Текст книги "Ведьмочка в Академии Магов 3 (СИ)"

Глава 6

– И когда же это произойдет? – проведя тонким пальчиком с острым ноготком по голой спине любовника, спросила Аделин. – Скажи мне, как скоро ты сделаешь меня вдовой?

В постели Кайлен Саверлок оказался так себе. Доставил ей мало удовольствия, потому что молодой герцог думал преимущественно о своем собственном. Но Аделин сделала все, чтобы показать ему, какой он неистовый любовник, утверждая, что тот намного лучше ее мужа.

Мужа, который бросил Аделин без малейшего сожаления, хотя она любила Ильдара и была ему верна. Вместо этого он объявил, что уже начал процесс развода, так что с этого момента в ее спальне появляться он больше не будет.

Хотя она уже позабыла, когда видела его в последний раз.

Но пока документам не дан ход, Ильдар предостерег Аделин от появления у той любовников, сказав, что ей стоит проявить благоразумие. Заодно пообещал, что после развода она станет не только богатой, но и свободной женщиной, после чего сможет жить в свое удовольствие.

Но если пожелает, то Ильдар найдет достойного мужа.

Напрасно Аделин рыдала, умоляя его не бросать. Утверждала, что любит лишь одного его и что им стоит продолжать пытаться – она обязательно родит ему наследника.

Но Ильдар был непреклонен. Сказал, что решение уже принято и назад пути нет.

Ну раз так, то Аделин его тоже приняла и не собиралась отступать.

– Я хочу получить все, – перед тем как кинуться в объятия молодого Саверлока, заявила она. – Отобрать у Ильдара не только трон Элеона, но и его жизнь. Наказать его за то, что он…

За то, что поступил с ней так жестоко.

Охладел, стоило появиться на горизонте королеве из Ноктарии. Потому что до Аделин дошли слухи: Ильдар собирался жениться именно на ней, надеясь, что та родит ему еще одно дитя.

Да, она видела Энивиру на приеме, и ее сердце сжалось от подобной Темной, демонической красоты. Пусть королева Ноктарии была старше почти на пятнадцать лет, невозможно было отрицать ее завораживающую привлекательность.

И ее муж… Ему хватило одного лишь взгляда, всего лишь короткого разговора, чтобы принять решение.

За это он умрет.

И уже скоро.

– Когда?! Скажи мне, Кайлен, как скоро я смогу уже разыгрывать неподдельное горе и лить слезы у ложа покойника? – принялась выспрашивать у него Аделин. – Примерить черное, которое мне к лицу? И приблизить наш с тобой счастливый союз – нового короля и королевы Элеона?

На лице молодого Саверлока появилась довольная улыбка.

– Скоро, – уверенно отозвался он. – У меня осталось одно незаконченное дельце. Личное. Как только я его проверну…

– Что?! – вскинулась Аделин. Да так, что подскочила с любовного ложа. – Как ты мог?! Ведь то, что должно произойти с моим мужем, – это намного важнее каких-либо личных дел…

И тут же прикусила язык, потому что на лице Кайлена появилось недовольное выражение. Ему не понравилось, что она его в чем-то упрекнула, и Аделин прекрасно это видела.

Поэтому она попыталась исправить положение, сказав себе…

Она избавится от него сразу же, как только тот разберется с ее мужем. Кайлен плох в постели, на него невозможно положиться, потому что он ставит свои интересы выше ее, – зачем ей такой ненадежный мужчина рядом?

Пусть он выполнит свою роль, после чего…

– Уже скоро, – отозвался тот. – Сперва мои люди потренируются на одной надоедливой девице, которая раздражала меня еще в Южной провинции. Как только с той будет покончено, мы решим твою…

– Нашу, – напомнила ему Аделин.

– Ты права, – согласился герцог. – Нашу королевскую проблему.

Потянулся к ней, показывая, что снова готов к постельным утехам, но тут…

Темная волна прошла по телам двух любовников, заставляя их отпрянуть друг от друга. Вернее, отпрянула одна лишь Аделин. Подскочила с кровати и тут же кинулась поднимать сорочку, подзывая верную служанку, дожидавшуюся за ширмой.

