Текст книги "Девушка в наушниках (СИ)"

Автор книги: Нор Эли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

Глава 23

Среда, 17 октября 2018 года

Мою руку остановили, крепко схватив за запястье. Теплая рука обняла за талию, притягивая к мускулистому телу.

– Зачем ты закрыла глаза? – прорычал он. – Как глупо…

Я открываю глаза и тут же по моим щекам катятся слезы.

Брюнет как-то грустно улыбается и отпускает мое запястье. Он вытирает слезу с моей щеки, прижимая меня к себе. Моя рука так и остается с ножом около его плеча.

– Давай же, перережь мне горло, – серьезно сказал он и погладил мою щеку, а затем провел ладонью по волосам.

У меня по телу пробежала дрожь. Левый уголок его рта странно дёрнулся в кривой усмешке.

Он закрыл глаза, ожидая моих действий.

Я сглотнула.

Убить человека…перерезать горло…А как же Олег? Он дома?

Да и какая разница?!Я же не могу…убить…

Я смотрела на его лицо и не решалась даже глубоко вздохнуть. Я чувствовала запах мяты…его запах…Эти черты лица…

Я не могу убить человека, но…может, это последний шанс…

Нет!

– Ты не можешь, – произнес он и открыл глаза.

Мне стало почему-то холодно, хоть и прижималась к горячему телу.

В его глазах было разочарование и злость, которая росла…

Он оттолкнул меня, и я врезалась в стену.

– Брось. Он тебе не нужен.

Я только в этот момент поняла, что по-прежнему судорожно сжимаю нож.

Брюнет сделал шаг в мою сторону.

Я прижималась спиной к стене.

– Почему? Почему ты не можешь меня убить?! – прорычал он, приближаясь. – Я тебе нравлюсь? Тебе нравится быть со мной?! Из-за чего ты каждый раз сдаешься! Дай угадаю! Ты влюбилась?! Ты слабая?! Ты пожалела меня?!

Я все больше прижималась к стене, сжимая в руке нож и прижимая его к животу. Слезы катились по щекам и к подбородку.

– Я спрашиваю, почему?!

Он навис надо мной.

– Тебя не волнует, что я тебя изнасилую и убью?! Почему ты такая?! Почему вы все!

Он схватил меня за подбородок, когда я опустила взгляд, плача. Брюнет заставил смотреть на него.

– Отвечай! – прорычал он, обдавая мое лицо горячим дыханием.

– Я не могу…убить человека, – дрожащими губами прошептала, чувствуя боль из-за его крепкой хватки на скулах.

Он фыркнул. На лице была ненормальная ухмылка.

– Ты считаешь меня человеком? – насмешливо спросил.

Я почувствовала как нож в моей руке упирается рукояткой мне в живот, а значит он слишком близко подошел и…

– Даже…даже не думая, скольких людей я убил? И что заслуживаю мучительной смерти?

Я дернула головой, чтобы освободится, но он не отпустил, а только прижал сильнее. Голова начала болеть, потому что таким образом он сильно прижимал меня к стене.

– Ты не можешь меня убить по другой причине. Ты хочешь быть здесь.

– Я хочу вернуться домой, – прошептала я.

– Ты такая же…я могу сейчас тебя убить, сделать все, что захочу. Ты же пытаешься убежать, но все время сдаешься. Как будто играешь роль жертвы.

– Если бы я могла убежать, я бы убежала, – прохрипела.

– Так почему не использовала нож?

Я сглотнула. Мне было больно из-за его хватки.

– Я…я…не могу… Олег мог меня все равно поймать…и…перерезать горло…я бы не смогла…

– Даже ради своей жизни? – спросил он и отпустил мой подбородок, но не отошел.

Я все так же держала нож и боялась оттолкнуть его рукоять от живота, потому что лезвие упиралось в брюнета.

– Я просто…не могу…я…не знаю…

– А мне кажется, что твоя душа грязная и ты хочешь меня. Разве я тебе не нравлюсь?

Что за глупости?!Он же псих!

Я не хотела отвечать, но решилась…

– Ты красивый. Но я просто хочу домой. Да, мне нужно было тебя убить и попытаться убежать, но…

– Но?

– Но я неудачница, которая будет винить себя за это до конца жизни, – выпалила я. – Да, моя…душа…грязная. Отпусти…и я уйду. Ты же можешь…исправиться еще не поздно…

Мне казалось, что я говорю какой-то бред и ложь не будет правильной.

