Текст книги "Пленник нефритового кинжала (СИ)"

Автор книги: Ольга Ожогина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

– Уверена все будет хорошо. Отец не даст мистеру Дейли погибнуть.

Дядя задумчиво покивал.

– Он здесь будет гостить, пока полностью не восстановится. Потом я отвяжу его от защиты дома, – он поднялся и отнес брошь в сейф, – А я сегодня, пожалуй, пойду выпью чего-нибудь и посмотрю, как там некромант. Все это совершенно выбило меня из колеи…

Дядя еще продолжал что-то бормотать, выходя из лаборатории.

Я фыркнула. Естественно, отсутствие вдохновения могло помешать работать только дяде. Я вернулась к заколке. Ей предстояло придавать волосам гладкости и блеска. Придется попотеть, чтобы вложить все необходимые плетения в такие маленькие камни.

Глава 5

Глава 5

На полке мелодично зазвенели часы, знаменуя окончание рабочего дня. Я закрепила последнее плетение и отложила уборочный артефакт для молодой пары с соседней улицы. Его можно закончить и завтра. Устало потерла поясницу и поплелась наверх. Распахнутые в гостиную двери напомнили мне о новой обязанности – кормить мистера Дейли.

Когда я поднималась с подносом на второй этаж, внизу хлопнула дверь. Вернулась бабушка. Она изящным движение сняла со своих плеч шубку, повесила в шкаф, а затем скользнула ко мне. Все еще такая изящная и красивая. Даже возраст ее только красил. Я невольно залюбовалась благородными тонкими чертами лица, на котором морщины добавляли глубины и зрелости, а не служили мерилом старости. И хоть я не могла похвастать таким же изяществом и умением себя подать, но фамильную красоту унаследовала. От отца мне достались только копна непослушных светлых кудрей и рост выше среднего.

– Нэлли, милая, – мелодичным грудным голосом обратилась ко мне бабушка, сменяя сапожки на каблучке на домашние туфли, – Я сегодня пораньше вернулась, надеясь застать тебя.

Я замерла на лестнице. Тяжелый поднос немилосердно оттягивал руки.

– Добрый вечер. Сейчас я отнесу… – начала я, но бабушка меня перебила.

– Этот тиран заставляет тебя таскать ему еду в кабинет? – всплеснула она руками, украшенными тонкой работы кольцами, – Какая тяжесть! Несносный мальчишка!

Бабушка отобрала поднос и понесла на кухню.

– Пойдем, выпьем чая! – позвала она из столовой, – И я запрещаю тебе носить Фреду еду, напитки или что еще придет ему в голову! Ты не прислуга!

Бабушка достала из холодной комнаты пирожные, заварила успокаивающий травяной чай и усадила меня за столик в углу. Я покорно села. Не был ни сил, ни настроения спорить. Когда я смогла вставить слово в ее возмущенные речи, рассказала о сегодняшнем происшествии и новом госте.

– Так это для него поднос, – задумчиво ответила бабушка.

Я кивнула.

– Я сама отнесу, не стоит молодой девушке ночью входить в мужскую спальню. Фред и сам должен был подумать о приличиях, – бабушка побарабанила пальцами по столу, – Ему нужна нормальная сиделка. Желательно крепкий мужчина. Я обо всем позабочусь.

Было бы неплохо.

– Завтра ты пойдешь со мной на ужин к миссис Харрисон, – заявила бабушка, – Там будет ее старший внук, Джон Харрисон. Он именно тот, кто тебе нужен, – она вдохновленно накрыла мою руку своей, ее глаза довольно поблескивали, – Он, как и ты, в прошлом году закончил академию. Подающий надежды стихийный маг. Он сейчас в увольнительной. Пока еще будет служить по распределению, но его отец уже договорился о службе в его подразделении. К осени переведет.

Еще один… Я добровольно согласилась на бабушкину помощь в этом вопросе. Но как же много усилий требует этот подбор женихов. Я покружила остатки чая в чашке.

– Надеюсь, будет не как в прошлый раз, – буркнула я.

Бабушка хихикнула.

– По всем твоим пунктам он подходил, вроде бы. Но у кого не бывает странных причуд?

– Один из пунктов в моем списке требований – здравомыслие, напомнила я, – Странные и порой жестокие шутки над окружающими говорят о его отсутствии.

