Текст книги "Хочешь, я буду твоей мамой? (СИ)"
Автор книги: Олеся Лихунова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Я не знаю, как Кирилл собирается идти в первый класс, а ему в детском доме все уши прожужжали про то, что он этой осенью идёт в школу, хотя у меня очень большие сомнения по этому поводу.
Есть у Кирилла настораживающая меня привычка, всё, что он слышал превращать в рассказы о своей жизни. Это естественно для человека, у которого практически нет прошлого, я прекрасно понимаю, откуда это идёт. Но когда слышу это, каждый раз удивляюсь.
Например, ни с того ни с сего, в общем разговоре Кирилл весело начинает рассказывать, как когда он родился, его маме не разрешили кормить его грудью, и она кормила его из бутылочки. А потом её посадили в тюрьму. И в этой жуткой истории я узнаю то, что я вчера рассказывала Гале о смесях, которыми кормят детей (у Гали новая кукла-малыш, и она интересуется) + Галин рассказ, что у них в ДД была девочка, у которой мама сидела в тюрьме. И вот эти два разговора трансформировались в рассказ Кирилла о своём прошлом.
Сажаю напротив себя и начинаю распутывать этот клубок – что было, чего не было. А потом повторять-заучивать как было на самом деле. И прошу больше не рассказывать глупости.
* * *
А ещё я каждый день думаю о том, как же невыносимо скучно Нине в больнице.
Я вспоминаю их прогулку в реабилитационном центре, когда дети просто сидят в коляске около подъезда в тени дерева, и грущу. Семь лет девочке. Хочется вскочить, убежать на качели, по траве, покататься с горки. Но они просто сидят и смотрят вокруг себя.
Думаю, можно ли Нину как-нибудь покатать с горки, чтобы я запускала, а папа ловил… Как можно жить без этого?
Пытаюсь придумать, чем её можно развлечь в больнице. Ведь там просто четыре стены и одна няня на двух прооперированных неходячих детей. На стену от тоски можно залезть. Может принести туда магнитофон. Записать на флешку кучу сказок и детских песен, наушники тоже купить. Мне кажется, Нине должно понравиться. Вот только перестану кашлять этим ужасным кашлем, может во вторник удастся вырваться туда.
14 июня 2015
То, что Кирилл не выговаривает некоторые буквы, не так раздражает, как привычка говорить неправильно.
Много раз в день: «Мама, а ты мне такое печенье дадишь?» Туда же запишем «бегишь» и «слазиваю-залазиваю».
«А шо это такое?»
«Я пошарился у себя в шкафу, но футболку не нашёл».
И в таком духе какие-то странные словечки.
Поправляю всё время специальным низким голосом и делаю страшное выражение лица: «НЕ ДАДУ!!».
Особенно букву «Р» приходится напоминать, а то получается «ТЙИ», «ЧЕТЫЙИ».
В последнее время достаточно уже сделать страшные глаза и Кирилл сразу исправляется.
23 июня 2015
Приехала из Чувашии.
Нинина школа-интернат встретила меня с распростёртыми объятиями. Встретили на вокзале, напоили чаем с мёдом у директора, ознакомили со всеми документами, отвезли в опеку и потом проводили обратно на вокзал. Такого сервиса я ещё нигде не встречала. Чувствуется, что добрые душевные люди.
Соцработник специально из отпуска вышла на целый день, чтобы меня всюду возить.
Короче, документы отдала (правда в опеке сказали привести оригиналы некоторых документов в следующий раз), если всё пойдёт гладко, то в следующий понедельник можно будет Нину забирать.
Коляску дадут складывающуюся, на поезд отвезут и посадят.
Нину видела буквально десять минут.
С Ниной мы встретились в микроавтобусе. Её везли из больницы в интернат, а нас с Ириной подхватили с полдороги, чтобы отвезти в опеку. Нина не ожидала меня увидеть и очень смутилась. Она знает, что я документы на неё оформляю, няни и воспитатели ей говорят, что мама приехала, что через неделю её заберут в семью и всякое такое. И сама она, по рассказам Ирины, всем фотоальбом с нашими фотографиями показывает, рассказывает, как кого зовут, и что папа Саша её тоже будет подбрасывать вверх, как детей на фотографии.
