Текст книги "Чингиз-хан"

Автор книги: Олег Бажанов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 9 страниц)

Вторым очень большим городом Булгарии был Буляр, расположенный примерно в сотне километров к востоку от столицы.

Булгарские правители не подавляли свой народ непосильными налогами. Ежегодный налог хана составлял одну бычью шкуру от каждого дома или её товарно-денежный эквивалент. Сам хан на улицах и на базарах появлялся без всякой охраны. При встрече с ханом люди вставали и приветствовали его, сняв головной убор. За праздничным столом хан восседал вместе с женой. На пиру каждому гостю полагались отдельная скатерть и отдельная посуда.

Булгарское воспитание подрастающего поколения в своей основе было воспитанием высоконравственных устоев. Дети росли в традициях трудолюбия и уважения к старшим. Большое значение булгары придавали культу предков, уважительное отношение к месту вечного покоя предков являлось обязательной чертой любого человека. Следовало с уважением относиться к огню: нельзя было плевать на огонь, бросать в него колющие и режущие предметы, мочиться. Огонь и вода воспринимались как одни из первых элементов мироздания. Считалось, что огонь и вода отражают древнее верховное божество тюрков – Тенгри. Булгары верили, что вода обладает живительной, охранительной, очистительной и плодородящей силой.

Но в XII веке наступает похолодание, снижаются урожаи, падает уровень доходов населения, замирает торговля и ремёсла.

Начавшиеся междоусобицы булгарской знати с привлечением русских войск, набеги ушкуйников из славного «Нового города» (Ярославля), которым князья были «не указ», ослабляли Булгарию, небольшая регулярная армия не могла постоянно отражать внешнюю агрессию. Нередко против захватчиков поднимались и мирные граждане страны. К примеру, так случилось в 1184 году, когда на Булгар напали объединённые Всеволодом дружины Владимирского, Киевского, Черниговского, Смоленского князей. Тогда на защиту столицы прибыли вооруженные люди из разных районов Булгарии. Как бы то ни было, постоянные нападения на Булгар вынудили перенести столицу в другое место, подальше от Волги, как от удобного пути для передвижения войск и разбойников-ушкуйников. В конце XII века столицей становится город Буляр, который оставался в этом качестве до прихода в Булгарию Батыя. Монгольский правитель навёл порядок и в первой половине века XIII вернул столицу в Булгар.

Во времена монгольской Орды Булгария пережила наибольший экономический подъём. Закат Булгарского царства приходится на XIV век, когда по городам и сёлам с огнём и мечом проходят войска Хромого Тимура.

Но вернёмся в начало IX века. Часть волжских булгар не захотела подчиниться власти хазар, и они вместе с ханом Астарухом переселились на Дунай, построили там свои города, и их потомки проживают там до сих пор – называется эта территория Болгарией. Но, заметьте, дунайских болгар современная историография причисляет к славянам, а их восточных братьев – к татарам. Вследствие чего произошло такое разделение? Вследствие того, что из Византии христианство распространялось по Днепру и Дунаю, а ислам из Ирана через Хорезм и Ширван дошёл до Волги.

Однако среди волжских булгар сохранились племена, которые не признали ни ислам, ни христианство, и многие, особенно по Вятке и выше, и ближе к Каспию, оставались на древней своей вере предков и жили особняком. Поэтому они до сих пор называют себя Белыми Болгарами.

В XIV веке персидский историк Хамдаллах Казвини разъяснил, что волжско-донецкие просторы, ранее называемые Хазарской степью, всегда были Степью кипчаков. В русских летописях мы читаем о Половецком поле и о половцах. А кто такие эти половцы? На Руси перевели на славянский манер тюркское слово Сар – «золотой», «жёлтый», «половый», и отсюда кипчаки получили название «половцы», а степь стали называть Полем половецким.