– Милая, у тебя довольно высокие требования. А с приданными все не очень хорошо. Поэтому тебе тоже нужно постараться, чтобы обаять юношу твоей мечты. А с мистером Харрисоном конкуренция у тебя будет серьезная.

– Я не требую ничего невероятного, – возмутилась я.

– Родословная, богатство, развитый дар, – бабушка взмахнула рукой, – С такими данными даже несимпатичные женихи расходятся, как горячие пирожки.

– Ты преувеличиваешь, – заспорила я, – В моем списке нет ничего про богатство. Только собственный дом и стабильный доход.

Бабушка вздохнула и погладила меня по руке.

– Познакомься с мистером Харрисоном и постарайся произвести на него впечатление. Он соответствует всем твоим требования и даже больше. Он наследник довольно внушительного состояния. У него уже есть квартира в центральном районе. Ну и сам он весьма хорош собой. В детстве был премилым мальчиком – умным, интересным, любознательным. Я буду спокойна, если у тебя будет такой жених.

– Сделаю, что смогу, – я сцедила зевок в кулак.

Бабушка тепло улыбнулась.

– Я завтра заберу тебя после обеда у этого эксплуататора. А сейчас пойдем я отвезу тебя домой.

На улице уже стемнело. Тусклый свет световых кристаллов падал на сугробы у симпатичных особнячков на Тисовой аллее. В световых пятнах плясали снежинки. Я села на переднее сиденье компактного мобиля. Пахло морозной свежестью и бабушкиными духами.

До нашего дома было ехать минут десять. Но за это время зажиточный район сменился на мещанский. Наш дом не был похож на особняк дядя Вилсона. Он отличался простотой и удобством. И был весьма неплох для этого района – деревянный, двухэтажный и большой. Но это казалось с улицы.

Внутри меня встретила узкая прихожая. Такой она стала из-за массивных шкафов, в один из которых я с трудом смогла повесить свое пальто к остальным. Я погрузила ноги в блаженное удобство домашних туфелек и поспешила наверх. Туда, где раздавался оглушительный рев Артура. На кухне шумела вода и слышался легкий звон посуды. А по перилам лестницы с шумом съехал один из светловолосых десятилетних близнецов, Кристофер.

– Привет, Нэлл, принесла что-нибудь? – спросил он, чуть не сбив меня с ног.

– Нет, сегодня никуда не заходила, – я погладила его по шелковистым волосах, а Кристофер постарался выскользнуть из-под моей руки, – Как дела в школе?

Тем временем, перепрыгивая через три ступеньки, со второго этажа спустился и второй близнец, Роберт. Его черты лица были немного острее, а взгляд проказливее. Так что отличить их было очень просто.

– Джони Купер принес сегодня черепаху. И мы ее выводили из спячки, – сообщил Кристофер.

– Но не вывели, – ехидно добавил Роберт, – А еще родителей вызывают в школу. Сходишь?

Я поморщилась.

– Что на этот раз?

– Ларс решил, что черепахе надо воды. Я и вызвал струю из крана, – Роберт мило улыбнулся, – Кто виноват, что у них такие краны слабые?

– Вот и схожу, выясню, что у них за краны, – прозвучало за моей спиной весомо.

Роберт побледнел. А отец закрыл за собой дверь и стряхнул с волос снег.

– Ступайте помогите на кухне, – отослал он сразу мальчишек.

По лестнице застучали частые шаги, а младенческий рев усилился. Навстречу отцу спешила моя мама с маленьким Артуром на руках. Такая же красивая, как бабушка. Ее не портила ни немного поплывшая после многочисленных родов фигура, ни растрепанная прическа, ни усталые тени под глазами. Ее улыбка сияла нежностью. Лицо отца сразу смягчилось. Он в одно мгновение избавился от верхней одежды. В воздухе едва уловимо запахло озоном. Как всегда, после заклинания дезинфекции.

Отец подхватил покрасневшего от натуги младенца и поцеловал жену.

– Что у нас здесь? Зубик? – непривычно нежным голосом спросил он, – Сейчас обезболим.

Артур стал вопить менее яростно.

– Нора, иди уложи Артура, маме надо отдохнуть, – скомандовал отец.

По моим рукам прошла горячая дезинфицирующая волна. Я вздохнула и взяла кроху на руки. А отец с мамой, тихонько переговариваясь и улыбаясь друг другу пошли на кухню.