Он засмеялся.

– Может, я не хочу исправляться. Но ты все равно вскоре захочешь меня. Такие вы…люди…все хотят этого. Если… Олег…не понравился, то я понравлюсь. Блондины не по вкусу?

– Ты псих, – вырвалось у меня и я в ужасе ждала его реакции.

– Не спорю, – произнес он и накрыл ладонью лезвие ножа между нами.

Он передвинулся ближе и я попыталась прижаться к стене еще плотнее, но куда еще?

– Поверь, это самая маленькая часть моей сущности.

Он приблизился еще ближе и я посмотрела на его живот, в который упиралось лезвие и несколько капель крови, которые упали с его ладони на пол.

– Ты считаешь себя не человеком? – спросила я с заминками. – Ты…можешь умереть, как и все мы. Просто отойди. Ты можешь все исправить…

Ложь…Я не умею лгать…

– Ты можешь отпустить меня…я прошу тебя…чтобы не случилось с тобой в прошлом…я не виновата в этом…и…разве можно убивать невинных…

– Почему ты думаешь, что они были невинными? – спросил он.

Мой взгляд снова приклеился к его окровавленной руке.

– Пожалуйста, отойди. Ты меня пугаешь, – прошептала я, смотря на дорожки крови.

– Разве так не должно быть? – спросил он.

Я сглотнула и перевела взгляд на парня.

– Не всегда, – почему-то именно это пришло в голову.

– Я не могу измениться, – вздохнул он и отошел, отпуская нож.

Я смогла захватить необходимый воздух в легкие.

Неужели я не дышала?

Я разжала онемевшие пальцы и нож с грохотом упал к ногам.

– Ты можешь…

– Ты не знаешь кто я, – отрезал он и развернулся.

– Больше не используй свой талант «психотерапевта». Я не буду твоим пациентом, – бросил через плечо, уходя.

И только сейчас мне показалось, что этот разговор был…нормальным…то есть…не знаю. Просто впервые мы так долго разговаривали и мне показалось, что та обыденная жизнь чуть-чуть проскальзывает в это сумасшествие. Совсем чуть-чуть, но да…мне стало легче…хоть на секунду…

Господи, если я считаю такой разговор каким-то лучиком…то…что я считаю тьмой?

Я не должна погружаться в это…

Но чем дольше я боюсь, тем привычней для меня это чувство…

Понедельник, 30 сентября 2019

Ночь

Я видела странные тени и летающие силуэты за окном ночами. Может, мне казалось…Потому что сонному человеку может показаться…

Я распахиваю глаза и резко сажусь в кровати. Сердце бешено стучит, дыхание сбито, на лбу капли пота. Меня как будто затягивает темнота…так глубоко…что проснутся очень трудно…

Голова кружится, я часто моргаю…Что-то в окне мелькает…что-то черное…и я верю, что мне это кажется…заставляю себя верить…

Просто показалось…

Ненавижу испытывать испуг и страх…когда твоё сердце бьет в ребра и в груди растет что-то липкое и колючее…

Мне снится лес…Мне холодно…Я чувствую липкую кровь на руках…Я вижу очередной труп в яме…И чем ближе я подхожу к яме, тем страшнее становится…Я боюсь упасть в эту глубокую темноту…

Я глубоко вздыхаю и откидываюсь на подушку, закрывая глаза.

Я так устала…

Слышу скрип двери и прикидываюсь спящей.

– Я слышала твой крик, – шепчет она.

Я медленно открываю глаза.

– Мам, все хорошо. Просто кошмар. Иди спать, – говорю ей.

Мама садится на край кровати и заботливо поправляет подушку, ее рука осторожно касается моих волос. Она перебирает пальцами пряди. В ее глазах столько нежности…и боли…

Почему люди такие? Почему я такая? Почему я причиняю боль своим родным? Из-за меня она такая бледная и с темными кругами под глазами…

Я ненавижу себя за это…

– Может, все же я с тобой буду спать? Будет тесно, но не страшно…

– Я не боюсь, – произнесла и сама задумалась о том, что я испытываю.

Да, мне страшно…Я боюсь, что мама пострадает…или увидит, что я больная на голову и еще больше расстроится…

Как же это смешно звучит…

– Просто сны. Кошмары. Они пройдут, – говорю я. – Все хорошо. Правда. Я хочу спать. Иди.

