Текст книги "Курортный роман и его последствия (СИ)"
Автор книги: Ольга Игнатова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)
Глава 35
Я была счастлива! Настолько счастлива на сколько может быть любимая женщина. Я купалась в любви и внимании любимого мужчины. Мы готовились к свадьбе и дальнейшей нашей жизни. Я была не принципиальна, где жить и согласилась, что мы переедем в Стамбул, в дом Кабила. В глубине души я, конечно, переживала, но поговорив с родителями, я успокоилась. Они сказали, что нет ничего страшного если я уеду жить в Турцию. Они обещали меня навещать, да и я тоже буду часто прилетать в Москву, так как у Кабила здесь бизнес. Я успокоилась и стала потихоньку готовиться к переезду. Мы решили сыграть свадьбу, после того как перевезем мои вещи, после того как я перееду к нему.
Сегодня я начала паковать свои вещи. Хочу сказать, что это не просто. Одно дело собрать чемодан на отдых, другое готовиться к переезду. Мне надо было отобрать, что я возьму с собой, а что мне не пригодиться и я оставлю здесь. Что-то выкинуть, что-то раздать. И мало того, что это дело не простое, но еще и утомительное.
Кабил улетел в Стамбул, у него в одном из отелей произошел какой-то несчастный случай. Вчера по телефону он сказал, что все не так серьезно, как ему представили, но решить вопрос все равно нужно. Поэтому он вернется только завтра. Я как раз и решила потратить это время на сбор вещей.
Кабилу было тяжело в том плане, что его основной бизнес находился в Стамбуле, а он практически все время проводил в Москве. Я понимала, что дистанционно управлять сложно. Не всегда можешь уследить за тем что работу выполняют качественно. Да и сотрудники могут расслабиться, зная, что хозяин в другой стране. Поэтому я была не против переезда. Меня в Москве кроме родителей ничего не держит, а они меня поняли и поддержали.
Тем более я любила Турцию. Я помню как мечтала слетать туда на отдых, меня всегда тянуло в эту страну. А город Стамбул меня просто заворожил. Я не чувствовала себя чужой, где-то в глубине души я чувствовала себя частичкой этой красивой страны. Мне нравилась и была интересна ее история, традиции. Поэтому переезд меня совсем не тяготил.
Я так умаялась с сортировкой вещей, что решила немного отдохнуть и прилегла на диван в гостиной. Сама не заметила, как заснула. А разбудил меня мой сотовый телефон, который разрывался в тишине квартиры. Я открыла глаза, увидела, что солнце за окном уже стало садиться. Не плохо я так поспала, подумала я и наконец взяла без умолку звонящий телефон. На дисплее светился незнакомый номер телефона. Я приняла вызов.
– Алло.
– Алло. Алина, здравствуй. – услышала я и сразу узнала голос звонившей.
– Ирина Сергеевна? Здравствуйте.
В ответ я услышала всхлип и мое сердце забилось сильнее чувствуя неладное.
– Ирина Сергеевна, что случилось? – спросила я.
Мой голос стал звенеть от напряжения. Я почувствовала как нервы натягиваются, словно струны.
– Алина, – всхлип, – Кабил в реанимации. – снова всхлип, а мое сердце ухнуло куда-то вниз, в глазах потемнело.
– Что? Что случилось? – спросила я, подскакивая с дивана.
– Авария. – услышала я ответ, а потом рыдания.
– Ирина Сергеевна, как он? Когда это произошло? Что говорят врачи? – задавала я ей вопросы, не давая панике завладеть мною.
– Через час самолет. Я лечу в Стамбул. Махмет уже там. Ты полетишь? – спросила она, игнорируя мои вопросы.
– Конечно! – воскликнула я.
– Через двадцать минут за тобой заедет машина. – сказала она и всхлипнув отключилась.