Хорошо, что с бабушкой перекусила. Хотя Артур не был врединой. Просто новый зуб его измучил. Для того, чтобы сладко засопеть ему достаточно было купания в ванночке с успокаивающими травами и бутылочки.

На следующий день пришлось встать пораньше, чтобы успеть высушить голову. Кто устраивает званые ужины посреди рабочей недели?! В доме царил привычный утренний переполох. И уже через пять минут в ванную стучала Элизабет – следующая за мной по старшинству сестра.

– Элинор? Это ты? Ты! Кто еще мог там застрять! Поторопись, у меня сегодня свидание! Я должна успеть сделать укладку!

Я начала наносить на волосы бальзам.

– Времени еще предостаточно, я выйду минут через десять, – крикнула ей в ответ.

Да, нам приходилось непросто. Пять девочек на одну ванную комнату. У Парней была отдельная. И там очередей не бывало. Признаться, иногда мне казалось, что они ей вовсе не пользуются. Да и после отъезда на службу Эрика, самого старшего брата, из мальчишек остались только близнецы и малыш Артур. Но ему, как особе пока привилегированной полагалось пользоваться родительской ванной комнатой.

Ручку двери задергали. Надо было поторапливаться, младшим в школу раньше выходить.

На выходе столкнулась с отцом. Он придержал дверь и коротко сообщил:

– Вместе пойдем.

Я удивленно покосилась на него. На улице снова мело. Необычайно снежная зима в этом году. Я плотнее запахнула шарф.

– У тебя же сегодня выходной? – прикинула я в уме.

– Да, но меня попросили принять участие в операции у молодого человека, которого вы вчера нашли.

Я кивнула.

Работы сегодня только не вышло. Дядю все утро дергали приходящие у уходящие специалисты, которых собрал сверкающий улыбкой лейтенант Грейм. Он мне весело кивнул, когда мы столкнулись в холле. Бабушка неожиданно остановилась и пригласила следователя на обед вместе с нами. Тот не стал отказываться.

Пока бабушка тонко пыталась вытащить у него информацию по его делу, я успела отнести мистеру Дейли обед.

– Да-да, входите! – раздался энергичный голос.

Я на всякий случай проверила свой эмпатический щит и вошла.

Гостевая комната, выделенная мистеру Дейли, была очень солнечной, окна выходили на южную сторону дома. Половина окна была закрыта плотной шторой, чтобы не мешать нашему пациенту отдыхать. А свет из второй падал на небольшой письменный стол, сейчас сплошь заставленный бутыльками с лекарственными зельями и коробочками с артефактами. Из распахнутого целительского чемоданчика выглядывали различные приспособления для манипуляций.

Доктор Джонас с моим отцом тут же вполголоса обсуждали детали лечения. Комната не была рассчитана на такое количество людей здесь разом. Я неуверенно замерла на пороге.

– А вот и обед! – воскликнул доктор Джонас, отвлекаясь на меня, и указал на прикроватную тумбочку, – Пожалуйте сюда!

Я поставила тяжелый поднос и посмотрела на нашего больного. Мистер Дейли сегодня выглядел чисто. Его темные волосы были небрежно растрепаны и блестели на солнце, небольшая борода топорщилась в разные стороны, а невыразительное лицо выглядело сейчас растеряно. Казалось, он пытался меня рассмотреть, но никак не мог.

– Доброе утро, – поздоровалась я, – Меня зовут Элионора Картер. Я помогаю дяде Вилсону в его работе и буду приносить вам еду, когда смогу. В остальное время все ляжет дядины плечи.

Мистер Дейли долго смотрел на меня.

– Мисс Элионора Картер, – повторил он задумчиво, и представился сам, – Марк Дейли. Буду вам благодарен за помощь.

Голос его звучал совсем сипло.

Я поставила поднос и помогла мистеру Дейли приподняться

– Аппетита нет совсем, – сказал он тихо.

– Вы не простужены? – спросила я озабочено.

– Да, имела место простуда, – сразу отозвался мастер Джонас, – А наш пациент находился в стазисе почти все время, да и остальные условия, похоже, не способствовали выздоровлению. Но мы все поправим. Вы же постарайтесь обеспечить частое теплое питье!

Я неуверенно кивнула.

Мистер Дейли устало прикрыл глаза.

– Аппетит быстро к вам вернется, как и силы, – оптимистично заявил доктор Джонас, – Сегодня мы хорошо поработали, аура уже достаточно стабильна. Завтра я снова приду. И уже сам смогу справиться.