Она гладит меня по голове.

– Эльвира, почему ты…не можешь рассказать…прости…

Я вспоминаю женщину, которая пришла к моим родителям и умоляла поговорить со мной о ее дочери.

Я отказалась…моя мама поддержала…

Я помню ее рыдания…но толку…Ее дочь мертва…Я не помню имя или внешность…

Но знаю, что если она попала к этим демонам…ее уже нет…

Сначала я сомневалась…хотела согласиться…Но как и все…кому я смогу рассказать о похитителях…или о том, что происходило…все посчитают меня безумной…

Или скажут, что мне что-то вкололи…или подкидывали в еду какой-то наркотик или еще какие-то таблеточки, которые вызывают галлюцинации…

А правда в том, что единственный раз, когда я пила таблетки…Когда заболела и он купил мне много чего, но я выпила только от температуры…все было новым и запечатанным…

Иногда я хочу поверить в то, что мне просто что-то подсыпали в еду и мне это все кажется…

Может, так и есть…

Может, нет…

– Мам, я тебя очень люблю. Иди и спокойно спи. Все хорошо.

– Если что…

– Я позову, – слегка улыбаюсь. – Все хорошо.

Она неуверенно встает и направляется к двери.

– Дверь закрывай. Я не боюсь. Пожалуйста, спи спокойно, хорошо? Не волнуйся, – говорю я, приподнимаясь на локтях.

Мама медленно кивает, внимательно осмотрев меня, и выходит.

Я отбрасываю одеяло и встаю. Я подхожу к окну, рассматриваю дом напротив.

Все кажется таким нереальным…

Дрожь проходит по всему моему телу, когда я вижу силуэт человека на дороге, но он тут же исчезает.

Я глубоко вздыхаю, сжимая кулаки.

Это все моя фантазия…мое воображение…

Хотелось бы верить…

Четверг, 18 октября 2018 года

Время странно дергается…то в одну сторону…то в другую…Иногда оно спешит…иногда и ползет медленнее черепахи…

Вчера после…того разговора…Брюнет больше не говорил со мной.

Я так и стояла на кухне…пока он не пришел. Он отвел меня в комнату, запер и ушел.

А моя голова как будто была в тумане…Я легла на кровать и уснула.

Каждый раз, когда пыталась открыть глаза, меня тянула обратно эта темнота.

Проснулась я на следующий день. Утром.

Я открыла глаза и увидела брюнета. Он сидел на краю кровати и пристально смотрел на меня.

Я какое-то время погрузилась в глубину его синих глаз…Его взгляд завораживал.

Так какие они на самом деле? Голубые или синие?

Я быстро растерла сонные глаза и села.

Брюнет все так же смотрел на меня и молчал.

Его пристальный взгляд заставил меня отодвинуться от него подальше, упираясь спиной в изголовье кровати. Я сглотнула и опустила взгляд на свои руки.

Брюнет встал и молча ушел. Несколько минут я ужасно нервничала. Сердцебиение ускорилось.

Он вернулся и бросил на кровать женскую красную куртку. Приблизился и потянул меня за локоть.

Я вздрогнула и вся напряглась. Он одел меня в нее и на его лице появилась недовольная гримаса.

Куртка была на меня велика…хоть и сшита на худую девушку…но высокую…видимо…

Я только сейчас заметила, что мои руки намного худее…

Я была рада, что она большая…мне удобно…и тепло…Хоть и выгляжу, наверное, как ребенок…

Хотя так и есть. Я не могу себя назвать даже девушкой…я – ребенок…

Мне хотелось спросить куда мы собираемся…но я боялась…Около входной двери, он присел на корточки и быстро обул меня в кроссовки.

Когда мы вышли на улицу на глазах проступили слезы и я глубоко вдохнула холодный воздух. Все внутри сжалось от мысли, что он убьет меня. Почему-то именно это пришло в голову.

– Куда мы едем? – спросила я хрипло, смотря на спину брюнета.

Он уже подошел к машине и открыл пассажирскую дверь. Брюнет посмотрел на меня.

Его глаза слишком глубокие, слишком холодные…У него как будто уставший, слишком…мудрый взгляд…как бы глупо это не звучало…

Я сглотнула и облизала пересохшие губы.

А если он хочет меня…

– Садись, – приказ.

Я стою на месте.

