Текст книги "Девушка в наушниках (СИ)"

Автор книги: Нор Эли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)

Глава 20

Суббота, 28 сентября 2019

День

Когда-то я заметила, что смотрю на людей и повторяю их действия…Как будто хочу быть такой как они…нормальной…Я пытаюсь притворится кем-то другим…Быть не собой – вот единственный шанс…жить…не привлекая внимания…

Я – не я…и жизнь эта не моя…

Как будто ты просто живешь…для приличия…

– Ты любишь свою маму? – спросила Анастасия Александровна.

– Да, – отвечаю.

– Своего отчима?

– Они моя семья, – произнесла я с раздражением.

Как будто ищет проблему в моих родных…

Она что-то записала в свою тетрадку.

– Что ты видишь чаще всего в своих кошмарах?

– Не что, а кого…его…

– Он тебя обижает?

– Нет, он просто приходит…я чувствую его присутствие…

Женщина глубоко вздохнула.

– Ты пила снотворное?

– Когда я его пью, то не могу проснуться. Кошмары становятся очень долгими.

– Понятно. Значит, попроси маму побыть с тобой…

– Она ночевала со мной, но кошмары все равно были и я ей совсем не давала уснуть.

– Это со временем пройдет.

– Не могу дождаться, – фыркнула я.

Она встала и села рядом.

– Я тебе не враг, – примирительно произнесла она.

Я посмотрела в окно.

– Я знаю, – буркнула.

– Мне принесли фотографии…подозреваемых…

– Показывайте, – перебила я ее. – И я пойду домой.

Она встала и направилась к столу.

– А знаете, – произнесла я задумчиво.

Женщина обернулась.

– Я думаю, что у меня депрессия…

Подняв на нее глаза, я улыбнулась сквозь слезы.

– Пожизненная…

Воскресенье, 14 октября 2018 года

Ночь

– Любишь читать? – неожиданно, после долгого молчания, спросил парень.

Я не ответила. Он затормозил около дома…Ну… дома я не видела, потому что тупо смотрела на свои связанные руки. Запястья ужасно болели. Он так сильно завязал, что они уже, наверное, синие. Слишком темно, чтобы сказать точно…

– Я спрашиваю – ты отвечаешь, – с нажимом произнес он и вышел.

– Готова? – спросил он, открывая дверцу с моей стороны.

Я только сжала кулаки и медленно повернула голову в сторону парня, моргнув. Слезы скатились по моим щекам и задержались на подбородке.

– К чему? – вышло хрипло и тихо.

Он не ответил. Когда он наклонился, я вздрогнула. Одну руку он просунул под мои колени, а вторую за спину. Парень немного поднял меня и вытащил из машины, держа на руках.

А я закрыла глаза и надеялась, что это просто кошмар…

Усталость накрыла с головой и я в последнее мгновение попыталась открыть глаза, но темнота поглотила меня быстрее…

Сквозь густую темноту проскальзывал голос, который заставлял мое сердце сжиматься от страха.

– Тишшше…спи…

Я чувствовала воду…Как будто тонула…Только хотела сделать вдох…и меня вытянули…Я пыталась открыть глаза, но эта темнота…она так крепко держала меня…в неведении…в страхе…в холоде…

Понедельник, 15 октября 2018 года

Утро

– Девочка моя, – послышался шепот. – Соня, вставай…

Я застонала. Стоило двинуться и все тело начало болеть.

– Ты простыла, – прозвучало укоризненно.

Я открыла глаза и тут же зажмурилась. Свет врезался и причинил боль.

Голова была тяжелой.

– Не бойся. Ты не умрешь.

Я медленно открыла глаза.

Брюнет сидел на краю кровати и улыбался. Лицо свежее…такое…светлое…

Кажется просто светлым сном…

Сейчас он выглядит…таким…простым…нормальным…обычным…даже добрым…

Как же все нереально…

– Не думаю, что ты боишься смерти, – развеял он мои идиотские мысли.

Он положил ладонь мне на лоб, и я вздрогнула.

– Ты бледная, и лоб холодный…странно…

Он убрал руку и прикоснулся к моей руке.

– Холодная… Какие лекарства тебе купить?

Я сглотнула.

Отдернула руку и подтянула одеяло повыше. Заметила на себе чужую майку.

