Текст книги "Ведьмочка в Академии Магов 3 (СИ)"

Глава 3

Утро принесло мне спящих рядом в постели церберов, дремлющего у меня под боком Колюча – и мухарашу, устроившуюся на моей груди. Все так же в своем пакете, который мерно вздымался, потому что его обитательница спала.

И пахло от нее… клубничным мылом, а вовсе не парализующей разум вонью трущобных канав, после которой начинаешь задумываться о смысле жизни.

Если, конечно, сумеешь такое выдержать.

Наверное, со стороны это смотрелось очень мило – Александра Дельвейн в окружении своих питомцев, троих из которых бросил хозяин, одного она создала сама, а мухарашу ей подарили упыри на дворцовом кладбище.

Но я так не считала.

Попыталась выбраться из кровати – но тихо, чтобы не разбудить сладко посапывающую Гретту, при этом едва слышно бормоча, что для полного счастья мне не хватает разве что яйцекусов.

Да, всех семнадцати. И тогда уже будет полный комплект!

Внезапно раздался магический будильник – такой громкий и настолько агрессивный, что я подскочила на месте. Закрутилась, пытаясь определить, кто на этот раз на нас напал.

Церберы тоже вскинулись и угрожающе завыли, а Колюч выстрелил иголками в разные стороны – но хорошо хоть ни в кого не попал.

Мухараша тоже не осталась без действия. Похоже, испугавшись резкого звука, она выдала естественную реакцию на опасность.

Ну что же, клубникой больше в комнате не пахло, и это придало проснувшейся Гретте ускорения.

– Котик! – завопила подруга. – Пошел вон! На улицу, живее! – и кинулась открывать дверь, чтобы выставить растерянного цербера, беспричинно обвиненного в том, что это именно он испортил воздух.

Я же принялась дергать окно, размышляя о том, что не помешает познакомить Гретту с новой обитательницей нашей комнаты.

Хотя я все еще не оставляла надежды передарить мухарашу нашим упырям.

Додумать не успела – будильник перестал вопить словно резаный, а вместо него в комнате раздался усиленный магией незнакомый мужской голос. В этот момент Гретта как раз распахнула дверь, выталкивая цербера наружу, и мне стало понятно: этот голос разносится по всему факультету.

– Студенты! – возвестил он, похоже, через систему магического оповещения. – У вас ровно десять минут на то, чтобы подняться и привести в порядок свою комнату, потому что сегодня днем в общежитии будет произведена проверка. Все не подлежащие хранению вещи будут немедленно уничтожены, а провинившиеся понесут суровое наказание.

– Что это еще такое?! – пробормотала Гретта, уставившись на меня округлившимися глазами.

– Если бы я только знала, – ответила ей.

Но уже скоро нам стало ясно.

– На завтрак отводится ровно двадцать минут. Через полчаса – построение на торжественном плацу. Опоздавшие на линейку будут сурово наказаны. Для тех, кто еще не в курсе изменений, – с этогодня у вас новый декан. Мое имя – Эрик Брир, и я скажу вам вот что: на факультете царил вопиющий бардак, которому с этого момента пришел конец.

Голос замолчал, а Гретта, дойдя до кровати, со стоном упала на нее и сказала, что это не бардаку, а всем нам подошел конец.

Как раз с этого самого момента.

Но я пока еще надеялась, что при новом декане – раз уж Дарий не спешил возвращаться из Лабиринта и захватывать власть на факультете – все будет не слишком плохо.

Дисциплина – она вовсе не такая уж и ужасная штука.

К тому же никаких запрещенных вещей у нас с Греттой не имелось, а насчет домашних питомцев я собиралась поговорить с новым деканом и попросить у него разрешения.

Правда, в столовой его не было, зато я услышала сплетни о том, что он – ветеран войны после ранения, привыкший к драконовым порядкам в своем полку. Хотя драконы в Элеоне вымерли несколько тысячелетий назад, и от них ученые находили если только скелеты.

