Текст книги "Чингиз-хан"

Автор книги: Олег Бажанов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 9 страниц)

Темники в мирное время являлись как бы военными генерал-губернаторами над всем гражданским населением территорий левого, правого крыла и центра Орды, будучи наделены административными функциями, так же как и сотники и тысячники. Во время войны они выступали во главе своих частей, оставив на местах заместителей до окончания боевых действий.

Главной силой армии являлись: тяжеловооруженная конница – отряды профессиональных воинов и многочисленная лёгкая кавалерия, как правило, набираемая из улусов на время походов. Все монголы могли вести бой и в пешем строю. Монгольская армия имела хорошее вооружение: луки со стрелами, копья, мечи, сабли, палаши, кинжалы, боевые топоры, ножи, кистени и булавы, а также средства защиты: кольчуги, шлемы, щиты. Использовалась передовая для того времени тактика нападения и обороны.

Массы тяжёлой конницы монголов обладали маневренной способностью в высокой степени, а лёгкая конница выполняла активную и вовсе не второстепенную задачу. Тяжёлая конница не только производила сокрушительный удар по выбранному командованием участку неприятельского фронта, но и могла бить во фланг, а также могла зайти в тыл противника. Благодаря такой высокой способности к маневру точку для главного удара командирам не надо было намечать заблаговременно: она определялась и корректировалась во время боя в зависимости от слагающейся обстановки. Лёгкая же конница не только разведывала позиции врага и прикрывала свои войска, она решала задачу по подготовке главного удара. Это и есть знаменитая «монгольская лава», которая очень похожа на казачью лаву, но шла она не одной волной, как у казаков времён царствования Романовых, а несколькими параллельными разомкнутыми волнами. Причём израсходовавшие свой запас стрел всадники первой шеренги, а также выбывшие из строя воины замещались из задних шеренг. С необычайной подвижностью маневрируя перед фронтом противника, заскакивая ему во фланги, а при удобном случае и в тыл, эти ловкие всадники на своих выдрессированных, как собаки, конях, то размыкаясь, то собираясь в группы, посылали в ряды неприятеля тучи метких стрел и дротиков, грозили ему то в одном, то в другом месте атакой и сами, не принимая атаки его сомкнутых войск, обращались в притворное бегство, заманивая врага на засады.

Такими действиями они расстраивали, изматывали противника физически и морально настолько, что он иногда отступал ещё до вступления в дело монгольской тяжёлой кавалерии. Если же враг оказывался стойким, то действия лёгкой конницы позволяли определить его слабые и наиболее выгодные для нанесения главного удара места, куда быстро подводились в сомкнутом строю тяжёловооружённые конные массы. Благодаря высокой маневренной способности, закованные в железо монгольские подразделения имели перевес даже над доблестной рыцарской конницей Европы, славившейся своей могучей ударной силой и искусством одиночного боя, но крайне неповоротливой.

На лёгкой монгольской коннице лежали обязанности охранения и разведки в походе, а также преследования разбитого неприятеля.

Тяжёлая кавалерия являлась «главным резервом командования», которым противнику наносился сокрушительный удар, а после она отводилась на исходные позиции.

Конница на поле сражения маневрировала, как правило, не по звуковым командам, а по визуальным знакам, подаваемым значком или флагом начальника. При действиях в тёмное время суток флаги заменялись цветными фонарями. Барабаны применялись для подачи сигналов к началу атаки и для подачи команды к всеобщему отступлению. В атаку монгольские воины бросались с диким, пронзительным криком «Ур-р-а-а-а!» («Бей!» – тюркск.).

Такая удивительная боеспособность и маневренность была результатом превосходной выучки монгольских всадников и подготовки отдельных частей и войска в целом. Чингиз строго спрашивал с начальников всех уровней за боеготовность подразделений, проводя внезапные проверки войск.