– Что происходит? – нахмурился Кайлен.

– Похоже, ты забыл, как начинаются прорывы из Лабиринта, – быстро произнесла Аделин. – Мне нужно срочно вернуться к себе. Если это серьезно, то меня могут хватиться. – Посмотрела на него. – Выходит, снова все откладывается?!

За дверями, взволнованно переговариваясь, пробежали слуги, а затем послышались тяжелые шаги стражи. Дворец готовился к возможной осаде – если толпы монстров, как и в прошлые разы, попытаются добраться до королевской семьи.

– Откладывается? – переспросил Кайлен. – Как раз наоборот. Такой переполох мне только на руку. Мои люди сегодня закончат то, что должны, в столичной академии. Затем мы решим нашу проблему побольше.

***

– Лабиринт! – выдохнул Северин на мгновение раньше того, чем успела это сделать я.

Я уже собиралась повторить это проклятое слово, но заметила, как сильно исказилось лицо капитана команды Шаддара. На нем проявилась столь неприкрытая ненависть, что я, честно говоря, растеряла почти всю свою.

Потому что Александра Дельвейн росла далеко от подобного ужаса, с которым постоянно сталкивались люди как в центральных регионах Элеона, так и в Темном мире. Лабиринтов в моей жизни до приезда в столицу не было, и я знала о них лишь понаслышке.

Не сказать, что у меня были тепличные условия в Западной провинции, – как-никак, родители от меня отказались, подбросив к двери приюта, за который они сперва платили, а потом перестали.

Но если в Хлыстах мне жилось еще более-менее, то в сиротском королевском приюте пришлось буквально вести бой за собственное выживание.

С переменными результатами, в которых моментов успеха было больше, чем провалов.

Но все мои трудности меркли перед тем, с каким чувством посмотрел Северин на темную скалу, нависавшую над нашей академией. Словно внутри нее жил смертельный враг, и Темный не остановится, пока не прикончит то, что обитает в искаженном пространстве изнанки миров и постоянно прорывается к людям. С одной лишь целью: уничтожить все живое.

Либо Лабиринт не прикончит уже его.

– Мне надо идти, – произнес он. – Возвращаться к своей команде. Мы будем в первых рядах тех, кто встретит вторжение Тьмы, пусть мы сейчас и в Светлом мире.

– Иди, – сказала ему. – Это будет правильное решение. Я тоже соберу своих, и мы… Мы к вам присоединимся.

Последнее я произнесла с запинкой, изумившись тому, что я вообще такое сказала.

Не так давно, стоило мне прибыть в Академию Магов Альтариса, как я уверенно заявила самой себе, что и ноги моей не будет не только в Лабиринте, но и рядом с ним. Зато сейчас…

Неужели я собиралась встать на защиту родной академии и столицы и воевать против монстров плечом к плечу с остальными магами?

Кажется, именно это я и произнесла – и это была странная вещь для Александры Дельвейн!

Подозреваю, за такое я бы получила строгий выговор от Верховной, а затем пожелание вспомнить наши уроки в Гржине. После чего прекратить дурить, надеть самые лучшие свои чулочки и изобразить из себя деву в беде, которую должны спасать остальные.

А не я – их.

Потому что уважающие себя ведьмочки такими вещами не занимаются!

Но…

– Будь осторожна, – произнес Северин, – и не лезь на рожон. Все же будет лучше, если ты…

– Если я что?..

– Предоставишь это тем, кто уже таким занимался, – констатировал Темный.

– Мне кажется, это ты лезешь не в свое дело, – огрызнулась я, и Северин, немного подумав, кивнул.

Но на его лице была написана тревога, и я почти не сомневалась, что волновался он за меня.

– Я пробью для тебя портал к факультету, – предложил он.

– Уж как-нибудь обойдусь и без твоей помощи, – сказала ему, после чего вскинула руку и распахнула свой собственный.

