Текст книги "Утраченная истинная (СИ)"
Автор книги: Нина Море
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)
Глава 23. Мой Истинный
Теона
Почему он такой упертый. Нет, я, конечно, знала, что драконы очень капризны. Как дети, честное слово! Но чтобы вот так, когда тебе плохо, убегать…
Понимаю, что вся моя злость на Эйдена – это на самом деле жуткое волнение.
Все мужчины как дети, и даже драконы.
Выбегаю из комнаты, хочу найти королеву или Абрахама, сообщить им об Эйдене, но, кажется, это бесполезно. Не могу понять, почему, когда они так нужны, их не сыскать. Вижу впереди Кетти со стопкой вещей, она замечает меня и разворачивается, уже спешит обратно.
Что это значит?
Догоняю ее, хватая за рукав.
– Кетти, ты не знаешь, где королева? Или доктор Абрахам… Или Алесса?
– Ваша Светлость, не могу знать, – Кетти врет. Но вот для чего? – Доктор Абрахам направился в… в… не могу знать. А Алесса, кажется, гуляет по замку.
– Ясно, – разочарованно выдыхаю.
Не вижу смысла ее пытать расспросами. Очевидно, что нас оставили одних и никто не вмешивается.
Отлично, я брожу по замку одна, и это после того, как сам король дал наказ нам с Эйденом быть вместе, чтобы Фреир не смог ничего подстроить.
– Алесса! – кричу, наконец замечая ее фигуру в конце коридора.
Подбегаю, видя, что ее глаза немного раскраснелись, будто она плакала. Почему-то кажется, что причина ее печали заключается в Сэме.
– Алесса, что-то случилось?
– Не твое дело! – принцесса отворачивается, вытирая слезы. – Чего тебе?
– Эйден… Ему плохо… Он… – не могу договорить, потому что вижу, как реагирует принцесса.
Алесса закатывает глаза, нервно смеясь.
– Теона, ты такая глупая, или прикидываешься?
– Отлично, Алесса… – выдыхаю. – Ты не умеешь разговаривать по-другому. Хватит колоть ядом!
– Тогда будь с Эйденом! – почти срывается на крик. – Будь рядом с ним, поддерживай, не отталкивай! Да спи ты с ним наконец!
– Алесса, – хмурюсь, подхожу ближе, чувствуя, что ей самой нужна поддержка тоже.
Ее что-то гложет, то, чем она не может поделиться. Но принцесса отступает.
– Мой совет тебе, Теона… – Алесса говорит это уже спокойно и устало. – Не будь с*кой. Эта должность в нашей семье уже занята… Мной… – горько улыбается, покидая меня.
Закрываю ладонями лицо. Как это не парадоксально, ее слова отозвались в моем сердце. Возвращаюсь в комнату. Нужно о многом подумать и все взвесить.
Перевожу взгляд на трюмо, где стоит флакон с лекарством. Я могу вернуть магию… Но дар созидания пропадет. На сколько это правильный обмен? Дар созидания дает жизнь и возрождает, как я уже убедилась… Но магия – это то, что дает власть, силу и уверенность… Но если мне довериться кому-то…
«Книга!»
Вспоминаю, что никак не прочту «Наследие драконов». Ищу ее, роняя вещи. Наконец нахожу. Открываю, перелистывая до главы об истинной связи. Съедаю строки. Пока не натыкаюсь на описание наказания за «глумление над истинной связью».
Содрогаюсь, когда узнаю, что дракона, погубившего священные узы истинности, а это именно предательство или насилие над Истинной, ждет мучительное наказание.
В книге есть описание этого наказания для дракона. И оно максимально детально прописано. Приводится пример о неком ледяном драконе, который предал свою Истинную (как предал – умалчивается), за что был заточен в жерле потухшего вулкана. Его приковали цепями и оставили умирать… Жуткая смерть. Взрагиваю, когда на секунду представляю Эйдена на его месте.
Нет! Нет! Нет! Мне больно думать об этом...
Кладу книгу на стол дрожащими руками. Перевожу взгляд на дверь в стене… Я не чувствую там Эйдена… Понимаю, что он и не ночевал там вовсе, но все равно открываю дверь, осторожно проникая в помещение.
Пустота и разруха… Наверное, здесь ничего не изменилось с тех пор, как семнадцатилетний Эйден перевернул тут все кверху дном. Прохожу дальше, распахивая окно. Уже смеркается, но хотя бы становится немного видно окружающие предметы. Сломанный шкаф, захламленный стол, разбитая люстра и разбитые зеркала.