А я еще несколько минут сидела как в ступоре. Не может быть! Не может этого быть! Может она ошиблась? Я взяла телефон и стала набирать Кабилу, еще и еще, но телефон был выключен. Из глаз брызнули слезы. Мне только сейчас стало реально страшно за него. Я должна быть рядом, рядом с ним. Ему нужна моя поддержка. Я побежала в комнату, достала свой чемодан и стала бросать в него вещи. Все в подряд. Достав документы, кинув их в сумку, я закрыла квартиру и выбежала на улицу. Спустя несколько минут к подъезду подъехала черная машина, водитель опустил окно и спросил:
– Вы Алина?
– Да.
– Садитесь.
И я села. Мы доехали до аэропорта в полной тишине. Там водитель проводил меня внутрь аэропорта, где меня ждала зареванная Ирина Сергеевна. Увидев ее, я тоже не смогла сдержаться и расплакалась. По ее виду и заплаканным глазам было понятно, что все серьезно.
– Что случилось, Ирина Сергеевна? – спросила я, после коротких объятий.
– Авария. Он не справился с управлением и врезался в ограждение на трассе, после чего машина перевернулась и улетела в кювет.
Я была в ужасе от услышанного. Как такое могло произойти? Кабил опытный водитель и всегда уверенно управлял автомобилем. Что в Стамбуле, что в Москве.
– Мехмет только звонил. Сказал сделали операцию. Состояние пока стабильно тяжелое, в сознание не приходил. – продолжила она.
Объявили посадку на наш рейс. Ирина Сергеевна позаботилась о моем билете. Наши места были рядом в бизнес-классе. Весь перелет мы не разговаривали. Каждая думала о своем. А я молила бога, чтобы с Кабилом все было хорошо. Я не переживу если потеряю его. Второй раз точно. Он сильный, он должен выкарабкаться. Он обещал мне целую жизнь. Он должен мне эту жизнь. Хоть перелет и был ночью, но ни я ни Ирина Сергеевна не сомкнули глаз. Сон не шел совсем. Каждая из нас была в своих переживаниях.
В аэропорту в Стамбуле, нас встретил водитель, который сразу же отвез нас в госпиталь. Там нас встретил отец Кабила. Вид у него был вымотанный, глаза потухшие. Он кивком головы поздоровался со мной и переключил свое внимание на супругу. Они говорили по-турецки, а я стояла рядом и переминалась с ноги на ногу. Разговор был не приятный, это я поняла по тону Ирины Сергеевны, она что-то очень эмоционально говорила супругу, а тот повесив голову и опустив плечи слушал, не перебивая.
– Пойдем. – сказала она мне.
Мы прошли по длинному коридору, подошли к лифтам, на одном из них, поднялись на третий этаж и пройдя по коридору, повернули на лево и оказались возле двери в палату. Не спеша, Ирина Сергеевна открыла дверь и мы вошли.
В палате был полумрак и был слышен страшный монотонный звук «Пи-пи-пи». Мы подошли к кровати и увидели Кабила. Он был весь перемотан повязками, нога подвешена, руки лежали вдоль туловища, к одной подключена капельница, к другой какой-то аппарат. Я не выдержала, из моих глаз потекли слезы. Я не могла видеть его таким. Три дня назад он был здоровым, сильным, счастливым. Я провожала его, он мне улыбался, целовал меня и шутил.
Я услышала всхлип. Повернула голову и увидела Ирину Сергеевну, которую душили слезы. Она стирала их платком, который уже насквозь был мокрым. Я протянула свою руку, взяла ее ладонь в свою и легонько сжала.
– Все будет хорошо. Он выкарабкается. – сказала я тихо.
Ирина Сергеевна сжала мою ладонь в ответ, перестала плакать.
– По-другому быть не может. – уверенно проговорила она.
Глава 36
Я пила свой кофе и смотрела на Кабила. Пошли уже четвертые сутки, как я здесь, а он еще в сознание не приходил. Я разговаривала с ним, рассказывала о том, что происходит вокруг, даже погоду с ним обсуждала. Мне так было легче, я была уверена, что он меня слышит. Хотя врач говорил, что изменений в его состоянии пока нет, оно все также стабильно тяжелое.
Клиника, в которой лежал Кабил, принадлежала другу Мехмета Илхановича, Рузгар Бурхану Кудретовичу. Бурхан Кудретович вместе со своей женой Гюлай Онуровной и сыном Серканом держали эту клинику, в которой и работали. Серкан как оказалось еще был и другом Кабила. Вся семья Рузгар постоянно навещали Кабила, проверяя его состояние каждый по своей специальности. К моему удивлению всем было известно, кто я такая и ко мне относились с уважением и заботой.
Ирина Сергеевна практически, как и я проводила рядом с кроватью сына все время. Уезжала только на ночь, чтобы отдохнуть. Меня она звала с собой, но я отказывалась. Она предлагала поменять меня, пока она посидит с сыном, я бы съездила отдохнула, поела и приняла ванну. Но я не хотела оставлять Кабила ни на минуту. И когда я наотрез отказалась оставлять Кабила, Серкан принес в палату раскладное кресло, которое поставил рядом с кроватью Кабила. Я спала рядом с ним. Тут же принимала душ, который был в палате. А еду мне привозила Ирина Сергеевна или Мехмет Илханович.
Я снова отхлебнула глоток горького кофе и поморщилась. Я пока нахожусь здесь столько кофе выпила, сколько не пила за всю свою жизнь. Посмотрела в окно. Время еще раннее, а солнце уже светило во всю. К сожалению, мое настроение не совпадало с погодой. По идее сейчас должен идти проливной дождь. Я больше не плакала. Слезами не поможешь, они делают тебя только слабее. А я должна быть сильной.
– Я тебе сырники принесла. – услышала я голос Ирины Сергеевны.
– Спасибо. – поблагодарила я маму Кабила и взяла контейнер.
Она приходила каждое утро, уходила в обед, а вечером снова возвращалась. Мехмет Илханович приезжал каждый вечер, навещал сына и забирал супругу. Я видела, что между ними напряженные отношения. Но причину не знала, а спрашивать не решалась. Какое мое дело…
– Я ведь как чувствовала, что так будет. Как знала… – вдруг проговорила Ирина Сергеевна.
Я перевела на нее взгляд, не понимая, что она имеет ввиду.
– Когда я увидела Кабила с тобой в ресторане, увидела, как он на тебя смотрит, сразу поняла, что он влюбился. И тогда я поняла, что он повторяет судьбу отца… – она посмотрела на меня.
Я ничего не сказала, не прокомментировала, я была готова слушать и она это поняла.
– Мехмет, когда меня увидел, то тоже сразу в меня влюбился. И я в него. Все также, как и у Кабила.
– Да, только разница в том, что у Кабила до встречи со мной была невеста. – проговорила я.
– Так и у Мехмета тоже. – ответила она мне, чем сильно удивила.
– Мехмет был помолвлен с той девушкой очень давно. У них должна была состояться свадьба через неделю после нашего знакомства. Я тогда с подругой поехала отдыхать, поплыли на экскурсию в открытое море, откуда-то налетел ветер, начался ураган и я случайно упала за борт яхты, оказалась в воде. А Мехмет со своими друзьями недалеко отмечали мальчишник, заметили меня, спасли. Так мы и познакомились. Влюбились друг в друга с первого взгляда. Мехмет решил разорвать помолвку, отменить свадьбу. Но его семья была против. Отец Мехмета меня по сей день не принял. – сказала мне Ирина Сергеевна с обидой в голосе. – Скандал был жуткий. Я именно поэтому настояла, чтобы мы жили в основном в России. Я здесь чувствовала себя чужой. Сейчас я уже привыкла. Стамбул мой дом, а тогда мне было тяжело. Несмотря на все трудности, Мехмет выстоял, его не сломили, ни отец, ни семья той девушки. Он разорвал помолвку. – Ирина Сергеевна тяжело вздохнула. – Но по их традициям, это означало, что он испортил репутацию девушки и должен был понести наказание. Тогда отец той девушка, на которой должен был жениться Мехмет, вызвал его к ответу. – Ирина Сергеевна сглотнула, – Он стрелял в Мехмета, а тот просто стоял ничего не предпринимая.
