Текст книги "Блуждающие по мирам. Бессмертные (СИ)"

Автор книги: Оксана Реон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)

Мы упорно молчали, глядя перед собой.

– Ладно, достали вы меня, – сплюнул Захельм. – Идите, копайте себе могилу на кладбище.

– Мы не будем этого делать. Хочешь, убивай сразу, но унижаться и целовать тебе зад мы не станем. Не на тех нарвался, – сказал мой босс.

– Ладно, друль, как скажешь. Я сегодня добрый. Эй, ребята, – Захельм обратился к своим псам, – идите и выкопайте могилку этим жмурикам. И приготовьте цемент. А пока у нас будет часик позабавиться со шлюшкой. Кто первый? Никто не хочет? Ну ладно, значит, буду я. Вы идите, ребята. Я сам разберусь с этими двумя.

– Только тронь ее, – сказал Альбоса. Глаза его полыхали яростью, ноздри раздувались, того и гляди из них повалит пар.

– И что ты сделаешь, друид? – прищурив глаза, уточнил Захельм.

– Тебе лучше не знать.

– Ой, как страшно! Вы будете лежать в сырой земле кучу времени, вас будут заживо жрать огромные черви, вы будете страдать от омерзения и боли, не в силах выбраться из ямы. Будете просить пощады? Так и быть, если красотка Ли сделает мне приятное своими пухлыми губками, я оттаю и пристрелю вас, прежде чем кинуть в яму. Ну, как вам мое царское предложение?

– Отсоси сам у себя ублюдок! – сказал Чел и демонстративно сплюнул ему на кроссовки.

Захельм побелел от ярости и прыгнул на Альбосу. Он принялся жестоко избивать моего шефа, пуская в ход руки и ноги. Прицелившись, я ударила пяткой по Захиным ногам. Вместо того чтобы упасть, он выругался и отвесил мне пощечину. Нехорошо бить женщин, подумала я, и снова лягнула этого подлеца. Нас двое, но руки наши скованы. Борьба не имела никакого смысла.

– Эй, Захельм, ты же его убьешь сейчас. Ты же в курсе, что он выйдет из ближайшего дерева? И тогда тебе хана, ты проиграешь.

Черт!!! Какая я дура. Этого-то и добивался Альбоса – провоцировал Фантома, чтобы тот забил его до смерти. Самоубийца чертов, неужели больше нет никаких вариантов?

Конечно, мои слова возымели действие, и кланмастер перестал колошматить Чела.

– Прости, я дура, – сказала я, обращаясь к Челу. – Просто не могла спокойно смотреть на то, как он превращает тебя в фарш.

– Все нормально, – разбитыми губами проговорил босс.

Захельм сидел на полу и тяжело дышал. Выдохся здоровяк. Интересно, кто он в настоящем мире? Он хоть раз посещал тренажерный зал? Или какой смысл трудиться над своим телом, когда можно даром получить любое? Кто скрывается за личиной жестокого основателя клана «Фантомов»? А Челейв? Кем он был? Есть одна догадка на его счет, и она приводит меня в трепет.

– Эй, Захельм, чем ты занимаешься в реале? – спросила я, оставив на время мысли о Челе.

– Тебе-то что?

– Просто любопытно.

– Зачем мне это нужно – рассказывать?

– Ну, мы же почти трупы. Имеем право знать ответы на любые вопросы. Знаешь, как в детективах все происходит? В финальной сцене убийца рассказывает своей жертве ВСЕ! А потом жертва выживает и мстит.

– И не надейтесь выжить. Пропадете с радаров на месяц где-то. По местному времени это до хренища, сами знаете. Самоубиться в земле вы никак не сможете. Так что придется отдать свое тело на съедение червячкам. Они такие милые, с красными глазами, скользкие и зубастые.

По моей коже ощутимо проползли мурашки. Я не хочу, чтобы меня жрали черви. Да еще и заживо! Черт… это же ужасно. Некоторые люди желают, чтобы их мертвое тело было кремировано, потому что содрогаются от одной только мысли, что в их телах будут копошиться черви… Чертов маньяк этот Захельм! Клянусь, что после того, как мы благополучно отправимся в респаун, я найду способ расправиться с бандой отморозков.

– Какой же ты токсичный, Захельм. Так все же, кто ты на самом деле?