Прикоснулась к своим волосам и парень тут же отбросил мою руку и сам провел пальцами между прядями моих волос.

Я даже дыхание задержала.

Я боялась каждого его действия.

– Я тебя хорошенько в святой воде выкупал, – произнес он серьезно.

Я вся сжалась, ожидая, когда он перестанет касаться моих волос.

– У тебя красивые волосы, – немного наклонившись, прошептал он.

Я со всей силы прильнула к кровати, если это вообще возможно, когда ты и так лежишь.

– Ах да…это была шутка, – произнес он и улыбнулся. – Я не купал тебя в святой воде…

– Я купал тебя. Я мыл тебе волосы, – задумчиво произнес он, продолжая гладить меня по голове.

Мои глаза сами округлились.

Он мыл меня? Прикасался? Видел голой?

– Это было…впервые, – произнес он. – Странно…но мне понравилось.

Его рука переместилась на мою щеку…потом на шею…ниже…

Я оттолкнула его руку и, отбросив одеяло, быстро полезла на другую сторону кровати. Вскочила на ноги. Голова закружилась, перед глазами опасно потемнело, меня повело в сторону, и я чуть не упала.

Неожиданно меня поддержали сильные руки.

– Осторожнее, – прорычал брюнет и я сильно вздрогнула.

Он усадил меня на кровать.

Парень схватил меня за лицо, сжав челюсть так, что шевелится было больно. Заставил смотреть на него.

– Повторяю последний раз. Какие лекарства тебе нужны? – спросил он, в раздражении повышая голос.

– Не знаю, – мой голос дрожал, а из глаз брызнули слезы.

– Не знаешь? – переспросил он.

– Не…знаю, – ответила, судорожно глотая слезы. – Меня всегда лечила мама, – начала оправдываться.

Я была уверена, что она будет всегда рядом. Она всегда была моим…всем. Или я глупая и не запоминала названия лекарств, или я не хотела даже представлять, что ее может не быть рядом. Я просто…

– Как можно не знать? – спросил он серьезно…без злости.

Брюнет медленно отпустил меня и отошел на шаг.

Я сглотнула.

– Я…моя мама…всегда ухаживала за мной…

Даже если я и знала какие-то названия лекарств…сейчас не могла вспомнить ничего…

Я часто моргала, пытаясь избавиться от пелены слез, но тут же накатывала новая.

– Она…всегда меня лечила, когда я болела…я…не…знаю, – прорыдала я и закрыла лицо руками.

– Коротышка, хватит реветь. Я же тебя не бью, не режу, – шептал он, поглаживая по голове.

Парень убрал мои руки от лица.

– Я тоже не знаю, – произнес он.

Брюнет взял в ладони мое лицо, вытер слезы, струившиеся из моих глаз.

– Я же не плачу из-за этого, – сказал он.

Тепло его кожи помогает мне чуточку успокоиться, и я начинаю чувствовать, как сердце мое перестает так бешено колотиться в груди. А после и вовсе замирает, когда парень наклоняется и целует меня в лоб.

– Теперь горячий, – шепчет он и отдаляется, но снова приближается и неожиданно целует меня в щеку.

– Ты сильно краснеешь, – произносит отстранившись.

Он так близко, что я боюсь сделать вдох.

Даже плакать перестала.

Голубые глаза, завораживающие своей глубиной…своим кристальным холодом…

Его взгляд упал на мои губы и уже больше не отрывался от них. Я как зачарованная всматривалась в его лицо, совершенно не замечая, как текут минуты.

– У тебя совсем сухие губы, – произнес он, продолжая смотреть на них.

Я сглотнула.

Брюнет неожиданно наклонился и провел по моим губам теплым языком.

Я оттолкнула его и упала спиной на кровать. И тут же перевернулась на бок, подтянула колени к груди, зажмурившись, и громко заплакала.

– Пожалуйста, не надо, – судорожно прошептала сквозь рыдания.

Все тело дрожало.

Я почувствовала как меня всю накрыли чем-то мягким и теплым. Я вздрогнула и открыла заплаканные глаза. Сквозь одеяло совсем не проскальзывал свет.

– Ты реви, а я пойду поем, – услышала его голос и удаляющиеся шаги.