Мой отец серьезно кивнул.

– Раз моя помощь больше не требуется…

– Да-да, конечно, коллега, – доктор Джонас энергично пожал руку моему отцу и вышел за ним следом. Пространство комнаты сразу перестало давить.

Мистер Дейли смотрел на меня из-под полуопущенных век, и выглядел он еще более изможденно, чем вчера, глаза выглядели впавшими, окруженными темными кругами, и немного слезились от яркого света. Но даже в таких условиях сияли расплавленным серебром, как будто в них притаилась частичка его магии.

Пациент старался справиться со всем сам. Руки его слушались, но было заметно, что сил у него совсем нет. Ложку он держал довольно уверенно, хоть и съел совсем немного. А вот стакан с морсом мне пришлось придерживать. Почти сразу вернулся доктор Джонас и стал за моей спиной, наблюдая за потугами мистера Дейли. Тот съел несколько ложек супа и устало опустил ложку.

– Я больше не могу, – сказал он, откладывая прибор на поднос.

Целитель кивнул. И важно говорил, пока я убирала поднос.

– Сегодня-завтра может еще быть плохой аппетит, сильный упадок сил. Главное, чтобы пациент хоть что-то ел. Со временем будет лучше.

Целитель вручил мистеру Дейли небольшую металлическую пластину с единственной кнопкой, а мне из похожего тусклого металла звоночек.

– Если будет что-то надо, или будут мучить боли, вызываете вашу очаровательную помощницу.

Мистер Дейли сполз вниз и прикрыл глаза. Я поправила ему подушку.

– Я вам напишу подробную инструкцию, как и что давать, – сказал доктор Джонас, – Через пару часов еще раз покормите нашего больного. Ему требуется пока что дробное питание. Какие-то легкие перекусы между основными приемами пищи. Как аппетит вернется, перейдете к трехразовому питанию.

Я кивнула.

– Раны на груди, спине и руках пару дней надо будет обрабатывать мазью, – кивал целитель, – Сегодня вечером это ваша задача. Утром я вернусь. Пока будут восстанавливаться каналы, могут быть неприятные боли, спазмы, судороги. Я так понял, что вы не сиделка, поэтому будьте внимательны к сигналам вашего пациента, – кивнул на звонок у меня в руках доктор Джонас, – Лекарства строго по схеме, которую я вам оставлю. Мой номер для связи будет там же. В целом постоянный присмотр пациенту не требуется, через пару дней уже будет посамостоятельнее. А там перейдем к упражнениям и быстренько на поправку.

Мистер Дейли задремал, и я тихонько ушла.

– Для меня было большой неожиданностью, что в нашем доме будет проживать посторонний мужчина, – услышала я голос бабушки, когда вошла в столовую.

Мне тоже надо было пообедать.

– К сожалению так сложились обстоятельства, – серьезно ответил лейтенант Грейм, – Я понимаю, что это обеспечит вас определенными неудобствами. Но мастер Вилсон привязал Марка к защите вашего дома. И с этим мы пока ничего сделать не может. Только возбудить дело на мастера за незаконное удерживание человека.

Бабушка вскинулась.

– Какое еще дело?! – зло спросила она, – Откуда ему было знать, что в этом артефакте человек?! Да и зачем он нам нужен? У нас великолепная защита дома!

Лейтенант Грейм улыбнулся ей.

– Я пытаюсь донести до вас серьезность проблемы. Если все именно так, то за спасение человека и помощь следствию ваш сын будет представлен к награде.

Бабушка тяжело вздохнула. Она была зла.

– Я уверен, Марк постарается доставлять вам как можно меньше хлопот, – сказал лейтенант Грейм, – Спасибо за обед, но мне нужно дальше работать.

– Вы хоть сиделку ему профессиональную наймите, – сказала бабушка вслед Грейму, – Не заставлять же Элинор. У нее и так много работы.

Следователь остановился и задумчиво посмотрел на меня.

– Я попробую что-нибудь сделать, – сказал он, – Но, сказать честно, мне бы не хотелось привлекать лишнего внимания к вашему дому, пока злоумышленник не пойман.

– Я справлюсь, – подала голос я, – Доктор Джонас прогнозирует быстрое выздоровление мистера Дейли.

Лейтенант Грейм кивнул.

