепсией, как мой брат. А вот, ты – породистая, но старая кляча, – похоже, что блонди нравилось это определение и она повторяла его снова и снова.

– Оставьте меня в покое. Я дам Кречету развод, – Зоя ничего не испытывала, кроме усталости. Ей хотелось остаться одной. Пусть эта девка уйдет и оставит ее в покое. Даром Валера не нужен. Где расписаться добровольной в передаче такого «добра»?

– Дура! – зашипела голубоглазая, нависнув над ней. – Он не хочет разводится. Сказал, что этот брак для него первый и единственный. Но выход есть, – она кокетливо поправила рукой шапочку медсестры на голове. – Валера станет вдовцом.

Зоя наблюдала, как негодяйка полезла в карман, вынимая белые латексные перчатки. Не торопясь, натягивала их, испытывая особое наслаждение от данного момента, словно только об этом и мечтала. Затем, из того же кармана достала небольшой, наполненный какой-то мутью шприц.

Шаг и она, откидывая колпачок с иглы, вонзает острие в пакет с раствором. В прозрачной субстанции расползаются темные «щупальца» в разные стороны, заражая лекарство ядом.

***

– Помнишь, у тебя был бежевый пуловер с круглым воротом и юбка в такие складочки? – Валера выписывал на ее обнаженном плече знаки, напоминающие сердечки.

– Плиссированная, – уточнила Зося. – А у тебя джинсы и куртка, которую ты никогда не снимал в аудитории и тебя несколько раз из-за этого выгоняли…

Она жалась к нему всем телом, млея от схлынувшей страсти, после которой разливалось блаженное тепло и нега.

– Я хотел, чтобы ты обратила на меня внимание, Зой. Самая красивая девушка института – мечта любого парня. Ты тогда на пятый раз не выдержала и обернулась, сказав: «Сними, дурак, куртку!» и перекинула волосы назад. Я поплыл, Зоська-а-а, – он всунул нос в ее огненную гриву и часто задышал. – Мое сокровище. Никому и никогда не отдам.

Глава 7

Блондинка никуда не торопилась, она как паучиха ждала, жадно всматриваясь в лицо, что ее жертва начнет биться в конвульсиях, с пеной у рта просить пощады. Странно, что зеленые глаза на нее смотрят без страха, и даже немного с жалостью.

– Что за фигня? – забеспокоилась устранительница жены своего любовника. – Сломалось, что ли? – «медсестричка» потянулась подергать за трубки. Затем, суетливо начала скакать рядом с капельницей, выглядывая помеху, почему отрава не доходит до неугодной соперницы.

– Мозг твой куриный сломался, – послышалось со стороны двери и липовая медичка дернулась, ойкнув и отскочив от лежащей на кровати Зоси подальше.

Две красавицы, будто сошедшие с обложки глянца. Хищные желтые глаза, сложно признать за человеческие и серые, как самый непроглядный туман. Одинаково опасные в своем желании придушить негодяйку.

– Все, уводите ее. Материала для обвинения больше, чем достаточно, – цокая каблучками вперед вышла Тоня Савицкая и проходя мимо, впавшей в ступор блондинки, двинула ей ненароком плечом. – Как ты, Зось? – подруга склонилась над Зоей.

– Нормально, – выдала хрипло Зоя. В горле было остро, хотелось закашлять. Но, чтобы кашлянуть, нужно втянуть в себя воздух, а она не могла… Будто кол в грудь воткнули. На нее обрушилась неприглядная правда. Валера и его девка хотели зоиной смерти. Один витиевато говорил, другая – прямым текстом заявила. Если бы не девочки…

Взгляд Зои блуждал по небольшой комнате, где людей с каждой секундой добавлялось.

– Я…Я не понимаю?! – верещала девица, когда ее люди в форме вытаскивали из палаты. Правильно! Если не знаешь, как выкрутится, включай несознанку: шла мимо, ошиблась дверью.

