![](/files/books/160/oblozhka-knigi-neposlushnaya-igrushka-164930.jpg)
Текст книги "Непослушная игрушка"
Автор книги: Николай Воронков
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Пара секунд паузы, затем он бросился. Я отмахнулся ножом, и он еле уклонился от удара в горло.
Снова пара секунд разглядывания и новый бросок. На это раз я сам бросился навстречу, прямо в объятия когтистых лап. Клыки уже у моего лица, но я успеваю всадить нож ему в живот и рывком вспорол до самого горла. Короткий, полный боли вой, недоумение в глазах, и зверь, цепляясь за меня, сполз на пол.
Снова тишина в зале. Последний из зверей смотрит на меня, на тела на полу, затем, взвыв от ярости, бросается к двери, и, расшвыряв тех, кто пытается его остановить, вырывается на улицу. Теперь уже там крики, шум, но они быстро удаляются.
Я обессилено прислонился к стенке. Вроде всего несколько ударов, но я чувствовал себя словно после разгрузки вагона с цементом. В горле пересохло, голова кружится, ноги подгибаются. Когда ко мне двинулся Текло, я уже в третий раз за вечер приготовился умереть – поводов для новых подозрений я дал предостаточно, а руки налились такой тяжестью, что не поднять. Медленно отступил назад, но ноги не держали и я сполз по стенке на пол.
Но Текло не стал меня убивать. Внимательно осмотрел, что-то сказал своим, но даже не прикоснулся. Затем дал новую команду, люди подхватили убитых мною, выволокли на середину зала и принялись рубить. С мрачной ярость, матами и непонятными проклятиями, будто вымещая свои старые страхи и ненависть. Потом отрубили мертвецам головы, руки, ноги и поволокли куски на улицу. В зале и так всё вокруг было залито кровью, а тут ещё эти устроили скотобойню… Стараясь сдержать тошноту, я отвернулся и встретился взглядом с Вероной. Оказывается, она всё это время сидела рядышком. Бледная, напряжённая.
– Нечего пялиться! Дай лучше напиться.
Верона вздрогнула, быстренько принесла кружку с водой, но я даже не мог руку поднять. Тогда она сама меня напоила, а потом намочила платочек и стала, как маленькому, вытирать лицо. Платок мгновенно стал красным, но мне от такой простой процедуры стало легче. Передохнув немного, я встал на коленки, потом, держась за стенку, смог встать прямо. Верона пыталась помочь, но больше мешала. А когда я, пошатываясь, двинулся на улицу, попыталась даже подлезть под руку и поддержать меня. Вот ведь дура! Я весь был залит кровью и всяким непонятным дерьмом, а эта «сестра милосердия» жмётся ко мне в своём чистеньком платьице. Дура.
На улице воздух был свежее. Но моей истинной целью была бочка с дождевой водой на углу дома. Надо основательно измазаться в чём-то противном, чтобы понять наслаждение от прохладной чистой воды, текущей по телу. Я плескался, смывая с себя кровь и ещё что-то ощутимо неприятное, приставшее к телу, и остановился только когда уже не мог зачерпнуть воду. С меня текло ручьями, но в голове прояснилось. Ещё бы силёнок добавить, и было бы совсем хорошо.
Я огляделся по сторонам. Порядка вокруг стало ощутимо больше. Люди уже не метались беспорядочно, а действовали по какому-то плану. По всему периметру двора горела цепочка костров, возле них дежурили вооружённые люди. В центре двора горел костёр побольше, и оттуда ощутимо тянуло горелым мясом. Видимо, здесь так прощались с погибшими, а может только с этими непонятными «тварками». Мда, весело у них здесь проходят вечера… Может, это одна из причин, по которым в деревне не любят чужаков? Но это уже не мои проблемы. На меня косились, но не приставали и ничего не требовали. С трудом переставляя ноги, я отправился в свою каморку. Верона не отставала, и пришлось корячиться по лестнице у неё на глазах. Ладно хоть теперь она не пыталась мне помочь, а просто шла следом.
Забравшись наверх, нашёл свою клетушку. Единственное отличие от соседних – наличие топчана и большого плоского мешка с неизвестной начинкой, брошенного сверху. Сбросив с себя мокрую накидку и куртку, уселся на топчан, но Верона не уходила. После минуты молчания мне это надоело.