Рыдания сотрясали мое тело. Вскоре не было сил ни плакать, ни дрожать. Я просто лежала и глубоко дышала. Под одеялом стало жарко и я осторожно выглянула из-под него.

Дверь была открыта. До меня доносились слабые звуки с первого этажа. Я отбросила одеяло. В комнате никого не было.

Я глубоко вздохнула, попытавшись успокоить дрожь. Мне было холодно. По всему телу бегали мурашки.

Я закуталась в одеяло в попытке сохранить остатки тепла. Всю меня знобило. Я потрогала лоб. Пальцы у меня были холодные, и поэтому лоб показался горячим, как жаровня.

– Ну почему, – прошептала я. – Почему…я…

Из глаз потекли горькие слёзы ужаса и безысходности. Я вытерла их одеялом и закрыла глаза, пытаясь согреться.

– Коротышка? – услышала голос над собой и касание ладони к моему лбу.

Я уснула?!

– Ты вся горишь, – удивленно сказал он.

Я медленно открыла сонные глаза. Хотелось просто уснуть…

– Не закрывай глаза, – попросил он меня, поднимая на руки.

Он сел на кровать, держа меня на руках.

– Вы такие слабые, – произнес брюнет, обнимая и поглаживая меня по голове. – Ты так дрожишь…мне даже жаль тебя, – насмешливо добавил.

Я же вцепилась в одеяло и пыталась согреться.

– Пришел, – сказал он и положил меня на кровать, уходя.

Брюнет вернулся, держа в руках поднос. Он поставил его на тумбочку.

Я не хотела есть, но он заставил. Помог сесть и подложил под спину подушку.

Я сперва не открыла рот, когда он протянул ложку, но стоило ему нахмурится и я сдалась. Не было сил…

Я все время дрожала и глотать было тяжело.

Он забрал поднос и ушел, только стакан воды оставил на тумбочке. Парень вернулся с пакетом. Он положил его около меня и начал вынимать разные пачки лекарств.

– Посмотри и выпей нужные, – бросив пачку, которую он рассматривал, встал и вышел.

Я дрожащими руками нашла парацетамол и приняла одну таблетку.

Даже такое действие для меня было очень тяжелым. Я пыталась не уснуть, но всё было бесполезно. Глаза сами закрылись и я погрузилась в глубокую темноту…

Глава 21

Суббота, 28 сентября 2019

День

Вы часто чувствуете волнение? Мурашки, которые бегают по холодной коже…Ладони, с которых ты пытаешься стереть пот, все время поглаживая черную ткань на коленях…

– Нет, – безжизненным голосом говорю, отдавая снимок.

– Ты уверена? – спрашивает психиатр, всматриваясь в фотографию.

– Да, – киваю я, переводя взгляд на деревья за окном.

– Эльвира, просто скажи имя…

– Я не знаю, я не вру! – вскочив, я сжала со всей силы кулаки.

– Спокойно, – сделала шаг назад женщина. – Мы просто пытаемся найти этих людей, чтобы спасти жизни…

– Хватит, – прорычала я. – Я устала!

Я выбежала в коридор.

В голове всплыло его лицо и я начала бежать со всех сил, пока не упала на выходе и обдирая руки и колени до крови, но всё же вновь вставала на ноги и бежала, не разбирая дороги…

Просто убежать…так далеко…чтобы не чувствовать…чтобы быть нормальной…чтобы убежать от всего этого…далеко…Но разве можно убежать от себя…от него…

Вторник, 16 октября 2018 года

Утро

Голова была тяжелая…Глаза не хотели открываться…

– Я хочу поиграть, – слышу голос, от которого мокрый холод скользит по всему телу.

Я сжимаю-разжимаю ткань одеяла в кулаке. Из закрытых глаз начинают стекать горячие слёзы.

Я умоляю Бога помочь мне…превратить все это в простой кошмар…Я хочу проснуться…

– Вставай! – кричит он и я распахиваю глаза.

Брюнет стоит надо мной и ухмыляется. В голубых глазах ненормальный блеск.

– Все люди так долго спят? – спрашивает он.

Я молчу.

Еще сильнее сжимаю кулак.

– Ты на Настю не похожа, – произносит он задумчиво.

Что?

Он наклоняется, и я вздрагиваю. Голова болит и слегка кружится.

Он помогает мне сесть и сам садится на край кровати. Брюнет большим пальцем вытирает слезинку на моей щеке и пристально смотрит на меня.

– Знаю, сегодня тебе будет тяжело после болезни, да? Но я не буду тебя слишком напрягать. Я никогда не играл в куклы. Только сейчас захотелось попробовать.

О чем он говорит?

***

Я моргаю и слезы скатываются к подбородку. С подбородка капли падают на мои колени, а точнее…на белую ткань платья…На белоснежной ткани уже виднеются черные пятна…точнее…слезы вперемешку с тушью…создают что-то мутное…Во рту сладкий привкус…Я чувствую, как мои ресницы слипаются каждый раз, когда я моргаю. Из-за моих слез все размывается…

И я, заглушая в своем сознании отвратительные звуки окружающих меня людей…

Разве можно назвать их людьми?

Нет.

Всеми силами ищу в мире один звук, на котором держится моя жизнь…

Биение моего сердца? Может.

Но я не слышу его.

В ушах звучит лишь размеренный стук столовых приборов.

Крик, который хочет вырваться из моей груди мешает дышать. В горле ком, который я не могу проглотить.

Слезы все продолжают скатываться…

Ладони холодные и потные…Я крепко держу вилку…так сильно сжимаю, что уже болит…но это не помогает отвлечься…

Отвлечься от побитых лиц девушек за столом…Отвлечься от мерзких рук Олега, которые грубо хватают за волосы блондинку. Отвлечься от разукрашенных лиц…От красной помады брюнетки, которая перемешалась со слезами и размазалась…От туши, которая тоже любит наши слезы…От странных…слишком ярких платьев, которые надеты на нас…Эти бантики на пышных юбках…На лбу блондинки рана, которая кровоточит…Капли крови скатываются по левой щеке…Одна капля скатилась к уголку глазу, но слезы не позволили надолго ей задержатся…

Мне кажется, что эти мокрые дорожки крови очень липкие…грязные…Наверное, на лице такое отвратительное ощущение…

Я сглатываю.

Девушки с мольбой смотрят на парней…

О какой мольбе может идти речь?

Я перевожу взгляд с куска торта на брюнета, который сидит рядом. Он спокойно ест. Блондин тоже выглядит спокойным. Олег улыбается, что-то шепчет на ухо блондинки и гладит ее по голове.

Как они только не давятся?

Девушки дрожащими руками пытаются съесть торт.

У каждого стоит тарелка с куском малинового торта…вилка и…нож…

Нож я тоже сильно сжимаю в руке.

Большая ладонь накрывает мой кулак с ножом.

Я смотрю на свой кусок торта.

Тарелка круглая…белоснежная…блестящая…

– Тебе не нравится? – спрашивает брюнет, не отпуская мой кулак.

Я сглатываю.

– Нравится, – говорю я дрожащим голосом.

Я моргаю, смахивая слезы. Я пытаюсь сдерживать слезы, мой подбородок дрожит. Я вся сжалась на своем стуле.

– Посмотри на меня, – приказывает он.

Я медленно перевожу взгляд на него и сквозь слезы пытаюсь удержаться, не отвести взгляд от его холодных глаз.

– Если нравится, ешь, – говорит он и слегка улыбается.

Я позволила себе всхлипнуть. Точнее…не смогла сдержаться…

– Можно я уйду? – жалобно попросила.

Он улыбнулся шире.

– Куда? – насмешливо спрашивает.

– В…комнату…

– Я еще не наигрался, – наигранно обиженно говорит он и разжимает мой кулак.

Он забирает нож, кладет его на стол и рассматривает мою ладонь, на которой осталась красная линия.

– Ешь, Настя, – выделяет он моё имя.

Как будто на что-то намекает…

Я дрожащей рукой нанизываю на вилку кусочек торта и медленно отправляю в рот. Меня тошнит от этого привкуса. Я пытаюсь проглотить и не удавится.

У меня получается и я медленно нанизываю на вилку еще.

– Молодец, – произносит похвально брюнет и медленно гладит меня по голове.

В этот раз меня заполняет ненависть. Я ненавижу все это…Я ненавижу его поглаживания…

Мне хочется убить его…

– Ты такая смешная, – говорит он и продолжает есть.

