Текст книги "Украденная у дракона (СИ)"
Автор книги: Олеся Рияко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
33
Милти было страшно. Так, как никогда в жизни!
Даже в тот день, когда ее вместе с пьянчугой-отцом выгнали из дворца, она так не боялась за свое будущее, как теперь… хотя, справедливости ради надо сказать, что саму девушку никто не прогонял. Она, в отличии от нерадивого родителя всегда выполняла свою работу исправно и ей бы и в голову не пришло воровать у хозяев! Но оставить все как есть и молча отпустить отца, старого конюха, из-за собственного пьянства не способного о себе позаботиться, она не смогла.
И ни о чем не жалела! В конце концов это был верный выбор, приведший ее к Кассандре Фарвелл, лучшей хозяйке из всех, которых она могла бы себе пожелать.
Именно благодаря Кассандре их с отцом пустили на порог, не дав замерзнуть в зимнюю пору. Именно благодаря ей им дали работу… самой Милти и даже мужчине, который на тот момент тяжело болел из-за скитаний и того, что, не допросившись у дочери денег на выпивку, взялся за старое – попытался обворовать хозяина таверны, который приютил их двоих в обмен на помощь по хозяйству, за что и был нещадно бит его сыновьями.
Словами трудно описать какие чувства испытала девушка, когда в обмен на признание Кассандре о том, что они не могут принять ее предложение о работе из-за того, что отец Милти непременно однажды возьмется за старое, та упросила своего отца дать бедолаге место на отдаленной мельнице. Там, он не только мог заниматься своим делом – ходить за лошадьми – но и был очень далек от соблазнов, за чем владелец мельницы, так же когда-то давно едва не растративший свою жизнь из-за пьянства, внимательно следил.
Где бы теперь они с отцом были, если бы не Кассандра Фарвелл? Как знать, быть может и не было бы уже их… и все же страшно было после всех потрясений последних суток еще и оказаться в руках похитителей!
Как не странно, после того как те узнали о том, что Милти вовсе не высокородная леди, их отношение к ней не сильно испортилось. Нет, ее разумеется перестали звать «миледи», а иные еще и возомнили о себе, став бесстыдно распускать руки, просто она была готова куда к более худшему.
По сути из всех неприятности доставлял только этот рыжий доходяга Сол! Когда он вместе с тем жутким бородачом со шрамом через всю морду и долговязым молчуном, которого звали Локком, ворвались в покои Кассандры, Милти сразу приметила что рыжему оказалось не по душе ее присутствие.
Тот то отводил взгляд, то брезгливо кривился, а когда связывал ее и вовсе так туго затянул петли на веревке, что к тому моменту, когда Милти привели в их бандитский лагерь, девушка уже не чувствовала рук.
Теперь же, узнав, что никакая она не леди, Сол будто перестал сдерживать рвавшиеся наружу чувства – неприязнь, брезгливость и какое-то садистское удовольствие от ее положения. Подгонял ее, грубил… даже когда можно было обойтись и без того, ведь Милти даже не собиралась сопротивляться похитителями и послушно исполняла все приказания. Осложнялось все тем, что его, этого худшего из негодяев, их жуткий главарь едва не погубивший Кассандру, еще и сделал главным!
Все утро Милти тряслась связанной в седле Сола, перекинутая через него точно какая-то вьючная сумка! Даже мальчишке, невесть зачем похищенному из замка Дракона с ними за одно, повезло больше. Его долговязый Локк усадил следом за собой в седло, не шпынял, не пинал… и даже поил водой из своей фляги. А Милти, как бы не вздыхала, как бы не охала, не получила и половины такого обращения – Сол будто не спешил понимать намеков. Уж лучше бы, в самом деле, заставил ее идти пешком! Но и этого рыжему демону оказалось мало…
Когда к полудню все остановились на привал в попутной рощице и Локк, прихватив с собой еще одного из похитителей, отправился на разведку, Сол распорядился не кормить пленников с остальными, дав им на двоих лишь полкраюхи хлеба и бурдюк воды. Мол, к чему силы тем, кто и так ничего не делает!
