355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Ольга Мяхар » Ангел » Текст книги (страница 7)
Ангел
  • Текст добавлен: 6 сентября 2016, 23:53

Текст книги "Ангел"


Автор книги: Ольга Мяхар



сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

– Эй, Ирлин! А это еще кто такой?

Я очнулась, рывком возвращаясь в реальность, и увидела склонившихся над валяющимся без сознания вором Дика и Оську.

– Э-э-э… ну он тут мимо проходил.

Ни грамма доверия в их глазах.

– Похоже, он уже не жилец, – нахмурился Дик.

Я вздрогнула и… выбежала из комнаты.

– Чего это с ней? – удивился лорд, глядя мне вслед.

– Не обращай внимания, – отмахнулся Оська. – Ей никогда не нравились трупы.

– А-а…

Но тут я снова ворвалась в комнату, потрясая тарелкой лука. Шок в глазах друзей напомнил мне, что иногда идеями надо делиться, а то не так поймут. Только вот времени уже не было.

– Так, отойдите от него, больным займусь я! – Решительно их распихав, я села прямо на ноги грабителя и старательно начала нюхать лук.

Оська зачем-то стал гладить меня по плечу и что-то успокаивающе нашептывать. Дик заинтересованно за мной наблюдал.

Вот оно! Работает!!!

Из глаз сначала медленно, а потом все быстрее начали капать слезы. Сверкающими хрусталиками они падали мне на ладони, а затем я лила их на вспоротый живот человека. Раны тут же начали затягиваться прямо на глазах, но больно уж медленно, так что реветь пришлось аж полчаса, после чего я еще час видела все смутно и тихо ненавидела лук как ценный продукт питания.

– Готово, можешь перестать.

Я послушно убрала от лица тарелку и уткнулась в заботливо протянутый Оськой носовой платок (здорово, что он перевоплощается сразу в костюме, а то мороки бы было…). Мужчина подо мной вяло зашевелился и что-то простонал.

– Мне кажется, он просите него слезть, – с умным видом сообщил Оська.

Я вспыхнула и тут же встала, отходя на два шага назад. Дик стягивал с бывшего полутрупа маску, и перед нами предстало лицо… лиса? Но их же в этой эпохе нет, да и в этом мире тоже – или я что-то не понимаю?

– Это лис, – сообщил Дик.

Мы с Оськой синхронно кивнули.

– Ничего не понимаю.

Мы кивнули еще разок, и уже все трое склонились над изящным лицом остроухого блондинчика, ожидая, когда же он соизволит открыть глаза. Он соизволил и уже в свою очередь удивленно уставился на наши рожи.

– Привет, – улыбнулась я.

– Повторяю в последний раз: я не лис! – Наш «гость» сидел за столом и усиленно поглощал мясной суп. Впрочем, мы и сами от него не особо отставали. Восстановить силы тут надо было всем, причем Оська в виде маленького котенка лакал суп прямо из моей тарелки, игнорируя мое возмущение и соседнее блюдце с супом для него.

– Но у тебя острые уши и черты чистокровного лиса, – возмутилась я, наблюдая за тем, как прямо с ложки тырят кусок вкуснейшего мяса. Безобразие.

– Ну и что? А у тебя черты чистокровной эльфийки.

Я чуть не подавилась и старательно закашлялась, отодвигая от ковыряющегося в супе Оськи тарелку.

– Я не эльф, – наконец-то смогла выдохнуть я, – я ангел!

– А какая разница?

Мы все трое очень удивились.

– Большая, – буркнул Оська и с тяжелым вздохом все-таки сел на стол, похлопывая себя по разбухшему пузу.

– Ладно, пусть большая, – дернул он головой, – но я не лис, я из знатного рода, отчего у меня и внешность и уши, – на этом слове он сделал ударение, – чистокровного дворянина!

Я прочистила пальцем правое ухо, Ося копошился на полу – его сдуло.

– Ладно, – поднял руку Дик. – И что же было нужно чистокровному дворянину в моем замке? Или у вас все дворяне подрабатывают воровством?

Лис (мы его все так окрестили, потому что выговорить «Арландоверентумпокерафио Сэн Лерецейтуринопалис» не смог даже Ося) вскочил из-за стола, весь красный от ярости и… вызвал лорда на дуэль. Наш дружный ржач и недоуменное лицо лорда были ему ответом.

