Текст книги "Тайна исчезнувшей колонии (СИ)"

Автор книги: Ольга Хараборкина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

Глава 7

Ночевать пришлось в той же комнате, где погиб мистер Лесли. Никто не собирался выделять мне новую – мест нет и вопрос закрыт. Хорошо хоть тело убрали, но бурое пятно на полу никто даже не затер. Сервис. Невольно в голову полезли нехорошие мысли, паренька банально использовали и как отработанный ресурс убрали.

Сон не шел. Я лежал прямо в одежде на кровати и смотрел в потолок, за окном шел очередной тропический ливень и с подоконника тонким ручейком бежала вода. До чего же мерзкое место! Очередная вспышка молнии осветила стену – прямо над моей кроватью, цепляясь всеми шестью лапками за дерево, сидел таракан. Он даже не шелохнулся, когда я встал и зажег керосиновую лампу, лишь деловито повел усами и продолжил зависать на стене.

Наверное он думал, что если его матушка природа наделила двух дюймовым телом, то бояться нечего. Трагическая ошибка! Обвел взглядом комнату в поисках, чем покарать наглеца. Рука сама потянулась к стопке рабочих блокнотов мистера Галбрейта. Уже замахнувшись и прицелившись, решил, что нехорошо так с вещами покойного. Пришлось стянуть ботинок, большой палец тут же выскочил на свободу из дырявого носка. Да, поиздержался. Денег хватило только на новые брюки из плотной дышащей ткани, старые превратились в тряпку в яме, и на куртку с карманами. Хотел приобрести и сапоги, но цены меня неприятно удивили, если бы знал, что меня отправят непонятно куда надел бы их сразу, а не довольствовался высокими ботинками на шнуровке.

С противным чавкающим хрустом таракан превратился в жирную кляксу, часть которой осталась на подошве. Теперь в комнате была два пятна желтое и бурое. Жутко захотелось закурить, в прошлой жизни увлекался, а в этой решил не начинать. Можно было купить что-нибудь выпить, но рисковать не стал. Трезвым больше шансов ни во что не влипнуть, хотя все предыдущие приключения состоялись в ясном сознании.

Взгляд опять зацепился за блокноты пропавшего исследователя. Да еще слова вдовы Галбрейта про мертвеца не давали покоя. Я хоть и не суеверен, насколько это возможно в мире, где существует магия, но все равно тревожно на душе. Решил, что раз не спится, то почитаю. Организм настолько устал, что в состояние покоя не мог войти. Почерк у Огдена, как у наших врачей, но где-то со второй страницы приноровился. Там было описание по дням нескольких экспедиций и отдельно рассуждение о мироустройстве. Меня затянуло.

'…Природа Катаклизмов до сих пор не ясна. Многие ученые спорят, что служит причиной разрушения поверхности мира. Судя по моим личным исследованиям, цивилизации, какие мы знаем сейчас уже трижды стирались с лика планеты. Я вижу только одну более объективную закономерность появления глобального бедствия. Во всем виноваты люди.

Чтобы разобраться в этом поподробней, возьму теорию отражений. В развалинах цивилизации шенталу, что находиться в джунглях к западу от Тишатлы, мною были найдены рисунки планет относительно нашего солнца. Все близлежащие к нам тела были изображены обычным кругом. В то время как Тетис представлял собой некую очередность планет, так называемый парад. Три окружности, наложенные одна на другую.

Большинство религий Тетиса опирается на основополагающее понятие Равновесия. Так шенталу утверждали, что Тетис един в трех ликах, центральный из них обитаемый. Первый – это пустота, там нет магии и ничто живое не может существовать без нее, третий – сердце потока, именно оно наполняет второе отражение. Когда поток и пустота находятся в Равновесии система существует и функционирует. Энергия связывает все три отражение в одно.

Люди – это бедствие, которое и порождает катаклизмы. Настенные рисунки дали понять, что некогда цивилизация шенов процветала, поток стабильно приходил в Тетис и свободно покидал его, исчезая в пустоте третьего отражения. Гармония ничего и всего.