– Я с ним переговорю. Спасибо вам за помощь, – сказал он и быстро вышел.

Остаток обеда бабушка была обеспокоена и нервозна. А потом забрала меня для поездки по магазинам. Дядюшка со стоическим спокойствием отпустил меня и пообещал накормить мистера Дейли и выполнить все рекомендации целителя, хотя в его глазах читалась вселенская скорбь и не сорвавшиеся слова о том, где он видел таких работников.

Глава 6

Глава 6

Мне нравилась современная мода. Только недавно ушли в прошлое корсеты и тяжелые юбки. А на смену им явились изящные прямые силуэты, которые мне невероятно шли. Мы подобрали прелестное голубое платье в цвет моих глаз. Все оно было расшито серебряными и темно-серыми узорами, а чуть ниже колен начинались блинные нити бахромы, по всей длине которых поблескивал бисер.

– Сюда еще подойдет светлый ободок с перьями, – заключила бабушка.

И расторопная девушка-консультант поднесла бижутерию.

Дома к моему наряду добавилась нитка жемчуга. А бабушка, как всегда, с невероятным мастерством выпрямила мою непослушную копну волос.

– Во времена моей молодости, наоборот, все завивали такие кудри как у тебя, – сокрушалась она, укладывая мои волосы волной вдоль лица, – А теперь в моде эти плоские прически.

Мне нравились эти моменты, когда из зеркала на меня смотрела изящная незнакомка. Макияж подчеркнул красивую форму моих глаз, хаос на голове приобрел сдержанный и лаконичный вид, а вырез платья открыл тонкие ключицы и точеные плечи.

– У тебя все есть, чтобы вскружить голову любому, – настраивала меня на успех бабушка, – Но главное – это твое обаяние. Не зажимайся и будь естественна.

Прием оказался более помпезный, чем я ожидала. И гостей многовато для простого ужина. Уже на входе мы угодили в очередь из прибывших.

– Какой популярный молодой человек, – заметила я, разглядывая с десяток прелестных девиц в сопровождении родных.

– Не так уж и много, к тому молодых людей здесь тоже хватает, – невозмутимо пожала плечами бабушка, – Помни, ты с легкостью превзойдешь любую.

Боюсь, что соперничество вообще не мой конек. Я нервно поправила перчатки.

Миссис Харрисон величественно выплыла нам на встречу, когда слуги приняли верхнюю одежду. Она выглядела гораздо старше моей бабушки. Но была невероятно хороша – подтянутая, высокая. Она обладала совсем не мягкой внешностью, довольно резкими чертами лица и внимательным, живым взглядом из-под тяжелых век. Меня удостоили пристального взгляда.

– Это и есть твоя очаровательная внучка, о которой ты все время говоришь? – спросила миссис Харрисон.

– Все верно, – бабушка широко улыбнулась и представила нас, – мисс Элинор Картер. Она подающий надежды артефактор. Унаследовала наш родовой дар. Моя подруга – миссис Харрисон.

От предыдущей группы гостей к нам подошел молодой высокий мужчина с военной выправкой. Юность придавала его правильным чертам лица некоторую смазливость. Светлые волосы были коротко пострижены и уложены по последней моде. Он одарил нас вежливой чуть прохладной улыбкой.

– Мой внук – Брайн Харрисон. А эти леди – миссис Вилсон с внучкой, мисс Элинор Картер.

– Вы неотразимы, – мистер Харрисон склонился в поклоне.

– Проводи наших гостей в зал, – скомандовала миссис Харрисон.

Брайн Харрисон был хорош собой, безупречно вежлив и отстранен. Он посмотрел на меня только, чтобы запомнить имя. По дороге одарил еще парой соответствующих случаю комплементов, рассказал кто уже прибыл, а затем откланялся. Интереса ко мне у него нисколько не мелькнуло во взгляде.

– Придется постараться, – отметила бабушка, – Надеюсь, он не влюблен в кого-нибудь. Слишком уж безучастный.

Я дернула оголенным плечом. Я бы тоже не сказала, что мне захотелось свести с ним более близкое знакомство. Смазливые юноши больше не казались мне подходящими для серьезных отношений.

В небольшой бальной зале было уже довольно людно. Вдруг из толпы вынырнула стройная невысокая девушка с короткими каштановыми волосами, живым, выразительным лицом и карими глазами, цветом приятно гармонировавшими с волосами. Мода на каре только вступала в свои права. И для Моны, моей лучшей подруги, это был дерзкий шаг, который не одобрили ее родители, но который был для нее той необходимой терапией, возможностью хоть как-то высказать свой внутренний протест.