В общем, завтрак прошел в фантазиях о том, каким будет новый декан на факультете Некромантии, но все сходились к мысли, что ничего хорошего нас не ждет. Заодно говорили о том, что без управления остался еще и факультет Земли…

На подходе к плацу нас всех ждал большой сюрприз – но если студенты Земли кинулись к этому человеку с радостными воплями и распростертыми объятиями, то я испытала диаметрально противоположные чувства.

Потому что во дворе главного корпуса своих студентов встречала немного бледная и похудевшая Маделин Хаес, во всеуслышание объявившая, что все обвинения – ложные обвинения! – против нее сняты и с сегодняшнего дня она восстановлена в должности.

Поэтому возвращается к прежнему…

Тут она увидела меня, идущую вместе с подругами. Ее глаза сузились, и я поняла, к чему именно она вернется: к прежней ненависти, открытой вражде и к попыткам меня извести.

Испугалась ли я, обнаружив Маделин Хаес на плацу?

Как бы ни так! Учитывая молодую «реинкарнацию» герцога Саверлока и его людей, которые ловили меня по всему дворцу…

Я точно знала, что на этом мой враг не остановится, и деканессе Хаес придется встать в конец очереди из тех, кто хочет со мной расправиться!

Но сперва, оставив толпу обожающих ее студентов, она двинулась в мою сторону.

Вот и я тоже попросила подруг идти к трибуне, где уже занимали отведенные для факультетов места учащиеся, а сама стала ждать Маделин, раз уж у той нашлось ко мне дело.

Понимала, что в программе ближайших развлечений мое физическое уничтожение не предусмотрено: вряд ли Маделин станет это делать на глазах у всех.

Так что меня ждало если только моральное унижение.

Или ее, потому что я не собиралась спускать подобное с рук.

К тому же у меня тоже имелось что ей сказать.

– Где Дарий? – подойдя, отрывисто поинтересовалась Маделин. – Почему его нет в академии?! Что с ним стало?!

Естественно, здороваться со мной деканесса не собиралась. Хорошо, хоть в лицо не плюнула или же из нее не полезли во все стороны злобные ростки-симбионты.

Я же, в отличие от ненавидящей меня деканессы, предпочитала отвечать вежливостью на резкость.

– Добрый день, госпожа Хаес! – улыбнулась я самой лучезарной своей улыбкой. – Рада, что вас уже выпустили из тюрьмы. Надеюсь, вы не подхватили в заключении вшей, а то, говорят, когда они питаются кровью магов, то становятся настоящими зверюгами, и потом от них так просто не избавиться.

Маделин изменилась в лице. Зеленела на моих глазах, и это было настолько отчетливо видно, что я даже забеспокоилась о судьбе последних оставшихся в живых ее симбионтов.

Поэтому спросила, как они себя чувствуют.

Не сдохли ли все, когда Дарий вырвался из-под ее контроля? Или же они вышли наружу с приступами неконтролируемой тошноты?

– То есть ты мне не скажешь! – прошипела Маделин.

– Не скажу, – подтвердила я.

Потому что я понятия не имела, где сейчас Дарий, и очень по нему скучала.

– Ну раз так, то знай, Дельвейн! Твой путь в этой академии будет коротким и невероятно мучительным, я тебе это обещаю!

– Таким же, как ваше тюремное заключение? – вежливо поинтересовалась я, на что лицо Маделин исказилось в гримасе ярости.

– Я сделаю все… Клянусь, все, что в моих силах, чтобы тебя выставили отсюда вон! Да еще и с такой характеристикой, что тебя не возьмут даже чистить выгребные ямы.

На это я хотела было заметить, что если меня выкинут из Академии Магов, то ведьмовский ковен оторвет меня с руками, потому что там меня с нетерпением ждут.

Но промолчала. Решила, что это не ее дело.

Снова улыбнулась самой что ни на есть радостной улыбкой, после чего заявила, что я буду надеяться и верить.

