Текст книги "Женщины-убийцы"

Автор книги: Олег Мазурин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Другие привязывают партнершу к кровати кожаными ремнями или приковывают наручниками. Такое насильственное удержание длиться довольно долго. Садист получает удовольствия от созерцания беспомощного состояния партнера. А после захватывающий секс. Причем эти игры дополняются со всеми атрибутами садистских игр – плетками, хлыстами, цепями, ошейниками, кожаные бикини, комбидрессы, шорты, майки. Иногда партнер, выйдя за рамки игры может и взаправду отхлестать свой сексуальный объект плеткой или хлыстом. И будет получать наслаждение от данной экзекуции.

Когда «садизм» всего лишь ролевая игра, то в этом нет ничего предрассудительного. От такой игры возникают интересные ощущения, необычные переживания, новые яркие впечатления. В какой-то мере легкий садистский флирт помогает разнообразить половую жизнь у многих людей. Но, а если человеку начинает нравиться причинять боль партнеру? Причем осознанно. И видя, что его партнерше не по душе такое обращение, он все равно нарочно причиняет ей боль, и может даже ударить – то это уже выходит за рамки здравого смысла и весьма плохо для совместной жизни. Про таких экзекуторов в народе говорят: «домашний тиран».

Такой особе не нужна нормальная сексуальная разрядка, ему подавай извращенную. Ему необходимо предварительно поиздеваться над человеком. Например, запереть объект любви в комнату или подвал и не кормить несколько дней. От этого объект пытки слабеет, истощается, мучается. А поддонку все мало, он продлевает пытку голодом. Затем освобождает жертву из заточения и насилует, может даже избить. Еще хуже, когда садист получает удовлетворения не от секса, а от убийства партнера. Вот если кто-то переходит грань между игрой и реальной жизнью, то со временем становится либо истязателям либо душегубом, а то и того сквернее – серийным убийцей.

Так вот выясняется вторая причина, почему мадам Ла Лори нравилось изводить со свету людей, пытать и мучить. При ее неуравновешенной и больной психике недостаток секса (муж изменял ей и редко спал с нею) она восполняла насилием и убийством. Садизм ей заменил секс. И когда долго у Ла Лори не было сексуального партнера, у Дельфины портилось настроение, и отрицательная энергия находила себе выход в издевательствах и избиениях. А чаще – в убийствах.

Как учит нас история, в каждом деле когда-нибудь наступает развязка. Развязка с «Камерой пыток» мадам Ла Лори произошла 11 апреля 1834 года.

Садистка-аристократка посадила в «Камеру пыток» одного чернокожего раба. А его жена – повариха – пытаясь отстоять мужа, выпрашивала прощения за него у госпожи, но мадам Ла Лори не только отказала ей в просьбе, но и приказала приковать негритянку цепью на кухне. Правда, только за одну руку. Садистка Дельфина была полностью уверена, что рабыня никуда не сбежит. И пока Мадам Смерть предвкушала скорую расправу над рабом, а потом и над его супругой, повариха решилась на подвиг ради любимого.

В то время многие дома были оснащены каминами, а в одной из трех стен камина находился шкаф с железной дверью, расположенный достаточно близко к огню, чтобы в нем можно было тушить или разогревать блюда. Так же в этих шкафах можно было печь бисквиты, пироги, булочки и даже торты. Аналогичные камины использовали вплоть до XIX-го века (огромные печи, которые теперь ассоциируются с викторианской эпохой, были запатентованы в 1815 годы, но вошли в употребление только в 1840-х).

…Поварихе как раз нужен был камин, а вернее огонь, разожженный внутри его. Женщина сняла с себя колпак, попыталась дотянуться им до пламени, но потерпела неудачу! Негритянка на минуту задумалась: как же ей добраться до спасительного огня?

Аллилуйя, есть идея!

Рабыня взяла кочергу и насадила на нее колпак. Надо так сделать, чтобы он не слетел с кочерги. Но чем его закрепить? Негритянка увидела на кухонном столе моток ниток, которыми она иногда зашивала тушки индейки или курицы во время жарки. Вот это то, что женщине было срочно необходимо. Она примотала нитками колпак к кочерге и возобновила свою попытку дотянуться до огня. Теперь все получилось. Языки пламени лизнули ткань – и колпак загорелся. Теперь повариха принялась осуществлять свою идею. Она дотянулась импровизированным факелом до кухонных штор, и хищник-огонь, почувствовав легкую добычу, вгрызся в нее своими ненасытными и рыжими зубами. Ткань занялась огнем. Окно было открыто, и изроскошного особняка повалил черный дым.