– Чего тут понимать? Покушение на убийство. Срок до восьми лет, милочка, – прикрикнула вслед Ольга Белович. – А мы уж позаботимся, чтобы ты получила по полной, – добавила тише. Где было знать убогой, что за ней давно следили. Белобрысая поссать без лишних глаз не сходила – везде камеры и прослушка, даже таксист, что вез ее сюда, был подставным.

Кречет тоже подорвался в это захолустье, но по понятным техническим причинам добраться вовремя не смог… То колесо спустится, то автоматическая коробка передач заклинит. А погода сегодня не летная. Магнитные бури ему сотовую связь отрубили. Валерочка вообще не понимает, какого хрена творится у него под носом.

– Зоська, мне так жаль, – Ольга взяла ее за руку. – Мы хватились на третий день, поняв, что Кречет врет, как дышит. Начали тебя искать… – У Белович челюсть свело, она пыталась удержать в себе весь перечень известных ей ругательств.

– Нашли тебя, Зой. В том пансионате уже были внедрены наши люди. Это жесть, что он с тобой сделал. Просто не поддается описанию, – на глазах у Савицкой выступили слезы.

– Надеюсь, ты не простишь этого козла? – Ольга зачем-то решила уточнить и встретила удивленный взгляд женщины, у которой выпили пять ведер крови и спросили: «А есть еще?». Зося готова на карачках ползти, лишь бы от Кречета подальше.

Про неудачную беременность не говорили, молчаливо приняв, что это тема – табу.

– Зось, надо ехать. Кречета долго не удержать, скоро доберется до больницы. Во дворе стоит реанимобиль с нашим врачом. Домчимся до другой клиники. Поставим, подруга тебя на ноги, будешь лучше прежнего.

Зоя фыркнула: «Куда уж лучше?». На привидение смахивает, не понятно, как в теле душа держится. При упоминании о муже на лице прошла едва заметная судорога боли.

Ей помогли одеться, накинув сверху длинное пальто с капюшоном.

– Твоей дочери, Полинке, пока ничего не говорили. Девочка тоже подняла панику и хотела бросить учебу и приехать из Питера. Кое-как успокоили.

– Все же, чувствует ребенок, что с матерью беда, – поддакнула Тоня.

Они ехали все вместе в машине «Скорой помощи».

***

Валерий был на охоте. Свист егеря. Лай собак разносится хорошо в нижней долине у подножья горы. Под ногами хрустели ветки, мох хлюпал влагой. Запах сырых подгнивших листьев поздней осени и перезрелых грибов.

Из-за куста он прекрасно рассмотрел маленькую косулю: стройные ноги, белые пятнышки на боках лоснящиеся в рыже-коричневом окрасе. Красотка грациозно повернула маленькую голову с рожками в его сторону и расширила ноздри, почуяв чужака.

В оптический прицел Кречет отчетливо видел ее, как на ладони. Валера уже был готов нажать спусковой крючок ружья.

Самка смотрела на него с невинным любопытством. Невероятно красивые глаза в обрамлении чуть опущенных темных ресниц, были не карие и не черные… Косуля смотрела на него в полной растерянности зеленью… Он отчетливо видел глаза Зоси.

Валера крепко зажмурился, подумав, что не надо было вчера пить коньяк. Третья порция явно была лишней. Потряс головой и снова посмотрел на животное. Там, где стояла ранее косуля, была прекрасная женщина в обрамлении огненных волос.

Кречет сглотнул горечь во рту. Его сковало, не мог пошевелиться и не мог оторвать взгляда от плавных женственных изгибов нагого тела – ослепительно белого, прикрытого лишь рыжими блестящими локонами до бедер, как в молодости носила Зося.

– Догонишь меня? – спросил девичий голос из прошлого и зеленые глаза лукаво блеснули.