Вижу как на его лице появляется раздражение.

– Я сказал, садись в машину, – спокойно, но твердо.

Я все так же стояла, чувствуя как сердце разрывает ужас.

Он же не…

– Садись в машину, – прорычал он и приблизился ко мне.

Брюнет схватил меня за локоть и грубо потянул к машине.

– Нет! Пожалуйста! Не прикасайся! Отпусти!

Я пыталась вырваться. Я упиралась ногами в землю, но только спотыкалась, когда он тянул меня.

Я специально упала на колени. Слезы мешали нормально видеть. Я вся дрожала.

– Умоляю, не надо. Отпусти. Мы же заключили сделку…

Он одним рывком поставил меня на ноги. В плече запульсировала боль.

Он схватил меня за волосы и нагнул голову, толкая в машину.

Я села и вздрогнула, когда он захлопнул дверцу с моей стороны так сильно, что показалось она просто треснет.

Водительская дверца открылась, брюнет сел в машину. Мотор машины сразу же завелся, и мы двинулись.

Я дрожащими руками пыталась открыть дверцу, но она была заперта. Когда мы въехали в лес, я увидела мелкие капли на стекле. Я судорожно сглотнула слюну и поняла, что теряю сознание. Перед глазами появились темные пятна. Капли дождя гулко ударяли по крыше машины, противно отдаваясь в голове.

Брюнет схватил меня за руку и сильно сжал. Это привело меня в чувство. Сразу же стало легче.

Тяжелые капли дождя забарабанили по крыше машины, я немного нагнулась вперед и взглянула на небо. Небо затянули темные тучи, превратив день в сумерки.

Брюнет остановил машину, вышел из салона, открыл дверцу с моей стороны и грубо вытащил меня.

– Я просил тебя не делать глупости – ты не послушалась.

Он толкнул меня, и я упала на мокрую землю. Все пространство вокруг потонуло в плотной пелене дождя.

Парень навис надо мной.

– Теперь скажи мне, милая, ты хочешь быть со мной?

Я испуганно замерла, смотря на его мокрое лицо.

Капли дождя скатывались с черных прядей его волос и по его лицу, очерчивая высокие скулы.

Я чувствовала, как одна ледяная капля смогла проскользнуть под одежду и скатится по позвоночнику. Тело покрывается мурашками, я чувствую, как сердце ускоряет свой темп.

– Хочу, – шепчу я дрожащими губами.

В голове крутилась только одна мысль…

Я должна выжить! Должна!

– У тебя такая наивная ложь. Попробуй еще раз, – произнес он и подошел ближе.

– Я хочу быть с тобой, – произнесла громче.

– Последний шанс. Как тебя зовут?

Брюнет присел на корточки и схватил меня за лодыжку, потянув к себе.

Наши лица оказались так близко, что мое дыхание сбилось, а взглянув ему в глаза, все мысли куда-то разом разбежались. Пару мгновений мы просто смотрели друг на друга. Я была не в силах пошевелится, очарованная его взглядом. Тряхнула головой, пытаясь избавится от наваждения, и это не укрылось от взора брюнета.

Он схватил меня за подбородок, заставляя смотреть в глаза.

Наше дыхание смешалось, сердце бешено билось, отстукивая ритм безумия.

– И почему я все время сдерживаюсь? – спросил он. – Почему именно с тобой…я забываю…хоть на мгновение, но…забываю…

Пока я обдумывала, что ответить мужские руки прикоснулись к моей шее притягивая к себе так, что его мокрые губы накрыли мои. Требовательный горячий язык ворвался внутрь.

Мне было больно, когда он яростно сминал мои губы. Я пыталась оттолкнуть его, била по плечам, только бесполезно.

Поцелуй был холодным, мокрым и болезненным.

Он сжимал мою шею сильнее. Мне не хватало воздуха. Он все сильнее кусал мои губы.

Я вцепилась ногтями в его шею, но он не отпускал. Я чувствовала металлический привкус. Он толкался языком все глубже. Касался своим языком моего, кусал губы, снова впивался в мой рот, не давая вдохнуть воздух.

Его руки на шее все сильнее сжимались и я начала задыхаться. Он все так же, как зверь, кусал до крови мои губы, вторгался языком и облизывал все внутри.