Для поддержания порядка в тылу и в действующей монгольской армии имелась особая стража с функциями, близкими к тем, которые исполняются полевыми жандармами. Эта стража называлась «Кэшик». Кэшик – элитное подразделение со многими обязанностями и широкими полномочиями – гвардия хана.

Чингиз-хан хотел иметь не только надёжную личную охрану и охрану ханской ставки, но и отборный корпус войска, а также офицерскую школу, из которой выходили его верные сподвижники, которых он мог бы назначать на должности и которым мог бы доверять.

Все гвардейцы кэшиктэны должны были быть состоятельного происхождения. Эта «аристократическая» гвардия пользовалась привилегиями и особым почётом. «Телохранитель моей охранной стражи, – повелевал Чингиз-хан, – выше внешних (армейских) тысячников, домашние их выше внешних сотников и десятников. Если внешний тысячник, считая себя равным кэшиктэну охранной стражи, заспорит и будет драться с ним, то подвергается наказанию».

В составе гвардии хана имелась особо отборная часть – «тысяча храбрых» (богатуров – дословно «Идущих к Богу»). В битвах этот отряд применялся в решительные моменты, а в мирное время составлял личную охранную стражу хана.

В монгольских войсках была установлена строжайшая дисциплина.

Очень широкое применение получила у монголов разведка, особенно тайная – ещё до начала боевых действий. Необходимость вести такую разведку Чингиз-хан уяснил после двух поражений в Грузии от своей бывшей жены царицы Тамары. Но нет худа без добра, теперь у Чингиза была лучшая в мире служба разведки, посредством которой задолго до начала военных действий изучалась местность будущего театра войны, а также вооружение, организация, настроение неприятельской армии и населения. А предварительная разведка территории вероятного противника, которая в Европе стала систематически применяться лишь в новейшие времена, Чингиз-ханом была поставлена на необычайную высоту. Нередко и сам Чингиз под видом купца или посла ходил на вражескую территорию. В результате такой постановки разведывательной службы, например, в войне против Ирана, монгольские командиры проявляли лучшие знания местных географических условий, чем их противники, действовавшие в своей собственной стране. Такая осведомлённость являлась для монголов крупным шансом на успех. Тайная разведка, начатая заблаговременно, продолжалась непрерывно и в течение войны, для чего привлекались многочисленные лазутчики. Роль последних часто исполнялась монахами и торговцами, которые при вступлении монгольской армии в неприятельские земли выпускались из штабов с запасом товаров для завязки отношений с местным населением.

Принципы построения армии Чингиз-хана, стратегия и тактика её действий были новы не только для Хорезма, Кавказа и кипчакской степи, но и для Европы и Арабского Халифата, где существовали иные военные порядки, и где алчность и злоупотребления господ-начальников вошли в обычай. Поэтому там мобилизация войск проходила несколько месяцев и требовала ещё несколько месяцев подготовки, так как короли и шахи, кроме своей охраны, не держали больших отрядов воинов, если не готовились к войне. Монгольская Орда показала пример мобилизационной подготовки войск, который впоследствии долгое время являлся основным военным порядком в России.

Орда… Немецкое слово «Орднунг» означает порядок. Отсюда – «Орден», «Ордер». Я склонен считать, что «Орда» – производное от «Орден», а не наоборот. И само слово принадлежит тюркам и означает: «Сила Света» (Ор – сила, Ден – свет). Тюрки поклонялись Тенгри – богу Неба и Света. С этим словом «Орден» и Знаком Тенгри в грязную и нищую Европу в своё время пришёл Аттила. Он принёс туда Силу Света – просвещение и порядок, секреты плавки железа, металлические орудия производства и оружие, производство кирпича из обожжённой глины и культуру строительства. Он заставил дикие, разобщённые европейские племена строить и восстанавливать доставшиеся им в наследство от предыдущей цивилизации храмы, замки и города, водопроводы, мосты и дороги. Его мастера обучили и создали прослойку ремесленников, которых заставляли объединяться в бригады и работать. «Объединяй и создавай!» – таков был лозунг Аттилы, который потом стал и лозунгом Чингиз-хана.