«Караул! Пожар! Помогите!» – завопила как можно истошнее бедная кухарка.

Соседи и несколько зевак, услышав призывы о помощи и завидев клубы дыма из открытого окна, сбежались к особняку с ведрами и кувшинами, наполненными водою. Приехали на выручку и доблестные пожарные. Они-то и стали усмирять коварный огонь и выручать повариху.

Надо отдать должное рабыне. За ее смелость, сообразительность и героизм. Она, конечно же, могла погибнуть в огне, но отчаяние и тревога за жизнь мужа пересилило страх смерти, и она вот таким оригинальным и пожароопасным способом сумела привлечь к себе внимание окружающих и спастись. Не решилась бы она на такой подвиг, то погибла бы вместе с мужем. Причем, мучительной смертью. Кто-то из них раньше, а кто-то позже. Мадам Смерть не пощадила бы рабов в любом случае.

Пока тушили пожар, Ла Лори и ее муж выносили шкатулки с драгоценностями, акциями и деньгами из особняка, а их добровольные помощники – ценные вещи и предметы интерьера. Но тут у всех официальных и неофициальных спасателей возник очевидный и вполне напрашивающийся вопрос: а где же слуги четы Ла Лори, почему они им не помогают и почему их нигде не видно? Мадам Ла Лори пыталась убедить людей, что все ее рабы в полной безопасности и тут недалеко, но слухи о зловещем чердаке как-то сами собой всплыли у многих в памяти. У Дельфины потребовали ключи от чердака, но она ответила категорическим отказом. Тогда несколько добровольцев, пожарных и один полицейский поднялись по лестнице и дружно взломали чердачную дверь, а вернее, просто вынесли с петель.

«Камера пыток» потрясла всех очевидцев до жути! Кто-то сразу поседел от увиденного, кого-то стошнило, кто-то с криком «о, боже!» просто убежал, а наиболее смелые шагнули вперед…

И что они увидели?!

О, ужас!!!

На полу валялись отрезанные пальцы рук, ног, уши, кончики носа, другие человеческие конечности и органы, на столе – окровавленные бинты, кухонные ножи, топорики и хирургические инструменты. В углу стоял железный ломик с засохшей на острие кровью. Один раб, прикованный к стене и кляпом во рту, был мертв, на теле – ужасные травмы и порезы, а в его пробитом черепе торчала палка, которой мадам Ла Лори в плане медицинского эксперимента или просто забавы ради пыталась перемешать мозги. Нашли очевидцы в «Камере пыток» и семерых истощенных, голодных и избитых рабов, прикованных к стенам. У некоторых были отрезаны пальцы, уши и кисти рук. Место удаления конечностей маньячка Ла Лори «милосердно» прижгла раскаленной кочергой. Чтоб не умерли. А то некого было бы ей истязать и убивать. По сообщению газеты «Нью-Орлеанская Пчела» все спасенные рабы выжили, не умер ни один. В том числе и муж доблестной поварихи. Их всех отвезли в госпиталь для бедных.

Между тем, слухи об убийце и изверге Дельфине Ла Лори и ее «чердаке пыток» стали распространяться по городу с невероятной быстротой. Вскоре у особняка злодейки собралась внушительная толпа, страстно желающая линчевать маньячку.

…Мадам Ла Лори не на шутку взволнованная заглянула за край тяжелой портьеры из дорогой ткани. Разношерстный и разгневанный народ стоял под ее окнами и выкрикивал ругательства в ее адрес:

«Исчадие ада, ты заслуживаешь смерти!»

«Судить убийцу!»

«Судить мало, казнить убийцу!»

«Арестуйте ее прокурор!»

«Садистка! Душегуб!»

«Ученица Дьявола!»

Наиболее решительные призывали ворваться в особняк, схватить Ла Лори и скинуть с балкона, а другие убить на месте. Страсти накалялись. Несколько булыжников полетели в сторону дома. Раздался звон разбитого стекла, и Дельфина в панике отшатнулась от окна. Тяжелый камень со стуком упал на дубовый паркет. Кто-то восторженно воскликнул: «Попал!» И тут же раздались дружные и одобрительные аплодисменты в адрес меткого стрелка.

