Текст книги "Утраченная истинная (СИ)"
Автор книги: Нина Море
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)
– Итак, бал уже вечером, и я забираю Алессу и Теону на примерку, – королева говорит быстро. Она воодушевлена.
А я вижу, как Эйдену не хочется меня отпускать. Об этом говорит еще и его рука, которая сильнее сжимает мою.
– Не переживай, Эйден, – улыбается, кажется, по-доброму Алесса. – Все будет хорошо.
– Эйден, Сэм, вас ожидает король, – говорит Сантия, указывая пальцев вверх, сделав многозначительное выражение лица. И мы вместе с ней и Алессой уходим.
Оборачиваюсь у дверей, видя, с какой тоской смотрит на меня мой принц, и от этого в моем сердце разливается новое сильное чувство…
***.***.***
– … Вы все слышали. Я полностью уверен в этом. Сегодня у вас будет возможность убедиться самим! Мы начнем новую главу в истории государства, где трон унаследует истинный король, – рокочущий голос отражался многократно от стен пещеры, донося свой смысл до каждого члена собрания.
Рука с золотым перстнем опустилась на тысячелетний кодекс.
– Те, кто со мной, кто присягает моему роду, должен принести магическую клятву. Тот, кто не допустит правления покрывателя Иных. Тот, кто против допущения запретной магии. Тот, кто ради будущего королевства, свергнет врага, не допустив в будущем правления Эйдена Ансгара, предавшего священные правила истинности дракона, нарушевшего заветы Древних Драконов! Пусть тот, кто верен правилам, принесет клятву, присягнув мне.
Скрываемые плащами фигуры двигались, опуская магические клятвы на кодекс.
– Мой господин, все готово, – прошептала серая фигура, склонилась в поклоне, целуя золотой перстень, и ушла прочь в черный коридор.
– Вечные оковы уже ждут тебя, Эйден… – произнес тихо голос, наблюдая за своими последователями, которые один за другим давали клятву верности. – Вечность в Гиблых землях, с памятью об убитой Истинной… Это твое будущее, Эйден Ансгар…
Глава 26. Представление
Теона
– Платье просто волшебное, – кручусь возле зеркала, осматривая свое нежно-белое, с золотой вышивкой платье. – Благодарю вас, Сантия.
– Теона, главное это ты. Никакое платье не украсит ни человека, ни его душу… – королева хочет продолжить, но…
– Поэтому, я даже не пытаюсь украсить себя, – из-за ширмы выходит Алесса, облаченная в темно-синее с зелеными переливами платье. – Содержимое моего платья уже не спасти, – Алесса иронизирует, но в голосе отчаяние.
Принцесса проходит мимо нас к зеркалу, поправляет макияж. Королева вздыхает, она не подберет слов, но я вижу, что она переживает за дочь.
– Ты прекрасно выглядишь, Алесса, – говорю, потому что это действительно так. – Но мне казалось, что камеристка собиралась шить тебе светлое платье, – я немного улыбаюсь.
– Да, – Алесса закусывает губы в усмешке. – Но я наколдовала ему темный цвет...
– Это не тот ли цвет, что так не любит Сэм? – королева скептически ухмыляется, оглядывая усовершенствованный наряд.
– Ой, и правда! – наигранно удивляется Алесса. – Но мне как раз нравится этот цвет.
Раздается стук в дверь, на который мы втроем оборачиваемся.
– Пора, – говорит королева, поправляя украшения на мне, потом на Алессе, которая стоит, опустив взгляд, и постоянно натягивает один рукав на запястье.
Дверь открывается, и на пороге показывается Эйден.
От его внешнего вида теряю дар речи. Ведь облачение напоминает доспехи, только с большим количеством кожаных ремешков и без металла. Он выглядит, как принц со старинных картин.
Эйден сразу же находит взглядом меня, смотрит с такой нежностью, направляясь ко мне.
– Ну конечно! Это же Эйден! – Алесса улыбается одним уголком рта. – Он теперь не будет ждать, когда откроют, ведь тут его Истинная.