Знаком Верховного Тенгри-Хана – Бога Неба и Солнца тюрки выбрали прямой равносторонний крест в круге, его назвают «Аджи». Круг обозначает Солнце, крест – стороны Света, а его лучи за солнечным кругом, – лучи Солнца. Аджи вышивали на знамёнах. Поначалу Аджи были просты в исполнении, потом стали настоящими произведениями искусства. Их делали ювелиры: поверхность креста золотили, украшали драгоценными камнями, чтобы он сиял и радовал душу.

С войсками Аттилы Аджи пришли в Европу. Тюрки не называли свой знак крестом. Крестами их назвали европейцы, когда узнали о вере Тенгри.

Крест – это пересечение двух линий. А на знаке Тенгри никаких пересечений не подразумевалось, смысл здесь в ином. Там изображено Солнце, из которого расходятся лучи света во все стороны земного мира. Вот что такое знак Тенгри. Лучи солнца – лучи божественной благодати, исходящей из единого центра.

Иногда к знаку Тенгри прибавляли полумесяц. Это служило напоминанием о времени текущем и вечном. Древние тюрки время воспринимали как единство движения Луны и Солнца. Отсюда ведёт свой отсчёт их двенадцатилетний календарь.

Знак Тенгри вышивали на боевых знамёнах. Его носили на груди, подвесив на цепочку. Его рисовали татуировкой на лбу. Художники вплетали его в узоры и орнаменты. Когда Аттила шёл по Европе, молва о всесильном тюркском Боге неслась впереди него быстрее ветра.

О кипчаках… О своём Великом переселении в степь тюрки слагали песни, поэмы и сказания. Что-то даже сохранилось и дошло до нас от современников той далёкой поры. Например, древнее сказание о хане Акташе теперь рассказывают по-разному, но главное сохранилось.

Правда, башкиры утверждают, что хан Акташ был башкиром, татары – татарином, кумыки говорят, что он был кумык… Ничего нового: монголы называют Чингиз-хана своим, казахи – своим, теперь и якуты встали в очередь за чингизидством…

В Дагестане есть река Акташ, на её высоком берегу развалины древнего города, который, по преданию, основал знаменитый тюркский хан как свою столицу… Кому верить – татарам, кумыкам или башкирам? Или якутам?

Всем сразу! И вот почему.

Хан Акташ основал на Идели (Волга вначале носила название семи родов – Идель) страну, назвав её Дешт-и-Кипчак. Нынешние чуваши, кумыки, башкиры, татары были кипчаками, то есть единым народом. Ничто не разделяло их, как теперь, у них тогда был один правитель, одно ханство… К сожалению, сегодня братья не знают о своём родстве. Вот и спорят ни о чём.

При хане Акташе, то есть в III веке, встало на ноги новое большое тюркское ханство. Оно было порождением Великого переселения народов, вызванного похолоданием. Шло освоение новых, незаселённых земель с более мягким климатом. А всякая власть (с тюркского «Власть» – «Собственность» – соответствует нашей нынешней действительности – авт.), как известно, обязательно имеет границы и имя правителя.

Дешт-и-Кипчак – это название с очень глубоким смыслом. Его ныне переводят как «степь кипчаков» (то есть тюрков, переселившихся в степь). Однако такой перевод мало что объясняет. Смущает слово «дешт» или «дашт», оно как бы лишнее. К тому же в древности это слово у тюрков означало всё-таки «чужбина», а не «степь». Могли ли степняки назвать свою родину «Чужбиной кипчаков»? Неуютно звучит.

А разгадка в незаметном «и», что затерялось в середине названия. Оно, словно забытый отголосок древности, прежде звучало как «иситеп» – по-тюркски «согревшая». В русском варианте получается: «Чужбина, согревшая кипчаков». Вот и разгадка русского слова «степь» – всё становится по своим местам.