Впервые за все время охоты, Валера никого не убил. Его нашли товарищи, обнимающегося с березой. Кречет бездумно повторял только одно имя – Зоя.

– Травы, что ли обкурился? – ворчал одни из охотников, которому выпало вести под руку Кречета к базе.

Там он и узнал, что жена потеряла ребенка.

Глава 8

Несколько сезонов назад.

– Матильда девок свежих привезла. Кречет, не хочешь посмотреть? – лениво мазнул по его лицу взглядом партнер по нардам. Потряс в кулаке кости и бросил из на доску, обитую зеленым сукном.

– Сдались мне эти шмары, – в карих глазах скука. Валера собирался хорошо выспаться после удачной охоты. В мышцах приятная усталость. Да и после стаканчика виски клонит в сон. Кречет зевнул, прикрыв ладонью рот, признавая свое поражение в игре. Без сожаления бросил на стол несколько проигранных купюр. Поднялся, махнув на прощание товарищу рукой и ровной походкой, почалил в сторону своего номера.

В полутемных коридорах, где от светильника до светильника не всегда есть свет, он услышал тихий всхлип. Замедлив шаг, прислушался. Сонность как рукой сняло, появился интерес: какого черта здесь кто-то плачет?

Девчонка со светлыми волосами забилась в угол. Она сидела на полу, подогнув к груди колени, опустив в них голову и тихо ныла.

– Эй, ты чего? – Кречет присел на корточки и стал ее рассматривать, прищурился, пытаясь ее получше разглядеть.

– Я… Я не хочу. Меня обманули, – она вскинула зареванное бледное личико с голубыми глазами. Нижняя губа трясется, едва выговаривая слова. Малышка даже в плаксивом состоянии была хороша, просто конфетка. Даже в темноте Валера увидел напуганные огромные светлые глаза, полные губы.

«Должно быть, одна из шалав» – с сожалением, подумал он. Многие прикидываются жертвами, чтобы разжалобить богатых клиентов и напросится в постоянные содержанки. Кречету такого счастья не нужно.

– Помогите мне отсюда выбраться… Пожалуйста. – тонкие пальчики потянулись к нему и вцепились в свитер. – Я заплачу! – У нее высунулся розовый язык, который смахнул соленую влагу с губ, и она хлюпнула носом.

Девчонка закопошилась в маленькой сумочке, пытаясь что-то отыскать.

– Да, где же они? – бубнила себе под нос. В раздражении высыпала все содержимое на ковровую дорожку. Удовлетворенно пискнула, обнаружив тысячную купюру, сложенную в несколько раз среди женских мелочей. – Вот, возьмите. Больше у меня нет.

Кречет таращился на деньги, которые блондиночка пыталась ему в руку впихнуть. Стало забавно. Развеселила девка.

– Поднимайся. Переночуешь у меня в номере на диване. Завтра я в город поеду.

Встал и пошел дальше, слыша, как сзади семенит дурочка, у которой что-то по пути падало из рук, то она запиналась об собственные тонкие ноги. Блондинка пыхтела, чертыхалась и снова его нагоняла. Как бездомная кошка, она юркнула в приоткрытую дверь, боясь, что ее перед носом захлопнут… Что хозяин передумает пускать приблудную.

Валера выдал ей плед и подушку из шкафа, а сам ушел в душ. Когда вернулся, блондинка, укрывшись с головой, тихо сопела на диванчике. Он хмыкнул и завалился в спальне на большую кровать.

Кречет проснулся от того, что женское гибкое тело насаживается на его утренний стояк. Прифигел немного… Но сдался похоти, впервые переступив за черту измены.

Глория, а по паспорту Галина, размазывая сопли по щекам, говорила, что влюбилась в него – благородного и красивого. Она никогда таких мужчин не встречала. Смотрела так преданно…

– Если больше не захочешь меня видеть, я пойму, – опустив ресницы, кусала сочные губы.