Но однажды пришел темный человек и нарушил устоявшийся порядок. Все изображения принесшего зло были покрыты черной краской, что наталкивало на мысль не только о злом умысле, но и о чуждом происхождении странника. Он сплотил сильнейших магов шенов и закольцевал поток, чтобы он не уходил из Тетиса. Мир закипел – вулканы, до той поры спящие, пробудились, неся опустошения на людские земли. Цивилизация шенталу превратилась в пепел.

Горная цепь, что простирается к востоку от Тишатлы послужила убежищем для горстки спавшихся, они и оставили после себя эти рисунки…'

Я перелистнул страницу и задумался – миров много, а проблемы все те же. Люди не только умеют созидать, но разрушать, к сожалению последние выходит в разы лучше. Земля тоже потихоньку закипела, у нас этому явлению даже дали красивое название – глобальное потепление. Волной накатила хандра, хотелось завыть. Давненько меня не посещала эта баба, в начале при переселение она часто коротала со мной вечера, а потом свыкся, пообтерся и она ушла, по-английски – не прощаясь.

Перевел взгляд на записи мистера Галбрейта, он даже не поленился и зарисовал несколько сцен с темным человек. На изображениях он казался чужеродным объектом, лишний элемент в системе. За окном сверкнула очередная молния и в голову мне пришла интересная мысль. А что если этот человек – такой же попаданец из другого мира? Чтобы подтвердить или опровергнуть свою идею стал листать блокнот дальше, ища информацию по другим катаклизмам. Были ли там такие люди?

'Первый катаклизм только считается таковым, лишь по причине начала отсчета страшных событий. На самом деле есть множество свидетельств того, что ни один раз до него человечество вставало на колени. Южный материк из-за своего жаркого климата и возможности жить без крыши над головой для людей сохранил не мало свидетельств других катастроф.

Около Тишатлы обитают племена, которые ведут свою историю от разных народов. Так беловолосые скааги живой пример переселения с севера. В их легендах упоминается обжигающий лед и вечный холод – наступление аномальной погоды одно из свидетельств катаклизма.

Но сейчас я хотел бы порассуждать об эпохе рассвета магического искусства, когда проводники правили миром Тетис. Все страны, которые сохранили королевскую власть по сей день, являются осколками государств того времени. Наш Северный Архипелаг относится к числу старых монархий.

Так о чем это я? Второй катаклизм – официально отмеченный в учебниках истории. Произошел он когда маги Тетиса решил пригубить могущества из чаши гордыни. Именно так трактует Церковь Равновесия причину Великого мора. Эксперименты с потоком смерти и темные искусства почти уничтожили людей. Маги коснулись запретного и за это поплатились тысячи. Тогда и зародилось вера в Судью и Равновесие в том виде, в котором она существует сейчас. В некоторых исторических хрониках упоминается об Ордене, который охотился за иными и беспощадно уничтожал тех, кто вызывал сомнения в принадлежности этому миру.

Предполагаю, это одна из ветвей Церкви, нацеленная на тех, кто близок к запретному искусству. После второго катаклизмы, когда мертвые пошли на живых магия смерти ушла в небытие. Те зачатки темного искусства, что существуют сейчас, лишь призваны защитить людей от черной энергии.'

Галбрейт полагал, что Орден – воинствующая часть Церкви, и она давным-давно упразднена. К сожалению, сейчас это фанатики, борющиеся за чистоту Тетиса от чужаков или как он писал от иных. Пролистав еще пару страниц, я не нашел, кто именно устроил второй катаклизм – имена или прозвища, только пространные рассуждения о том, кто подлежал уничтожению, ради сохранения мира. Если предположить, что иные и есть подселенцы из других миров, то теория о том, что катаклизмы провоцируют чужаки вполне реальна.

Но что в первом, что во втором случае Тетис уничтожала магия, а не наука. Но те, кто хорошо знаком с историей Тетиса знают о Ночах сплетения и о третьем по счету катаклизме. Пожалуй, именно он заставил идти науку семимильными шагами, и люди разделились на прогрессистов и проводников. Все, что я прочитал об этом у Галбрейта совпадало с тем, о чем нам говорили на уроках истории, кроме отражений, но сначала основное.