– Ладно тебе, не кипятись, – улыбнулась я, – просто ты ведь и впрямь воровал, я сама видела, а потом еще и нож всадил мне в спину.

Я не сразу сообразила, почему за столом повисла такая тишина.

– Что-что он тебе сделал? – Оська уже в человеческом облике угрожающе обходил стол по дуге, целенаправленно приближаясь к замершему Лису. Я охнула, сообразив, что только что брякнула.

– Не надо, Ося, – остановил его лорд.

Я облегченно вздохнула, благодарно на него глядя.

– Это мой замок, и убью его я.

Благодарность сменилась ужасом, я что-то пискнула в знак протеста. Лис, судя по его позе, приготовился умереть с гордо задранным носом. Ребята надвигались на него, вытащив откуда-то колюще-режущие предметы. Надо будет сказать повару не класть на стол к супу ножи.

И тут я решила поколдовать. Немножко. Для разрядки обстановки. В итоге на каждого, кроме меня, вылилось по бочке ледяной воды. Рев и ругань после этого действия были просто потрясающими. Я радостно улыбнулась троим взбешенным мужчинам и показала им язык.

Гм…

После чего меня поймали, связали руки, ноги, вставили в рот кляп и водрузили в кресло. Я возмущенно мычала и изо всех сил пыталась дать понять, что они не правы, но эти… меня не слушали! Усевшись в удобные кресла у камина, рядом со мной, они втроем принялись обсуждать сложившуюся ситуацию, пока Оська сушил их магией.

Обсуждали они ее до утра. В ходе чего я узнала, что эти браслеты дарят вечное наслаждение (на ангелов, видимо, не действуют, хотя, обсуждая принцип действия браслетов, Лиса раз пять спросили, как я себя вела, когда надела их на руки, и рассматривали меня с таким интересом… гады!), что стоят они очень дорого, что Лиса за ними послал его злобный дядюшка и домой без них Лис не рвется. Что он и понятия не имеет, куда открыл свой портал (сказал, что вышло случайно и он оказался сразу на подоконнике нужной комнаты, – ему не поверили и чуть не побили), что ему здесь нравится и он хочет остаться (все-таки побили) и что если не спишь всю ночь, то потом очень хочется спать. Так я и уснула, на плече Оськи, с кляпом во рту и связанными руками. Правда, меня вроде бы потом развязали, и, выспавшись, я обнаружила себя завернутой в одеяло на широкой кровати. Но это потом, а сейчас я просто спала, слушая треск дров в камине, чувствуя его тепло и надежное, правда твердое, плечо друга под ухом. Хорошо-то как.

– Ирлин, вставай!

По мне нагло прыгали. Судя по ощущению – котенок. Буркнув что-то возмущенное, я залезла с головой под одеяло, наотрез отказываясь вставать.

– Ирлин, я ведь не отстану!

Меня укусили за палец ноги, я ею дернула и попала во что-то мягкое, послышались воющий звук и грохот бьющегося стекла. Высунув встрепанную голову наружу, я увидела сидящего среди осколков бывшего зеркала Оську, держащегося за голову и сильно ругающегося.

– Извини, тебе больно?

– Нет! Мне хорошо! – рявкнул он.

– Правда? – обрадовалась я, нащупывая ногой тапочку под кроватью.

– Издеваешься?

– А не надо было меня будить.

– Учту.

– Учти.

Тапочка была найдена, начались поиски второй.

– Между прочим, завтрак уже начался!

Трагизм ситуации дошел до меня не сразу, а когда дошел….

– Как, без нас?

Схватив все еще хмурого Оську, в одной тапочке я выскочила из спальни и рванула в сторону столовой, Оська бултыхался где-то сзади и что-то протестующее вопил. Я не слушала, очень хотелось есть.

Влетев в столовую и радостно обозрев гору пирожков, варенья, плюшек и пирожных, я плюхнула на стол встрепанного и временно слегка невменяемого Оську, буркнула всем привет и начала целеустремленно двигать все блюда к своему краю, попутно суя пальцы в варенье, откусывая от плюшек и мыча что-то одобрительное.

