Текст книги "Международное частное право. Ответы на экзаменационные вопросы"

Автор книги: Олеся Аблёзгова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)

В соответствии с правилами Конвенции индивидуальный трудовой контракт в отсутствие выбора применимого права подчиняется праву страны, в которой работник обычно выполняет свою работу по этому контракту, даже если он временно работает в другой стране, или, если нет такой страны, – праву страны, где находится предприятие, нанявшее работника. Если из обстоятельств следует, что контракт более тесно связан с другой страной, то подлежит применению право этой страны. Отсылка к lex loci laboris занимает основное место в системе коллизионных привязок, принятых в области трудовых отношений. Другими известными этой области коллизионными привязками являются личный закон сторон (общее гражданство, общий домицилий), место предпринимательской деятельности нанимателя, коллизионные начала типа law of contract. Особенности фактического состава некоторых видов трудовых отношений обусловливают закрепление в праве специальных (по отношении к lex loci laboris) коллизионных правил, в частности, для лиц, работающих на судах водного и воздушного транспорта, – существует закон флага судна. В случае командирования работника в другую страну для выполнения тех или иных трудовых заданий применяется и принцип закона страны учреждения, командировавшего работника (lex loci delegationis). В отношении ситуаций, когда работа выполняется в нескольких странах, например в случае с работником международного транспорта (воздушного, речного, автомобильного, железнодорожного), применяются дополнительные коллизионные привязки. Так, например, австрийский закон о международном частном праве предусматривает, что в случае, когда работник обычно выполняет свою работу более чем в одной стране или когда он не имеет обычного места работы, применяется закон страны, в которой наниматель имеет обычное местонахождение или в которой преимущественно осуществляется его деятельность. Для правовой доктрины и судебной практики стран Запада характерны попытки разграничить применение права к трудовым отношениям по вопросам частного права и публичного права. Одни авторы в соответствии с традиционными концепциями пытаются применять к трудовым договорам общие коллизионные принципы обязательственного права (выбор права сторонами на основе автономии воли сторон, применение закона места заключения договора и др.), другие же выдвигают на первый план вопросы публично-правового характера, в отношении которых не может применяться иностранное публичное право, а всегда подлежат применению правила страны места работы. Условия труда иностранных рабочих определяются во многом именно публично-правовыми предписаниями, которые носят обязательный характер и по своему содержанию менее гуманны, чем общие условия, установленные общим трудовым законодательством и коллективными договорами. Во Франции, Бельгии, ФРГ, Италии и ряде других стран в сфере регулирования трудовых отношений применяются гражданско-правовые концепции. Однако специфика этой сферы предопределяет некоторые коррективы в применении традиционных институтов и норм международного частного права. Прежде всего это проявляется в ограничении применения автономии воли сторон.

90. Трудовая деятельность иностранцев в Российской Федерации

Трудовая деятельность иностранцев допускается в РФ на основании трудового договора иностранца с нашими предприятием и организацией в соответствии с положениями российского трудового законодательства (иностранец поступает на работу в учреждение или предприятие и заключает трудовой договор на неопределенный срок либо заключает трудовой договор о работе в РФ на срок, указанный в договоре). Создание в России предприятий с иностранными инвестициями привело к применению труда иностранных специалистов и рабочих на этих предприятиях. Такова первая группа трудовых отношений с участием иностранцев.

В других случаях трудовые отношения иностранца возникают за границей в соответствии с действующим там законодательством. Например, трудовой договор заключается на родине иностранца, но его трудовая деятельность, обусловленная таким договором, протекает в течение какого-то времени в нашей стране. Это те случаи, когда иностранец приезжает в РФ в командировку на различные сроки (для трудовой деятельности, прохождения производственного обучения, производственной практики, работы в качестве корреспондента иностранной газеты и т. д.). Значительное число иностранных граждан привлекается на работу в России на основе двусторонних межправительственных соглашений, в значительной степени определяющих условия труда граждан соответствующих стран в России. Статья 13 Федерального закона от 25 июля 2002 г. № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» (с изм. и доп. от 30 июня, 11 ноября 2003 г.) предусматривает, что иностранные граждане пользуются правом свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, а также правом на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности с учетом ограничений, предусмотренных законом.

