Текст книги "О пользе проклятий"

Автор книги: Оксана Панкеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

– Правильно видишь, – откликнулась Эльвира, всхлипывая и вытирая лицо уже просто ладонями, так как платок был мокрый насквозь. – Чтобы я у него ещё что-то просила? Не дождётся!

– Перестань, – сказал Жак. – Ваши с ним постельные недоразумения – ваше личное дело. Могла бы и помочь подруге.

– Ну, давай я попрошу, – предложила Ольга. – Или Жак пусть попросит. Жак, правда, приведи себя в порядок, и сходи. Перестань рыдать, ты мужик или что? Посмотри на короля, вот с кого пример брать надо. Да посмотри на Киру, в конце концов. Глянь, на что ты похож, на тебя смотреть тошно. Умойся, причешись, надень камзол и сходи к королю. Ну что мне, к Элмару бежать? Одну же меня не пустят во дворец.

– Сходи лучше к Элмару, – сказала Тереза. – Куда Жак такой пьяный к королю пойдёт?

– Протрезвеет по дороге, – решительно заявила Ольга. – Я тоже такая же. А что делать? Церемония уже завтра.

– Значит, идите к Элмару, – настояла Тереза. – Пусть хоть один трезвый будет.

– А если Элмар сегодня тоже квасит? Нет, Жак, вставай, одевайся, и хватит плакать. Пойдём, я тебе свою идею изложу.

– Оставьте меня в покое, – пробормотал Жак и дотянулся до ещё одной бутылки с самогоном. – Я на ногах не стою. Пусть вас Элмар во дворец проведёт. Даже если он пьян, это все равно в порядке вещей и никто не удивится.

– Ну и сиди, – обиделась Ольга. – Где моя куртка и плащ? Кира, забирай меч, пошли к Элмару. Я надеюсь, хоть он-то трезвый.

Баронесса Арманди послушно надела перевязь и плащ и последовала за странной переселенкой в белых тапочках. А что ей оставалось делать? Эльвира, похоже, ещё и не в особой милости у короля, Жак лыка не вяжет, а делать что-то надо.

– Скажи, Ольга, – спросила она на улице, – а кто такой этот Жак? Он действительно имеет доступ во дворец?

– Он личный шут его величества, – пояснила Ольга. – И они большие друзья. Но ты же видишь, в каком он состоянии. Лучше мы пойдём попросим Элмара, он тоже мой друг и не откажется нам помочь.

– Ты говоришь о том же человеке, о котором я подумала? – осторожно уточнила Кира. – Принц-бастард Элмар, знаменитый герой, первый наследник престола? Он твой друг и ты его зовёшь по имени?

– Он не просто мой друг, он мой самый близкий друг. Он и ещё Жак. Ну, ещё король, но он не так… Знаешь, король всё-таки…

У Киры сразу создалось впечатление, что она имеет честь слышать откровенное хвастовство, но ссориться с пьяной провожатой ей не хотелось, и она решила перевести разговор на другую тему.

– А что это на тебе надето? – спросила она. – Ты бард, или что-то в этом роде?

– Не знаю… – задумчиво ответила Ольга. – Не успела разобраться. Вообще-то я работала в королевской библиотеке, но меня уволили после оглашения. И вообще-то я должна носить платье с передничком и этот траханый чепчик, чтоб ему… Но раз уж мне осталось жить меньше недели, какого хрена я должна над собой издеваться? Я достала из шкафа то, что мне нравится, и ношу. Это одежда моего мира. Джинсы и кроссовки.

– И что они означают? – спросила Кира, озадаченная до предела. Она могла предположить, что эта странная девушка – бард. Это было бы более-менее понятно. Ну, может быть воровка, бывают и такие. На самый худой конец – особо неудавшаяся воительница. Но простая горожанка без всякого класса… Видимо, эта переселенка так и не адаптировалась толком, в этом все и дело.

– Ничего. Ну, может быть, означают, что я одета не для официальной обстановки. Не более.

– А ты не опасаешься ходить по улицам в таком виде?

– А у меня пистолет есть, – Ольга похлопала себя по просторному карману куртки и, предваряя дальнейшие расспросы, добавила: – Я умею из него стрелять. И одного мудака уже пристрелила.

– Только одного?

– Больше не попадалось. Для тебя это, наверное, ерунда, ты же воительница… Диего тоже посмеялся и сказал, что после первого десятка пойдёт легче… Шуточки у него, однако…

– Диего – это кто? – уточнила Кира, надеясь, что речь больше не пойдёт о первых лицах королевства.

– Мой любовник, – без малейшего смущения пояснила Ольга. – Он мистралиец.

– Из эмигрантов?

– Нет, он убийца с Зелёных гор. Он просто иногда тут бывает.

– Послушай, – не выдержала Кира. – У тебя есть что-нибудь, что было бы, как у людей? Одеваешься ты непонятно во что, в кармане у тебя пистолет, друзья у тебя – король и его кузен, любовник – мистралийский убийца… Может, ты действительно бард? Профессиональная сказительница или шут, и развлекаешься, оттачивая на мне своё искусство?

– Нет, – засмеялась Ольга. – Я тебе чистую правду сказала. Просто у меня по жизни все, не как у людей. Это же ещё не все, я ещё пью и курю самым безнравственным образом, пишу стихи и обожаю кофе. А ещё у меня есть подруга-нимфа, жуткий бардак в квартире и Огонь барда.

– А, тогда понятно, – успокоилась Кира. – Огонь – это такая вещь, которая все объясняет. Я так сразу и подумала, что ты бард. И что ты забыла в этой библиотеке?

– Я же не знала, что такое Огонь, – погрустнела Ольга. – Это мне всего неделю назад объяснили толком. Я даже не успела разобраться, к какому же виду искусства у меня есть способности. А то стихи у меня не особенно получаются, ни слуха ни голоса у меня нет, рисую я как курица лапой… Но теперь это все не столь важно, как ты думаешь?

«Верно, – подумала Кира, грустно кивая. – Какое значение теперь имеет твой Огонь, моё воинское мастерство, красота Эльвиры и прочие бесчисленные достоинства пятидесяти девушек, предназначенных в жертву? И какое значение имеет это несчастное копьё, которое я так рвусь взять с собой? Умереть, как жертва, или умереть, как воин – разница невелика. Просто для меня важно в последние дни жизни чувствовать себя… достойно».

– А вот мы и пришли! – объявила Ольга, указывая на белую ажурную изгородь. – Вот тут живёт Элмар. Хоть бы он был дома и хоть бы он был трезвый…

– А у него что, тоже что-то случилось? – уточнила Кира.

– Да нет, он просто любит это дело… В смысле, забухать. Вдруг к нему друзья пришли или ещё чего… – Она толкнула калитку и приглашающе махнула рукой. – Заходи.

Они прошли через красивый ухоженный двор по дорожке, посыпанной белым песком, и по пути Ольга приветствовала всех, кто выглядывал на шум – привратника, садовника, служанку, кухарку, конюха и смотрителя оружейной. Видимо, её здесь хорошо знали.

На крыльце их встретил сам принц-бастард Элмар, вероятно, тоже привлечённый голосами во дворе. Он был именно таким, каким Кира представляла его себе по многочисленным балладам и сказаниям – огромный сильный мужчина с благородным лицом и вдохновенными глазами поэта. Правда, на этот раз он был не в доспехах, а в домашней рубахе и в тапочках. Пушистых высоких тапочках из медвежьей шкуры, к которым были приделаны круглые медвежьи уши из того же меха, глаза из бусинок и вышитая красной шерстяной ниткой пасть.

– Привет! – радостно возгласила Ольга, издали махая ему рукой. – Познакомься, это Кира.

Видимо, понятия об этикете у неё были весьма расплывчатые.

– Баронесса Арманди из Крамати, – представилась Кира, кланяясь согласно этикету, как положено перед особами королевской крови. Принц ответил тем же, после чего улыбнулся и протянул руку в традиционном воинском приветствии.

– Здравствуй, подруга.

– Здравствуй, товарищ, – ответила Кира, сплетая с ним руки в особом классовом рукопожатии, как принято у воинов между своими.

– Элмар, – воззвала Ольга, с любопытством за всем этим наблюдая. – Я забыла, как я должна приседать перед принцами?

