![](/files/books/160/oblozhka-knigi-snova-dembel-349202.jpg)
Текст книги "Снова дембель"
Автор книги: Олег Ленкоранский
Жанр:
Боевики
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 6 страниц)
Но как только вопрос касается товарно-денежных отношений – туши свет. Чистый натуральный капитализм, отягощенный феодальными отношениями.
Лирическое отступление на этом закончим, время быстро утекает. Очевидно, что две коробки с маслом при таких раскладах не могут являться серьезным компроматом.
Поэтому требуется «отягощение», довесок, который переводит находку в другую правовую плоскость.
Отрываю от коробки кусок картона и при помощи обычной авторучки за несколько секунд создаю убойный артефакт.
Не сказать, что я бегло говорю на фарси, скорее – вообще не говорю, лишь приблизительно понимаю устную речь, с грехом пополам читать могу или перевести несложный текст с пятого на десятое. Тем более что три десятка лет прошло после дембеля, забылось многое без практики.
Удивительно, но азербайджанским языком владею намного хуже, хотя, казалось бы, должно было быть наоборот. Но объяснение простое: по долгу службы фарси хочешь не хочешь, но выучишь, а с местными и на русском можно поговорить, аборигены на нем все без исключения шпрехают только так. Лишь в глухих горных аулах старики не понимают по-русски, но с ними общаться мне не приходилось, да и язык у них свой – талышский, который не похож ни на азербайджанский, ни на персидский.
Фантазия моя отчего-то перестала работать, наверное, ночью она хуже функционирует, поэтому ничего креативного придумать не смог.
Написал слово «пляж» и рядом штук двадцать арабских цифр. Они с иранскими практически идентичные, лишь четверка и шестерка по-разному пишутся. Главное не перепутать, в каком направлении писать.
В результате появилось «шифрованное послание», правда уровень исполнения подкачал. Да и содержание с оформлением тоже на уровне кружка «Очумелые ручки». Но мне в разведотдел ее не нести, мне всего лишь на одно гражданское лицо произвести впечатление надо.
В два часа ночи разбудил Зайцева, сообщил, что никаких происшествий не случилось, товарищ лейтенант на горизонте не появлялся. Будь Кролик нормальным человеком, обязательно сказал бы спасибо, и можно было бы рассчитывать на доброе отношение в будущем. Но судя по невыспавшейся надменной и недовольной физиономии, надежды эти напрасны. Наверняка воспринял это как попытку подмазаться к начальству. Он бы именно так и вел бы себя.
Завел наручную «Электронику» на шесть утра и мгновенно провалился в сон.
* * *
– Гражданка Тагиева? – В такой ситуации «здрасьте» неуместно и мешает созданию нужной атмосферы.
– Э… а… Кого? Зачем? – от неожиданности мадам попятилась и плюхнулась пятой точкой на застеленную кровать, произведя небольшое локальное вагонотрясение.
Интересно, как она на такой узкой полке помещается? Она же ее в два раза шире будет! – пришла в голову совершенно не к месту мысль о неевклидовой геометрии на советских железных дорогах.
– Наргиз Гамбаровна, как вы объясните вот это?
Демонстрирую скрижаль с арабскими буквами и цифрами, собственноручно изготовленную из куска картона несколько часов назад. В руки не даю, только глядеть можно. Так создается напряжение, и клиент изначально ставится в зависимое положение.
Чтобы понять человека, которому продаешь пылесос за сто тысяч, надо встать на его место и представить, что он думает. То же самое следует делать, когда вербуешь или шантажируешь секретного агента. Разница не принципиальная, как между торговой рекламой и выборами.
Что сейчас думают эти честнейшие сто двадцать килограммов, облаченные в железнодорожную форму?
Прежде всего, клиент ровным счетом ни хрена ничего не понимает. Я бы сам обалдел, если меня в шесть утра разбудили и сунули в нос шифровку, выгравированную на коробке из-под саратовского масла.
Опознать картонку по масляному пятну она уже успела и прекрасно поняла, откуда она взялась.
Если она не дура, то быстро сообразит, что это подстава. А мадам точно не дурная – молчит, не орет, не зовёт на помощь, лишь злобно зыркает мелкими черными глазенками на меня, как на врага народа.
И правильно делает, что не орет. Я ведь мог лейтенанту отдать находку, и тогда проблемы ей были бы обеспечены. Поезд, может, и не тормознут, но вагон наверняка перетряхнут вверх дном, а двумя коробками масла явно дело не ограничится. Я навскидку десяток таких укромных мест в вагоне назову. И могу поспорить, что все они под завязку забиты дефицитными продуктами и вещами.