Но чуть позже.

Сперва у нас Все-Магические состязания, и наша четверка будет представлять на них столичную академию. А сам король на вчерашнем приеме жал мне руку и говорил, что на мне, Александре Дельвейн, сосредоточена вся надежда нашей нации.

И я не собираюсь подводить ни Ильдара Иллариана, ни всю нашу нацию.

Немного преувеличила, потому что король остался ко мне безразличен. А кое о чем умолчала – например, о побеге через окошко в уборной. Зато с удовольствием посмотрела, как зеленое лицо моей врагини покрылось еще и красными пятнами.

Посоветовав ей беречь свое здоровье – после тюрьмы всякое бывает! – я оставила разъяренную деканессу Хаес и решила вернуться к подругам.

Конечно, уйти просто так, не выставив защиту, было бы крайне глупо – кто знает, какие мысли бродят по затуманенному яростью разуму Маделин?

Но за мной уже вышагивали Котик и Пушок.

Зато Зайка остался. Стоял, скаля зубы, и не спускал с деканессы Хаес светящихся демоническим огнем глаз.

Да, церберы были надежными охранниками! А еще и опасными, особенно если деканесса Хаес вспомнит, что к магии они резистентны и симбионтами таких не запугать.

Ну что сказать – в покое она меня все же оставила, поэтому я дошла до места построения нашего курса без приключений и даже уложилась в отведенное новым деканом время. Замерла, уставившись на трибуну, на которой уже стоял наш ректор, а также руководители других факультетов.

Появилась и Маделин Хаес – взошла по ступеням, а вовсе не шагнула из портала, и я поняла, что с магией у нее явные нелады. Неудивительно – такое вполне могло произойти после массового падежа симбионтов и нескольких дней безостановочной тошноты.

– Мы рады приветствовать возвращение в свои ряды деканессы Хаес, – кашлянув, произнес ректор. – Как вы уже слышали, она была полностью оправдана Магическим Контролем…

– Потому что там работают одни бездарности, – внезапно заявила Лианна, и я была с ней полностью согласна.

– Также пока судьба декана Велвуда остается покрытой завесой тайны. Но у нас появилась временная ему замена, которая может стать постоянной…

– Не станет, – неожиданно произнесла Роуз, а затем посмотрела на меня, округлив глаза. – Он долго здесь не продержится. Ты его доведешь.

– Хорошо. Как скажешь, – подавив нервный смешок, шепотом отозвалась я. – А может… Роуз, а Дарий вернется?

– Вернется, но когда именно, я этого не вижу, – печально произнесла Роуз.

Но тут над помостом вспыхнуло, распахиваясь, синее кольцо портала. Из него вышел тот, кто пугал нас проверками и ужесточением дисциплины, – новый декан факультета Некромантии, господин Эрик Брир.

Это был высокий и сухощавый мужчина среднего возраста, с резкими чертами лица и коротко остриженными пепельно-темными волосами. Светлые, почти выцветшие глаза тотчас же придирчиво осмотрели всех выстроившихся на плацу учащихся Академии Магов.

Но зацепились почему-то за трех церберов, сидевших рядом со мной, и – клянусь Богами! – новому декану это не понравилось.

Хотя с чего бы? Мы ведь ничего еще не нарушали – ни псы из Темного мира, позабытые своим хозяином, ни я.

Я стояла, они сидели.

– Встаньте! – негромко приказала я им, подумав, что, может, в этом и крылась причина неудовольствия нового декана?

Псы тотчас же послушно поднялись на ноги и замерли.

– Итак, перед вами господин Брир, – немного заискивающим тоном представил его ректор, после чего попросил внимательно отнестись к новому декану, который произнесет короткую вступительную речь.

После этого мы вернемся к организационным вопросам: к правилам поведения во время проживания на территории нашей академии участников Все-Магических состязаний из других команд.

И из других миров тоже.