Он резко отстранился, но вдохнуть я не могла, потому что его ладони на моей шее все сильнее сжимались. Брюнет прижал меня к земле. Я открывала рот, как рыба выброшенная на берег. Я почувствовала, что теряю сознание. Я приоткрывала рот, но не могла даже чуть-чуть глотнуть воздуха.

Видела над собой его бледное и мокрое лицо. Эти ледяные глаза…Я царапала его запястья, но он не отпускал. Вот мой взгляд падает на каплю дождя, которая задержалась на его подбородке…Вот она падает мне на нижнюю губу…

Вот моя рука в последне попытке пытается оттолкнуть его, но я только поцарапала его щеку…Вот перед глазами темнеет…Вот он наклоняется и я чувствую, как он проводит языком по моей нижней губе…

Меня поглощает темнота…Я пытаюсь вырваться, но она меня тянет все глубже и глубже…

Холодно и темно…

Глава 24

Четверг, 18 октября 2018 года

Я пришла в себя и почувствовала какой-то странный металлический привкус во рту. Где-то вдалеке грохотали раскаты грома, дождь стучал по крыше, воздух был точно наполнен электричеством. Сверкнула молния.

Я потрогала свою шею. Она болела. Брюнета в машине не было.

Я поискала ключи, но не нашла. Да и не смогла бы вести машину…не умею.

Когда вытерла губы ладонью, увидела кровь. Я облизала губы и скривилась от боли.

Я глубоко вздохнула, пытаясь сдержать слезы. Осмотрелась по сторонам и открыла дверцу машины.

Меня всю трясло от страха и от холода. Я вся промокла.

Ноги дрожали и я чуть не упала, схватившись за открытую дверцу. Я снова глубоко вздохнула. Слезы смывал дождь.

Я искала глазами брюнета. Часто моргала из-за капель дождя, которые попадали в глаза.

Я сделала один шаг вперед и побежала.

Спотыкалась, плакала, бежала…

Сколько еще это продлится? Почему это происходит со мной? Почему именно со мной?

В какой-то момент я упала и не смогла встать. Я вся дрожала. Из груди вырвалось рыдание. Я задыхалась, захлебываясь слезами. Я судорожно вытирала слезы, била руками по мокрой земле.

Пыталась встать, но падала обратно, рыдая.

Мысленно приказывала себе встать, бежать, не плакать.

Но я просто физически не могла встать, ноги как будто не слушались. Все тело дрожало.

Я обнимала себя руками и пыталась глубоко дышать. Я как будто задыхалась.

А потом я подумала, что, может, умерла…

Как выглядит смерть? Может, я уже мертва? Может, это и есть ад?

Нет, я жива…Мне больно…я жива…

Я встала на ватные ноги и, пошатываясь, продолжила идти. Лес как будто был бесконечным, как и дождь. Перед глазами иногда темнело. Я старалась успокоиться, но все равно время от времени всхлипывала.

Я часто опиралась рукой на ствол дерева, часто моргая, чтобы голова перестала кружиться.

Треск, крики, грохот…

Я закрываю ладонями уши и плачу…

Я ненавижу себя за все это…Я ненавижу его за это…

Я вся дрожу…я так сильно боюсь…Я молюсь Богу, но он не слышит меня…Он не помогает мне…Я умоляю его, а он молчит…

Я все равно верю в него…эта вера передалась от матери…вера в доброту…

Но разве ее плач и боль не может отнять веру у меня?

Не может…не знаю почему…

Я верю и ненавижу себя за это…

Она не заслуживает этого…

Почему ты не поможешь ей? Я слышу крики…ее плач…

Я ненавижу себя за свою беспомощность…

Я все равно молюсь…прошу спасти хотя бы ее…но ты только продлеваешь страдания…ты просто издеваешься, насмехаешься над ее чистотой…

Вторник, 1 октября 2019

День

– Меня зовут Павел Зуронов. Я – психотерапевт. Если ты не знаешь в чем разница между психиатром, психологом и психотерапевтом, то…я могу сказать, что психолог – это не врач, и, таким образом, не имеет право лечить, проводить психотерапию, он не знает основ медицинской диагностики, не может определить тяжесть и истинную причину заболевания. Психотерапевт, как и психиатр, занимается лечением психических расстройств, однако, если психиатры занимаются преимущественно «тяжёлыми» психическими заболеваниями, отдавая при этом предпочтение лекарственным методам лечения, то поле деятельности психотерапевта – более лёгкие расстройства, а также пограничные состояния – те случаи, когда человеку плохо, но болезнью это состояние назвать нельзя. Основное орудие психотерапевта – слово, беседа.

– Предыдущий мозгоправ тоже со мной общался. Все вы одинаковые. Кто-то более умный, кто-то просто общительный. Но то, что вы выучились на психотерапевта не делает вас им. Нужен талант.

Еще один идиот…

– Я уже давно в этой сфере и у меня много опыта. Я общался с многими пациентами и у меня получалось облегчить их жизнь.

– Неужели вы убийца? – насмешливо спросила.

Ему моя шутка не понравилась.

Павел был приятным на внешность человеком. Добрые голубые глаза, которые меня с первого взгляда напугали, но я не видела в них холода…я видела человека внутри…Он был высоким и худым. Широкие плечи, немного седины на левом виску…как будто покрасил специально…В уголках глаз были морщинки, тонкие губы все время слегка улыбались.

– Эльвира, я помогу тебе…

– Вы в этом так уверены?

– Ты уже не молчишь. Это меня радует.

– Сегодня у меня просто нормальное настроение.

– Я думал, что ты…будешь…боятся…

– Не заикайтесь. Говорите прямо, вы же специалист.

– Агрессия – твоя защита?

– Вы еще не видели мою «агрессию». Да и это не она…я бы сказала, что это безнадежность.

– Безнадежность? Ты причиняешь себе боль.

– Знаю, – безразлично кивнула я, переведя взгляд на забинтованные запястья. – Это унизительно.

Я сама удивлялась, что говорю…рассказываю…

И почему мне легче говорить с ним? Из-за его внешности? Из-за голубых глаз? Из-за того, что он похож на…

Я сжала кулаки… Не хотела позволить воспоминаниям нахлынуть здесь и сейчас. Не хочу плакать…Иногда я боюсь найти причину моих слез.

– Унизительно?

– А где Анастасия Александровна?

– Она передала все записи, что делала во время сеансов мне. Я часто работаю с криминалом. То есть похищение, изнасилование и подобное. Поэтому теперь я буду с тобой работать.

– Странно звучит.

– Я слышал, что ты совсем не разговаривала и сложно было что-то узнать. Но сейчас ты свободно со мной общаешься.

– Может, время прошло, – я пожала плечами.

– Мне кажется, что причина в другом, – произнес он, пристально смотря на меня.

– И какая же причина? – раздраженно спросила.

– Ты была с ними одиннадцать месяцев. С мужчинами.

– О, так вот в чем причина. Я очень привыкла общаться с мужиками, да? – мои губы растянулись в безжизненной улыбке.

– Может, – слегка кивнул он.

Я сглотнула. Улыбка пропала.

Что он себе позволяет?

– Я хочу домой, – произнесла я, положив сумочку на колени.

– Ты сказала, что это унизительно, – он посмотрел на мои руки. – Почему?

Я встала.

– Пожалуйста, ответь и можешь идти.

Я глубоко вздохнула.

– Разве не унизительно иметь шрамы на запястьях? Знак того, что ты хотела покончить с собой, что ты слабачка.

– Когда это произошло? В показаниях написано, что они были, когда ты прибежала домой. Ты хотела умереть? Или кто-то это сделал?

Я направилась к двери.

– Эльвира…

– Это я, – обернувшись, ответила.

Павел встал и подошел ко мне. Он дотронулся до моего плеча.

– Я изучил всех жертв. Они это делают для развлечения. Ты убежала, ты далеко не слабачка, Эльвира, – мягко проговорил он.

Он слегка сжал мое плечо.

– Ты можешь стать жертвой, а можешь стать спасением для многих. Выбирать тебе. Будешь бороться или сдашься…тебя не будут судить, знай. Ты ничего никому не должна. Решай сама.

Он убрал руку и слегка улыбнулся.

– Надеюсь, в будущем мы станем друзьями. Просто друзьями, Эльвира.

Я взглянула на стол, на котором стояла рамка с фотографией его и жены…или девушки…не знаю…Они смотрелись хорошо вместе.

Бывает, смотрю на пары и думаю, что кто-то может быть счастливым…У всех есть проблемы, но я думаю, что они правда радуются жизни…Многие радуются жизни…Так почему я не такая?

– Это моя жена, – заметил мой взгляд мужчина.