В XII веке кипчаки превращаются в грозную силу, приводившую в трепет весь арабский, персидский и романо-германский мир. Собираются и распадаются ханства и каганаты, но не останавливается продвижение вперёд этого смелого и упорного народа тюрков. В XI веке они с берегов Волги и Дона достигли Днестра и поставили там свои границы. В 1071 году, войдя в Малую Азию, завоевали город Анатоли и стали основой османских турков. Затем за 30 лет кипчаки дошли до Карпат, Дуная и Балканских гор. Там уже жили их сородичи, пришедшие на пустующие земли ещё с Аттилой – племена Угорцев – тюрок с Урала (У горы). Угров назвали на европейский манер Венграми. Тех, кто ушёл с Аттилой за Дунай и остался там жить, венгры именовали кунами. (Кунак – друг). Рядом находилась и братская Болгария, появившаяся во времена заката Хазарии.

В то время земля русская звалась ещё не Россией и даже не Русью, и находилась под влиянием более сильного соседа и многими городами входила в земли Великой Булгарии. Великая Волжская Булгария простирала свои границы от полуострова Ямала и до моря Аральского на востоке, а на западе аж до стремительных вод Днестра и гор Карпатских.

Роды и племена, проживающие на севере по берегам реки Волги, которую степные кипчаки называли Иделью, делились на славян и руссов, а люди в них звались Владимирцами, Суздальцами, Ростовцами, Белоозёрцами, Рязанцами да Тверичами – по названию места проживания. Славяне землю пахали, урожаи собирали, ремёсла разные знали, а русы занимались воинским делом: дружины княжеские да полки походные составляли, караваны торговые берегли, земли свои охраняли да чужие грабили. Племена и сословия были разные, а народ-то один. Перейти из славян в русы можно было или совершив поступок геройский, или разбогатев на торговле. Богатые купцы все как один называли себя русами.

О русах так написано в персидских летописях: «Народ этот могущественный, телосложения крупного, мужества большого, не знают они бегства, не убегает ни один из них, пока не убьёт или не будет убит. В обычае у них, чтобы всякий носил оружие… Сражаются они копьями и щитами, опоясываются мечом и привешивают дубину и оружие, подобное кинжалу. И сражаются они пешими. После того как дело русов погибло, потревожили мусульмане могилы их и извлекли оттуда мечи их, которые имеют большой спрос и в наши дни, по причине своей остроты и своего превосходства» (Багдадский книжник Ибн Мискавейх. 945 г.). Видимо, ходили русы в походы дальние за пределы границ Булгарских, раз даже персидским книжникам известны были.

В ту пору кроме крепких земледельцев, ремесленников и дружинников жили на земле ещё и разбойники да разные искатели удачи – лихие люди без роду и без племени. На Руси их так и называли «разбойниками с большой дороги», потому что им было всё равно, кого грабить и бить, а русы пойманных разбойников смерти мучительной предавали на погляд и поучение всем.

В Булгарии разбойников именовали «бурлаками». Если они попадались живыми, то их отправляли на каторгу – таскать против течения рек через пороги и волоки торговые суда с грузом. Идель (Волга) тогда была основной транспортной артерией и главным торговым путём Булгарии. Её уважительно называли Красавицей и Царской рекой. Бурлаки оставались на каторге до самой смерти, мало кто мог рассчитывать на помилование.

После разорения Золотой Орды Амиром Тимуром «своевольничать» стали оставшиеся не у дел и осевшие по берегам Волги и Дона казаки. Поэтому-то их иногда «кабинетные историки» и путают с разбойниками, объясняя всем, что казаки ведут свой род от разбойников. Это не так. Дальше в моей работе вы найдёте разъяснение возникновению этого боевого звания «казак». А в России прозвище «бурлак» так и осталось за теми, кто стал добровольно наниматься на тяжёлые работы по транспортировке против течения Волги барж и торговых судов.

Но вернёмся в XII век… Похолодание, пришедшее и в Азию и в Европу, повсеместно вызвало резкий рост междоусобных войн и конфликтов между правителями разных уровней и привело к крестовым походам. Разжигала свои костры Инквизиция. Гибли ни в чём не повинные мирные жители, женщины и дети. В городах шли казни, но лучше от этого никому не становилось. Время было жестокое, и законы были такими же, а нужны были справедливые, чтобы время справедливым стало. Только где такие законы было взять?

Вот об этом времени и пойдёт сказ. Сказ о великом герое, создавшем на земле первое государство порядка и справедливости. И о его героине, для которой он и совершал свои великие подвиги.

В год от сотворения Мира 6682-й (1174-й год по новому стилю), в загородной резиденции, селе Боголюбове – вотчине владимирского князя Андрея Юрьевича произошло подлое деяние. Был предательски убит в своей спальне русский князь, любимец народа Андрей Юрьевич Боголюбский – сын Юрия Долгорукого, внук Владимира Мономаха. Было князю Андрею Боголюбскому на ту пору чуть более 60 лет, и убит он был своими приближёнными боярами, так и не довершив начатого им дела – объединения Руси.

Князь Андрей отличался от многих влиятельных людей истовой верой в Бога христианского. За неспокойную жизнь свою построил он свыше тридцати церквей белокаменных в городах русских. Успенский собор во Владимире, Спасский и Воскресенский монастыри, Спасский храм в Переславле, церковь Святого Федора Стратилата, церковь Покрова на Нерли и многие другие храмы построены в правление князя Андрея Юрьевича. Для этого он приглашал византийских мастеров, приказывал везти белый камень из Волжской Булгарии. Даже иноверцы не могли не умиляться благолепию храмов Ростово-Суздальской земли. Да и сам Андрей Боголюбский отличался благочестивым поведением. При нём Владимир начал возвышаться и богатеть, жизнь людей стала улучшаться. Доказательство тому – приток на северо-восток Руси переселенцев.

Не жалел князь денег и на обустройство и украшение храмов православных. За это народ и дал ему прозвище Боголюбский.

Его отец – Юрий Долгорукий по прозвищу Кият – с детства приучал сыновей к мастерству владения оружием и к науке вождения полков. Князь должен уметь быть начальником не только в мирной жизни. Уже с трёх лет Андрей сидел в седле, а первое оружие – нож получил от отца ещё раньше. Владел ножом мастерски, а мечами мог сражаться с двух рук одновременно. Андрей при своём отце уже с десяти лет находился и в делах государственных, и в походах ратных. Набирался знаний, опыта, постигал науку правления. В ту пору в обычае было князьям брать своих малолетних сынов в походы военные да на охоты княжеские.

Среди равных отличался князь Андрей умом и рассудительностью, свободно разговаривал на многих языках, знал историю и географию своих и соседних земель и детей своих сызмальства к наукам приучал. В отличие от других князей сумел он вовремя понять, что Русь сама может стать Великим Княжеством, союзником, а не вассалом Волжской Булгарии, а для этого союз городов русских нуждается в сильной державной руке и в сильном войске. Понимал Андрей, что только один человек должен иметь власть над русской территорией и быть хозяином и гарантом её безопасности. В ту пору настали сложные времена – с востока шло похолодание суровое на Русь и на земли соседние, трудно стало выращивать и собирать урожаи, добывать руду, варить железо и торговать. Менялся климат. Голодали города и деревни, от болезней уже гибли люди в булгарских княжествах. А на границах русских княжеств появились племена чужеземные, пришлые, ищущие пропитание себе и стадам своим бесчисленным. А тут ещё и булгарский хан свою ежегодную дань требует. А где её взять, коли неурожай да люди мрут, ремёсла и торговля падают? А хану всё одно: какой город не платит дани, на тот город идёт ханская рать, чтобы забрать своё. Русские князья, собравшись вместе, отвечают тем же, разоряя булгарские города и посады. Снова гибнут люди, а хозяйству от этого только сплошной урон. И нет порядка. Защищать нужно границы русские, о ратаях-хлебопашцах, мастерах-ремесленниках да о купцах заботиться, чтобы трудились, растили хлеб, пасли скот без страха за жизнь свою и торговали спокойно, принося прибыль земле родной. И если уж случится неурожай в какой-то деревне, так князь из своих прошлогодних запасов мог бы свободно выделить зерна и семян для посевной и для пропитания семей крестьянских. А по окончании уборочной страды собирал бы главный князь в склады свои немалые новые запасы со всех подвластных ему сёл и деревень на случай, если где в следующем году на земле его неурожай будет.

Хотел князь Андрей стать на Руси монархом державным и единоличным, чтобы привести князей русских к порядку, чтобы они платили налоги в княжескую казну и перестали вражду да междоусобицы творить, неся разорение земле и людям.

Умный был князь Андрей. Далеко вперёд смотрел. Справедливости хотел. За это уважали его простые люди и шли за ним.

Сумел Андрей Боголюбский набрать силу немалую и, когда ему было уже за 50, во всеуслышание заявил о том, что Русь должна державой стать и нужен Руси один правитель – Великий князь и не только на время ведения войны, но и в мирной жизни. Многие удельные князья русские поняли и поддержали его, но были и такие, кто не желал терять свою независимость. И теми, кто отвергал идею единой Руси, были правители далёкого Киева. Хорошо тогда жилось граду Киеву, стоящему на торговом пути из Булгарского ханства к морю Чёрному, да по Днепру «из варяг в греки». Поначалу cобирали кияне дань со всех проходящих степных да речных караванов и с людей торговых, а когда времена настали тяжёлые и караванов поуменьшилось, стали сами ходить разбойничать да соседей грабить и безбедно жили, не желая ни с кем делиться и объединяться. Зачем им нужна была какая-то северная Русь? У них своя была – Киевская. А называлась она так потому, что пришли во времена Хазарского Каганата в дальнюю хазарскую крепость Самватос (по-тюркси «Дальние Укрепления») русы Аскольд и Дир – ратники самого князя Рюрика с дружиной, убили правителя хазарского и стали править да хозяйничать в городе. А город называли Киевом по имени тюркского племени Киян (Кият), на землях которого стоял город. А потом заявился и ключник Рюрика Олег с малым рюриковичем Игорем, оставшимся после смерти отца без надела. Хитростью выманил Олег из города своих знакомых Дира и Аскольда и убил их. А затем объявил в городе свою власть. А себя и всю свою правящую верхушку назвал Русью Киевской, никому не подвластной. Напрасно хазары пытались вернуть себе своё имущество и укрепления пограничные, крепко стояла дружина под командованием самозваного князя киевского Олега на валах и деревянных стенах киевских. А потом и сам Олег стал набеги совершать на соседей ближних и дальних, пока в разбойном походе на земли прикаспийские не погиб от мечей хазарских. После Олега в Киеве стал княжить Игорь Рюрикович. А дальше – потомки по его линии.

По данным археологии, образование Киева как города проходило на рубеже IX и X веков. Только в X веке отдельные селения слились в единое поселение городского характера. На протяжении большей части IX века Киев находился в нестабильной зоне венгро-хазарского конфликта. Согласно «Повести временных лет», «В лето 6545 (1037 год) с заложи Ярослав город великий Киев, у него же града суть Златая врата; заложи же и церковь святые Софья, митрополью, и посемь церковь на Золотых воротах Богородица».

И при потомках Игоря Рюриковича Русь Киевская тоже никому подчиняться не желала. Именно поэтому союзом городов Владимирско-Суздальской Руси по городу Киеву был нанесён удар страшный – в 1169-м году захватили город объединённые войска Андрея Боголюбского и с ним 11-ти князей русских и… отдали Киев на разграбление своим воинам.

Деревянная крепость была с боем взята войсками под командованием сына Андрея Боголюбского князя Мстислава. Как пишут летописи, Киев подвергся опустошительному разграблению, «пощады не было ни старым, ни малым, ни полу, ни возрасту, ни церквам, ни монастырям. Зажгли даже Печерский монастырь. Вывезли из Киева не только частное имущество, но иконы, ризы, колокола». Такое страшное деяние не вяжется с глубокой религиозностью князя Андрея Боголюбского. Однако тогда время было жестокое – все князья так поступали и не только русские, потому что правила на земле сила грубая, а против силы нужна только ещё большая сила.

Однако, как всегда и бывает в обществе человеческом, при большом числе единомышленников было у князя Андрея Боголюбского немало и врагов. Причём как явных, так и скрытых. И первыми его врагами оказались два его младших брата: Михаил и Всеволод. Власти им хотелось очень. Именно их людьми в июльскую ночь 1174 года князь Андрей был предательски убит. Выкрали убийцы из спальни князя меч его верный, и оказался князь беззащитным перед предателями. Меч княжеский похитил один из самых приближённых людей – постельничий князя, после чего отряд из двадцати человек ворвался в покои. Долго убивали князя, 45 смертельных ран нанесли Андрею Боголюбскому убийцы ножами, саблями и копьями, руку левую ему отрубили. Видимо, страшились сильно его праведности и боялись подлости своей трусливой.

Окровавленное тело князя лежало на улице, пока нечестный люд грабил княжеские хоромы в Боголюбове. Хоронить князя остался лишь его придворный кузнец Кузьмище Киянин с тремя малолетними сыновьями.

Они закопали тело князя в простой могиле. Но прознали люди русские о свершённом зле, по всем городам и весям Владимиро-Суздальского княжества прокатился слух о насильственной смерти Андрея Боголюбского. Восстал народ против подлости, содеянной вельможами. И явилась сумятица всеобщая да разгул насилия над богатеями. Брат Андрея Боголюбского Михаил пообещал народу найти убийц родного брата и смерти предать, если возведут его на престол княжеский. Выбрали Михаила князем Владимирским. Убийц он знал и всех до одного казнил без суда. Они его и выдать не успели. После народного бунта останки Андрея Боголюбского с почестями перезахоронили в каменной гробнице Успенского собора, построенного при жизни князем Андреем в его стольном граде Владимире. По сей день там и покоится князь. Правда, потревожили вечный сон княжеский монахи через 500 лет после смерти, выкопали останки Андрея Боголюбского и убедились в их нетленности. И тогда был Андрей Боголюбский канонизирован Православной Церковью в святые мученики.

После казни преступников бунт народный стих. Но простые люди передавали из уст в уста, что убили Андрея Боголюбского по приказу двух его братьев Михаила и Всеволода, которые не отдали престол Владимирский законному наследнику малолетнему Юрию Андреевичу – сыну Андрея Боголюбского. А княжить сел дядя Михаил – по старшинству, но не по справедливости. Назревал новый бунт. Но коварный Всеволод Большое Гнездо, у которого уже в ранней молодости было много детей, за что он и носил это прозвище, убил родного брата, обвинив прилюдно Михаила в смерти старшего из сыновей Юрия Долгорукого – Андрея, убил и сел на княжеское место. А ведь только два года прошло после смерти Боголюбского – и новая смерть родного брата!.. Жестокое было время, но таким его делали люди.

Коварными и беспощадными были и остаются те, кто стремится во чтобы то ни стало дойти до власти, хоть и по трупам родных отцов и братьев! И не зря же юный князь Юрий – сын Андрея Боголюбского бежал в кипчакскую степь: он прекрасно понимал, что следующим после отца и дяди станет он как имеющий первое право на престол Владимирский.

Проходят века, но ничего не меняется в человеческом обществе: власти и денег богатеям подавай, а о Родной земле должны простые люди печься! И погибать за неё… Почему так устроен мир? В конце моего повествования есть ответ на этот вопрос.

На Руси, как ни в каком другом государстве, сложилось так, что если правитель умелый и сильный, то и страна в расцвете, если же бездельник, слабак или мздоимец – бунты да революции страшной бедой проходят по судьбам людей русских.

И до Андрея Боголюбского, и после него враждовали промеж собой князья и под единую руку идти не хотели. А простых людей не спрашивали, покуда те не брали в руки дубину и не заставляли господ это сделать или покуда не появлялся сильный и мудрый правитель.

Долго правил Всеволод Большое Гнездо: с 1176 по 1212 годы. Во время его правления сильная, созданная Андреем Боголюбским Владимирско-Суздальская Русь распалась на тринадцать княжеств. Князья игнорировали всякие правовые нормы, вновь начав кровавые междоусобицы и раздор. По этому времени историк В. Н. Татищев с горестью заметил, что пришло время, когда «сила обыкла ломать закон».

Но формально всё же князья признали над собой единоначалие града Владимира. Это дало Всеволоду возможность постепенно прибрать под свою руку почти все княжества, где сменив на своих родственников, где убив, где подкупив князей. Так Всеволод Большое Гнездо продолжил дело своего старшего брата – Андрея Боголюбского по созданию единого государства – Руси.

А что нам говорят булгарские летописцы? В 1164 году суздальский князь Андрей Боголюбский, именованный в Булгарии ханом Сып-Булатом, и помогавший булгарскому эмиру Отяку овладеть троном Булгарии, взял часть булгарского посада в Халдже. Этот скромный успех русские монахи-летописцы раздули до «взятия» всего «славного булгарского города Бряхимова». В реальной же «битве за Булгар» войско Боголюбского было в Халдже окружено защитниками булгарской столицы. В бою погиб старший сын Боголюбского Изьяслав. Только после того, как булгарский улугбек (губернатор) Чалмати перешёл на сторону Отяка в обмен на согласие того присоединить Суварскую губернию к Булгарской губернии, окружённые суздальцы были освобождены. Посмотрите: в 1164 году суздальский князь Андрей Боголюбский, по данным булгарских летописей (летописные своды «Нариман тарихы» и «Джагфар тарихы»), чуть не потерпел у Булгара поражение. То, что русские летописцы превращают этот факт в победу «русского оружия» – это не удивительно, как и то, что о своей победе трубят булгарцы. Помните: историю пишут победители! Поэтому я с большой осторожностью отношусь к сведениям о многочисленных походах и победах персонажей из летописей, к неисчислимому количеству их войск и к сведениям о разрушениях и истреблении сотен мирных городов вместе с населением. В отличие от многих средневековых монахов и современных историков я призываю на помощь логику и математику, а также тактику и географию. И есть ещё и такая важная наука, неизвестная историкам XVII века, но которая должна быть известна современным историкам, – экономика. А она открывает многие исторические «замки» и проливает свет на события.

Русские летописи говорят, что в 1176 году на Владимирский престол сел Всеволод Большое Гнездо, а его племянник юный князь Юрий (в крещении Георгий), сын убиенного Андрея Боголюбского, вынужден был бежать на юг в приволжские степи во владения родственников его матери, где правил в ту пору хан Отяк. Андрей Боголюбский в своё время помог Отяку занять престол Волжской Булгарии, став в междоусобной борьбе булгарских ханов на его сторону и приведя в Булгар свою дружину. В дальнейшем Владимирский князь до самой смерти оставался союзником Отяка, а сын Отяка Габдулла Чельбир стал названным братом князя Андрея. Вот к ним и шёл теперь сын Андрея, оставшийся сиротой. Круглым сиротой, потому что его мать – знатная кипчакскя княжна Байгюль, внучка самого Тугорхана – была казнена вместе со своим отцом булгарским ханом Амбалом Хисами, проживавшим при русском княжеском дворе, по обвинению в заговоре против мужа. Байгюль и её отца схватили и без суда казнили, чтобы не успели отец и дочь рассказать правду о заговоре братьев Михаила и Всеволода против Андрея Боголюбского. Да и с их смертью становилось меньше конкурентов на княжеское место. Амбала Хисами и его дочь, привязав к столбам, расстреляли из луков. А потом вину в смерти князя Андрея свалили на них.

И нужно было спасаться сыну убиенной Байгюль Юрию, как неудобному свидетелю преступления и претенденту на Владимирский престол. В ту пору исполнилось ему всего 14 лет отроду. Зов крови кипчакской указал юноше дорогу в вольные половецкие степи. О безопасности княжеского сына позаботился верный слуга князя Андрея Боголюбского его кузнец Кузьмище Киянин. Взяв свою семью – жену и пятерых детей – отправился он вместе с Юрием Боголюбским к хану Отяку в город Булгар. Профессия кузнеца в то время считалась не только престижной, но и была очень востребованной. Поэтому о собственном будущем и благополучии своей семьи кузнец не сильно беспокоился.

Булгария приняла беглецов. Родная бабка Юрия – мать Андрея Боголюбского и жена князя Юрия Долгорукого тоже, как и мать Юрия княжна Байгюль, происходила из этих мест – она была дочерью известного половецкого хана Аепы, взявшей после венчания с Долгоруким христианское имя Мария.

В вольной половецкой степи нашёл отрок Юрий не только родственников, но и надёжное убежище, новых друзей, здесь прошёл хорошую школу будущего воина. В землях своих известных предков получил Юрий и имя новое, достойное знатных кипчаков – Лачин (Лаши). А в память по погибшему деду взял он себе скифское имя – Хисами. Лачин Хисами – с этим именем ждала Юрия Боголюбского небывалая дальнейшая судьба.

Как пишут булгарские летописи, Лачин Хисами – сын Байгюль и Андрея Боголюбского – это известный по русским источникам Юрий Андреевич Боголюбский (в крещении Георгий).

Лачин переводится с булгарского на русский, как «сокол». По линии отца юный князь Юрий Андреевич Боголюбский – рюрикович. Рюрик – это славянское имя сокола. Даже в кипчакской степи Юрий оставался настоящим рюриковичем, имеющим право на великокняжеский престол Руси. По материнской линии Юрий получал право на ханский престол Волжской Булгарии. Мать Юрия звалась Байгюль Услан-би и по материнской линии происходила из знатного сакланского (скифского) рода, принадлежность к которому спасала человека от гибели в любом месте Сакланских (Кавказских) гор. В честь неё горы возле Казани и Булгара назовут Усланскими. (Саклан – по-тюркски «Оберегающий». Отсюда слова «сакля», «склад» и т. д.).

И вот оставшийся сиротой 14-летний Юрий в 1176 году прибывает в ставку хана Отяка в город Булгар как кипчакский и скифский царевич. Здесь его ждёт тёплый приём, а наследник престола Габдулла Чельбир признаёт Юрия Боголюбского своим названным сыном и новость об этом разносится по всей степи Дешт-и-Кипчак. В Волжской Булгарии о Юрии Лачине Хисами заботятся на самом высоком уровне. Лачин воспитывается вместе с детьми знатных родов и становится побратимом со старшим сыном Габдуллы Чельбира. Лачин Хисами учит языки, историю и географию, философию и военное дело. А когда подрастает и достигает совершеннолетния, Габдулла Чельбир, ставший ханом Великой Булгарии, принимает дальнейшее участие в судьбе своего названного сына. Вот как свидетельствует об этом булгарский вельможа, впоследствии ставший ханом Булгарии, Гази-Барадж, он рассказывает о судьбе Юрия Лачина: «Занятия государственными делами не отвлекли кана (хана) от устройства судьбы Лачына. Через джалдайских[1]1
  Джалда – Крым; асы – скифо-сарматские рода; Дима-Тархан – Тмутаракань; Гурджа – Грузия; Бек – князь; Эмир – верховный правитель (прим. автора).


[Закрыть] (Крымских) и асских (северо-кавказских) родственников своей жены он добился назначения Хисами беком Дима-Тархана, а когда вскоре представился случай – эмиром Гурджи (Грузии). Возводить Лачына на гурджийский трон ездил Елаур…».

Но всё это немного позднее, а пока… Ум, выносливость и сила характера стали главным наследством, полученным будущим великим царём Юрием (Георгием) Лачином от отца и матери. Кроме постижения наук на молодом Лачине Хисами лежало много обязанностей. Мальчики в семье воинов должны уверенно сидеть в седле, уметь водить многотысячные стада коз и овец, ловить рыбу в реках во время перекочёвок от летних к зимним пастбищам. Под их попечением находились огромные табуны коней, и юноши, носясь верхом по степи, разыскивали отбившихся животных и разведывали новые места, пригодные для пастбищ. Также будущие воины обязаны были принимать участие в ханских охотах, уметь загонять и добывать диких зверей. Они же, как простые воины, несли сторожевую службу в степи, зорко следя, не появятся ли на горизонте шайки разбойников или вражеские войска, и при этом не одну ночь проводили под открытым небом. В дальних разъездах юноши приучались не спать по нескольку суток подряд, нередко оставаясь без пищи только на воде.

Юрий закалялся, рос, мужал. Во дворце о нём заботились, но воспитывали в воинской строгости – как мужчину и будущего полководца. Постижение наук совместно с военным делом стали его главной обязанностью. Юрий ходил в городские караулы простым стражником и разводящим, часто уходил на несколько дней в степь в составе конных разъездов, сам водил небольшие отряды для охраны степных рубежей и поддержания порядка на земле хана.

В учёбе и службе выделялся Юрий усердием и старательностью – хотел побыстрее овладеть науками и воинским ремеслом и отомстить убийцам за смерть отца и матери.

Летописи представляют Юрия Лачина юношей высокого роста, крепкого телосложения, с большими блестящими глазами зелёного цвета. К 17 годам в нём уже определились такие черты характера, как воля и выдержка: он умел ждать и терпеть, и настойчиво стремился к достижению поставленной цели. Княжеская кровь проявлялась в нём ярко. Нрав у Лачина был крутой, но эта черта уравновешивалась открытостью и обаятельностью, впоследствии собравшими вокруг него преданных и верных ему людей. При всём том он не был словоохотлив и «начинал говорить не иначе, как по зрелому размышлению».

Лачин Хисами рано стал самостоятельным и не страшился опасностей, с юных лет полюбил войну, охоту и мужские игры. Возмужав, вместе с такими же смельчаками, как он сам, Юрий Лачин стал проводить караваны, идущие с верховьев Волги в Хорезмийское ханство и в Персию через Саксин (город, находившийся ниже по течению Ахтубы в 100 км от современного Волгограда), в Саклан (Кавказ) и обратно. Лачин сам подбирал бойцов в свой отряд. Окружали его русы, асы, гурджийцы и кипчаки – все отчаянные головы. И всегда с самого начала рядом с ним были три сына кузнеца Кузмище Киянина, которому обязан был Юрий своим спасением.

Вот что говорит о Юрии Гази-Барадж: «Лачын был отличным наездником, стрелком из лука, мастерски владел мечом, холодным оружием, отличался в любимой ханами игре в мяч на лошади с чоганом (тип клюшки) в руке, был пристрастен и к другому ханскому развлечению – охоте».

Хан Габдулла Чельбир гордился своим названным сыном. И в 1184 году, когда Юрию Лачину исполнилось 22 года, Чельбир позаботился о том, чтобы Лачина назначили на должность управляющего одного из районов Крыма – Тьмутаракани. Это название так дошло до нас в русском языке. Правильно произносится – Тьму-Таркан. Таркан по-тюркски – герой (у тюрков Тархан – местность, освобождённая от податей и налогов – авт.). Тьма – очень много или 10 тысяч. Название Тьму-Таркан говорит о том, что в этих местах очень часто воинам приходилось совершать подвиги. Крым – неспокойное место. И героическое. Потому что имеет выгодное географическое и стратегическое положение.