Кречет посмотрел на упругие грудки, ладную фигурку. Узкая дырка вполне устроила. У всех членов охотничьего клуба есть любовницы, да не по одной. Бонусом эскортницы, с доставкой прямо на базу.

Пусть будет Глория. Чем Кречет хуже других?

«А Зося?» – зудела совесть… Но не так чтобы очень. Муками раскаяния Валеру не прибило. Он был готов к тому, что жена узнает и начнет истерить. Так и случилось в первый раз. Откупился. Валере было проще не замечать грустного взгляда жены. Внутри больше нигде не екало, когда он собирался на сезонную охоту и по пути прихватывал любовницу.

С Галькой был уговор, что они встречаются только на базе и нигде больше.

Все изменила беременность Зои. Кречет отчетливо увидел, что жена настроена решительно и хочет уйти. Он ляпнул, что отпустит ее, если Зоська родит ему ребенка. Была надежда, что став матерью, она не захочет одна воспитывать малыша, ему нужен отец. Много лишнего наговорил, еще больше сделал такого… Словно бес в него вселился.

– Ты ебанулся, Кречет! – вынес вердикт его товарищ по нардам. Жену трогать нельзя! Она с тобой и в горе, и в радости. Мокрощелки только для траха нужны… Чтобы ты понимал разницу между шлюхой и родной женой. – Он покачал головой, – возвращаешься домой после охоты и чувствуешь, что вот оно, настоящее. А здесь ты просто весь негатив скидывал. Скинул и забыл. Не было ничего. Ни имени бляди не вспомнил, ни ее морды продажной.

– Зоська рожать от меня не хочет, – обиженно выпятил нижнюю челюсть вперед Валерий.

– Я бы от тебя тоже рожать не стал, – решил пошутить товарищ. Хрюкнув, обвел взглядом зал. Посерьезнев, взглянул Кречету прямо в глаза. – Избавься от шлюхи, – подавшись вперед, проговорил тихо. – Что-то ты мне в последнее время совсем не нравишься. Мозги у тебя, Валер, протекать начали.

Странно, но следующим днем партнер по нардам пропал на охоте. Бесследно.

Потом сообщили, что он якобы, бухой погнал на машине, и не справился с управлением. Итог был плачевный – разбился насмерть.

Глава 9

– Босс? Вы как? – потряс водитель Кречета, который сидел на скате обочины в пожухлой и сырой траве. Его стошнило слизкой чернотой и утренним кофе с привкусом бензина. – Я починил, можем ехать. Хотите воды? – протянул ему наполовину початую бутылку.

– Давай, – прокаркал Валера, которого трясло, будто с глубокого похмелья.

Он сделал несколько жадных глотков, туман перед глазами рассеялся. Накрыло непонятным чувством, что в нем борются два человека. Есть мысли упорядоченные, а есть те, что навязаны: злые, безжалостные, отравленные. Они приказывали Кречету найти жену и наказать… Сдавить белую шею и смотреть, как угасает в прекрасных глазах последняя искра. Потеряла, тварь, наследника… Ее вина. Отомстить. Искромсать, смять, уничтожить.

– А-а-а! – Валера схватился за голову. – Что блядь, такое?

Он орал, встав на карачки. Вцепившись в землю, вырывал траву вместе с корнями. Бился лбом. Катался, пытаясь судорожно скинуть с себя наваждение. Выбившись из сил, завалился на бок. Тер грязными руками глаза и что-то мычал про Зою…

Мимо пробежал кабан с зелеными глазами. Посмотрев на него, хрюкнул, вильнув своим крючком, побежал, перебирая копытами дальше.

– Пиздец! – рядом стоял водитель, с телефоном в поднятой руке. Он пытался поймать хоть какую-то связь, но они были в «мертвой» зоне.

– Шеф, чего делать? Сраное захолустье. Хоть бы кто подсказал, куда дальше ехать. Навигатор глюканул…

– Ты видел? – Валера поднял голову. – Кабана видел?