– Ладно, скажу вам. Я учитель физики средней школы. У меня очки с толстыми линзами, лишний вес и мне никто не дает. Ха-ха-ха! Поверили? Простите, я вас наебал.

– Ты стыдишься себя настоящего, вот и все, – сказал Чел.

– Ты прав друид, – неожиданно доброжелательным тоном отозвался Захельм. – Я обычный менеджер среднего звена, обычный компьютерный гик, у меня есть жена и ребенок. Скучно, серо и ничем не примечательно. А здесь жизнь бурлит эмоциями, мое слово имеет вес. Почти Король. Такие дела. Ну что «ребяты», пора прощаться!

– Захельм не надо. Отпусти нас, – взмолилась я.

– Не могу. Игроки меня уважать перестанут. Ничего личного, игра есть игра.

Заха вызвал парней, и они вывели нас на задворки дома, где была вырыта глубокая яма. Меня окатил озноб с ног до головы, словно я вышла в одном белье в метель. Альбоса усиленно держал лицо. Мужчина! Я же готова была реветь и кидаться Захельму в ноги, настолько боялась казни, уготованной им. Но Челейв прав, нельзя унижаться. В первую очередь, мы перестанем уважать самих себя. Умрем мучительной смертью в последний раз, и может быть, перестанем искать себе приключения. Где-нибудь встретимся потом, и заживем спокойно. Все, как он мечтал.

С моих рук отстегнули наручники и толкнули в спину. Пошатнувшись, я упала в яму. Сверху на меня посыпалась земля, я закрыла рукой лицо, чтобы она не попала мне в глаза.

– Молись! – велит Заха.

Я встала на колени, картинно возвела руки к небу и сказала:

– Мать, отец, сын, я преклоняю перед вами колени и прошу у вас защиты…

– Да не игровым Светлым богам, дура, а Христу!

– Можно подумать, что он услышит и придет, чтобы меня спасти, – хмыкаю я.

– Это последнее, на что ты можешь надеяться. Просто люблю слушать молитвы, когда я убиваю.

Чела сбросили в яму прямо в наручниках, а когда он попросил, чтобы их сняли, Захельм рассмеялся и сказал, что он знает: друиды способны на всякое. Поэтому так ему будет спокойней.

– И ты тоже молись, друль. И погромче.

– А я неверующий. Сними наручники, Захельм, я просто хочу обнять свою девушку. Мы проиграли! Какие могут фокусы?

Лживая фраза «обнять свою девушку» отозвалась во мне яркой эмоцией. Не смотря на то, что меня погребали заживо, я была счастлива.

– Ладно, – снизошел Захельм и бросил мне ключ.

Дрожащими руками я освободила Челейва от оков.

– Ложись, Ли. Потерпи немного, – Чел взял меня за руку и сцепил мои пальцы со своими в замок.

Мы легли на дно ямы и закрыли глаза. Псы Захи стали скидывать на нас лопатами землю, издавая пронзительные, безумные смешки. Им было весело.

Сырые комья неприятно оседали на теле, особенно раздражало, когда они попадали на лицо. Вот мы уже под тонким слоем земли. Как же страшно! Если бы рядом не было Челейва, я бы умерла от ужаса. Но его присутствие успокаивает. Кажется, что вот-вот сейчас он что-нибудь придумает и избавит нас от страданий, как настоящий герой.

Земля по-прежнему засыпала наши тела. Я уже не могла поднять руку. Я попыталась сказать Челу, что люблю его, но земля тут же до отказа заполнила рот. Я беззвучно зарыдала. Сейчас нас почуют черви и приползут на обед.

Я не ощутила кожей прикосновение прохладного дула к виску, скорее почувствовала его интуитивно. Ну, конечно! Он же говорил, что пистолет всегда при нем. Захельм нас обыскал, но никакого оружия у Чела не нашел. Какой же он умница. При случае спрошу, где он прячет его.

– Прости, что не уберег нас. Это единственное, что я могу для тебя сделать, – прозвучало у меня в голове.

– Так сделай это, Чел, убей меня, – без слов отвечаю ему.

– Передавай привет Челсу, – сказал он и нажал на курок.

Глава 4. Магический лес Ашизан

Горячая пуля пронзила мой мозг, отправив меня путешествовать по небытию. Признаться честно, умирать от аристократичных рук босса куда приятнее, чем от пули какого-нибудь проходимца.