– Элеонора! – радостно выдохнула подруга, – Давно не виделись! Добрый вечер, миссис Вилсон.

– Здравствуй, Мона, – величественно кивнула моя бабушка.

– Удалось все-таки твоей бабушке вырвать тебя из цепких рук дядюшки, – весело сказала Мона, наклонившись ко мне.

– Для нее не существует ничего невозможного, – так же тихо ответила я.

Мона хихикнула.

– У меня тоже смотр очередного жениха. Богатый, перспективный и прочее, и прочее, – закатила она глаза, – Так и норовят от меня избавиться.

Я хмыкнула. Я-то знала, что Мона и сама не прочь замуж выскочить. Но только за конкретного человека, которого ее ушлая маменька никогда не станет рассматривать как подходящего кандидата. Да и он не поддержит такую идею…

– Вряд ли нам грозит близкое знакомство с виновником торжества, – заметила я, рассматривая нескольких девушек, заслонивших обзор на мистера Харрисона, – Ему подберут партию повыгоднее нас.

Мона хмыкнула. Она была достойной партией. Это я бесприданница. Только и стоит рассчитывать на современность избранника, или невероятные чувства, которые вскружат ему голову. Но на современность его родителей точно рассчитывать не стоит.

– Вот и славно, что к нему не пробиться, – Мона подхватила бокал шампанского с ближайшего столика, – Меньше упреков мне.

Я заметила ястребиный взор матушки Моны, которым та пыталась вдохновить дочь на подвиги.

– Вы бы подошли, пообщались с молодежью, – более явно намекнула бабушка, кивая на окруженного девицами мистера Харрисона.

– Миссис Вилсон, – обратилась к ней Мона, – В толпе он не заметит наших явных достоинств.

Бабушка посмотрела на меня с внушением и отошла к своей знакомой.

Я вздохнула. К толпе девиц приближаться не хотелось. Я проверила крепость ментального щита.

– Эрик уехал в Норгернское княжество. Служить, – сказала я Моне.

Лицо ее дернулось, но она быстро взяла себя в руки.

– Теперь всех туда ссылают. Вроде бы уже разгребли завалы, – протянула Мона.

– Еще не все тела нашли, – тихо ответила я, – Магией там пока запрещено пользоваться.

– Три месяца прошло, – задумчиво сказала Мона, – Вряд ли там есть что искать. Дикие животные тоже не дремлют.

– Тетя Су тоже там, участвует в стабилизации фона, – зачем-то сообщила я.

– Великая любовь твоего дяди, – улыбнулась Мона.

В детстве она восхищалась тетей Су.

– Взять бы и уехать как она, – мечтательно улыбнулась Мона.

– Добрый вечер, Элионора, – к нам подошла мама Моны.

Она бросила испепеляющий взгляд на дочь. И с натянутой улыбкой представила мне высокого и нескладного молодого человека.

– Позвольте представить вам мистера Пола Кипнера, – сказала она, обращаясь ко мне, – Преподает в Императорской Академии Магии, – со значением подняла она брови.

Мистер Кипнер раскланялся с нами. Мона незаметно скорчила мне рожу. Молодой человек не произвел на нее впечатление. Он был не так плох, конечно. Неяркий молодой человек интеллигентного вида. Иначе, чем с книгой в руке его и вообразить было сложно.

– Уже преподаете? – удивилась Мона.

– Не совсем, – смутился мистер Кипнер, – Я аспирант. Веду дополнительные занятия у нескольких групп профессора Кипнера.

– Но вас ждут потрясающие академические перспективы, – широко улыбнулась матушка Моны.

– У вашего отца? – одновременно с ней задала вопрос Мона.

– Дедушки, – смущенно ответил молодой человек, – Надеюсь продолжить семейное дело.

Мона почти не пыталась скрыть свое скептического отношение к мистеру Кипнеру. И к ужину с ним пришлось идти мне.

– Давай, подкараулим мистера Харрисона где-нибудь? Я тебе подставлю подножку, упадешь в его сильные объятия, – шепнула мне Мона, прежде чем разделиться перед обеденной залой.

Я хихикнула и шепнула в ответ:

– Пошлость какая.