Применительно к участию иностранных граждан в трудовой деятельности в РФ работодателем признается физическое или юридическое лицо, получившее в установленном порядке разрешение на привлечение и использование иностранных работников и использующее труд иностранных работников на основании заключенных с ними трудовых договоров. В качестве работодателя может выступать в т. ч. иностранный гражданин, зарегистрированный в качестве индивидуального предпринимателя. Заказчиком работ (услуг) является физическое или юридическое лицо, получившее в установленном порядке разрешение на привлечение и использование иностранных работников и использующее труд иностранных работников на основании заключенных с ними гражданско-правовых договоров на выполнение работ (оказание услуг). В качестве заказчика работ (услуг) может выступать в т. ч. иностранный гражданин, зарегистрированный в качестве индивидуального предпринимателя. Работодатель и заказчик работ (услуг) имеют право привлекать и использовать иностранных работников только при наличии разрешения на привлечение и использование иностранных работников. Иностранный гражданин имеет право осуществлять трудовую деятельность только при наличии разрешения на работу. Указанный порядок не распространяется на иностранных граждан которые:

1) постоянно проживают в Российской Федерации;

2) временно проживают в Российской Федерации. При этом временно проживающий в Российской Федерации иностранный гражданин не вправе осуществлять трудовую деятельность вне пределов субъекта Российской Федерации, на территории которого ему разрешено временное проживание;

3) являются сотрудниками дипломатических представительств, работниками консульских учреждений иностранных государств в Российской Федерации, сотрудниками международных организаций, а также частными домашними работниками указанных лиц;

4) являются работниками иностранных юридических лиц (производителей или поставщиков), выполняющих монтажные (шефмонтажные) работы, сервисное и гарантийное обслуживание, а также послегарантийный ремонт поставленного в Российскую Федерацию технического оборудования;

5) являются журналистами, аккредитованными в Российской Федерации;

6) обучаются в Российской Федерации в образовательных учреждениях профессионального образования и выполняющих работы (оказывающих услуги) в течение каникул;

7) обучаются в Российской Федерации в образовательных учреждениях профессионального образования и работающих в свободное от учебы время в качестве учебно-вспомогательного персонала в тех образовательных учреждениях, в которых они обучаются;

8) приглашены в Российскую Федерацию в качестве преподавателей для проведения занятий в образовательных учреждениях, за исключением лиц, въезжающих в Российскую Федерацию для занятия преподавательской деятельностью в учреждениях профессионального религиозного образования (духовных образовательных учреждениях).

Приведенные правила исходят из применения в области трудовой деятельности иностранцев принципа национального режима. На постоянно проживающих в РФ иностранных граждан и лиц без гражданства, если иное не вытекает из актов законодательства и не предусмотрено международными договорами, распространяется законодательство России о занятости населения. На практике иностранцам, приехавшим на постоянное жительство в РФ, работа, как правило, предоставляется по специальности в соответствии с их квалификацией. Приведенные положения Закона «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» полностью соответствуют Международному пакту об экономических, социальных и культурных правах, который предусматривает право на труд и право каждого на справедливые и благоприятные условия труда (ст. 7). Применительно к участию иностранных граждан в трудовых отношениях в Российской Федерации существует ряд ограничений. В частности, иностранный гражданин не имеет права:

1) находиться на государственной или муниципальной службе;

2) замещать должности в составе экипажа судна, плавающего под Государственным флагом Российской Федерации, в соотвествии с ограничениями, предусмотренными Кодексом торгового мореплавания Российской Федерации;

3) быть членом экипажа военного корабля Российской Федерации или другого эксплуатируемого в некоммерческих целях судна, а также летательного аппарата государственной или экспериментальной авиации;

4) быть командиром воздушного судна гражданской авиации;

5) быть принятым на работу на объекты и в организации, деятельность которых связана с обеспечением безопасности Российской Федерации.

Иностранный гражданин не может быть призван на военную службу (альтернативную гражданскую службу), не может поступить на военную службу в добровольном порядке и не может быть принят на работу в Вооруженные Силы Российской Федерации, другие войска, воинские формирования и органы в качестве лица гражданского персонала. В соответствии с принципом национального режима на иностранцев распространяются общие положения российского трудового законодательства, касающиеся заключения и расторжения трудового договора, заработной платы, рабочего времени, времени отдыха. Работающие на наших предприятиях и в учреждениях иностранцы подчиняются тем же правилам трудового распорядка, что и российские граждане. Отсюда следует, что иностранцы, работающие на наших предприятиях и в учреждениях, обязаны соблюдать трудовую дисциплину. На иностранцев полностью распространяются положения законодательства об охране труда, обеспечивающие рабочим и служащим безопасность для жизни и здоровья, постановления, запрещающие сверхурочные работы, и другие правила трудового законодательства.

