355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Ноэль Бейтс » Такая любовь » Текст книги (страница 1)
Такая любовь
  • Текст добавлен: 5 октября 2016, 05:55

Текст книги "Такая любовь"


Автор книги: Ноэль Бейтс



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 9 страниц)

Ноэль Бейтс
Такая любовь

1

Рождественская елка была такой высокой, что доставала до потолка гостиной. Несколько дней назад Джоанна и Кэтрин с увлечением украшали ее игрушками, гирляндами лампочек, укладывали под ней разноцветные свертки. Однако малышка Клэр не слишком долго восхищалась чудесной елкой – она сразу потянулась к подаркам. И теперь сидела на полу и сопя разворачивала блестящую бумагу.

– И что там у тебя? – спросила Джо, помогая ей скорее достать подарок. – Видишь? Это уточка. Ты с ней будешь купаться в ванне. Правда, симпатичная? Ее тебе подарила бабушка. Пойди поцелуй бабушку и скажи ей спасибо.

Она взяла дочку на руки и поднесла к счастливо улыбающейся Кэтрин.

– Ба-ба-ба… – затараторила Клэр, безжалостно потряхивая уточкой.

Кэтрин схватила внучку и расцеловала ее, Джо весело рассмеялась. Подошедший Дэвид обнял жену.

– А помнишь, в прошлом году в это время все было по-другому, – сказал он.

Джо посмотрела на свой живот, потом лукаво подмигнула мужу:

– Ну, кое-что все-таки повторяется.

Он положил ладонь на ее живот как раз в тот момент, когда там, внутри, повернулся ребенок, и радостно воскликнул:

– Точно. Еще один кикбоксер или акробат, да?

Кэтрин, наблюдавшая за ними, решила вставить слово:

– Если и это чадо решит появиться на свет раньше, как старшая сестра, то совпадение будет полным.

Джо и Дэвид переглянулись и прыснули от смеха.

– Да, этот малыш родится немного раньше срока, который положено считать со дня свадьбы, – подтвердил Дэвид.

Кэтрин посмотрела на обоих, потом встревоженно нахмурилась:

– Ты что же… Так, значит, вы…

– Да, мама. Мы слегка поторопились, – признался Дэвид.

– Но не по этой же причине вы решили пожениться? – побледнев, спросила она.

– Ну что ты! – воскликнул Дэвид, понимая, почему мать так забеспокоилась. – Неужели не ясно, как я отношусь к Джо?

С этими словами он нежно поцеловал жену в висок. Та осветила ему светящимся счастьем взглядом.

– Конечно, ясно, – сказала Кэтрин. И смущенно добавила: – Вы уж простите, я как-то растерялась. Вот и спросила.

Клэр, сидевшая у нее на руках, нетерпеливо запрыгала, и бабушка тут же защебетала:

– Да-да, моя куколка, нам с тобой пора ложиться спать. Бабушка отнесет тебя наверх. И уточку возьмем с собой… Увидимся позже, – сообщила она Дэвиду и Джо.

– В одном мы можем быть уверены, – сказал Дэвид, проводив мать взглядом. – Клэр навсегда останется бабушкиной любимицей.

Он подвинул большое кресло к камину, сел и усадил Джо к себе на колени. Затем потерся щекой о ее щеку.

– Как ты приятно пахнешь…

Она удивленно вскинула брови:

– Да я же ничем не надушилась.

– Ну и что? Мне нравится естественный аромат твоей кожи. Вдохнешь, и сразу хочется заняться с тобой любовью.

Джо расхохоталась:

– Только это тебя и возбуждает?

– Нет. Еще твои волосы, такие шелковистые на ощупь. А еще твои глаза, когда в них пляшут веселые огоньки. А еще твой великолепный чувственный рот… – Он прикоснулся губами к ее губам. – На вкус сладкий как мед…

Они поцеловались. Потом Джо, приглаживая растрепавшиеся волосы, сказала:

– Знаешь, наверное, не надо было тебе откровенничать с мамой. Насчет ребенка и сроков…

– Да что ты! Она сама уже заметила, что у тебя слишком большой живот. Даже спрашивала вчера, не близнецы ли там.

– Боже избавь! – с шутливым испугом воскликнула Джо. – С одним бы справиться.