Дешт-и-Кипчак! Так и только так могли сказать тюрки, ушедшие в степь. Они, вчерашние алтайские горцы, обрели новый дом. Он «согрел» их. Для степняка и теперь нет слова теплее, чем степь. Это – самая тёплая на свете земля. «Наша колыбель – Алтай, а Родина – Степь», – говорили кипчаки.

Восемь месяцев верховому занимал путь от восточной до западной границы Великой Степи. Росли многодетные семьи, и кипчаки обживали необжитые, вернее, ничейные земли. С приростом этих земель и росла страна. Конечно, росла она не сама по себе – люди вели постоянный бой с бездорожьем, с суровыми зимами, с засухой, с весенним половодьем. И вновь шли, оставляя позади города и станицы, дороги и переправы, пашни, сады, каналы и пастбища.

Очень трудное это дело: обживать необжитые земли. Каждый раз всё начинали сначала. Дороги, переправы, станицы, пашни, города… И так из года в год. Всю жизнь.

Конечно, были столкновения с неприятелем. Но таких крупных, как битва с аланами за Дон, сражений больше не было. Силу кипчаков знали и в Европе: молва бежала далеко впереди их войска.

Шашка и плуг, боевой конь и шалаш чабана, воин и крестьянин, а также строитель, ремесленник, кузнец, оружейник, ткач, винодел и пекарь. Только мастерам своего дела, сплочённым в большие семьи и рода, по силам было обживать далёкие необжитые земли.

Такими мастерами-умельцами и был тюркский народ! Великое переселение народов – это не агрессия, не завоевание других стран и народов, это создание своей, новой державы. Не поганые татары и не воинственные кочевники, как их принято называть, а именно умельцы и труженики осваивали пустующую степь.

Около реки Десны, на высоком берегу, в V веке заложили кипчаки город Биринчи (позже Брянечьск), по-тюркски «первый», он потом стал первой столицей Дешт-и-Кипчака, влиятельнейшим городом Европы. Красивое место. Здесь степь сходилась с лесом, а тюркский мир – с Европой. Сейчас город знают как Брянск. Разумеется, о его древностях молчат. Лишь местные археологи удивляются находкам, которым не менее полутора тысяч лет. Но объяснить происхождение этих «странных» находок не может никто. Горожане ничего не знают о себе, о своём городе. Они видят кирпичи и фундаменты древних зданий, осколки глиняной посуды, золотые изделия, которые порой находят в земле, и недоумевают. Есть от чего им недоумевать. Тысячу лет здесь звучала речь их предков. Но её не вспоминают… У древнего города, как и у всей России, теперь нет истории, её по приказу Петра I забыли. Вернее, вычеркнули.

А в тюркском мире Биринчи играл очень важную роль. Здесь жил главный священнослужитель бога Тенгри и его «белые странники» – так называли кипчаки своих проповедников. Город был духовной столицей Великой Степи. Святым местом. Важность ему придавали и богатые залежи железной руды. Поэтому он и стал столицей. А рядом росли новые города. Много городов и городков. Например, город ремесленников, металлургов и оружейников Тола – от тюркского «толум» – «оружие». К сожалению, и этот город живёт без прошлого. Его тоже отсекли, как отсекли всю древнюю историю у Великой Степи и у тюркского народа.

Столь же печальна судьба древнего Курсыка – ныне Курска. Топонимика вполне понятно объясняет его название – «готовый к бою». Так оно и переводится с тюркского языка – «охранный город».

Город Карачев тоже был городом-воином. Эти города-крепости охраняли дальние и ближние подступы к Биринчи. Другие города жили своими промыслами и мастерскими: Кипензай (Пенза), Бурунинеж (потом он назывался Хазар и Воронеж), Шапашкар (Чебоксары), Челяба (Челябинск), Булгар… Десятки городов.

Города Дешт-и-Кипчака связывали дороги, почта.

В те далёкие времена вырос и город Балтавар (ныне Полтава), он прославился рынками с бойкой торговлей, на которых проходили богатые Сорочинске ярмарки, сюда приезжали заморские купцы. Об этом говорит и название города – по-тюркски «изобильный». Конечно, то был не единственный торговый город в Дешт-и-Кипчаке.

В низовьях Дона хан Кобяк заложил город на высоком холме. Его до сих пор так и называют – Кобяково городище. Рядом город Аксай. Там жили стражники, про которых говорили, что они вход на Дон держат. В низовьях каждой крупной реки кипчаки возводили охранный город-крепость.

С умением они строили свои города по всем правилам архитектуры – с кирпичными фундаментами. И с обязательным майданом – центральной площадью, где жители собирались на сходы.

По фундаментам археологи судят о древних зданиях и об их внешнем виде. Они говорят, что у тюрков были сложные инженерные сооружения. Значит, строители, прежде чем браться за работу, проводили и сложные расчёты? Значит, среди них были архитекторы, инженеры, математики, проектировщики? Удивительно.

Под городами обычно шли подземные ходы, которые вели в огромные залы, где жители хранили запасы пищи. А при неожиданном нападении горожане скрывались в этих подземельях от неприятеля.

Очень удивляют археологов подземные города тюрков: под городом ещё один город! Удивляют кирпичные своды подземных залов, продуманность галерей, в которых свободно разъезжались всадники. Были там и вентиляция, и водоснабжение. Как же удавалась тюркским строителям столь сложная искусная работа? Непонятно. Но кипчаки одно время строили именно двухуровневые города. И водопроводы в них были не редкостью: под булыжной мостовой проходили глиняные трубы для воды.

И ведь места для городов выбирали красивые и удобные для ведения торгов и войны.

Откуда такие знания и умения у тех, кто только узнал секрет производства железа? Ответ прост: свои города тюрки ставили на месте городов, оставшихся от прошлой цивилизации – город на городе. Вот и секрет точно выверенных фундаментов и огромных подземелий. Так делали не только тюрки. Толщина культурного слоя считается археологами в пропорции 1 метр за 100 лет. Значит, здание высотой в 9 метров может уйти под землю за 900 лет. Так было в Азии. Так было и в Европе. Люди всегда селились там, где можно было найти крышу над головой, пусть это были даже плохо сохранившиеся развалины. А если вокруг развалин не было старых крепостных стен, то свои основанные на этом месте новые города люди огораживали частоколом из брёвен, каменными или кирпичными стенами. Потому часто храмы и дворцы внутри средневековых городов казались произведением искусства по сравнению с ограждением города. Люди учились строить у ушедших в небытие мастеров древности.

Осторожно шли вперёд тюркские отряды разведчиков по нехоженой степи, присматривая пастбища, пашни, места для поселений и вели за собой остальных. Осторожно ехали за ними переселенцы, охраняемые одетым в железо войском. Триста лет продвигался авангард тюркского народа от Алтая до Европы.

Первому из известных степняков удалось увидеть Альпы и всю Европу родившемуся на Идели (Волге) великому вождю тюрков Аттиле – славному герою Великой Кипчакской Степи. Только вместо благодарности за принесённые знания и ремёсла европейская история рисует Аттилу диким варваром. В европейских и византийских источниках он и его соплеменники остались как гунны и куманы, в русских источниках – половцы, в арабо-персидских – кипчаки. Всё это один тюркский народ. Русские летописи называют их ещё и сарачинами (сорочинами – отсюда «Сорочинская ярмарка»), венгерские – палоцами и кунами. И вот уже четвёртое столетие все заслуги в окультуривании народов Земли Европа приписывает себе. Скрывая настоящую историю, Европа уже четыре века слишком усердствует в очернении народа России. А знаете, кто обычно громче всех кричит: «Держи вора?»

Периодически меняется климат на земле. Тут прослеживается прямая зависимость количества и продолжительности знойных засух или суровых зим от активности Солнца. Правы были тюрки, вышивавшие знак бога Неба и Солнца Тенгри на рубахах и знамёнах. Солнце – это жизнь, значит, – это Бог! Периоды солнечной активности по времени примерно равны, но не однозначны по силе изменений. Если не считать промежуточных скачков такой активности, то наиболее сильные «пиковые» изменения проходят раз в 800–900 лет. Это можно проследить на Земле по времени Великих переселений народов и образованию и распаду царств. Да, уважаемые господа, вся наша жизнь зависит от Солнца и связана с его активностью. Напридумывать себе человек может всё что угодно, но не зря древние народы почитали Землю-мать, которая рождает всё, и Солнце-отца, дающего всему жизнь, свет и тепло. Земля и Солнце, дарующие жизнь, – настоящие всемогущие боги над всем живущим на планете.

Чуть более тысячи лет назад в Средней Азии был несколько иной климат. Территория между Амударьёй и Сырдарьёй зеленела и процветала! Хотя Амударья впадала в Каспийское море, воды Аральского моря плескались гораздо ближе и были полны рыбы. В этом благословенном междуречье развивалось богатое и могущественное государство Хорезм. Но климат менялся. От давних времён на большой территории, ныне занятой пустыней Кызылкум, сохранилось множество остатков крепостей и дворцов. Их около тысячи. Некоторые превращены временем в руины, но некоторые изумляют до сих пор!

Китайские летописи… В начале XI века Средняя Азия оказалась под контролем жестокого правителя Афганистана Махмуда Газневи. В 1017 он разгромил и разорил Хорезм, но в 1040 созданное им мусульманское государство было уничтожено кочевниками – тюрками-сельджуками. В 1043 мусульмане-сельджуки подчинили и Хорезм.

Согласно китайским летописям в XII веке огромное государство сельджуков стало распадаться. В Среднюю Азию вторглись войска киданьского полководца Елюй Даши, вытесненного чжурчжэнями. Кидани на севере Хорезма образовали государство, известное под названием державы каракитаев. Затем государство каракитаев вошло в состав монгольской Орды.

Давайте порассуждаем… «Кара-китаи» с тюркского – «западные китаи». Как звали деда и отца Юрия Боголюбского? Китаями! Андрей Боголюбский по своей матери был наполовину половцем. И в Синопсисе утверждается, что он до крещения назывался Китаем. А вот Юрий Андреевич – внук дочери хана Аепы и сын внучки Тугорхана, на три четверти кипчак (китай). В каком веке Георгий Лачин, побеждённый грузинами, пришёл в земли Хорезма? В конце XII века… Даже для начинающих историков это всё где-то рядом. Хотя, нельзя забывать и о смене летоисчисления при Петре I, внёсшей немалую путаницу в архивные и исторические документы. Кстати, «Елюй Даши» можно перевести как «Илья Чужак», но это оставим китайцам….

Читаем дальше китайских летописцев… «Шаткостью положения сельджуков воспользовались утвердившиеся в Хорезме новые правители – хорезмшахи…».

Подключаем логику… В 1194 шах Алаэддин Текеш (Ван хан – в китайских летописях), получив мощную поддержку в лице Георгия Лачина с его войском, освободил Хорезм из-под власти сельджуков. Его преемник Мухаммед (Джимуха – по китайским летописям) вместе с Георгием занял Самарканд и Бухару, завладел территорией Афганистана, Ирана и вторгся в Закавказье. Возможно, в этот период Темучин и даёт городу Маканду имя своей возлюбленной Тамары – Самар. Местная легенда говорит, что новое название города происходит от имени ослепительно красивой возлюбленной Искандера-победителя. Мы знаем, что любого победителя на востоке называли Искандером. И тем более могли так называть Чингиз-хана. По-моему, именно с его времени город и зовётся Самаркандом. В летописях нет чёткой даты переименования города.