К женщинам-иностранкам и подросткам применяются специальные правила законодательства об условиях труда этих категорий работников. Женщины-иностранки имеют право на отпуск по беременности и родам и получают соответствующее пособие на равных условиях с российскими женщинами. Как и российские граждане, иностранцы имеют право на оплачиваемый отпуск. То есть они пользуются равноценными правами, которые не должны нарушаться.

91. Понятие международного гражданского процесса и его соотношение с международным частным правом

Международный гражданский процесс представляет собой совокупность коллизионных, материально-правовых и процессуальных норм, регулирующих вопросы подсудности гражданских дел с иностранным элементом; гражданское процессуальное положение иностранных граждан и юридических лиц, а также государств; порядок установления подлежащего применению иностранного закона; исполнения поручений иностранных судов; признания и принудительного исполнения иностранных судебных решений и признания иностранных административных актов по гражданским делам. Вопрос о принадлежности международного гражданского процесса к определенной отрасли права долгое время в нашей стране был дискуссионным. Первоначально международный гражданский процесс относили к гражданскому (арбитражному) процессу как к отрасли права, регулирующей деятельность судебных органов по гражданским (арбитражным) делам [23] .

В то же время, когда речь шла о системе отраслей юридических наук, соответствующие проблемы было принято относить к дисциплине международного частного права, которая регулирует не только гражданские, семейные, трудовые, но и процессуальные права иностранных граждан, лиц без гражданства, предприятий и организаций [24] . Тезис о включении международного гражданского процесса в международное частное право как правовую отрасль строится на таком элементе, специфически определяющем предмет деятельности судов, которая в подобных случаях имеет очевидный «внешний» характер, как связь данного отношения с международным сотрудничеством, участие в нем иностранных субъектов. Кроме того, главным аргументом в пользу невозможности в современных условиях относить международный гражданский процесс к национальному гражданскому процессу выступает такой фактор огромной социальной значимости, как наличие у российских граждан и юридических лиц наряду с иностранными индивидуумами и организациями способности обращаться за защитой своих нарушенных прав в международные судебные учреждения, каковым, к примеру, является Европейский суд по правам человека. Объективное существование данного института, находящегося за рамками внутригосударственного регулирования любого государства, в т. ч. и России, законодательно влечет за собой иные, нежели национально-правовые, квалификации возникающих в данном случае процессуальных отношений. Гражданский процесс становится в подобных ситуациях категорией действительно международной, в которой международные характеристики присутствуют как в содержании (т. к. по своей сути это отношения, выходящие за рамки одной правовой системы), так и по форме (что выражается в использовании международных институтов правосудия). Что касается зарубежных государств, то в странах общего права (прежде всего Англии, Австралии, Индии, Канаде, США) включение международного гражданского процесса в международное частное право не представляет собой дискуссионной проблемы.

Англо-американская доктрина достаточно единодушна в очертании пределов действия международного частного права, включая в него коллизионные правила выбора компетентного закона (choice of law rules), процессуальные отношения и нормы, регулирующие их (jurisdictions). Таким образом, конструирование международного частного права как отрасли права с включением в него всех тех вышеперечисленных вопросов, которые подпадают под категорию международного гражданского процесса, позволяет избежать излишней условности и казуистичности в понимании содержания данного явления.

Развитие и повсеместное признание правовыми системами мира в тех или иных пределах института автономии воли сторон привело к тому, что подчинение сторон рассмотрения спора конкретному учреждению и выбор ими применимого к сделке правопорядка в огромном количестве случаев заставляет суды в процессе разбирательства дела обращаться к иностранным правовым нормам.

92. Международная подсудность гражданских дел: понятие, виды

В международном частном праве под понятием «международная подсудность» подразумевается разграничение компетенции национальных судов различных государств по разрешению гражданских дел с иностранным элементом. Определение подсудности следует отличать от определения права, подлежащего применению к отношениям, регулируемым международным частным правом.

Вопрос определения сферы и пределов компетенции судов и иных национальных органов юстиции и правоприменительных учреждений каждого отдельного государства решается им суверенно, т. е. независимо от других государств, в соответствии с теми предписаниями внутригосударственного права, которые оно разрабатывает и вводит самостоятельно. В мировой практике сложился ряд критериев, воспринятых различными государствами и их правовыми системами, основываясь на которых их национальное право определяет пределы и сферу компетенции собственных судебных и иных учреждений. В этой связи сформировались три известные системы определения подсудности: романская (латинская), германская и система общего права.