Принц-бастард Элмар нахмурился и строго сказал:

– Не знаю, как насчёт остальных принцев, но при виде меня ты должна немедленно завизжать с должным восторгом, повиснуть у меня на шее и дрыгать ногами, пока я тебя не поставлю на землю.

Кира понаблюдала, как она с должным восторгом дрыгает ногами, и поняла, что совершенно зря сомневалась в её словах и принимала их за пустую похвальбу. Принц-бастард Элмар, видимо, такой человек, с которым можно запросто дружить любому – будь ты провинциальная баронесса или несостоявшийся бард. Человек простой и душевный, не признающий сословных ограничений. Ведь говорят же, что он всерьёз намерен жениться на нимфе-танцовщице…

– Заходите, – радушно пригласил он, распахивая дверь в дом. – Посидим, выпьем, познакомимся поближе…

– Элмар, – попросила Ольга. – А не мог бы ты сначала нам помочь в одном деле, пока хоть Кира ещё трезвая, а потом уж выпьем? Ей очень, ну просто позарез надо к королю. У неё к нему большая просьба жизненной важности. А её некому проводить и представить. Эльвира в соплях и в трансе, Жак пьяный, как сантехник, а больше мне не к кому обратиться. Не Камиллу же под окнами высвистывать. Поможешь?

– Вот и заходите, – вздохнул принц-бастард. – Шеллар как раз сидит у меня в гостиной, как нечто среднее между Жаком и Эльвирой, и мы с Азиль его развлекаем.

– Ой, как он вовремя! – обрадовалась Ольга и дёрнула Киру за рукав. – Ну, пойдём же. Элмар, а что с ним такое? Он хоть ещё не дошёл до розовых слонов?

– Ну что ты, – укоризненно сказал Элмар. – Он практически трезвый. А что с ним такое… Из-за этого отбора, я полагаю. Из-за тебя, из-за Жака, из-за Красса и прочих верных ему людей, которые пострадали за свою верность и которым он ничем не может помочь. И ещё у них с Флавиусом там какие-то накладки вышли по его ведомству… Давненько я не видел его величество в такой депрессии. Если честно, вообще никогда не видел. Давайте плащи, я сам повешу. Я вчера дворецкого уволил, нового пока не нашёл…

– А за что?

– За дело, – проворчал его высочество, что означало отказ от объяснений. – Заходите. Может, Шеллар хоть тебе обрадуется.

– Как же, – погрустнела Ольга. – Только сильнее расстроится, наверно…

Король Шеллар III действительно сидел за столом в гостиной, уложив подбородок на кулаки и безучастно уставившись в пространство. Он был точно такой, каким Кира знала его по многочисленным описаниям – по-лондрийски некрасивый, коротко стриженый, с неизменной трубкой в зубах. Рядом сидела невероятно красивая девушка со странными глазами – видимо, та самая знаменитая нимфа Элмара.

– Шеллар! – возгласил принц-бастард, протискиваясь в дверь вслед за девушками. – Смотри, кто к нам пришёл!

Король повернул голову, увидел Ольгу и безучастность в его взгляде тут же исчезла, сменившись болью.

– Здравствуйте, ваше величество! – сочувственно сказала Ольга, бессовестно пренебрегнув приседаниями и прочими тонкостями этикета. К счастью, её нахальства не хватало на то, чтобы обращаться на «ты» к королю, а то этим бы она доконала Киру окончательно. – Вот, познакомьтесь, это Кира Арманди.

Король перевёл взгляд на Киру, отложил трубку и медленно встал, не сводя с неё глаз, словно зацепился за что-то. Она поклонилась подобающим образом и почтительно остановилась в нескольких шагах от стола, а король все стоял, выпрямившись во весь свой немалый рост, и продолжал смотреть на неё со странным болезненным интересом. Потом вдруг спохватился, смутился, коротко поклонился в ответ, пробормотал, как он рад, и снова сел.

– А это Азиль, – сказала Ольга, дружески обнимаясь с нимфой. Азиль улыбнулась Кире, посмотрела на неё, странно задержав взгляд, и предложила сесть.

– Ты неплохо выглядишь, – сказал король, обращаясь к Ольге с почти отеческой теплотой в голосе. – Твой страх прошёл или ты просто много выпила?

– Нет, – ответила та, нахально усаживаясь между его величеством и нимфой. – Просто у меня появилась одна дельная мысль.

– Дельная мысль? – приподнял брови король. – Поделишься? У меня уже третьи сутки ни одной дельной мысли нет, и я начинаю сомневаться в своих умственных способностях.

– Только не сейчас, – Ольга умоляюще посмотрела на короля. – Потерпите до завтра, ваше величество. До церемонии.

– Ольга, – встревожился король, – я надеюсь, ты не собралась надо мной жестоко подшутить и твоей «дельной мыслью» не является попросить у меня ночь любви?

– Увидите, – загадочно улыбнулась Ольга. – Вам понравится. Только не расспрашивайте меня до завтра. Лучше выслушайте, пожалуйста, Киру. У неё к вам дело. Помогите ей, если сможете.

Его величество обратил внимательный взгляд на Киру и серьёзно сказал:

– Я вас слушаю, баронесса.

Кира слегка удивилась – она точно помнила, что её титул не назывался, когда Ольга представляла её королю.

– Что вас удивило? – тут же спросил он. Поразившись его способности мгновенно читать чувства людей по их лицам, Кира честно сказала:

– Я удивилась, откуда вы знаете мой титул.

– Не удивляйтесь, – грустно вздохнул король. – Список жертв я знаю на память, вместе с титулами, ближайшими родственниками и краткими биографиями. Излагайте ваше дело, я помогу вам… если действительно смогу.

Кира вкратце изложила свою проблему, надеясь, что его величество не сочтёт за наглость её попытку урвать сразу две просьбы вместо одной и всё-таки сможет чем-то помочь. Он внимательно выслушал её объяснение и коротко кивнул.

– Я пошлю в ваш замок корпус паладинов. Элмар, слышал? Собери ребят, завтра в поход.

– Верхом? – уныло уточнил принц-бастард.

– Я распоряжусь насчёт магов. Иначе этот замок разнесут, пока вы доедете, знаю я вас, в каждом кабаке будете привалы устраивать.

– Он шутит, – поспешно сказал Элмар, обращаясь к Кире. – Мы так не поступаем в походе. Шеллар, шлёпни приказ прямо сейчас, а я пошлю Иласа в казармы, чтобы там начали ребят оповещать. А то завтра опять до полудня будем искать Лавриса. Да и Палмер третий день в запое.

– Дай мне бумагу, перо и чернила, – сказал король и добавил: – А Палмеру надо было жениться на Эльвире, чтобы теперь не пить с горя.

– Шеллар, – вздохнул принц, открывая дверцы шкафов в поисках указанных предметов. – У Палмера две незамужние сестры. Он три дня выбирал. На четвёртый мы его поймали за руку, когда он пытался перерезать себе горло, и ещё сутки его поили до беспамятства и вели с ним утешительные беседы. Он сделал свой выбор и мы всё-таки уговорили его жить. Но с тех пор он начал пить запоями.

– Я не знал, – король горестно запустил пятерню в свои стриженые волосы и тяжко вздохнул. – Надо же быть такой злопамятной и целеустремлённой сукой! За каким хреном я её прогнал? Надо было не прогонять, а попросить Флавиуса организовать ей несчастный случай. Она ведь всё-таки села Хаббарду на шею и ножки свесила. Ты видел список?

– Видел, – проворчал Элмар, подавая кузену письменные принадлежности. – На, пиши. Не отвлекайся.

Король проворно заскрипел пером по бумаге, и разговор прервался – все почтительно замолкли, чтобы не мешать его величеству работать. Кира следила, как на бумаге возникает мелкая цепочка рун, которые король чертил стремительно и почти не задумываясь, и поражалась, как просто все получается. Слишком как-то просто. Сначала эта простая, как табуретка, и в то же время чудная Ольга, потом простой и славный принц Элмар, теперь – такой же простой и ужасно печальный король, столь же просто прямо на её глазах создающий государственный документ на залитой вином скатерти… Простота в таком количестве была уже удивительна.

Король завершил свой труд лихим росчерком подписи, придавил перстнем с печатью и подал документ Элмару, который немедленно направился куда-то на улицу. Затем его величество снова обратил свой печальный взор на Киру.

– Если я могу ещё что-то для вас сделать, скажите. Вы… я восхищён вашим мужеством, баронесса, и я… сделаю для вас все, что в моих силах.

– Благодарю вас, ваше величество, – ответила Кира, не решаясь все же злоупотреблять внезапной королевской щедростью. – Мне больше ничего не нужно. Завтра на церемонии я попрошу разрешения взять с собой оружие… И это все.

– Что ж, – король как-то нервно и смущённо улыбнулся. – Тогда позвольте предложить вам вина. Или вы предпочитаете иные напитки?..

В результате Кира всё-таки оказалась вовлечена в печальную попойку, хотя, конечно, не настолько печальную, как в доме королевского шута. Слезу пустил только принц-бастард, когда уже основательно набрался и стал горько жаловаться, как ему будет не хватать Ольги. Король, несмотря на своё удручённое настроение, оказался величайшим мастером спаивать присутствующих дам, так что Ольга в конце концов допилась до того, что порадовала общество чтением стихов, а Кира утратила почтительность к особам королевской крови и нагло обыграла его высочество в «башенки». Семь раз подряд. Принц-бастард сокрушённо почесал затылок и воззвал: «Шеллар! Вступись за честь короны!» Король вздохнул, сказал, что это скучно, и занял его место, после чего Кира, к своему изумлению, проиграла восемь партий из десяти. Король, в свою очередь, тоже изумился и сказал, что он, наверное, слишком много выпил, потому что до сих пор у него никто не выигрывал, а Ольга ехидно напомнила ему про какой-то покер на раздевание. Все это время прекрасная нимфа молча наблюдала за ними, переводя взгляд то на короля, то на Киру, и глаза у неё при этом были невероятно грустные.

Наглая Ольга явилась на церемонию все в тех же столь любимых ею джинсах и кроссовках и сером свитере, с флягой чего-то спиртного в руках и неизменной сигаретой в зубах. Её Кира увидела сразу, такую особу трудно было бы не заметить. А рядом с ней она узнала и вчерашнюю компанию, рыдавшую в доме господина Жака – Эльвиру и Терезу. Ольга как раз о чём-то с ней горячо спорила.

– Ну как это ты не можешь? – как раз говорила она, когда Кира приблизилась к ним. – Тереза, ты же на войне была!

– Не была я на войне! – возразила Тереза. – Я работала в тыловом госпитале и оружия в руках не держала.

– А как же партизаны и все такое?

– И в партизанах я не была. Мы их просто в нашей больнице лечили потихоньку от немцев.

– Но ты хотя бы гранату бросить сумеешь?

– Не пробовала, – вздохнула Тереза. – Да и откуда здесь граната?

– Но ты хотя бы видела живьём огнестрельное оружие?

– Видела, конечно. Но что с того толку?

– Тереза, ну давай с нами, я тебе потом все объясню насчёт толку. Тебе же все равно нечего просить. У тебя же никого больше нет, а для Жака король и так все сделает, что он сам попросит.

– О чём это вы? – спросила Кира, поприветствовав подруг.

– Ольга уговаривает Терезу присоединиться к вам в битве с драконом, – вздохнула Эльвира. – Делать ей нечего, вот и выдумывает, что попало. Зачем ей эта Тереза? Все равно ведь дракона вы не одолеете, двое вас там будет или трое…

– Не знаю, – сказала Кира.

– Кира, – обратилась к ней Ольга, – помоги мне уболтать Терезу. Ну ни на что не ведётся!

– А почему это для тебя так важно? – спросила Кира, действительно недоумевая, зачем Ольге понадобились лишние бойцы, раз это все равно не играет никакой роли. – Какая разница, сколько нас будет? Мы все равно умрём, так или этак. Неужели ты думаешь, что нам повезёт больше, чем всем героям, которые полегли в битве с драконом? Ты всерьёз надеешься, что две-три девушки с мечами, из которых две этими мечами не владеют, смогут победить?

– О мечах никто не говорил, – нахмурилась Ольга. – И ты, когда будешь просить, не вздумай ляпнуть насчёт меча. Вообще не оговаривай вид оружия. Я ещё не знаю, что я найду.

– Постой, о чём речь? – остановила её Кира. – Вчера ты говорила о каком-то месте и государственной тайне, но толком не объяснила. Может, теперь объяснишь?

– Прямо здесь? При таком скоплении народа? Я тебе потом объясню. Это же правда государственная тайна. И потом… Нет, не буду, вдруг кто подслушает и застучит. Просто положись на меня. Если не выйдет, меч взять всегда успеешь. У Элмара даже штурмовое копьё есть, если хочешь. Он даст, оно ему все равно не нужно. Тереза, ну ты хоть понимаешь, на что я намекаю? Тебе Жак не говорил?

– Нет, – качнула головой Тереза. – Но я, кажется, понимаю, на что ты намекаешь. Намекни ещё раз. По-другому.

– Пожалуйста. Помнишь, как мы, переселенцы, сюда попадаем?

– Поняла, – кивнула девушка. – Кажется, поняла.

– Поняла, почему я именно к тебе обращаюсь? Хоть ты и не умеешь, ты, по крайней мере, знаешь, что это такое.

– Хорошо. Ты меня уговорила. Я с вами. Может, ты и права… Может, это и выход… Да, я согласна.

– Вот и чудненько, – обрадовалась Ольга и достала новую сигарету.

– Я по-прежнему ничего не поняла, – вздохнула Кира. – Но так и быть, подожду.

Она оглядела толпу жертв, топтавшихся в приёмной в ожидании момента, когда им пора будет пройти в тронный зал. Все были зарёванные и перепуганные, и периодически кто-то падал в обморок. На этот случай поблизости околачивались несколько мистиков из ордена Десницы Господней, которые приводили бедняжку в чувство и усаживали на стульчик в сторонке.

В приёмную вышел распорядитель церемоний и попросил уважаемых дам построиться парами и подровняться. Дамы построились и подровнялись, отчего Киру разобрал смех. Если раньше они напоминали разбредшееся по полю стадо коров, то теперь стали похожи на все то же стадо, которое пастух попытался выстроить в колонну по два. Она встала в пару с Эльвирой, позади них встали Ольга и Тереза.

– Заходить по четыре, – объяснил распорядитель. – Излагать просьбу чётко и внятно. Невозможного не просить. Если окажется, что выполнить просьбу его величество не в состоянии, вы можете попросить что-либо другое. Если есть вопросы, прошу обращаться ко мне. Сударыня, погасите сигарету. Вы ведёте себя неподобающе.

– Не погашу, – нагло ответила Ольга. – И что вы мне сделаете? Вы даже не выведете меня отсюда, потому что я имею право на просьбу. В дракона разве что превратитесь, тогда я, может, испугаюсь. Придумали тоже, неподобающе! Я в воскресенье умру, мне насрать на подобающее поведение и прочую фигню. И вообще, его величество разрешил мне курить везде, где мне хочется.

Распорядитель со вздохом отошёл и скрылся за дверью тронного зала. Видимо, вращаясь при дворе, он привык и не к таким выходкам, и достать его чем-либо было сложно.

– Ольга, – тихонько сказала Кира. – Я все понимаю, но зачем же хамить всем подряд?

– А я сегодня собралась всех иметь в полный рост, – сообщила Ольга, нахально улыбаясь. – Особенно господина Хаббарда. Для него я припасла сюрприз. Главное, никто ничего не поймёт, а он будет ещё полчаса обтекать и ничего не скажет, а то ведь тогда все поймут.

– Ну хоть короля-то не надо, – попросила Тереза.

– Ну что ты, я же его обожаю, он душка, разве я его обижу? Только подшучу немного.

– Короля поимею я, – пообещала Эльвира. – Как ты выражаешься, в полный рост. Во все его пять локтей и четыре пальца.

– Это столько в нём росту? – уточнила Ольга. – То есть, где-то два ноль восемь… Ни фига ж себе… а сколько же тогда у Элмара? Два двадцать? Эльвира, а за что ты его так? Что у вас с ним вышло?

– Извини, – нахмурилась Эльвира, – я не хочу распространяться об интимных подробностях.

На этом разговор сам по себе угас, и все стали молча ждать своей очереди, формулируя в уме свои просьбы.

Они оказались в одной четвёрке и в зал вошли все вместе. В зале оказалась толпа народу, совершенно лишнего для церемонии – видимо, господам придворным было интересно само зрелище, или же они коллекционировали особо дурацкие просьбы. Ольга тихо хихикнула, увидев короля в официальном протокольном облачении и короне, которая смотрелась на нём смешно и нелепо.

– Выйдите на середину зала, – объявил распорядитель церемоний, – назовите своё имя и изложите свою просьбу.

Кира оказалась первой. Она расправила складки камзола и строевым шагом вышла на середину зала.

– Я баронесса Арманди из Крамати, – громко произнесла она. – Я прошу разрешения взять с собой оружие, чтобы сразиться с драконом и умереть, как подобает воину.

– Нельзя, – тут же послышалось из-за стола Комиссии. Это сказал председатель, тот самый печально известный господин Хаббард.

– Можно, – возразил король.

– Это не разрешено Законом, – закипятился председатель.

– Это не запрещено Законом. Значит разрешено. – Король отвечал скучающим тоном, развалясь на своём троне и всем своим видом давая понять, как его утомили эти бесконечные перебранки с Комиссией.

– Это запрещено! – уже не так уверено заявил господин Хаббард.

– Где? Процитируйте.

– Часть третья, глава пятая. Девушки должны явиться к месту отправки в нарядных платьях, элегантно причёсанные и убранные цветами.

– Не платьях, а одежде, – поправил король. – Вечно вы перевираете. И где здесь что-то запрещено? Ничего не запрещено. Они могут взять с собой все, что считают нужным. Любимую куклу, таблетки от головной боли, три смены платьев, штурмовое копьё, комнатную собачку, мешок дерьма, столовый сервиз – все, что в состоянии унести. Даже если вы считаете вопрос спорным, моё право решать и я разрешаю. – Он встал и поклонился Кире. – Позвольте выразить вам моё восхищение, отважная воительница. Ваше мужество будет воспето в балладах и сохранено в истории королевства.

Возможно, он просто из вежливости её похвалил, но все равно было приятно. Кира повернулась, чтобы вернуться на место, но её остановил ехидный голос из-за стола Комиссии.

– И куда вы прицепите свой меч, баронесса? К подолу вашего бального платья?

Ах ты сволочь, обиделась Кира. Ещё и издеваешься? Она обернулась и посмотрела на герцога в упор, чтобы он хорошо видел её глаза и не надеялся заметить там страх или отчаяние.

– Нарядная одежда воина – парадные доспехи, – твёрдо сказала она. – Элегантная причёска воина – парадный шлем. А бальное платье больше пойдёт вам, ваша светлость, поскольку у меня есть сомнения в том, что вы мужчина.

В зале немедленно смолкли разговоры, и в наступившей тишине было отчётливо слышно, как его величество давится от смеха.

– Браво! – наконец, крикнул он и несколько раз хлопнул в ладоши. – Достойный ответ на дурацкий вопрос, вы не находите, господа?

Придворные послушно, но как-то вяло зааплодировали, с опаской оглядываясь на герцога Браско, и под эти неуверенные аплодисменты Кира вернулась на своё место.

– Круто! – восхищённо заявила Ольга. – Ты его поимела, как хотела! Он теперь до конца церемонии будет сидеть, как обосранный!

– Послушай, – не выдержала Кира, – ты этой изящной словесности уже здесь нахваталась, или с собой привезла?

– А что, – съязвила Ольга. – Вас это шокирует? Ваши солдаты изъясняются классическими стихами?

– Солдаты есть солдаты, а ты-то где этого набралась? В королевской библиотеке?

– Да нет, – засмеялась Ольга. – Это я из дому привезла.

– А чем ты занималась дома?

– Изучала языки и литературу. Изящную словесность, в общем, – пояснила Ольга, наблюдая, как на середину зала величественной походкой выходит красавица Эльвира.

– Я Эльвира Люменталь, – с обычным своим отчуждённым спокойствием произнесла она. – Я прошу, чтобы вы, ваше величество, принесли мне свои извинения. Сами знаете, за что, но если не догадываетесь, могу сказать.

Король медленно выпрямился и в наступившей тишине коротко и серьёзно спросил:

– Публично?

– Да, здесь и сейчас.

– В какой форме?

– Как вам будет угодно.

– Должен ли я подробно указать, за что именно, невзирая на то, что здесь присутствуют дамы?

– Не обязательно.

– Должен ли я при этом преклонить колено перед вами?

– Нет, ваше величество, я хочу, чтобы вы смотрели мне в глаза.

Присутствующие, затаив дыхание, слушали этот странный обмен вежливыми репликами, которые и король, и его придворная дама произносили одинаково ровным и серьёзным тоном, и с трепетом ожидали продолжения. Король с каменной вежливостью на лице спустился по ступеням, подошёл к Эльвире вплотную и все тем же ровным серьёзным тоном произнёс, глядя ей в глаза:

– Госпожа Люменталь, я приношу вам свои извинения за то, как я обошёлся с вами год тому назад. Я прошу у вас прощения за моё поведение, недостойное короля. Я прошу вас простить меня за то, что относился к вам без должного уважения, унижал вас, оскорблял и хамил. Я ничего не упустил?

– Благодарю вас, ваше величество, – точно так же ровно ответила Эльвира, и они, одновременно развернувшись, как часовые при смене караула, чинно разошлись по своим местам. Ольга, сунув руки в карманы, зашаркала своими белыми кроссовками на середину зала, спеша занять место Эльвиры.

– Это и все, чего ты хотела? – удивлённо спросила Кира. – Вы что, так не могли разобраться в своих недоразумениях?

– Я не думала, что это будет… так, – вздохнула Эльвира. – Я ожидала, что он станет сопротивляться, а я буду настаивать… Что он разозлится, что ему будет стыдно, что он будет чувствовать себя униженным… А он даже не дрогнул. И даже не покраснел. И глаз не отвёл. Словом, лишил меня единственного и последнего удовольствия. – Она ещё раз вздохнула и печально изрекла: – Козлы они все, мужики…

Тем временем Ольга, представившись, принялась излагать:

– Ваше величество, у меня к вам есть одна просьба, очень, как бы сказать… личного характера. Вы не возражаете, если я выскажу её вам наедине, чтобы… э-э… ну, вы меня понимаете.

Король обхватил ладонью подбородок и скорбно заломил брови.

– Вы что, сговорились? – жалобно сказал он и повернулся к придворному магу. – Мэтр Истран, я вас очень попрошу… В мой кабинет. Ольга, подойди ближе.

– Так нельзя! – заявил председатель Комиссии. – Просьба должна быть высказана публично.

– Процитируйте, – небрежно откликнулся король. По-видимому, эта реплика у него уже была отработана до уровня рефлекса. Господин Хаббард засопел, но промолчал. Предполагаемой цитаты явно не существовало, а врать королю было бесполезно – оба злосчастных закона он, разумеется, знал наизусть. Ольга обернулась, очаровательно улыбнулась председателю и показала ему кулак с отставленным средним пальцем. Видимо, это что-то означало, поскольку господин Хаббард задохнулся от возмущения и пошёл красными пятнами, однако не сказал ни слова. Эльвира тихо хихикнула и объяснила Кире, что этот жест аналогичен мистралийским двум пальцам или же родному ортанскому кулаку. Это ей как-то Жак рассказывал.

А тем временем Ольга со своим пальцем скрылась в сером тумане, оставив Киру в полном недоумении. Вот уж, никогда не знаешь, чего ждать от этих бардов…

В кабинете король сел на край стола, содрал с головы корону и с силой стукнул ею по стопке бумаг.

– Ну, давай, – сказал он. – Излагай, я уже ко всему готов. Мэтр Истран тебе не мешает, или попросить его покинуть кабинет?

– Ваше величество, – умильно улыбнулась Ольга. – Мэтр нам совершенно не мешает, вы ведь ему доверяете? Я хотела попросить вашего разрешения покопаться в секретном складе «бин» на предмет подходящего оружия против дракона. А вы что подумали?

– Что угодно, – вздохнул король. – Ты же непредсказуемый человек, с тебя сталось бы попросить, чтобы я публично сплясал на столе в голом виде, подал тебе чью-нибудь голову на блюде, или ещё что-нибудь такое, что ночь любви показалась бы невинной шуткой. Кто тебе сказал про склад? Жак?