Красиво вышло, с первого раза.

Я бы могла собой гордиться, но сейчас мне было не до этого – потому что, родившись в недрах Лабиринта, по территории академии прокатилась вторая волна. Она показалась мне более темной и интенсивной, и Северин, кинув на меня еще один взгляд, открыл портал уже для себя.

Ушел, а я осталась, прикидывая, что мне делать дальше.

Портал порталом, но сперва стоило загнать в него церберов и не забыть прихватить Колюча – нечего ему болтаться по территории одному. Они пригодятся мне в качестве охраны.

Перед этим не помешает отправить нежить на разведку, попросив упырей, чтобы те следили как за входом на факультет Некромантии, так и сообщали мне обо всем, что происходит в академии.

Они должны снова стать моими глазами и ушами. Следить за тем, как далеко пробрались монстры и где может понадобиться наша помощь.

Уверена, как студенты Академии Альтариса, так и прибывшие на состязания команды – если они смогут, то дадут бой Тьме. Более слабые спрячутся в безопасных местах, как произошло в прошлый раз, тогда как мы с подругами станем оборонять факультет, если на него нападут…

Внезапно раздался вой – но не скорбный, как в прошлый раз, а напуганный.

И я подумала… Конечно же, зверинец!

Его питомцы остались беззащитны перед нападением монстров, которым все равно, чем лакомиться, – главное, чтобы была кровь и плоть. Никто не бросится их отстаивать, потому что все сочтут, что люди важнее.

А там… Там мои яйцекусы, целых семнадцать ящерок! И еще волколаки, виверны и две горгульи – обитатели нашего зверинца, а ведь с командами прибыли также мантикоры, огненные саламандры и несколько сумеречных рысей!

Хорошо, допустим, горгульи, мантикоры и виверны заперты так, что к ним не подступиться ни с земли, ни с воздуха, но остальные, бескрылые, могут пострадать. Особенно мои ящерки – за них мне было страшнее всего.

Ну что же, я пошла – да, ножками, но ускоряя ход, пока не сорвалась на бег. За мной трусили церберы, а где-то сбоку по газону топал Колюч. Я улавливала его мысли: он хотел ко мне на руки, но сейчас я взять его не могла.

Потому что недавно услышала другие слова – от Высшей нежити, успевшей отправиться на разведку в разные концы академии. Один из них уже был возле зверинца и сообщал, что дотуда докатилась первая волна монстров, поэтому мне надо бы поспешить. Но сделать это осторожно – не прыгать через порталы, чтобы случайно не угодить какой-нибудь страхолюдине прямиком в пасть.

Потому что страхолюдины в Лабиринте обитали отборные – я успела убедиться в этом на личном опыте.

Тут в сумеречном воздухе зазвучал усиленный магией мужской голос. Но говорил вовсе не наш ректор, никогда не отличавшийся особой храбростью – вот, ему даже «Садовый Альманах» не помог, – а декан Брир.

Будничным тоном он сообщал о прорыве из Лабиринта и призывал студентов начальных курсов немедленно укрыться в специально приготовленных для этого местах на собственных факультетах. Прибывшим для участия в состязаниях командам, если они не на балу, Брир советовал забаррикадироваться в коттеджах.

Тех же, кто имеет боевой опыт, он будет ждать у входа в главный корпус.

Похожее относилось и к явившимся на бал – им следовало строго слушать приказы преподавателей. Большая часть студентов немедленно отправится в убежище, тогда как старшие курсы, способные и готовые противостоять натиску Тьмы, должны сообщить об этом кураторам и магистрам, после чего те скоординируют дальнейшие действия.

– Будем смелыми и сильными! Только так мы сможем дать отпор нечисти из Лабиринта, показав, что зря они пробуют людей на прочность, – закончил свою речь Брир.

– Им вообще все равно, кого пробовать, – пробормотала я. – Главное, чтобы это было съедобно.

Но понимала, что никто меня не услышит.