В результате уничтожения иных Орденом и Великого мора в Тетисе осталось очень мало проводников, на сцену вышли обычные люди и раз магов не хватало, то человеческий разум покорял науку. По аналогии с клубами джентльменов, куда вхожи только одаренные, существуют научные общества, обязательно в главном зале висят портреты первых ученых. Инженеры знают имена этих людей, их открытия и достижения. Мало того большинство из них получили в награду титулы за заслуги перед короной или страной и пролезли во власть.

Раньше я не задумывался о том, что прогресс уж больно быстро шагнул вперед. От простых ремесленников к мануфактурам, а после к фабричному производству. Ткацкие станки, паровые машины, поезда, дирижабли, механоиды – мир шагнул в эпоху рассвета производств, основанных на науке и магии. Слишком быстро это произошло, будто те, кто все изобретал, знали эти вещи или видели вживую. Если рассуждать дальше то становиться очевидно, что науку двигали чужаки, такие как я.

И тут забили тревогу уже проводники – поток переставал подчиняться им, вызывая Ночи сплетения или же порождая стихийные бедствия, массовую гибель магических зверей и многое другое. Результатом стала война между сторонниками одного и другого, а по сути восстание обычных людей против одаренных. Никто не стеснялся в средствах, в пример всегда приводят Мадж – остров в центре Восточном океане. Стараниями людей он превратился в аномальную зону, где сплетение происходит почти каждую неделю. Очень много охотников за редкостями полегло у его берегов – сам остров чуть больше земной Великобритании, поэтому аномалия блуждает по нему, как перекати-поле по степям. Что же касается последствий войны или Третьего катаклизма, когда люди сошли с ума Галбрейт отмечает следующее:

'…Впервые, человеческая цивилизация спасла хоть что-то после случившегося, но и многое было утеряно. Тетис в очередной раз переродился, но сумев сохранить часть прежнего наследия. В мире появились дыры, которые забирали поток и создавали равновесие. До сих пор идут споры об их искусственном создании, но я бывал у острова Тир, где расположена пространственная аномалия у побережья, и мне не показалось, что это место чем-то отличается от других. Порядок вещей, наконец-то, восстановился и энергия больше не переполняет чашу, это вселяет в меня уверенность в будущем дне.

Что же касается сплетения, то последнее происходило на Северном Архипелаге пятьдесят лет назад. Корона и Церковь неустанно следят за равновесием и потому страшных ночей, приходящих на наши земли, все меньше. Пускай остров Мадж будет всем живым доказательством людского безумия.

Что же до самого эффекта сплетения, то теорией отражений шенталу можно хорошо объяснить процесс. В какой-то момент все три лика Тетиса сходятся в один вызывая эффект сплетения. К сожалению, людей, не повредившихся рассудком и выбравшихся из аномалии, ничтожное количество, чтобы подтвердить или опровергнуть моё предположение. Те, кто не наложил на себя руки давно находятся под чутким присмотром Церкви, либо же властей.

Когда я на очередном научном собрании озвучил свои мысли, то меня подняли на смех. Господа инженеры четко придерживаются позиции, что ночи сплетения – высшая иллюзия с применением стихий, а лорды маги утверждают, что так Судья карает мир за излишнее рвение в науке. Но самое примечательное то, что меня удостоил разговора один из высших санов Церкви с просьбой не смущать человеческие умы. И если мне хочется более подробно исследовать этот феномен, то они финансирует мою поездку на Южный материк под крылом торговой компании.'

Ну что ж с Галбрейтом все стало ясно – Церковь поступила мудро, проще возглавить восстание, чем усмирять его. Так человек спокойно работал на них и все его умозаключения попадали куда нужно.