Он с улыбкой посмотрел на фотографию.

– До свидания, – тихо произнесла я и вышла.

Четверг, 18 октября 2018 года

Сколько времени я иду?

Почему дождь не кончается? Становится все темнее и я уже ничего не вижу…Небо закрыли тучи…даже луны не видно…

Только чуть-чуть видны очертания деревьев…

Я обнимаю себя руками, мне холодно, мне страшно…

Над головой оглушительно гремит гром, и я вздрагиваю от неожиданности, но продолжаю идти.

Идти по мокрой земле было трудно. Я спотыкалась и падала. Пряди волос прилипали к лицу.

Вдруг я услышала шуршание и обернулась.

Было слишком темно. Движения я не увидела.

Я продолжила идти, но снова услышала шуршание. Когда обернулась, сердце зашлось от страха.

Я увидела силуэт человека…его…

И я побежала, изо всех сил побежала в противоположную сторону. Я бежала, задыхаясь, и ветки били меня по лицу и рукам.

В какой-то момент меня толкнули и я упала на землю, больно ударившись плечом о ствол дерева.

– Назови свое имя, – услышала его голос.

Сердце сжалось от страха.

Я вскочила, спотыкаясь и, не разбирая дороги, побежала.

Моя нога за что-то зацепилась и я кубарем полетела по крутому склону.

Я лежала на земле и учащенно дышала. Медленно перевернулась набок и встала на четвереньки. Нога немного болела. Я встала на ноги и тут же упала из-за толчка в спину.

– Это же не сложно, маленькая, – услышала его голос совсем близко.

Он толкнул меня, и я перевернулась на спину.

Брюнет присел на карточки около меня. В какой-то момент мне показалось, что его лицо все красное…как будто ожоги на всей коже…или просто содрали кожу с лица…Но даже ужас не успел пробраться в душу как это видение исчезло…

Мне просто показалось…

– Ты же хочешь жить? – насмешливо спросил.

Он погладил меня по грязной щеке.

Было очень темно…я почти не видела его…только слегка его лицо…

– Знаешь, сегодня ты должна была умереть…не ты одна. Но умерла только она. Думаю, на сегодня хватит.

– Пожалуйста, – прошептала я, плача.

– Назови свое имя, – прошептал он, продолжая поглаживать мою щеку.

Я сглотнула.

Я чувствовала как он только больше растирает грязь на щеке. Я отбросила его руку и села на колени, всхлипывая.

– Меня зовут Нас…

– Настоящее имя, – он схватил меня за подбородок, заставляя смотреть на него.

– Настя…

– Эльвира, – прошептал он я замерла.

Мое сердце билось в ребра как сумасшедшее.

– Как ты…

– Твои фотографии висят в городе…да и я до этого знал его. Но не красиво так врать. Ты должна представится.

Я почему-то не хотела ему говорить свое имя. Да и зачем? Он уже его знает!

Меня ищут…Меня найдут и все это закончится…

– Надежда умирает последней, я знаю, – произнес он. – Интересно, она умрет до тебя?

Я сглотнула.

– Зачем ты это делаешь? – спросила я хрипло.

– Я хочу, – беззаботно ответил он. – Мне интересно.

– Отпусти меня. Я не скажу…

Он закрыл мне рот ладонью.

– Почему я должен тебя отпустить? Я еще не наигрался. И…знаешь…я не видел страх в твоих глазах, когда душил тебя. Но об этом поговорим дома.

Он отстранился, схватил меня за капюшон куртки, потянув вверх, заставляя встать, и потащил за собой.

Я крепко сжала камень, на который наткнулась рукой, когда падала и рывком расстегнула куртку. Замахнулась и ударила по голове парня…куда достала, туда и ударила…Отпустив камень, рванула в сторону, при этом с меня слетела куртка, за которую держал меня брюнет.

Я бежала со всех сил. Не видела ничего перед собой…только мелькающие деревья…Темноту…деревья…

В какой-то момент я услышала громкий смех и меня толкнули. Я споткнулась, врезалась в ствол дерева, ударившись виском, и упала.

Вспышка боли. Молния рассекла пространство на отдельные ломаные осколки. Висок пульсировал.

Я подтянула колени к груди и свернулась калачиком, зажмурившись. Меня трясло от холода и по всему телу бегали мурашки.

– Вставай.

Я сильнее зажмурилась. Горячие слезы катились по лицу.