И тут вдруг я в автобус неожиданно к ней залезаю и сажусь рядом. Ирина говорит: «Нина, смотри, кто к тебе приехал, узнала?» А Нина смотрит на меня со смесью восторга и смущения и не знает, как меня назвать. Я-то во время знакомства представлялась как Олеся, а вокруг все меня её мамой называют. А Ирина снова: «Что, не узнаёшь?» Нина: «А я знаю кто это, но не скажу!»
2 июля 2015
В Чебоксары я приехала в среду в два часа дня. Забирать Нину.
На вокзале меня, как и в прошлый раз, встретила соцработник Ирина, и мы поехали в опеку забирать постановление. Я написала какие-то заявления и расписки, и в три часа дня мы получили все нужные документы и поехали в детский дом. До вечернего поезда оставалось ещё шесть часов, и мы тянули время, как только могли. Сходили в столовую, медленно там поели, потом зашли в магазин купить еды в поезд и торт, чтобы отметить в Нининой группе её отъезд.
После этого в ДД мне выдали оставшиеся Нинины документы и, не придумав себе больше никакого развлечения, мы пошли в группу к детям.
Дети гуляли на улице. На коляске была только Нина. Она издали увидела меня, закричала и замахала, но остальные дети побежали ко мне навстречу с раскинутыми для объятий руками. Нина сердито кричала то одному, то другому, чтобы никто меня не трогал, и успокоилась только когда я до неё добралась.
Воспитательница предложила нам с Ниной пойти обратно в группу, посидеть спокойно, посмотреть мультфильмы. Мы так и сделали. Сели на крошечный диванчик и смотрели мультики часа полтора. Нина смотрела внимательно, время от времени хохотала. Я поглядывала на часы, с нетерпением ожидая времени, когда нам будет пора ехать домой.
Кое-как дотерпели до ужина. Потом разрезали и раздали детям торт. Наконец, Нину переодели, горячо попрощались с воспитателями и нянечками. Мы погрузились в микроавтобус и поехали на вокзал.
На вокзале нас уже ждал муж Ирины, и они вместе помогли нам с Ниной погрузиться в поезд. Как только мы остались одни, я с радостью расплела Нине её ужасные хвостики, переодела её, накормила, и мы легли спать.
Утром Нина большую часть времени играла со своими колечками. Так к 11 утра мы добрались до Москвы. Нас встретил волонтёр Владимир и довёз нас в Подольск до самого дома.
Всю дорогу от самых Чебоксар Нина всем встречным кричала: «А у меня мама нашлась, представляете?!»
И до самого вечера всё повторяла: «Я не могу поверить, как ты меня нашла?!», «Я не могу поверить своим глазам, я всё ждала тебя, ждала. Думала, когда моя мама найдётся?» И всё гладит меня по лицу, по волосам, называет Золушкой и самой красивой в мире.
Дома первым делом я набрала для Нины ванну с пеной. Нина была в полном восторге и попросила каждый день устраивать ей такую ванну.
Дети обступили Нину со всех сторон и буквально проходу ей не давали. Каждый хотел чем-то ей помочь, и пришлось объяснять им, что Нина этого не любит.
Оказалось, что Нина отлично ползает по полу, ловко залезает на кровать и диван. В детском доме на пол не пускали и дома Нина, видимо, решила наверстать упущенное. Она ползала за мной, когда я наводила порядок, и как я не просила её посидеть отдохнуть, не слушалась. Дорвался ребёнок до свободы передвижения!
Кончилось всё тем, что Нина стёрла большой участок кожи на ладони и отбила все ноги до синяков. Завтра пойду искать велосипедные перчатки, для защиты рук. Думаю, что придумать на ноги, чтобы она не отбивала их до такой степени.
Вечером, когда я укладывала Нину спать, она вдруг горько разрыдалась. Видимо навалилось слишком много впечатлений, да и устала она, конечно, как никогда. Мы пообнимались, помечтали о том, что будем делать завтра, она успокоилась и крепко уснула.
4 июля 2015
Устаю пока больше обычного, но первые дни особенно важно всё записывать.
Утром отнесла Нину в парикмахерскую.
Нина заметно волновалась, сидя в кресле. А когда увидела в руке мастера фен, вдруг зарыдала так, что мы все перепугались. Пришлось выключить фен из розетки и спрятать подальше, чтобы ребёнок успокоился и снова смог улыбаться. Потом я спросила Нину, почему она испугалась фена, но она опять заплакала только заслышав это слово. Оказалось, что однажды нянечка её сушила феном и обожгла. Нина взяла с меня обещание, что никогда я не буду даже предлагать ей сушиться феном. И мы постарались больше не касаться этой темы.
* * *
Нина использует свою кровать (двухъярусную, сверху спит Мария) как тренажёр. У меня сердце замирает, когда я вижу, как Нина по ней карабкается и кувыркается. Скачу вокруг и умоляю быть осторожнее.
Я также переживаю, когда Нина перебирается со своей коляски на кровать кувырком вперёд через голову. Зрелище не для слабонервных. И эта обезьянка весь день так и скачет по квартире. Откуда только столько сил у такого крошечного человека?
Купила Нине самые маленькие велосипедные перчатки для защиты ладоней. На голени ничего лучше, чем немого удлинённые наколенники для катания на роликах пока не нашла. Но потом придумала что можно купить простые чешки и попробовать пристегнуть к нижней части ноги. Они и плотные и гибкость у них выше, чем у наколенников.
Вечером опять долго купалась в ванне с пеной.
6 июля 2015
Про Кирилла напишу.
Привык, освоился, больше уже обратно в детский дом не рвётся и даже не говорит о нём.
Соблюдает режим дня.
Охотно выполняет задания, которые я ему даю. Правда, рисовать по прежнему не любит, только если очень попрошу. Даю задания нарисовать что-нибудь, подсказываю, направляю, хвалю.
Считает отлично, читает предложениями, но разрывая слова кусочками. Работаем над этим.
Гуляет с удовольствием. Ест практически всё наравне со всеми.
Очень сильно ориентирован на взрослых. Часто демонстрирует, что мнение детей вообще его не волнует, а передо мной и папой изо всех сил старается выставить себя в лучшем свете. Понятно откуда ноги растут, но это проблема.
Становится понятно, почему Кирилл был любимцем воспитателей. Как мягко отучить его от привычки подхалимничать, пока не представляю. Кирилл ябедничает на всех, часто дополняя свои жалобы рассказом о том, что он наоборот, совершенно прекрасный. Для этого у него даже специальная манера говорить – сильно картавя и затягивая слова, как малыш. Остальных детей это поведение, естественно, жутко раздражает.
В свободное время не знает, чем себя занять, играть самостоятельно не умеет, а с другими детьми часто просто не хочет.
Бывает так, что Тимур с Галей предлагают Кириллу поиграть во что-то, Кирилл соглашается, но начинает нарушать правила, игнорируя просьбы детей.
Вообще эта его манера игнорировать то, что ему говорят, часто становится причиной конфликтов с остальными детьми.
Например, открывает Галин ящик, берёт там что захочет и сидит играет, не обращая внимания на её возмущения и просьбы вернуть вещи на место. Как будто вообще не слышит.
С детьми держит себя как ослик Иа: всем недоволен, ничего не хочет и всё время обижается на что-нибудь.
Тимур и Галя по доброте душевной и так, и эдак пытаются ему угодить и играть хотя бы по его условиям, но заканчивается всегда одинаково – Кирилл ложится на диван, всем видом демонстрируя своё недовольство и обиду на всех. Дети начинают играть без него, и тогда Кирилл слоняется по квартире за мной со скучным видом, рассказывая какие все плохие, а он замечательный.
Конечно, первое, что приходит в голову – это то, что Кириллу сейчас особенно нужно много внимания. И я стараюсь много с ним разговаривать.
Папа тоже активно пытается встроить Кирилла в мужскую компанию, но говорит, что Кирилл на всех прогулках ведёт себя как старичок, ноет и жалуется на всё.