Я пролистал еще несколько тетрадей, отложив те, которые касались заброшенных развалин в джунглях, и крепко задумывался. Картина выходила на редкость скверная. Меня даже посетила мысль, что я не сам выбрал Южный материк конечной точкой бегства. Можно же было отправиться и в северные колонии, или же на Пустынный континент. Даже предложение от торговой компании было слишком сладким, отчего простой человек не в силах был отказаться. Или же заявление серых, что больше они мне защиту, как свидетелю обеспечивать не будут. Еще государственный адвокат, так сочувствовал мне, периодически вставляя фразы что у старшего Хейга влияния нет только там. Почему же Южный материк? Да, все вокруг мне о нем говорили. Возможно это мои фантазии, но с началом незабываемых приключений несколько иначе смотришь на отправную точку. Кому понадобилось, чтобы я приехал сюда?

Пока просто перечислю факты, которые мне кажутся очевидными. Неизвестная группа людей или же один человек собирает противоборствующие стороны в одном городе, который уже является ареной для битв трех торговых компаний. Не исключено, что происходящие следствие интриги «Челстера» или «Наследия».

Так же лорд Оукман сподвиг молодых одаренных на исследования Южного материка, входным билетом послужили семейные артефакты, причем реликвии рода до сих пор сохранили свою силу. Кстати, надо будет поинтересоваться, что стало с вещами мистера Лесли. Почему-то мне кажется, что свисток на кракена украли.

Идем дальше, молодых же инженеров обманом отправили в Тишатлу, где буквально несколько дней назад произошел неприятный инцидент у подножия Молчаливого свидетеля. Но торговые компании не отступили, а продолжают натиск и даже заручились поддержкой Церкви, не говоря уже о Короне, которая прислала наблюдателей. Отсюда напрашивается только один вывод – в джунглях есть нечто очень ценное, настолько ценное, что они не жалеют людских ресурсов и прут напролом.

Еще настораживают вопросы моего уже навязанного помощника, теперь я почти уверен, что Фарлей кому-то служит, при этом тоже являясь подселенцем. Либо тем, кто знаком с ними лично. Мистер Бейли прямо сказал мне, что Церковь в курсе моего происхождения, и что она может поведать о моем существовании Ордену. Последний уже давно открыто не встревал ни во что, эти люди убирают чужаков незаметно и тихо, не стесняясь никаких методов для достижения цели. Я почти уверен, что в нашем походе будет кто-то из него.

Ну и на закуску мистер Кроф – ярый представитель партии прогрессистов. Он там, где всегда затевается какая-то авантюра на грани. Что мешало Белоручке пристрелить меня еще на «Удачливом Бью»? В том хаосе, что творился на пароходе, никто бы не заметил выстрела, тем более Оскар знал, что я тоже на этом судне. Вывод – я ему зачем-то нужен. Или же у меня зашкаливает чувство моей значимости?

Так зачитавшись записями Галбрейта, я не заметил, как закончилась гроза. Робкие лучи солнца, пока ещё нежно, касались просыпающегося города. Глянул на часы – четыре утра. Надо прилечь и хоть немного отдохнуть, день предстоял тяжелый и насыщенный. Разговор с начальником экспедиции вникуда меня не радовал, если старший инженер Рамзи не дурак, то мне предстояло тяжелое знакомство с ним.

Еще хотелось побеседовать с Кругляшом, я бы даже сказал душевно побеседовать – он похоже знает в разы больше, чем хотел бы. Но являясь трусом он зачем-то приехал сюда, а значит выгода пересилила все страхи. Кроме того мистер Фейн даже будучи магом умел играть за оба лагеря, и наверняка знает все сплетни как проводников, так и инженеров. Что ж сначала все разведаю, а потом сломаю ему нос, за сказочную фотографию на центральной полосе «Солнца Тишатлы». Это мысль заставила меня предвкушающе улыбнуться, и я, успокоившись, заснул.

Глава 8

Из-за ночного ливня воздух настолько насытился влагой, что было тяжело дышать. Солнце нещадно иссушала улицы города, от чего казалось, что весь мир находиться в серой дымке. Пиджак решил не надевать, боясь свариться заживо, но даже в одной сорочке пот тек по спине ручьем, от чего она прилипала к телу. Путь на другой конец города, где располагалось небольшое депо и одноколейная железная дорога, мне показался дорогой через ад. Тишатла превратились в грязевой аттракцион, настолько сильно ливень промочил землю, а в особенно глубоких местах так и стояла вода.

В одной из сточных канав спиной вверх плавало тело какого-то бедняги, но никто из прохожих даже не обращал внимание на него. Где серомундирники? Где просто законопослушные люди? Казалось город существовал по своим собственным законам. Немного пройдя вперед оглянулся, механоид с помощью багора вылавливал тело. Снова поразился окружающей меня действительности. Поскользнувшись в очередной раз, решил больше не смотреть по сторонам, лучше под ноги так безопасней.

Депо представляло собой грубо сколоченный сарай, в котором производился ремонт и обслуживание двух паровозов. Эти два тягача работали только от угля, из магической составляющей там было только охлаждение котла при перегреве, чтобы предотвратить взрыв. Одна железная дорога вела в сторону Фолкленда, но использовалась она только для перевоза грузов, люди если желали покинуть Тишатлу садились на пароход, что курсировал между городами. Никто не желал возвращаться через джунгли полные опасных тварей и не дружелюбно настроенных аборигенов. Вторая одноколейка как раз углублялась в тропический лес, петляя среди рабочих поселков, она упиралась в горы. Насколько я понял, часть пути мы проделаем в одном из грузовых вагонов, а оставшееся расстояние придется идти пешком.

К депо я шел не просто так, а с целью познакомиться с участниками этого бравого похода в неизвестность. В частности меня интересовал глава экспедиции Питер Рамзи, я должен отметиться у него и получить дальнейшие распоряжения. К сожалению, если этого не сделать меня могут признать, как человека отказавшегося от контракта, а значит должником торговой компании. Около депо располагались угольные развалы, ремонтные мастерские механоидов и склады торговых компаний. Мне нужно было седьмое здание, там шли приготовления к завтрашнему путешествию. Уже на подходе к нужному хранилищу, меня окликнули:

– Эйд, дружище! – этот голос я узнал и даже обрадовался, на ловца и зверь бежит.

– Лукас! – хотел его тут же охарактеризовать, но сдержался. Кругляш сиял на солнце от обилия пота, который выступил на его морде, но это не мешало щеголять ему в светлых бриджах облепивших толстые ноги и в высоких сапогах. На голове у болтуна красовался пробковый шлем того же цвета. Лукас вживался в роль покорителя джунглей, не хватало только мачете и револьвера на поясе. Окинув его оценивающим взглядом – тут же подсчитал стоимость новой одежды. И откуда у Фейна нашлось столько голданов?

– Паршиво выглядишь, – сочувствующе проговорил Лукас. Вот только улыбался он немного злорадно, явно получая удовольствие от созерцания моей помятой рожи. Ничего, дружище, скоро у тебя будет такая же!

– Советую посетить Яму, там знают своё дело, – усмехнулся я.

– Нет уж, благодарю, – замахал руками Кругляш. – Но тебе везет, Эйдан, – задумчиво проговорил он.

– Брось, мы все счастливчики, выжить после атаки кракена! Разве это не чудо? – немного наигранно ответил я.

– Счастливчики… – повторил он, а после отвел взгляд. – Знаешь, Эйд, я всегда поражался твоему везению, но когда тебя схватили понял, что оно закончилось.

– Лукас, что за бред ты несешь? – в душе начало подниматься раздражение.

– Почему же бред? Еще в детстве ты перегорел и не сдох, чем не везенье? – в такие подробности я его не посвящал. Фейн только знал о том, что я проводник.

– К чему ты клонишь? – разговор зашел куда-то не туда.

– И вот опять ты вляпался в дерьмо, и тебя нашли около тела Лесли, но ты не виноват, – проговорил он. – Разве это не везенье? Удача? Называй как хочешь, но ты скользкий как угорь, дружище.

– Ты что завидуешь мне? – удивился я.