Поэтому, следуя совету Брира, постаралась быть сильной и смелой (хотя в последнем я серьезно сомневалась) и уже скоро дошла до зверинца. Посмотрела издалека на темные окна домика смотрителя, подумав, что тот наверняка спрятался в подвале. Затем перевела взгляд на полутемные дорожки вдоль вольеров.

– Тише… Тише! – негромко сказала я ощетинившимся и негромко рычавшим церберам. – Сперва мы внимательно посмотрим, что и как. Встрять в драку всегда успеем.

Увидела, конечно же. Упыри не ошиблись, и волна монстров уже докатилась до зверинца. Это были какие-то новые страхолюдины – не похожие на тех, с кем мы столкнулись во время первого прорыва или же с подругами в Лабиринте.

Три особи – на длиннющих тонких ногах, каждая метра по два, причем этих ног оказалось шесть. Заканчивались они бронированными копытами; само же тело было черным и мешковатым. Сверху на нем торчала странная круглая голова на длинной шее и с огромной пастью. Из нее тянулись две лианы-отростка, которыми эти твари… пытались отловить моих яйцекусов, даже не войдя в вольер!

Стояли рядом с каменной стеной, нагнув головы, и шарили щупальцами по загону, а мои ящерки разбегались кто куда. Тогда как из соседних вольеров рычали – злобно, испуганно и истерически-визгливо. Кто-то зарывался в землю, кто-то пытался взлететь, но натыкался на магический щит и падал, но снова поднимался и пробовал подняться в воздух.

Кажется, неподалеку бродили и другие твари, но сейчас мне нужно было остановить этих – жирафов, скрещенных с пауками и еще не знаю с кем!.. Потому что один из них как раз поймал яйцекуса и теперь тянул его к пасти.

Именно тогда, до сих пор не в состоянии привыкнуть к тому, что у меня имеется собственный источник магии, я запустила некромантской молнией в зад той твари.

– Фас! – приказала еще и церберам. – Разберитесь с ними!

Упырям я сказала то же самое. Правда, наслала их не на «жирафов», а на прыгающих неподалеку гигантских кузнечиков – увидела, что те приближались, и попросила упырей отогнать «прыгунов» в другое место.

«Только будьте осторожны!» – сказала я Рурху, на что тот философски ответил, что самое плохое в их жизни уже случилось – они умерли, причем все и давно. А самое хорошее – для многих за последнюю сотню лет – это появление на их кладбище Александры Дельвейн.

Поэтому они не дадут в обиду ни меня, ни тех, кто мне дорог.

Упыри кинулись догонять демонических кузнечиков, тогда как я…

Я посмотрела на то, как с устрашающим рычанием кидались на монстров церберы, вгрызаясь «жирафам» в ноги, и как ловко и безостановочно стрелял иглами по щупальцам Колюч.

Кстати, моего яйцекуса монстр не сожрал – тому удалось выкрутиться и улизнуть.

Поняв, что монстры отвлеклись на церберов, я смело кинулась вперед – да, побежала сперва к «жирафам», а потом и промеж их устрашающих ног. О защите, конечно, тоже не забыла, но прекрасно понимала, что она не выдержит удара здоровенным копытом.

Заодно я думала… Нет, не для такого нас тренировали в Гржине!

Кому вообще могло прийти в голову, что уважающая себя ведьмочка станет так рисковать своей жизнью? И для чего – вернее, ради кого? Чтобы распахивать дверцы вольеров?! .

Сперва у малышей-яйцекусов. Добежала, трясущимися руками отодвинула задвижку, слыша за своей спиной рычание, визг и вой.

– Бегите, спасайтесь! – приказала яйцекусам. – Прячьтесь по кустам!

Увернулась от протянутого ко мне щупальца и кинулась к следующему вольеру. Но остановилась, потому что краем глаза увидела невероятную картину.

Мои яйцекусы вовсе не бросились разбегаться куда глаза глядят. Вместо того, чтобы спрятаться от происходящего ужаса, они облепили одного из монстров и теперь карабкались по нему наверх. Затем, похоже, добрались до укромного местечка на теле «жирафа» и не стали экономить силу челюстей.