Боясь не то что слова сказать, но и посмотреть на похитителей как-то не так, Милти думала только о том, что ей быть может, сейчас не так плохо, как Кассандре. Ведь именно ее госпожа была целью похищения и мало ли что на уме у того жуткого здоровяка, предводителя шайки этих бесчестных разбойников…
34
Все бы ничего – и такие лишения можно потерпеть, но на привале случилось и еще кое-что. Мальчишка то ли от пережитого страха, то ли из-за от природы слабого здоровья занемог – у бедняги поднялся жар.
Свернувшись калачиком возле девушки, он что-то тихо бормотал и вздрагивал, а у нее при себе была лишь вода… Это буквально разрывало Милти сердце, заставив забыть о прочих неудобствах и собственных страхах. Ведь что бы сделали похитители с нежеланным свидетелем, узнай они что он заболел? Уж наверняка бы на месте лишили жизни и дело с концом! А мальцу бы хотя бы поесть нормально, да укрыться потеплее, глядишь сжалятся над ним боги и оклемается…
Нет, Милти не могла такого допустить, с нее достаточно было горя вокруг и смерти ни в чем неповинного паренька, почти еще ребенка, она бы точно не вынесла. Ведь сколько ему было? Двенадцать? Или и того меньше? Уж наверняка за все время в услужении у принца Дракона он натерпелся не меньше ужаса, чем сама Милти за одну короткую встречу с тем венценосным ублюдком… Потому девушка собралась с силами и отринув страх стала действовать. Вот только не придумала ничего лучше, чем стащить с плеч теплый бархатный плащ, прихваченный из вещей Кассандры и, накрыв несчастного парнишку, отправиться добывать необходимое.
Нужно ли говорить о том, как страшно ей было не то что подняться с указанного места, а еще и заговорить с тем, с кем ей говорить явно не следовало.
– Скажите, милостивый сэр, – решила она начать учтиво, надеясь, что такое обращение к недостойному преступнику ему безмерно польстит, – могу… могу ли я поблагодарить вас за ту невероятную услугу, которую вы с вашими людьми оказали моей госпоже и мне?
Сказать, что Сол едва кружку из рук не выронил – это ничего не сказать. Мужчина поднял взгляд на подкравшуюся к нему девушку и той показалось, что она уж слишком опрометчиво посчитала его за старшего. Долговязому парню было от силы лет двадцать, и густая рыжая борода на самом деле плохо скрывала острые юношеские скулы, и наивные веснушки, усыпавшие аккуратный прямой нос – без покрова ночи то было ясно как белый день.
– Головой ударилась? – Спросил он хрипло, скорее у себя, чем у нее. Откашлялся, огляделся по сторонам и, как-то дерганно махнул рукой в сторону дерева, где, укутавшись в плащ, спал заболевший мальчишка. – Иди на место… эй, а с этим что?
– А… устал с дороги! – Спохватилась Милти и шагнула в сторону, загораживая беднягу от взгляда Сола. – Вы в самом деле не представляете, как ужасно было в замке Дракона… – Сказала она и вдруг совершенно искренне всхлипнула. – Он такой… он просто ужасно с нами обращался, а потом пришли вы. Когда я увидела вас, то поняла – вот оно, спасение!
Раз – и слезы уже откровенно лились по щекам девушки. Чувствуя ужас, из-за бреда который несет пополам с правдой, она все равно уже не могла остановиться… тем более что вот такая спонтанная истерика, разгоравшаяся в ней на ровном месте действительно возымела нужный эффект… совершенно неожиданный нужный эффект!
Вместо того чтобы разозлиться на дурную бабу, вздумавшую болтать с ним как ни в чем ни бывало, черствый и грубый Сол вдруг окинул ее совершенно потерянным взглядом и буквально заметался по сторонам, словно ища поддержки! Но все мужчины, оставшиеся с ним в лагере, были заняты своими делами и совершенно не обращали на них внимания.
– Да что ты несешь… дурная! А ну, перестань. – Нахмурился рыжий, и как-то неуверенно подался вперед, прошептав так, чтобы слышно было ей одной. – Я не сомневаюсь, что этот урод – худшее что с тобой в жизни случилось, но мне о том зачем плакаться?