– Моя – человек маленький, женщин бедная. Русский плохо понимать. Дарагой джан, ты сразу скажи, что делать надо?
Приятно иметь дело с умным человеком, который быстро соображает и чувствует свою выгоду на уровне интуиции.
Договорились полюбовно. Бумажка остается мне на память, впрочем, после моего выхода из вагона ее ценность практически сразу становится нулевой, а мадам с радостью соглашается помочь компетентным органам в ближайшем будущем.
Возможно даже с искренней радостью. Я щедро пообещал ей почетную грамоту от Лениноранского погранотряда взамен нынешней. А что? Мне не жалко, а в будущем я сам лично подобную фигню видел. Что мешает первому создать такую традицию. Остается открытым вопрос, где взять хоть сколько-нибудь настоящего шпиона для поимки. Но это дело техники. В конце концов, виртуальный шпион ничем не хуже настоящего и даже намного безопаснее и удобнее в поимке.
В качестве бонуса подобревшая мадам выставила поднос с шестью стаканами чая на одно наше купе и вазочку с инжировым вареньем. Леха выпал в осадок, когда попробовал угощение.
– Ну ты, блин, даешь! – процитировал он классика из будущего почти дословно.
– Дело-то житейское. Сказал, что в Ленинградском железнодорожном институте учусь. Коллега получается. Смотри, не спали меня.
Глава 4
Наконец за вагонными окнами появились знакомые места.
Народ, чувствуя окончание путешествия, жадно прильнул к стеклам, присматриваясь к окрестностям.
Пейзаж за окнами и вправду любопытный, особенно для призывников, прибывших с условного «севера». Хотя Нижняя Волга и считается южным регионом, но у нас сейчас уже морозец, снег в этом году успел выпасть, а здесь пальмы зеленые стоят! Холмы яркого изумрудного цвета – если не ошибаюсь, чайные плантации. И люди в рубашках ходят! Меня это мало удивляет, а новобранцы в шоке, они и не подозревали о существовании такого климатического чуда.
Неожиданно пейзаж меняется, и в поле зрения появляется огороженное колючкой огромное бескрайнее поле, заставленное бесконечными рядами танков и бронетехники.
Леха рядом восхищенно матерится, наш татарин добавляет пару фраз на своем родном, и это явно не теорема косинусов на тюркском.
– Головой подумай! Откуда у пограничников танки? Нафиг они нам сдались?
Это всего лишь танковая дивизия.
– Да? Все равно мощ-щ-а!
На неискушенный гражданский взгляд оно и вправду смотрится внушительно. Но если присмотреться, то видно, что это старые, можно сказать, древние БМП-1 и Т-55, даже без буквы М, то есть не модернизированные ни разу. Ровесники дедушки Хрущева.
Впрочем, в самой России ситуация с современными танками сейчас тоже неважнецкая. Вот такой парадокс образовался. На момент распада почти все новые и самые современные боевые колесницы оказались в Белорусском, Украинском и Прибалтийских военных округах. Как не трудно догадаться, все это после распада оказалось территорией чужих государств.
Украина и Беларусь потом четверть века этими вооружениями торговали, а Лукашенко даже в десятку крупнейших мировых экспортеров оружия умудрился попасть, не имея ни одного танкового завода.
Конечно, общее число танков все равно огромное, только на хранении их более десяти тысяч, но понятно, что в основном это устаревшая техника.
Если бы не кошмарный и безумно организованный вывод войск из Германии, когда войска выводили в «чисто поле» и офицеры годами потом жили в палатках, если бы не танки и бронетехника из ГСВГ, то Россия в 1991 году оказалась бы практически без новых танков и БМП.
Впрочем, это к делу не относится, лишь воспоминания из будущего, которого, надеюсь, не будет.
– Леха, открою тебе страшную тайну, которую тебе все равно поведают на политинформации. Пограничная застава против нормальной армии не продержится и пары часов. Наша задача продержаться хоть немного, пока не развернется вот эта армада. Теперь ты понимаешь, почему тебя заранее называют Герой Границы.
– Умеешь ты испортить настроение. Я уже настроился на танке покататься.
Сгрузившись с поезда и кое-как выстроившись в подобие строя, выдвинулись в сторону части. Идти менее километра, но мы умудрились исполнить шедевр от Агутина аж три раза. Как ни странно, получилось неплохо, местные жители-аборигены даже остановились, чтобы послушать проходящую мимо колонну.