На мгновение мозг подбрасывает отчетливое изображения совсем юного Эйдена. Он ниже и намного уже в плечах. Его волосы короче, но от магической борьбы в этой комнате, они растрепались и скрывают половину лица. Он стоит, переводя дух, не может отдышаться от того, что крушил здесь все. Оглядывает помещение, и к нему приходит осознание, что это все не поможет обрести его Истинную. Эйден быстро садится за стол, берет лист и чернила, что-то стремительно пишет. Его руки перепачканы в черной краске, он очень быстро записывает некое послание и, кажется, что-то рисует… Но неожиданно, Эйден поднимает взгляд и смотрит мне прямо в глаза… Встает и… Видение обрывается, растворяясь, как мираж. Я видела все это через пелену слез, видела это сердцем.
Подхожу к столу и выискиваю этот покрытый пылью листок. Поднимаю его и сдуваю пыль. Глаза начинают бегать по строкам и постепенно наполняться слезами.
«Моя Истинная, я знаю, что ты существуешь. Я чувствую тебя. Я так явно чувствую и вижу тебя, что не верю в свое проклятье, которое собралось украсть тебя у меня. Я не верю, что оно на столько сильное, что сильнее моей веры.
Моя Истинная, я вижу тебя во снах. Я ищу тебя среди людей. Но чувствую, что ты очень далеко. Чувствую, что тебе также одиноко, как и мне. Нам с тобой одиноко друг без друга. Прости меня за это. За то, что я не рядом, что не в твоем мире. Но я обещаю, что пройдет немного времени, и я найду тебя… и заберу себе. Я чувствую тебя, моя далекая. Я чувствую твой образ. Ты нежная и красивая, лучезарная и чувствительная.
Иногда мне кажется, что тебе, в твоем далеком мире, очень тяжело и больно, и ты также думаешь и мечтаешь обо мне. В эти моменты мое сердце разрывается, и я хочу украсть тебя ото всех. Подожди немного… И мы обязательно встретимся…»
Кладу на стол это пропитанное моими слезами письмо. Где внизу нарисован небольшой портрет девушки… И это мой рисунок. Это я, которая сидит на краешке выступа скалы, вдыхая запах гор и свободы… Мои волосы разметал ветер, а недалеко лежит рюкзак путешественника… Такого никогда не было. Но это то, что я всегда представляла.
Отступаю к двери. Грудь разрывается от рыданий. Эйден чувствовал меня. Он чувствовал, что мне было безумно одиноко в своем прежнем мире. И да… Я мечтала, что где-то живет мой принц, который так же думает обо мне и мечтает о встрече со мной, хоть пока и не видел меня.
Перевожу взгляд на флакон с лекарством, а затем на свое запястье… Морок спал… Хоть еще и не ночь… Алесса предупреждала, что действия заклинания хватит только на некоторое время.
Осматриваю этот небрежный шрам.
Решено… Я оставляю дар созидания! Провожу ладонью над своим запястьем со шрамом. Я все для себя решила. Я понимаю, чего хочу.
Я прощаю Эйдена! Я не хочу нести эту отравляющую душу обиду всю жизнь. Я хочу быть его Истинной.
Смеюсь сквозь слезы, а в сердце разливается тепло, когда вижу, как постепенно исчезает мой шрам, как и душевная боль, а из-под него начинает виднеться узор истинности. Ярко-алый и такой прекрасный узор.
Получается, я могла сама себя исцелить, стоило только захотеть этого от всей души. Узор истинности меняется, а на конце вязи проявляется небольшое изображение цветка… магнолии.
В голове вспыхивают воспоминания. Образы меняются. Я вижу Эйдена, вижу то, как он целует меня, слышу, какие говорит горячие слова, наполненые страстью, желаниеи и тоской. Как потом несет меня по замку и взволновано ждет вердикта врача. Как получает пощечину от отца, и как сокрушается о своем поступке.
Я бегу уже по коридору, спешу, не понимая куда. Я все еще вижу образы. Эйден прижимает меня к себе, когда я вздрагиваю во сне. А теперь, вижу, как он мучается в агонии, царапая свою грудь. И понимаю, что это его душевная боль, которая стала физической. Он зовет меня. Дракону необходима его Истинная.