В период правления шаха Текеша Хорезм сделался могущественным государством в Средней Азии и на Среднем Востоке. Сын Текеша Мухаммед II Ала-ад-дин в 1200 году получает государство хорезмшахов, достигшее наибольшего могущества. Его северный сосед – сильная Волжская Булгария, с которой установлены крепкие торговые и родственные связи. Северные границы Хорезма простираются от Каспия и Арала, южные – доходят до Персидского залива, западные – до Кавказа, восточные – до гор Гиндукуша.

Темучин контролирует северную часть этого большого государства. Он богат, через его владения из Булгарии идут торговые караваны в Хорезм, Иран и Дамаск, из Хорезма в Византию, Европу и обратно, у него сильная, мобильная, боеспособная армия. В 1200 году Темучин приступает к созданию империи – при помощи войск он берёт под свой протекторат восточных соседей. В 1206 году Темучина на большом Курултае провозглашают Чингиз-ханом, и он произносит речь, в которой называет все подчинившиеся ему племена Вечным народом – Монг-ол (тюркск.)!

Получив неограниченную власть, что делает в первую очередь Чингиз-хан? Ведёт войска в Грузию. Он идёт к Тамаре гордо, как победитель, как повелитель сильных. В 1207 году Чингиз-хан занимает грузинский престол под именем Георгия IV Лачина. Факт занятия грузинского трона Георгием IV Лаши не скрывают летописи. Только переписчики утверждают, что Тамара сама добровольно отдала трон своему сыну Георгию. Не странное ли совпадение имён «Лаши-Лачин»? Тамаре ещё не исполнилось и 42-х лет – пора расцвета для политика. А она отдаёт власть сыну, которому нет и 16? Да и был ли сын у Тамары с Давидом Сосланом? Пишут, что у них была дочь Русудан 1193 года рождения. А откуда взялся сын Георгий, родившийся, по утверждению грузинских историков, в 1191 году, когда Тамара подавляла первое восстание Георгия и побеждала бывшего мужа в битвах? Наверное, она это делала на девятом месяце беременности или между родовыми схватками? Грузинские историки не любят обращать внимание и на тот факт, что Георгий Лаши вдруг умирает в 1223 году в возрасте 32 лет, а на престол садится его сестра, которой исполнилось 30. Многие историки склонны видеть в Георгии Лаши необъяснимую загадку. Но, если принять во внимание смерть Давида Сослана в 1206 году (в возрасте 40 лет) и последовавшие за этим события, то выстраивается ясная логическая цепочка: Георгий Лачин, получивший титул Чингиз-хана, приходит в Грузию не как мятежник, а как хозяин – предводитель непобедимой армии. Муж царицы Тамары Давид Сослан погибает в бою с армией Чингиз-хана. Возможно, Чингиз лично убивает соперника или казнит его. Георгий Лачин занимает трон, которого его лишили 18 лет назад. Чингиз сел на престол в Тбилиси под тем именем, под которым был когда-то коронован и был известен грузинам – Георгий Лачин. Справедливость восстановлена! Грузия приняла сильного правителя, который всё ещё любит Тамару. Но Тамара не любила его. Оплакивая погибшего супруга Давида, сильная женщина отказывается от замужества с Георгием.

«Ты сравняла с землёй мой дворец любви – не ломай же теперь лачугу, в которой мне пришлось поселиться», – просит её Георгий. Ещё он тогда сказал: «Будь я человеком дворцовым, из меня, может, и вышел бы хороший поэт. Но из меня получился хороший воин. Прости…».

Он представляет Тамаре их возмужавшего сына Абласа, которого все в войске Чингиза знают под именем Джучи. Сыну удаётся примирить отца и мать. На время частых отъездов Чингиз-хана во дворце с царицей остаётся Джучи.

Дальше происходят события одно интереснее другого. Летописи доносят, что грузинские войска под командованием Закаре Мхаргдзели в 1206 году освобождают от турок-сельджуков Карс и присоединяют Армению к своим владениям. Царица Тамара и Закаре, чтобы упрочить власть в армянских областях, проводят там два церковных собора, но поддержки народа не получают. Тогда они проводят массовое переселение армян в грузинские земли. Грузинские войска, до 1206 года вынужденные вести постоянные боевые действия против турок-сельджуков, Халифата и Византии, вдруг с 1207 года надолго остаются невостребованными – наступает период затишья в военных делах. Никто не тревожит Грузию. Почему?

А в 1210 году грузинская армия во главе с Закаре сама вторгается в соседние пределы и проходит победным маршем по Ирану. Летописи рассказывают, как, вернувшись из похода, Закаре Мхаргдзели преподнёс царице Тамаре множество ковров и драгоценных камней, золотую и серебряную посуду, редкие ткани и сладости, оружие и доспехи.

Кто же такой этот Закаре Мхаргдзели? Вот что пишут о нём грузинские историки: «Закаре был учтивым и образованным человеком, хорошо знал военное дело, читал труды философов и историков, отлично разбирался в политике, что помогло ему трезво оценить ситуацию и определиться с превентивными ударами по нескольким направлениям…».

Но много о чём не любят упоминать грузинские историки. Например, что брак Тамары с Георгием Лачином длился не два года, а целых четыре. Но кому-то удобнее писать про два. Также они не любят упоминать, что Грузия входила в состав империи Чингиз-хана. А ещё они не любят упоминать, что фамилия Мхаргдзели является грузинским переводом прозвища «Долгорукий». А как звали деда первого мужа Тамары? Деда Георгия Лачина по отцовской линии звали Юрий Долгорукий! Чьим потомком являлся сын Юрия Боголюбского и Тамары? Я рискну лишний раз упомянуть о множестве имён у одного человека в традициях того времени. Так кто же такой этот всепобеждающий Закаре Мхаргдзели: сын Тамары и Юрия – Джучи или сам Чингиз-хан? Об этом молчат грузинские летописи.

Итак, Грузия в 1206 году входит в состав империи Чингиз-хана. Потом Грузия входила и в состав Золотой Орды. Это исторический факт.

Для Тамары возвращение Георгия Лачина и смерть Давида Сослана – сильный удар. Её никто не отстраняет от власти, но царица постепенно сама добровольно уходит от государственных дел. Она строит в горах монастырь и со временем окончательно переселяется в него.

Современные исторические документы нам говорят: «Тамара царствовала с 1184 по 1213 год. Этот период характеризовался тем, что Грузия достигла высокой степени экономического развития». Это так.

Смотрим грузинские летописи… «В 1206 году скончался Давид Сослан. В том же году царица Тамар посадила на трон соправителем своего сына Георгия-Лаши и всё больше времени стала проводить в молитвах». Так значится в документах, в которые кто-то уже внёс свои поправки.

Посмотрим, что пишут арабские летописи… «В 1210 году царём Георгием IV был совершён поход в Иран…». Совсем не понятна причина этого военного похода для Грузии. Новых земель она не приобрела, населения не прибавила, веру христианскую в Иран не принесла. Зато вполне объяснимо, зачем этот поход понадобился Чингиз-хану. Целью похода была Палестина с её богатейшими рынками. Поход оказался особенно успешным: ордынские войска взяли много городов и проникли вглубь Ирана. Но до конечной цели не дошли. Нагруженная огромной добычей армия не могла продвигаться дальше и повернула обратно. В Палестину был послан усиленный маневренный отряд, миссия которого до сих пор остаётся загадкой.

За время правления Георгия IV военные трофеи и дань с захваченных территорий сделали Грузию богатейшей страной того времени. Но иначе при Чингиз-хане и быть не могло.

Из летописей мы знаем, что с 1210 по 1213 свои последние годы жизни Тамара провела в пещерном монастыре Вардзиа. Она добровольно отказалась от власти, оставив трон победителю Георгию Лачину. Царица имела келью, сообщавшуюся с храмом, из которой она могла возносить молитвы во время Богослужений. В 1213 году после продолжительной болезни царица Тамара скончалась.