На входе в ворота части ситуация повторилась, штабные повылезали, заинтересовались, кто это горло дерет так вдохновенно.
В общем, прибыли!
Дальше пошла рутина. Стрижка, мойка в бане, получение формы, инструктаж, лекция и первая кормежка в столовой.
Нынешний призыв впервые обрядили в камуфляж, хотя на заставах еще с прошлого года поменяли старые гимнастерки на современную «флору». Качество новой формы не в пример хуже, изнашивается намного быстрее.
От вида кирзовых сапог я чуть не прослезился. Сколько я их истоптал в прошлой жизни, что и не подсчитать сразу. Не меньше шести пар, почему-то не выхаживали они у меня и половины положенного срока.
Дал мастер-класс товарищам по наматыванию портянок, показал, как правильно подшиваться, чистить бляху при помощи пасты «Гойя». Оказывается, помнят руки, что, несомненно, радует.
Зачислили на довольствие и сразу выдали на руки восемь рублей. Негусто, но на самое необходимое должно хватать.
Пока расхождений с прошлой реальностью не наблюдается. И даже разместили нас там же: в старой казарме автороты. Только в этот раз кровать я выбрал в другом месте, в дальнем углу. С поста дневального этот закуток не просматривается, зато окно имеет «дембельский зазор». Эта кодовая фраза означает, что шпингалет здесь выполняет лишь декоративную функцию, и если вынуть пару шурупов, покрашенных для конспирации сверху зубной пастой, то окно можно открыть. Здание одноэтажное, поэтому обратный путь труда не представляет.
Уверен, что особист об этой лазейке знает давным-давно, но закрывает глаза по каким-то своим «особым» соображениям. Не все так однозначно с дедовщиной в армии, начальство считает, что она даже полезна, поддерживает порядок и дисциплину, помогает в обучении и прочий бред. Доля истины в этом есть, но она настолько мала и дается такой поганой ценой, калеча мировоззрение миллионов пацанов, что такие рассуждения я органически не перевариваю.
Паста имени Гойи изобретена одноименным фламандским живописцем в семнадцатом веке. Применялась для полировки знаменитых яиц Фаберже. Небольшое количество пасты наносим на шерстянку и усиленно полируем, чтобы товарищ прапорщик с утра нас самих не отполировал.
Личным примером показываю, как надо правильно доводить бляху до сверкающего блеска. Занятие это философски-умиротворяющее, позволяет постигать глубины дзен-философии и размышлять о близком ужине одновременно. Если бы еще не отвлекали – вообще замечательно было бы.
Случайно так образовалось, что я оказался в роли курицы-наседки, воспитывающей кучу желторотых птенцов. Не стоит дословно передавать мои слова подопечным, но по сути именно так и вышло. Кто еще кроме меня научит их уму-разуму и премудростям армейской жизни. Помню, как сам все шишки и грабли собрал, какие только можно и нельзя, пока постиг сакральный смысл воинской службы.
Само по себе у нас образовалось небольшое землячество, только не национальное, а волжско-татарское. Исчез собачник со своей псиной, зато вместо него в наш коллектив влился Володя Саликов. По моей рекомендации, понятное дело. Он единственный, кто призвался из Баку, но чисто случайно русский по национальности. Папаша у него полковник, где-то в штабе в столице сидит. Столице Азербайджана, а не СССР, понятное дело.
По гениальной родительской задумке, он отсюда прямиком в Москву по армейской квоте должен поехать следующим летом, причем не в какое-то там Голицынское пограничное, а сразу в Высшую Краснознаменную, на факультет контразведки.
Ага, поедет он, как же. Летом девяностого! Из Ленинорана?! В это время папаша уже секретные документы в Баку жечь будет и место на пароходе бронировать, для последующей эвакуации в Махачкалу или Астрахань.
Несмотря на «элитное» происхождение, Вовчик – парень замечательный, честный и надежный. Не без идеологических тараканов в голове, но вменяемый. Просто жизни толком еще не пробовал, и голова забита розовыми комсомольскими мриями. Наверное, я сам был похож на него в далеком 1988 году, но явно это не про меня нынешнего, реинкарнированного.
– Какой умный был фламандский живописец, такой нужный вещь придумал. Жил бы наше время, институт обязательно попал. Государственный оптический, – хитро ухмылясь, потроллила меня одна наглая татарская морда. Камиль с военного городка, мы и до армии пересекались, и после дембеля долго дружили, пока меня не понесло по просторам страны и мира на заработки.