В соответствии с указанной последовательностью систем разграничения компетенции национальных судов в международной теории и практике существуют в качестве закрепленных в законодательстве или иных источниках права следующие критерии разграничения:

1) признак гражданства сторон спора, в соответствии с которым национальный суд определенного государства вправе объявить себя компетентным рассматривать любой спор, вытекающий из отношений по сделке, заключенной гражданином этого государства. Кроме того, национальный суд вправе привлечь иностранного гражданина для выполнения им обязательств, заключенных в соответствующем государстве либо с гражданином этого государства;

2) признак местонахождения ответчика – подсудность определяется местожительством ответчика, при этом имеется распространение правил внутренней территориальной подсудности. Традиционно рассматриваемый критерий характеризует т. н. германскую систему распределения международной подсудности, хотя он используется не только в странах этой группы;

3) признак «фактического присутствия» ответчика, который имеет преимущественное значение в странах общего права. Квалифицирующим критерием в данном случае становятся фактор физического нахождения лица в определенном месте и возможность вручить судебную повестку.

Выделяются следующие виды международной подсудности:

1) исключительная подсудность – означает установление подсудности спора суду определенного государства с исключением подсудности судам иных государств (ст. 30 ГПК РФ, ст. 38 АПК РФ);

2) альтернативная подсудность – предоставляет право выбора между судами своего и иностранных государств (ст. 29 ГПК РФ, ст. 36 АПК РФ);

3) договорная подсудность – выражается в определении подсудности по выбору сторон (ст. 32 ГПК РФ, ст. 37 АПК РФ). Правовая регламентация вопросов международной подсудности в Российской Федерации представлена нормами международных договоров РФ, гражданского процессуального и арбитражного процессуального законодательств. В Российской Федерации разграничение компетенции собственных и иностранных судов строится преимущественно с использованием территориального критерия местонахождения ответчика. Однако при этом действует и критерий гражданства. Так, российский суд будет вправе рассмотреть дело с участием российских граждан или юридических лиц, созданных в соответствии с российскими законами. Компетенция арбитражного суда имеет место даже в тех случаях, когда сторонами спора выступают иностранные юридические лица, если заключили соглашение, в котором определили, что арбитражный суд в Российской Федерации обладает компетенцией по рассмотрению возникшего или могущего возникнуть спора, связанного с осуществлением ими предпринимательской и иной экономической деятельности. Арбитражный суд в Российской Федерации будет обладать исключительной компетенцией по рассмотрению данного спора при условии, что такое соглашение не изменяет исключительной компетенции иностранного суда (ст. 249 АПК РФ).

Согласно ст. 402 ГПК РФ подсудность российским судам гражданских дел по спорам, в которых участвуют иностранные лица, определяется российском законодательством. Суды в Российской Федерации рассматривают дела с участием иностранных лиц, если организация-ответчик находится на территории Российской Федерации или гражданин-ответчик имеет местожительство в Российской Федерации. В соответствии с ч. 2 ст. 16 °Cемейного кодекса РФ гражданин Российской Федерации, проживающий за пределами территории Российской Федерации, вправе расторгнуть брак с проживающим за пределами территории Российской Федерации супругом независимо от его гражданства в суде Российской Федерации.

Статья 28 ГПК РФ устанавливает общее правило международной подсудности – российские суды рассматривают дела по искам, предъявляемым к лицам (независимо от их гражданства), которые имеют местожительство на территории Российской Федерации. Российским судам подсудны также дела по искам к юридическим лицам, имеющим в Российской Федерации местонахождение или имущество, а также иск к ответчику, местожительство которого неизвестно или который не имеет местожительства в Российской Федерации, если он имеет на территории Российской Федерации имущество или ранее проживал в Российской Федерации.

93. Конфликт юрисдикций

В практике международно-частных отношений нередко встречаются случаи, когда применительно к одному и тому же спору объявляются компетентными два или несколько судебных учреждений различных стран. В подобных ситуациях принято говорить о конфликтах юрисдикций. Конфликт юрисдикций не следует отождествлять с конфликтом законов. Различия состоят в следующем. Во-первых, после того как на основании критериев альтернативной подсудности, сформулированных в праве соответствующего государства, произведен выбор компетентного учреждения для рассмотрения спора, процессуальные отношения подчиняются правопорядку той страны, суд которой разрешает дело. Во-вторых, упомянутые признаки не являются коллизионными формулами прикрепления – коллизионными принципами. В силу отсутствия в их структуре необходимых элементов, свойственных коллизионным нормам (объема и привязки), а также отсутствия должной правовой природы, т. е. свойств отсылочной нормы, они не могут быть квалифицированы в качестве таковых. Вследствие этого конфликты юрисдикций по своему характеру достаточно специфичны, поскольку подразумевают иную трактовку понятия «конфликт», чем в коллизионном правовом регулировании международным частным правом.