Монстр издал утробный рев, затем кинулся прочь, а с него, словно яблоки на ветру, посыпались маленькие храбрые ящерки. Но только для того, чтобы броситься к следующему…

Хотя того уже одолели церберы, так что яйцекусы темной волной накинулись на третьего – истыканного иглами, с прокушенной церберами ногой.

– Кажется, там и без меня разберутся, – пробормотала я, распахивая вольер с волколаками.

Конечно, существовала большая вероятность того, что магические существа, натерпевшиеся страху из-за монстров и прорыва, накинутся на меня, посчитав своим врагом, а не спасительницей.

Но этого не произошло – стоило дверце распахнуться, как волколаки кинулись наружу.

Не все – один из них, кажется, вожак, остановился рядом со мной. Уставился мне в глаза жутким желтым взглядом. Полностью разумным, как мне показалось.

Негромко взвизгнув, он вильнул хвостом.

Затем скрылся с моих глаз, а я подумала, что раз уж эти существа настолько разумны, какими кажутся, то непременно должны воспользоваться ситуацией. Сбежать из академии, потому что вокруг жуткая, кровавая неразбериха, после чего убраться из столицы куда глаза глядят.

Затеряться в окружающих Астерион лесах – таких много, я сама была тому свидетельницей во время путешествия в столицу, – и держаться от людей подальше.

Тут раздался вой – мне показалось, что предсмертный, – а за ним непонятное клацанье, и я дернулась. Резко повернулась – оказалось, мои церберы с поддержкой хищных ящерок одолели последнего «жирафа». Тот испустил дух и теперь лежал на дорожке рядом со своими мертвыми собратьями, так и не полакомившимися никем из зверинца, а на его труп взобрались церберы.

Подняв гигантские морды к темнеющему небу, трое магических псов завыли так, что у меня встали волосы дыбом, причем не только на голове, но и по всему телу.

Возможно, для церберов это была песнь победы, тогда как для других – жуть жутчайшая.

Но и это было еще не все – картину дополняли окружившие церберов яйцекусы. Все семнадцать дружно щелкали челюстями, словно каждому раздали орехи и нужно было избавиться от скорлупы.

Колюч тоже раскачивался на своих зеленых ногах неподалеку, потому что петь не мог, но хотелось. Тогда как я…

– Это вы рано радуетесь. Праздник еще не наступил, – сказала я им. – Рурх сообщил, что они смогли загнать в ямы и прикончить двух «кузнечиков», тогда как остальные прыгают как раз в нашу сторону. Так что советую приготовиться…

После чего поспешила выпустить мантикор и горгулий. На всякий случай, вдруг монстры доберутся еще и до них.

Но если последние убрались куда глаза глядят, то три мантикоры – здоровенные существа, похожие на львов, но со скорпионьими хвостами, – остались на территории зверинца. Затем прибежали три моих подруги, причем все в роскошных бальных платьях, которые не успели переодеть из-за прорыва.

Накинулись на меня с упреками за то, что я ушла воевать с монстрами одна, без них.

– Как вы вообще меня нашли? – поинтересовалась я, уставившись в расцвеченную магическими вспышками даль, откуда к нам приближались «кузнечики».

Где-то заплутали, но я не сомневалась, что скоро они будут здесь, – видела их «прыгающие» тени.

Тоже три, и это была серьезная проблема. Попробуй еще поймать и прикончить тех, кто может взвиться в воздух на несколько метров, а потом приземлиться тебе на голову огромной тушей весом так в полтонны!

– Сложно было тебя не найти, если у нас в четверке есть собственная прорицательница, – отозвалась Гретта. Затем посмотрела туда же, куда глядела я. – Что будем делать? – спросила у меня.

Тут Ангх сообщил, что в сторону зверинца ползут еще несколько броненосцев. Сейчас вся нежить спешно роет подкопы у тех на пути – они подняли все кладбище на подземные работы, – так что броненосцев они постараются задержать. Заодно и прикопать кого смогут, но вряд ли сумеют остановить всех.