Я больше не могу и кусок съесть. Я просто не могу…Я нанизываю на вилку торт, но не ем. Я не могу…меня тошнит…Я вся дрожу…Слезы не останавливаются…

Мне хочется умолять, но я понимаю, что это бесполезно.

– Пожалуйста, – нарушает тишину хриплый шепот девушки.

Я поднимаю взгляд и смотрю на блондинку. Ее рот грязный…мерзкий…отвратительный…

Крем торта и красная помада смешались и размазались на коже…

К горлу подступает тошнота, я пытаюсь не дышать глубоко, чтобы с ней справиться.

Я моргаю, слезы скатываются к подбородку. Я облизываю губы и жалею об этом, потому что немного крема попадает в рот.

– Жри, сука, – шипит Олег и хватает девушку за волосы.

Он прижимает ее лицо к тарелке. Она мычит…Он резко тянет ее голову назад и снова со всей силы бьет ее голову об тарелку с тортом. Слышится треск, и блондин отпускает ее.

Она поднимает голову, плача. Ее лицо покрыто кремом и кусочками мятого торта вперемешку с кровью.

Самое странное то, что я не чувствую страха. Странное покалывание в груди, я почти не дышу. Я чувствую волнение, но не страх.

Я просто замираю, смотря на улыбку блондина…На брюнетку, которая, вздрагивая, запихивается кусками торта…

Я вспоминаю, как брюнет красил мои ресницы…Я плакала, я часто моргала, а он все равно держал меня за подбородок и красил тушью ресницы. Как щеточка для туши была перед глазами…она как будто запутывалась в ресницах и тяжело проскальзывала сквозь них…Как он сначала заставил меня помыться и надеть платье с пышной юбкой до колен. Оно выглядело детским…кукольным…

– Ешь, – врывается в мои мысли голос брюнета.

Я моргаю…Сколько можно? Когда уже я перестану плакать?

Я смотрю на вилку и не решаюсь приблизить ее к своему рту.

– Тебе не нравится? – спрашивает он.

Я неожиданно чувствую на своем колене его горячую руку и меня прошибает холод.

– Нет, – вырвалось у меня хрипло и я вскочила.

Я попятилась, ударилась спиной об что-то и сползла на пол, смотря сквозь слезы на брюнета.

– Я хочу домой, – прошептала я, обращаясь к парню.

Он продолжил сидеть за столом. Брюнет внимательно смотрел на меня. Без улыбки…

– А у меня нет дома, – произнес он серьезно. – Нет места…куда бы я хотел вернуться.

Он встал, и я вздрогнула.

– Мы даже не начали играть. Я думал, что будет весело, но ты все портишь, – произнес он и ухмыльнулся, стоя на месте. – Сядь на место.

Я не шевельнулась. Я просто смотрела на него, обнимая себя руками.

Брюнет подошел ко мне и поднял меня на ноги. Он усадил меня на стул.

– Мне скучно, – вздохнул Олег.

Он схватил блондинку за волосы, она вскрикнула. Олег рывком поставил ее на ноги, ее стул упал на пол. Он нагнул ее на стол.

Я попыталась встать, но сильные руки на плечах не позволили. Брюнетка, которая сидела слева от меня, даже не шелохнулась. Она продолжала есть торт. Только вздрагивала…

– Что естественно, то не безобразно, – прошептал мне на ухо брюнет, опаляя горячим дыханием.

Я начала вырываться, но его крепкая хватка не позволила даже немного повернутся в сторону.

Я повернула голову к брюнету, слыша крики блондинки. Он только улыбнулся и кивнул в сторону Олега.

Ужасные крики девушки сводили с ума. Мои легкие сжимались и не позволяли дышать. Все тело дрожало. Я пыталась вырваться, но без толку.

– Какая попка у куколки, – услышала голос Олега.

Блондинка кричала со всех сил и появилась надежда, что кто-то услышит. Я крепко зажмурилась, рыдая и не поворачивая голову в сторону Олега, несмотря на закрытые глаза.

Слышались подавленные рыдания, стоны, хныканья…

Я молилась…Молилась…Просила помощи…Просила спасти меня…

– А ты заслуживаешь спасения? – спросил шепотом брюнет.

Нет, он не может знать…Я же думаю…не говорю…Он не может слышать мои мысли…

Может, я произнесла это вслух?

Я повторяла имя мамы, отчима…Повторяла в голове слово…любимую мою цифру…

Три…три…три…Три…три…Три…

Все будет хорошо…Просто думай о чем-то другом…Не слушай стоны…не слушай крики…не слушай удары…Не смей открывать глаза…

– Разве это не смешно? Почему такая невинная маленькая девочка должна переживать такое? Разве ты заслужила это? Разве он поможет тебе? Почему он не помогает тебе? Почему твоя вера в него не помогает тебе? Твоя вера сильна? Даже сейчас? Почему же этот ублюдок не поможет тебе? Как думаешь? – шептал мне на ухо брюнет сквозь всхлипы девушки.

Меня тошнит от ее нытья…От ее стонов от боли…От ее крика…

– Почему он не поможет тебе? Скажи.

Я, всхлипывая, размазывала слезы по щекам.

– Почему он не поможет тебе?

– Я не знаю! – выкрикнула я, рыдая.

– Знаешь. Ответь мне. Может, стоит просить меня, а не его. Отвечай!

– Да, – прорыдала я, закрывая ладонями лицо. – Я знаю, что он мне не поможет, – прошептала я дрожащими губами. – Я знаю…он не поможет…его нет…

– Я не верю в то, что ты не веришь. Смешно звучит, да?

Не слушай…Слушай его голос…Только его голос…Это пройдет…Нужно просто пережить это…

– Нужно просто пережить жизнь, да? – спрашивает он.

– Да, – выдыхаю я.

Слышу смех над собой.

– Иди ко мне.

Его руки исчезают с плеч. Я чувствую, как он поднимает меня на руки. Я крепко обнимаю его за шею и утыкаюсь лицом ему в шею, плача, не открывая глаз.

Чувствую как тушь совсем размазалась на глазах и ресницы слипаются. Мое лицо мокрое, грязное…Из-за рыданий болит и лицо и горло…

Я чувствую, как он поднимается по ступенькам вверх. Я слышу крики девушек, которые заставляют сердце сжиматься от всепоглощающего ужаса…

Глава 22

Вторник, 16 октября 2018 года

Тот, кто слышал свинью, которую пытались заколоть и тот, кто хоть немножко чувствителен к всем существам на этой планете и тот, кто был ребенком…может частично меня понять…Глупо сравнивать крик девушки и свиньи? Может…Но я так же закрывала уши ладонями…я так же зажмуривалась…Тогда…в детстве…я не плакала…Сейчас же ревела и дрожала…

Он крепко обнимал меня…что-то шептал…А в моей голове стоял крик, стоны, ругательства, которые доносились из первого этажа.

Я умоляла дрожащими и мокрыми от слез губами прекратить это…Но меня слышал только он.

Мне было так страшно…Мне было так мерзко и тошно осознавать, что ее насилуют и ее хныканья я слышу так четко…Как будто стою около нее и специально подставляю ухо…

Отвратительно…

Не знаю сколько это продолжалось, но в какой-то момент у меня закончились слезы…Я просто лежала, пялилась в окно, за которым стояла ночь и чувствовала медленное дыхание брюнета, который лежал сзади и обнимал меня…

Только когда в доме повисла мертвая тишина, я погрузилась в глубокую тревожную темноту…

Воскресенье, 29 сентября 2019

Ночь

Выскользнув из-под теплого одеяла, я подошла к окну, за которым стояла глубокая ночь, и удобно расположившись на стуле, стала наблюдать за домами напротив.

Подтянула колени к груди и обхватила их руками, положив на них подбородок.

Все спали крепким сном. На улице ни одной души.

Холодно и темно…

Я глубоко вздохнула.

Мои губы начали дрожать. Я всхлипнула, по щекам потекли струйки слез.

Почему мне кажется, что все на этой планете не видят того, что и я? Как будто только я не довольна всем миром и всеми людьми…То есть…в каком-то смысле я презираю людей…Ненавижу их цели в жизни…Не понимаю их взгляды на разные вещи…

Вот сейчас я сижу и плачу…кажется, что я одна в этом мире…Что только у меня проблемы, что только я сейчас плачу…

Но я и понимаю, что у каждого есть свои проблемы, у каждого своя история жизни…

Трудности, испытания и все подобное…

Но почему же мне так плохо?!