Эйден словно не слушает сестру, приближаясь, и просто съедает меня взглядом.
О, нет!
Взглядом драконовых глаз.
– Ой, все! Мы тут лишние, – Алесса тянет королеву, которая сдерживает улыбку. Они спешат к выходу, но сталкивается в дверях с Сэмом.
– Сэм, доверяю тебе Алессу. Ждем вас всех с королем внизу, – Сантия убегает, словно ей лет восемнадцать.
А Алесса с источаемым недовольством, кладет руку на сгиб локтя Сэма. Успеваю заметить, как заходили жевалки Сэма, когда он осмотрел наряд Алессы.
– Как мне пережить этот бал, Теона... – Эйден говорит, как только остаемся одни, так вкрадчиво, обволакивая своей близостью, пожирая взглядом драконовых глаз.
– Держите себя в руках, мой принц, – принимаю его объятья, касаясь ладонями его лица.
– Тео, ты специально меня так называешь… Мы же просто не выйдем отсюда, – облизывает кончиком языка заострившиеся клыки.
– Как? – делаю невинное лицо, приподнимаюсь на носочки и целую его. – Мой принц?
– Нарываешься, Тео, – притягивает ближе, скалясь. – Будет жаль это платье… У меня не хватит терпения осторожно развязать всю эту сложную шнуровку.
– Нет, Эйден! Платье не тронь, это самое прекрасное мое платье, – смеюсь и взвизгиваю, потому что меня приподнимают над полом и целуют. – Нам пора… – говорю это и вижу, как Эйден мрачнеет.
Но что-то мне подсказывает, что дело не в том, что мы покидаем комнату… Что-то произошло, и мой принц не поделился информацией.
***
По мере приближения к назначенному месту, понимаю, что Эйден излишне задумчив и напряжен. А еще он с каждым шагом все сильнее сжимает мою ладонь.
– Эйден! Все хорошо? – спрашиваю, заглядывая в его глаза, вырываю его из задумчивости.
– Да, Теона. Просто не люблю балы… Точнее людей, что на них собираются, – Эйден, переплетает наши пальцы. – Главное, будь рядом.
– Хорошо… – волнение подкатывает. А еще некая тревога.
Наверное, это из-за того, что сегодня будут присутствовать члены совета с семьями и приближенные короля. Узкий круг, в который вошло приличное количество человек. И мы с Эйденом будем в центре внимания.
Эйден берет вою руку, и целует мой узор истинности, этот нежный жест успокаивает, как и осознание того, что совет увидит истинную пару, без наколдованного морока. Эйдену теперь ничего не грозит. Ведь так? Но почему мое сердце неспокойно.
– Фреир тоже будет? – спрашиваю, когда мы останавливаемся у дверей. – Он был совсем незаметным гостем…
– Поверь, Тео, он все равно успел сделать достаточно, – ухмыльнулся Эйден, а его глаза сверкнули озорным блеском.
Что он имел в виду?
Но додумать я не успеваю. Двери перед нами распахиваются, и мы погружаемся в область властвования высшего света, элементы которого могут быть как преданными подданными, так и судьями и палачами даже самого короля.
Я погружаюсь в токсичный вакуум, поэтому то, как нас представляют всем присутствующим, звучит, как из плохо ловящего радио.
Я иду уверенно, я не боюсь. Со мной моя защита и поддержка.
Король и королева занимают свои места на троне. Чуть поодаль сидит Алесса. Доктор Абрахам недалеко возле нее.
И неужели! Замечаю среди присутствующих гостей, что стоят по обе стороны, создавая живой коридор, Лизбет. Это моя Лизбет, мое сердце наполняется радостью. Лизбет улыбается мне, хотя знаю, что очень волнуется. Но она не одна. Она стоит под руку с Фебом. Замечаю Сэма рядом с ними… И в глаза бросается его напряженность и сосредоточенность. Такая же, как и у Эйдена.
Но мы идем мимо всех. Перед троном стоят пять человек – главные члены совета, во главе с Фреиром.
Останавливаемся с Эйденом напротив них. Я чувствую сильный сметающий поток энергии от Эйдена. Он прожигает взглядом Фреира. Но последний очень спокоен…
Вид у Фреира самодовольный, его глаза нездорово блестят. Он очень походит на фанатика идей, известных только ему.
Нам предстоит церемония посвящения. Эйден обнажает свою метку истинности, оборачивается ко мне, и я вкладываю в его правую руку, свою левую руку с узором истинности.
Фреир стоит на месте, а другие члены совета подходят ближе, каждый из них поочередно творит магическую нить, связывающие наши руки с метками истинности.
И с каждой новой световой нитью, метки на наших руках вспыхивают алым. И с каждой такой вспышкой Фреир сильнее стискивает челюсть, но держит самообладание, хотя в его глазах пылает огонь.
В какой-то момент мне кажется, что Эйден неотрывно смотрит на Фреира, наслаждаясь его реакцией.
Церемония посвящения завершена, и я вижу, что двое из четырех членов совета, вернувшиеся к Фреиру выглядят растерянными… Что это значит?
– Принц Эйден и его Истинная Теона соединены на Век и нераздельно! – провозглашает самый почтенный по возрасту член совета, и оборачивается к королю.
Король Аарон смотрит на Эйдена с нескрываемой гордостью, немного хитро улыбаясь. И кажется дает ему некий сигнал. Или это просто я запуталась в дворцовых интригах.
После торжественных речей короля Аарона, членов совета и высокопоставленных лиц, я могла бы расслабиться, но еще вчера Сантия предупредила меня, что испытания на этом только начнутся, что за нами с Эйденом будет незримый контроль и проверка продолжится.
– Ну что, дадим публике насладиться танцем принца и его Истинной? – Эйден шепчет на ухо, выводя меня в центр зала. – Позволим прикоснуться им к сказке, – принц иронизирует, прижимает меня к себе излишне близко, а я вижу вдалеке бледного Жаккера.
Но, к счастью для него и меня, Эйден действительно танцует, как по учебнику. Движения осторожные, отточенные, уверенные. Но я чувствую, что Эйден не любит потакать правилам высшего света и удовлетворять публику. Но делает это, ради меня, ради отца, ради семьи.
Наш танец заканчивается, Жаккер выдыхает и кажется решил все-таки жить дальше. Королева наблюдала за нами с замиранием сердца…
Самое неприятное для меня на балу это то, что все наши движения с Эйденом очень скупы и сдержанны. В обществе соблюдают традиции и правила. Но я то и дело ловлю себя на мысли, что очень хочу обнять Эйдена, хочу прижаться, особенно, когда читаю такое же желание и в его глазах.
– Теона! – раздается родной голос близко.
Оборачиваюсь и вижу Лизбет, которую под руку ведет светящийся от счастья Феб.
Мы приветствуем друг друга опять излишне официально. Хотя я хочу броситься на шею Лизбет с объятьями.
Она все же подходит ближе ко мне, берет мои ладони в свои. Отходим немного в сторону.
– Теона, как же я скучала, как я рада, что все хорошо, – Лизбет улыбается, сдерживая слезы.
– Лизбет мне так много нужно тебе рассказать, – не могу сдержать улыбку, потому что вижу ее здоровой. – Как твое самочувствие? А вы… Ты и Феб…
– Мы вместе… – говорит Лизбет, показывая мне руку с помолвочным кольцом. – И моя болезнь отступила. Там было все очень запутанно. В мой крови обнаружили яд… Мой бывший муж травил меня им много лет по маленькой концентрации… А доктор Абрахам, по просьбе Феба, подобрал противоядие. И теперь я здорова.
– Лизбет, – все-таки одна слезинка скатывается. От счастья…
– Ты счастлива, моя дорогая, теперь я вижу это! – глаза Лизбет сверкают.
Но… Неужели тогда Лизбет поняла меня… Она видела морок?
– Теперь видишь? – я склоняюсь ближе к Лизбет и шепчу: – Лизбет, ты видела морок?
– Да, – шепчет ответ Лизбет, не понимая моего беспокойства.
И тут меня словно бьет молния… Я вспоминаю, что напомнил мне взгляд Фреира, когда он смотрел на наши с Эйденом метки… Это был взгляд видящего.
Фреир – видящий. Он тогда понял все… Он знал изначально.
Я оборачиваюсь и ищу взглядом Эйдена. Вижу его неподалеку, он общается с Фебом и Сэмом.
– Лизбет, я должна спешить, – говорю и иду быстрым шагом к своему принцу.
– Эйден, – окликаю его.
Он видит мой взбудораженный внешний вид и обеспокоено спешит ко мне.
– Эйден, я думаю, что Фреир… – не успеваю договорить.
Потому что музыка резко обрывается, и в центр зала выходит Фреир. А часть гостей вычленяется из общей массы, надев золотые венцы с гербом золотого дракона. Их меньше, чем остальных, но все же…
Они собрались совершить переворот…
Эйден сосредоточено смотрит на предстоящее представление, а король Аарон спускается с трона и направляется к нам.
– За нарушение заветов Древних Драконов. За оскорбление священной связи Истинности. За использование запрещенной магии и искажению мороком меток Истинности. Эйден Ансгар приговаривается к вечному заточению в Гиблых землях, – как гром, звучит голос Фреира Уиннифреда.
– Нет! Эйден! – сдавленно шепчу, я смотрю на своего Истинного, кажется, что это какой-то абсурд. А я на грани смерти.
Но Эйден смотрит сосредоточенно на Фреира.
– Эйден, они же не могут…
Эйден оборачивается. В его взгляде решимость, но и тоска, отголоски которой тянутся к моему сердцу.
– Теона, верь мне… Я люблю тебя, моя Истинная.
– Нет, вы не можете! Это неправда! – почти кричу, когда Феб утаскивает меня дальше от моего Эйдена за спины верных короля Аарона.
Грудь разрывают рыдания. Я вспоминаю, какая участь ждет Эйдена в Гиблых землях. И даже король не сможет помочь сыну.
Мне кажется, что умираю, когда к Эйдену подходят двое человек в капюшонах, неся магические оковы…
– Я люблю тебя, Эйден, – произношу одними губами… Я даже не успела сказать ему это…
Глава 27. Повелители земли и неба
Теона
Внутри будто все обрывается, когда я вижу, как смыкаются оковы на руках Эйдена. Он стоит, не сопротивляется, позволяя вершить свою судьбу.
«Спасайся, Эйден! Сбеги от них! Спаси себя!» – думаю неистово, позволяя крупным слезам стекать по щекам.
Как я ненавижу Фреира… Который сейчас заберет у меня мою жизнь. Она закончится, как только Эйдена уведут…
– Это стражи Гиблых земель… Они заточат принца навеки… – доносятся до меня чьи-то жуткие слова…
Хочу ринуться к Эйдену, загородить его от Фреира, показать свою метку истинности, но меня удерживает Феб:
– Нельзя, Теона! – говорит тихо, в его глазах сосредоточенность и тревога. – Эйден просил! Нужно ждать…
Отворачиваюсь от Феба, перевожу ошеломленный взгляд на своего невыносимого дракона, который не сказал мне ничего. Он знал! Но даже не сообщил. Почему он не сбежал? Почему он решил отдать себя на растерзание коварному Фреиру?
Перевожу взгляд на короля Аарона. Он неспеша приближается к Эйдену, вокруг которого стоят стражи.
– Фреир… Мой друг… Ты наконец признался, кто ты такой… Видящий… – король становится сбоку от стражей, смотрит грозно и со сдерживаемым неспокойствием на Фреира. – Но я вынужден сомневаться в качестве твоего дара… – Аарон оскалился в кривоватой улыбке, которая не сочеталась с его яростным взглядом. – Метки истинности моего сына с его избранной прошли проверку. Поэтому ответь на вопрос… Как могут идти за тобой твои последователи, если ты уже на первом шагу допустил такую нелепую ошибку?
Слова Аарона звучали уверенно, твердо и спокойно. И, после, повисает пауза, а среди мятежников с золотыми венцами образовалось какие-то копошение и гул…
– Аарон, тебе не удастся выгородить своего сына… – Фреир говорит максимально злорадно, упиваясь властью, что вот-вот настигнет его. – В первый же день проверки истинности твоего сына, я увидел черную метку! – Фреир почти шипит. – И эта метка была скрыта мороком, навеянным запрещенной магией.
– Если это было так, то ритуал все бы открыл!
– Верно, Аарон… – Фреир сощурил свой взгляд, а после придвинулся на шаг к Эйдену. – Ритуал был бы нарушен… но морок, что кладет Иной, обманывает ритуал! – слова, как гром.
Взгляд Аарона мог бы испепелить Фреира, король в ярости... Но, почему? Еще одна тайна… Неужели Эйден…
– Иван-Цапевич… – почти пропел Фреир и сделал нарочито мечтательный вид, оглядывая Эйдена с ног до головы. – Удивительные предания пришельцев из других миров. Тебе ведь о чем-то говорит это прозвище, Эйден… Помнишь ли ты, как в детстве тебя называла… И сказки, что читала тебе твоя… мать! – оскал Уиннифреда и взгляды многих, что устремились на королеву.
Я видела все эмоции, что мелькали на лице Эйдена. Он обернулся на Сантию, которая застыла и горько прикрыла глаза, словно сдерживала рыдание сердца.
– Это был ты, Фреир! Ты устроил ловушку в лесу! – Эйден понял, как и я, ответ Фреира даже не требовался.
– Принц Эйден… Полудракон-полуиной… Аарон твой сын мог бы стать великим. – Фреир отходил спиной назад от Эйдена. – Мог бы. Если бы мы все плевали на Священные заветы и закрыли глаза на то, что наш доблестный король Аарон сделал королевой Иную, а ее братца, такого же Иного, наградил титулом рыцаря, сделав своим приближенным… Не дав ни капли Онатемы Отер…
Фреир отходил назад, давая знак своим избранным, что присягнули ему на верность.
– Я чувствую морок, что покрывает метку истинной связи, как вижу и Иных перед собой! – Фреир говорил свою речь очень фанатично. – Твой сын не смог победить проклятье Клементины! Я знал это! Она сама рассказала мне перед смертью, на что обрекает принца!
Фреир говорит безумные вещи. А еще, он сказал, что чувствует морок запрещенной магии, но ведь его больше нет. Оглядевшись по сторонам, заметила, что в зал из зеркал выходят люди. Неужели?! Здесь всюду были Зеркала-путешественников! Это они! Древние и редкие артефакты… Они есть у короля… Но кто все эти люди, что появляются? На чьей они стороне? Это же… Маги… Они служат королю?
– Закончилось твое правление, Аарон! – Фреир возвел руку со светящимся гербом золотого дракона. – Род Ансгар канит в лету, а его наследник будет навеки заточен в Гиблых землях.
– Ты ошибаешься, Фреир! – голос Эйдена прозвучал, как искра. Которая опалила Фреира.
– Что ты… – ошеломленно проговорил Фреир, гася магическую символику в своей руке.
Ведь увидел, как и все в зале, как разрываются цепи оков на руках принца одним его движением.
– Но… Это невозможно… Оковы не отпускают виновных… Я же чувствовал морок… – ужас, смешанный с предчувствием поражения, отразился на лице Уиннифреда…
– Связь с Теоной, моей Истинной, настоящая, священная и нерушимая, – эти слова Эйдена, сказанные всем, попали мне прямо в сердце, до выступающих слез, до понимания, что люблю…
– Невозможно… – Фреир взялся за грудь, отступая.
– Довольно, Фреир! Ты все сказал! – Король подошел ближе к сыну, а безпристрастные стражи Гиблых земель отступили от Эйдена. – Я благодарен, что ты помог мне вычленить всех предателей и дал возможность убедиться еще раз, что мой сын достойный потомок моего рода и истинный наследник! – голос Аарона был с рычащими нотами, он был на грани оборота.
Фреир отступал, растерянно оглядываясь по сторонам, он наконец увидел, что из зеркал-артефактов выходят многочисленные маги-законники, окружающие всех, кто присягнул ему.
– Ты был прав на своем тайном собрании, Фреир… Начнется новый этап правления! – Аарон дал знак магам, и они вмиг заблокировали предателей и стали утягивать их в зеркала-артефакты. – Наступает новая эра, где Иные будут верными подданными короля, дающие магическую клятву верности и сохраняющие полный резерв магии...
***
Все происходило быстро… в считанные минуты… Присутсвующие в зале частично впадали в панику. Присягнувшие Фреиру были утянуты, через зеркала законниками. Как и гости, которых спешно уводили через зеркала-путешественников. Но часть магов-законников осталась, они медленно окружали Фреира.
Эйден обернулся в поисках Теоны. Он заметил среди законников своего недавнего знакомого, Иного, что помог обезвредить ловушку и давшего ему клятву верности. Иной стоял возле одного из зеркал с королевским сыщиком, потомком рода Айварс. Принц кивнул им, благодаря за помощь.
Король, Эйден, Фэб и часть приближенных знали все наперед... Они разыграли собственное представление, обыграв Фреира...
Наконец, принц увидел Теону, что стояла возле Феба и Лизбет, и спешно направился к ней, но голос Сэма его остановил.
– Нет, отец! – Сэм повстречался взглядом с Эйденом. – «Драконий оборот», – тихо произнес следом.
Секунды хватило Эйдену, чтобы понять, что Фреир носит кулон Клементины, артефакт «Драконий оборот», который позволяет принимать облик второй ипостаси, не будучи королем…
– Предатель! – процедил сквозь зубы Фреир своему сыну, и в следующее мгновение, растерянный прежде Фреир отбил мощным ударом магии подступивших к нему законников. – Никогда, Аарон! – прогремел его голос.
Уиннифред-старший возвел руки вверх и разрубил цепи огромной люстры ударом огненного шара, устремив ее на людей, но… удара не последовало. Магия Эйдена и его знакомого Иного не дала упасть ей на оставшихся гостей, растворяя ее в воздухе.
Эйден, не видя перед собой ничего, ринулся к Теоне, которая уже протягивала к нему руки. Он прижал свою Истинную к сердцу, закрывая объятьями от всего мира, чувствуя ее душевный отклик. Кто бы знал, как разрывалось его сердце, которое чувствовало, как больно и страшно его Теоне. Что ей страшно за него…
– Аарон! Алесса! – крик королевы заставил Эйдена и Теону обернуться.
Обернуться и увидеть страшную картину.
Фреир, блестя безумным взглядом, удерживал Алессу, прижав к ее шее клинок. Он отступал с ней к балкону-выступу для слета дракона.
– Еще один шаг, еще один законник в мою сторону, и принцесса умрет, – злые речи Фреира огласили полупустой зал. – Я не буду сожалеть, что мир лишиться принцессы-ведьмы, что колдует морок, скрывая метку своего братца и его избранницы.
– Отпусти мою дочь, Фреир! – Аарон выставил руки в останавливающем жесте. – Ты не посмеешь! Ты не хочешь этого делать! «Драконий оборот» отравил твою душу! Клементина не желала помочь тебе, вручив кулон! Она лишь отравила твой разум и твою душу! Сделав из моего друга – врага! Я могу помочь тебе! Еще не все потеряно!
– Мне нечего терять, Аарон! Ты забрал моего сына! Отвратил его от меня, забрав в свои марионетки! Мне теперь все равно за свою душу!
– Я никогда не был на твоей стороне, отец! – Сэм приближался к отцу. – Отпусти Алессу и уходи! – Сэм был внешне безэмоционален, но глаза, в которых плескался ужас, выдавали всю ту бурю, что клубилась у него внутри.
– Нет, Сэм! Я сделаю Аарону больно напоследок, как он сделал больно мне, разлучив нас с тобой! – Фреир отступал дальше, сильнее надавливая лезвием на шею Алессы, которая беззвучно плакала, глядя на Сэма, сожалея, что так и не решилась рассказать ему свою тайну, что не успела ему сказать важное…
– Нет, отец… – горько произнес Сэм и остановился, чтобы проколоть одно свое ухо серьгой. – Ты этим сделаешь больно мне, – голос молодого золотого дракона звучал спокойно, но он ужаснул Фреира.
– Что… что ты такое говоришь… Серьга? Сэм, почему? – Фреир смотрел на Сына в ужасе. В ужасе ожидания его слов.
Сэм приблизился еще на шаг, глядя прямо на отца безмятежно печально. Он отвернул рукав своей правой руки, обнажая золотистую метку истинности.
– Метка? – прозвучало испуганно. Глаза Фреира заблестели, в их уголках застыли слезы.
– Алесса – моя Истинная, отец! – слова, как гром.
В зале не было иных слов, чтобы они не звучали, как раскат, которые не били бы, словно молния. Но слова Сэма удивили и ужаснули всех присутствующих, включая ошеломленных короля и королеву.
Фреир отодвинул рукав Алессы, чтобы увидеть золотистый узор Истинности на ее запястье. Он понял, что чувствовал морок на ее метке...
– Я… я только что… чуть не убил Истинную сына, – Фреир смотрел пустым взглядом, убирая лезвие от шеи Алессы.
Принцесса, освобожденная от хватки Фреира, разбираемая дрожью, упала бы на пол, но была подхвачена и притянута к себе Сэмом. Скрыта его руками. Прижата к сердцу.
Фреир отступал назад, наблюдая сквозь пелену слез, как обессиленная страхом Алесса прижимается к груди его сына… Истиная его Сэма.
– Прости меня, сын… – обреченно прошептал Фреир и кинулся с обрыва, обращаясь с помощью кулона во свою вторую ипостась.
– Фреир! – закричал король и ринулся за ним, совершая оборот.
***
Огромный рубиновый дракон взмывал ввысь, нагоняя золотого дракона.
– Что Фреир намерен сделать? – испуганно спросила Теона, когда Эйден напряженно смотрел за удаляющейся фигурой отца.
– Убить себя… Или? – Эйден замолк, а его глаза расширились в ужасе, когда золотой дракон замер в воздухе, сложил крылья и принял свободное падение…
Но ужас был не в том, что Фреир напоследок решил прочувствовать свою вторую ипостась и умереть… Нет…
Рубиновый дракон, который не мог оставить своего друга, хоть тот был уже не в состоянии вспомнить их былой дружбы, он схватил его задними лапами, желая спасти, удержать. Но несся так же вниз, на выступающие скалы.
Завязалась борьба. Золотой дракон не желал быть спасенным. Он, то отталкивая, то переплетаясь крыльями с рубиновым, все же, утягивал и Аарона на острые вершины.
– Аарон! Нет! – горькое Сантии…
– Тео, я вернусь! – брошенное Эйдена своей Истинной, чтобы после, подбежать к обрыву, совершая оборот.
Принц… Который был способен обратиться во вторую ипостась, даже без королевского обряда. Он в образе дракона собрался спасти отца...
– Эйден, нет! – пронзительный крик Теоны…
Потому что сердце молодой девушки собирается разорваться на части, когда ее рубиновый дракон уже взмывает ввысь, чтобы долететь до борющихся в воздухе драконов… Чтобы схватить в лапы, утягивая к небу от пропасти исцарапанное тело Короля-дракона, изранненое золотым драконом, не желавшим жить.
Все происходит быстро, в звенящей тишине. В немой борьбе… где золотой дракон достигает желаемой цели, обрушивая свое тело на острые скалы… утягивая за собой двух рубиновых драконов…