– Какой кошмар! – воскликнула я.
– Да. Он выстрелил три раза. Попал Мехмету в плечо, легкое. Третья пуля мимо. Я тогда чуть не умерла от страха. Точно также как и ты сидела в больнице возле Мехмета.
Я была в шоке от услышанного. Действительно, очень похожа история Кабила на историю отца. Хотя есть одно но.
– Подождите… – произнесла я, – Вы хотите сказать, что Кабил не просто так попал в аварию? – задала я вопрос и посмотрела на Ирину Сергеевну.
Она тяжело вздохнула и отрицательно покачала головой.
– Не просто так. Брат Иман что-то сделал с тормозами. Это запечатлели камеры видеонаблюдения. Таким образом он хотел отомстить за сестру.
Я была в шоке.
– И что? Он останется безнаказанным? – спросила я.
– Нет. Он ответит по закону. Мы живем в двадцать первом веке, а не в каменном веке. – уверенно ответила мне мама Кабила.
Я закрыла глаза и попыталась успокоиться. Сейчас я готова была сама, голыми руками придушить и Иман и ее братца.
– Я ведь просила, всегда просила Мехмета, отказаться от всех этих договорных свадеб. Я хотела чтобы Кабил сам выбрал себе девушку на которой захочет жениться. Я всегда напоминала Мехмету о нас, о нашей истории. И он был согласен со мной. До тех пор, пока отец Иман не пришел свататься. Как я была против. Если бы ты знала. – эмоционально проговорила Ирина Сергеевна. – Но Кабил согласился. Мехмет уговорил меня, что это достойная пара и Кабил сможет полюбить Иман… – Ирина Сергеевна замолчала, задумавшись. – А потом он практически переехал в Россию, занялся бизнесом не его профиля. Все это было странно. А потом мы встретили вас в ресторане и я все поняла… – она замолчала. – И вот теперь из-за их дурацких обычаев, традиций, мы чуть не потеряли сына! – воскликнула она.
Я сидела и переваривала услышанную информацию Я была потрясена. Я думала, что Кабил все уладил со своей несостоявшейся невестой. Я думала, что все решено. А они оказывается решили мстить. Я сейчас была зла на Иман, хотя раньше негативных чувств к ней не испытывала. Я теперь понимала, почему между Ириной Сергеевной и Мехметом Илхановичем напряженные отношения. Она винила супруга в случившемся. Но ведь Кабила никто не заставлял, он сам согласился. Одно дело если бы отец надавил на него, но он то сам принял решение.
– Ирина Сергеевна, – обратилась я к маме Кабила, – Не вините Мехмета Илхановича. Он не хотел зла сыну. Он любит его и переживает не меньше вас. Так ему еще тяжело от того, что вы его вините в случившемся… – сказала я то, что думала.
Ирина Сергеевна внимательно на меня посмотрела, но ничего не ответила. Мы какое-то время сидели молча, каждая думая о своем. В обед Ирина Сергеевна собралась уходить, спросила у меня, что бы я хотела съесть. Я попросила суп, любой. Мне правда хотелось горячего. Она улыбнулась и сказала, что принесет куриный.
После ее ухода я продолжала сидеть возле Кабила прокручивая в голове рассказ его матери. Как в кино, честное слово. Неужели в реальной жизни может сын настолько точно повторять судьбу отца. Я посмотрела на бледное лицо Кабила. Что-то сегодня в нем изменилось, что, я не могла понять. Опущенные веки, щетина, впалые щеки. Все также, но и как-то по-другому. Я придвинулась ближе и взяла его ладонь в свою.
– Когда же ты проснешься? – спросила я. – Я по тебе соскучилась. Мне тебя не хватает. – я сжала легонько его ладонь. – Интересно, я тебе снюсь? Знаешь, когда я лежала в больнице, ты мне снился. Всего один раз. И сон был настолько правдоподобный…
– Это был не сон. – услышала я и так удивилась, что даже не поняла, кто это сказал.