– Но я… я просто хотела сказать вам спасибо! – Давясь слезами пропищала Милти и зажала руками рот, сдерживая рвущиеся из груди рыдания.
Взгляд Сола, который в тот момент невольно скользнул с ее лица девушки к ложбинке на груди, которую сложно было сдержать лифу узкого платья, сшитого, разумеется, по меркам Кассандры, а не ее собственным, окончательно рассекретил для Милти причины грубости рыжего, а также его нынешнее замешательство. И, совершенно неожиданно избавил ее от страха перед ним.
– Так, хватит сопли тут размазывать… вот… – Обернувшись к седельным сумкам, на которых сидел, Сол вытянул из одной из них сверток и спешно сунул его в руки девушке. – Тут вяленое мясо. Иди вон, лучше покорми того увальня, и сама поспи. Дорога дальняя, вот уж нечего силы на дурные слезы тратить!
– Спасибо! Спасибо, сэр! – Продолжила играть Милти, но уже с совсем другим ощущением. Внезапно вместо грубого, опасного преступника, который невесть что может сделать, перед ней будто оказался неуверенный в себе юнец… но могла ли она в том ошибиться? Если да, то это была весьма опасная ошибка… – Но я все равно хотела…
– Ох, да иди уже отсюда! – Рявкнул Сол, но стоило Милти дернуться и испуганно замолчать, будто раскаялся в том. Устало запустил руки в рыжие пряди, а потом, фыркнув, отстегнул наплечную пряжку и стянул с себя шерстяной плащ, кинув его девушке со словами. – Держи. Не лето уже, как стемнеет – станет холодно. Еще не хватало больных за собой тащить. Давай, что встала? Пошла отсюда или тебе помочь?
Помогать Милти было не нужно. Закусив губу, девушка поспешила к прежнему месту и села у дерева, опасливо поджав под себя ноги. Пожалуй, она все же поспешила с выводами…
Ну и что с того, что Сол груб от своей неуверенности перед остальными и неловко чувствует себя перед ней в частности? Будто это в самом деле что-то меняет в его преступной сути… Он опасен и точка. Не задумываясь свернет ей шею, если того потребует случай – это уж точно. Но… с другой стороны, если подумать, таким положением вещей все же можно было манипулировать. Да, она не в королевском дворце и даже не в Восточном пределе, но чем же Сол отличается от пажей и конюхов, пускавших на нее слюни и так же, как и он, норовивших задеть ее своим нарочито грубым обращением? Пожалуй, то еще предстояло узнать… но первая попытка уже принесла свои плоды.
Развернув сверток с вяленым мясом, Милти с наслаждением вдохнула знакомый дух копчения и почувствовала, как в нетерпении сжался ее желудок. Но прежде стоило накормить больного мальчишку, а сама она, если на нее не хватит, теперь уж точно знала где и как раздобыть еще.
Кое-как растолкав сонного бедолагу, она сунула ему в руки еду и стянула с его плеч бархатный плащ, заменив его более теплым шерстяным. Глядя на то, как паренек накинулся на угощение, девушка улыбнулась – значит не все так плохо, ведь у больных аппетита не бывает. Значит поправится и сможет продолжить путь. Значит одной бедой меньше…
А потом накинула себе на плечи плащ и охнула, обнаружив на синем бархате яркие бурые разводы крови…
35
У Амделла кружилась голова. Принцу казалось, что кто-то колдовством вытравил весь воздух из его покоев! Он прогнал слугу принесшего дурные вести, швырнув в него первое, что попалось под руку… кажется, то было пресс-папье или нефритовая чернильница. И как же жаль, что она не раскроила этому трусу голову!
Амделл хотел крикнуть страже схватить ублюдка, посмевшего ждать… Посмевшего медлить с новостями, вместо того чтобы сообщить их своему господину сразу же по прибытию во дворец, ведь проклятый трус опередил их почти на день и отсиживался в приемной принца, вместо того чтобы незамедлительно увидеться с ним! Но человеческая речь будто стала слишком сложной для его языка – от огня, вспыхнувшего в груди, от той бури чувств, что захлестнула Амделла, мужчина не мог и слова вымолвить! Только рычать и вопить, уничтожая все, на что падал его взор.
Мечась в нем точно ураган, он за считанные минуты перевернул все в своем кабинете. Амделл срывал старинные картины со стен и швырял золоченую мебель в окна, из которых в теплую комнату врывался промозглый осенний ветер… он был не в силах обуздать свои эмоции. И только когда в кабинете не осталось ничего целого, выбившись из сил, уселся прямо на пол посреди полной разрухи, приводя в порядок дыхание.
Должно быть, слуги в замке решили, что все из-за смерти брата и только от того не спешили донести королю или старшему наследнику о странном поведении принца. Ведь каждый имеет право пережить горе по-своему. Те, что не прильнули с опасливым любопытством к дверям его кабинета, почли за благо скрыться в коридорах дворца, подальше от крыла, отведенного младшему наследнику. А другие затаились – прислушались, надеясь, вызнать подробности для сплетен, которые в иных разговорах можно и продать подороже.
– Заговор… предатели… кто посмел… – Сипел себе под нос мужчина, с ненавистью глядя в глаза своему отражению в осколке зеркала на полу.
Было ли то странным бликом пламени из камина или драконья суть отразилась в его собственных глазах, но на мгновение Амделлу показалось, что зрачки его сузились до кошачьих, а медовая радужка блеснула расплавленным золотом. Он подполз на четвереньках к тому что осталось от зеркала в большой золоченой раме и поднес к глазам острый кусок стекла чтобы приглядеться. Но как бы не смотрел теперь видел лишь свое раскрасневшееся от гнева лицо и растрепавшиеся белокурые волосы.
– Это она… – Вдруг пришло к нему в ответ на сумбурные, путанные мысли, и принц отшвырнул от себя осколок, показавший, как в удивлении вытянулось его лицо. – Фарвеллы… предатели! Они знали, все знали… решили опозорить меня, да… лишить прав на трон… Нет. Слишком сложно для ее папашки. Неужели Коннор!? – Поразился Амделл новой догадке и дико рассмеялся, прикрыв ладонью глаза. В агонии гнева мужчина не заметил, как порезался и теперь по его лбу и щекам стекали капли крови. – Тихоня… Но сколько же нужно ума чтобы так скрываться! А если не Коннор… лорды! Как они узнали?
Амделл замер на месте, словно прислушался к ускользающему шепоту истины. Ему показалось будто что-то кольнуло его под ребра, едва он сам себе озвучил эту догадку и теперь изо всех сил старался удержать эту мысль, борясь с собственным гневом, мешавшем трезвому сознанию.
Лорды… тридцать великих лордов королевства. Ну, разумеется! У кого же еще достанет сил и наглости лезть в дела великих Драконов. Им лишь дай повод, они своего не упустят.
К чему им на престоле умный и так похожий на отца Неалл? К чему воспитанные им сыновья, из которых вполне могут вырасти такие же самовольные драконы, если есть кроткий и на все согласный Коннор? И вот уж точно не к чему он, Амделл, который, останься они с братом вдвоем у отцовского наследства, наверняка найдет способ занять трон вперед среднего.
А может все еще глубже… может у лордов нет союза против наследников? Может это рука из-за моря переставляет фигуры на шахматной доске? Мало ли королей желают наложить лапу на их земли… Фаргрет, Митонос… да хоть бы и Каядэтт Разоритель! Уж явно не забыл он заграничных походов Золотого Дракона, смявших его зарождавшуюся империю до жалкого острова Лоз. Но кто бы не стоял за всем этим, есть предатели ближе… есть шпионы в стенах его собственного замка, а скорее всего и в ближайшем кругу его слуг.
Ведь как иначе похитители могли узнать об Озене? Мальчишка был всегда на виду. Среди слуг – там, где никто бы его никогда не нашел. Никому бы и в голову не пришло обратить внимание на паренька, да он и сам вряд ли знал о своей важности.
Но кто-то знал… тот, кто одним ходом решил выбить землю у Амделла под ногами похитив его и эту девку.
Вскочив с места, принц бросился к дверям в свой кабинет. Он толкнул их и взревел от гнева, увидев, как кинулись врассыпную слуги, позволившие себе подслушивать под дверью. Те бежали прочь, оглядываюсь на младшего наследника, лоб и щеки которого были вымазаны кровью на манер жуткой маски.
– Балрода ко мне! Живо! Негодяи… несчастные твари! – кричал Амделл, выбегая вслед за ними в длинный коридор отведенного ему крыла и, выхватив меч из ножен оторопевшего от того стражника, замахнулся на него. – Всех казню! Чего встал? Голова лишняя? Балрода сюда и разыщи того ублюдка, который прибыл утром из моего замка! Пусть приведут ко мне немедленно… и чтоб никого кроме них сюда не пускать!
36
Милти спешно одернула испачканный в крови плащ и оглянулась вокруг. К счастью похитители занимались своими делами, совершенно не обращая внимание на пленников. Один принес воды с реки, и теперь поил лошадей, другой перебирал сваленные в кучу тюки… а самый главный негодяй, рыжеволосый Сол, о чем-то хмуро переговаривался с бритым на лысо здоровяком и оба они смотрели совершенно в другую сторону – напряженно приглядывались к узкой полоске света, начерченной на стремительно темнеющей синеве закатным солнцем. Именно оттуда должен был вернуться Локк, которого все не было и это явно заставляло похитителей нервничать.
Чувствуя, как несмотря ни на что кровь устремилась к вискам от страха, девушка приблизилась к мальчишке и коснулась его плеча, желая развернуть бедолагу к себе, но тот неожиданно отпрянул в сторону, да еще и посмотрел на нее волком.
– У тебя кровь… – Дрожащим голосом прошептала Милти и слегка приподняла край плаща, демонстрируя темные разводы на синем бархате. – Ты ранен?
Парнишка не ответил – только весь как-то странно подобрался, сжался и даже перестал жевать, отложив от себя сверток с вяленым мясом.
– Не молчи же! – Простонала девушка и вновь попыталась коснуться его, но тот неожиданно резко ударил ее по руке. – Дурак, я тебе добра желаю. Сам подумай, если я не помогу, а тебе станет хуже, уж они с тобой точно церемониться не станут.
Ее слова явно не возымели эффекта, но Милти сама себя одернула. Ну, с чего бы парнишке доверять ей больше, чем тем же похитителям? Да они и знакомы-то лишь на пять минут больше, а она к тому же не сказать что была приветлива с ним при первой встрече.
– Больно? – С искренним волнением спросила девушка, смягчив тон.
Паренек же в ответ обернулся на нее как-то затравленно и даже зло, будто Милти обозвала его, а не сочувствие проявила. Ну, что с него взять?
– Ладно… послушай. Я понимаю, что не нравлюсь тебе, но если ты ранен, то тебе нужна помощь. Ведь если я не помогу…
– Я не ранен, отстань. – Неожиданно фыркнул мальчишка и отвернувшись, лишь плотнее укутался в шерстяной плащ.
Не сказать, что это был прогресс, но уже хоть что-то.
– Скажи еще что это не твоя кровь. – Язвительно бросила Милти и пожалела, ведь то явно не способствовало налаживанию отношений с этим неожиданно колким и заносчивым слугой.
– Какая разница. – Буркнул тот с не меньшей долей яда в голосе.
– Разница? Знаешь, будь ты девицей, я бы может и не придала тому значения, – криво ухмыльнулась Милти и вновь пожалела о глупой шутке, такой колкий взгляд получила на нее в ответ. Ну, не в ее характере было сдерживаться в ответ на откровенное неуважение! – Но, знаешь ли, у мальчишек кровь просто так не идет.
– Не твое дело! А будешь приставать, я пойду к этому, – кивнул парнишка на Сола, – и скажу, что ты уговариваешь меня бежать.
От такой неприкрытой неблагодарности девушка вспыхнула гневным румянцем, но сдержала поток рвущегося из недр души негодования. Только руки на груди сложила и отодвинулась от маленького негодяя подальше из вредности подхватив с земли сверток с остатками мяса, который парнишка тоскливо проводил взглядом.
Как знать, может тому помощь и правда была не очень-то и нужна. По крайней мере Милти от всей души старалась убедить себя в этом.
Когда солнце окончательно скрылось за горизонтом и небо разукрасили яркие огоньки звезд, похитители развели небольшой костер и, после недолгого спора, стали располагаться на ночлег. До девушки долетали лишь обрывки фраз – судя по тем разговорам, мужчины хотели двигаться дальше в темноте. Их очень тревожило отсутствие Лока, который по уговору должен был вернуться еще до заката, но Сол, который, несмотря на свой возраст, был оставлен среди них за главного, отказался слушать советов старших товарищей и настоял на том, чтобы остаться на месте до рассветных сумерек. На том и порешили.
Укутавшись в теплый бархатный плащ с ног до головы, Милти задумчиво разглядывала безлунное небо и тени, которые скользили вокруг, отброшенные фигурами у костра. Она думала о Кассандре и том что произошло с ними… пожалуй, ничего хорошего с тех пор, как они покинули Восточный предел. Вот только был ли у них выбор? Как был Милти не прикидывала варианты, всегда выходило лишь одно – ничего бы не случилось, если б не королевская воля. Беспощадная игра короля и его жестокого сына, в которой ее госпожа и она сама оказались бессловесными пешками… а теперь судьба еще и разнесла их друг от друга в разные стороны.
Милти и мальчишку не стали связывать, что в общем-то было беспечно со стороны похитителей. Нет, она не собиралась бежать, ведь мало ли что могут сделать с ее подругой эти негодяи! Да и, если уж рассуждать начистоту, какая из нее беглянка… пожалуй, вот Кассандра бы смогла бежать. Леди Фарвелл на то достанет смелости, а вот Милти… Милти предпочитала не играть с судьбой лишний раз, ведь не однажды и не дважды уже обжигалась на том.
Взять хоть ее уход из дворца вслед за отцом. Кто знает, как бы все обернулось, если бы леди не приютила их в ту зимнюю ночь! Встретятся ли они с Кассандрой вновь и что им придется до той встречи преодолеть? Пожалуй, о том ведали только боги…
Много ли, мало ли времени прошло с момента, когда она размышляла о том – Милти не смогла бы сказать. Девушка очнулась резко, ощутив сквозь сон, будто неожиданно сорвалась куда-то во тьму, разверзшуюся под ногами. Встрепенувшись она оглянулась вокруг. Костер тихонько потрескивал на прежнем месте, а вокруг него спали люди… спал и тот, кто был не должен – Сол, которому по всей видимости выпал жребий дежурить, дремал сидя, опустив голову к коленям.
Внезапно девушка поняла, что именно ее разбудило: пропал мальчишка до того спавший рядом с ней – тут сон сняло как рукой!
– Вот дурак… – Милти было дернулась в сторону костра, но замерла.
Сказать похитителям о том, что парнишка сбежал? И чем же поможет ему такая медвежья услуга? Пожалуй, такое даже ей самой может выйти боком. Позади в кустах послышался шорох, и девушка замерла.
Быть может, она зря перепугалась, и парнишка вовсе не сбежал, а отошел по нужным делам? Но никаких приближающихся звуков за тем не последовало. Наоборот, мгновение спустя, она вновь услышала шум, но еще дальше.
Понимая, что ей скорее всего повезло и она вовремя проснулась – паренек еще не успел отойти на достаточное расстояние – Милти подобрала полы платья и плаща, чтобы не шуршать палой листвой и, озираясь, последовала за удаляющимися звуками.
Внутренне замирая от страха и предчувствия того что будет, если Сол прямо сейчас проснется и не обнаружит пленников, отойдя подальше от стоянки, девушка прибавила шаг и очень скоро вышла на небольшую открытую поляну, увидев в дальнем ее конце спешно удаляющегося мальчишку.
Тут уже было не до тишины – подхватив длинное платье повыше девушка изо всех сил бросилась вперед.