Дэвид сделал вид, что размышляет вслух, хотя глаза его смеялись:

– А близнецы – это было бы неплохо… Ну, тогда, может, в следующий раз получится…

– В следующий раз? – изумилась Джо. – Сколько же детей ты собрался завести?

– Много… но не подряд. – Он обнял ее. – Должна же ты когда-нибудь принадлежать только мне.

– Согласна, – кивнула она.

Дэвид откинулся на спинку кресла и удовлетворенно посмотрел на жену:

– Ты счастлива?

– Очень.

– Чудесно. Знаешь, а мне все больше нравится быть влюбленным.

– Правда?

– Ага. Это, оказывается, совсем не трудно. Нужно только влюбиться в того, в кого надо, – полушутя сказал он, явно намекая на их разговор годичной давности. А потом вдруг стал серьезным: – Мне даже страшно подумать, что я мог потерять тебя. Я влюбился в тебя с первого взгляда, только вот признаваться себе в этом упорно не желал. Как хорошо, что у тебя хватило терпения дождаться, когда до меня дойдет.

– Игра стоила свеч, – улыбнулась Джо. – Я тоже полюбила тебя почти сразу, как увидела.

Они помолчали, потом Дэвид потянулся и заметил:

– Правда, в этом году Рождество у нас с тобой проходит лучше?

Она молча кивнула.

– Как? И ты не собираешься спорить со мной? – притворно удивился он.

– Нет, – заверила его Джо. – В прошлое Рождество я тебе не слишком доверяла. Думала, что ты хочешь жениться на мне, чтобы потом забрать у меня Клэр. А теперь вы оба со мной…

– Оба? По-моему, нас больше, – заметил Дэвид, положив ладонь на ее живот.

– Точно. Чувствуешь, как он толкается?

– Он или она.

– Или она…

За окном быстро темнело. Джо подумала, что надо бы задернуть занавески. Но ей так хорошо было сидеть с Дэвидом у камина – слушать, как потрескивают дрова, любоваться мигающими на елке огоньками… Там, наверху, ее замечательная свекровь укладывала спать маленькую Клэр… А она сидела на коленях у мужа, беседовала с ним и чувствовала, как внутри шевелится дитя.

Чего же еще можно было пожелать? Теперь Джо казалось просто невероятным, что все в ее жизни могло сложиться по-иному.

Дэвид Пойндекстер осторожно приоткрыл дверь сарайчика и остановился в нерешительности.

– Эй, есть тут кто-нибудь? – спросил он негромко, всматриваясь в полумрак.

Он сам был не робкого десятка, в каких только переделках не побывал и никогда не терял самообладания. Но сейчас просто не совсем хорошо понимал, что его ждет, вернее – кто, а поэтому решил действовать осмотрительно.

Направляясь в это уединенное, или, как он сам определил, «Богом забытое место», Дэвид ожидал, что человек, вернее некто Джо Мартин, проживающий в дальнем старом коттедже, окажется старым чудаком, да к тому же вряд ли приветливым. Непрошеного гостя вполне мог ожидать сюрприз – вдруг хозяин схватится за ружье…

После яркого солнечного света трудно было сразу разобрать, что творилось внутри полутемного сарайчика. Однако Дэвид разглядел в дальнем углу человека, в руке которого вдруг сверкнул огонь сварочного аппарата, затем раздался характерный свистящий звук, потом скрежет. Видать, хозяин чинил что-то металлическое…

– Мистер Мартин! – позвал Дэвид, стараясь перекрыть шум и подходя ближе. – Джо Мартин!

Реакция на его возглас оказалась неожиданной – человек выронил аппарат и выпрямился. Но еще до того как рука в огромной перчатке сдвинула с лица защитную маску, Дэвид сообразил, что ошибся: это был не старик, да и вообще не мужчина. Перед ним стояла женщина.

Высокая, стройная – даже старый потрепанный рабочий комбинезон на широких лямках не портил изящную фигуру – она как-то совсем не вписывалась в обстановку импровизированной мастерской, не говоря уж о сварочных работах. В общем, Дэвид очень удивился, а девушка – это была молодая особа – просто остолбенела. Она уставилась на гостя, в глазах ее застыл такой ужас, словно увидела привидение.

– Простите, ради Бога, – поспешил извиниться Дэвид, – я не хотел вас напугать.

Не хватало еще, чтобы девушка упала в обморок от страха…

– Мисс… э-э… Мартин? Так?

– Да-а… а кто вы? – спросила она почти шепотом.

– Я Дэвид Пойндекстер, хозяин «Арлингтона». – При этом, словно в подтверждение своих слов, он кивнул в ту сторону, где вдали, в бухте за скалами, находился отель. – Таким образом, я ваш хозяин, поскольку коттедж стоит на территории, относящейся к моим владениям. Тут я еще не бывал, но, просматривая документацию, наткнулся на сведения об этом доме. И вот решил пойти взглянуть… Следовало бы, конечно, предварительно позвонить и предупредить вас, – продолжил он с улыбкой, – но ведь тут нет телефона…

– Нет. Телефона тут нет, – подтвердила девушка, уже пришедшая в себя. – Извините, что я… Словом, вы меня немного напугали. Все от неожиданности. Видите ли, ко мне очень редко кто-либо заходит.

Она повернулась к гостю спиной и наклонилась, чтобы выключить сварочный аппарат, не подозревая даже, как неожиданно соблазнительно будет выглядеть эта невинная поза. Зато у Дэвида просто дыхание перехватило, но ему удалось быстро справиться с собой. Правда, осталось недоумение, – что это за реакция такая, словно у мальчишки?

Девушка выпрямилась, сняла перчатки и рывком стащила с головы маску. Ее густые, черные как смоль волосы рассыпались по плечам. Потом расстегнула металлические пряжки на лямках комбинезона, который тут же сполз вниз. Теперь она предстала перед пораженным зрелищем своеобразного стриптиза Дэвидом в джинсах, облегающих бедра, и завязанной на животе рубашке. Узел она тут же распустила так, что полы широкой рубахи свесились почти до колен. Протянув хозяину коттеджа руку, девушка представилась:

– Меня зовут Джо Мартин. Джоанна Мартин.

Тон был вежливый, почтительный, но в глазах, в этих огромных глазах цвета аметиста, обрамленных густыми длинными ресницами, царила отчужденность.

– Так что вам угодно узнать? – сухо спросила она.

Дэвид смотрел на нее и не переставал удивляться – выходит, этой голубоглазой мисс все равно, какое впечатление она производит на представителей мужского пола? Держится отстраненно, смотрит сурово, одета… Нет, она нарочно рядится в мешковатую одежду, скрывая достоинства своей прекрасной фигуры…

Он понял, что стоит все же придерживаться строго официальной линии поведения, хотя и не привык так общаться с женщинами.

– Видите ли, мисс Мартин, – начал Дэвид, – мне стало любопытно, за какую такую недвижимость мы получаем столь смехотворную плату и надо ли вообще продолжать это делать. Теперь, когда я посмотрел на коттедж, все прояснилось. Удивительно, что это строение не завалилось давным-давно.

Они как раз вышли из сарайчика и стояли перед домом, который одним боком словно привалился к скале. Казалось, что только эта опора позволяет ему выстоять против ветров с Атлантики.

– Да-а… – задумчиво продолжил Дэвид, – еще один приличный шторм, и дом останется без крыши. Смотрите, черепица ползет. Это небезопасно.

– А меня все устраивает, – заносчиво заявила мисс Мартин, гордо подняв голову. – Мне нравится этот дом!

Она толкнула плечом дверь и вошла внутрь, оставив слегка озадаченного Дэвида на пороге.

Определенно, эта Джо Мартин начинала интересовать его все больше и больше. Он и припомнить не мог, чтобы какая-нибудь женщина относилась к нему столь пренебрежительно. Даже красавица Ивлин, его нынешняя «привязанность», которая прекрасно знала себе цену, крайне редко отваживалась не то чтобы устроить ему сцену, а просто надуться. Впрочем, Ивлин уже стала ему надоедать…

Дэвид не торопясь переступил порог и с любопытством огляделся. Его взору предстало небольшое помещение – и кухня, и жилая комната одновременно; деревянные потолочные балки потемнели от старости. Часть пола, выложенного плиткой с полустертым узором, покрывал старый ковер, на котором стоял большой стол, а вокруг него стулья – почти все разные по стилю. У окна располагалась большая кухонная раковина старинного образца. В углу – массивный камин с черной решеткой, кованной явно пару веков назад.