– Чему завидовать? – хмыкнул он. – Твоему полунищему образу жизни? Тебе отец предлагал помириться, но ты отказался. Гордый и босой. А «Колесо прогресса»? Они приняли тебя, но ты их подставил. Что с тобой не так Хейг?

Я внимательно смотрел на Фейна и не понимал, что с ним произошло. С чего вдруг он так оперился? Больше нет глупых ужимок, вежливых расшаркиваний – другой человек. Я все ждал, когда он мне скажет фразу – не обращай внимание, это все проклятая жара от нее плавятся мозги. Но нет, он молчал и прожигал меня взглядом.

– Я прихватил тебе подарок, дружище, – он прямо расплылся в улыбке от чего его лицо стало похоже на сплющенный помидор. Из поясной сумки Кругляш достал фотографию. – Оцени, как я постарался для тебя.

Он буквально швырнул в меня снимок и злорадно оскалился, тот легко спланировал в грязь. Фотографию я уже имел счастье лицезреть на первой полосе «Солнца Тишатлы», поэтому даже не шевельнулся. Меня больше интересовала причина столь явных перемен, произошедших с Фейном.

– Дальше то, что? – усмехнулся, ожидая продолжения спектакля.

– Я свободен, Хейг, – радостно произнес он и даже развел руки и немного покружился.

– Словно птица в небесах? – не удержался от колкости, но, увы, только я ее и понял.

– Ты думаешь, что мы друзья. О, нет! В этом проклятом месте я оказался из-за тебя, дружище, – последнее слово он процедил по буквам. – Твой папаша платил мне, чтобы получать сведения о жизни сынка в изгнании.

– Помнится про «Челстер» ты мне все уши прожужжал, – подтолкнул я его, раз у нас утро откровений.

– О! За это мне заплатил Оскар, попросил направить тебя в нужные края, где из закона только вывеска на Яме, – хохотнул он. – Но и Хейг старший с удовольствием поделился деньгами за твое путешествие на юг. Не долго тебе жить осталось, дружище, либо тебя сомнет колесо, либо собственный отец.

– Знаешь, Лукас, ты мне напоминаешь литературного злодея, что скинул маску, они тоже много говорят, в момент триумфа. Так в чем твоя победа? – мне действительно было интересно, что сподвигло его признаться именно сейчас.

Внезапно он замер, будто прислушиваясь к чему-то, прикоснулся рукой к груди, там под рубахой, что-то висело. Амулет? На его лице появилась еще одна глупая улыбка, как у деревенского дурачка, а потом он встряхнулся словно пес и взгляд принял осмысленное выражение.

– Хейг, тебе все само идет в руки, а ты не замечаешь, – покачал он головой. – Но теперь я другой, моя судьба изменилась! Мне не нужно выслуживаться, теперь я хозяин своей жизни.

– Это здорово! – не удержался я и даже захлопал в ладоши. – Браво!

Мне этот разговор уже начал надоедать, у Лукаса похоже кукушка чирикнула последние прости, у магов подобное случается довольно часто. Но для этого что-то должно было послужить катализатором и подозреваю – это та финтифлюшка, что болтается у него на шее.

– Ты что издеваешься надо мной, Хейг! – взвизгнул он.

– Нет, что ты, дружище, – саркастично протянул я, – просто гнус между ладоней попал.

Прозвучало провокационно, собственно говоря, я и хотел вывести его из себя. Ударь я первый, то опять очутился бы в Яме. Забыл самое главное – он же маг, слабый но способный сформировать поток в атакующее заклятие. От первого воздушного лезвия увернулся на инстинктах, просто знал, что нужно шагнуть вправо, а от второго спасся поскользнувшись. Нога поехала по той жиже, что покрывала тонким слоем дорогу, и завалился на спину.

– Вёрткий, да? – злорадно спросил он, нависая надо мной. Пока Фейн думал, чем меня еще накрыть, я ударил, хотел по ноге, а вышло по магическому щиту. А ведь все прибеднялся, что ничего не умеет! Талантище! Лукас буквально лучился довольством видя, что жертва ничего не может сделать.

