Текст книги "Лето в Кощейково (СИ)"

Автор книги: Носкова Анастасия

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

Глава 7

– Пошли гулять! – канючила Яна, стоя у Ильи над душой.

– Я занят, – возясь с мотоциклом, отвечал ей юноша.

– Да зачем он тебе? Давай, я тебе ковер-самолет отдам? А то его моль скоро пожрет! – уговаривала юная колдунья.

Но ее друг только устало вздохнул, продолжая копаться с байком.

– Да почему, собственно, тебе приспичило его именно сегодня чинить? – топнула ножкой девушка.

– Потому что, – невозмутимым тоном отвечал ей Илья.

Яна раздосадовано сложила руки на груди.

Послеобеденные часы всегда длились ужасно медленно, стрелка часов с трудом отлипала от одной отметки и нехотя переходила к другой. И все это только лишь для того, чтобы невероятно ускориться после пяти часов и завершить день на какой-нибудь неожиданной ноте. Чтобы после, лежа в постели, ты с нетерпением ждал следующего дня и не мог уснуть до самой полуночи.

Янка ненавидела этот промежуток времени, когда ничего не происходит. Ей бы действия, события. А не это ленивое предвкушение.

Вот она и дергала без конца старого друга, а тот, как назло, нашел себе занятие поинтереснее, чем воевать с послеобеденной хандрой.

– А где Маринка? – вдруг поинтересовался Илья.

– Понятия не имею. Дома, наверное, – буркнула Яна. – Да и чего она тебе? Только неделю, как приехала.

– Вот она только недавно приехала, а вы уже второй раз успели поцапаться! – с легким укором заметил он. – Все из-за Андрея этого? – в голосе юноши проскользнули презрительные нотки.

Сам Илья не слишком-то жаловал своего одноклассника, считая того гнилым, нечестным человеком. Да и дружбу они никогда не водили.

– Прекрати! – привычно встала на защиту ловеласа Яна, но уже без прежнего остервенения. Эпизод на дискотеке не прошел бесследно. Да и слова сестры, сказанные в тот вечер, заставили задуматься.

– Значит так, идем гулять и берем Марину с собой! – заявил, вытирая руки, юноша.

– Но… – хотела было возразить колдунья.

Но взгляд ее друга был непреклонен. И девушке пришлось сдаться.

По дороге к дому бабушки Липы Яна со злости пинала камни под насмешливый взгляд Ильи. Озорства ради, чтобы еще больше взбесить подругу, взъерошил той волосы. Колдунья бросила на парня недовольный взгляд.

– Прекрати! А то сглажу!

И старый друг звонко рассмеялся. Сколько раз девушка пичкала его пустыми угрозами и сдержала их всего раз пять от силы.

Ребята застали Марину во дворе среди цветов. Девочка что-то старательно выискивала с озабоченным видом и все сверялась по книжке со сказками. Тут же в тени яблони расположился Александр и, наслаждаясь бездельем, восполнял литературный пробел.

– Ты чего? – грубо спросила у сестры Яна.

– Да цветочек аленький ищу, – терпя сокрушительное фиаско, разочарованно произнесла блондинка.

– Еще одна, – закатила глаза колдунья.

– Это тебе в соседнее село, – присвистнул Илья. – К семейству Бабы яги.

Марина выпрямилась с затаенным испугом в глазах посмотрела на юношу.

– Прям к настоящей? – побледнела она.

– Не совсем. Там ее род проживает, – деловито пояснила Яна и на не совсем догоняющий взгляд сестры добавила, – у Бабя Яги была дочка, потом внучка. Вот внучка с дочкой и внучками там живет. Так понятно?

– Прям как обычные люди? – хлопала глазками блондинка.

– Прикинь! – раздражаясь от излишней восторженности сестры, огрызнулась колдунья.

– Ян, – мягким голосом осадил ее Илья.

Та лишь фыркнула, поведя носом.

Александр, сидя под деревом, с интересом наблюдал за всей этой драмой поверх своей книги.