– Леди Верона, я буду спать.
Та вздрогнула.
– Гордан, мне страшно!
– Мне тоже, – признался – но сейчас я хочу спать!
– Гордан, я прошу вас защитить меня – Верона в волнении прижала руки к груди.
– Леди, – я нехорошо усмехнулся – у меня сейчас сил хватит только лечь на вас и закрыть своим телом. Не более.
Верона ощутимо покраснела, но всё-таки смогла улыбнуться в ответ.
– Я буду благодарна даже за такую защиту.
Я безразлично махнул рукой.
– Как знаете. Если вам так спокойнее, можете быть рядом. Но не обольщайтесь. Я не бог и даже не его наместник на земле. Если это будет в моих силах, я сделаю, а нет – не обессудьте.
Я успел только откинуться на некое подобие подушки, как эта зараза без всякого смущения перелезла через меня и устроилась у стенки, спрятавшись за меня как за баррикаду. Несколько минут мы лежали в тишине, а затем сырая одежда дала о себе знать, и меня начала бить мелкая дрожь. Неприятно, но стерпеть можно. И вдруг я почувствовал, как ко мне под рубашку забирается рука Вероны и устраивается на моей груди. Не, она что, совсем обалдела? У неё только одно на уме?! Хотел было заругаться, но рука Вероны оказалась неожиданно горячей, ласковой, приятной, и через пару минут я уже спал.
Очнулся я от ощущения чужого взгляда. Осторожно открыл глаза и встретился взглядом с Текло. Тот спокойно стоял в проёме, слегка опёршись на косяк. Я хотел сесть, но что-то мешало. Поглядел вбок. Ах, да, Верона. Теперь понятно, почему мне так тепло. Верона не просто спала рядом, а как примерная жена прижалась к моей груди, обняла, да ещё и одну ногу на меня положила. Широкая юбка прикрыла ноги на манер одеяла, а симпатичная живая грелка забавно посапывала, и даже чуть улыбалась каким-то своим снам.
Но дело есть дело, и сначала надо разобраться с Текло. Я попробовал осторожно убрать руку Вероны, но та что-то пробормотала и ещё сильнее прижалась ко мне. Мне что, с ней бороться? Покосился на Текло, но тот смотрел совершенно спокойно, как будто видел подобное каждое утро. Уже более решительно я убрал руку Вероны и сел. Верона сонно посмотрела на нас, затем, совершенно не стесняясь, потянулась, тоже села, убрала волосы с лица и только после этого вопросительно посмотрела не Текло. Тот протянул мне пару ножей в чёрных ножнах.
– Твоя вчерашняя добыча.
Вроде я вчера ничего не «добывал», но раз дают… Прекрасные полированные ножны со странным узором, пусть и со следами ударов мечей, удобная рукоятка, обоюдоострый клинок с матовыми разводами. Произведение великого мастера.
– И что с ними делать?
– А что хочешь – равнодушно ответил Текло – Клинки редкие, стоят огромных денег. Владельца будут уважать, а могут и убить из-за них. Так что решай сам.
Я с сомнением повертел клинки – что же мне Текло принёс – подарок или хитрую подляну?
– А вообще, что вчера такое было?
– Тварки.
– А поподробней для меня?
Текло пожал плечами, но, видимо, вспомнил о моей биографии.
– Судя по всему, трое тварков прошли в зал, устроили драку, а один из них хотел… наверное, хотел убить леди Верону. Но тут удачно – Текло споткнулся на этом слове – вмешался ты. Убил двоих, а третий сбежал. Вот и всё.
– А кто они вообще такие? И почему вы их вчера рубили уже мёртвых, а потом ещё и сожгли?
Текло удивлённо посмотрел на меня, но всё же ответил.
– Никто толком не знает. Знаем что есть, живут среди людей, ничем от них не отличаются, кроме силы и ловкости. Но могут по желанию превращаться в зверей и частенько для развлечения устраивают охоту на обычных людей. Выследить, догнать, убить. Иногда просто съедают. Этот лес – он кивнул куда-то в сторону – у них что-то вроде охотничьих угодий. Поэтому все стараются пересечь его засветло, хотя и это не всегда спасает. А то, что порубили и сожгли… Тварки невероятно живучи, и слишком много людей погибло из-за глупой уверенности, что они уже победили, нанеся вроде как смертельную рану тварку. Лучше уж так, спокойнее будет.
Я попытался перевести услышанное в «земные» термины. Получалось что тварки – это что-то вроде местной разновидности оборотней.
– Неужели их нельзя выследить, уничтожить?
– Отдельных селений у них нет, догнать такого зверя в лесу почти невозможно. А в открытом бою на одного убитого тварка получают тридцать убитых солдат. У нас вчера было всего пятнадцать погибших, так что мы ещё легко отделались. Их клинки пробивают обычные доспехи как бумагу, и если бы вчера дело дошло до них… – Текло мрачно качнул головой.
Я невольно покосился на ножи – ничего себе подарок.
– И зачем таким… этим тваркам могла понадобиться леди Верона?
– Кто знает? Может исполняли чужой заказ, может по каким-то своим причинам. Но если учитывать прошлое нападение на вас, то, похоже, на леди Верону кто-то решил устроить охоту. Сначала хотели подстроить обычный плен под предлогом выкупа, которого, скорее всего, не дождаться. Сейчас напали уже чтобы убить. Поэтому я считаю, что нам нужно немедленно отправляться в путь.
Текло выжидательно посмотрел на Верону, но та повернулась ко мне.
– Гордан, ты вчера обещал защитить меня.
Я даже поперхнулся от такого откровенного вранья. Насколько Я помню, я всего лишь разрешил ей остаться рядом со мной. Или она поняла это так, что если я буду рядом, то обязательно брошусь её защищать?! Или я ночью во сне сболтнул что-то лишнее? На всякий случай я решил проверить.
– Что-то я себя плохо чувствую. Наверное, сегодня нужно отдохнуть.
– Как скажешь, так и будет – с готовностью согласилась Верона – Если ты будешь рядом, то мы обязательно доберёмся.
Значит я прав. Ничего конкретного я не говорил, но Верона восприняла это как обещание защиты, и теперь со спокойной совестью прилепится ко мне. И хоть сиди здесь до конца света, хоть иди в обратную сторону, она всё время будет рядом. А вместе с ней и её неприятности. А мне это надо? Наименьшим злом будет, наверное, поскорее довезти её до мифической столицы и сплавить на руки родственникам или кто там у неё.
Я сделал задумчивый вид.
– Боюсь, наша задержка будет только на руку предполагаемым врагам и даст им время на подготовку нового нападения. Так что лучше ехать сегодня.
– Как скажешь… Гордан – на мгновение мне показалось, что она чуть не сказала «дорогой». А дамочка-то начинает наглеть. Неужели надеется с таким напором начать вить из меня верёвки? Надо будет её немного остудить. Как говорят у нас на Земле – «Ночь в постели – это ещё не повод для знакомства». Тем более, что у нас и не было ничего. Или у местной аристократии подобное однозначно воспринимается как обещание жениться? Надо будет узнать поподробнее, а то я вроде как почти честный человек. Иногда.
Верона поднялась с топчана.
– Пойду собираться. Через двадцать минут буду готова.
– Не торопись – остановил я её – У нас с Текло возникли некоторые разногласия в оценке моего поведения…
– После вчерашнего вопросов больше нет – Текло по-прежнему был само спокойствие.
– Тогда я пошла собираться – Верона направилась к лестнице.
Текло повернулся за ней, но я его остановил.
– Текло, про слабость я сказал правду. Я махнул ножом всего несколько раз, но потом не мог даже стоять от слабости. Не знаешь, в чём дело?
Текло задумчиво смотрел на меня.
– Когда тварк в зверином обличье, он обретает способность по желанию забирать жизненную силу врага. Чем ближе он к тебе, тем быстрее ты теряешь силы. А уж если он тебя ранил когтями, впился в тебя зубами, то это вообще верная смерть. Поэтому они и предпочитают против людей без брони и магической защиты действовать именно в зверином облике – так они гораздо опаснее. Одиночка с тварком не справится. Во всяком случае, я о таком не слышал. Тебе повезло. В очередной раз – Текло неожиданно улыбнулся – А может это спасёт и наши жизни, как это случилось вчера.
Уже уходя, он бросил.
– Мои люди будут готовы через десять минут, леди Верона – через двадцать. Всё остальное зависит только от тебя.
Дорога по лесу оказалась совершенно неинтересной. Да и что хорошего ехать по узкой просёлочной дороге? Вокруг деревья, кусты, снова деревья. Глазу даже не за что зацепиться. Сначала я пытался, как и остальные, прислушиваться, высматривать врагов в густой листве, но понял, что это не моё. Зверобоя из меня не получится. Поэтому я решил придумать себе развлечение – ведь такая дорога на целый день. Текло предупредил, что есть мы будем на ходу, чтобы не терять времени. И чем можно себя занять, покачиваясь в седле? Спать? Вроде я себя чувствую неплохо. Что ещё можно придумать? Из доступного оказались только полоски резины. Вырезал грубую, но очень прочную рогульку, от клапана сумки отрезал кусок кожи, и через полчаса работы на коленке сварганил себе очень грубую, очень тугую, но вполне рабочую рогатку. У ручейка набрал подходящих камней и гальки и начал осваивать оружие молодости. Первой проблемой оказалось приспособиться к тугой резине. Второй – научиться точно попадать. Но уже через час появились первые успехи и третья проблема. Только у меня начало более – менее получаться, как не выдержали нервы у наёмников. Они и так были в напряжении, а тут то листья резко зашуршат, то камень звонко щёлкнет по стволу в чаще леса. Подъехавший Текло был мрачен.
– Гордан, ты не мог бы отложить своё развлечение хотя бы до тех пор, пока мы не выедем из леса?
– А то что?
– Я же тебе рассказывал про этот лес.
– Ты говорил, что здесь опаснее ночью, да и не думаю, что тварки здесь толпами ходят.
– Лучше не рисковать. Да и мужики дёргаются, когда за спиной раздаются непонятные резкие звуки.
– А мне скучно! – честно признался я.
Первый раз у Текло заходили желваки, но он сдержался.
– Тогда может ты поедешь впереди? Мы хотя бы будем видеть, куда ты стреляешь и откуда ждать звуки.
В принципе, предложение здравое. Вроде как и я настоял на своём, и мужики немного успокоятся.
– Ладно.
Я перебрался в голову колонны и с полчаса развлекался от души, воображая себя героем игры, проходящим опасный уровень. Вот мелькнула тень – камешек туда. Вот подозрительный контур – галечку. Несколько раз ловил на себе странный взгляд Вероны и мысленно себя поздравил – поглядит она на такого придурка и будет держаться от меня подальше. Но мечтам не суждено было сбыться. Очередной подозрительный контур, куда я влепил камень, вдруг завопил и вдоль ствола дерева что-то с шумом упало. Я ещё не успел понять что случилось, как пара наёмников скрылась в лесу и через несколько минут приволокли парня с ошарашенным взглядом и огромной ссадиной на лбу. Если это я ему врезал, да ещё он свалился с дерева, то про взгляд понятно. Непонятно, только, что он вообще делает в этом лесу? На вид лет двадцать, одежда, в моём понимании, деревенская, из оружия только нож, который уже забрали. И это в таком страшном лесу?
Наёмники тоже этим озадачились, и я впервые увидел местные пытки. Едва парень немного пришёл в себя, ему воткнули иглы в какие-то особые точки на спине. На крики не обращали никакого внимания, и первый вопрос задали только когда он охрип от воплей. Зрелище крайне неприятное. Одно дело убить сразу, и совсем другое – мучить только по подозрению. И ещё меня покоробило, что даже Верона морщилась, но не сделала ни малейшей попытки остановить наёмников. Я уже хотел было вмешаться, но тут парень заговорил, и желание защищать его сразу пропало. Оказалось, что впереди нас ждала засада. Банда небольшая, но удачливая и очень жестокая. И в живых они никого не оставляли. Парень ещё что-то говорил, клялся, что в банде всего несколько дней, но Текло коротким движением воткнул нож ему в шею. Труп оттащили в лес, и Текло, как ни в чём не бывало, спросил:
– Что будем делать?
Ворона посмотрела на меня, а у меня на душе было как-то нехорошо.
– Может, не стоило так… Может, надо было отвести парня в деревню, а там пусть власти решали бы.
– Что решали? – не понял Текло – в ЭТОМ лесу могут быть только путешественники, купцы, тварки и особо опасные бандиты. С ними разговор только один – смерть. А уж каким способом – какая разница? Так что будем делать? Обойти засаду не получится – в лесу лошади бесполезны, да и провести здесь несколько ночей – проще самому себе горло перерезать. Возвращаться в деревню и идти в обход займёт больше недели. Ну а впереди – вы слышали – может быть засада.
Интересный выбор. Дернул же меня чёрт баловаться с рогаткой! Ехал бы сейчас спокойно, а проблемы решал по мере возникновения. А так… Туда плохо, сюда ещё хуже. И неизвестно, где и кого мы ещё встретим.
– А что предложишь ты?
– Я выполняю приказы.
– А всё-таки?
– Лучше вернуться, дождаться большой обоз. Но после вчерашнего побоища на это решатся не скоро. Может придётся ждать неделю, может две.
– А если рвануть вперёд?
– Если ничего не случится, то к ночи выберемся.
– А если случится?
– Здесь и останемся.
Так что же выбирать? Жизнь и смерть – вещи несопоставимые. Но если ждать две недели непонятно чего, да каждый вечер может стать как вчера – то лучше уж вперёд. Чем мы собственно рискуем? На нас нападут. Но тут мы будем почти в равном положении. Руки есть, оружие есть. Обычный бой, а там кому повезёт. Засада даёт преимущество, если она неожиданная, отрезает путь к отступлению и большая часть гибнет, даже не успев обнажить оружие. А если этого преимущества не будет?
– Ладно, сделаем так. Я по-прежнему еду впереди и один. Вы – в пределах прямой видимости, но не приближаясь. Если на меня нападут или перекроют дорогу, то без всякого геройства разворачиваетесь и скачете назад. Вот и всё. Надо только леди Верону пересадить верхом. Кстати, вы умеете ездить верхом?
Верона кивнула.
Один поворот, другой. Нервы напряжены до предела. Самое противное, что непонятно чего ждать. То ли стрелы из леса, то ли дерево поперёк дороги.
В реальности оказался вариант три. Новый поворот, и я вижу на дороге одинокого человека. Стоит спокойно, с интересом поджидая меня. Широкоплечий, в кольчуге, меч и нож у пояса. Я напряжённо всматриваюсь по сторонам, но ничего и никого не видно. Тихо, никто не выскакивает, не орёт. Может это обычный одинокий путник? Не доезжая до него метров двадцать, я всё-таки остановился. Мужик откровенно усмехнулся.
– Да чего уж там, сразу и слазь. И можешь начинать раздеваться.
Меня покоробило. Я снова стал оглядываться – не может быть, чтобы он блефовал и рассчитывал, что одним своим видом запугает противника так, что тот без разговоров его послушается. Мужик снова усмехнулся.
– В лес можешь не бегать. Да и по дороге бесполезно, догоним.
Сделал знак, и с обеих сторон дороги в листве проступили фигуры со странными лицами. Я попытался их рассмотреть и мне поплохело. Двое были обычными, у двоих – волчьи морды. Если это тварки, то можно заказывать себе могилку (если будет что хоронить). Мужик довольно улыбнулся.
– Вижу, ты успел понять, что к чему. Так что шевелись давай, может мы тебя и пожалеем.
Повод для злорадства у него был, но меня смутила некоторая торопливость в его словах. Потом появилось сомнение. Если он тварк, то зачем ему кольчуга и меч? Если человек, то неужели тварки опустились до того, чтобы служить презренному человеку и заниматься банальным грабежом? Всякое может быть, но даже той малости, что я знал, ставило такую версию под сомнение. Я ещё раз огляделся и сомнения усилились. У тварка на постоялом дворе морда была волчья, но живая. А у этих, прячущихся в лесу, были … маски. Вздохнув, открыл сумку, достал стопку своих сюррекенов и послал подарки этим любителей карнавалов. Листья и ветки не могли задержать массивные пластины. Справа раздалось два сдавленных крика. Слева успели среагировать, но одного я всё-таки зацепил. Мужик на дороге смотрел на меня злющими глазами, схватился за меч, но я уже почти не боялся – не стал бы хороший боец устраивать такой балаган. Достав рогатку, влепил этому уроду камнем прямо в лоб. Сначала он не понял, что я делаю, но после удара взревел и бросился ко мне. Я спрыгнул с лошади и выхватил ножи тварков (хороший повод проверить против кольчуги). Мужик был страшен в ярости, с окровавленным лицом, несущийся прямо на меня с поднятым мечом. Но я даже не пытался защищаться или блокировать его удар. Просто поднырнул под его руку за спину и всадил нож в его шею сзади. Крутанулся вокруг и вторым ножом снова в шею, но уже спереди. Потом в сердце. Текло не соврал – клинки входило в тело легко, почти без сопротивления.
Стряхнув кровь с клинков, хотел было похвалить себя, как вдруг сзади послышались крики и из леса выбежали ещё с десяток вооружённых мужиков. Так вот в чём дело! Главарь был совсем не прост, а разделил отряд на группы. Сам отвлекал внимание, вторая группа запугивала волчьими мордами, изображая тварков, но была ещё и группа «поддержки» на случай, если попадётся кто-нибудь не очень пугливый или не очень умный. Все сидели тихо до последнего, ожидая команды, но теперь командовать было некому.
Я было засомневался – хватать меч главаря или оставить ножи? А, лучше с ножами. Тварков все боятся, в том числе и за оружие. И мне они понравились. Главное – не подставляться и побыстрее шевелиться.
Но геройски умереть мне не дали. Раздался новый шум и к нам подлетела группа Текло с поднятыми мечами. Пеший конному не товарищ, это точно. Бандиты пытались сопротивляться, но их хватило всего на пару минут. Я даже вмешиваться не стал.
Дальше наёмники действовали по своему обычаю. Добили раненных, всех обшмонали, забрали всё ценное, тела порубили и сложили на костёр. Особенно досталось тем, кто был в волчьих масках.
– Рубить-то зачем? – не выдержал я под конец.
– В этом лесу ни в чём нельзя быть уверенным – мрачно произнёс Текла – Ты сможешь поклясться, что среди них не было настоящих тварков?
Я отрицательно покачал головой.
– Вот я и не хочу рисковать. Так надёжнее. И вообще, зачем было портить кольчугу главаря? – проворчал Текло – Он был мёртв уже после первого удара. Дал бы в глаз, и было бы достаточно.
Я только отмахнулся.
– Если научишь, в следующий раз попробую.
Время мы всё-таки потеряли. Текло ни за что не хотел уезжать, пока тела бандитов хорошенько не обгорят. Уже успели и коляску Вероны пригнать, и даже пообедать, а он всё стоял у костра, думая о чём-то своём. Может какие-то старые личные счёты?
В путь двинулись уже когда солнце перевалило за полдень. Время поджимало, да и настроение у всех было приподнято-мрачное. Вроде победили, но мне местный обычай рубить и жечь мертвецов нравился всё меньше. Это ж как надо достать людей, чтобы они начали так действовать?
Пару раз попались встречные обозы. Текло обменивался какими-то условными сигналами с начальниками охраны, предупреждал о костре и мы ехали дальше. Была и приятная сторона – если люди проехали спокойно, то есть шанс и нам выбраться из леса.
Солнце опускалось всё ниже, появился намёк на сумерки. Если верить Текло, то ещё два-три часа, и из леса мы выберемся.
Очередная поляна, очередной поворот и…
На дороге стояли двое мужчин, и у меня мгновенно испортилось настроение. Вот этим даже не надо было ничего делать – уж теперь-то я узнаю тварков в любом месте и в любом виде. Тем более, что один из них – тот, что сбежал вчера. Второй выглядел примерно на мои годы, но в нём угроза чувствовалась даже на таком расстоянии. А у молодого чувствовалось возбуждение – типа, привёл крутого мужика, сейчас мы с этими придурками поквитаемся.
Я поднял руку в останавливающем жесте, и наёмники схватились за оружие. Но тварки стояли неподвижно. Я огляделся по сторонам. Лес вплотную к дороге, мимо тварков не проскочить. Да и неизвестно, может в лесу нас ждёт засада. Так чего им надо? Стоят молча, ничего не требуют. Хотя, судя по присутствию молодого, цель одна – поквитаться со мной. Может даже остальных и не тронут. Надежда слабая, но кто его знает…
Слез с коня, отправил его к общей группе, а сам неспешно направился к тваркам. Не доходя метров десять, остановился. Старший смотрел спокойно, с лёгким интересом, будто на необычную букашку. Молодой тоже старался выглядеть пугающе уверенным, но его крутило от возбуждения, еле сдерживаемой ненависти. В какой-то момент он не выдержал, зарычал и начал трасформацию. Текло не сказал, до какой степени тварки могут менять тело, но молодой ограничился уже знакомой волчьей мордой и медленно двинулся ко мне. Меня подобное запугивание уже достало и, неожиданно для себя, я тоже зарычал. Звук получился неожиданно низким и сильным. Старший насторожился, а молодой даже сбился с шага, неуверенно оглянулся, но, будто одёрнув себя, снова двинулся ко мне, выхватив нож. Тот бабочкой запорхал в руках. Вверх-вниз, вправо-влево, прямой – обратный хват. Чуть раскачиваясь телом, приблизился ко мне, стараясь напугать, подловить обманным движением. Но я остался неподвижным. У меня вообще появилось ощущение, что и я так могу. Молодой двигался великолепно, но как будто исполнял давным-давно раз и навсегда выученное упражнение. Скоро стали заметны повторы, шаблонные связки, и даже предсказуемые движения. В какой-то момент я почувствовал, что сейчас он ударит, и сделал опережающее встречное движение. Чуть уклонился вправо, нож тварка распорол куртку на боку, а мой нож вошёл ему прямо в сердце. Тварк охнул, попытался ударить меня снова, но я перехватил его руку и всадил нож уже в горло. На этот раз ему хватило. Кровь хлестала из ран, и он стал заваливаться. Я сам оказался весь в крови. Отступил на шаг и зарычал на старшего – сейчас я был готов драться хоть со всем светом. Но тот повёл себя странно. Задержал взгляд на затихшем теле молодого, потом долго смотрел мне в глаза, затем коротко поклонился и неслышно исчез в лесу.
Я напрягся, пытаясь хоть что-то услышать, но мир вокруг был наполнен только привычными звуками леса. Прошла минута, другая, но ничего не происходило. Сзади подъехал Текло, спешился, оглядел тело тварка, затем меня.
– Что это было?
Мне осталось только пожать плечами. Если бы я сам это знал…
До жилья мы всё-таки добрались, но седых волос у каждого прибавилось изрядно. Текло не смог уехать, не совершив свой жестокий ритуал. Тело тварка обыскали, мне достался очередной нож и мешочек с какими-то предметами, которые я, не разглядывая, бросил в сумку. Труп расчленили, бросили в костёр, и потянулись минуты томительного ожидания.
Ситуация была страшна своей обыденностью, что ли. Глухой лес, всё более густые сумерки, пустая дорога, посреди которой горит костёр с останками пусть и не человека, но чего-то, похожего на человека. А потом пришло ощущение чужого взгляда. Сначала одного, потом другого. Когда в лесу, в какой-то сотне метров от нас, раздался характерный короткий рык тварка, сомнений уже не осталось. Сомнений в том, что мы своё отбегали. Наёмники сбились в круг, закрывая собой Верону, и схватились за оружие. Я не стал изображать из себя крутого мачо, кричать «к оружию», выхватывать нож. Сейчас это бесполезно. Тварки пока наблюдают и решают, что делать с нами. Вряд ли их привёл тот, что поклонился – он узнал и увидел то, что считал нужным и важным. И уходя за подмогой обычно не кланяются. Скорее всего, это какая-то новая стая. Но неужели их так много в этом лесу? И что у них на уме? Любопытство, желание отомстить, развлечься? Своё присутствие они обозначили и теперь ждут нашей реакции?
Заложив руки за спину, чтобы не было видно, как они подрагивают, стал прогуливаться возле костра. Иллюзий я не испытывал. Троих тварков я убил, но скорее случайно, мне повезло. Схватка ограничивалась одним-двумя ударами. Но если из леса бросятся сразу двое-трое, да ещё со своими ножами, то от нас останутся одни кусочки, которые даже не надо будет хоронить или сжигать.
Страшна не смерть, а вот такое ожидание смерти. Минута за минутой, в тишине, прерываемой только потрескиванием костра, с невидимыми врагами, которые могут броситься в любой момент. Кричать и дёргаться бесполезно, остаётся только ждать и надеяться, что не взорвёшься от звенящего напряжения внутри.
Но невозможно бояться всё время. Постепенно у меня началась апатия, а может какая-то отрешённость. Или я просто успокоился. И зрение почему-то стало лучше – я даже стал замечать крадущиеся тени, неправильно шевельнувшиеся ветки.
В конце – концов мне это надоело. То ли от отчаяния, то ли от желания, чтобы всё это поскорее закончилось, но я как последний придурок достал рогатку и влепил камнем в одну из теней. Да ещё и рявкнул.
– А ну пошли отсюда, а то надоели уже своей вознёй!
Камень, судя по звуку, попал во что-то мягкое, голос от злости прозвучал по-звериному грубо. Я приготовился к последнему бою, но он почему-то всё не начинался. Тени отодвинулись дальше в лес, но не ушли. Я снова заложил руки за спину и снова принялся прогуливаться у костра. Снова минута за минутой ожидания непонятно чего. Да когда же это всё кончится?!
Прошёл, наверное, целый час, прежде чем Текло подошёл ко мне деревянной походкой.
– Гордан, можно ехать.
Я с трудом покрутил занемевшей шеей.
– Ехать так ехать. Но очень медленно и спокойно, а то эти… кинутся, если почувствуют слабину.
Текло коротко объяснил ситуацию остальным, и дальше все двигались как в замедленной съёмке. Медленно и неторопливо разобрали лошадей, медленно взяли полуобгоревшие ветки, чтобы освещать дорогу, медленно, неспешно поехали по тёмной дороге. После соседства с костром ночной лес показался совершенно непроглядным, и света от горящих веток хватало осветить только несколько метров вокруг. Я впереди, за мной коляска Вероны, наёмники прикрывали тыл.
Ещё час такой езды, когда спина аж зудит от чужих взглядов. Когда лес неожиданно резко кончился, да ещё и тучи разошлись, и выглянула луна, я просто не поверил, что мы вырвались. Да и остальные, похоже, тоже. Так и ехали неспешно, как на прогулке. Через пару километров неожиданно наткнулись на постоялый двор. Сторож на воротах начал было бубнить про позднее время, но Текло так рявкнул, что все вздрогнули, будто просыпаясь от кошмарного сна.
Устроив лошадей, прошли в дом. Заспанный хозяин окинул взглядом наш отрядик и только протянул.
– Досталось вам…
Быстро и сноровисто уставил стол тарелками и кувшинами, но есть мы не стали. Все потянулись за кувшинами. Кто пил прямо из горла, кто смог налить в кружку – пил из кружки. Я вообще не почувствовал вкуса, и лишь увидев дно кувшина, почувствовал, как меня начинает немного отпускать.
Мы ещё немного посидели, уже более спокойно прикладываясь к кружкам, а потом потянулись цепочкой на второй этаж, где размещались комнаты. Мне досталась довольно приличная, да ещё и с двуспальной кроватью. Не успел оглядеться, как следом почти сразу пришла Верона. Молча смотрела, как я сбросил с себя накидку, как укладываюсь на кровать прямо в одежде и сапогах. Так же молча забралась на кровать и устроилась у стенки. Некоторое время мы просто лежали. Потом Верону начала бить дрожь. Но не от холода, а видимо начало отпускать то напряжение, которое давило на нас последние часы. Вздохнув, я подтянул её к себе и чуть приобнял. Дрожь затихла, но теперь она начала плакать. Тихонечко, задавлено, торопливо вытирая слёзы.