«Дорогой, кажется ситуация становиться весьма и весьма критической», – обратилась Дельфина к встревоженному мужу – «Скоро эта чернь разнесет наш особняк в щепки или подожгут со всех сторон, а нас выволокут на улицу как простых смертных и растерзают на мелкие-мелкие кусочки. Не угодно ли вам, уважаемый супруг, срочно послать за комиссаром полиции и его людьми? Ведь он нам премногим обязан. Нежели мы напрасно принимали у себя дома этого дармоеда? Досыта кормили, допьяна поили, причем лучшими винами, джином, ромом и виски. Он курил наши дорогие сигары. Причем в огромном количестве!..

«Ты преувеличиваешь, дорогая, не такое уж огромное»…

…«Не перебивай. Мне виднее, сколько он выкурил, съел и выпил. Это я веду финансовые и хозяйственные дела и мне лучше знать, сколько, что и почем. А какие замечательные и недешевые подарки мы ему делали на Рождество и День благодарения! Так пусть этот толстый дармоед отработает свой хлеб! Пусть он заступиться за нас!»

Господин Ла Лори попытался успокоить напуганную жену.

«Дорогая, я уже послал за ним единственного нашего слугу. Он скоро придет».

И действительно вскоре в особняк к чете Ла Лори пожаловал сам шеф городской полиции и привел с собой еще и усиление – человек десять подчиненных, вооруженных ружьями и пистолетами. Полицейские немного оттеснили протестующих от дома садистки. Комиссар помнил добро от супругов Ла Лори и платил им тем же. Дельфина немного успокоилась. Страх быть растерзанной толпой на время исчез в ее душе.

К вечеру супругов посетили еще одни важные гости: главный городской судья, который не раз спасал Ла Лори от карающего меча правосудия, и городской прокурор. С прокурором было его доверенное лицо – коммерческий адвокат, а также рабовладелец и управляющий плантациями сахарного тростника в Бел Чэйсе 23-летний Джуда Бенджамин (будущий известный и крупнейший американский политический деятель). Два года назад он был принят в коллегию адвокатов в 1833 году и женился на Натали Боше де Сен-Мартен, 16-летней дочери богатой и известной в Новом Орлеане креольской французской семьи. Джуда тоже часто посещал торжественные приемы мадам Ла Лори и был им многим обязан. Именно на одном из балов, устраиваемых в доме графини, и произошла судьбоносная встреча Бенджамина и его невесты – Натали.

Все влиятельные чиновники собрались за вечерним ужином в парадной зале особняка.

Прокурор первым обратился к Дельфине.

«История ваша, мадам Ла Лори надела много шума в городе, да и в самом штате. Многие знатные жители города и почти весь простой народ требуют вашего скорейшего ареста, следствия и суда. Но я пока тяну время. Мадам, вам следует как можно скорее покинуть Нью-Орлеан и уехать в какое-нибудь безопасное место. В другой город, другой штат. Куда угодно. Если вы этого не сделаете, то мне под давлением общественности придется арестовать вас и начать расследования в отношении ваших медицинских опытов…

«А мне придется судить вас», – поддакнул главный судья. – А зная, какой резонанс придают оному делу, то мягкого приговора в отношении вас избежать будет весьма и весьма трудно…»

«Вот именно!» – воскликнул прокурор. – «Нам, вашим искренним и наилучшим друзьям придется с позиции правосудия карать вас! А это ужасно!»

«Я вас поняла, мой любезный друг», – встрепенулась доселе подавленная и тихая мадам». – Благодарю за живое и трепетное участие в нашей судьбе. Мы с мужем не желаем вам причинять неприятности по службе и вскоре покинем сей город. Но, господа, дайте нам всего один день и в ночь мы уже отправимся в путешествие по просторам нашей страны. Уверяю, никто из вас не останется обиженным или обделенным, чек на энную сумму будет у вас уже завтра. Я надеюсь на вашу помощь, господа».

Гости восторженно загалдели, допили вино и раскланялись с хозяевами. Кажется, за вечерним столом было найдено решение, устраивающее обе стороны. У четы Ла Лори появился один день свободы гарантированный местной властью, и они потратили его с пользой. Супруги продали дом, сняли все свои сбережения в банках, собрали в кучу припрятанные до поры до времени все драгоценности, акции, деньги, золото. Затем с помощью новых слуг завернули в холщевые тряпки картины известных художников, антикварные вазы, статуэтки, часы, собрали и упаковали в коробы, чемоданы и ящики все свое остальное добро, купили билет на пароход и ночью, как и обещали своим высокопоставленным покровителям, исчезли из Нью-Орлеана. А комиссар полиции вместе со своими подчиненными позаботился об охране супругов и безопасной доставке багажа к пароходу. Естественно за хорошее вознаграждение от преступной парочки.

Чета Ла Лори не стала испытывать судьбу и жить в США: слава о «геройских» достижениях «Мадам Смерть» бежала впереди нее и не гарантировала супругам спокойной жизни в любом из штатов Америки. Злословие толпы, кривые ухмылки, злобные взгляды, ядовитые выпады местных газет, молчаливое презрение местечкового высшего общества – к чему им все это?! Им теперь нужна тишина и покой! И полная неузнаваемость. Поэтому вскоре Ла Лори покинули Новый Свет и прибыли в Старый – в Европу.

И вот прошло семь лет и следы четы Ла Лори наконец-то отыскались во Франции. Они жили там и весьма неплохо. Аристократы давали балы, сытно ели, хорошо пили, вели светскую жизнь и… охотились.

Стоял чудесный сентябрьский день! Ярко-желтое солнце, синее небо, белые облака. И море зелени!

На волнистой местности среди скалистых холмов и мягких округлых долин раскинулись великолепные буковые леса Франции. Старые дубы, ясени, тополя и грабы своими зелеными кронами образовывали мощные своды над землей.

А кругом трава, трава, трава… Изумрудная, шелковистая, ласкающая взгляд. И лесные цветы. Душистые, яркие, веселые.

Беззаботные птички порхают, поют, щебечут…

Мадам Ла Лори с наслаждением вдохнула ароматный запах леса…

Какой здесь великолепный воздух! Душа мадам пела в унисон с пернатыми. Как тут красиво, спокойно и блажено. Сказка – а не место! Невдалеке трубят рога, гикают егеря, лают бурбонские пойнтеры. Идет травля вепря. И бывшая преступница и убийца Дельфина Ла Лори – участница этого представления. Теперь, если ей повезет, она будет снова убивать, но не человека, а зверя.

Невдалеке привязанная поводьями к суку огромного ясеня, стояла дорогая и породистая лошадь мадам. Муж Дельфины – притаился в засаде в ста шагах от жены. В руках Дельфина держала великолепное и дорогое охотничье ружье с капсюльным замком. Приклад у оружия был из ореха, оконечность цевья украшена накладкой из позолоченного металла, оформленной гравированным ампирным орнаментом. Поверхность крышки отделена гравированным растительным орнаментом в стиле ампир. На соединительной планке стволов гравировкой была сделана надпись: «Marie Delphine LaLaurie». Предохранительная скоба украшена тоже гравировкой. Часть туловища и хвост чудовища переходила на гребень приклада, образуя объемное украшение, а щека приклада была обрамлена резным изображением василиска, с языком, оканчивающимся крупной цветочной розеткой. Сказка – а не ружье! Произведение искусств!

На поясе у Ла Лори висел изящный и дорогой кинжал. Через плечо охотничья сумка – ягдташ.

А как мадам прекрасна одета! По последней французской моде. Фиолетовая «амазонка» с белым ажурным воротником, приталенное, состоящие из узкого кафтана – жюстокор и двух юбок – распашной и нижней. Верхняя распашная юбка из толстой ткани называлась «скромницей», а нижнюю шутники того времени окрестили «шалуньей». Немодное жабо мадам заменил пышный шарф-галстук. На ногах – белые обтягивающие трикотажные кальсоны и черные сапоги из мягкой тонкой кожи. На голове – фиолетовый элегантный невысокий цилиндр с закрепленной на полях белой длиной вуалью. А на руках – изящные красивые перчатки из тончайшей мягкой кожи. Тут надо отметить, что в то время и кавалеры, и дамы носили перчатки практически всегда. Существовало даже особое правило, предписывающее молящимся особам снимать хотя бы одну (!) перчатку в церкви, чтобы перекреститься.

Чтобы не кусали комары, Дельфина Ла Лори натерла лицо лавандовым маслом.

Находясь в томительном ожидании мадам Ла Лори почему-то вспомнила о своем житие-бытие в Новом Орлеане. Пригрезился ей тот самый роскошный дом, что стоял на улице Ройял Стрит номер 1140 во Французском квартале, великолепные балы, веселые ужины, прием и прочее. Если бы не эти гадкие рабы она бы жила в Нью-Орлеане и поныне. Хотя во Франции ей тоже прекрасно живется. У нее во владении старинный замок ее предков, поля, леса. И она тоже иногда устраивает для соседей и чиновников званые вечера и танцы. Но мадам уже не убивает слуг, а лишь издевается над ними и бьет. Тем более они не чернокожие, а бледнолицые – зачем их убивать? Правда, недавно, один слуга скончался от ее жестоких побоев – ну и поделом ему! Незачем было гневить свою госпожу глупой ухмылкой. Да и два года назад мадам замучила до смерти одну девушку-служанку. Но это мелочи по сравнению с тем, что она творила в США. Хотя порой так хочется ей вспомнить свои заокеанские «подвиги». Взять, например, человека три-четыре и поиздеваться вдоволь. И чтобы это сопровождалось обилием крови, истязаниями, медицинскими экспериментами и мучительной смертью жертв.

Хочется вспомнить, но…

Сдерживает себя изо всех сил Дельфина. Боится, что сильно увлечется этим, а потом, если ее разоблачат, куда ей бежать? В Африку, в Азию или в Австралию? Нет, ей пока здесь на родине предков все устраивает. А мучить и убивать людей она будет и здесь. По-маленьку, незаметно, постепенно, без излишней шумихи и скандалов. Как говорится во французской народной пословице: «Волк меняет шкуру, но не натуру». А она кровожадная «волчица» по имени Мари Дельфина Ла Лори никогда не изменить своих привычек. Так что берегитесь, люди новоорлеанской волчицы! Она вас продолжит поедать и уничтожать. А пока нехватку в людской крови Ла Лори компенсирует убийством лесных животных. В последнее время ей очень нравиться охотиться на диких зверей. Ведь вид застреленного животного – его остекленелых, расширенных в ужасе, зрачков, смертельного оскала и алой крови – ничем не хуже чем вид убитого человека. Все та же красная кровь, испуг в застывших навечно зрачках, и та же гримаса смерти. А разделка животного ничем не отличается от разделки человека. Мадам Ла Лори – по жизни охотница. И за двуногими тварями и за четвероногими.

…В лесу закуковала кукушка.

Мадам Ла Лори улыбнулась. У нее было прекрасное настроение.

«Кукушка, кукушка, сколько мне осталось жить?» – спросила она у пичуги и приготовилась считать ее кукования.

Аристократка внимательно прислушалась… но кукушка тут же замолчала. По губам женщины скользнула саркастическая усмешка.

«Глупая птица. А мифы гласят, что сама древнегреческая богиня Гера покровительствовала кукушке, а Зевс и вовсе превращался в нее. Ясно, что кукушка – никчемная птица. А считать кукования – это все выдумки глупого народа. Сколько мне Всевышний определил столько мне и жить».

Сегодня будет славная охота. Мадам это чувствует. Она вопреки предостережениям сошла с высокого деревянного помоста на землю. Дело в том, что охота на кабана сопряжена с настоящей опасностью, так как секач нередко бросается на охотников. Поэтому при загонной охоте на вепря иногда делают для охотников невысокие платформы, с которых кабаны, вследствие неподвижности своей шеи, не могут сбросить охотника. Но ничего, мадам Ла Лори успеет увидеть приближающегося секача, заскочит на помост и пальнет по зверю. И может быть, даже попадет в него. Вот тогда она и будет хвастать всем своим друзьям и знакомым о славной виктории над зверем. А голову вепря она распорядиться повесить на стену трофеев в замке.

Где-то раздался выстрел.

«Попал!» – восторженно воскликнул кто-то за деревьями.

И вдруг раздался хруст сломанных веток и послышался бешеный топот. Ла Лори развернулась влево…

Вот он кабан! Собственной персоной. Он стремительно выскочил из-за кустов на Дельфину! И это был поистине монстр, чудовище! Крупный экземпляр! И самый опасный из них – «Одинец» (старый кабан, живущий в одиночестве).

Вид его был грозен. Короткая и плотная туша с толстыми и высокими ногами. Большая, мощная, клиновидно вытянутая вперед голова, уши длиннее, стоячие, острые, здоровые и острые клыки. Щетина чёрно-бурого цвета с примесью желтоватого, подшерсток буровато-серого, морда, хвост, нижняя часть ног и копыта – чёрного. Длина его тела была чуть ли не два метра, а высота в холке – почти метр! Весом он был под 250 килограмм!

Точно лесной монстр!

Маленькие глаза великана-секача сверкали неукротимым бешенством и злобой. Он был кем-то их охотников подранен и от этого зверюга еще более осатанел.

Лошадь встала от страха на дыбы, и, оторвав уздечку от дерева, бешеным галопом рванула в чащу леса.

Ла Лори растерялась и испугалась: так неожиданно зверь выскочил на нее. Естественно выстрелить она не успела. Не успела и отскочить. Если бы у нее это получилось, мадам могла бы спастись, так как кабан обычно, проносясь мимо, редко возвращается обратно для нового нападения. Но охотница стояла прямо на пути этого парнокопытного тарана. От страха она не могла сдвинуться с места, все члены ее тела будто парализовало. Так, в одно мгновение, Нью-Орлеанская злодейка превратилась из мощной убийцы в беспомощную жертву.

Лесной монстр кинулся на охотницу! Его смертоносные и острейшие клыки вонзились в живот женщине, вспарывая его как самый оточенный хирургический скальпель. Из раны женщины хлынула кровь, и показались кишки. От сильнейшего удара мадам подлетела вверх и упала на землю как сломанная кукла. Ружье, кокетливый цилиндр с вуалью полетели куда-то в заросли. Парнокопытный монстр поднялся на дыбы и передними копытами ударил по жертве. Раздался хруст переломанной руки. Кабан в ярости стал топтать и бодать женщину. Сломал ей другую руку, ключицу, голень. Наконец туша в два с половиною центнера снова взвился на дыбы и свои коронным ударом размозжил Дельфине голову! Этот выпад оказался смертельным…

Ужасное зрелище! И ужасная кончина!

На выручку женщине уже спешил муж и другие охотники. Они стреляли по секачу на ходу, пытаясь в него попасть. Но тот не стал искушать судьбу и ринулся сквозь кусты дальше. Вслед зверю зажужжали смертоносными пчелами пули – но не попали! Кабан-убийца скрылся в лесу.

Запыхавшиеся и взволнованные участники охоты обступили тело Ла Лори. Кого-то тут же вырвало от увиденной картины. Но помощь уже опоздала: женщина была мертва. Ее тело походило на кровавое месиво. Рваные раны, размозженная переломанная голова, переломанные кости, вывалившиеся наружу кишки. От благородной аристократки ничего не осталось, лишь бесформенная безжизненная масса. Этот окровавленный искалеченный кусок тела трудно была принять за человека, тем более женщину.

Убийца-зверь уничтожил убийцу-женщину. Причем она погибла в ужасных мучениях, переломанная, изувеченная, истерзанная. Так когда-то умирали ее жертвы – рабы. Она ломала их, калечила, лишала жизни. И Господь отплатил ей такой же монетой.

Жуткая смерть. Но как сказал Мольер: «Дурная смерть приводит к дурной гибели». Так и в этом случае. Маньячка Ла Лори, безусловно, заслужила эту участь. Безнаказанно творив злодеяния на одном краю света, она на другой краю света получила возмездие за все свои преступления.

Дом под номером 1140 на улице Ройал Стрит после того как его покинула супруги Ла Лори часто менял хозяев. Только из-за призраков, то ли из-за темной нехорошей ауры, то ли из-за зловещей истории первых владельцев дома. Доподлинно неизвестно по каким причинам сменялись владельцы. Только факт остается фактом: купив дом, новые хозяева его вскоре продавали и уезжали восвояси.

В наши дни дом маньячки Ла Лори пользуется популярностью у жителей и туристов Нового Орлеана. В интернете можно даже найти снимки этого зловещего особняка. В 2007 году дом «Мадам Смерть» купил известный голливудский актер Николас Кейдж, но год спустя снова выставил его на продажу – наверное, там оказалось страшно и некомфортно жить. Или может голливудской звезде однажды ночью привиделся бесплотный дух Дельфины Ла Лори и он испугался.

Кто знает?

Для справки: рабство в США было отменено после завершения Гражданской войны и ратификации Тринадцатой поправки к конституции страны в декабре 1865 года. Эта поправка фактически положила конец торговле людьми в Соединенных Штатах. Отныне рабство стало противозаконным и антиконституционным. Последним из штатов, принявший поправку номер 13 оказался Миссисипи. Он ратифицировал ее в символическом для этой поправки году – в 2013-ом!