– Нет здесь никого, – водила, открыв дверь машины, плюхнулся на сидение, широко расставив ноги, размышляя как быть дальше. Начальник совсем шизанулся. Если его посадить в машину, они доедут только до первого столба. Вон, пополз, подзывая какого-то кабанчика.

Мимо промчалась ракетой скорая помощь, разметав с дороги желтые листья. Кричать ей вслед бесполезно. Упустил момент. Он только вздохнул и снова посмотрел на Кречета. Почесав затылок, нашел в бардачке таблетку шипучего аспирина от похмелья. Закинул ее в бутылку с оставшейся водой. Взболтал.

– Пей! – поднес к губам полудурка, который снова давай копать, как псина ямку.

Валерий все выхлюпал и притих, воткнувшись головой в нарытое, выпятив зад, будто нашел заземление.

– Сань, давно я такой дикий? – неожиданно раздался вполне осознанный голос.

– Даже не знаю, босс… Как связались с той белобрысой девкой, сам не свой. Не нужно вам больше на охоту ездить. Жуткое место, сатанинское, – водителя передернуло. – Такое чувство, будто за тобой со всех сторон смотрят. В головах звериных¸ что на стенах висят в каждом глазу…

– По камере, – Кречет встал на ноги. Не сразу, конечно. Опираясь руками в колени, застонал от головной боли. У него в мозгу раздавались щелчки, словно переключатели срабатывают. – Есть еще такая волшебная таблетка? – повернул почерневшее от грязи лицо в его сторону.

– Есть! – закивал Саня. – И умыться бы вам не помешает. Я щас! В багажнике еще пятилитровка в запасе.

***

Солнце близилось к закату, и его оранжевые лучи красиво рассеивались по комнате. Зоя пила чай, обхватив чашку руками. Прошло три дня, как подруги выкрали ее из больницы.

– Зой, тут такое дело, – напротив плюхнулась Савицкая и навела на нее серые встревоженные глаза.

Зося подняла брови, показывая, что вся во внимании. Сделав еще глоток, почмокала, радуясь простым вещам, таким как вкус малины на губах и спокойная безопасность.

– Похоже, Кречета подсадили на дурь на той базе. Есть еще один из охотников, который приехал домой после сезона и вырезал всех собак. Хорошо, жена с детьми ушла от него раньше. Зось, там черте что творится. И за этим стоят страшные люди. Мотивы пока не ясны, но…

– Не нужно его оправдывать, Тонь. Такое простить невозможно.

– Я не оправдываю, – замотала головой подруга. – Просто их цели не ясны.

– Оу, милая… Все старо как мир. Деньги и власть. Возможно, месть. Тонечка, узнай, не происходило ли там что-то раньше? Может, случай какой-то… Несчастный.

– Слушай, а ты права! – Тоня выпучила глаза. – Месть! Как же я раньше не подумала? Это же охотники, люди с оружием и азартом стрелять во все подряд! Мы выясним, Зоинька. Но, ты останешься пока здесь, под охраной. Настенка в курсе… Кстати, как она?

– У нее все хорошо, – Зоя улыбнулась, просветлев лицом. – С мальчиком хорошим познакомилась. Влюбилась. Щебечет про него все время. Он недавно в Питер переехал.

– Рада за нее, – Тоня налив себе из заварника тоже чаю, забралась в кресло с ногами, подогнув их под себя.

Женщины переговорили все светские новости. И тут Тоня дернулась, будто вспомнила что-то важное.

– Эдик у меня, наслушался историй. И представляешь?! Заявил, что поедет на эту базу. Зось, я боюсь за него. Савицкий умен и хитер, как дьявол, но зачем рисковать? – Антонина, прикусив губу, отвернулась, рассматривая небо через окно.

Облака окрасились в багровые тона и было в этом нереально зловещее.