Эйден не говорил мне ни о чем. Не пытался давить на жалость. Не рассказал даже о том, что его ждет смерть, если я его отвергну. Он дал выбор мне, пожертвовав собой.
«Эйден! Где ты? Ты мне нужен!» – кричу в своих мыслях.
Останавливаюсь возле небольшого выступа в стене, я не понимаю, чем он привлек меня, но чувствую, что там есть дверь.э Прикасаюсь и слышу щелчок. Теперь могу отодвинуть дверь тайного хода. Пробираюсь по узким лестницам, иду наугад. С каждым шагом мое сердце бьется сильнее. Пока не останавливаюсь возле новой двери. Толкаю ее. Прохожу в тускло освещенное помещение.
Здесь также разбита мебель. Перешагиваю через поваленный светильник, застываю на месте, потому что вижу Эйдена.
Он лежит на кровати, облокотившись на подушки, из открытого окна проникает ветер, который колышет ткань разорванного балдахина.
Ступаю ближе, и мое сердце замирает с каждым шагом. Грудь Эйдена разодрана до крови. Взгляд останавливается на огромных бороздах от когтей на деревянном изголовье кровати. Эйден сдерживал оборот...
Присаживаюсь на край, касаясь лица Эйдена. Чувствую, что он горит, еле слышно дышит, а из его глаз… льются слезы.
– Эйден! – зову его, осторожно приближаясь, стирая дорожки слез.
У него такое безмятежное лицо. Будто он умер, смирившись и приняв наказание.
Касаюсь ладонями груди Эйдена, хочу забрать его боль.
– Пожалуйста, живи, Эйден, – мое сердце не стучит, оно будто умерло, когда я увидела своего дракона таким.
Своего дракона... Он же мой. Я хочу, чтобы он жил. Я хочу быть с ним. Только с ним. Он перевернул все в моей душе, но и намертво засел там, он стал мне необходим.
Ложусь рядом, кладу голову Эйдену на плечо. Ладонью все также касаюсь его груди, поглаживая.
Что я наделала… Эйден – это тот мой дракон из моих снов. Который уносил меня в небо, и который умирал, прося у меня прощение напоследок. Он мой Истинный. Я предала его не меньше. Но купалась в своей обиде. И моя обида стоило его жизни.
– Эйден, ты мне нужен! – мой голос срывается.
Осторожно поворачиваю лицо Эйдена к себе, осторожно целую в губы. – Я прощаю тебя, мой дракон! И ты прости меня… – целую снова.
– Теона… – слышу его тихий голос.
Распахиваю глаза, вижу, как ресницы Эйдена подрагивают.
– Эйден, это я. Я с тобой. Я рядом, – громче говорю, начинаю зацеловывать его лицо, обхватив его ладонями.
Эйден дышит глубже, шумно выдыхая, но не открывает глаза. Словно не верит в происходящее. Касается своими руками моих. Он слишком слаб.
– Прости меня, Тео, – говорит так, словно прощается. Будто бредит.
– Эйден, ты мне нужен! Я прощаю тебя. Это я, это не предсмертное виденье! – немного улыбаюсь, но это нервное. Глаза щиплет от слез.
Присаживаюсь на кровать нависая над своим принцем. Отнимаю ладонь с его груди, и вижу, что его ран больше нет. Испытываю невероятную радость и восторг. Получилось...
– Теона, это правда ты, – Эйден открывает глаза, смотрит на меня, слегка улыбаясь, а я чувствую сердцем его нежность.
Эйден касается ладонью моего лица, он сейчас видит мою улыбку тоже.
– Я чуть было не потеряла тебя… – говорю, видя блаженное лицо Эйдена.
– Тео… Ты пришла ко мне, – выдыхает, словно я действительно успела до чего-то необратимого. – Я люблю тебя, моя Теона! – слова Эйдена. И я забываю, как дышать.
И следом он притягивает меня к себе и нежно целует. Целую своего дракона сразу же в ответ, скользя по его груди ладонями. Эйден приподнимает меня, заставляя сесть на него сверху. Вздрагиваю, когда чувствую его… желание. И Эйден останавливается, смотря на меня с беспокойством, но и успокаивает свои порывы, ожидая моих слов. И я не хочу, чтобы он останавливался.
– Эйден… я хочу узнать… как это могло быть.