Я уже не та девочка…Я вижу то, что не видят другие, но мне кажется, что это было с рождения…Просто я пыталась быть как другие или просто не выделятся…

Я вдыхаю этот колючий холод и проглатываю комок, вставший в горле. Тяжелая тишина комнаты давит мне на грудь, и я смаргиваю слезы.

Я люблю тишину, но не эту…Эта тишина не природная…Я чувствую, как холод проскальзывает в мои волосы…Как мурашки бегают по позвоночнику…

Я хочу убежать…Включить свет и разбудить родителей, но боюсь…Боюсь, что они пострадают…Не хочу их тревожить, не хочу видеть их жалостливые взгляды…

Я вся съеживаюсь и зажмуриваю глаза.

Холод забирается под кожу, заставляет меня дрожать.

Я испуганно на секунду открываю глаза, слезы скатываются на щеки, и тут же закрываю их обратно.

Сердцебиение ускоряется.

Я видела силуэт за окном. Я открываю глаза и его уже нет.

Мысль, что он за спиной заставляет вздрогнуть и со всей силы зажмурится.

Чувствовать во сне, как меня касаются ледяные ладони или кто-то перебирает пряди волос… Можно было бы сказать, что у меня слишком развитое воображение и это последствия похищения, но…

Почему все так реально?!

С каждой секундой мне становилось все холоднее и холоднее.

Я сглотнула и открыла глаза.

Ожидание хуже всего…

– Уходи, – прошептала я дрожащими губами.

Я вцепилась ногтями в свое запястье и начала разрывать повязку. Отбросив материю, начала со всей силы царапать не зажившую рану. На моих пальцах появилась кровь, меня бросило в жар и я остановилась.

Я больная!

Только сейчас мой мозг почувствовала боль и я заревела, кусая свой кулак, чтобы не было слышно.

Не хочу разбудить родителей. Если они меня такой увидят…Какая же я проблемная…

Я в ужасе смотрела на свое окровавленное запястье. Рана очень болела.

Вот, что меня отвлекает от нереальной реальности…

Среда, 17 октября 2018 года

Я чувствовала как меня нежно гладили по голове.

Глазам открываться было тяжело из-за засохшей туши, которая склеила ресницы и размазалась по лицу.

Один из них ещё и начал слезиться, так как в него попало немного туши с ресниц. Я села, не видя ничего и начала вытирать глаза.

Мои запястья не грубо схватили и отстранили от лица.

– Бежим умываться, – услышала радостное и меня рывком потянули и подняли на руки.

Только тогда, когда парень сам вымыл мое лицо, я смогла нормально видеть.

И то, что я увидела в зеркале, заставило вздрогнуть.

Я была очень бледной, глаза покраснели, взгляд усталый, платье было все мятым. Весь вид был каким-то безжизненным и грязным.

Наши глаза встретились в зеркале, по телу словно пронесся разряд молнии.

Он улыбался уголками губ, а в глазах странный блеск азарта.

– Я тебя помою, грязнуля, – произнес он и из моих глаз брызнули слезы.

Он как будто не замечал моего страха и слез. Брюнет потянул меня за руку к ванной.

А дальше…Лучше не помнить…

Я так сильно дрожала, что могла поскользнуться и упасть. Он не замечал.

Я рыдала в голос, с судорожными всхлипами, а он продолжал меня раздевать. Я закрывала руками самые главные места. Он как будто и не смотрел, был безразличным.

Он развернул меня лицом к стене и начал мыть мочалкой спину. Я прижималась лбом к холодной плитке и плакала.

Захлебывалась рыданиями, чувствуя его горячие руки на себе.

Он не трогал меня там, но я так боялась его…

Он мыл мою спину, немного ноги и дольше волосы. Все действия были медленными и нежными, но я дрожала, как в ознобе.

Я так сильно прижималась к холодной плитке, как будто хотела стать ею.

– Я вернусь ровно через две минуты. Ты должна быть чистой везде, – произнес он и я услышала удаляющиеся шаги.

Не знаю почему, но я послушала его и быстро помыла те места, где он не трогал. Я выскочила и, поскользнувшись упала. Слезы не останавливались. Вскочив, не думая о боли в бедре, схватила чистое сложенное полотенце и быстро замоталась в него.

Тут же распахнулась дверь и он вошел в комнату.

На его лице не было эмоций. Он просто осмотрел меня с головы до ног и подошел ближе.

Я вздрогнула и попятилась, опустив голову.

– Молодец, – услышала его голос.

Брюнет подошел ко мне. Я заставила себя стоять на месте. Попыталась успокоиться. Из-за навернувшихся на глаза слез все вокруг было размытым.

Он поднял меня на руки и принес в его комнату.

На кровати лежали его кофта и спортивные штаны.

– Оденься.

Он вышел, закрывая дверь.

Я не стала терять время и сразу же схватила одежду. Быстро оделась. Я заметила новое постельное белье.

Я услышала звук открывающейся двери и обернулась.

Брюнет был одет в черную майку и такие же как у меня спортивные штаны.

Снова эти уголки губ были подняты.

– Тебе идет моя одежда, – произнес он и улыбнулся шире.

Я стояла как вкопанная.

– Чем же будем заниматься сегодня? – задумчиво спросил.

Он засунул руки в карманы, из-за чего штаны немного съехали вниз.

– Что можешь предложить?

Он подошел ко мне и заправил мокрую прядь волос мне за ухо.

Глаза его оживленно заблестели.

– Подвал?

Я затаила дыхание, стояла и молчала.

– Готовить умеешь? – вдруг спросил он серьезно.

Я сглотнула.

– Нет, – выдала хрипло.

Прочистить горло не решилась.

– Почему?

Я не знала что ответить.

У меня возникло ощущение, что эти кристально-голубые глаза видели меня насквозь, видели мою трусливую и слабую душу. Я отвела взгляд, сердце рухнуло в пятки, а тело затопила знакомая волна стылого ужаса. Если я не правильно отвечу, он разозлится?

Некоторых…Нет! Всех людей бесит молчание в ответ! Когда ты спрашиваешь, а на тебя тупо смотрят и молчат. Тогда хочется встряхнуть или ударить чем-то человека, чтобы он очнулся.

– Будем учится вместе, – произнес он, немного наклонившись к моему лицу.

Я испуганно вжала голову в плечи.

Он взял меня за руку и привел на кухню. Сердце сжалось при воспоминании о вчерашнем. На кухне было чисто…как будто мне просто приснился кошмар…

За время, что мы провели на кухне, я поняла, что это никогда не закончится. Брюнет прижимался сзади и учил меня резать огурцы и помидоры.

Как будто это так сложно…

Я вся напрягалась и не могла расслабиться. Руки дрожали и потели.

Он иногда забирал у меня нож и вытирал пот из моих ладоней полотенцем, но когда понял, что это бесполезно, перестал.

Вскоре брюнет взял в свою руку нож и положив мою ладонь на стол, приблизил лезвие к пальцам. Я даже испугаться не успела как в следующее мгновение брюнет улыбнулся и отпустил.

Я сидела за столом и ела салат, который мы приготовили…мы….

Как же это отвратительно звучит…

Аппетита не было, но я себя заставила есть.

– Вкусно, – произнес брюнет и встал.

Я тоже почему-то сразу же встала.

– Сиди, – насмешливо произнес он и куда-то ушел.

Первые секунды я стояла и застывшим взглядом смотрела перед собой.

Я медленно подошла и вытащила нож из кухонного ящика. Смотрела на дрожащую руку с ножом и понимала, что это не поможет. Разве я смогу?

Я вспомнила маму и отчима…Ради людей, которых я люблю…которые любят меня…

Я подошла к двери, но так, чтобы меня не было видно. Пряча нож за спину и с ужасом прислушиваясь к звукам, я молилась Богу…

Неужели! Зачем ему молится?!Молится, когда ты пытаешься зарезать человека?!Молится, зная, что он не поможет и все зависит от тебя?!

Почему я такая неудачница?!

Я нервно сглотнула, чувствуя как сетка ужаса в груди вибрирует и заставляет дрожать все тело. Руки холодные и потные. Я слышу шаги…

Сжимаю нож изо всех сил.

Молитвы все равно крутятся в голове и уже в тысячный раз я прошу помочь мне…

Я боюсь уронить нож, так сильно дрожу.

Вот еще чуть-чуть…Еще шаг…

Только я замечаю движение со всей силы размахиваюсь, зажмуривая глаза, и бью.