– Джентльмены, это не спортивно! – лорд Оукман, собственной персоной, решил вмешаться – Уравняем шансы!

После этих слов щит Фейна мигнул и исчез. Улыбка медленно сползла с его лица. Как резко-то ему взгрустнулось. Вокруг нас начал собираться народ.

– Не вмешивайтесь, сэр! – взвизгнул Кругляш. – Это наше дело!

– Старший среди магов я, мальчишка, хочешь пустить кровь – выбирай кулаки или шпага! Не хватало, чтобы проводник избивал сундука, почти обычного человека, прилюдно.

Говорил он четко, звучно, чтобы собравшиеся люди слышали какой он благородный и честный. Но ответил он и правда, ни капли не солгав, на глазах у свидетелей – нельзя, а вот в тихом уголке – очень даже можно. Еще бы головой укоризненно покачал. Фейн понял, что спорить с лордом бесполезно, да еще и опасно, немного ссутулился и загнанно посмотрел на меня. Пока проходил воспитательный процесс, успел встать на ноги и демонстративно размял пальцы на руках.

– Шпага? – ласково спросил я.

– Нет, нет рукопашный бой, – испугался Кругляш.

– Значит, здесь и сейчас, джентльмены, – лорд Оукман с каким-то исследовательским интересом поглядывал на Фейна. Тот же вел себя очень странно, он опять схватился за амулет на шее и что-то тихо забубнил.

В толпе рабочих послышались смешки, еще бы предстоял мордобой проводника и накопителя. Фейн неуверенно оглянулся и сделал шаг назад, кто бы дал ему уйти. Ждать я не стал, пока Кругляш сбежит, и потому спора повалил говнюка на землю и впечатал свой кулак ему в лицо. Раздался чавк, пробковый шлем глубже ушел в грязь. Он в ответ даже не пытался ударить, лишь оттолкнуть. Я перевернул его на брюхо, заломав одну руку, чтобы весь его белый праздничный наряд нового дня превратился в тряпку, и нажал на затылок. Его лицо ушло в грязь.

– Вот твое место – свинья, – зло процедил я, притапливая его сильнее. Вот тут то Кругляша проняло – туша подо мной забрыкалась, пытаясь получить хоть глоток воздуха.

– Топи его! – раздались выкрики из столпы и радостный свист.

Кругляш отчаянно задергался и вывернул лицо вбок, раздался надсадный кашель и хлюпанью.

– Ты псих, Хейг, – прохрипел он.

– Помни об этом, Кругляш, – предупредил его. Мой взгляд зацепился за амулет, который выскочил из-за ворота Фейна. В первый момент, мне показалось, что это дохлая мышь – размер совпадал да и слипшийся мех на нем отдавал в серый цвет. Всмотревшись, понял – чья-то лапка.

– Что мать вашу здесь происходит⁈ – проревел кто-то, заглушая толпу. Как по команде мужики притихли и свозь образовавшееся кольцо, как ледокол прошел здоровенный бугай.

– Мистер Рамзи, ничего страшного, юноши повздорили, – лорд Оукман тут же дал разъяснения.

– В моей экспедиции не будет мордобоя. Слез с него! – приказал Рамзи. Про инженеров говорят, что они люди науки и всю жизнь проводят в лабораториях или на испытательных площадках, и потому они бледны, тщедушны и слабы. Наш начальник обладал богатырским телосложением, да он подковы мог руками разогнуть, не напрягаясь. Питер Рамзи не просто выделялся в толпе, он был на голову выше большинства мужиков, что там стояло. Буйная рыжая шевелюра, голубые глаза, под одним красовался синяк, а завершал картину ожог на левой стороне лица. Что касалось шрамов от огня, то многие инженеры могли им похвастаться, постоянные эксперименты с котлами, топливом и просто с химикатами не всегда оказывались безопасны.

Вставая, я хорошенько впечатал колено в спину Фейна, так, что он сам постарался глубже уйти в грязь.

– Ты еще кто? – рявкнул старший инженер. – Эту свинью знаю, тебя нет.

– Эйдан Хейг, – представился я.

– А! Наша новая знаменитость! – проговорил он, а я вздрогнул. Уж больно запоминающее выражение слетела с губ Рамзи, заставив меня напрячься. Может совпадение?

– Мне не чужда благодарность, поэтому я оценил услугу мистера Фейна, когда взошел на пьедестал славы, – сам немного опешил от той фразы, что загнул. Рамзи не удержался и заржал.

– Ступай в помывочную, шут, а то тебя от аборигена не отличить, прибьют еще ненароком.

– Вставайте, мистер Фейн, – обратился он уже к Кругляшу. Тот так и продолжал лежать в грязи, претворяясь смертельно раненным.

– Я буду жаловаться, – наконец, отмер он и принял сидячее положение. – Вы не имели право!

Рамзи с интересом рассматривал Лукаса, а потом выдал:

– Слышь, Оукман, эта свинья желает жаловаться на Вас, – в его тоне не затесалось ни грамма уважения к одному из сильнейших магов.

– Это будет поучительно для него, Рамзи, – медленно проговорил лорд, не обращая внимания на пренебрежительное обращение собеседника к нему. – Никогда не ратовал за спасение дураков, по этой части у нас в походе преподобный Бейли.

Я досматривать представление не стал, а быстро пошел в сторону склада. Рабочие показали мне, где находилась помывочная, представлявшая собой обычный летний душ, разве что бочку сверху заменяла деревянная бадья. Поскольку у меня с собой другой одежды не было, то просто зашел внутрь и стал смывать грязь. Ну что ж утро у меня задалось, по-другому и не скажешь. Вежливый стук в деревянную загородку прервал мой моцион:

– Сэр, я принес вам рубаху и штаны, – а вот и мой помощник, нарисовался не сотрешь. Судя по довольной роже, представление ему пришлось по душе.

– Дван, сделай милость скройся с глаз, – душевно попросил я, забирая предложенные тряпки.

– Сэр, я взял на себя смелость поставить на Вас, – поделился он радостной новостью.

– На сапоги хватит? – глядя на голодный башмак на ноге, спросил я. Не выдержали ботинки натиска соленой воды, Ямы и грязи Тишатлы.

– Их еще и начистят, – пообещал он.

Пока приводил себя в порядок все думал, что меня так тревожило в сегодняшнем спектакле на публику. Мозг зацепился за какой-то факт, но я все никак не мог понять в чем он заключался. И тут, как картинки перед глазами замелькали лица людей. Я видел их на «Удачливом Бью». Неужели большинство потерпевших с парохода участвует в рискованной затеи компании? Чтобы опровергнуть или подтвердить догадку мне нужен список участников.

Теперь уже у меня появились вопросы к Рамзи. Как так вышло, что люди вокруг – это пассажиры «Удачливого Бью»? Есть ли другие участники похода? Что вообще здесь происходит?

Уже посвежевший и чистый, я встретил на своем пути Брайса Мортона и ничуть не удивился этому. Он с помощью механоидов связывал плетенные корзины с крышками в тюки на телеги, которые видимо погрузят в вагоны.

Мистер Мортон весьма известная личность, его исследования в области фауны и флоры Северных широт публиковались во многих известных журналах. Он был частым гостем на различных дебатах, защищая процесс эволюции без вмешательства магии. Химеры по его мнению являлись противоестественным воплощением человеческих фантазий. Поток мог сотворить виды без участия извне. В пример всегда приводил драконов, которые сами забрались на верхушки пищевой цепочки этого мира.

Фамилия Мортон часто появлялась в изданиях еще тогда, когда я переселился, сейчас его возраст приближался к шестидесяти годам, и по его виду эту цифру он прожил бурно. Сухой, но еще крепкий телосложением он быстро передвигался, казалось жара ничуть не беспокоила мужчину. Русые волосы уже теряли пигмент и превращались в серые от чего он выглядел старше. На шее болтались очки, закрепленные на тонкой кожаном шнурке. В отличие от многих этот человек ощущался на своем месте, природа, которая здесь нещадно давила на приезжих, ничуть его не трогала.