Глава 24. Эйден и Теона
Теона
– Эйден, я хочу тоже… любить тебя… – шепчу, склоняясь над ним.
Эйден, словно не верит в услышанное. Поглаживает мои бедра, ведет ладонями к талии, вдавливая большие пальцы в живот, немного отстраняя и снова прижимая к себе.
Мое платье слишком тонкое, или это тело стало больше ощущать?
Принц смотрит на меня с трепетом и желанием, но понимаю, что он еще и прислушивается ко мне и, скорее всего, боится напугать. От этого медлит, наблюдая за мной. Его глубокое дыхание и высоко вздымающаяся грудь с потемневшим взглядом в сумраке этой комнаты говорят о том, что мой дракон сдерживает порывы и, кажется, дает мне право первого шага. А еще любуется мной, словно наслаждается моментом, пытаясь его запомнить. И это понимание разливается жгучим теплом.
Рассматриваю Эйдена, теперь не боясь: твердые мышцы, поджарое тело, красивое лицо с мужественными чертами. Провожу пальцами по рельефу его пресса. Я совершенно не знаю, что делать и как вести себя. Но моя неопытность переплетается с откуда-то взявшейся невероятной самоотдачей. Кладу свои ладони поверх его, которые сжимают мою талию. Выгибаюсь в пояснице и ловлю жаркий взгляд.
«Он же мой! А я его!» – мне нравятся эти мысли. И Эйден не подлец! Я не хочу терять его. Я простила… Да! Наверное, еще тогда, после встречи в саду, возле дерева с домиком.
Я доверяю ему. Я чувствую, что ему можно довериться, и, вместе с тем, хочу этого.
Смотрим друг на друга, тяжело дыша. Я невероятно хочу, чтобы Эйден начал действовать, потому что иначе, я сойду с ума.
– Эйден… – выходит тихо просяще, и в моих умоляющих глазах принц прочел все, о чем я думала только что.
Больше ничего не требуется, мой Эйден снова целует меня, умело сминая мои губы, а я чувствую невероятное облегчение. От слабости Эйдена не осталось и следа. Он присаживается, чтобы придвинуть меня ближе к себе. И, ощущая его желание, внутри больше нет страха, только предвкушение.
Целоваться у нас уже совсем не получается. Потому что, и я, и Эйден, улыбаемся, как только касаемся губ друг друга. И то и дело рассматриваем лица друг друга, словно только что увидели. Я прикасаюсь пальцами к губам Эйдена, как и он к моим. Глажу его лицо, как и он мое. Это, и немного смешно, и такая игра распаляет нас не на шутку.
А еще я вижу счастье в глазах своего принца, в этих темно-рубиновых глазах. Счастлива и я. Он проводит большим пальцем по моей нижней губе дразнящим движением, не продолжает поцелуй.
– Моя прекрасная Теона! Ты моя мечта! Тебя не было вечность, – хриплый шепот, а потом его напористый поцелуй-укус, который совсем не сочетается с нежностью ладоней, дарящих ласку, которые поглаживают спину, талию и бедра.
Тело становится очень чувствительным, оно уже живет своей жизнью, двигаясь так, как хочет. Мое состояние похоже на сильное опьянение, где виной всему алкоголь Эйден Ансгар, мой Истинный.
Мне невероятно мешает одежда, дышать в корсаже становится сложнее, все дыхание забирает Эйден. Он, словно прочел мои мысли. Его руки останавливаются на моей спине, хватаясь за шнуровку корсажа. И он рывком разрывает его и отбрасывает в сторону. Следом спускаются рукава и верх моего платья до пояса, обнажая. А я уплываю, полностью доверяя. Позволяя ему инициативу.
«Моя Теона!» – Эйден произносит это так часто, словно заклинание. И да… Это заклинание. Потому что я полностью солидарна с ними.
– Скажи, что ты моя, Тео, – требует до рычания. – Скажи это! – кусает за шею от нетерпения.
Его наглые руки везде. А я медлю, дразня его еще больше, улыбаясь, как дурочка, подставляя шею его жгучим поцелуям.
– Теона… Жестокая Истинная, – смеется, прижимая меня рывком. Заглядывает в мои пьяные и довольные глаза. – Я еле сдерживаю желание воплотить в реальность свои мечты о том, как хотел присвоить тебя. Скажи мне, Тео! – снова рычит.
– Твоя! Эйден, я твоя, – говорю улыбаясь, ластясь. Жмурю глаза, потому что говорящий взгляд одного дракона способен растопить.
Слышу его довольное рычание. Действительно, дракон!
«Я не совсем человек, Теона!» – вспоминаю его слова.
А следом треск ткани, понимаю, что разорвано мое белье этим нетерпеливым драконом. Замираем с ним вместе, тяжело дыша, не целуемся, но соприкасаемся губами, когда Эйден приподнимает меня, освобождая себя от одежды, а следом соединяет наши тела.
Обхватываю плечи Эйдена. Это слишком ошеломляюще. Слышу утешительные слова и чувствую его осторожные движения и нежные руки, которые убирают локоны с моего лица. Слишком резкий контраст. Лавина нежности, после страстных речей и обещания меня присвоить так, как он это делал в мечтах.
– Пожалуйста… – не понимаю, о чем прошу…
Но понимает Эйден, и теперь я ощущаю его намного сильнее и ярче.
Совершенно не понимаю, как оказываюсь лежа на спине, чувствуя тяжесть тела своего мужчины. Эйден, не прекращая движение, ведет своей ладонью к моей, переплетая наши пальцы. Следом подносит мое запястье с рисунком истинности к своим губам, нежно целуя узор, блаженно прикрыв глаза, выдыхая. От этой нежности можно умереть. Так не бывает.
«Моя Истинная. Моя Любимая» – слышу голос Эйдена в своей голове, как только его губы касаются узора истинной связи.
И я понимаю, что задыхаюсь от сильных чувств и ощущений, испытывая нечто невероятное. Задыхаюсь до легких слез из глаз. Слез освобождения.
Эйден видит это, склоняется, все так же двигаясь во мне, собирая поцелуями эти слезы. Я вижу, что он улыбается, словно победитель.
Эйден садится на кровати, немного отдаляясь от меня, и так порочно рассматривая мое тело. Его движения становятся более быстрые и резкие, руки сомкнуты на моей талии, должно быть завтра на животе будут синяки, но мне все равно. На миг, перед новой вспышкой ощущений, успеваю увидеть его ярко-рубиновые глаза с вертикальными зрачками. Эйден склоняется, слегка прикусывая кожу на моей шее... завершает наше безумие.
«Мой дракон, я хочу любить тебя!» – думаю, прижимая к себе своего Истинного.
***
– Ваше Величество, Теоны нет в комнате! – сообщила растерянная Кетти королеве рано утром. – И принца Эйдена тоже нет…
– Кетти, все хорошо, – взволнованно ответила Сантия, расправляя на себе платье.
Королева спешно встала из-за косметического столика, совершая в голове слишком много планов действия одновременно.
«Неужели опять случилось непоправимое… Неужели Эйден…» – оборвала свои мысли королева.
– Кетти, принеси завтрак в комнату Эйдена и Теоны, – Сантия было выбежала из комнаты, но обернулась. – Накрой на двоих.
Королева Ансгар спешила к гостевой комнате. Она знала, что Эйден должен был быть где-то там. Будучи эмпатом, она тонко чувствовала своих детей. Но вместе с этим училась сглаживать и уменьшать эту связь, чтобы не навредить детям своей заботой и позволить им принимать решения самостоятельно. Только Аарон мог видеть, как тяжело дается это его любимой супруге. Особенно в последнее время, когда Сантия чувствовала душевную боль их детей.
Королева дошла до нужной комнаты, и ее сердце билось на разрыв. Она боялась узнать, что ее сын мог не справиться, мог сорваться.
Королева верила в сына. Эта твердая мысль придала ей бодрости. Нельзя сомневаться в родных людях!
Толкнув немного дверь, королева с замиранием сердца заглянула… Но, через мгновение, улыбнулась, ведь печаль и тревога развеялись.
На кровати, нежно обнимая свою Теону лежал ее сын, а сама Теона удобно устроилась возле своего дракона, положив голову ему на грудь и по-хозяйски запрокинув свою ногу на Эйдена, словно уже вся уместилась, также нежно обнимая.
И Сантия, закусив губу в улыбке, ругая себя за такое излишнее любопытство, осторожно закрыла дверь, даже затаила дыхание, чтобы не пробудить своих примирившихся дорогих людей.
После, сложила руки на сердце, благодаря Бога за все. Разрешила дышать себе только когда отошла на приличное расстояние от комнаты. Никто больше не знает, что принц со своей Истинной тут, а молодым влюбленным нужно уединение.
Сантия направилась скорее в кабинет к Аарону, чтобы утешить и своего горячего на характер, мужа, но, все же, мудрого и невероятно любящего своих детей…
Глава 25. Будущее дракона
Теона
Утро проникает в комнату золотистыми лучами Солнца. И это первое утро, когда мне спокойно и легко. Я не одна. Прислушиваюсь к себе, чтобы понять: я наконец-то счастлива.
Удобно устроившись на груди Эйдена вывожу пальцем узоры на его предплечье, повторяя линии метки истинности. Ярко-алой. Улыбаюсь, глядя на нее, а после чувствую крепкие объятья Эйдена и его поцелуй мне в макушку. Меня прижимают крепче, заставляя сильнее прильнуть к горячему сильному телу, и мне так хорошо. Мое податливое тело тут же отзывается, и я чувствую на нем отголоски прошедшей ночи. Но и душой я тоже стремлюсь к этому невозможному дракону. Хочу отдать ему себя и забрать его.
Утренняя прохлада проникает через открытое настежь окно, наполняя легкие влажным воздухом. Зябко, но от моего дракона исходит такое приятное тепло, и я еще крепче прижимаюсь к нему, потираясь щекой о его грудь.
Чувствую, что это не осталось незамеченным, Эйден облегченно вздыхает и улыбается.
Приподнимается, заставляя меня лечь на спину, нависает сверху, глядя на меня с таким теплом. Эден ведет рукой по моей согнутой в колене ноге, осматривает меня, скользит взглядом от губ к груди.
– Моя нежная. Ты мое счастье, Тео, – говорит так тихо, улыбаясь, ведя пальцами по моей щеке к губам, чтобы после очертить их контур.
Смотрю в его темно-рубиновые глаза, которые напоминают крепко заваренный чай каркаде или… вишневое варенье. Эта мысль кажется мне милой и смешной, не могу сдержать улыбку. Эйден прищуривается, хитро улыбаясь.
– Твои глаза, Эйден, они снова рубиновые… – веду подушечками пальцев по брови Эйдена, по щеке, видя, как он прикрывает глаза, блаженно улыбаясь.
– Они будут периодически становиться драконьими…
Принц ловит мою руку, целуя пальцы. Ложится рядом на бок, придвигая меня к себе ближе, поглаживает талию, отодвигая тонкую простынь, что была сегодня нашим одеялом. Ловлю мурашки, когда ладонь Эйдена движется к груди. Я не чувствую сейчас стеснения, все происходящее между нами считаю правильным и естественным.
– Обретя тебя, Тео, я обрел и вторую ипостась. Но мои глаза были черные, а потом с вертикальными зрачками, потому что дракон умирал, но, одновременно, стремился к своей Истинной, – говорит так серьезно, а внутри у меня сердце обливается кровью.
Я обхватываю его лицо ладонями, придвигаясь ближе, целую. И Эйден снова улыбается.
– Прости меня, Теона, я очень…
– Я простила, Эйден! И ты меня прости…
Не дожидаясь, припадаю сама к губам Эйдена в нежном поцелуе, но вскоре чувствую сильные объятья, вижу улыбку своего принца.
– Моя Истинная, – с рычанием произносит Эйден и стискивает меня сильнее, словно кот, который поймал котенка.
Присаживается на кровати и сажает меня сверху, заставляя обхватить его торс ногами. Сам же обхватывает ладонями мое лицо.
– Как мне не затискать тебя, Теона! – говорит, закусив губу, пропуская мои локоны через свои пальцы и сильнее, чем обычно, оттягивает голову за волосы назад, заставляя смотреть ему глаза, – … если я уже готов съесть тебя! – жадно осматривает мое лицо.
Слишком гипнотические действия и движения. Меня прижимают, проводят сильными руками вдоль спины к голове, запуская ладони в волосы, отстраняют от себя за них, осматривают жадно грудь и снова притягивают, покрывая поцелуями шею, грудь и снова губы.
– Эйден, твои глаза, – говорю, сквозь поплывшее сознание. – Они драконьи… опять...
Вижу, как Эйден улыбается, глаза его снова с вертикальными зрачками, а улыбка с небольшими клыками.
– Не бойся, Тео, это не ярость... – ухмыляется, наслаждаясь моей реакцией, видя, как растворяюсь или сгораю в его руках. Он слишком доволен. Самодоволен. – Я пока не могу сдерживать этот полуоборот, если сильно... хочу тебя.
– Эйден… – его слова слишком горячи. Но я хочу пользоваться еще большим положением, поэтому… – Так что ты там говорил про свои мечты, мой Истинный?
Эйден резко останавливается, вовсе не дышит, замер в ожидании моих пояснений.
– Ты рассказывал про то, что хотел воплотить в жизнь мечты о своей Истинной, о чем грезил в одиночестве… ночами… – я совсем бесстрашная.
Его мимолетный взгляд, улыбка-оскал. Эйден прикрывает глаза, ухмыляясь.
– Дерзкая Истинная и, видимо, очень любопытная.
А потом, теряя счет времени, дарю себя своему Истинному, вернее, это он забирает без остатка. Кажется, его мечты предусматривали смерть Истинной от переизбытка чувств...
Солнце порядком переместилось. Сколько же времени прошло? Но прихожу в себя обессиленная возле стены, удержанная руками Эйдена, слушая его частое дыхание мне в шею.
– Эйден, нас, наверное, уже потеряли... нужно вернуться, – говорю хрипло, голос совершенно сорван.
– До бала еще много времени, Тео, – коварно улыбается принц, успокаивает свое дыхание.
– Не-е-ет, Эйден, – смеюсь, отстраняясь от его многообещающих объятий. – Я больше не могу. И очень хочу в душ, – отпрыгиваю в сторону, чуть не упав, хватая оторванный кусок балдахина, которым закрываюсь.
– Беги, Тео, – Эйден указывает на дверь, смеясь моему побегу.
Быстро привожу себя в порядок и просто жадно пью воду из крана огромными глотками. Успокаиваю себя. Это же надо, я потеряла голову. Но это мне так нравится.
Эйден идет в душ после меня, быстро возвращаясь ко мне, минут через семь. И я любуюсь его внешним видом. Мокрые черные волосы зачесаны назад, открывая смуглое лицо с точенными скулами, а еще эта золотая серьга в ухе, и полотенце на бедрах.
– Тео, если ты так будешь смотреть на меня, то мы не скоро покинем эту комнату.
Эйден подходит ближе ко мне, притягивая. Спокойно и задумчиво смотрит на меня, заправляя мои волосы, открывая лицо.
– Ну привет, Истинная, – говорит, словно наконец дождался меня.
– Привет, Истинный, – улыбаюсь и сразу же обнимаю...
***
Мы бежим по тайным ходам. Стараюсь не упасть, утянутая за руку Эйденом, а ведь это сложно, мое платье, пострадавшее от рук нетерпеливого дракона, еле держится на мне.
Наконец прибегаем, заваливаемся в нашу комнату. И первым делом целуемся, как какие-то дорвавшиеся друг до друга подростки. Сваливаем на пол торшер и парочку книг, потому что Эйден сажает меня на стол, а я попадаю рукой во что-то липкое.
– Ой, завтрак! – пугаюсь и следом облизываю свой палец, который угодил в вишневый джем.
Эйден отбирает мою руку, и кладет этот палец себе в рот, нежно касаясь языком. И, о нет! Опять драконьи глаза.
– Нет-нет, Эйден, – смеюсь, давясь словами. – Я так хочу есть! – умоляюще смотрю на него, а он смеется так искренне и так нежно.
У него очень красивая улыбка. Эйден выдыхает, отпускает меня, и мы оба хватаем фрукты и блинчики, уплетая все, как голодранцы.
Беру клубнику, откусывая немного, и встречаюсь взглядом с Эйденом. Секунда, и он снова целует, стискивая меня, прижимает к столу. Уже не вижу куда, кладу надкушенную клубнику, зарываюсь в волосы Эйдена на затылке, притягивая ближе.
– Ваша Свет… ой!
Резко останавливаемся. Эйден оборачивается на дверь, а я выглядываю из-за него, вижу покрасневшую Кетти.
– Простите, вас ожидают в бальной зале. Пришел церемониймейстер, он должен сориентировать ваш танец и выход… И я… должна помочь Теоне собраться, – говорит, улыбаясь. Кетти рада… она рада нашему примирению…
Эйден откашливается, отпуская меня.
– Спасибо, Кетти… Я… Сам помогу Теоне... собраться.
Ой, нет…
Хочу крикнуть Кетти, которая запросто кивнула Эйдену и направилась на выход, чтобы осталась, но не могу, потому что смеюсь… от такой наглости одного дракона.
– Эй-ден, – уворачиваюсь от хитреца. – Нас ждут. Я не хочу подвести тебя, из-за своего незнания. Поэтому, поспешим?
– Да, ты права, Тео, – запросто отвечает принц, пожимая плечами. – У нас с тобой каждая последующая ночь впереди. И не только ночь…
Вот же!
Одеваемся быстро. Эйден уже собрался. Брюки, рубашка, жилет, кожаные браслеты, и мой пират готов. А я еще вожусь со шнуровкой, пытаясь затянуть корсет, глядя в зеркало трельяжа.
– Эйден, не поможешь? – говорю запыхавшись. У меня совершенно не получается.
Поворачиваюсь к зеркалу лицом, видя, как за спиной уже стоит Эйден, сосредоточенно оттягивая шнурки корсета. Убираю волосы со спины вперед, чтобы они ему не мешали. Чувствую стяжку, но следом остановку процесса...
Ой...
Смотрю в зеркало и встречаюсь взглядом с Эйденом. С его глазами… драконовыми.
И мне бы напомнить ему, что мы опаздываем, что так нельзя задерживаться, когда все ждут, но… не хочу. Я утянута в пропасть этим гипнотическим взглядом. Сердце опять сбивается с ритма, когда Эйден тянет платье вниз с плечь, неотрывно глядя на меня в отражении.
Секунда, и меня осторожно толкают вперед, животом на стол, прижимаясь ко мне всем телом, сжимая в руках талию, царапая клыками кожу на шее…
***
– Эйден, Теона, движения должны быть более плавные, – господин Жаккер сокрушается. – Мы так ничего не успеем! Эйден, разве этому я учил вас с детства! – он отворачивается, произнося горячо какие-то слова на иностранном языке. – Эйден, вы должны стоять немного дальше от Теоны, а не прижимать к себе свою пару! И не смотрите на нее, словно собираетесь съесть! Это же невозможно!
Как же стыдно! Я не могу сдержать смех, который уже пробирает до слез. Потому что Эйден, как мальчишка, сильно близко прижимает меня к себе, стоит только господину Жаккеру отвернуться.
И вот опять, пока наш многострадальный учитель закрывает глаза рукой, Эйден целует меня, прикусывая губы, а стоит Жаккеру обернуться или поднять глаза на нас, как Эйден уже с серьезным и невозмутимым видом ведет танец.
– Эйден, ты будешь так же себя вести на балу? – шепчу на ухо принцу, постоянно возвращая на талию его съезжающую ниже руку.
– Я буду самым настоящим примером для всех, – шепчет Эйден, следя взглядом за Жаккером.
Эйден замечательно двигается и танцует. Я чувствую его уверенность и крепкие руки, полностью доверяя. Но пока принц не может, то есть, не хочет держать себя в руках... немножечко... совсем... И все время притягивает меня к себе очень близко.
– Я не знала, что ты злостный нарушитель правил, – говорю нарочито строго, немного отстраняясь. – Принц, держите себя в руках!
– Мне не нравится такие правила, где я должен держаться далеко от тебя, – ухмыляется. – И я не хочу держать себя в руках, когда в них ты.
– Эгоист! – улыбаюсь, и при этом, мне так хорошо и комфортно.
– Он самый, – и его самодовольная улыбка просто поражает.
Вот же, наглец!
Фигура танца предусматривает поворот партнерши спиной к партнеру. И как назло, Жаккер в это время протирает лицо платком, и Эйден пользуется моментом, и целует меня в шею. Но, кажется, бедный Жаккер это заметил.
– Ваше Величество, это просто невозможно! Бал уже на носу. А Эйдена подменили! Я просто не выдержу сегодняшний прием!
Останавливаемся с Эйденом, когда в зал входит королева, Алесса и Сэм.
– Господин Жаккер, благодарю вас, – Королева, сдерживая улыбку, подходит к огорченному Жаккеру, берет его за руку и что-то утешительное говорит, а тот очень эмоционально сетует на Эйдена.
А в это время Сэм ухмыльнулся, глядя на нас. Он скрестил руки на груди, облокотившись о стену. Видимо понял, что между нами с Эйденом нормализовались отношения. Понял, как и Алесса, которая опустила взгляд, но кажется облегченно выдохнула.