Клянусь, последнее предложение тоже не пришлось Эрику Бриру по душе, потому что его лицо посуровело еще больше. Если, конечно, такое вообще было возможно.

Затем ректор передал ему слово, и новый декан вышел вперед.

– Студенты! – гаркнул он армейским голосом.

Да так громко, что облюбовавшие деревья в саду вороны с громким карканьем поднялись в воздух и покинули территорию академии Магов.

Подозреваю, уже навсегда.

Я посмотрела им вслед с затаенной тоской. Понимала, что с появлением нового декана у нас добавится проблем, хотя у меня и без этого жизнь была увлекательная сверх меры.

С другой стороны, Роуз недавно предсказала, что я его доведу и долго он у нас не задержится.

Но что, если он… доведет меня первым?

Потому что декан принялся рассказывать о том, что ему не понравилось на нашем факультете с момента, когда он заступил на должность этим утром.

Прошел если только один час, но ему не нравилось буквально все.

Но самое главное – вопиющее отсутствие дисциплины на факультете, несоблюдение субординации, медленное выполнение его приказов, а также невероятная лень и удручающая успеваемость среди студентов.

– С сегодняшнего дня – вернее, с этой самой минуты – на факультете Некромантии все изменится. Так что начинайте привыкать! С теми же, кто продолжит нарушать дисциплину или не сможет соответствовать моим требованиям, разговор у меня будет коротким.

– Он прикончит таких своим мечом? – поинтересовалась Лианна раньше, чем я успела шепнуть ей, что мы обсудим это позже.

– Когда говорю я, все остальные молчат! – рявкнул декан, и Лианна с треском захлопнула рот. – Студентка! – Брир ткнул в Лианну пальцем. – Шаг вперед!

– Вот же… демоны! – пробормотала я, уставившись в лицо побледневшей подруги. – Господин декан! – воскликнула я. – Это я разговаривала, а не она. Во всем только моя вина, так что накажите лучше меня!

Потому что завтра у нас первый тур состязаний, а к подобным испытаниям мне не привыкать – нас в Гржине и не к такому готовили. Тогда как Лианна мне нужна была в добром здравии и в хорошем расположении духа.

– Обе – в мой кабинет после построения! – отчеканил декан, после чего закончил свою полную угроз по ужесточению режима речь.

– Так давайте же похлопаем господину Бриру! – кашлянув, возвестил ректор, но ответом ему стало молчание на плацу.

Никто не пошевелился, так что новому декану хлопал только ректор и еще Маделин Хаес, которой понравилось, что меня ждет наказание. Вскоре я увидела, как она потянулась к уху Брира, принявшись нашептывать, подозреваю, гадости обо мне.

Тем временем ректор, осознав, что энтузиазма новый декан не вызвал, сменил тему. Стал рассказывать нам о том, что уже через час состоится торжественная встреча делегаций – причем она будет с музыкой и шествием.

Первой в колонне пойдет команда нашей академии, которая и понесет наши флаги.

– Было решено доверить эту честь четверке с факультета Воздуха, – произнес ректор. – Как-никак, парни физически сильнее наших прекрасных чемпионок, а флаги довольно тяжелые. – Затем все же посмотрел на нас. – После этого будет небольшое торжество с присутствием журналистов, где нашу академию, опять же, будет представлять команда факультета Воздуха.

– Но почему? – шепотом спросила у меня Гретта, на что я покачала головой.

– Не сейчас. Обсудим позже, – шевельнула я губами.

Потому что декан Брир продолжал цепким взглядом окидывать ряды студентов, пытаясь обнаружить нарушителей дисциплины.

– К тому же мы получили новую форму, в которой вы будете выступать, – тем временем вещал ректор, но смотрел он на Сайруса и его парней. – Ее сделали по эскизам королевских портных, так что…

Тут-то я внезапно поняла, что пусть мы и выиграли отборочные состязания, но нас по неведомой мне причине задвигали на задний план. А вперед выдвигали парней с соседнего факультета.

И мне очень захотелось понять почему.

Но сперва нас ждала встреча с деканом, куда мы и отправились с Лианной, когда на плацу все закончилось.

Правда, по дороге Сайрус решил, что нам с ним стоит серьезно поговорить.

О нас, а еще о Все-Магических состязаниях, поэтому Сайрус преградил путь, после чего попросил Лианну дать нам пять минут свободного времени, чтобы он успел объясниться.

Погладил церберов, успевших к нему привыкнуть и проникнуться, а я подумала…

В отличие от демонических псов хоть я и успела привыкнуть к Сайрусу, но проникнуться к нему никак не получалось. И вряд ли когда-либо выйдет – и причина была не только в брачной метке на моей руке.

Мы с Сайрусом оказались слишком разными.

Подобные отличия вполне подходили для дружбы, но ничего более серьезного выйти у нас не могло.

Потому что он не завораживал меня своей силой и мрачной властностью, как это делал Дарий. В нем я не чувствовала притягательной опасности, как в том Темном из Шаддара по имени Северин Кассар.

Хотя ни одного, ни второго из Темных рядом со мной не было, а Сайрус имелся. Подошел и потянулся, решив меня обнять и, быть может, даже поцеловать, но я отстранилась и покачала головой.

– Что происходит? – спросила у него. – Вернее, кому пришла в голову столь замечательная идея, что мы погибнем от усталости, если пронесем флаги нашей академии пару сотен метров? Что это еще за глупости?!

– Александра… – немного смущенно начал маг Воздуха. – Ты должна понимать…

– Что именно? – нахмурилась я.

– Причина в том, что мы лучше вас подходим на роль чемпионов от столичной академии, – произнес Сайрус. – Погоди, не спеши сравнивать меня с землей или насылать на меня все местное кладбище! Это не мои слова, так решил наш ректор.

– Вот же… предатель! – выдохнула я. – А ведь я от чистого сердца порекомендовала ему «Садовый альманах из Гржини»!

Ну да, чтобы он мог стать уверенным в себе мужчиной – ведь именно в том альманахе вышла моя работа на такую тему.

Судя по всему, ректор прочел и стал. Но чем же ему не угодила моя четверка?

– Говорят, что в академию приедет сам король, – продолжал Сайрус. – Его величество пребывает в некоторой печали из-за собственного развода, поэтому он хочет наблюдать за происходящим на состязаниях изнутри. Это поможет ему развеяться.

– Вот оно что! – пробормотала я, вспомнив, как Ильдар Иллариан отдернул руку, когда ее коснулась ладонь королевы.

Значит, я ни в чем не ошиблась, когда подумала, что в личной жизни нашего правителя все не так уж безоблачно. Как оказалось, там ходили черные тучи и время от времени били молнии.

– Столичная четверка будет общаться с королем, – намекнул Сайрус.

– Хорошо, пусть общается. Но я все равно не понимаю, чем мы ему не угодили.

– Причина в именах, – спокойно произнес Сайрус. – Вернее, в том, что имен твоих родителей никто не знает, так что к твоему происхождению есть много вопросов. С Греттой Лири дела обстоят не лучше – ее отец был замешан в хищениях из казны. Его все же оправдали, но…

– Осадочек остался, – кивнула я, и Сайрус подтвердил, что все именно так.

– Затем Роуз. Ее тетя умерла в тюрьме, попав туда по политической статье, – продолжил он. – По словам ректора, та была неплохой предсказательницей, и когда ей пришло видение про заговор против короля – тогда еще отца Ильдара Иллариана, – она решила всех предупредить. Но ее посчитали причастной. Потом, конечно, оправдали, но все равно…

– Тот же самый осадок, – согласилась я. – С нами тремя ясно. А что с Лианной?

– К ее родителям вопросов нет. Но в состязаниях участвует вся четверка, поэтому…

– Восхитительно! – выдохнула я. – А ты, конечно же, сразу согласился занять наше место, не так ли, Сайрус?! Заявил, что это отличная идея, потому что и ты, и все остальные из твоей команды из знатных семей. У вас отличная родословная, хоть на стенку вешай!

– Все было не совсем так, – покачал он головой. – Но… Да, мне пришлось согласиться. Ректор был убедителен, а его, похоже, убедил приказ из дворца. То есть на него надавили, заставив принять такое решение.

– А потом он надавил на тебя, – резюмировала я. – Знаешь что, – сказала ему. – Это в высшей степени возмутительно! И я такого не оставлю…

– Лекси, не злись! – мягко произнес Сайрус и совершил самую главную свою ошибку.

Ну да, со мной.

Потому что именно так звали крысу, которая жила в нашем приюте, и имя ей дали в честь меня. И тот, кто это сделал, обрек себя на страдания, которые я ему устроила.

Вот и сейчас, глядя на спокойное, чуть снисходительное лицо столичного чемпиона из благородной семьи с отличной родословной, я…

– Мы с тобой еще не договорили, Сайрус! – сказала ему. – Но не сейчас. И не сегодня.

Затем развернулась, подошла и подхватила Лианну, дожидавшуюся меня неподалеку, под руку, после чего решительно повела ее на встречу с новым деканом.

То есть господин Брир хотел обсудить с нами отсутствие дисциплины на факультете Некромантии? Отлично, мы это сделаем!

Заодно я не откажусь поднять вопрос об отсутствии справедливости во всей Академии Магов Альтариса в целом.

Я пока еще не знала, зачем мне нужно участие во Все-Магических состязаниях, но то, что нас задвигают из-за недостаточно знатного происхождения, вывело меня из себя.

Нет, не так – я просто взбесилась!

Именно в таком настроении и явилась к кабинету декана – ни грамма не растеряв по дороге. Еще и вспомнила, как примерно месяц назад пыталась пробиться на прием к Дарию, а возле кабинета сидел, скорее всего, Котик и пускал слюни, старательно охраняя бросившего его хозяина.

Теперь же выходило, что хозяин бросил еще и меня. Вернее, оставил в такой ситуации, когда мне указали на мое недостаточно знатное происхождение и отодвинули в сторону, дав дорогу титулованным.

Уверена, Дарий подобного бы не допустил. Вместо этого он бы…

Нет, на куски ректора он бы не порвал. Хватило бы одного взгляда, затем недоуменного движения брови, и вот уже мы, наша четверка, несем торжественные флаги, а потом и здороваемся с королем…

Но Дарий пропал в Лабиринте с концами, и я порой сомневалась, уж не привиделся ли мне наш последний разговор, а потом и поцелуй. Кто знает, вдруг это был навеянный близостью к Источнику морок, тогда как Дарий…

– Ну уж нет, он жив и здоров! – сказала себе уверенно. – А я сейчас войду в этот кабинет и посмотрю, останется ли жив наш новый декан!

Понимала, что храбрилась перед предстоящим разговором, но мне нужна была эта уверенность в себе, так что…

– Идем! – заявила я бледной Лианне. – Не бойся, ничего он нам не сделает. Ну правда, давай уже, соберись, а то на тебе и лица нет!

– А что… А что, если он…

– Мы натравим на него церберов, – спокойно произнесла я. – А потом я попрошу Высшую нежить найти место для его последнего упокоения. Да такое, что никто и никогда его не найдет.

Лианна попыталась улыбнуться, словно над очередной моей шуткой, но вышло у нее так себе.

– Погоди, ты что, серьезно?! – округлила онаглаза, но вместо ответа я постучала в дверь, а затем, услышав резкий окрик «Можно!», нажала на ручку.

– Вы – ждете! – приказала я трем церберам. – А ты – идем за мной и хватит уже трусить! – заявила Лианне.

Если что, командовать здесь мог не только декан Брир.

Правда, в его силах было встать с самым суровым видом из-за стола, когда мы вошли и закрыли за собой дверь, а я подумала, что ни от бывшего хаоса, ни от зеленых «захватчиков» с факультета Земли здесь не осталось и следа.

Вместо этого в кабинете царил идеальный порядок, а его новый владелец уставился на нас с подругой тяжелым, даже осуждающим взглядом. Так, словно мы не просто перебросились парой фраз на плацу, а продали нашу родину врагу.

Причем знатно продешевили.

Поняв, что молчание затянулось, я произнесла:

– Александра Дельвейн с подругой. – Решила, что полное имя Лианны сейчас неважно, потому что разговаривать я буду сама. – Прибыла для разговора о вопиющей несправедливости, творящейся на вверенном вам факультете, господин Брир!

И вытянулась по струнке.

Лианну тоже толкнула в спину, чтобы та выпрямилась и не стояла так, словно она упадет здесь и сейчас.

– Что еще за несправедливость? – нахмурился декан. – Разговор пойдет о вашем вопиющем нарушении дисциплины, мисс Дельвейн!

– Никак нет! Вернее, именно так, господин декан. – Поняв, что запуталась сама, я сразу же пошла в бой. – Вопиющее нарушение дисциплины произошло как раз из-за осознания вопиющей несправедливости. Вернее, в момент осознания я не смогла удержаться от охвативших меня чувств, поэтому их и высказала.

– Но вы – маг, мисс Дельвейн! – попытался возразить декан. – Причем уже выпускного курса, и умение владеть эмоциями – как раз то, чему вас учили все эти годы.

– Но несправедливость оказалась настолько вопиющей, – заявила ему, – что все годы обучения владению эмоциями пошли насмарку.

А сама подумала, что если он сейчас же не спросит у меня, в чем причина этой несправедливости, то, клянусь Богами Элеона, я встану под окнами его коттеджа с плакатом, написав на нем это самое проклятое слово!

Но Эрик Брир все же спросил, и я с довольным видом улыбнулась. А вот теперь можно и в атаку!..

– Первое место на всех отборочных состязаниях, – вкрадчиво сказала ему. – Наша четверка с факультета Некромантии уверенно обошла остальные в академии. Мы одержали победу во всех магических боях исключительно благодаря своей дисциплине и отличной подготовке.

Лианна издала слабый звук. Но я бросила на нее предупреждающий взгляд – пусть молчит!

Потому что я еще не закончила.

– Последнее испытание в Лабиринте проходило как раз во время прорыва. Мы не только уцелели среди монстров, господин Брир, но и прикончили одного, а потом вернулись в академию целыми и невредимыми. Опять же, дисциплина и сила Темной, некромантской магии. И что теперь произошло?!

– Что? – спросил он.

– Вопиющая несправедливость, господин декан, вот что! У нас отняли право на участие во Все-Магических состязаниях только из-за того, что другая, проигравшая нам команда родовитее нашей.

Теперь уже Лианна, которой я не пересказала суть беседы с Сайрусом, потому что была возмущена до глубины души, издала протестующий звук.

А потом тоже отчеканила:

– Прошу во всем разобраться, господин декан!

– Если не вы, тогда кто встанет на защиту справедливости, – выдохнула я.

Ну что же, карты были брошены, и ход теперь перешел на сторону Эрика Брира.

И он его сделал.

Но не сразу – сперва уставился на меня давящим взглядом, словно пытался проникнуть в мой разум, разобрать его на части и понять, где здесь ложь, а где искреннее стремление к дисциплине и врожденное чувство справедливости, которые я пыталась ему продемонстрировать.

Но насчет себя я не беспокоилась, потому что знала: Эрик Брир увидит именно то, что я собиралась ему показать. Куда больше меня тревожила Лианна, которую я считала слабым звеном в этой игре.

Но подруга не подвела. Стояла и молчала, даже когда новый декан перевел взгляд на нее. Иногда моргала, позволяя ему принять именно то решение, которое было нужно нам.

Правда, получилось так себе, и в этой битве мы одержали сомнительный успех.

– Я слышал как раз обратное, – наконец снизошел он до ответа. – То, что две четверки показали одинаковые результаты, после чего администрацией академии была выбрана лучшая. Ею оказалась команда с факультета Воздуха.

– Вас ввели в преступное заблуждение, господин декан! – отчеканила я. – Сделали это исключительно для того, чтобы принизить заслуги нашей четверки. Потому что на факультете Некромантии учатся сильнейшие студенты академии, а остальные нам завидуют, поэтому шепчут в уши администрации недобрые слова!

Как, например, Маделин Хаес, которая жаловалась ему на меня на плацу.

– Мы готовы достойно представлять нашу академию и весь Элеон, не побоюсь этого слова, перед лицом угрозы от двух команд из Темного Мира, – закончила я уверенно.

Еще во время линейки поняла, что Темные – это слабое место нашего декана, на которое следовало осторожно надавить. Что я и сделала.

Он снова принялся размышлять, и я не собиралась ему мешать.

– Ну раз так, то я хочу увидеть это своими глазами, – неожиданно произнес Брир. – Сперва у меня будет серьезный разговор с ректором, после чего этим вечером вы продемонстрируете мне то, на что способны. Сперва пройдете полосу препятствий, а потом магический бой со второй командой. Тот из вас, кто выйдет победителем, станет представлять столичную академию. Я об этом позабочусь.

Лианна кинула на меня растерянный взгляд. Такого поворота мы не ожидали, и я тотчас же попыталась из него выпутаться.

– Но тогда наши противники увидят, на что мы способны, – намекнула я декану. – Они уже будут в академии. Остальные команды, участвующие во Все-Магических состязаниях, прибудут в ближайшие пару часов.

– На войне, – перебил меня Брир, – важна победа не в одной маленькой битве. Главное – это дисциплина, соблюдение субординации, а также готовность действовать и постоянно показывать лучшие результаты. У вас есть что возразить по этому поводу, мисс Дельвейн?

У меня не нашлось, поэтому пришлось прикусить язык и согласиться на его условия.

Ну что же, он все-таки запомнил мое имя, и это была уже маленькая победа, промелькнуло у меня в голове.

Но поражение было куда серьезнее: флаги академии все же понесем не мы. Короля встречать этим вечером тоже станет не моя четверка, потому что впереди нас ждала полоса препятствий, а затем бой с Сайрусом и его парнями, чтобы понять, кто из нас сильнее и достойнее.

Неприятный удар, надо признать.

Но худшее, как оказалось, было еще впереди.

– Я собирался назначить вам дисциплинарное наказание, мисс Дельвейн! Но я принимаю во внимание ваши аргументы и осознаю эмоции, вызвавшие нарушение дисциплины. На этот раз вы отделаетесь строгим выговором без занесения в личное дело.

– Спасибо за вашу справедливость, господин Брир! – бодро отозвалась я.

– На этом наш разговор не закончен. Также я хочу напомнить, что проживание магических существ в Академии Магов Альтариса возможно исключительно в специально отведенном для этого месте. Вы понимаете, что это значит?

Я понимала, но все еще надеялась на лучшее. Может, я ошибаюсь?!

– Нет, господин декан, – сказала ему. – Прошу объяснить мне поподробнее, чтобы я ни в коем случае не нарушила ни один из пунктов внутреннего распорядка академии.

Он нахмурился, но затем все же пояснил:

– Пребывание магических существ внутри зданий факультетов допускается исключительно в том случае, если доказано, что они беспрекословно подчиняются воле хозяина, а заодно тому грозит смертельная опасность. Насколько я понимаю, в случае с одноголовыми церберами не было установлено первое, потому что их владельцем являетесь не вы, мисс Дельвейн, а предыдущий декан. Также никакая опасность вам не грозит, поэтому три магических существа с этой минуты должны оставаться в зверинце, причем в отведенном для них вольере. Вам все ясно, мисс Дельвейн?