Впрочем, Камиль изобличать меня не стал, лишь заговорщически подмигнул и продолжил драить бляху.
– Сапоги до блеска щеткой не доводим, это долго и утомительно, – продолжил я выдавать лайфхаки, хотя и слова здесь такого не знают. – Полируем куском подшивы, точно такими же движениями, как трем спину мочалкой в бане.
Может, мне в педагоги податься после службы? Такой талант пропадает! Между прочим, в педагогическом сейчас всего три парня на курсе из расчета на семьдесят девок, у меня там одноклассник среди прекрасных гурий в раю обитает.
– Пока не забыл. За сорок пять секунд одеться при подъеме или по тревоге сразу ни у кого не получится. И тем более успеть намотать портянки. Поэтому просто набрасываем портянку на голенище и просовываем ногу внутрь сапога. В таком виде даже бегать можно, но не рекомендуется. Позже перемотаете как надо.
Но меня самого больше всего волнует вопрос с гражданской одеждой и обувью. В повседневной форме по ночам много не набегаешь. Кусты, заборы, а возможно, и по-пластунски ползать придется. Я же как свинья буду утром. Да и вообще светиться в городе в камуфляже – не самая лучшая идея.
К сожалению, когда получали форму, припрятать свои вещи не было никакой возможности. Либо на свалку сразу, либо на почту, и ни одного мгновения без присутствия посторонних. Рядом постоянно толпа народа и куча сержантов. Не то что тайник соорудить и спрятать, на пару метров в сторону отойти невозможно.
Ситуация сложилась бесперспективная, но весьма кстати вспомнилась история, описанная в одной интересной книге, ни названия, ни автора которой не запомнил. Один катала поспорил с начальником тюрьмы, что у него карты никто не отберет. И действительно, смотрят в глазок: сидят двое зеков играют в карты. Заходят, устраивают шмон, переворачивают все сверху донизу, даже раздеться догола заставили и одежду отобрали и другую выдали. Но стоило выйти из камеры, смотрят в глазок, а он снова с соседом в карты режется!
Отгадка оказалась простой: колоду карт заключенный прятал в кармане охранника, который его обыскивал. После завершения обыска катала незаметно возвращал ее себе обратно.
Так же поступил и я. Подошел к младшему сержанту Зайцеву и предложил забрать мои шмотки в автопарк. Для «подменки» – работа водителя и механика по умолчанию очень грязная, постоянно в мазуте и в масле, подобная вещь остро необходима.
Но при этом случайно оговорился, что в такой одежде и в город можно выйти. У нашего Зайца сейчас сложный переходный период, он сейчас впервые себя стариком почувствовал, срочно требуется компенсировать все тяготы и унижения первого года службы, полученные от дедов. Наконец-то сможет пожарить картошки для себя лично в парке ночью, сходить в первый «самоход». И мой подарок ему весьма кстати, могу поспорить, сегодня вечером будет годкам своим лапшу вешать, что сам предусмотрительный такой, взял и отжал у молодого.
Теперь мне срочно надо вернуть свои вещи, пока их не оприходовали по назначению. Значит, придется делать ночную вылазку.
Накрылся сегодняшний сон пилоткой медной, солдатской. Между прочим, усталость имеет свойство накапливаться, распорядок дня такой, что и без ночных гуляний устаешь как собака пограничная. Хотя вру, овчарок здесь любят, холят и лелеют.
Заяц, кстати, не дурак вовсе, двумя лычками на первом году службы не всякий может похвастать. Да и место хлебное занимает. Понятно, что требования специфические, все же хищение социалистической собственности в особо крупных размерах не всякому доверят, но и дурака на такую должность тоже не возьмут.
И с моими вещами он быстро разобрался. За несколько секунд сообразил. Забросил сумку с барахлом в кузов грузовика, стоящего неподалеку. Водила одного призыва с ним, тоже ноябрьский. Даже имя вспомнил, точнее кликуху – Пассажир. Поэтому операция «шмот на халяву» прокатила без возражений от владельца самодвижущейся повозки. Вечером Заяц спокойно заберет баул уже в автопарке. И все будут счастливые, за исключением меня.
Странное погоняло Пассажир заработал за то, что упустил свой ЗИЛ-130 в пропасть. На подъеме в гору машина встала, ручник не сработал, и грузовик начал скатываться назад. Водила и сопровождавший его прапорщик успели выпрыгнуть, «зилок» же нырнул с обрыва. Дело привычное, вообще-то, в наших краях, никого не посадили даже.