Хотя помещение выглядело весьма убого, здесь царила идеальная чистота, а кроме того, было заметно, что заботливые женские руки пытались создать уют – на окнах красовались белоснежные занавески с оборками, на стульях лежали мягкие вышитые подушки, на подоконниках росли цветы в керамических горшках, каминную полку украшали два бронзовых подсвечника и милые безделушки.

Мисс Мартин выдержала паузу, словно давая гостю время оценить обстановку, затем спросила:

– Если вы хотите выпить кофе, могу предложить только растворимый.

Все тот же ледяной тон, все тот же колючий взгляд. Но все же правила гостеприимства были соблюдены. Она уже взяла в руки банку с кофе, и Дэвид подумал: «Сейчас запустит этой штукой прямо в меня!» Мысль его развеселила, но он не позволил себе даже усмехнуться.

– Большое спасибо, – вежливо произнес он. – Растворимый вполне подойдет.

Он прошел в комнату и, усевшись за стол, наблюдал, как девушка наливает в чайник воду, ставит его на плиту. Плита электрическая, заметил он. Хоть какие-то удобства тут имеются… Мисс Мартин достала из старинного буфета чашки, при этом то ли случайно, то ли нарочно с силой хлопнула дверцей.

Какой характер! – не переставал удивляться Дэвид. Жаль, что у меня времени в обрез: надо идти в отель и заниматься документацией, а то с удовольствием поглядел бы, сколько она еще будет злиться. Он прекрасно понимал, что враждебность вызвана опасением быть притесненной неожиданно явившимся домовладельцем. Другие стали бы заискивать перед ним, а эта гордячка задирала нос…

Сколько ей лет? – размышлял Дэвид. Пожалуй, двадцать три или двадцать четыре. Как Ивлин. Хотя сравнивать ее с Ивлин трудно. Та – холеная супермодель, над которой трудится целая армия профессионалов по наведению лоска. Эта – сама естественность. Сложена великолепно, тонкие правильные черты лица, потрясающие шелковистые волосы. Так и хочется погладить… А что за чудный цвет глаз!

Уж кто-кто, а Дэвид знает толк в женщинах – так писали о нем в газетах… таблоидах, естественно. Вкус его в этой области безупречен, оценка всегда точна. Мисс Мартин заслуживает высшего балла, решил он. Интересно, что же она делает в этой глуши?

Почему скрывается в полуразвалившемся коттедже, спрятанном в лесу на побережье Новой Шотландии?

Он еще раз оглядел помещение и неожиданно заметил нечто, могущее служить чем-то вроде подсказки относительно занятий гордой мисс Мартин. На столе лежала папка с бумагой и несколько карандашей, а над камином висели очень приличные, сделанные углем наброски пейзажей. За буфетом стояли листы картона.

– Вы художница? – поинтересовался Дэвид.

– Скульптор.

– Правда? – неподдельно удивился гость и невольно еще раз окинул взглядом стройную фигурку девушки. – Надо же! Чтобы быть скульптором, нужно иметь хорошо развитую мускулатуру. Ведь для обработки мрамора нужна сила!

Ее губы скривились в усмешке, в глазах цвета аметиста не блеснуло ни капли дружелюбия.

– Я не Микеланджело, – заявила мисс Мартин сухо. – К вашему сведению, мрамор очень дорогой материал, мне не по средствам купить даже небольшой кусок.

– А какой материал вы используете? – полюбопытствовал Дэвид.

Ему было действительно интересно узнать о ней побольше. Кроме того, он понимал, что такой разговор нужно продолжать во что бы то ни стало – может, удастся немного растопить лед?

– В основном вторсырье, – ответила мисс Мартин. – Металлолом, переработанный пластик и прочее.

– Понятно, – кивнул Дэвид и улыбнулся ей широкой приветливой улыбкой, которая другую просто очаровала бы. – А скажите, пожалуйста, над чем это вы трудились там, в сарае?

Его старания были вознаграждены – девушка тоже улыбнулась ему, только недоверчиво, осторожно. При этом нижняя губка обворожительно дрогнула.

– Это моя новая композиция, – сказала мисс Мартин совсем другим тоном. – Часть серии, которая называется «Времена года». Всего будет четыре части, а это третья. Я продаю свои работы через одну галерею в Ярмуте.

– Хорошо платят?

– Достаточно. Мне много не требуется.

Она поставила две кружки с кофе на стол, подвинула Дэвиду одну из них и спросила:

– Хотите молока? Сейчас достану из-под раковины.

И действительно, под раковиной находился большой таз, наполненный холодной водой, а в нем – два картонных пакета молока, коробка масла и пакет с сосисками.

– Какая экзотика, однако, – заметил усмехнувшись Дэвид.

– Такой способ хранения продуктов ничем не хуже холодильника. Даже более надежный, ведь с электричеством здесь бывают всякие неприятности.

– Но все это так неудобно, мисс Мартин, – сказал он, мог бы к этому еще кое-что добавить, но побоялся рассердить ее. – Почему вы решили поселиться именно здесь? Почему не в деревне?

– Мне нужно было такое место, где бы я могла заниматься скульптурой, – пояснила она. – Сарай для этого вполне подходит. Кроме того, пустующие дома в деревне летом сдают отдыхающим. Для меня это дорого.

Дэвид понимающе кивнул. Мисс Мартин платила ему крайне мало, фактически одну треть того, что обычно просят за дом в подобном курортном месте. Никакой выгоды это ему, разумеется, не приносило, но повысить плату за такую развалюху было просто невозможно.

– Вы не против, если я посмотрю весь дом?

– Как хотите. Много времени у вас это не займет – тут всего две комнаты и туалет. В него вход со двора, – сообщила мисс Мартин, вскинув голову, и взгляд ее снова стал колючим. – Не думаю, что кто-нибудь из отдыхающих пожелает тут жить.

– И я так не думаю, – согласился Дэвид. – Никому не захочется снять такой дом на лето, во всяком случае, до тех пор, пока его не отремонтируют. Дороговато выйдет… Вероятно, лучшее, что можно сделать, так это снести его.

– Снести? – воскликнула девушка и сердито уставилась на него. – Но… Вы не можете так поступить! Это же просто вандализм! Дому уже… да, не удивлюсь, если ему лет сто по крайней мере. Не сравнить с вашим отелем.

Дэвид удивленно поднял брови, слушая, как эта странная мисс Мартин защищает свою развалюху.

– Ну хорошо, – сказал он спокойно. – Все-таки я сначала осмотрю дом, а потом буду решать. Стены хоть здесь довольно крепкие.

Джо открыла было рот, чтобы что-то еще сказать, скорее всего съязвить, но потом передумала, очевидно сообразив, что спорить с ним сейчас ей не следует. Дэвид видел, как она борется с собой, даже дышать стала глубже, – грудь так и вздымалась…

– Ладно, – сказала мисс Мартин неожиданно резким голосом. – Вот видите? Это кухня. Вода есть, не всегда, правда, но все же есть… Плита. Электрическая.

Дэвид взглянул на маленькую двухконфорочную плиту старого образца. Такие он последний раз видел в студенческие годы, когда снимал квартирку в Монреале…

– Она тоже иногда работает, – продолжала Джо. – Холодильник не работает вообще. Что еще?

Нельзя было сказать, что Дэвид остался безразличным к ее замечаниям. Ему стало даже неловко, что оборудование в таком состоянии, а он еще взимает плату за все это барахло.

– А камин? С ним все в порядке? – поинтересовался он.

– Да. Только я не пользуюсь им летом, разве что воды нагрею.

– А как же… Как вы принимаете ванну?

– Я… ну… иду в отель, – ответила она, потупившись.

Дэвид рассмеялся, смех получился резковатый, словно надтреснутый. Ловко устроилась! И как только ее туда пускают? Но на самом деле ему все равно, в голове возникла картинка поинтереснее – обнаженная Джо опускается в пену…

– А что находится там? – спросил он, указывая в сторону портьеры, видимо закрывающей вход в другую комнату. – Спальня?

– Д-да…

Ее голос дрогнул. Она явно была против того, чтобы он вторгся в ее спальню, но помешать не смела.

Дэвиду и самому не хотелось идти туда, но зато он не мог отказать себе в удовольствие подразнить строптивую девицу. Несколько секунд они буравили друг другу взглядами, потом Джо встала. Вздернутый подбородок, поджатые губы, неестественно прямая осанка – все говорило о том, какие противоречивые чувства ее переполняют, но она старается изо всех сил не взорваться. Дэвид пошел за ней к портьере, которую она тут же резко отодвинула.

Они оказались в крошечной спальне с низким потолком, в которой доминировала широкая старинная кровать. Рядом в углу стоял комод, накрытый шелковой шалью с кистями. Еще одна шаль висела на стене в изголовье кровати, скорее всего закрывая трещину или пятно, решил Дэвид. Тем не менее эти скромные детали интерьера – шали с рисунком и подобранное им в тон покрывало – придавали особый шарм комнатенке. Сразу было видно, что тут живет женщина, которая знает, как создать уют.

На низком столике сбоку от кровати возвышалась аккуратная стопка одеял и пледов. Судя по всему, хозяйка позаботилась о том, чтобы не мерзнуть ни летом ни зимой. Неожиданно Дэвид представил себе Джо в постели… Далее новая фантазия – он сам забирается к ней под одеяло, их обнаженные тела соприкасаются… У него даже дыхание перехватило, а сердце забилось как бешеное от таких мыслей.

Он бросил взгляд на девушку и вдруг догадался, что и она думает о том же самом. А в следующий момент она отшатнулась от Дэвида, шагнула к резному комоду и принялась сосредоточенно переставлять какие-то безделушки.

– Я же говорила вам, – произнесла Джо, не поднимая глаз, – что тут ничего особенного нет. Комната как комната…

Неожиданно она неловким движением смахнула на пол шкатулку. Но не успела нагнуться за ней, как Дэвид быстро поднял вещицу и передал Джо.

– Спасибо… – пробормотала девушка, все еще избегая его взгляда.

Длинные ресницы трепетали, на щеках появился легкий румянец. Итак, мисс Джоанна Мартин, торжествующе подумал Дэвид, вы старались сыграть передо мной роль Снежной королевы, но с треском провалились! Вне всякого сомнения, она почувствовала магнетизм, исходивший от него, ощутила притяжение, уловила минутное желание близости. Но ведь гордячка ни за что не созналась бы в этом. Дэвиду именно это в ней и нравилось. Может быть, его слишком избаловали женщины, но с годами ему стали неинтересны легкие победы.

У этой особы твердый характер. Любопытно, как долго она будет держать оборону? Когда ему удастся прижать ее к себе, почувствовать, как она слабеет в его руках?

Держись! – убеждала себя Джо. Она пыталась успокоиться с того самого момента, как увидела Дэвида стоящим в дверях сарая. Тогда на секунду ей показалось, что перед ней привидение.

Конечно, здравый смысл возобладал: это не мог быть Патрик Пойндекстер, который три недели назад погиб, катаясь на водных лыжах Гаити. Тогда, в полумраке, да еще сквозь защитную маску, она не сразу разглядела лицо незваного гостя. Потом она уже сама догадалась, кто это, еще до того как он представился, и поразилась сходству братьев.

Правда, теперь Джо уже подметила различия во внешности братьев Пойндекстеров. Старший, Дэвид, был немного выше ростом и стройнее, хотя плечи имел такие же широкие, как у Патрика. Волосы у обоих были темные, но у Дэвида пострижены по-другому. Да и черты его лица говорили о силе характера и воле, которыми Патрик не отличался. Впрочем, оба были достаточно красивы.

Черт побери, почему я краснею? – недоумевала Джо. Чего боюсь? Неужели того, что вид старой кровати вызовет у него такое вожделение, что он овладеет мною тут же? Скорее всего он заметил влажное пятно на потолке, а это значило, что крыша протекает. А щели в окне заткнуты газетами… Ведь Дэвид Пойндекстер прежде всего хозяин этой хибары. Вдруг он действительно решит снести дом?

Дэвид подошел к окну и потрогал раму, потом поскреб ее ногтем.

– Подгнивает, – заметил он. – Похоже, скоро просто вывалится.

Джо пожала плечами, показывая всем своим видом, что это ее не волнует. Она готова была защищать старенький коттедж, который уже считала своим домом.

– Так все здесь и было, когда я въехала. Я привыкла.

Дэвид покачал головой:

– Этот дом непригоден для жилья. Тут даже собаку не поселишь.

Джо осмелилась подойти к нему ближе, сверля его гневным взглядом.

– Я же не жалуюсь на состояние дома, – возразила она. – Я аккуратно плачу вам каждые две недели. Почему бы вам просто не уйти отсюда и не оставить меня в покое?

Джо направилась в комнату, стараясь проскользнуть мимо стоявшего в дверях Дэвида и не коснуться его. Он последовал за ней. В комнате она обошла стол и встала с другой стороны, чувствуя себя уверенней подальше от Пойндекстера.

– Все. Экскурсия по историческим местам окончена, – объявила она. – Посетите наш магазинчик сувениров на выходе.

Дэвид оценил шутку – он улыбнулся, только вот улыбка вышла больше похожей на усмешку. Однако, как оказалось, не понял намека – взял и уселся за стол.

– Видите ли, мисс Мартин, – вздохнул он, – мне не хотелось бы выселять вас. Но здесь совсем не безопасно находиться. Я не могу рисковать.

– Да всего-то надо заменить несколько черепиц, – не слишком решительно попыталась настоять на своем Джо.

Она не понимала, зачем еще спорит с ним, ведь он уже принял решение и переубедить его вряд ли было возможно.

– Несколько черепиц? А оконные рамы? – Дэвид махнул рукой в сторону спальни. – А электрическая проводка? Не сомневаюсь, что зимой водопроводные трубы замерзают.

– Нет, не замерзают, если я все время топлю камин.

Он саркастически усмехнулся:

– А чем это вы его топите?

– Хворостом, деревяшками… Всего этого здесь полным-полно. Я собираю, складываю в сарай для просушки. Иногда, когда есть деньги, покупаю уголь в деревне. Билли, жестянщик, продает его.

Джо понимала, что несет ерунду, нервничает, но во всем был виноват Дэвид, который сидел и смотрел на нее бесстрастным взглядом. Глаза у него оказались темнее, чем у брата, но в них застыло все то же выражение наглой самоуверенности.

– А вы никогда не испытывали чувства одиночества, поселившись в этой глуши? – спросил он неожиданно проникновенным тоном.

Она уставилась на его рот – четко очерченные чувственные губы, не тонкие и не полные, уголки чуть опущены, вниз от них идут две складочки, что придает губам выражение циничной усмешки. Однако улыбка его просто очаровывала.

– Мне нравится быть одной, – ответила Джо по возможности уверенно и твердо.

Дэвид рассмеялся, явно издеваясь над ее попытками отстоять свою точку зрения.

– А как насчет дружков? Им позволено нарушать ваше уединение?

– Я… У меня нет дружков, – ответила Джо, неожиданно густо покраснев. – И вообще… это не ваше дело. – Она с трудом перевела дыхание, пытаясь не потерять самообладания. – Послушайте, если вы уже все посмотрели…

Тут Дэвид наконец-то понял намек.

– Конечно. Надеюсь, я не слишком докучал вам своим присутствием. Извините, что оторвал от работы, – произнес он вежливым, даже официальным тоном. – Я, пожалуй, попрошу управляющего зайти и осмотреть дом, когда вам это будет удобно.

– А… Да, конечно, – поспешно согласилась Джо, радуясь, что он уходит. – Можно прийти в любое время. Я практически всегда дома, только изредка уезжаю в Ярмут или выхожу за покупками.

– Хорошо. Думаю, за пару недель мы решим этот вопрос. Если, конечно, не разразится буря.

– Маловероятно. В это время года погода всегда хорошая. Иногда в конце лета бывают грозы, но…

Когда это он успел подойти к ней так близко? Неожиданно Джо оказалась прижатой спиной к холодильнику. Подняв голову, она смотрела не отрываясь в черные бездонные глаза, и… Почему это ей стало так трудно дышать? Взгляд ее скользнул вниз, теперь она видела его рот. Дэвид улыбался, но улыбка больше походила на злую усмешку. Нет, она не потеряет головы, ни за что не потеряет…

Но если эти губы прикоснутся к ее губам, она не устоит, потому что выбора у нее не останется. Дэвид осторожно, за подбородок, приподнял ее пылающее лицо, и Джо закрыла глаза. Сердце ее замерло, словно вообще перестало биться.

Прикосновение его губ было дразняще коротким… Уж не показалось ли ей? Но тут Дэвид отпустил ее, и девушка, открыв глаза, в недоумении уставилась на него.

Он почему-то кивнул ей и сказал:

– До свидания.

Затем вышел, плотно закрыв за собой дверь.

Черт бы его подрал! Как это она позволила ему поцеловать ее? Неужели не понимала, что он играет с ней? Дэвид Пойндекстер такой же, как его брат: половина его сущности – деньги, половина – физическая привлекательность. Потому и считает, что каждая женщина готова броситься ему на шею.

Джо опустилась на стул и замотала головой, стараясь привести себя в чувство. Сердце еще колотилось как бешеное. Нет, этого типа нельзя было подпускать к коттеджу! Следовало поговорить с ним обо всем в сарае, а не приглашать в дом, поить кофе. Научена же горьким опытом – от Пойндекстеров только одни неприятности.

Хотя с Патриком было очень легко, припомнила Джо. Легко и весело. В нем, несмотря на возраст – двадцать девять лет, – было много мальчишеского задора и подлинного очарования. Патрик добивался ее в течение шести месяцев, но Джо, зная прекрасно о его репутации, не принимала всерьез ухаживания красавца.

Иногда, когда приходилось отражать очередную атаку и убеждать Патрика в том, что она вовсе не кокетничает и на самом деле не хочет спать с ним, они чуть ли не ссорились. Он не привык, чтобы женщина ему отказывала, и злился. Но быстро отходил и шутил, что в следующий раз, приехав в Новую Шотландию, обязательно добьется своего. Тогда они оба хохотали.

А потом, примерно месяц назад, все это и произошло. Был как раз день рождения Джо. Она не собиралась его отмечать, кроме того, спешила закончить первую часть композиции для галереи в Ярмуте. Анджела, хозяйка галереи, сказала, что к ней заходил один американец, который заинтересовался работами Джо.

Из-за спешки и суеты начались все неприятности. Сначала она обожгла руку сварочным аппаратом. Ожог был небольшой, но очень болезненный. Джо держала руку под холодной водой довольно долго, потом, отчаявшись унять боль таким способом, приняла анальгетик.

Конечно, следовало прочитать внимательно инструкцию, в которой говорилось, что лекарство несовместимо с алкоголем, но Джо этого не сделала. А тут как раз Патрик прибыл на своей яхте. Девушка встретила его на пристани, вернувшись из Ярмута.

Он радостно приветствовал Джо и предложил отметить день ее рождения вместе со всеми его друзьями. Немного поколебавшись, она согласилась – лучше уж повеселиться, чем сидеть одной дома и слушать радио.

Выпила она немного, всего пару бокалов шампанского, но неожиданно опьянела настолько, что едва помнила происходившее. Вроде бы они с Патриком танцевали на пирсе, хохотали. Потом добрели до роскошной яхты, и Джо оказалась в салоне. У нее закружилась голова, и она захотела прилечь.

Патрик отвел ее в каюту, уложил на кровать, а потом оказался рядом с ней абсолютно раздетым. Он был пьян, причем здорово пьян. Патрик навалился на нее всем телом, от него тошнотворно разило спиртным. У Джо все плыло перед глазами, в висках стучало, сил бороться не было…

Ночью она проснулась и увидела Патрика, спящего рядом. Сгорая от стыда, она отыскала одежду и убежала.

На следующее утро, увидев, что яхта исчезла из гавани, Джо даже обрадовалась. У нее не было никакого желания встречаться с Патриком снова. Вряд ли он помнил, что случилось, а она не знала, как ей следует вести себя с ним после всего происшедшего. Но судьба распорядилась по-своему, правда, жестоко. Три недели спустя Джо узнала, что Патрик трагически погиб – катался на водных лыжах и угодил под встречный катер, владелец которого не справился с управлением.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю