Текст книги "Лето в Кощейково (СИ)"

Автор книги: Носкова Анастасия

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 13 страниц)

Глава 5

Петух явно за что-то мстил Марине, поскольку уже которое утро подряд девушка неизменно просыпалась под его аккомпанемент. Зевая и сонно потирая макушку, девушка вышла на крыльцо, потянулась и тут же тяжело опустилась на ступеньки. Сил продолжать этот день больше не находилось.

Городская большую часть ночи провела в беспокойных мыслях и все ворочалась, вспоминая историю Александра. Ей было нестерпимо жаль молодого человека, у которого так несправедливо за ошибки отца отняли жизнь.

Словно в насмешку над девушкой мимо их ворот пробегал Илья. До ужаса бодрый. То противного веселый. Заметив на ступеньках Марину, юноша остановился и, облокотившись о забор, обратился к ней:

– У вас в городе все так равно встают?

– Это все петух! Почему бы просто не пустить его на суп! – жаловалась блондинка.

– Потому что без петуха цыплят не будет, – усмехнувшись, сумничал утренний бегун.

– А кто тебя в такую рань выгнал? – протирая лицо, спросила Марина.

– Никто, я сам, – не без гордости объявил он. – В здоровом теле – здоровый дух!

Девушка измученно опустила корпус на колени.

– Маринка, ты? Встала уже? – раздался энергичный голос бабушки Липы.

Блондинка в ужасе дернулась, боязливо приподняла голову, оглядываясь.

– Сейчас поможешь мне с огородом! – прозвучал голос старушки где-то совсем близко.

– Бабушка Липа, а можно Маринка мне сначала поможет? – озорно подмигнув девчонке, крикнул Илья.

– А тебе на что? – искренне удивилась пожилая женщина, поднимаясь на крыльцо и внимательным взглядом окидывая паренька.

– Так, мне бы зашить.

– Что?

– Да куртку вчера порвал. А мне очень надо прям сейчас. Пока мамка не увидела. А то заругает, – довольно убедительно чесал языком давний друг Янки.

То, что парень мастерски ей лапшу на уши вешает, бабушка Липа поняла давно. Чай не первое столетие небо коптит. Но уж больно любопытно стало пожилой женщине поглядеть, к чему все это приведет.

– А ты шить-то умеешь? – придирчиво глядя на внучку, поинтересовалась старушка.

– Умею! – уверила ее Марина. – Я и на кружок в детстве ходила!

– Ну, ладно.

И под пристальный взгляд прозорливой колдуньи ребята быстрым шагом устремились вдоль дороги, не веря в успех мероприятия.

Уже оказавшись вне зоны видимости пенсионерки, они звонко рассмеялись.

– Слушай, спасибо тебе большое! – положив руку на плечо парня, от души поблагодарила Маринка. – А то за бабушкой не заржавело бы. Вмиг припахала к работе.

– Да не за что. Но мне на самом деле надо куртку зашить, – произнес юноша.

– А-а, – смешалась блондинка. – Так ты не выдумал?

И тут Илья прыснул со смеха.

– Испугалась? Значит, не умеешь ты шить! – подразнил он девочку.

– А вот и умею! – заявила она. – Вот порви что-нибудь. А зашью!

– Как-нибудь в следующий раз, – усмехнулся юноша.

Они неспешно прогуливались по сельским тропам в этот ранний час, когда на огородах только и можно было что разглядеть согнутые спины бабушек. Молодежь предпочитала отдавать все свои силы более темному времени суток.

Илья в красках описывал их с Янкой приключения: и как они доводили до белого каления бедного лешего, пародируя кукушку и расставляя по поляне искусственные цветы. И как они гоняли по всему лесу Жар-птицу в попытке вырвать у нее хотя бы одно перышко. И как клад искали в ночь на Купала.

– Нашли? – взволнованно спросила Марина.

– Какой-там. Заблудились да в болото забрели. Хорошо, нас Кикимора вытащила, – махнул рукой парнишка.

Смех девушки заглушило настойчивое урчание живота.

– Ой, – блондинка неловко улыбнулась. – Такая сонная была, что даже не позавтракала.

– Ничего. Сейчас сообразим, – подмигнул ей Илья и, неожиданно взяв Марину за руку, повел в неизвестную ей сторону.

Отчего-то девушка испытала приступ смущения от столь вольного жеста нового знакомого. Но, поскольку сам парень вел себя довольно непринужденно, то и блондинка не стала как-то акцентировать на этом внимания.

Рука у Ильи была теплой, немного шершавой от мозолей.

Юноша подвел девушку к ларьку, на витрине которого до сих пор можно было разглядеть забытые сладости из детства.

– Неужели уже открыто? – удивилась Марина.

– Ага, – делая шаг в сторону ларька, беззаботно отозвался Илья.

– Но у меня нет с собой денег, – и в подтверждении своих слов городская вывернула свои карманы.

– Ничего. Разберемся, – успокоил ее новый знакомый.

Девушке оставалось только стоять на месте да хлопать глазками. Казалось, для этого деревенского простого паренька нет ничего невозможного. Ведь Илья действительно разобрался и уже резво подзывал к себе новенькую.

– Тетя Зина, запишите, пожалуйста, батон хлеба и… «Колокольчик» будешь? – обратился к Марине юноша.

Та только кивнула, застенчиво поглядывая на продавщицу.

Поправив очки, женщина окинула ребят лукавым взглядом и, всеми силами сдерживая улыбку, вручила Илье батон в пакете и бутылку лимонада.

Поблагодарив добрую продавщицу, юноша, подталкивая свою спутницу, направился к небольшой сельской площадке. Расположившись на лавке, он передал пакет Марине. Та обхватила руками хлеб. Корочка хрустела у нее под пальцами, аромат разносился на всю округу Разум у городской помутился, и она впилась зубами в горбушку.

– Как же вкусно! – простонала девушка. – Никогда не думала, что простой хлеб может быть таким вкусным!

– Это тебе не ваш магазинный, – с гордостью усмехнулся Илья. – Дай-ка, – он отломил себе ломоть.

– А как ты так, без денег? – запивая любимым вкусом из детства, поинтересовалась Марина.

– Так у нас же все свои. Записали в тетрадку должников и все. Это нестрашно, – тут же добавил Илья и тоже сделал глоток лимонада.

Оглядев бутылку, девушка не смогла сдержать улыбки.

– Лет сто его не пила. Знаешь, – она обернулась на собеседника, – когда я была маленькой, дедушка постоянно покупал мне «Колокольчик» и «Буратино».

Глаза у блондинки сияли от прилива ностальгии.

– А как так вышло, что ты раньше тут не была? – настал черед юноши задавать вопросы.

Блондинка сделала один большой глоток и с трудом проглотила, отчего нос защипало, а на глазах выступили слезы.

– Не знаю, – честно ответила Маринка. – Просто родители не привозили.

– А с бабушкой не было интересно пообщаться? – Илья не обвинял, просто искренне хотел разобраться в ситуации.

– Мама говорила, что бабушка вредная. Что ей не до меня. Что она занята. А потом вдруг бах, и тебе говорят, что надо бы проведать бабушку. Это так странно, – нахмурилась девушка. – Я сперва решила, что она умирает. Ведь обычно так происходит. Но мама объяснила, что я просто очень давно с ней не общалась. И это нехорошо.

– Ты, должно быть, была в шоке, -усмехнулся ее собеседник.

– Ты себе даже не представляешь! – рассмеялась блондинка. – Такое ощущение, что мои родители с ума сошли! Но… я рада, что я здесь, – призналась Марина. – Тут интересно. И весело! Вот только Янка… Дикая какая-то!

– Она хорошая! – Илья ободряюще похлопал девушку по плечу. – Просто ей тяжело.

– Тяжело? Это всем вокруг с ней тяжело! – выпалила городская.

– Тебе просто нужно к ней привыкнуть, – хохотнул юноша. – Пошли, покажу тебе что-то!

Блондинка нехотя поднялась на ноги.

– А ведь так хорошо сидели! – простонала она.

И вновь извилистая, местами поросшая травой, сельская дорога. Одни деревянные домики сменялись другими, пока, наконец, Илья не привел свою спутницу к своему дому.

– Вот! – он с гордостью представил ей свой байк. Не первой молодости. Местами железо изрядно пожевала ржавчина. Зато свой.

– Он хотя бы ездит, – вскинув брови, глядя на транспорт с натяжкой, с сомнением поинтересовалась Марина.

– А то! – и Илья в доказательство своих слов попытался завести мотоцикл.

– Но, видимо, не сегодня, – сложила руки на груди блондинка.

– Я же только вчера его проверял, – смущенно потирая затылок, задумчиво произнес юноша.

– Вот ты где!

Ребята вздрогнули от звука грубого, неприветливого голоса. Обернувшись, они обнаружили перед собой никого иного, как Яну. Колдунья явно была чем-то обижена. Недовольно сверкая глазками в сторону сестры, обратилась к старому другу:

– Почему меня не дождался?

– Ты спала. А тебя в таком состоянии будить опасно, – развел руками юноша. – В прошлый раз, позволь напомнить, ты меня так прокляла, что я целый день из-за икания не мог разговаривать.

Девушка, нехотя признавая долю истины в словах Ильи, демонстративно сложила руки на груди.

– Не злись, – миролюбиво произнес юноша, подходя к закадычной подруге. – Позже вечером все вместе погуляем. Договор?

– Договор, – несколько оттаяла Яна.

Но эта милость распространялась только на Илью и к Марине не имела никакого отношения.

– Пошли, бабушка уже потеряла тебя, – и, не глядя на сестру, юная колдунья направилась в сторону дома.

Блондинка же не спешила семенить за сестрой. Обернувшись на нового знакомого выразительно вскинула брови и выгнула губы. И только после таких субтитров отправилась к дому бабушки.

– О, козочка моя белая вернулась, – приветствовала внучку пожилая женщина. – Вот вам ведра, топайте ягоды обирать. А то опять лягушки все ее обсосут.

Маринка скривилась, представив себе такую неприглядную картину. Янка молча вяза ведро и, не дожидаясь сестры, вышла во двор. Как только обе девушки разбрелись по разным сторонам клубничной грядки, опытная колдунья смерила внучек пристальным взглядом.

– Эй, малахольный! – позвала она Александра.

– Слушаю, – подошел к старушке юноша.

– Вот тебе деньги, сходи за продуктами. Список я в коридоре оставила, – не глядя на новообретенного внука, проговорила бабушка Липа. Все ее внимание было приковано к рассорившимся девчонкам.

Проследив ее взгляд, недавний дворянин сдержанно кашлянул.

– Ежели есть, что сказать – так говори! Мне свои эти ужимки оставь, – цокнула на старая колдунья. – Что в таких случаях Пушкин говорил?

– Александр Сергеевич больше в любовных делах был мастер.

– Да это мы знаем, – прервала его пенсионерка. – Ты-то высокого полета птица. Может, подсобишь чем бабушке. Вижу, не ссорятся, не ругаются. За косы друг друга не таскают. А все ладу у них нет. Чего не поделили? Вроде, и с парнем тем уже разобрались. А все равно как кошка с собакой.

– Яна и Марина совершенно разные по духу, – издалека начал Александр. – Марина у вас, как бы так мягче выразиться…

– Да уж говори, как есть, – разрешила бабушка Липа.

– Грубая, деревенская девка. Нет в ней чуткости, нежности. Словно репейник, цепляется она к людям. Марина же – сущая противоположность. Чуткая. Знакома с приличиями. От того ей так тяжело с вашей Яной.

– Знаешь, что, – подбоченилась женщина, – а правильно все сказал! – неожиданно похвалила его она. – А теперь сгинь с глаз долой в магазин.

Подперев щеку рукой, принялась колдунья думать, как ей внучек примирить.

Глава 6

Продавщица тетя Зина не шла, она летела. Окрыленная новой порцией сплетен. По девичьи потряхивая кудрями химической завивки, она хихикала своим каким-то мыслям.

– Тетя Липа! – без стука вошла она в дом древней колдуньи. – Наливай чай!

На кухне, куда проплыла воодушевлённая гостья, ее встретили две пары глаз. Одна принадлежала хозяйке дома, а вторая – ее закадычной подруге.

– Здравствуйте, Галина Ивановна, – присмирев, поздоровалась со старушкой Зинаида.

Пожилая женщина смерила гостью придирчивым взглядом и засобиралась восвояси. Не любительницей она была языком мелить да сплетни по углам собирать. Зато древняя колдунья, ох, какая была охотница до этого. Любила все про всех знать, да быть в курсе последних новостей. И неважно, что они сочинялись на скорую руку и не дожили до следующего дня. Когда век твой через чур долог, хочется как-то разнообразить жизнь.

Неловко проводив Галину Ивановну, Зинаида села на освободившийся стул и зашептала доверительным тоном:

– А где вы такого замечательного мальчика откопали?

– Где откопали – там уже нет, – хохотнула бабушка Липа.

– Такой вежливый, тактичный, – женщина в восхищении приложила руку к груди. – И осведомился о моем здоровье. Спросил, как мои дела. А то от нашей шпаны ведь не дождешься, – пожаловалась она. – Им только дай, да полетели словно в поле ветер.

– Да, воспитанный мальчик, – протянула старая колдунья, но без особого довольства. – Учится дрова колоть.

– Правильно, – кивнула головой Зинаида. – А что у твоей внучки с Ильей? – в предвкушении она подперла кулаком щеку.

– А что у них? – удивилась пенсионерка.

– Так гуляют, – воскликнула женщина.

– Ну, гулять и с курами можно, – отмахнулась бабушка Липа. – Вон, он с Янкой моей, почитай, десять лет гуляет.

– Так он ее сегодня угощал, – не сдавалась Зинаида.

– Чем? – скептически глянула на нее колдунья.

– Батоном и газировкой.

– Хорош жених, – фыркнула пенсионерка. – В мое время без цветов ни о каких гуляниях и речи не было. Ладно, что еще расскажешь?

– Бабушка Липа! – прервал их сеанс сплетен мальчишеский, с легкой хрипотцой голос.

– Вспомнишь солнце, вот и лучик, – развела руками Зинаида.

– Здравствуйте! – поздоровался со всеми Илья. – А ваша внучка дома?

– А тебе которую подавать? – полюбопытствовала колдунья.

– А сколько есть? Всех давайте! – пошутил юноша.

– Ишь, прыткий какой! – ласково пожурила его пенсионерка.

Ее собеседница только лукаво улыбнулась, поглядывая на паренька.

Вихрем из спальни выскочила Янка и, не дав другу опомниться, потащила на улицу. Только за ними хлопнула дверь, как в кухню вышла Марина, держа в опущенной руке начатую книгу.

– Что-то случилось?

– А ты бы еще больше все проморгала, – деловито заметила Зинаида.

– Бабушка? – обратилась блондинка к более вменяемому персонажу.

– Да Илья заходил. Они с Янкой гулять ушли.

– Ясно, – бросила девушка и закрылась в своей комнате.

– Ну, ты погляди, что делается, – посетовала старая колдунья. – Вот что с ними делать?

– Молодость! – усмехнулась мечтательно Зинаида.

Марина попыталась углубиться во внеклассное чтение. Но смысл истории, какой бы увлекательной она ни была, никак не желал задерживаться надолго в памяти девушки. Что скрывать, ей было обидно. А кому понравится, когда тебя оставляют за бортом.

Мирное тиканье часов как будто нарочно замедляло время, делало его еще более одиноким для блондинки. Отложив книгу, она села на подоконник.

Солнце золотым светом растеклось по линии горизонта, как яичный желток на сковороде. Заполнило своим ярким светом все уголки, прогнало все тени. Те, трусливо затаившись, терпеливо дожидались, когда их извечный враг скроется из виду, и тьма сомкнется над поселком во всей своей безнаказанности.

Во дворе Александр все воевал с дровами. Те то отлетали, то больно падали на ноги парню. И только пару раз вчерашнему дворянину удалось разрубить деревяшку пополам.

Когда парю в очередной раз прилетело от полена, Марина скривилась от чужой боли.

– Живой? – обратилась она к другу.

– Да, полагаю, – мужественно претерпевая боль, произнес Александр.

– Что сложнее: фехтование или рубка дров? – поинтересовалась блондинка.

Юноша легко рассмеялся и обрушил на дерево новый удар, и то, на всеобщую радость, раскололось надвое.

– Ура! – закричала Марина и захлопала в ладоши.

Вчерашний дворянин смущенно потер шею.

– Так, дети, марш на улицу! – скомандовала бабушка Липа, выходя во двор.

– Так мы уже. Ну, почти, – протянула блондинка.

– Давай мне тут не умничай, – цокнула на нее колдунья. – Хватит работать.

– Золотые слова, бабушка! – одобрила Марина. – Александр, лови! – и она свесила с подоконника ноги.

Растерявшись было, юноша подскочил к окну и, преодолевая все оттенки смущения, обхватил девушку под коленки.

– Спасибо, – беззаботно улыбнулась она, поправляя подол платья, когда оказалась на земле.

Провожая внучку, которая побежала к крыльцу за балетками, бабушка Липа протянула:

– Во, девка! – и обратилась к оторопевшему от случившегося Александру, – давай, бледней обратно. Смущаешь мне скотину.

Представления о том, куда же может поддаться молодежь в деревне, что Александр, что Марина, имели самые неопределенные. А, точнее говоря, не имели вовсе. Вот и шатались, подобно перекати-полю, в надежде отыскать все-таки для себя развлечение.

Но, кто ищет, тот всегда найдет.

На небольшой детской площадке расположилась компания из местной молодежи. Мальчишки, девчонки. Во круг них распространялась та особая атмосфера юности и свободы, что, проходя мимо, даже те из взрослых кто уже позабыл, что такое трепет сердца, невольно вздрагивали от неожиданных воспоминаний о поре своей молодости. Словно воронка, компания затягивала, пробуждала устойчивое желание стать частью этого всплеска подростковой эйфории. Несмотря на столь ранний возраст, страсти кипели среди подростков нешуточные. Если приглядеться со стороны, невооруженным взглядом можно определить, кто в кого влюблен, к кому ревнует, с кем скрытые конфликты, умело замаскированные под учтивые улыбки.

– Привет, – набравшись решительности за себя и своего спутника, Марина смело шагнула к ребятам.

Те смерили ее недоуменно заинтересованным взглядом.

– Новенькая, что ли? – спросила одна из девчонок.

Поразительно, насколько осведомлено было старшее поколение обо всем, что делается в поселке, и насколько несведущими оказались их внуки и дети.

– Марина, – представилась блондинка. – А это Саша.

На возмущенный взгляд друга девушка только выразительно кивнула.

– А-а! Ты сестра Янки! – догадался какой-то мальчишка.

Раздались шепотки и тихие насмешки.

– Да, но мы не то чтобы ладим, – поспешила объяснить Марина.

– Мы не удивлены, – широко улыбнулось очередное незнакомое лицо. – С ней никто толком не ладит.

– А парень с тобой кто?

– Что он молчит?

Посыпались новые вопросы.

– Это мой брат. Он тоже из города, из гимназии, – быстро сочиняла девушка, чтобы как-то оправдать непривычную современным подросткам речь юноши, а вопросы она определенно вызовет.

– И надолго вы к нам?

– На лето, – ответила Маринка.

– Ты, вроде, ничего так. Давайте к нам, – соблаговолили-таки подростки.

Блондинка переглянулась со своим спутником и смело шагнула вперед. Александр же отнесся к данному обществу более критично, внимательно оглядывая ребят и составляя свой портрет на каждого. Вот, например, девчонка с цветными волосами явно стремиться к лидирующей позиции, но ее затмевает эффектная брюнетка с недобрым, хитрым взглядом. Мальчишки как-то больно ревностно отгораживают своих дам от новенького, словно боятся, что, подавшись новизне, девчонки бросят их. Справедливости ради, некоторые из них действительно бросали на Александра заинтересованные взгляды.

Среди этой одношерстной компании словно жемчужина среди гальки выделялась одна, неприметная на первый взгляд, девушка. Маленькая, худенькая, точно птица. С мягкими чертами лица, с которых не успело сойти очарование детства. Ее короткие с медным отливом волосы непослушными кудрями топорщились в разные стороны. Ясные голубые глаза излучали неподкупную простоту. Россыпь веснушек придавали столь милому образу некоторого мальчишеского озорства.

Настолько весь облик незнакомки заворожил Александра своей поэтичностью, чем-то естественным, приближенным к природе, что юноша не в силах был оторвать от нее взгляда, нарушая все приличия.

Впрочем, а чем еще было заняться вчерашнему дворянину? Послушав его изысканную речь, парни коллективным разумом решили, что новенький – не их круга и как-то синхронно вытеснили его из своего общение. Что ничуть не задело молодого человека. Он вообще предпочел бы уйти, не видя в данном собрании какой-либо ценности. Ощущая себя в роли Чацкого, Александр терпел весь этот балаган исключительно ради Марины, которая, в отличие от него, смогла-таки завязать разговор с женской частью компании.

– Добрый день, – решил попытать счастье Александр, подходя к прекрасной незнакомке. – Простите мне мою вольность, но вынужден признать, вы являетесь единственным украшением сегодняшнего вечера.

Девчушка обратила на него взгляд своих глаз цвета василька и добродушно улыбнулась.

– Это у вас в городе все так странно разговаривают? – добродушно рассмеялась она.

– Эй, Натах, он к тебе пристает? – рядом с ними вырос спортивного телосложения юноша в спортивках. – Шел бы ты отсюда.

– Сань, остынь!

Оба парня обернулись на голос, который принадлежал девушке, поразительно похожей на Наташу, только в более модной обертке. С косметикой. И волосы ее, выпрямленные, демонстрируя чудеса дрессуры, аккуратно спадали на плечи.

– Вы мне? – уточнил вчерашний дворянин.

– Ты тоже Саня? – с промелькнувшим дружелюбием оглядел его пацан. Получив в подтверждение утвердительный кивок, он просто рассмеялся и приобнял новенького. – Тезка, значит. Ну, тезка, ты смотри! Не хулигань.

– Можете быть уверены, мое поведение не пересечет рамки приличия.

– О! Чешет-то! – хохотнул Саня и похлопал нового друга по спине, что на языке двора означало полное принятие.

Марина, оглянувшись на друга, с облегчением выдохнула. Несмотря на непривычное аристократичное поведение он смог завоевать расположение некоторого круга лиц.

Сама же блондинка была не слишком довольна складывавшимся разговорам. Ее собеседницы, видимо, найдя новые уши для обсуждения непростого характера Яны, только и делали, что загружали Марину новой порцией нелицеприятных историй. Не то, чтобы ее сестра действительно везде была жертвой. Скорее, у местного девчачьего общества не хватало ни желания, ни терпения в общении с грубой колдуньей. В результате чего между ними сложилась глубокая, взаимная неприязнь. Марине даже сделалось обидно за сестру.

Уже позже в сумерках добираясь до дома по документам двоюродные брат и сестра обменивались своими впечатлениями.

– Я, конечно, не в восторге от Яны. Но обсуждать целый час, какая она плохая – слишком, даже для меня, – тяжело вздыхала блондинка.

– Хочу отметить, несмотря на примитивную речь и явное скудоумие, мой собеседник оказался довольно неплохим человеком. Весьма самобытный, позволю себе заметить.

– А мне показалось, твое внимание больше привлекла та рыжая девчонка, – подразнила друга Маринка.

Кончики ушей у ее спутника неожиданно покраснели.

– Да, весьма прелестная особа.