Откуда тогда прозвище взялось? Дык, чудесно спасшиеся не придумали ничего лучше, как добраться до воинской части на пассажирском рейсовом автобусе, да еще и попросили высадить их прямо у КПП.
– Ерш твою мать! – единственный Зил-130 бело-голубой «гражданской» расцветки я видел сегодня утром, маршируя в столовую. Получается, Пассажир еще не отправил его в пропасть? Точно! Это только весной случится.
Холодок пробежал по спине. Вроде бы пустяк, а ведь он реально чудом успел выпрыгнуть, на пару секунд опоздал бы и поминай, как звали. Мое появление уже начало менять этот мир, и очень вероятно, что этой лишней спасительной секунды уже не будет.
Пришлось напрячь память, чтобы вспомнить подробности. Было там одно курьезное обстоятельство, которое трудно не запомнить. Ладно ручник не сработал, это хоть и распи…ство, но такое сплошь и рядом встречается.
Армия и бардак – это слова-синонимы. И если водителей дрессируют в учебке три месяца, прежде чем доверить баранку, то механиков днем с огнем не сыщешь. В ДОСААФе их вроде готовят, но вживую их никто не видел большими партиями. Поэтому и ремонтируют свои колесницы солдаты-срочники обычно сами, как умеют.
Не удивительно, что у Пассажира не только ручник оказался сломан, но и воздух из тормозной системы стравливало.
Когда «зилок» заглох на подъеме, то прапор выскочил и подложил под колесо камень. Проявил армейскую смекалку, так сказать. Самое ржачное, что он лопухнулся и вместо булыжника подложил кусок кизяка – сушеного коровьего навоза. Возможно, это был старший прапорщик, и это многое объясняет.
Такое состояние техники никого не удивляет. Некоторые водители сразу за двумя автомобилями числятся, у того же Пассажира их тоже две штуки. Поэтому ни одного автомобиля в нормальном состоянии не бывает. Один синий, второй Зил-131-й, темно-зеленый, для хозяйственных нужд, в него и забросили мою сумку с вещами.
Неожиданно мне подфартило. Вместо просмотра программы «Время» в Ленинской комнате нас осчастливили показом кинофильма в клубе. Сразу после ужина.
Даже не знаю, что я делал бы без такой удачи.
Давали фильм «Не бойся, я с тобой» от режиссера, бессменного судьи из КВН на протяжении четверти века, поэтому я, без малейшего сожаления, продрых весь киносеанс. Леха пытался пристыдить, но мне – как с гуся вода.
Отбоярился, что три раза его уже видел. Впрочем, по нынешним временам это слабая отговорка. Некоторые мои знакомые «Танцора диско» по восемь-десять раз смотрели. Особенно этим грешили дети гор с Кавказа и Средней Азии.
Судьба, словно насмехаясь, разводит нас с горцами, оттягивая встречу. Даже в бараках мы по разные стороны от поста дневального. Они в правом крыле, мы в левом. Впрочем, это временная отсрочка – разбираться все равно придется, это неизбежно, как смена времен года.
Но об этом я не переживаю, если в той реальности с этой проблемой справились, то сейчас и подавно. После учебки их раскидают по заставам, снизят, так сказать, критическую массу цепной реакции, и вопрос рассосется сам собой. Поодиночке они чудесные и замечательные люди, верные друзья и товарищи. Но как только собрались в кучу – происходит превращение в нечто угрюмое и неадекватное.
Парадокс, но по отдельности со многими потом сложились нормальные отношения. Но это будет много позже.
Следующий весенний призыв в подавляющем большинстве будет славянского происхождения, острота вопроса снимется, а дальше и вовсе туман неопределенности наступает. Мое присутствие уже меняет будущее.
За судьбу части волноваться определенно не стоит, а вот в самом отряде группа из сорока абреков – это очень весело.
В армии по сути две главные беды: это неуставняк и национальные землячества. Если хоть одна из них присутствует, служба сразу превращается в каторгу разной степени тяжести.
Проблему удалось частично решить лишь во втором десятилетии двадцать первого века. Дедовщина практически полностью исчезла после сокращения срока службы до одного года. Оно и понятно, при отсутствии разницы в сроке и отношения сразу поменялись.
С землячествами вопрос решили точно так же, кардинально и без промежуточных стадий и полумер. Призыв с республик Северного Кавказа практически полностью прекратили в 2010 году. Через три года призывать стали снова, но в микроскопических количествах, раз в двадцать меньше, чем раньше. Да и то в основном во внутренние войска.