Я снова испытала чувство дежавю. Стою посреди двора на страусиной ферме в Санакоте и вижу идущего с ведром в руках Гриджи. Он приближается ко мне, и улыбка на его смуглом от солнца лице становится все шире.

– Мисс Лиоана, как я рад Вас видеть! – воскликнул мужчина, ставя на песок ведро, доверху наполненное кормом.

– Я тоже, – отвечаю, – тоже рада сюда вернуться. Однако радости в моем голосе не было слышно.

Разворачиваюсь и иду в дом под недоуменным взглядом пожилого работника моей фермы. Все-таки вернуться в Санакот определенно лучше, чем лежать в могиле, кишащей голодными червями. Во мне все кипело от злости и негодования. Мы проиграли! Как же неприятно осознавать себя проигравшей!

Интересно, как там Челейв? Наверное, тоже пустил себе пулю в лоб и преспокойненько ушел? Он выживет без меня, я уверена в этом. Ну, и что мне теперь делать?

В окне мелькнула чья-то тень, я обернулась и увидела страуса Челса-многоженца, рассматривающего меня сквозь длинные ресницы. Я улыбнулась и вышла во двор. На ферме никаких изменений не произошло, кроме поведения Челса. Раньше он ко мне не подходил, а теперь выжидающе смотрит прямо в глаза.

– Ну? Чего уставился? Нет здесь твоего друга, попали мы с ним в одну переделку. Вряд ли он сюда приедет, не жди. И да, он просил тебе передать привет, – я протянула руку и погладила страуса по серому крылу.

Челс еще немного потоптался на месте, потом опустился в песок и закрыл глаза. Я села на крыльцо и обхватила голову руками. На меня накатилась апатия и отчаяние. Что мне делать на этой ферме? Должен же быть какой-то выход отсюда! Я хочу поговорить с мамой. А что если она соврала, и Сергей действительно сделал это силой? Сергей… Сколько радости и боли доставил мне этот человек. А что, если он тоже здесь в Левизионе? Есть только один персонаж, которого можно подозревать во всех грехах – это Чел.

– Эй, Император, ты меня слышишь? – естественно, что ответом была тишина, – Я хочу уйти из Левизиона!

Фермерскую тишину нарушил жужжащий шум. В воздухе повисло кольцо, которое принялось расширяться. Оно светилось ярким переливчатым светом, словно приглашая в него войти. Портал! Кто и куда меня приглашает? Если принять во внимание, что я только что обращалась к Ферцилу Разумному, то портал его рук дело. Закрыв глаза, я шагнула в неизвестность.

***

После встречи с Императором, на которой я получила задание отыскать сапфировое ожерелье.

Я сижу в глубокой траве под ясным синим небом, впереди простирается лес. Неужели это и есть тот самый магический Ашизан? Что я здесь делаю? Ищу сапфировое ожерелье, будь оно не ладно, по поручению Императора.

Я встала на ноги и поправила платье. Слава богу, кровь с него при перерождении исчезла (вместе с ссадинами на лице), иначе в таком непотребном виде я бы постеснялась показываться достопочтенным друидам на глаза.

Интересно, как выглядят обитатели этого леса? Мне всегда казалось, что друид – это бородатый, брутальный мужчина, без одежды и фиговым листком в паху. Но если вспомнить Альбосу, а он, как выяснилось, тоже принадлежит к касте друидов, то им вполне может быть обычный мужчина. Надо мной кружилась какая-то птица. Я задрала голову и немного понаблюдала за ее полетом.

Вокруг стояла непробудная тишина. ИскИн случайно ничего не перепутал? Я сделала несколько шагов в сторону леса, лес стал только дальше от меня. Я попробовала приблизиться к нему еще раз, но деревья снова отдалились. Что за чертовщина? И тогда я побежала, но не добилась видимого успеха. Лес не пускал меня.

Птица, оказавшаяся крупным пестрым соколом, словно нарочно зацепила меня крылом, села на ветку, и осмотрела меня внимательными и умными глазами. Из этого я сделала вывод, что птица не простая.

– Это ведь лес Ашизан, да? – обратилась я к ней. – Меня сюда отправил Император. Меня зовут Лиоана, я хочу стать адептом друидов.

Неожиданно птица принялась трансформироваться в человека: сначала исчезли птичьи лапы и перья, затем крылья, последним пропал клюв. И вот передо мной стоит мужчина с длинными черными волосами и зеленой пятнистой одежде. Он насмешливо посмотрел на меня и сказал:

– А что можешь предложить взамен?

Вопрос меня смутил. Что я могу предложить мужчине? Ничего у меня нет, кроме страстного желания выбраться из Левизиона.

– Любую помощь. Я подруга Челейва Альбосы. Он ведь жил здесь с вами какое-то время?

– Пойдем, – сказал Сокол и первым двинулся вглубь леса.

Я отправилась следом, стараясь не отставать. Путь был нашпигован всякими ловушками, и Сокол заранее предупреждал меня об опасности. Целые и невредимые мы добрались до огромного развесистого дуба. Какая-то девушка в желто-зеленом комбинезоне собирала жёлуди. У нее на поясе висел охотничий нож.

– Это моя жена, Фрея, – сказал Сокол.

– Привет. Я Лиоана, рада познакомиться с тобой.

– Добро пожаловать к нам, Лиоана, – улыбнулась девушка и помахала рукой.

Не смотря на то, что она выглядела воинственной амазонкой, ее веснушчатое лицо было милым и приветливым.

– Не знала, что друиды заводят семьи, – бестактно заявила я.

– Почему бы и нет? Мы такие же люди, как и все остальные, и нам тоже требуется женская ласка. Ладно, пойдём в дом.

Это он хватил лиха, назвав хижину из еловых лап домом. Кто бы мог подумать, что у обитателей волшебного леса такие скромные жилища. Надеюсь, мы с ним не застрянем там.

Но мои опасения оказались напрасными. Внутри хижина визуально расширила свои границы, и мы вышли в просторную, оформленную в стиле бохо комнату. Чего здесь только не было: резная деревянная посуда, стекляшки, фигуры, вытесанные из камней, ковры, подушки с ручной вышивкой, ловцы снов. Чувствуется женская рука, подумалось мне, ведь мужчины такие минималисты. Им лишь бы кровать и стол были, остальное все не важно.

Я присела на мягкий диванчик и сложила руки на коленки, как примерная девушка. Надеюсь, до Ашизана не доползли слухи о том, что я натворила в Тензане, иначе меня попрут отсюда, как блохастую собаку. Кому охота рисковать спокойствием и благополучием своей локации, привечая у себя смутьяна?

– Значит, Челейв Альбоса твой друг? – уточнил Сокол, рассматривая меня своими внимательными мудрыми глазами.

– Все верно. А Вы здесь главный? Как к Вам обращаться?

– Называй меня просто Сокол. Можно выразиться и так, что я главный. У нас здесь нет четкой иерархии. На мне лежит обязанность охранять лес от вторжения игроков. Я единственный из всех живущих здесь, кто может перевоплощаться в птицу, чтобы с высоты наблюдать за лесом. Где сейчас Челейв?

– В Тензане. В последний раз мы виделись, лежа живьем в могиле.

Несмотря на то, что мы с боссом расстались всего несколько часов назад, мне казалось, что тензанские приключения произошли с нами год назад. После встречи с Главным управляющим я стала спокойнее и рассудительнее. У меня появилась цель, которая выведет меня отсюда. И уж тогда я призову к ответу всех предателей, в том числе и моего брата. Не верю, что Алекс был ни сном ни духом о том, что творил у него под носом друг Сергей.

– Челу как всегда не живется без приключений, – улыбнулся Сокол. – Почему ты решила стать адептом?

– Хочу набраться у друидов мудрости и перенять опыт.

– Что ж, твое желание мне понятно. Как только вернется мэтр, я тебя с ним познакомлю. Если он согласится тебя обучать, то не имею ничего против твоего пребывания в Ашизане.

– Спасибо, Сокол! – горячо поблагодарила я.

– Да не за что. Пока можешь помочь Фрее с обедом.

Вы когда-нибудь пробовали жареные желуди с лиственничным соусом и жирными жареными гусеницами? Нет? А зря, очень вкусно.

После ужина меня препроводили к мэтру. Я нервничала и волновалась. Если я не понравлюсь Учителю, то не быть мне адепткой друида, а значит не найти сапфировое ожерелье. По сведениям ИскИна ниточка к искомому артефакту ведет в Ашизан, и если я проявлю достаточную сноровку, то найду его в кратчайшие сроки и получу свободу.

В лесу было холодно, деревья с роскошными кронами почти не пропускали лучи солнца. Жители Ашизана носили одежду с длинным рукавом, и вскоре я начала дрожать от холода в «своем» платье с голыми плечами. Мне выделили пиджак камуфляжного цвета из гардероба Фреи, и я старалась не думать о том, что выгляжу теперь, как бродяжка, одетая с чужого плеча. Вот что бывает, когда не имеешь собственного капитала.

Учитель жил в стволе гигантского дерева, метров тридцати в ширину. Сокол придержал передо мной дверь, я вошла, зачем-то втянув голову в плечи. Внутри пахло травами, которые были подвешены сухими пучками к стене. Помещение напоминало лабораторию мага. Здесь стояли многочисленные склянки с жидкостями, какие-то приборы со шлангами, книги, колбы, чаши.

Возле стола стоял бородатый парень в прозрачных квадратных очках и цедил голубоватую жидкость. Увидев гостей, он занятия своего не оставил, только кивнул нам головой в знак приветствия.

Я сделала еще пару шагов и почувствовала, что наступила на скользкий шланг. Шланг оказался живым существом, тут же цапнул меня за ногу и, как партизан, отполз под стол.

– Ааааааййй. Что это было? Черт, меня кто-то укусил. Боже…

Удивившись, мэтр снял с лица очки, аккуратно поставил на стол склянку и сказал:

– Это Гизеия. Не шевелитесь. Вам срочно нужно принять противоядие.

У меня внутри все похолодело от страха, я сжалась и как будто окаменела. До ужаса боюсь змей! Какого черта я не смотрела под ноги? Вот сейчас умру и опять окажусь на ферме, с тоской думаю я, разглядывая щиколотку. На ней выступили две капли крови, которые через минуту потекли багровым ручейком к пятке. Меня передернуло от отвращения.

– Можно побыстрее? Мне плохо, я сейчас упаду.

Это было чистой воды самовнушение, вызванное паникой и страхом перед ядовитыми змеями. Я взялась обеими руками за край стола и прикрыла глаза. Сокол заботливо придерживал меня за локоть.

Наконец, мэтр нашел нужную бутыль с красной жидкостью (надеюсь не кровь) и приказал выпить до дна. Вкус антидота напомнила коктейль «Кровавая Маргарита» и немного горчил.

– Я наступила на нее, не заметила в темноте, – вытерев губы, сказала я. – У вас здесь водятся ядовитые змеи?

– Это пет Грома, – сказал Сокол.

– Грома?

– Меня зовут Гром, – сказал мэтр и шутливо поклонился.

Мне выдалась возможность хорошенько рассмотреть друида вблизи. Не слишком высокий, не слишком мускулистый, молодой парень. Не красавец, но вполне себе привлекательный. На лице короткая бородка рыже-каштанового цвета. Пожалуй, необычными в его облике были только глаза, в которых плясали смешинки. По моим скромным наблюдениям, аватары здоровяков в этой игре выбирают себе выпендрёжники вроде Захельма и его приспешников. Так что образ Грома вызывал у меня уважение.

Гром позвал гадюку, которая тотчас выползла из-под стола, поднялась вверх по его ноге и обвила ему руку. Черные глаза Гизеии в форме капли презрительно уставились на меня. Змеюка была белой, с серебряной чешуйкой и едва заметными черными вкраплениями в ней. Я с трудом отвела от нее испуганный взгляд и уставилась на ее хозяина.

– Это Лиоана, знакомая Челейва Альбосы. Хочет обучиться у тебя волшбе, – сказал Сокол.

Гром окинул меня насмешливым взглядом и погладил змею, которая от ласки разомлела, но настороженных глаз с меня не спускала.

– Вот как? – переспросил мэтр. – Ты знаешь, чем мы тут занимаемся, Лиоана?

– Имею весьма смутное представление об этом.

– Что ж с моей стороны будет весьма некрасиво отказать подруге моего товарища Челейва, перед которым я в неоплатном долгу. Помогу, чем смогу. Но только, если пообещаешь, что не будешь обижать Гизеию.