Конфликт юрисдикций – это ситуация, когда сразу две или более юрисдикции объявляют себя компетентными рассматривать спор по определенному правоотношению, однако ни одна из них не устанавливает надлежащих формул с помощью специальных правил, предоставляющих право выбора. Конфликт юрисдикций разрешается в международном сотрудничестве государств посредством договорно-правовых средств, т. е. с помощью заключения международных и региональных соглашений.

Примером первой категории международных договоров, которые заключаются в целях регулирования специальных видов правоотношений, являются Конвенция об унификации некоторых правил, относящихся к гражданской юрисдикции по делам о столкновении судов (1952 г.), Конвенция о компетентных органах и праве, применяемом по делам о несовершеннолетних (1961 г.), Конвенция о договоре международной перевозки грузов автомобильным транспортом (1956 г.). В числе примеров второй группы следует назвать Брюссельскую конвенцию стран – членов ЕЭС (ныне – ЕС) о подсудности, признании и исполнении судебных решений по гражданским и торговым делам (1968 г.); Конвенцию о юрисдикции, признании и исполнении судебных решений по гражданским и торговым делам (1988 г.), заключенную в Лугано и повторившую положения Брюссельской конвенции в целях регулирования соответствующих отношений стран – участниц Европейской ассоциации свободной торговли (ЕАСТ); Соглашение о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности (1992 г.), заключенное в рамках СНГ; Соглашение о порядке взаимного исполнения решений арбитражных, хозяйственных и экономических судов на территории государств – участников СНГ (1998 г.).

Особое значение для государств – участников СНГ имеет Минская конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским семейным и уголовным делам (1993 г.). Общим правилом для определения учреждения, компетентного рассматривать спор, применительно к физическим лицам (независимо от их гражданства) выступают местожительство и местонахождение юридического лица, филиала или представительства, если они являются ответчиками. Конвенция предусматривает альтернативную подсудность в случаях, когда ответчиками по делу являются несколько лиц, имеющих местонахождение или местожительство на территории разных государств. В подобных ситуациях спор рассматривается по местожительству (местонахождению) любого ответчика по выбору истца. Иными критериями решения вопросов международной подсудности в силу ст. 20 Конвенции являются:

1) место осуществления торговой, промышленной или иной хозяйственной деятельности предприятия или филиала ответчика;

2) место исполнения полного или частичного обязательства из договора, являющегося предметом спора;

3) постоянное местожительство или местонахождение истца по иску о защите чести, достоинства и деловой репутации.

94. Пророгационные и дерогационные соглашения

Соглашение сторон, устанавливающее выбор учреждения, которое будет компетентно рассмотреть могущий возникнуть из отношения спор в изъятие из действующих правил подсудности, называют пророгационными и дерогационными соглашениями. Пророгационные и дерогационные соглашения могут иметь место только в рамках альтернативной (договорной), т. е. неисключительной подсудности. Соглашение, в силу которого неподсудный по общим диспозитивным нормам определения компетенции данного суда спор становится подсудным, называется пророгационным (от лат. pro rogatio – продление), т. е. в силу соглашения сторон компетенция определенного в нем суда продлевается (расширяется). Соглашение, в силу которого подлежащий разрешению данным учреждением спор на основании общих диспозитивных норм об определении компетенции суда изымается из сферы его юрисдикции и передается другому суду, именуется дерогационным. Понятие пророгационного соглашения не следует распространять на категорию арбитражного соглашения, в силу которого спор передается на рассмотрение третейского (негосударственного) суда. Арбитражные и пророгационные соглашения – принципиально разные явления, существующие параллельно, и не совпадающие в сфере международных обменов применительно к разрешению споров между субъектами хозяйственного оборота. Арбитражные соглашения относятся к деятельности общественного суда, а пророгационные соглашения являются продуктом регламентации и функционирования системы государственного правосудия.

Законодательство и практика большинства государств, в т. ч. и Российской Федерации, допускают наличие договорной подсудности. В силу этого по соглашению сторон конкретное дело может быть отнесено к юрисдикции иностранного государства, хотя по закону страны суда оно подсудно местному суду, и наоборот. Изъятие в этом плане составляют споры, подлежащие исключительной компетенции местных судов. В соответствии со ст. 32 ГПК РФ стороны могут по соглашению между собой изменить территориальную подсудность для данного дела до принятия его судом к своему производству, если это не касается исключительной компетенции отечественного суда, установленной ст. 26, 27 и 30 ГПК РФ. Сходные положение установлены и для арбитражного судопроизводства. В частности, ст. 37 АПК РФ предусматривает, что подсудность, установленная ст. 35 (территориальная подсудность) и 36 (подсудность по выбору истца) АПК РФ, может быть изменена по соглашению сторон до принятия арбитражным судом заявления к своему производству.

Положения, воспрещающие изменение правил об исключительной подсудности посредством заключения соглашений между сторонами, закрепляются как во внутреннем праве различных государств, так и в международных договорах. Так, ст. 21 Минской конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским семейным и уголовным делам 1993 г. содержит указание, что исключительная компетенция, вытекающая из п. 3 ст. 20 Конвенции и других норм, установленных Конвенцией, а также из внутреннего законодательства соответствующей договаривающейся стороны, не может быть изменена соглашением сторон. Наличие соглашения между сторонами о передаче дела на рассмотрение определенного судебного учреждения конкретного государства, если не нарушены правила об исключительной подсудности, делает невозможным рассмотрение спора в суде иной страны. Конвенция предписывает также, что при наличии соглашения о передаче спора суд по заявлению ответчика прекращает производство по делу. Писаное (статутное) право ряда европейских государств уделяет вопросу о договорной подсудности пристальное внимание, поскольку во многих отношениях его надлежащее разрешение образует ключевое обстоятельство, определяющее, во-первых, международную компетенцию соответствующего суда и, во-вторых, оказывающее непосредственное влияние на признание и исполнение иностранного судебного решения за границей. Соглашения о договорной подсудности получили детальную регламентацию в Брюссельской и Луганской конвенциях, причем учреждения, избранные по соглашению сторон, пользуются исключительной подсудностью.

95. Правовые основы признания и исполнения иностранных судебных решений

Действие судебного решения, вынесенного судом одного государства, ограничено территорией этого государства. Это вызвано прежде всего тем, что судебный акт рассматривается в качестве неотъемлемой составной части правопорядка того государства, в рамках юрисдикции которого он был вынесен. Исполнению иностранных решений предшествует их признание соответствующим государством, в котором испрашивается принудительное исполнение. Следовательно, допустимость признания и приведения в исполнение иностранных решений определяется законодательством конкретной страны и международными соглашениями, в которых она участвует. Признание на территории государства решений иностранных судов означает придание этим решениям такой же юридической силы, какую имеют вступившие в законную силу решения судов Российской Федерации: они приобретают свойства неопровержимости, исключительности, а решения о присуждении – также и исполнимости; они обязательны для должностных лиц и органов государственной власти Российской Федерации. Эти решения будут служить подтверждением тех же гражданских и иных прав и обязанностей, что и решения отечественных судов.

В зависимости от вида решения достаточно только его признания (к примеру, факта ликвидации предприятия, признания организации банкротом) либо признания и приведения в исполнение решения. Признание иностранного судебного решения является необходимой предпосылкой его принудительного исполнения. Институт признания означает, что государство выражает свое согласие с тем, что данный акт способен породить юридические последствия в пределах его юрисдикции, т. е. на территории рассматриваемого государства. Принудительное исполнение решения должно потребовать от государства санкционирования им приведения в действие государственного механизма принуждения органов, должностных лиц, иных субъектов, наделенных правами по реализации обусловленных решением мер [25] . Для правильного понимания общих правил международного исполнительного производства следует различать: во-первых, основания для принудительного исполнения; во-вторых, режимы (процедуры) допущения решения иностранного суда к исполнению. Если основания определяют возможность признания и принудительного исполнения решения иностранного суда, то процедура определяет порядок, в котором происходят признание и исполнение. Основанием для признания и приведения в исполнение решений судов иностранных государств, решений третейских судов и международных коммерческих арбитражей является наличие международного договора и федерального закона. Отсутствие договора приводит по общему правилу к невозможности исполнения решения иностранного суда в России и решений российских судов за рубежом.