– Марин, не слушай ты Янку. Она не с той ноги встала, – оправдывался за подругу юноша.

– А когда бывало иначе, – заметила Марина.

– Короче, хватит вам цапаться. Пошли лучше все вместе гулять! – Илья взял одну и другую девушку за руку и потащил в сторону калитки. – Ты идешь? – обернулся он через плечо на Александра.

– Если позволите, я бы хотел провести остаток дня в тишине.

– Как знаешь.

Девушки, на удивление, покорно ступали за парнем. Марина, откровенно говоря, испытывала скуку, торча весь день на огороде у бабушки Липы. Александр же так глубоко ушел в чтение, что вытащить его не предоставлялось возможным даже за документальный фильм по лорду Байрону, любимого писателя молодежи начала XIX века.

Яна же не хотела ссориться с Ильей, опасаясь, что, в противном случае, он просто переключит свое внимание на ее сестру, а сама колдунья окажется не у дел. Сколько раз она проходила через это в школе, когда, по совету того же друга, пыталась начать общение с девочками. Всегда появлялся кто-то более интересный, чем она. Более харизматичный, яркий. Кто-то с менее злым языком и более сговорчивым характером.

Илья всеми силами пытался завязать общий разговор между сестрами. И, если Марина в самом начале еще делала попытки помочь парню, то Яна отвечала односложно и игнорировала блондинку.

Несмотря на вечерний час, прохладой в воздухе даже не пахло. В зарослях травы лениво стрекотали сверчки. И от звука их стрекота казалось, воздух становился еще плотнее, более душным.

Оставив девчонок наедине и, надеясь, что те не поубивают друг друга, Илья отлучился за мороженым.

Глядя ему вслед, Марина неловко отметила про себя, что в следующий раз обязательно вернет парню деньги не только за мороженое, но и за батон с газировкой.

Яна, глядя куда угодно, только не на сестру, молча раздражалась.

– Что ты так бесишься? – задала вопрос Марина.

– Ничего! И я не бешусь! Слишком много чести! – буркнула колдунья.

– Я вообще не понимаю, почему ты так на меня реагируешь! – начала заводиться блондинка. – Это потому, что мы один раз с Ильей без тебя погуляли? – напрямую задала вопрос девушка и тут же получила от сестры сердитый взгляд.

– Не только, – выдавила она.

– Тогда в чем еще дело?

– Ты только появилась, и на тебе, пожалуйста! – топнула ножкой колдунья. – Даже Александр к тебе больше расположен! Я ему вопросы задавали – ни на один ответа не получила! Зато тебе по первой же просьбе всю историю свою рассказал! Почему? – повысила голов Яна.

– Может, потому что ты грубая и не задумываешься о чувствах других? – с хмурым видом отметила Марина.

– А сама-то? – вернула ей обвинение колдунья. – Что-то ты не особо думала о моих чувствах, когда Андрею глазки строить начала!

– Да ты ему безразлична! – не сдержалась блондинка и тут же прикусила язык. – Слов брать назад не буду, – тут же добавила она мрачно.

Янка, обомлев, потеряла на краткий миг дар речи. Только судорожно глотала воздух да сжимала и разжимала пальцы.

Марине очень сильно захотелось, пока сестра не отомрет и не обрушит на нее весь свой гнев, чтобы кто-нибудь увел ее отсюда. Подальше. Чтобы можно было переждать эту бурю. Не выслушивать нотации Ильи.

И вдруг, как по желанию, на проселочной дороге показался Андрей. Подошел к девчонкам, сверкая своей самой обезоруживающей улыбкой.

– Привет. Что делаете? – вроде, обращался к обеим, а глаз не сводил с Марины.

– Да так, ничего, – глядя на сестру, отвечала блондинка.

Янка с досады опустила глаза вниз.

– Хочешь прогуляться? – уже заранее уверенный в ответе, поинтересовался юноша у городской.

– Да, пошли.

Марину ничто не держало в обществе сестры. И она не испытывала вину за то, что приняла предложение Андрея. В конце концов, кто выиграл их маленькое пари?

Янка с обидой провожала их взглядом. Порывисто сорвала высокую травинку и сжала в зубах, нервно жуя. Вдруг кто-то вытащил растение изо рта колдуньи.

– На тебе мороженое. А то совсем оголодала, – протянул он подруге угощение. – А где Марина?

– С Андреем ушла, – скривилась Яна и впилась зубами в клубничный шарик, сминая попутно небрежно вафельный стаканчик, так что ошметки его, на радость птицам, упали на запыленную землю.

Она была так поглощена своими чувствами, что не заметила, как погрустнел взгляд у Ильи. Пусть улыбка оставалась на лице, но она больше не доходила до глаз.

Глава 8

Обычно Марине легко давалось общение с кем бы то ни было. Но в отношении Андрея все было иначе. Язык немел. В голове образовывался вакуум. И ни одна тема не желала приходить на ум. Блондинка задавалась вопросом: неужели ей до такой степени нравится этот парень, что она буквально тупела за секунду? Или, быть может, Марине только казалось, что она невероятно разносторонняя и многогранная личность? А, на самом деле, ей и поговорить не о чем.

Больше занятая данным неприятным открытием, нежели своим собеседником, девушка слушала его вполуха. А Андрей даже не заметил этого, увлеченный своим собственным «я».

По дороге им повстречалась компания девчонок, некоторых из них Марина помнила по вчерашнему вечеру. Но на ее приветливую улыбку новые знакомые отреагировали как-то сухо, шепотками и косыми взглядами. Отчего блондинка ощутила себя еще более глупо. Не в том месте и не в то время.

Домой Марина вернулась в разбитых чувствах. Ощущение того, что она уронила себя в глазах Андрея, не покидало девушку.

Стоило блондинке переступить порог своего дома, в голову сразу хлынул поток из отличных тем, остроумных шуток, занимательных высказываний. И оставалось только губы кусать от непонимания, почему момент просветления наступил так поздно.

Со стоном упав на кровать лицом вниз, Марина мысленно прокручивала всю прогулку с Андреем в голове, поражаясь своему амебному поведению. Разум же, хладнокровно игнорируя и без того пылающие щеки девушки, четко указывал на ошибки и тут же исправлял их, доводя блондинку до высшей степени смущения.

Когда же Марина, превозмогая себя, выдохнула и успокоилась, то отметила очень странное для себя обстоятельство. Ни Яны, ни ее вещей и раскладушки в комнате больше не было. Заинтригованная этим, девушка вышла из спальни.

– Бабуль, а Яна еще не пришла?

– Пришла, – рассеянно отозвалась женщина, занятая своими склянками.

– Но где ее вещи? – усаживаясь напротив пожилой колдуньи, интересовалась Марина.

– Так у нее ж своя комната есть, – отмеряя какую-то мутную жижу, отвечала бабушка.

– А у Александра?

– И у Сашки нашего теперь своя. Вон, – пенсионерка махнула рукой.

Там, где раньше располагалась стена, теперь с гордым видом красовалась новенькая дверь. Еще не пошарпанная, современная.

– А как это? – не поняла Марина.

– Пришлось пристройку наколдовать. Не на чердак же парня селить. Еще испугает мне летучих мышей и паучков.

Блондинка поджала губы на комментарий бабушки.

– А что ты делаешь?

– Тебе скучно, что ли? – поглядев на внучку поверх очков, догадалась женщина. – Что у тебя случилось?

– Да ничего. С Андреем вот погуляла.

– И что он тебе, какую лапшу навешал?

– Бабушка! – простонала девушка.

– Я уже шестнадцать лет бабушка, – осадила ее колдунья. – Вам он что, медом намазан?

– Так что ты делаешь? – переводя разговор на другую тему, повторила свой вопрос блондинка.

– Да вот пытаюсь зелье одно создать. Давненько я этим не занималась.

– Для огорода?

– Для огорода, для огорода, – охотно закивала колдунья.

Поняв, что здесь ей делать больше нечего, Марина направилась к себе.

В такие беспокойные вечера девушка ужасно тосковала по своим городским друзьям. Но после звонка им на душе становилось еще хуже. Слыша их смех, блондинка не могла не думать о том, насколько лучше ей было бы в городе. С сестрой у нее не ладилось. С парнем тоже какая-то ерунда. Бабушка помешалась на своем огороде. Да и сама Марина скучала по жизни в цивилизации.

Глядя в экран телефона, она так и не решилась нажать на кнопку вызова, чтобы лишний раз не расстраивать ни себя, ни ребят.

Словно услышав мысли девушки, в это утро петух из жалости решил не будить ее. А на кухонном столе сестер поджидал завтрак: ажурные блинчики с смородиновым джемом и ароматный, еще дымящийся чай. Девушки недоуменно переглянулись. Обычно их трапеза проводилась совместно с Александром и бабушкой. Потому такое фаворитизм выглядел по меньшей мере подозрительна. Выглянув в окно, Марина застала недавнего дворянина у компостной ямы. Брезгливо поморщившись, девушка вернулась к столу.

– Бабушка, а вы что, уже поели? – в замешательстве поинтересовалась Яна у появившейся в дверях старушки.

– А что мне вас, лентяек, ждать? – по-доброму произнесла пенсионерка, направляясь к умывальнику.

Руки у нее были грязные, со следами земли.

– А почему ты нас не разбудила? – все еще терзаемая сомнениями спросила Марина.

– Да, что я, изверг, что ли? Родным внучкам и поспать не дам?

– Ты вообще точно наша бабушка? – икнула от неожиданности Яна.

Пожилая колдунья уперла руки в бока и окинула сестер пристальным взглядом.

– Значит так, на завтрак пять минут. А потом марш мне грядки окучивать! Тяпки сами знаете, где!

Успокоившись после проявления привычной строгости, девушки принялись запихивать в себя завтрак. Джем стекал по рукам, чай обжигал язык, а сестры словно соревновались, кто же их них быстрее расправиться с едой.

Как только последний блинчик испарился с тарелки, Янку как ветром сдуло. Пришлось Марине мыть посуду не только за собой. Ругаясь себе под нос, она раздраженно сдула упавшую на лицо светлую прядку.

– Ты вообще не работаешь! – с недовольством заметила блондинка, выходя в огород. – Опять думаешь, я за тебя всю работу делать буду!

– Я работаю! – цокнула языком Янка. – Получше твоего!

Бабушка Липа в сторонке украдкой поглядывала на внучек, выжидая.

– Сегодня они особенно разговорчивы, – подметил Александр, подходя к старушке.

– Закончил с удобрением? – осведомилась женщина и, получив утвердительный кивок, отправила парня на водные процедуры.

Сверившись с наручными часами, пенсионерка хлопнула в ладоши и потерла их в предвкушении. Через короткое время Марина и Яна обменялись настороженными взглядами.

– Что-то странное, – блондинка почему-то схватилась за живот.

Яна же нахмурилась.

– Как-то не так. Я чувствую то, что не чувствую.

– И я, – закивала Марина. – Я чувствую раздражение, обиду, страх…

– А я какое-то легкое смущение из-за вчерашнего. Но ничего такого я припомнить не могу. А еще обиду и усталость.

Сестры вперили друг в друга пронзительный взгляд и хором произнесли:

– Это твои эмоции!

– Бабушка! – закричала юная колдунья.

– Чего горланишь? – отозвалась пожилая женщина.

– Твои рук дело?

– Моих, – спокойно признала старушка.

– Зачем? – простонала Яна.

– А надоело мне, как вы, две пигалицы, с ума сходите. Родная кровь, а хуже чужих себя ведете.

Юная колдунья резко встала и собралась было уйти подальше от сестры, надеясь, что и чувства Марины останутся тут же, не последуют за ней. Но неведанной силой Яна была возвращена на место. Блондинка только рот открыла, когда ее сестра плюхнулась на пятую точку.

– Не получится, – обронила бабушка. – Пока вы друг друга не поймете, куковать вам и куковать друг с другом.

Бросив на внучек последний взгляд, старушка направилась к дому.

Бросив на сестру разъяренный взгляд, Яна принялась с остервенением разбираться с бесполезными сорняками и окучивать грядки так, что комья земли разлетались в разные стороны.

Марина же отнеслась к вопросу более философски. Работая тяпкой плавно, даже заторможено, она больше уходила в себя, пытаясь отделить свое мироощущение от колдуньи.

Полностью поглощенная этим занятием, блондинка даже не обратила внимание на слизняка, притаившегося под листком клубники в ожидании, когда же шумные свидетели уйдут, и он сможет всласть пообсасывать спелую ягоду.

– Ты боишься, что тебя оставят? Предпочтут кого-то другого? – наконец произнесла Марина.

По раздувшимся ноздрям сестры она поняла, что угадала.

– И ты ревнуешь ко мне Александра и Андрея, потому что они обратили на меня внимание, а на тебя – нет? Как будто ты менее значима, чем я, у которой итак все есть: родители, друзья в городе. Так?

– Да! Так! – буркнула Яна, сверля взглядом землю.

– Но ведь я ничего не сделала!

– А танцы с Андреем? – тут же обвинила сестру колдунья.

– Мы же договорились! – ахнула от несправедливости упрека блондинка.

– И что? Ты изначально не должна была перетягивать одеяло на себя!

– Но он же…

– Да-да! – зло оборвала сестру Яна. – Не обращает на меня внимания! И что? Однажды мог бы. А тут ты!

– Думаешь, если сможешь его добиться, то станешь более ценной? – вновь сконцентрировалась на чужих чувствах Марина. – Но это же бред!

Колдунья молчала.

– Почему на тебя вообще так влияет, кто и как на тебя смотрит? – не понимала Марина.

– Потому что на меня вообще никак не смотрят, – шмыгнула носом девушка. – А тебе стоит только мило улыбнуться и пожалуйста. Даже с моими одноклассницами уже задружилась.

– Откуда ты…? – опешила блондинка.

– Мы с Ильей мимо проходили, – нехотя ответила Яна. – А вы там с Александром. Даже этот к тебе проникся. А на меня смотрит, словно я девка с его двора, неотесанная и грязная.

Марина задумалась.

– Хорошо. Я не буду больше гулять с Андреем, – мягко произнесла она, глядя на сестру с трогательной лаской.

– Спасибо, – в голосе колдуньи слышалась признательность, смешанная с облегчением. – Я же чувствую, что для тебя это просто очередной спортивный интерес, – улыбнулась девушка.

Почему-то после слов Яны блондинка неожиданно помрачнела и бросила в негодовании:

– А больше ты ничего не почувствовала?

– А что еще? – от такого натиска колдунья упала на пятую точку.

– Мы столько проговорили про тебя и твои чувства, но ты даже сейчас не пытаешься понять мои! – Марина порывисто встала и ушла.

Яна ожидала, что, подобно ей, сестра притянется назад силой ворожбы, но, на удивление, не блондинку, а колдунью потянуло к сестре против ее воли. Ноги, запинаясь, сами несли ее по дороге мимо грядок к дому.

– Ничего не понимаю! – хватаясь за стул на кухне, воскликнула Яна.

Марина же, освобожденная от всяких пут, свободно прошла к столешнице и налила себе воды.

– Бабушка, что это? – требовала объяснений колдунья.

– А то, что Марина свою часть выполнила. Прочитала тебя. А ты? Эх! – махнула рукой пожилая женщина. – Пей, – подтолкнула она к внучке чашку с отваром. – Не страдать же Маринке из-за твоего характера.

Яна обиженно осушила кружку, с трудом сдержав в конце рвотный позыв.

– А почему обратное зелье такое невкусное? – в недоумении воззрилась она на старушку.

– Откуда ж сладости взяться, ежели ты сама горчишь? – иносказательно отвечала старушка.

Марина, обиженная полным равнодушием и эгоизмом Яны, молча вышла из дома.

– Вот! – выразительно указала на захлопнувшуюся дверь бабушка Липа. – Довольна?

Юная колдунья только макушку почесала.

Марина же тем временем неспешно блуждала по сельским дорожкам, время от времени пиная особо зазнавшиеся камушки, решившие высунуться на поверхность.

Не обращая ни на кого внимания, блондинка несколько раз проигнорировала направленные в ее адрес слова приветствия от встречающихся бабушек и старичков. Чем весьма их расстраивала и порождала шепотки о городском бескультурье.

Только однажды ее взгляд зацепился на постороннем. Им оказался Андрей в компании какой-то девчонки. Они довольно мило разговаривали, и Марине с неудовольствием для себя отметила, что юноше абсолютно все равно, на кого распространять свои эндорфины. В глазах все то же кокетство, и та же обольстительная улыбка.

Поджав губы, девушка двинулась дальше.

Разговаривать Марине особо ни с кем не хотелось, и компании она не искала. Зато компания нашла ее, совершенно случайно.

– Эй, городская, чего не здороваемся? – окликнула блондинку стайка девчонок.

– Ой, извините. Задумалась, – неловко улыбнулась Марина, подходя к новым знакомым. Имен она их особо не запомнила, кроме самой высокой среди них. Да и то только по тому, что звали ее Ларисой.

– А мы думали, зазналась, – последовал глумливый хохот.

И без того пребывая не в восторге от большинства сверстниц из поселка, девушка, нервно оглянувшись, попыталась вежливо прекратить общение.

– Не, не, – перехватили ее новые приятельницы. – Как с Андреем гулять, у нее время есть. А на нас – нет? – прозвучал притворно обиженный голос одной из них.

– Ты, городская, не с того дружбу с нами начала, – заявила, подходя к Марине вплотную, Лариса.

– На него что, бронь? – возмутилась Марина.

– Ага. Пожизненная, – хихикнули подпевалы Ларисы.

Блондинка уже успела пожалеть, что вообще связалась с этим парнем. Приятного ноль, зато сколько проблем: и с сестрой поссорилась, и сейчас от местной гопоты в юбках еще отхватит.

– Не буду я к нему больше подходить, – второй раз за день пообещала девушка.

– Конечно, не будешь! – елейным тоном пропела одна из новых знакомых.

Другая девочка сделала шаг куда-то за спину Марины. Блондинка хотела было оглянуться, как Лариса мигом привлекла к себе ее внимание. Нарочито ласковым тоном, положив руку на плечо городской, произнесла:

– Ладно. На первый раз прощаем. Видим, ты девчонка четкая.

Одарив Марину самым добродушным взглядом, впрочем, за которым скрывалась явная неприязнь, Лариса сделала знак своим шестеркам, и они, мило улыбаясь блондинке, оставили, наконец, ее в покое.

Выдохнув и ощутив вдруг внезапную усталость, девушка опустилась на скамейку, приставленную тут же неподалеку. С одной стороны с нее открывался неплохой обзор на сельскую дорогу и дома, прилегавшие к ней. А с другой – прекрасный вид на озеро, раскинувшееся в низине. Небывалый простор, когда небо и наверху и в отражении водной глади, над которой парили ласточки. Прикрыв глаза, Марина вдохнула полной грудью. И так хорошо стало на душе. Ничто не трогало ее, ничто не злило.

– Привет.

Но безмятежность это длилась недолго.

– Привет, – без особого желания поздоровалась Марина с Андреем.

– Что делаешь?

Блондинка с раздражением подумала, как было бы хорошо, оставь он ее в покое. Вся ее симпатия к парню улетучилась под натиском ненужной драмы, разбираться с которой, а, уж тем более, бороться за предмет воздыхания, девушке вовсе не хотелось. Марина, несмотря на юный возраст, считала себя выше этого.

И, как по волшебству, ломанный диалог между парнем и девушкой был прерван телефонным звонком. Отвлекшись, чтобы ответить, Андрей не заметил, как его вынужденная собеседница исчезла с поля его зрения.