Я неотрывно смотрела на лицо Кабила. Глаза все также закрыты. Но потом я увидела, как его губы шевелятся и услышала:
– Я тогда к тебе действительно приходил. – он открыл глаза и посмотрел на меня.
Я подскочила с кресла. Моей радости не было предела. Я быстро нажала на кнопку, вызова медсестры и подошла к нему.
– Кабил… – проговорила я, чувствуя, как из моих глаз льются слезы. Слезы радости.
В эту минуту в палату вбежала медсестра и увидев, что Кабил пришел в сознание, убежала.
– Кабил…, – снова проговорила я.
– Все хорошо. – ответил он мне, сжимая мою ладонь.
– Я люблю тебя. – проговорила я, поднося наши сплетенные пальцы к своим губам.
– Я тоже люблю тебя. – ответил он и закрыл глаза, проваливаясь в бессознательное состояние.
А я сидела и тихонько плакала, сжимая его ладонь. Но тут в палату ворвались врачи и отодвинув меня в сторону стали проводить различные манипуляции. А я знала, что теперь точно все будет хорошо.
Глава 37
Кабил
Меня ужасно раздражало мое состояние. Мне не нравилось быть беспомощным и зависеть от кого-либо. Я даже в туалет сам сходить не мог, меня провожала Алина. Радовало только то, что мой организм быстро восстанавливался после аварии.
Я конечно был в шоке и зол на семью Келбек. Накануне аварии я встречался с братом Иман Хасаном, он пытался уговорить меня все же жениться на ней. Но я естественно отказался, сказав, что все уже решено и у меня скоро свадьба. Он разозлился. О том что он будет мстить я не думал. Я не думал, что он настолько глуп. Он понимал, что понесет ответственность за свой поступок, тем более делал все под камерами.
Алина вошла в палату и улыбнулась мне. Мое сердце сжалось в груди. До встречи с ней я не верил в любовь. Не знал, что можно испытывать такие сильные чувства. И ведь я не сразу понял, что люблю ее. Она ворвалась в мою жизнь, как ураган. Сначала я не поверил ей и думал, что она играет. Притворяется, что не знает кто я такой. Она меня сразу чем-то зацепила. Со мной часто пытались познакомиться туристки, часто притворялись, что не знают, кто я. Другие же наоборот, сразу заявляли, что знают, кто я и предлагали себя. Если девушка мне нравилась, то я мог уделить ей внимание на время ее отпуска. Если нет, то я ее отшивал или просто игнорировал.
А с Алиной все было не стандартно. И знакомство было спонтанным. Она меня заинтересовала. Я в тот вечер в ресторане не сводил с нее глаз, она ужинала, не глядя ни на кого в зале. Видимо почувствовав мой взгляд, подняла на меня глаза и практически сразу отвела его, засмущавшись. Потом я ловил ее за разглядыванием себя, но стоило мне на нее взглянуть, она отворачивалась.
Тогда я и решил предложить ей экскурсию, немного схитрил, попросив администратора сказать, что экскурсия – это извинение за инцидент в баре. Я с нетерпением ждал ее на следующее утро, думал, что она наконец выдаст себя, что знает кто я такой. Но и тут она меня удивила. Она была шокирована увидев меня, решив, что я гид. Я тогда подумал, что она мастерски играет. Но позже понял, что нет. И тогда я решил пригласить ее и на следующий день. Мне понравилась Алина и если честно, то я просто хотел с ней переспать. Думал, что потом она уедет и я забуду ее, как и предыдущих до нее туристок.
Когда я привел ее в свой номер в отеле, думал, что она будет в восторге, но мне показалось, что она расстроилась. С ней все было не так, все по-другому.
А потом и вовсе она меня шокировала, когда попыталась улизнуть из номера, не сказав мне. От меня никто так никогда не уходил. А ее слова вообще задели меня, зацепили. Она так и не поняла, кто я. Она действительно думала, что я служащий гостиницы и решил порисоваться перед ней, приведя в шикарный номер. Если бы ее слова меня тогда так не разозлили, то я бы рассмеялся даже. Но она меня разозлила. Чем зацепила меня еще сильнее. Я отпустил ее, зная, что это не конец.