Мона рассмеялась. А дальше мне было не до смеха.

Мистер Кипнер оказался неплохим, хотя и немного занудным молодым человеком.

– Я вас помню. Вы с факультета артефакторики, – сказал он немного заикаясь, – А я изучаю теоретическую магию.

Я его не помнила. Только его невероятно нудного деда, преподававшего нам теоретическую магию.

– Я заменял профессора Кипнера пару лет назад на лекции, – пояснил мистер Кипнер.

Это был поразительно скучный ужин. Мистер Кипнер смущался и старательно развлекал меня за столом бесконечными разговорами о его работе, об увлечении переводами древней литературы, о его матушке, о розарии его матушки… Самым интересным был рассказ про пса Мушика.

Мона оказалась за вторым столом для гостей. Ей составлял компанию крупный и шумный друг мистера Брайна Харрисона. И Мона неплохо развлекалась. Сам мистер Харрисон оказался где-то вначале стола рядом Алисой Миркли, дочерью начальника центрального отделения Стражей Порядка.

Бабушка сидела напротив меня. Я периодически отмечала ее задумчивые взгляды. Но я не обладала ни броской внешностью Алисы Миркли, ни ее состоянием. Наверное, мой удел вот такие мистеры Кипнеры. Настроение ползло к нулю. А ужин все не кончался. Вкус еды не возмещал ужасно бездарно потраченного времени. От шума, духоты и монотонного рассказа мистера Кипнера разболелась голова.

– Вы не представляете, сколько профессор Кипнер перевел древних трудов. Даже к засекреченной литературе имеет доступ, – рассказывал мистер Кипнер с мечтательным видом, – В следующем году обещал взять меня в личные помощники. А это доступ к закрытым секциям Императорской библиотеки…

После долгожданного десерта все вернулись в гостиную. Там начиналось выступление довольно популярной певицы – мисс Мирабилис. Все рассаживались на подготовленные стулья.

Я незаметно отстала и вышла на балкон. Мне необходим был глоток свежего воздуха. Даже зима не пугала. Но на балконе оказалось комфортно. Я подошла к бортикам. Остекления не было. Балкон от кружившихся в воздухе снежинок отделял воздушный щит. Кончики пальцев зачесались от магии, заключенной в нем.

Я глубоко вдохнула. Воздух здесь был свежим и более прохладным, чем в зале. Головная боль начала затихать. Я оперлась на перила, стараясь не касаться магический преграды. Ветер кружил снежинки в свете пары фонарей в саду. Из зала доносился приглушенный высокий голос мисс Мирабилис. Она исполняла красивую арию «Эльфийского леса». Я немного покачивалась в такт. Если бы можно было пересидеть здесь весь прием… Но это обеспокоит бабушку. Хотя минут пятнадцать у меня точно есть.

– Хорошая попытка, – раздался насмешливый мужской голос у меня за спиной.

Я вздрогнула и обернулась. В паре шагов от меня в плетеном кресле сидел Брайн Харрисон собственной персоной. Он рассматривал меня с усмешкой. Я смутилась.

– Даже любопытно посмотреть, на что готовы девицы, чтобы выгодно выскочить замуж, – ядовито сказал мистер Харрисон.

Я, уже готовая пробормотать извинения и сбежать, застыла.

– Заперли бы дверь, если не желали общества, – от внезапного оскорбления более хлестких слов не нашлось.

– Если бы знал о вашей настойчивости, так бы и поступил, – серьезно кивнул мистер Харрисон.

Меня бросило в краску.

– Я совершенно не заинтересована в вашем обществе. И тоже рассчитывала побыть одна, – я гордо двинулась к двери.

– Естественно, не заинтересованы, – саркастично хмыкнул мужчина.

– О, вы видимо очень высоко мнения о собственной персоне, – я зло сузила глаза, – Так вот, вы не в моем вкусе. И похоже дурно воспитаны.

Я дернула дверь, но та не поддалась.

Мистер Харрисон магией подтолкнул ее в нужном направлении. От себя… я выскочила вон. На меня никто не обратил внимания. Мисс Мирабилис очаровала всех. А я минут пятнадцать в уборной прикладывала к щекам мокрые руки и прокручивала в голове, как могла бы ответить наглецу. Когда злость улеглась, я поняла, что мистер Харрисон был просто тоже очень зол. А я совершенно невовремя попалась под руку. Но это же не повод срываться на мне?!