Он меня чем-то накрыл и поднял на руки.

Я снова молилась…И мне было смешно, что я снова это делаю…Мне никто не поможет…

***

Он посадил меня в ванну с теплой и ароматной водой. Я не чувствовала себя… Все было как в тумане… А он, придерживая меня одной рукой, другой осторожненько обливал мою голову теплым душем после того как тщательно мылил ее. Я просто смотрела в потолок, слушая всплески воды. Брюнет не спешил.

Я слушала свое медленное дыхание.

– Мне здесь нравится, – прошептал он, поглаживая меня по голове. – Здесь лучше.

Дыхание, сосредоточится на дыхании…Медленный вдох – выдох… снова медленный вдох – выдох…

Я чувствую, как его теплые пальцы зарываются в мои мокрые волосы. Он пропускает их сквозь пальцы, поглаживает, накручивает на палец и, наклонившись, нюхает. Он рассматривает их так пристально, как будто впервые видит.

Я чувствую боль в виске и шее. Стоит только немного повернуть голову и она гонит мурашки по телу.

А губы…я их не чувствую…Мои губы пересохли, и я сглотнула.

Не хочу облизывать их…нет сил…Я ничего не хочу…

Среда, 2 октября 2019

День

– Расскажи мне о твоем отце, – просит меня Павел.

Он купил мне мягкий плед.

Заставил поудобней сесть и завернутся в него.

Чтобы я себя лучше чувствовала…как глупо…

– Нечего рассказывать, – беззаботно произнесла я.

За окном уже октябрь. Желтые листья падают, оголяя кроны деревьев. Вероятно, скоро начнутся дожди…

Завтра же ничего не случится? Все будет хорошо, да?

– Эльвира, насилие бывает разным: психологическим, физическим, экономическим. Но последствия насилия в семье всегда есть.

Я съеживаюсь, сворачиваюсь в клубочек в углу дивана и натягиваю плед, как кокон.

– Я не хочу об этом говорить. Это в прошлом, – тихо произнесла я, смотря в окно.

– Такое прошлое влияет на человека в будущем. Человек вырастает замкнутым и тревожным. Он всегда насторожен и никому не доверяет.

– Я не хочу об этом говорить, – чеканю каждое слово, вкладывая в них, как можно больше ледяных ноток и настойчивости.

Я не буду с ним говорить об этом…

– Сколько времени это продолжалось? Твоя мать сильный человек.

На этом месте я сжимаю свое запястье под пледом, впиваясь ногтями в бинт, удивляясь, как быстро и без предупреждения все может превратиться в полное дерьмо…

– Появляются такие три последствия насилия в семье: недоверие, гиперчувствительность (настороженность), сверхответственность и бессилие. Это все я вижу в тебе.

– Меня похитили! – срываюсь я на крик. – А вы пытаетесь найти причину в насилии в семье, которое было больше пяти лет назад?!

– Эльвира, я не пытаюсь причинить тебе боль. Я хочу узнать твою историю, твои чувства. Я хочу помочь тебе пережить все это. Я хочу сделать тебя счастливым и здоровым человеком.

– Тогда перестаньте копаться в прошлом, которое не касается похищения.

– Я должен увидеть всю картину, чтобы разобраться во всем.

Он встает и приближается ко мне. Павел садится на край дивана около меня.

Я перевожу взгляд на окно. Меня напрягает такая дистанция…

– Недоверие… Те, кто переживал насилие в детском возрасте, ощущают себя несправедливо обиженными – и опасаются повторения ситуации. Они более склонны к контролю даже в близких отношениях. Это порождает холодок и недоверие, отчужденность – и одновременно желание оказаться в максимально безопасной обстановке. Чувствительность… Чуткому человеку тяжело жить. Он все время замечает то, что остальные вытесняют, не замечают, воспринимают как часть «фона». Из-за чрезмерной сконцентрированности на всем сразу выросшему в обстановке насилия сложно сфокусироваться на своих желаниях. Ответственный человек ответственен за себя и за стариков или детей. За тех, за кого он взял ответственность в здравом уме и доброй памяти. Человек, переживший в семье насилие, выходит из этой системы с «покореженным» аппаратом. Пока он выживал в сложных условиях, он пытался брать ответственность за насильника: может, я не то сказал (а); сделал (а) не так; подумал (а) не о том; не соблюдал (а) определенные условия.