Услышав положительный ответ мэтра и убедившись, что мне ничего не угрожает, Сокол отбыл патрулировать лес.

– Обещаю впредь смотреть под ноги, – заверила я. – Гизеия, прошу у тебя прощения.

Мне пришлось наступить на горло собственной гордости и извиниться перед змеей. Гадюка перестала буравить меня ненавидящим взглядом, из чего я сделала вывод, что мои извинения были услышаны и приняты. Мое обращение к Гизеии откровенно позабавило Грома.

– Она любит, когда с ней обращаются по-человечески, – сказал Гром и спустил змею на пол. Гадюка тут же уползла в угол комнаты, свернулась клубком и вроде бы уснула.

– Гизеия очень милая. Но почему ты выбрал себе в петы именно змею?

– Это мое тотемное животное.

Мы еще немного потоптались возле стола, Гром посмотрел на наручные часы и сказал:

– Пойдем, покажу твою комнату.

Оказывается, в гигантском дереве существовал и второй этаж. Мы поднялись по винтовой деревянной лестнице и очутились в небольшой спальне. Обстановка в ней самая что ни на есть спартанская: узкая кровать, стул, пустая полка на стене. Я успела привыкнуть к Тензанской роскоши, и мне, наверное, будет трудно здесь первые несколько дней. Это ничего, главное получить новые знания, чтобы выжить в этом мире и получить вожделенную свободу.

– Ты тут располагайся, а я пошел домой – в реал. Ты, я так понял, здесь живешь? Оцифрованная?

– Называй, как угодно, смысл не изменится. Да, я здесь всегда и навсегда. Эта игра – все, что у меня есть.

– Не грусти! Я скоро вернусь, и ты мне все расскажешь. Ты дождешься меня?

– Конечно. Пока!

Гром растаял в воздухе, оставив меня одиночестве. Я плотно закрыла дверь, чтобы не дай бог в нее не просочилась Гизеия, напугав меня одним только своим видом. В этой игре словно все мои страхи собрались воедино: боязнь смерти, страх оказаться под землей, боязнь змей, высоты. Список можно продолжать до бесконечности. Но одно я чувствовала наверняка, что закалялась с каждым новым своим приключением. Если так пойдет и дальше, то скоро я избавлюсь от всех своих фобий, обретенных в прошлой жизни.

Когда я проснулась, Гром уже был на месте и что-то с воодушевлением химичил. Я деликатно намекнула, что игрокам вроде меня необходима пища хотя бы раз в день. Мэтр не придумал ничего лучше, как сварить для меня вкрутую три змеиных яйца. После жареных гусениц, яйца Гизеии тот еще деликатес! Но я не привыкла жаловаться. Гром заварил бесподобный травяной чай, который скрасил мой скудный завтрак.

– Короче говоря, в мое отсутствие ты читаешь книги и изучаешь теорию. Когда я здесь – практикуемся. Есть возражения?

С этими словами Гром вручил мне потрепанные толстые книги и ободряюще улыбнулся. С моей стороны возражений не последовало. Чем мне еще здесь заниматься, если не листать книги? Читать я люблю, так что… проблем не возникнет.

– Сегодня мы переберем травы, которые потом отнесем в эльфийскую деревню.

– Здесь живут эльфы? – удивилась я.

– Да. В соседней локации живут только девушки и дети. Некоторые игроки в шутку называют деревню «феминистская локация» или «деревня фемок». Все мужчины эльфы по сюжету погибли в войне с Темными эльфами. Я всегда помогаю им, чем могу. Элементарно приношу травы, которые помогают от разных болезней. Недавно даже помог им справиться с эпидемией опасной инфекции.

– Это единственная локация, где обитают эльфы?

– Нет, конечно, они разбросаны по всему Левизиону.

Мы сортировали сушеные травы. Каждый пучок Гром давал мне понюхать, затем проговаривал название и свойства каждого сорта.

– Аир – помогает практически ото всех болячек, зимолюбка – антисептик, болеутоляющее. Астрагал – используется для продолжительности жизни у НПС, и весьма успешно, кстати. Кровохлебка – мгновенно останавливает кровотечение и подлечивает. Игроки часто заказывают у меня настойку кровохлебки, незаменимая вещь в боях.

Я старалась запомнить всю информацию, словно от этого зависела чья-то жизнь. Гизеия наблюдала за нашей возней со своего угла и по-кошачьи зевала.

– С этой травой будь осторожна – это цербера. Убивает мгновенно. Используется только тогда, когда нужно кого-то отравить.

Наконец, мешок был полон. Гром сказал, что сегодня мы не успеем его отнести, и оставим эту миссию для следующего раза. Однако в ближайшее время попасть в эльфийскую деревню нам было не суждено. Грому поступил срочный заказ на изготовление ядовитого состава, которым игроки окропляли стрелы лука. Друид поднимал на этом занятии неплохие деньги, ну а я обучалась ремеслу и, навострив уши, слушала все, что рассказывал Гром. Вдруг он обмолвится о сапфирах. Но об ожерелье Гром ничего не знал, а может, попросту не хотел трепаться на интересующую меня тему.

Перед тем как уйти домой, Гром попросил меня накормить пета. Гизеия весь вечер вертелась у моих ног, наводя на меня мысли о том, что она голодна. Я насыпала ей желтые шарики в миску и ушла к себе. Через некоторое время я спустилась вниз и обнаружила бездыханное тело змеи. Как же я перетрухнула! Через несколько часов гадюка благополучно воскресла из мертвых, а Гром так и не узнал об этом прискорбном происшествии.

– Почему ты все время грустишь? – спросил меня Гром.

За то короткое время, что я пробыла в Ашизане, мы с ним подружились, не смотря на то, что он частенько надо мной подтрунивал. Гизеия вела себя отвратительно, подозреваю, что попросту ревновала и жаждала избавиться от меня. А может, не могла простить тот случай с отравлением. Она постоянно сворачивалась клубком и лежала на моем пути, чтобы однажды я наступила на ее хвост и дала повод влить в меня смертельный яд. Как бы мне ни хотелось рассказать Грому все, что меня тревожит, я не стала этого делать.

– Ты что-нибудь слышал о сапфировом ожерелье, украденном при ограблении каравана? – спросила я.

– А, это тот артефакт, за которым гоняется пол Империи?

Сапфиры ищет половина Империи? Плохи мои дела.

– И у кого оно сейчас?

– Этого никто не знает. У кого-то из игроков.

– Для чего оно разом всем понадобилось? – я задавала вопросы равнодушно, интересуясь, как бы от скуки.

– Во-первых, сапфировое ожерелье не простое, а магическое. Женщина, которая наденет его на свою шею, станет чрезвычайно умна. В Левизионе есть масса молодых девушек, желающих повысить свои интеллектуальные способности и достигнуть определенных высот в игре. С помощью этого ожерелья можно заполучить власть в свои руки: стать принцессой, королевой или даже императрицей. Во-вторых, камни принадлежат ИскИну, и он объявил за них высокую награду. Те, кто хотят выслужиться перед Императором, кинулись искать ожерелье. Но пока об этом ничего не слышно, оно пропало.

Да, шансы мои близки к нулю, раз создался такой ажиотаж вокруг этих сапфиров. Эльфы могут что-то знать о пропаже – нашептывало мне таинственное шестое чувство, иди в эльфийскую деревню и разузнай все об их обитателях.

– Так, а что грустишь? Тоже ищешь ожерелье? – усмехнулся мэтр.

– Нет. Просто… мне не дают покоя мысли о Челейве, – сказала я, аккуратно обходя змею. – Я хотела бы знать: как он выбрался из западни, в которую мы попали по моей милости? Что он делает сейчас? Одному Императору это известно.

– Есть один способ узнать это. Если ты, конечно, хочешь.

– Спрашиваешь! Все бы за это отдала.

– Способ весьма необычный, что-то тебя может смутить.

Его глаза засияли ярче, чем обычно. Даже когда губы Грома не были растянуты в улыбке, глаза его все равно смеялись. И это почему-то завораживало.

– Что я должна сделать?

– Не пойми меня превратно… Но этого требует обряд, – почесал он бороду.

– Не томи.

– Нужно поджечь листья, визуализировать объект, то бишь Челейва, и держать его образ в голове, пока листья не прогорят. Когда они превратятся в пепел, то золу нужно втереть в оголенную левую грудь, где находится сердце, стоя при этом на коленях. После этого придет видение.

Раздеться перед Учителем? Велика вероятность сгореть вместе с листьями от стыда.

– А другого способа нет?

– Из доступных только этот.

– Понятно. Ладно, я согласна, – сказала я после недолгих раздумий.

– Я должен быть рядом, чтобы контролировать процесс, – сверкнул он глазами. И я обратила внимания на то, что они редкого аквамаринового цвета.

Ладно, эксперименту быть! Но если Гром меня обманет, Светлые боги в свидетели, я найду способ ему отомстить. Не так давно выяснилось, что я могу быть весьма кровожадной.

Мэтр принес охапку сушеных листьев и кинул ее на пол. Знаком он показал мне раздеться. Я сняла пиджак Фреи и спустила вниз рукава платья. Гром тактично отвел глаза и поджег листья черной свечой. Я сосредоточилась и принялась думать о мистере Альбосе. Где его черти носят? Неужели отправился за мной в Санакот? Кто он вообще?

Листья догорели. Я загребла ладонью серый пепел и принялась обмазывать им обнаженную грудь. Гром исподтишка за мной наблюдал, и по его глазам невозможно было понять, о чем он думал в этот момент. Я обнаружила, что мои соски отвердели, и в эту же секунду пришло видение, сначала расплывчатое, затем картинка приобрела более ясные очертания.

Два голых тела на кровати, они занимались любовью.

Черт возьми, эта скотина в своем репертуаре! Я тут, значит, с ума схожу от переживаний, а он… Вот еще… похотливое животное!

Я резко открыла глаза и, ощущая жгучий стыд, принялась возиться с платьем. Руки не сразу попали в рукава, и я чуть было не разорвала тонкую ткань. Какая же я идиотка!

– Все в порядке? – спросил Гром. – Эй, Ли… С Челом что-то стряслось?

У меня не поворачивался язык сказать ему правду. Как я буду выглядеть при этом? Иду на жертвы ради человека, который этого совсем не стоил. Но разве Альбоса что-то мне обещал? Он обещал моему отцу – мистеру Миллу, присматривать за мной, вот и все. И ни разу – ни словом, ни делом он не дал понять, что я нравлюсь ему, как женщина мужчине. Он волочился за другими женщинами, игнорируя мое постоянное присутствие. Зачем тогда было хлопотать и поселять меня в Левизионе? Если я когда-то и разгадаю Челейва, то поверьте – это случится не скоро.

– С ним все хорошо. А не пора ли нам подумать об ужине? – голос мой дрожал, но я пыталась говорить беспечно.

– Извини. Совсем забыл.

– Только пусть это будут не яйца Гизеии! – взмолилась я.

– Варенье из одуванчиков, – обрадовал Гром, а потом тут же добавил, – это была шутка. Я придумал кое-что получше. Когда мне нужна сила, я пью энергетические коктейли с разными составами. Сейчас я тебе покажу, что и в каких пропорциях нужно смешивать.

И тут у меня возник вопрос: «А сразу нельзя было сделать мне коктейль. Зачем нужно было кормить яйцами змеи?» Ответ очевиден – Гром надо мной глумился.

Мэтр достал шейкер и принялся деловито подготавливать ингредиенты для напитка.

– Запоминай, Ли. Берем пчелиное маточное молочко, василек…

В мгновении ока я оказалась перед Громом, схватила его за грудки и поцеловала в губы. Что на меня нашло? Не знаю. Если мною двигала месть, то это была плохая идея. Еще и этот обряд… Я же видела, как друид смотрел на мою обнаженную грудь! Но он не ответил на мой поцелуй.

– Прости, – раздосадовано сказал Гром, – в эльфийской деревне живет девушка…

– Я поняла, – перебиваю его объяснения. – Извини, это было глупо с моей стороны.

После неловкого ужина мэтр скомкано попрощался со мной и отбыл в реал. Я села за учебники, но мысли витали где-то далеко от учения. В конце концов, я отложила книги и уткнулась лицом в подушку. Лучше поспать, чем думать про всякие глупости.

Проснувшись, я обнаружила белый клубок у себя на груди и вскочила, как ошпаренная. Гизеия открыла один глаз и по-кошачьи потянулась. А она точно змея? Странные, однако, повадки у питомицы Грома – эдакая кошка в змеином обличье.