Я почти в лепешку разбился, узнал кто она, откуда. Навел о ней справки. Идея купить фирму в которой она работала пришла спонтанно. Продажа медицинского оборудования не мой профиль и особо меня это дело не заинтересовало. Но я думаю, что справился я не плохо. Судя по взлетам продаж и приростом новых клиентов, я преуспел.
Я с нетерпением ждал, когда Алина войдет в конференц-зал. Предвкушал нашу встречу. Ждал ее реакцию. Мне хотелось тоже ее обидеть, зацепить словами, как она меня. Но то что она соберется уволиться не ожидал. Думал поломается немного и сдастся. Но нет. Она и тут меня удивила.
Я все сделал, чтобы она вернулась обратно на работу. Подключил все свои связи, чтобы ее никуда не взяли. Ждал, что прибежит. Но она оказалась упертой. Да еще и дурой, решила влезть в долг под огромные проценты. Я тогда не на шутку взбесился и поменял условия. Я знал, что она будет моей, только это был процесс времени. Я поставил свои условия.
Сначала у нее хорошо получалось меня игнорировать, делать вид, что я ее не интересую. Но моя отстраненность сделала обратный эффект. Она стала сдаваться. Я видел, что она хочет меня, но гордость не позволяла.
А потом я узнал про ее не состоявшегося женишка. Вот я взбесился тогда. Какой-то урод достоин быть с ней, а я нет? Я поздно узнал, что он изводил ее, требуя с нее какой-то долг. Я с огромным удовольствием тогда дал ему по морде. Выволок в подъезд, готов был придушить… Сказал, что прибью, если еще хоть раз он явится к Алине. Это чмо оказалось трусом, сбежал сразу же, только пятки сверкали.
А когда вошел в квартиру и увидел в чем одета Алина, уже готов был придушить ее. Ее сорочка не скрывала ничего. Наоборот, подчеркивала и открывала все прелести ее фигуры. Я был зол, очень зол. И тут Алина сказала, что она открыла дверь потому что думала, что это я пришел. И все. Я сорвался. Я не помню кто первый потянулся за поцелуем. Помню, что чуть не кончил только от того что прикасаюсь к ней. Это была сумасшедшая ночь, мы не могли насытиться друг другом.
А потом, мне было трудно без нее дышать, мне постоянно хотелось видеть ее рядом, хотелось трогать ее, дышать ее запахом. Вот тогда я понял, что влюбился. Алина была той, с которой я готов был создать семью. Но было одно но. Совсем скоро у меня должна была быть свадьба. С другой девушкой. Я понимал, что не имел права так поступать с Алиной. Но боялся, что если она узнает, то сразу бросит меня. Я еще тогда решил, что отменю свадьбу. Поговорю с Иман, все ей объясню. Я ждал ее возвращения. И упустил тот момент, когда она вернулась. Я не должен был допускать встречи Алины и Иман, но я допустил. Я не должен был допустить, чтобы Алина все узнала вот так, но я допустил. Ей было больно. А мне больно от того, что больно ей. И ненавидел себя за то, что причинил ей боль. Она не хотела меня слушать, да я и не хотел оправдываться. Я был виноват. И слова бы не помогли. Нужно было действовать.
Я продал МедТехнику, дав Алине возможность вернуться на прежнюю должность. Сам улетел в Стамбул, чтобы расторгнуть свадьбу. Это было не легко. Иман истерила, кричала, что любит меня, просила не поступать так с ней, грозилась что-либо сделать с собой. Я разговаривал с ее отцом Ахматом. Он тоже был зол. Я думал, что миром мы не договоримся, но тут вмешался мой отец, он заплатил большую сумму откупных и тогда Ахмат согласился. Мой отец предложил семье Келбек выбрать в мужья одного из моих двоюродных братьев. Этот союз тоже был бы выгоден их семье. Ахмат сказал, что возьмет все в свои руки и обещал, что поговорит с дочерью и все уладит. Я с облегчением выдохнул. И действительно, позже я узнал, что Иман согласилась выйти замуж за моего двоюродного брата Фуркана. Фуркану давно нравилась Иман и он был рад возможности завладеть девушкой. Когда я удостоверился, что все улажено, сразу же вылетел в Москву. Я спешил к Алине.