– Что делать? – переспросила я.

Положила одну руку на голову Котику, а вторую – Пушку, вставшим по обе стороны от меня. Для Зайки рук у меня не хватило, и он обиженно отправился к Роуз. Воинственные яйцекусы окружили нас, угрожающе щелкая челюстями.

Колюч притаился рядом, и я чувствовала, как он спешно отращивал иглы для новой битвы.

Надо же, волколаки тоже никуда не ушли, прятались в кустах неподалеку – ждали нападения монстров, как и три мантикоры, чтобы встать на нашу сторону.

– Мы будем сражаться, что же еще? – сказала я подругам и всем остальным, кто был с нами рядом. – Дадим бой здесь, в зверинце. И уже скоро.

Пусть уважающие себя ведьмочки изо всех сил старались избегать подобных ситуаций, но сейчас, стоя рядом с теми, кто был дорог мне и кому дорога я, Александра Дельвейн, я понимала, что наконец-таки все в своей жизни делаю правильно.

***

Все закончилось, кажется, только тогда, когда до рассвета оставалось уже совсем недолго. Но определить точное время я не могла, потому что как в нескольких концах академии, так и в столице шел бой, и небо постоянно расцвечивалось магическим заревом и яркими вспышками боевых заклинаний.

Затем все стало менее интенсивным, после чего постепенно сошло на нет – и монстры тоже иссякли.

Никто из порождений Лабиринта больше не появлялся, хотя до этого они безостановочно, час за часом, раз за разом пробовали нас на прочность, одержимые лишь одной целью – прикончить все живое, а затем добраться до плоти и крови.

Напитаться.

Именно в этом я видела их цель, потому что другой, как мне казалось, у них не имелось. Как и особых мозгов, потому что монстры шли напролом, не учась на смертельных ошибках своих собратьев. Проваливались в ямы, приготовленные для них нежитью; в них стреляли иглами, дырявили боевыми молниями, вгрызались в них огромными зубами церберы и кусали семнадцатью ненасытными ртами яйцекусы.

Волколаки по своей свирепости не отставали от демонических псов из Темного мира, а мантикоры жалили скорпионьими хвостами, заставляя монстров на короткое время застывать – пока не закончится действие яда.

С их помощью мы и расправились с «кузнечиками», потому что мантикорам удалось парализовать тех на пару минут. Этого хватило остальным – как магам, так и тем, кто стоял на нашей стороне, – чтобы прикончить прыгучих чудовищ.

Да, забыла сказать: обороняющихся в зверинце постепенно становилось все больше и больше, но среди нас были не только «боевики».

Роуз помогала как могла – подсказывала, где и когда произойдет следующее нападение, и даже уберегла меня и Лианну от того, чтобы нам на головы приземлились огромные «кузнечики».

Ну, пока те еще прыгали.

Наконец наша провидица выдохлась окончательно. Прилегла сбоку от дорожки, хриплым голосом признавшись, что у нее больше нет сил. И тем самым она попала… в заботливые руки целителей с факультета Воды. Причем те были не из нашей академии – оказалось, к нам присоединилась одна из команд, прибывших на Все-Магические состязания.

Затем явилась и вторая – маги Земли откуда-то с севера Элеона, принявшиеся активно помогать нашей нежити. Их зеленые симбионты затаскивали монстров в вырытые упырями и умертвиями ямы, откуда порождениям Лабиринта уже не было выхода.

Были среди нас и Огненные маги, затем эффектно появились из портала маги Воздуха, но вовсе не Сайрус со своими парнями, сейчас отлеживавшийся в лазарете.

Капитан новоприбывших сообщил мне, что заварушка в зверинце ничуть не меньше, чем возле самого входа в Лабиринт, но здесь намного интереснее. Ведь тут не только стихийные маги, но еще и нежить с магическими существами – и все на стороне людей. Они никогда еще не встречали подобной убийственной смеси!