Думаю, дело в том, что Кирилл приспособился жить в детском доме, где всё по расписанию, где каждую неделю шумные праздники, а Кирилл – звезда утренников. Там тебя обязательно похвалят, если ты наябедничаешь про всех и подчеркнёшь, что ты не такой, а хороший.
Семь лет это прекрасно работало, а в семье так жить нельзя. В семье нужно быть собой и нужно со всеми считаться. А Кирилл умеет делать всё только напоказ. Поэтому он рассказывает постоянно какие-то нелепые псевдо-шокирующие истории, когда мы идём вместе куда-нибудь. Что-то подсмотренное по телевизору в детском доме, допридуманное и рассказывающееся громким голосом с большими глазами, мол, вот я вас сейчас удивлю, какой случай знаю.
Нет, нельзя Кириллу в школу в этом году.
Много работы с ним предстоит. Причём работы совсем противоположной, чем с Галей. У Гали с личностью было всё в порядке, не хватало только кругозора и соответствующих возрасту знаний-умений. А у Кирилла всё наоборот – со знаниями умениями всё хорошо, а вот личность так глубоко спрятана, что достать её будет делом нелёгким… И ещё нужно будет придумать, как это правильно сделать.
* * *
Сегодня ставила Нину на учёт в поликлинику и выслушала от участкового педиатра сполна.
«Ооо, это какой у тебя уже? Седьмая? Ужас! Ну понятно, вы надеетесь, что вам квартиру дадут… Что значит не полагается, быть такого не может – семеро детей, должны дать! Ты только честно мне скажи, сколько тебе платят за каждого? Нет, ну честно, может и мы сейчас пойдём наберём себе детей… Ооо, да тут столько диагнозов… Ну ты на себя взвалила, конечно… Но Кристинка у вас хороша, ты ж принеси её как-нибудь, мы полюбуемся».
Всё это врач говорила сплошным потоком, развалясь за столом, а я сидела напротив с Ниной на руках и, пропуская половину вопросов мимо ушей, отвечала медсестре даты рождения всех своих детей, потому что ей нужно было занести их в какой-то журнал.
9 июля 2015
Хочется отдельно написать про Галю.
Очень мне нравится она сейчас. Лёгкая, мягкая, приветливая, обязательная, аккуратная, весёлая, необидчивая, активная и добрая. Но не бесхарактерная.
Ей не приходится напоминать делать занятия. Бывает так, что утром ещё все дети шумно играют, а Галя в стороне уже сидит, переписывает один из своих текстов. Как правило безупречно, без единой ошибки и помарки. В плане занятий Галя самая обязательная из всех наших детей сейчас. Знает свою дневную порцию занятий, если по каким-то причинам не удаётся всё сделать – переживает. Приходится мне уже говорить: Да ладно, Галя, сегодня можно отдохнуть.
Пораньше освободилась и играет тихо сама с собой (в школу или с куклой-малышом, или в Лего), чтобы никому не мешать или складывает в комоде аккуратно свою одежду. Единственная ладит со всеми детьми. Со всеми может договориться, но командовать собой (как Кирилл) не даст. Скорее найдёт компромисс, который всех устроит.
Если мне нужна помощь с Кристинкой или с Ниной (например, посидеть-приглядеть в ванной, если я не могу) – просим Галю, потому что она отзывается с радостью и делает своё дело идеально. С радостью берётся проверить у Кирилла чтение и решение примеров в десятке.
С удовольствием гуляет на площадке. Подружилась с кучей детей, всех знает по именам и отлично ладит.
Но больше всего нас с мужем удивляет то, как ловко Галя залезает на разные турники, канаты, легко преодолевает высокие горизонтальные лестницы. Никто из наших детей больше этого не может.
А на днях, Галя попросила у какого-то мальчика подростковый двухколёсный велосипед (она с роду на велосипеде не каталась) и через пять минут уже научилась на нём кататься.
Вспоминаем, какая неуклюжая и нескладная Галя была в прошлом году. Походка как у медведя, вечно спотыкалась и падала на ровном месте. А теперь другое дело! Главное, мы ж ничего специального не делали. Как-то сама собой эта ловкость и сила у неё появилась.
13 июля 2015
На выходные к нам приезжала моя мама.
Мы очень волновались, понравится ли ей у нас, и как будут вести себя дети. Несмотря на плохую, хоть и с просветлениями, погоду, всё прошло отлично.
Мама, по её признанию, была приятно удивлена нашей квартирой. Она представляла, что у нас тут тесно и кругом дети-дети-дети, шум-гам-тарарам. А оказалось, вполне уютно, а дети чинно играют и занимаются своими делами по разным комнатам.
Приезд бабушки был принят с восторгом. Я боялась, что дети ей шагу не дадут ступить, будут маячить и нависать, но они вели себя на удивление спокойно. Вадюша норовил всё время на колени залезть, но он – бабушкин любимец, ему можно.
Кирилл выпячивал себя, как только мог. Если бабушка кого-то за что-то хвалила, он тут же подбегал и говорил, что тоже всегда так делает. Пробовал копировать поведение Вадима и Тимура, вплоть до того, что повторял всё, что недавно про себя рассказывал Тимур. Но я предупредила маму, что он может начать так себя вести и она была готова правильно на это реагировать.
Я волновалась, что Нина закатит свой вечерний концерт и приняла все меры, чтобы этого не случилось. По вечерам она любит устроить истерику из-за какого-нибудь пустяка.
Но в этот раз, как только Нина пыталась придумать за что зацепиться, я переключала её внимание на другую тему, а потом желала спокойной ночи и выключала свет. Оба раза Нина заснула спокойно без кривляний.
Мама сначала как будто терялась рядом с Ниной. Наверное, представляла, что увидит нечто ужасное или отталкивающее, но когда стало ясно, что Нина – обычная задорная девочка, не требующая постоянного присмотра (коляска несколько дней уже пылится в углу, Нина совсем уже ей не пользуется, а ползает по дому на четвереньках), мама расслабилась.
Погода стоит совсем не июльская, всю ночь и утро лил дождь, но в моменты просветления нам удалось сходить погулять и показать маме, какие красивые здесь места.
14 июля 2015
Вечером отправила старших на охраняемую площадку около дома, а сама с младшими и Ниной пошли на небольшую детскую площадку неподалёку, на которой удобная горка с металлическим покрытием.
Сначала мы с Ниной смотрели, как катаются Вадим, Кристина и другие дети. Потом Нина стала страдать, повисать тоскливо на коляске и я, недолго думая, решила выпустить её на горку.
Нина ужасно обрадовалась, стала забираться по лестнице на четвереньках, иногда для скорости помогая себе подбородком, а потом лихо съезжать вниз с криком: «Я лечууу! Вот здоровоо!»
Так и гуляли, пока не начался дождь.
16 июля 2016
Вадим почти допил курс Пантогама. Это были ужасные дни. Да, он стал ещё лучше говорить и, возможно, соображать. Мама моя, вон, вообще от него в восторге и называет своим любимчиком. Но ведёт Вадим себя просто ужасно. Многократные истерики + стал кусать детей периодически.
Пример истерики.
Ходит стонет, что хочет рисовать. Сажаю на кухне рядом с собой, чтобы не разрисовал фломастерами стены квартиры. Садится, начинает чирикать по листу сначала нормально, потом резко, ломает фломастер, кричит, что не будет рисовать, всё разбрасывает и ложится под стол.
И так, за что бы не взялся. Обязательно настанет момент, когда что-то его забесит, и Вадим либо упадёт навзничь на пол, или убежит вдаль с криком и начнёт кататься и орать в своей комнате.
Если разрешить ему играть в комнате с другими детьми – рано или поздно начинает всех толкать, наваливаться, веселясь от их возмущения. Приходится забирать Вадима к себе на кухню или отправлять играть самостоятельно в его комнату. Когда уже совсем разбешивается (на днях выломал дверь шкафа-купе просто так), сажаю на стул рядом с собой и долго не отпускаю никуда.
Стал плохо спать.
Завтра запишусь на очередной приём к невропатологу. Буду просить о спасении. Очень выматывает такое поведение.
20 июля 2015
Вчера разговаривали с подругой о воспитании детей, и я вдруг поняла, что веду себя с ними как Мэри Поппинс.
То есть, как «загадочная молодая дама с решительными манерами».
Я считаю себя строгой мамой. Не суровой, не сердитой, не злобной, а именно строгой.
Если я сказала, что будет так-то, то спорить бесполезно.
Когда папа на работе, дома главная я, и у детей сомнений в этом быть не должно. Надо понимать, что если такая орава хоть на секунду усомнится, кто здесь вожак – это будет катастрофа.
Поэтому первым делом я приучаю новых детей к тому, что очень важно слушать ЧТО я говорю и очень важно думать перед тем, как что-то сказать. Воспитывается это во всяких мелких ситуациях.
Например.
Дети пишут в прописях. Слышу – болтают и отвлекаются. Говорю, что если ещё раз услышу, что кто-то разговаривает, заберу тетрадь. И бывает – забираю. Отдам только на следующий день.
Но для моих детей пропустить целое занятие – обидное наказание. В следующий раз уже не болтают, пока не допишут до конца.
Ещё. После обеда раздала петушков на палочке. Предупредила, что кто будет леденец кусать зубами, тот больше такой не получит, так как это очень портит зубы. Кое-кто не обратил внимание на мои слова и в первые же минуты обкусал петушка. С тех пор, когда остальным детям я даю петушков на палочке, этот ребёнок получает барбариску. Ребёнок раскаивается и обещает, что больше никогда не станет так себя вести, я сочувствую, но ещё пару недель петушка ему не видать, потому что я предупреждала, а он не послушал.
И так во всём.
Во-вторых, я сама стараюсь очень внимательно относиться к тому ЧТО говорят дети. Потому что новые дети часто говорят не подумав, бывает даже, совсем не то, что хотят сказать на самом деле. И с этим тоже нужно разбираться.
Например. Я включаю всем мультфильм, который было решено смотреть бо́льшим количеством голосов. Детей много, договориться непросто, обязательно будут недовольные. Кое-как определились, включаю. Тут Нина кричит, что она уже это один раз смотрела и больше не собирается. Переспрашиваю, точно не будет смотреть? Точно. Тогда я спокойно уношу Нину из комнаты, правда на полпути она кричит: «Эй, куда! Я хочу тоже смотреть!» «Ты ж сказала, что не будешь!», «Я пошутила».
Или говорит во время полдника, что не хочет чай. Я отношу кружку обратно на кухню, а Нина потом возмущается, куда делся её чай. «Ты ж сказала, что не хочешь?» «Ну, я ведь просто так сказала!»
В случае, когда ребёнок брякнет что-то не подумав, я всегда оставляю ему возможность исправиться, но обязательно проговариваю, что нужно думать, что говоришь, потому что окружающие тебя слышат и будут действовать соответствующе.
Очень важно не делать никаких резких движений. У детей не должно быть ощущения, что им досталась злобная мать. Наоборот, они должны чувствовать справедливость ситуации. Обычно я даже голос в таких случаях не повышаю.
Если ребёнок протестует, не хочет смиряться с наказанием, то я всегда с ним спокойно разговариваю о том, что он тоже станет родителем. Спрашиваю, как бы он поступил в этой ситуации на месте мамы или папы. Мы говорим о том, что если я сейчас не накажу его, как обещала, то другие дети тоже станут делать всё наоборот и тогда мама уже перестанет быть мамой, а будет просто какой-то тётенькой, которую никто не слушает. Как правило, дети соглашаются, что всё верно и по-другому нельзя было поступить.
Если отношения между родителями складываются не только из условий и наказаний, а хватает времени и на то, чтобы подурачиться, и поваляться в обнимку, и потанцевать, и почитать сказки или смешные стихи, то постепенно дети привыкают их слышать и понимают с полуслова. И уже не приходится повторять два раза, а тем более кого-то наказывать.
Конечно, бывают дети, с которыми любые правила слабо работают. У меня из семи таких двое. С ними приходится быть строже, когда-то и зубами щёлкнуть, чтобы привести в чувство. Но пока большую часть времени мне удаётся быть главным дирижёром в этом оркестре.
21 июля 2015
Когда я только привезла Нину домой, она, на попытки ей помочь, то и дело грозно кричала: «Я вам не малышка!»
А теперь, когда я выношу её из ванны, Нина просит: «Мама, заверни меня как малышку!» Это значит нужно одно полотенце как платочек замотать на голову, а вторым большим всю Нину запеленать.
Заверну её так, покачаю, разговариваю с ней как с маленькой Кристинкой.
Сначала Нина хохотала. Резко разворачивалась, мол, хватит тут устраивать цирк. А потом всё дольше и дольше так оставалась. А сегодня уже разворачиваться не хотела, просила ещё её качать.
Вообще, чем ближе узнаю Нину, тем больше поражаюсь, какая она ранимая и тонко организованная девочка. Тем страшнее мне представить, как эта крошка пережила такое количество операций.
Очень трогает, как внимательно она ко мне относится. Всегда обратит внимание на новую одежду, на перемену в причёске, похвалит духи.
И я часто думаю о том, как угадала я с дочкой. Просто невероятно!
* * *
Долго думала, стоит ли писать об этом.
Решила, что нужно написать.
Только сейчас, когда Нина уже дома и ясно, что это совершенно наша девочка, я могу признаться в том, насколько страшно было принять решение, взять её в нашу семью.
Потому что признайся мы раньше – нас стали бы отговаривать изо всех сил.
Я даже мужу боялась признаться насколько мне страшно, чтобы не пошатнуть его робкую уверенность в том, что меня никакими Нинами не испугать.
Ведь кажется, что страх – это неуверенность в собственных силах. Так оно и есть. Но как можно рассчитать силы при принятии такого решения? Никак. Это большой риск. И я никому никогда не смогу сказать – да ладно, чего там, мы тоже боялись сначала, а теперь всё отлично!
Тут не угадаешь.
Единственной поддержкой для меня в то сложное время, были беседы с родителями детей-инвалидов, которые уже решились на этот шаг. И они тоже были очень осторожны и не уверены во мне. Но разговаривая с ними, я внутренне успокаивалась. Обычные люди. Да, бывает непросто, но не мучаются, а просто живут. Значит и я смогу.
И всё-таки был момент, когда нужно было окончательно принять решение. И я от ужаса не могла спать. Было так мучительно и невыносимо страшно – до тошноты, до слёз. «Отстаньте от меня, я не могу больше думать про это!»
Принять решение помогло понимание, что как бы нам ни было страшно, нас двое и у нас всё хорошо. А вот насколько страшно маленькой беспомощной девочке – даже представить невозможно! Что впереди у неё? Чего мы боимся? Сами себя?
Тогда мы ещё раз спросили друг у друга: Ну, что, берём? Берём.
И после этого стало так спокойно и хорошо! Решение принято, можно выдохнуть.
Решение было принято перед знакомством с Ниной.
Мы всегда принимали решение перед знакомством с ребёнком, основываясь на известной информации о нём и фотографиях. Иначе от страха и волнения я бы не решилась подписать согласие ни на кого из наших детей. Кроме Кристинки.
Накануне знакомства с Ниной я тоже очень сильно волновалась. Но как только увидела и услышала Нину, сразу успокоилась и больше уже не сомневалась, что это наша дочка.
24 июля 2015
Сходили с Вадимом к невропатологу.
Ставит ему теперь к гиперактивности и дефициту внимания аутичные черты.
Врач задавала ему вопросы, Вадим опять нёс околесицу, просто смесь своих впечатлений.
«Вадим, с кем ты сегодня пришёл?»
Вадим: «Я поеду на автобусе к бабушке, самокат фиолетовый, можно прыгать на фонтане и промокнуть…»
То есть, если сын не заинтересован в беседе, он просто отвечает что-то его интересующее, какие-то яркие впечатления. Не обращая внимания на то, что спрашивают не об этом.
Но если Вадим сам что-то спросил, он внимательно слушает ответ и дальше нормально строит диалог. Он воспринимает, только то, что его интересует, а если ему пытаются навязать что-то неинтересное, просто выключается.
С папой Вадим почти всегда разговаривает нормально, слышит его и отвечает как человек. Но папа – самая значимая фигура для Вадима с давних пор.
Ещё Вадим обожает возиться с пластилином, конструктором и рисовать, но не реагирует на схемы или попытки показать, как слепить что-то или нарисовать. Иногда Вадим сам строит большие, строго симметричные, очень логичные башни или дома, мы удивляемся. Но часто, если садимся с ним что-то строить или показать, он начинает всё ломать и корчить дурака. В последнее время у него привычка издавать звук, будто его рвёт – таким образом выражает удивление или просто веселится.
Назначили на месяц Глиатилин. В сентябре будет повтор Фенибута. Наблюдаем.
Несмотря ни на что, нам всё время кажется, что прогресс есть, развитие происходит. Не теряем надежды, что Вадим перерастёт эту гиперактивность. Дозреет до понимания каких-то вещей, внимательнее будет относиться к объяснениям.
А пока он самый сложный ребёнок их наших. В поездках, магазинах, гостях и на всяких мероприятиях всегда неизвестно как поведёт себя Вадим, не начнёт ли истерить и кататься по полу. Повода, обычно для этого никакого не надо и предотвратить такое поведение тоже пока не получается. Но также случается, что мы берём его куда-то готовясь к худшему, а сын ведёт себя спокойно, как обычный мальчик.
* * *
Вечером мирно разговариваю на кухне с мужем и вдруг слышу из соседней комнаты диалог между Ниной и Кириллом (старшие ушли гулять).
Нина подползла к закрытой двери в комнату мальчиков и просит Кирилла открыть ей. Кирилл из коридора небрежно отвечает: «А «пожалуйста» где?…», «А по имени ты меня не назвала». Нина и так, и эдак просит, но Кирилл придумывает всё новые требования и не двигается с места.
Я слушала и закипала. В конце концов, что называется, забрало упало, и я влетела в комнату и стала орать.
Да, в гневе я вот так ору, даже голос садится. Потом я сожалею и придумываю, как можно было умнее поступить, но это потом.
Кирилл долго не понимал, чего я разошлась. А я попросила залезть с пола как Нина на стул, на кровать и главное, подползти к двери и открыть её. Кирилл отказывался ползать, а ревел и говорил, что он больше так не будет.
Пришлось выйти из комнаты, дождаться, когда он успокоится, а минут через десять вернуться в человеческом обличье и провести беседу уже спокойным голосом.
Вроде разобрались, но после таких душевных разговоров я как выжатый лимон.
Кирилл, наоборот, активно прибирается в своей комнате, льнёт ко мне и говорит, как меня любит.
27 июля 2015
Интересно, что когда я забирала Галю и Кирилла, вместе с их вещами мне выдали толстенные папки с их рисунками и аппликациями за всю долгую жизнь с детском доме.
Но интересно, что все эти работы, вне всякого сомнения, выполнял кто-то другой, может воспитательницы, не знаю.
Галя и Кирилл с гордостью листают эти папки и показывают мне: «Смотри, это я нарисовала кошачью семью!», «А это я нарисовал ёжика, который несёт яблоко и гриб!» Очень трогательно.
Жалко только, что Галя и Кирилл не умеют рисовать ни кошек, ни ёжиков. Даже человечка примитивного не могут, даже цветочек.
И когда я говорила год назад Гале, а теперь Кириллу: «Ага, красиво, но ведь это не ты рисовал». Они кричат до посинения, что это они, вон тут подписано же! Я говорю: ну садись, нарисуй такого ёжика. Они хватают лист, пытаются срисовать. Не получается вообще ничего, даже отдалённо похожего. Они мнут листы, рвут, выбрасывают, берут ещё – не выходит. И тогда они роняют голову на руки и плачут. А потом подходят ко мне и признаются, что это рисовали не они.