И все ведь было хорошо, я думал, что все наладилось. Но тут в моем отеле произошел несчастный случай. Один из туристов поскользнулся на мокром полу в отеле и сломал руку. Как потом выяснилось, он был мертвецки пьян и мокрый пол тут не при чем. В тот же вечер я встретился с Хасаном на парковке возле своего отеля.
Переночевал в своем номере, а утром отправился в аэропорт. Я не знаю в какой момент понял, что с машиной что-то не то. На повороте не смог притормозить, педаль просто утонула в полу, я врезался в ограждение, помню что машина перевернулась и все, темнота. Очнулся уже здесь, в больнице. Отец рассказал мне, что случилось и кто виноват в аварии, пока мама и Алина ходили за кофе. Оказывается Иман так и не смирилась с тем, что я от нее отказался и стала давить на своего брата, который души в ней не чаял. Хасан решил отомстить за сестру. Интересно, Иман понимает на что толкнула брата? Понимает что он теперь в тюрьму сядет? Чуствует ли она вину? Хотя меня это не волнует, пусть это будет на совести Иман. А Хасан в следующий раз будет думать своей головой.
– Как ты себя чувствуешь? – спросила Алина, садясь рядом и протягивая мне стаканчик с кофе.
– Отлично. Я готов ехать домой.
Алина засмеялась, а мне прям бальзам на душу от ее смеха. Я готов часами слушать как она смеется.
– Пока рано, Кабил, ты же знаешь.
– Говорят, дома стены лечат. – вспомнил я поговорку.
– Потерпи еще немного. – наклонилась ко мне Алина и поцеловала меня в губы. – Еще пару дней, сдашь некоторые анализы и если показатели будут в норме, тебя отпустят домой. – повторила она то, что мне десять раз уже говорил Серкан и его отец Бурхан Кудретович.
Я ничего не ответил, потянул Алину на себя и снова припал к ее губам. Я безумно хотел ее, но сломанная нога и швы на груди не позволяли мне исполнить мои желания. Оставалось пока довольствоваться только поцелуями.
– Гм-гм. – услышали мы.
Алина оторвалась от моих губ и пересела в кресло. В дверях палаты стояли мои родители.
– Привет мам, привет пап. – поздоровался я.
– Здравствуйте. – смущенно проговорила Алина, опуская глаза в пол.
– Мы принесли вам покушать. – проговорила мама, улыбаясь. – Алина, я приготовила тебе твои любимые овощи.
– О, спасибо!
– Ты знаешь, я нашла новый рецепт, думаю тебе должен понравиться, все-таки вкусы у нас похожи.
– Что за рецепт?
Алина и мама стали обсуждать какое-то новое овощное блюдо. Мы с отцом переглянулись, отец покачал головой, закатив глаза. Я улыбнулся. Мама и Алина очень быстро нашли общий язык, у них были похожие во многом вкусы, одинаковые интересы. Они легко общались, шутили. Отец тоже относился к Алине с уважением. Я знаю, что мама винила его в том, что со мной произошло. Но я не считаю, что отец виноват, меня никто не заставлял соглашаться на эту свадьбу. Это был мой выбор. Но сейчас мама и отец помирились, чему я был очень рад. Они любили друг друга, по настоящему. Я знаю, что мой дед был против, чтобы отец женился на матери. И по сей день не принимал ее как сноху. Хотя меня любил. Мне кажется, что он и к маме относится с уважением и любовью, просто из-за вредности не признает этого.
Позже, когда родители ушли и Алина прилегла рядом со мной, я здоровой рукой перебирал ее волосы. Мы уже сто раз обсудили все детали предстоящей свадьбы. Я не мог дождаться, когда меня наконец выпишут, снимут гипс с руки и ноги и мы наконец-то поженимся. Мне хотелось поскорее сделать Алину своей женой. Надеть кольцо на палец.