Лис и Дик, подняв брови, удивленно за мной наблюдали, в поле их досягаемости уже не осталось ничего съедобного, кроме блюда земляники, которое я буквально оторвала от сердца. Оська удивленно оглядывался по сторонам, сидя в центре всего нагромождения блюд, и осторожно нюхал ближайший пирожок. Я азартно намазывала варенье на бублик, закусывая блином и тут же перемазюкавшись в варенье. Дик тихо кашлянул. Я ему радостно улыбнулась и взяла пирожное с кремом.

– Гм, Ирлин, а почему ты так одета? – Голос его был строг и официален, так что смысл вопроса дошел не сразу.

Лис как раз тянулся за булочкой, для чего практически лег на стол, стоя на одной ноге, мы с Оськой хмуро за ним наблюдали. Оська отодвигал блюдо все дальше, но Лис не сдавался.

– Одета? Э-э-э, я боялась опоздать на завтрак.

Стырив-таки булочку, Лис радостно сел обратно и теперь смачно ее поедал, бросая на Дика горделивые взгляды. Дик мужественно терпел, не меняя выражения лица.

– Ну кажется все, я наелась.

Оська согласно рыгнул и попросил взять его на ручки, а то он, кажется, переел. Я взяла.

– А остальное все вам.

Дик с Лисом с интересом осмотрели блюда обкусанных пирожков (из некоторых была выковыряна начинка), блинов, перемазанных вареньем и кремом, и пустое блюдо из-под пирожных.

– Спасибо, – кисло поблагодарил Дик.

Лис копался в пирожках, разыскивая целый. Мы с Оськой гордо покинули столовую.

– Она всегда такая? – услышала я за спиной голос Лиса.

– Всегда.

Лис тяжело вздохнул. Мне почему-то не было стыдно. Оська довольно мурчал на руках, сонно указывая, куда надо повернуть, чтобы вернуться в нашу комнату. Я следовала его указаниям, думая о ванне и новом гардеробе. Надо будет что-нибудь намагичить из тех занавесочек. На вид они неплохие, а курс волшебного шитья я вроде бы посетила весь и даже едала экзамен на пятерку. Кстати, это была единственная пятерка за весь семестр. Эх…

Вода падала на голову, разбивала свой поток на тысячу струй и охватывала теплым покрывалом шею, плечи, тело. Приятно так, что хочется никогда отсюда больше не вылезать. Оська скребется под дверью, возмущенный тем, что его не пускают. Угу, знаю я его, в самый пикантный момент возьмет и обернется парнем, а мне потом красней перед ним и слушай его вреднючие шуточки. Нет уж, спасибо. Мыло постоянно выскальзывало из рук, а шампунь пах цветами. Я самозабвенно рылась на полочках, делая все новые и новые открытия и радуясь тому, что в каждой ванне предусмотрено все и для любого гостя.

Но все когда-нибудь заканчивается, вот и я, наплескавшись вволю и завернувшись в большое белое полотенце, все-таки вышла из ванной и с улыбкой обозрела унылую физиономию сидящего на кровати Оськи.

– Опять сова?

– Ну и что?

Я с третьего раза все-таки вызвала поток горячего воздуха, подсушивая волосы.

– А почему постоянно в человеческом образе не ходишь?

– Гм, ах да, ты же ничего не знаешь.

Я с любопытством на него уставилась, садясь рядом.

– Ладно уж, все равно видела.

– Чего?

– Не перебивай, а слушай, – возмущенно взъерошился он.

Я тут же заткнулась, ожидая его рассказа. Оська надулся, значимо на меня посмотрел и начал:

– Когда-то я был обычным человеком.

Я открыла рот, не веря своим ушам.

– А разве души людей могут быть хранителями ангелов?

– Нет, конечно, только я никогда не был обычным.

Я спорить не стала, его самолюбие лучше не трогать – обидится и ничего не расскажет.

– Ну так вот. Родился я не знаю, ни где, ни у кого. Детство провел в детдоме, потом годам к двенадцати мне все надоело, и я сбежал. Но побег засекли и меня начали ловить, вот тогда-то я впервые, сам не знаю как, и открыл портал в иной мир.

Я смотрела на него во все глаза. Чтобы открыть такой вот портал в соседний мир, требовались силы пяти сильнейших ангелов, а он сделал это в одиночку, да еще и случайно. Ну ничего себе, и почему это у меня ничего классного случайно не получается, сплошная ерунда. Хотя… Дик вон тоже шурует по мирам, как ему вздумается, а с другой стороны, им-то как раз сейчас начинают очень даже сильно интересоваться как небеса, так и подземный мир…

– Психике ребенка проще адаптироваться к тому, что он в другой вселенной. Я и свою-то толком не знал, так что освоился довольно быстро. А дальше пошли неприятности… я попал к магу во время одного из своих воровских рейдов.

– Как Лис?

– Ты думай, что говоришь, прежде чем сравнивать меня с ним.

Я закивала, заискивающе улыбаясь. Оська немного успокоился и продолжил:

– Маг попался с фантазией, понял, как можно меня использовать, и принялся учить магии, при этом посадив на цепь в подвале, стены которого были не восприимчивы к магии. Как я там не сдох от голода и сырости – не пойму до сих пор. Но в том-то все и дело, что умер я позже.

Я стянула с вазы у кровати яблоко и смачно им захрустела. Оська недовольно взъерошился, но возражать или отбирать яблоко не стал.

– Он наложил на меня заклятие подчинения. С моей помощью ушлый старикашка путешествовал между мирами, пока я держал портал, а потом возвращался с добычей и снова сажал меня на цепь. Только вот однажды, сам не зная как, я открыл портал в мир миражей, и маг, рванувший за миражом сокровищ, сгинул в какой-то жиже. И все бы ничего, только вот это его заклятие убивало и меня с его смертью. Так что я помер и очутился на небесах.

– И тебя простили.

Тяжелый вздох был мне ответом.

– Нет. За свои грехи я должен принимать форму существ не больше кулака сильного мужчины.

Я сравнила его со своим кулачком и решила, что на сильного мужчину пока не тяну. Оська ничего не заметил, вышагивая по подушке.

– Свой истинный облик я смог вновь обрести совсем недавно, да и то ненадолго, на большее сил пока не хватает. Но я надеюсь, что однажды смогу расстаться навсегда с обликом маленького зверька и снова буду покорять сердца женщин. – Он мечтательно вздохнул, глядя на меня маслеными глазками. Я рылась в вазе, разыскивая еще яблоко. Нашла два, одно сунула размечтавшемуся Оське, и он хмуро им захрустел. Следующие полчаса мы провели в молчании, думая каждый о своем.

Незримая нить, связывающая меня и Дика, дернулась так внезапно, что я рухнула с кровати.

– Ты чего? – удивился Оська.

– Он опять уходит.

Я встала и рванула к двери, понимая, что если он уйдет в другой мир, то мой портал, настроенный на него, просто не подействует. Он работает в пределах только одного мира. Так что я бежала по коридорам, а Оська летел следом.

Дика мы застали врасплох, буквально ворвавшись в его кабинет, где он как раз открывал портал в соседнее измерение.

– Стоять! – грозно рявкнул Оська, своим щуплым тельцем заслоняя портал.

– А мы? – едва дыша выдохнула я, укоризненно глядя на невозмутимого лорда.

– Я вполне управлюсь один.

– Фигу! – Это мы с Оськой сказали хором, в комнату из коридора заглянул Лис.

– А что тут происходит?

Вроде бы невинный вопрос, но мы все трое рявкнули, что его это не касается. Удивленный таким приемом и крайне заинтересованный, Лис тут же вошел в комнату и буквально вцепился в нас, пытаясь вытащить информацию. Оська сдался первым (он щекотки боится) и все выложил, пока мы с Диком спорили на повышенных тонах.

– Ты не пойдешь!

– Пойду!

– Я сам!

– Не пущу!

– Меня достало тебя спасать!

– А тебя об этом никто и не просил!

Тут к нам подкатился Лис.

– Ребята, я иду с вами.

– Пошел на фиг, – заорали мы с Диком и кинули друг на друга злобный взгляд.

Разрядил обстановку Ося, со словами:

– Ну вы как хотите, а я пошел. – Он просто нырнул в портал.

– Куда? – ахнула я и прыгнула следом.

А вскоре мы все четверо стояли посреди очередного мертвого мира. Дик сильно на всех ругался и обещал всех убить. Мы с Лисом и Оськой, открыв рот, осматривались по сторонам, а портал просто схлопнулся за нашими спинами как больше не нужный.

Мы стояли на вершине зеленого холма. В лицо дул нежный прохладный ветерок, лаская волосы, он пах летом, цветами и медом. По чистому, как слеза, голубому небу медленно плыли мягчайшие облака, а листва близстоящих деревьев о чем-то перешептывалась между собой. В долине, окруженной холмами, сверкало в лучах полуденного солнца маленькое синее озерцо, по берегам которого ютились небольшие деревянные домики, окруженные зелеными садами и огородами. Покой и идиллия царили здесь, и я никак не могла понять, почему этот мир является миром смерти. Взглянув на Дика, я увидела, что он хмурится, глядя вниз на столь идиллический пейзаж.

– Почему мы здесь, Дик?

Он повернулся ко мне, и по его взгляду я поняла, что вопрос не верный.

– Вот и мне интересно, что именно вы все здесь делаете? Я ведь, кажется, предупреждал, что должен пойти один.

Мы все трое смущенно потупились, а я еще и покраснела. Но, с другой стороны, не могла же я его отпустить одного!

– Но ведь мы уже здесь, – вклинился Лис, так что давай не будем дуться, а честно во всем сознаемся, знаю по опыту: чистосердечное признание снижает сроки наказания.

Дик заскрежетал зубами, сжав кулаки и глядя на радостно улыбающегося Лиса, как на своего кровного врага.

– Ну пожа-алуйста, – влезла я, дергая его за рукав. И наш командир сдался.

– Миражи.

– ?!!

– Это мир миражей.

– Чтоб я сдох, – прошептал Оська, удивленно оглядываясь по сторонам.

Я не к месту вспомнила, что именно в этом мире он и умер.

– Значит, все, что мы тут видим, на самом деле не существует?

Дик кивнул.

– На самом деле вы все сейчас стоите на выжженной, мертвой земле, невдалеке виднеются обгорелые остовы деревьев, а небо над головой не голубое, а черное, изредка раскрашиваемое вспышками молний.

– Но почему мираж стабилен? – Под нашими обалделыми взглядами Лис поспешно исправился: – Точнее, я имею в виду – почему он не меняется с течением времени? Ведь это мир миражей, а не миража.

– Да, но каждый мираж в этом мире создает одно или несколько мертвых существ, которые с гибелью мира так и не смирились с тем, что все кончено, вот и развлекаются помаленьку, наотрез игнорируя собственную смерть.

Мы снова устремили взгляды на лежащую в долине деревню.

– А зачем ты здесь? Пусть себе имитируют свою жизнь, зачем здесь все рушить?

Его улыбка была так неожиданна, что я чуть не забыла, о чем спрашивала.

– А они не просто имитируют. Они хотят снова ожить и поэтому медленно, но упорно стирают печать и вот-вот смогут открыть порталы в другие миры, а тот, кто мне заплатит за работу, очень бы этого не хотел.

Я поежилась, представив орды невменяемых мертвецов, с радостным ревом врывающихся в человеческие дома и истребляя все живое как класс.

– Так, ладно. Теперь, я надеюсь, что вы побудете здесь, а я пойду…

– Обломись!

Дик зарычал, а Лис с самодовольным видом уже спускался с холма, крепко держа при этом меня за руку. Оська сидел у меня на плече и заучивал новое слово, Дик кипел на холме, не находя ни слов, ни жестов, способных противостоять нашему самоуправству. В конце концов, плюнув, он пошел за нами следом. Вот и правильно, вместе как-то спокойнее.

В деревню мы входили осторожно, недоверчиво оглядываясь по сторонам и то и дело ожидая нападения со стороны усопших граждан. Граждане, не подозревая о наших кровожадных мыслях, спокойно сновали тут и там по своим делам. Кто-то копался в огороде, кто-то рыбачил, большинство же работало в поле.

– Э-э-э, Дик, а ты уверен, что тут все давно мертвы и мы обязаны их упокоить? На вид – обычная деревня.

Я полностью разделяла мнение Лиса, правда, из-за своего человеческого тела не могла толком разглядеть ауры, а обращаться в ангела только ради того, чтобы убедиться в подлинности слов лорда, как-то не хотелось.

– Уверен.

Мы уважительно на него взглянули. На лице его не замечалось эмоций, глаза были устремлены вдаль. Я покраснела непонятно отчего и с усилием оторвала от него взгляд.

– Нам нужно к колодцу, там я начертаю круг упокоения – и с этим миражом будет покончено.

– А сколько всего миражей? – влез Оська.

– Двенадцать, насколько мне известно. Но этот мир мертв не так давно, так что в дальнейшем их количество будет возрастать, а сила смерти – крепнуть.

– Сила смерти крепнет, враг наступает, наших бьют, Гитлер капут, – пробурчал себе под нос Лис, вызвав с моей стороны целую кучу вопросов.

Так, за разговорами, мило улыбаясь приветствующим нас жителям деревни и переругиваясь с Оськой, мы подошли к колодцу, расположенному точно в центре деревни. Около него набирали воду две бабы и при этом не забывали делиться последними сплетнями.

– А ты слышала, свинья-то у Федотовны опоросилась на днях. Да-а. Вот прямо целых семерых и родила.

– Эка невидаль! – Румяная высокая баба закинула косу за плечи и горделиво улыбнулась. – У меня вон две свиньи в прошлом месяце потомство дали, да не по семь, а по восемь и девять поросят родили.

– Извините, – вклинилась я, пока Дик доставал из кармана волшебные камни, чтобы чертить круг.

На меня по-доброму посмотрели и тепло улыбнулись.

– Чаво тебе, милая, ух глазищи-то какие, так и сверкают. Красота!

Вторая согласно закивала, гладя меня по голове и восхищаясь шелковистостью волос.

– Я просто хотела вас спросить.

– А и спрашивай, небось не соврем, – улыбнулась та, что с косой.

– А вы случайно не мертвецы?

Бабы замерли, выпучив на меня глаза и хватая ртами воздух. Одна из них нащупывала лежавшее неподалеку коромысло.

– Чего-о?!!

Но тут к нам подлетел Лис и, дернув меня за шиворот, спрятал у себя за спиной.

– Ой, да вы ее не слушайте, – зачастил он, строя самую умильную рожицу, – она с детства стукнутая головою, ее в младенчестве как грохнули головой об косяк, с тех пор вот такие глаза и совершенно ненормальные мысли. Мы-то уже привычные, а вы просто не обращайте внимания.

– Да, но… – попыталась было высунуться я, но мне дали затрещину и, пока я вопила, снова затырили за спину.

– Вот видите, и тут смолчать не смогла. Одно слово – дура!

Женщины уже успокоились, зависшее в воздухе коромысло вернулось к ведрам, а на меня смотрели с некой смесью жалости и недоумения. Я стояла вся красная как рак, пиная по ноге Лиса и строя в уме планы грандиозной мести. Правда, все они были неосуществимы, я ведь ангел как-никак, но в человеческом теле оставаться им становилось все труднее и труднее.

– А ты кто таков ей будешь? – заинтересовалась та, что с косой. – Не жених случаем?

– Не-э… – Но мне безжалостно заткнули рот.

– Ага, муж я ейный, вот взял за себя дуреху, теперь мучаюсь. – Я застыла, отказываясь верить ушам, Оська за пазухой покатывался со смеху. – А что делать, любовь, как говорится, зла!

С этими словами он с трагичным лицом запечатал мне рот поцелуем. Нога согнулась в колене сама собой, а вскоре и Лис стонал в полусогнутом состоянии, держась руками за ушибленное место. Я пылала, полная негодования, бабы, понимающе переглядываясь, шли с полными ведрами домой, а Дик заканчивал чертить круг, сидя прямо около колодца, но с противоположной от нас стороны.

– Больно, – прошипел Лис, возмущенно глядя на меня.

– В следующий раз превращу в таракана, – сообщила я, насладилась выражением его глаз и, задрав нос, пошла к Дику. Оська икал за пазухой, обессиленный и жутко довольный.

– Нет, ну как он сказал: «Любовь – зла!» Класс!

– Помолчи, – прошипела я, чувствуя, как окончательно превращаюсь в человека. Эх, скорей бы в небо!

Дик задумчиво дочерчивал последние иероглифы в своем заклинании, используя для этого какой-то жухлый прутик, видимо подобранный неподалеку. Я плюхнулась рядом и с интересом принялась изучать рисунок, пытаясь вспомнить уроки, которые проводились по изучению человеческой магии. Одна из завитушек напоминала аналог буквы «с», потом «р», «в», «г», «н»… нет, я явно не так читаю, хотя кто знает. Я покосилась на сосредоточенно вглядывавшегося в схему Дика. Вот уж кто знает значение всей этой мешанины символов, так это он.

– Слушай, может, расскажешь, а что это ты рисуешь?

– Не мешай.

Я тяжело вздохнула. Оська сел рядом с Диком и принялся другой веточкой тоже что-то карябать. Очень быстро на песке появились следующие слова: «Дик – дурак».

Я замерла, ожидая взрыва, праведного гнева и срочного обрушения всей вселенной. Но лорд даже ухом не повел, продолжая работать над чертежом. Оська удивленно хмыкнул и, старательно высунув язык, принялся чертить следующее послание. Мы с Лисом (подсел-таки рядом) с интересом его прочитали: «Дик + Ирлин = любовь».

Я покраснела, а Лис громко фыркнул. Оська с надеждой всматривался в лицо Дика, испытывая, очевидно, неудовлетворенность от такого обидного невнимания к своим стараниям. Тогда на земле начало появляться третье, роковое послание: «Дик + Лис = любо…»

Ударили оба, причем одновременно. Оська успел увернуться только от кулака Дика (был психологически готов), но удар Лиса стал для него полной неожиданностью. С воплем теряя перья, он взлетел в воздух и на наших глазах рухнул в колодец. Послышался долгий утихающий вой и тихий бульк в конце. Я решительно встала. Дик пожимал Лису руку, сохраняя невозмутимое выражение лица. Я прыгнула в колодец. Кажется, меня пытались схватить за ногу, но я выскользнула. Оську я не брошу ни за что. Пусть он вредный, пусть не умеет себя вести и имеет привычку доводить окружающих до белого каления, но он никогда меня не бросал.

Ледяная вода заставила закричать от неожиданности, и я тут же ее вдоволь наглоталась. Кое-как придя в себя, я оглянулась по сторонам, используя истинное зрение. Оську я не нашла. В ужасе рывками продвигая свое тело вперед, я пыталась нащупать его на дне, как вдруг меня кто-то укусил за ногу. Обернувшись, я увидела изо всех сил тянущего меня за ногу к поверхности Оську, старательно впившегося в ступню всеми коготками. Радостно булькнув, я рванула обратно, оторвав его от нога и крепко сжав в руках. Он почему-то вырывался и даже пытался кусаться, но это мелочи.

Вынырнув на поверхность, я радостно прижала его к себе и чуть не расплакалась. Оська сильно кашлял и громко ругался, что я дурочка, так и помереть от переохлаждения можно, а он о себе и сам позаботиться в состоянии.

– Эй, вы там как, живы? А то тут Дик уже полуголый и рвется всех спасать.

Подняв голову вверх, я увидела довольную рожицу Лиса и встрепанную голову Дика, тот и впрямь был без рубашки.

– Вот так всегда, – заворчал Оська, вскарабкиваясь мне на голову и старательно отряхиваясь, пока я цеплялась руками за скользкие камни стен, – сначала угробят, а потом якобы рвутся спасать.

На Оську рухнуло что-то тяжелое, придавив и меня. Он пискнул от удивления, пытаясь выбраться из-под того, что при более детальном рассмотрении оказалось обычной веревкой. И вовремя – ног я уже практически не чувствовала.

– Обвяжись вокруг талии, мы вас вытянем, – крикнул Лис.

Я послушалась и вскоре рывками начала подниматься вверх, чувствуя, как веревка впивается в подмышки, и слушая непрерывное ворчание возмущенного до глубины души Оськи.

Свет хлынул в глаза так неожиданно, что пришлось сощуриться. Меня вытащили из колодца в четыре руки, срочно переодели в сухую одежду (отдали длинную рубашку Дика, которую я обмотала вокруг пояса, и его же куртку, которую я надела), Лис при этом растирал мне ноги, а Оська дрожал за пазухой, жалуясь, что я слишком холодная. Я могла только виновато улыбаться – в конце концов после такого купания оставаться теплой и живой казалось невозможным в принципе.

– Ладно. – Дик встал и рывком поднял меня на ноги, задумчиво изучая. – Рисунок готов, можем активировать и идти дальше.

– Может, подождем до завтра? – Лис развешивал мои вещи на краю колодца для просушки.

– Нет. Иллюзию создают трое, и никого из них сейчас в деревне нет, так что нам надо торопиться.

– Как это нет? – удивленно повернулась я к нему. – А как же те женщины, с которыми мы недавно говорили?

– Это мираж.

Мы с Лисом недоуменно переглянулись. Оська громко чихнул за пазухой и хмуро сообщил, что может заболеть, причем смертельно. Я сильнее прижала его к себе, жутко переживая, что ничего не могу сейчас для него сделать.

– Дай его мне, я теплый.

Я недоверчиво посмотрела на хитро улыбающегося Лиса. Он только пожал плечами.

– Ну в конце концов это же моя вина, а значит, и исправлять ее мне, тем более что ты сейчас ему особо ничем помочь не можешь.

Я уныло кивнула и расстегнула куртку. Лис почему-то покраснел и отвернулся. Я некстати вспомнила, что человеческие женщины почему-то никогда не раздеваются перед мужчинами. Что ж, ладно, запомним.

– На.

– Ты застегнула молнию? – сурово уточнил все еще красный как рак Лис.

– Угу.

Удивленного Оську торжественно передали с рук на руки.

– Зачем это? – наивно спросил он.

– Теперь ты мой, – радостно заржал Лис и сунул его к себе за пазуху.

Послышались возмущенные крики, Оська сильно сопротивлялся, Лиса пару раз назвали извращенцем, но потом все стихло. Оська пригрелся, успокоился и даже заснул. Мы с Лисом довольно друг другу улыбнулись.

– Я активирую заклинание, – раздался спокойный голос лорда за нашими спинами.

– А что мы должны делать? – спросил Лис.

– Встать в круг.

Что мы, собственно, и сделали.

Дик не произнес ни слова, не сделал ни единого жеста, но мир вокруг вдруг как будто поблек и начал медленно растворяться. Линии заклинания на песке мягко засветились красным, а нас, как и раньше, отгородила от внешнего мира тонкая прозрачная стена. Я подошла к ней, чувствуя, как песок под ногами становится камнем, в который будто вплавлены иероглифы лорда. Прижавшись носом к невидимой преграде, я наблюдала, как меняется улица: будто на холст с только-только нарисованной картиной художник льет растворитель, и вот уже краски смешиваются, бледнеют и расползаются, смазывая очертания предметов и превращая все вокруг в одну монотонную непонятную массу, которую, кроме как грязью, ничем больше и не назовешь.

А потом все исчезло: растворилось, как сахар в стакане, и, как и предсказывал Дик, под ногами была черная, выжженная земля, над головой громыхало и сверкало разрезами молний грозовое небо, а деревья, потеряв всю свою листву и свежесть, сиротливо торчали на фоне холмов старыми уродливыми фигурами с обломками ветвей.

– Какой ужас! – вздрогнула я, смахивая с ресниц слезы. Нет, я все понимала, просто перед глазами все еще стояли веселые и беззаботные лица жителей, а контраст между жизнью и смертью оказался чересчур резок и быстр. Было больно, очень больно смотреть на труп этого мира, который еще совсем недавно бился в агонии, вряд ли понимая, кто и за что его так жестоко убивает.

– А вот и они. Не выходите из круга, я сам с ними разберусь.

Я обернулась и, вытирая ладонью слезы, увидела, как Дик выходит из круга и смотрит куда-то вверх. Проследив за его взглядом, я увидела три уродливые фигуры полуразложившихся трупов с ярко горящими даже в этой тьме глазами. Они спускались с холма и направлялись как раз в нашу сторону. В сторону Дика.

– Береги Оську, – крикнула я Лису и выбежала из круга, пройдя прямо сквозь стену вслед за Диком. Стена с недовольством меня пропустила, принимая мое желание покинуть круг.

– А ну вернись обратно! – рявкнул лорд, увидев меня рядом. Я стояла молча, не собираясь ему перечить. – А ты-то куда?!

Обернувшись, я увидела стоявшего прямо за мной Лиса, тоже покинувшего пределы круга.

– А что я там один, как дурак, сидеть должен?

– Я для кого круг рисовал? – ощерился Дик.

Лис невозмутимо ткнул в него пальцем.

Взглянув на круг, мы все трое уставились на сидящего в центре Оську, удивленно хлопающего глазками и смотрящего на нас.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю