355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Николай Стариков » Кто добил Россию? Мифы и правда о Гражданской войне. » Текст книги (страница 27)
Кто добил Россию? Мифы и правда о Гражданской войне.
  • Текст добавлен: 10 сентября 2016, 17:29

Текст книги "Кто добил Россию? Мифы и правда о Гражданской войне."


Автор книги: Николай Стариков


Жанр:

   

История


сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 30 страниц)

Адмирал Колчак пытается помочь наступающим единомышленникам, и 23 июня 1919 года пишет личное письмо маршалу Маннергейму. Он призывает его начать наступление на Петроград для «спасения неисчислимых человеческих жизней, томящихся под игом большевизма». Смысл послания прост: раз все так удачно складывается и красный фронт рушится, то финны должны ударить по большевикам со своей стороны. А все юридические вопросы взаимоотношений России и Финляндии можно будет решить после победы. В ответном письме Маннергейм не отвергает такую возможность, но указывает, что хотя «существующая… советская власть представляет для нас постоянную угрозу», но независимость финнов надо признать авансом. Колчак согласен, но пока Юденич вырабатывает проект соглашения между странами, в Финляндии проходят выборы. Победитель финской смуты, спаситель страны маршал Маннергейм на выборах… проигрывает! Он этнический швед и именно этим объясняют историки его поражение. В этой связи стоит заметить, что спасать от большевиков Финляндию ему его национальность вовсе не мешала. Зато бывший генерал русской армии Маннергейм – горячий сторонник военного вмешательства в русские дела и став президентом, с большой вероятностью поможет Юденичу. А это означает поражение большевиков и победу белых в Гражданской войне. А вот при его проигрыше на выборах, вопрос о финской помощи откладывается на неопределённое время: новое правительство страны люди «миролюбивые»…

Чтобы обеспечить нужный результат выборов, прямо накануне меняется финская конституция. В новой редакции основного закона, глава государства выбирался не прямым голосованием, а выборщиками (как это сейчас в США). Простые люди, несомненно, выберут Маннергейма, а вот выборщики все сделают как надо! Но даже в такой ситуации надежда на помощь финнов оставалась, если бы Англия и Франция хорошенько «попросили» Финляндию и надавили на её правительство. Они этого сделали.

Зато никакие катаклизмы не сбивали англичан с чётко взятого курса на уничтожение русского флота. Ещё до восстания фортов, британские корабли делали неоднократные попытки выманить русские корабли в Копорский залив и атаковать их подводными лодками. Первые попытки англичан потопить там «что-нибудь» заканчиваются для них печально. 17 июня 1919 года миноносцы «Азард» и «Гавриил» потопили британскую подводную лодку Л-55. Теперь уничтожением «Олега» британцы, как бы берут реванш. Но, на этом не успокаиваются. Как вы думаете, когда и кто совершил первый авианалет на Петербург-Петроград-Ленинград в его нынешних границах? Первыми на ум приходят немецкие самолёты, но пальму первенства у них украли именно британские лётчики. 18-го июня 1919 года, группа базирующихся на территории Финляндии английских самолётов сбросила бомбы на Кронштадт. Этот день и открыл печальную статистику питерских бомбёжек. С тех пор налёты стали регулярными: 29, 30 и 31 июля – бомбёжки; с 1-го по 13-е августа – почти ежедневные налёты английских самолётов. В результате 3-го августа Кронштадт подожжён с четырёх сторон. Британские лётчики не менее пунктуальны, чем немецкие. Все налёты, утром и вечером – по часам, в одно и тоже время. Эффективность их крайне низка, как впрочем, и потери самих самолётов. Зенитной артиллерии Кронштадта удалось впервые сбить вражеский аэроплан, только через три месяца после начала бомбардировок

18-го августа англичане решают атаковать Кронштадт по-другому. Авиаудары отвлекают внимание, а ночью восемь британских торпедных катеров под руководством коммандера (капитана второго ранга) Добсона, должны уничтожить основные корабли Балтийского флота прямо в гавани. Катера проходят через минное поле (британская разведка снова на высоте! ), там, где их не ждут. Результатом атаки стало серьёзное повреждение линкора «Андрея Первозванного» и потопление плавбазы «Память Азова». Основная цель британцев – дредноуты, остались целы. Ответным огнём уничтожено три английских катера. Потери большевиков – один комиссар и один матрос. Потери британцев – 15 убитых и 9 попавших в плен моряков.

Но вернёмся к крохотной белой Северо-западной армии. После упущенного благодаря англичанам шанса с восставшими фортами, начинает сказываться её неподготовленность к столь масштабному наступлению. Начинает ощущаться нехватка командного состава, так как много офицеров, причём лучших, убито и ранено. Новыми пополнениями некому командовать. В Финляндии находится множество офицеров, которые горят желанием отправиться к армии. Однако англичане не откликаются на просьбы переправить их в Северо-западную армию. Отдельные офицеры на свой страх и риск на рыбачьих лодках самостоятельно пересекают Финский залив. «Союзники» им не помогают, тысячи офицеров так и в Финляндии и остаются.

В то же самое время у белых заканчиваются боеприпасы. Помощь обещали, приезжавшие «союзные» миссии. Они же сообщили, что все поставки будут осуществляться через Юденича, который в июне 1919 года указом Верховного правителя России адмирала. Колчака был назначен главнокомандующим войсками. «На запрос мой, почему не приходят обещанные орудия, винтовки, обмундирование, автомобили и т.д., – пишет в мемуарах генерал Родзянко – английские представители давали категорические заявления, что пароходы уже погружены, вышли из Англии и вот-вот прибудут в Ревель».

Такие обещания – это сигнал, что белое наступление слишком успешно, надо его немного притормозить. И англичане тормозят: поставок нет, переход флота на сторону белых сорван.

Да тут случайно, независимые гордые эстонские войска, которые от совместных действий отказались, вдруг неожиданно, без предупреждения, начали откатываться назад. «Этот отход является следствием не стратегических, а политических причин рассказывает нам советский сборник „Гражданская война 1918-1921“ – Эстонское правительство опасалось возрастания мощи Северо-Западной армии, служебным лозунгом которой являлась „единая и неделимая“.

Оказавшись с оголённым флангом, белые остановились, а потом тоже отошли назад. Тут то подоспели и английские пароходы – как только началось отступление! «В самый момент отхода… в Ревель прибыли пароходы с танками и снаряжением» – пишет Родзянко. Простое совпадение, скажут историки. «Союзная» политика уничтожения России, и её закономерное следствие, скажем мы! Разве не очевидно, что английская помощь приходит всегда не вовремя!

В результате своего отхода Северо-западная армия к концу августа сохранила за собой небольшой плацдарм (120 км в ширину и 20 км в глубину) вокруг города Гдова. Уставшая, но численно возросшая в несколько раз армия отдыхала и переформировывалась. Но у «союзников» на неё совсем другие виды. Вслед за Колчаком и Деникиным в гибельное наступление должна броситься и армия Юденича. Крошечная армия должна снова двинуться к колыбели революции – Петрограду. Это наступление вынужденное. Выдавленное и навязанное «союзниками». К сентябрю у Юденича всего 18 500 штыков и сабель, 57 орудий, 6 танков, 4 бронепоезда. У красных – 26 650 бойцов, 148 пушек и масса резервов, которые можно перебросить из Москвы. Наступать в такой ситуации на миллионный город для белых безумие и Юденич не хочет этого делать. Он уже знает цену «союзным» обещаниям и эстонской поддержке. Но англичане оказывают на него такое давление, что ничего другого генералу не остаётся. Ведь необходимо завершать войну и на этом фронте.

Ничем хорошим наступление Юденича закончиться не может. Это ясно и его противникам. В списке авторов книги «Гражданская война 1918-1921» Егоров, Тухачевский, Эйдеман, Вацетис. Цвет большевистских полководцев. Их практически всех ликвидируют во время сталинских репрессий. Но до этого они напишут и выпустят книгу об истории русской междоусобицы. В ней красные военные выразят своё мнение: «Наступление Северо-Западной армии, являясь жестом отчаяния со стороны противника, в дальнейшем в силу крайнего неравенства сил обеих борющихся сторон не могло развиться в сколько – нибудь крупную операцию».

Генерал Родзянко, командовавший армией в период отсутствия Юденича, к началу сентября 1919 года замечает странные вещи: «… Чуть не ежедневно в мой штаб приходили офицеры из Английской военной миссии и от имени генерала Марча требовали, чтобы мы немедленно перешли в наступление… Желая закончить переформирование армии, я всячески затягивал начало активных действий, но англичане становились все настойчивее и обещали оказать серьёзную поддержку своим флотом, заняв при нашем продвижении Красную горку и Кронштадт».

Настойчивость британцев можно понять. Всё уже давно решено: ликвидация Белого дела идёт полным ходом, Деникин и Колчак бросились в свою последнюю атаку, а Северо-Западная армия своим бездействием всю эту замечательную картину портит. Давление на Юденича усиливается: англичане фактически гарантируют, что и эстонцы и латыши тоже пойдут вперёд, а британский флот не останется простым наблюдателем. И самое главное: эстонское правительство отвечает согласием на предложение Ленина сесть за стол переговоров. Обеспеченного тыла у Юденича нет, все снабжение возможно только через территорию Эстонии. Если эстонцы заключат с Лениным мир, это поставит белых на край гибели. Англичане дают понять Юденичу, что единственный способ эти переговоры сорвать – это взять красный Петроград. Кроме кнута есть у «союзников» и их обычный «пряник» – поставки. Чтобы поднять дух приунывших белогвардейцев накануне наступления они получают новое обмундирование.

В ситуации такого шантажа у белых выбора не остаётся. 28-го сентября 1919 года Юденич идёт ва-банк! Фланги необеспеченны, войск и артиллерии у наступающих белых меньше, чем обороняющихся красных. Это даже не военная операция, а какой-то набег! Ставка только на неожиданность и скорость удара. Накануне приходит и английский транспорт с вооружением. Но с каким! ! !

Выдающийся русский писатель Александр Куприн тоже был в Северо-западной армии. В своей пронзительной повести «Купол святого Исакия Далматского» он даёт ужасающую картину британской «помощи»: «Англичане обещали оружие. Снаряды, обмундирование и продовольствие. Лучше бы они ничего не обещали! Ружья, присланные ими, выдерживали не более трёх выстрелов, после четвёртого патрон так крепко заклинивался в дуле, что вытащить его можно было только в мастерской».

Мило и приятно идти в бой целому полку, винтовки которого, как по команде стреляют не более трёх раз, а потом превращаются в дубины со штыком. Если бы партию такого оружия поставили в армию времён Сталина, расстреляли бы все руководство оружейного завода. Привезите такие автоматы в нынешнюю армию в Чечню – и это будет расценено, как диверсия. В 1919-м это всего лишь «союзная» ошибка…

Не лучше и присланные танки: белогвардейцы шутили, что это первые модели «времён Филиппа Македонского». Кроме того, английские экипажи сидящие в машинах, уверяли, что дело танков лишь издали производить потрясающее моральное впечатление, а не участвовать в бою! Куприн приводит в своей книге пример, когда генерал-майор Пермикин загонял эти танки в бой, угрожая немедленным расстрелом всего экипажа. Один из танков британцы, в отместку большевикам, назвали «Капитан Кроми». Это символично: лихой английский разведчик чуть не утопил наш Балтийский флот, теперь с того света он постарается «утопить» целую белую армию…

Остаётся только поражаться героизму, благородству и клиническому непониманию белых генералов! Идёт Ликвидация Белого движения, их всех вместе взятых и каждого в отдельности. Не могли им дать хороших танков ( винтовок, аэропланов, орудий) именно потому, что тогда они бы выиграли войну! А они все видели, все описали в мемуарах и ничего не поняли! Потому, что были воспитаны по другому и не могли осознать безграничной подлости и коварства, тех, кто назывался гордым словом «союзники». Но ведь все так очевидно!

Великий русский писатель Куприн горько констатирует: «Англичане присылали аэропланы, но к ним прикладывали неподходящие пропеллеры; пулемёты – и к ним несоответствующие ленты; орудия – и к ним не разрывающиеся шрапнели и гранаты». Снабжение армии – это половина победы. Армия Юденича шла в бой с не стреляющими винтовками, на шести допотопных танках, стреляла не разрывающимися снарядами. На аэродромах стояли самолёты, которые не могли взлететь. И со всем этим барахлом, белые шли в атаку на многократно превышающего их по силам противника. Боролись, жертвовали собой и гибли. Потому, что английские артиллерийские снаряды… не взрывались! Об этом тоже пишет Куприн. В разговоре с писателем капитан Г. рассказывает о бронепоезде «Ленин», основательно попортившим белым крови. Его никак не подбить, он неуязвим.

«Должен сказать, – рассказывает Куприну капитан Г. – что виною отчасти были наши снаряды. Большинство не разрывалось. Мы наскоро сделали. Подсчёт: из ста выстрелов получалось только 19 разрывов. Да это что ещё? Нам прислали хорошие орудия, но все без замков. „Где замки?“ Оказывается – „забыли“…

– Но кто же посылал орудия и снаряды? – спросил я. Г. помялся, прежде чем ответить.

– Не надо бы… Но скажу, по секрету… Англичане…»

Волосы дыбом встают от такого наглого откровенного и циничного предательства «союзников». А Куприн не унимается: «Однажды они прислали тридцать шесть пароходных мест. Оказалось – фехтовальные принадлежности: рапиры, нагрудники, маски, перчатки. Спрашиваемые англичане с бледными улыбками, говорили, что во всём виноваты рабочие-социалисты, которые-де не позволяли грузить материалы для борьбы, угрожающей братьям– большевикам».

Это не анекдот, а цитата из книги Куприна! Приходит пароход в разгар наступления: на нём патроны не того калибра, нестреляющие ружья, невзрывающиеся снаряды. И рапиры, нагрудники, маски, перчатки! «Союзники» даже улыбаются – всё будет нормально, все заменим, не переживайте. На следующем пароходе все приплывёт. Но эти пару недель походите-ка в атаку с рапирами! В нагрудниках и масках. Когда пароход, наконец, придёт армии Юденича уже не будет. Мир праху русских героев – вечный позор, тем, кто их предал!

Белым не хватило для успеха совсем чуть-чуть: последнего усилия, небольшой помощи, свежих резервов. Всего этого они по милости англичан не получили. Но большевистское руководство было в панике. 16 октября 1919 года глава Петросовета Зиновьев выпустил воззвание к «красноармейцам, командирам». Это не просто агитка, это вся правда Гражданской войны, сказанная в нескольких словах: «Опомнитесь! Перед кем вы отступаете? У белых банд никаких серьёзных сил нет. Число их в пятьдесят раз меньше, чем ваше число. У белых нет артиллерии. У белых нет тыла. У белых нет войска, у белых нет бронепоездов. Пресловутые танки белых существуют только в воображении дураков. Белые банды берут вас только на испуг…».

Добавить к этому нечего. На следующий день вслед за Зиновьевым к красноармейцам обращается Ленин: «Товарищи! Решается судьба Петрограда. Враг старается взять нас врасплох. У него слабые, даже ничтожные силы, он силён быстротою, наглостью офицеров…». Ленин знает, что англичане белым не помогут. Рассчитывать на англичан могли только сверх меры наивные и доверчивые белогвардейские генералы. Н. Корнатовский так прямо и пишет в «Борьбе за Красный Петроград»: «Надежда генерала Н.Н. Юденича на получение своевременной и серьёзной поддержки от английской эскадры с моря была только результатом наивной доверчивости»! «При втором наступлении нашем я также никак не мог добиться связи с английским флотом, несмотря на все старания… – вторит ему генерал Родзянко – Флот этот никаких серьёзных действий против Кронштадта не предпринимал, несмотря на определённые обещания». О том же пишет и «красная» «Гражданская война 1918-1921»: «Надежды противника на активное действие английского флота не оправдались.…Оставшиеся суда английского флота сделали слабую попытку бомбардировать Кронштадт».

Левый фланг армии Юденича, со стороны моря, должны были прикрывать эстонские войска и английский флот. Белые войска по требованию англичан отодвигаются подальше от бывших мятежных фортов. Это не случайно. По данным разведки в Красной горке настроение большевистских частей опять неустойчивое, вновь возможен переход на сторону белых. Как и во время первого наступления это будет означать фактический выигрыш сражения. Поэтому белых к фортам пускать нельзя. Эстонцы берут переговоры на себя. И, как вы догадываетесь, никаких переговоров они так и не начали! В результате чего большевики сохранили этот стратегический важный плацдарм на побережье Финского залива. Матросский десант, высаженный большевиками именно в этом месте, где эстонских войск почему-то не оказалось, и остановил наступление белых. Английского флота тоже в нужный момент почему-то в заливе не оказалось! Поэтому огромные пушки кораблей Балтийского флота смогли спокойно громить белую пехоту.

«Всё выглядело совсем радужно, и мы строили планы о том, что будет, когда мы освободим Петроград… – писал в своих мемуарах один из офицеров армии Юденича – Всё было готово для наступления на Петроград на рассвете 22 октября. В ночь с 21 на 22, из штаба было получено донесение о том, что левый фланг армии прорван, так как эстонские части обнажили его, и что высадившиеся матросы у Красной Горки ударили по флангу и ведут наступление. Никаких английских крейсеров, чтобы помочь нам с моря, вблизи не оказалось».

Английская эскадра в тот момент находилась под Ригой, где бомбардировала своим огнём… белогвардейскую русско-немецкую армию под командованием Бермонда. Это, отлично вооружённое и экипированное Германией подразделение, состояло из 10 тыс. русских и 40 тыс. немцев. Странный национальный состав армии объяснялся поражением обеих стран в мировой войне. После возникшего в Германии хаоса огромное количество немецких солдат вступило в неё добровольцами. Этнические немцы из охваченных ветром самоопределения Венгрии и Чехословакии, из отнятых Францией Эльзаса и Лотарингии, враз оказались лишёнными Родины. Найти новую они надеялись на территории России в боях с большевиками. По договорённости с Юденичем части армии Бермонда должны были вместе с Северо-западной армией наступать на Петроград.

Согласитесь, национальность избавителей от Красного гнёта не так уж важна. В Красной армии воюют те же немцы, латыши, эстонцы, китайцы, венгры. Сорок тысяч опытных германских солдат, которым нечего терять – это огромная сила в борьбе с недисциплинированной Красной армией. Именно поэтому Антанта требует удаления всех германцев из армии Бермонда, и только в таком виде соглашается пропустить его на антибольшевистский фронт. Полностью зависящий от британцев Юденич, тоже приказывает от Бермонду так поступить. Тот отказывается – ведь немцы это 80% его армии, и тогда латвийские власти, действующие по указке из Лондона, отказываются пропустить армию Бермонда под Петроград. Он пытается пробиться силой – начинается военное столкновение, в котором английский флот быстро и беспощадно громит белые войска обстрелом корабельных орудий! Стрельба настолько интенсивна, что, по словам очевидцев, местность буквально «кипит» от разрывов. Армия Бермонда разбита, её остатки эвакуируются в Германию. Пятьдесят тысяч закалённых солдат жаждущих громить большевиков, так и не смогут этого сделать. Вспомним, что Северо-западная армия, чуть Петроград не взявшая, составляет менее 20 тыс. солдат. И задумаемся, кому было выгодно, чтобы солдаты Бермонда были уничтожены британской корабельной артиллерией…

Для сравнения: во время наступления Юденича был только один эпизод стрельбы британцев по большевикам. Снова цитируем Куприна:

«Англичане, обещавшие подкрепить движение белых на Петербург своим военным флотом, безмолвствуют, и лишь под занавес, когда большевики, в безмерно превосходных силах, теснят, окружают белую армию, и она уже думает об отступлении, лишь тогда перед Красной Горкой появляется английский монитор и выпускает несколько снарядов с такой далёкой дистанции, что они никому и ничему вреда не приносят».

Случилось это 27 октября, когда части Красной армии, стали сильно теснить белых на восточном побережье Копорского залива. Этот единственный случай английские и советские историки потом будут с гордостью демонстрировать, как доказательство британской помощи Юденичу. На самом деле эпизод оказался комическим. Неожиданный обстрел огромными снарядами действительно привёл непривыкших красноармейцев в расстройство. Они стали в панике бежать. «Но как только было выяснено, что это стреляет английский монитор из 15-дюймовых орудий, паника прекратилась…» – пишет «Борьба за Красный Петроград». Знают красные солдаты, что англичане против них не воюют. Если палит британский корабль, то опасаться нечего! Другое дело, если огромные снаряды швыряют беляки: тогда полундра и спасайся, кто может!

А паника эта, была бы очень уместна. Ведь уже 21 октября белые были остановлены у Пулковских высот. Снова, как и в первом походе на Петроград закончились снаряды, нет резервов. И предательство, предательство, предательство! Те шесть английских танков, что двигались вместе с белыми на город, почему-то в решающий момент в бой не пошли. Об этом редко упоминаемом эпизоде похода, также рассказывает генерал Родзянко: «Отказ полковника Карсона пустить на Пулковские высоты танки, находившиеся всего в пяти верстах от этих позиций, лишил нас возможности занять их».

Положение критическое. Только теперь у белых. Большевики, отбив Деникина, перебрасывают массу войск с московского направления. Напрягая все силы, крохотная белая армия пытается удержаться в предместьях Петрограда. Красные давят, а у белых кончаются патроны и снаряды. Так происходит в каждый решающий момент Гражданской войны! У белых заканчиваются боеприпасы на пороге Москвы и в 12 км от Петрограда. Потому, что поставки патронов и снарядов осуществляют «союзники». Приходится белогвардейцам отбивать атаки красных курсантов и матросов, будучи вооружёнными лишь лживыми обещаниями…

25-го октября 1919 года французы сообщают, что накануне из их порта Брест вышел пароход для Юденича. На нём 58 пушек, 1000 пулемётов, 10 танков и многое другое. На следующий день, 26 октября французы вновь говорят об этом пароходе. Правда, он ещё не вышел из порта, но непременно поплывёт завтра. Этот пароход так и не приплывёт на Балтику никогда. Как и французские боевые корабли, которые обещают в Париже Борису Савинкову французские «сторонники интервенции». «Французский империализм не оказал реальной поддержки Северо-западной армии в тот момент, когда от продолжения таковой отказался английский»– подводит итог «Борьба за Красный Петроград».

В те же дни разворачивается очередная страница трагедии Балтийского флота. 21 октября четыре эскадренных миноносца «Гавриил», «Свобода», «Константин» и «Азард» выходят в море с целью постановки минного заграждения в Копорском заливе. Это, так сказать, официальное задание красного командования. Истинная цель моряков совсем другая. В середине октября группа флотских офицеров вступила в контакт с русским разведывательным пунктом в Выборге и сообщила о желании сдать белым четыре миноносца. Британским морякам просили передать точное время выхода кораблей в море, их точный маршрут и предлагалось не чинить никаких препятствий для выхода миноносцев, зато на обратном пути, выставить в имеющемся узком минном проходе английский монитор с мощной артиллерией. Тогда миноносцам деваться будет некуда, и возглавлявшие их офицеры смогут легко убедить матросов сдаться.

Так и решили поступить, естественно, заручившись одобрением англичан. Ночью миноносцы отправились в плавание. Знаком, что всё происходит по плану, для офицеров-заговорщиков было свечение прожектором с английского судна в направлении движения кораблей. Увидев условный сигнал, миноносцы поплыли намеченным курсом. Они смело двигаются вперёд. У моряков есть карты минных полей, они знают этот единственный проход. А дальше… Дальше на свободном от мин участке минного поля, все миноносцы, кроме «Азарда», взорвались! Хотя и получили условленный сигнал англичан, что всё идёт по плану. На обратном пути экипаж уцелевшего миноносца видел «огневой факел из дымовой трубы неизвестного судна». Англичане были рядом…

Беспечности команд миноносцев, спокойно поплывших на мины, имея полные карты минных полей, поражалась и большевистская комиссия, созданная для расследования причин гибели кораблей. Однако говорить правду было не в интересах Троцкого и Ленина, поэтому, сделав вывод, что гибель миноносцев «представляла собой неизбежное следствие войны», большевики поспешили похоронить погибших в большой братской могиле.

Информация о заговоре флотских офицеров до поры скрывалась, но к 1929 году уже вполне открыто печаталась в советской литературе. Поведение англичан красные историки, конечно, объясняли случайностью. «Только случайная, непредусмотренная, очевидно и самими англичанами катастрофа трёх миноносцев не дала возможность им осуществить план их пленения» – пишет «Борьба за Красный Петроград». Но это была не случайность: британцы, зная точный маршрут миноносцев, намеренно его заминировали. Потом подсветили прожектором, после чего спокойно смотрели за гибелью русских судов.

Обратим внимание на даты: 21 октября. В этот день:

– белые остановлены на Пулковских высотах из-за отказа английских танков идти в атаку;

– три миноносца идя сдаваться, погибли на английских минах;

– ночью прорван левый фланг белой армии и высажен десант матросов, так как эстонские части почему-то отошли назад.

Все это, конечно совершенно случайные совпадения. Но в итоге получилось все, как и задумывали «союзники». Белые начали отступать, а вскоре их откат превратился в бегство. Его причина проста: катастрофу, вызванную уходом эстонских частей с фронта, ещё можно было остановить и отбить фланговый удар красных. Для этого нужны боеприпасы, много боеприпасов. Но именно в этот момент Эстония неожиданно закрывает свою границу для снабжения и пополнения армии! Пограничный шлагбаум опустился.

К 14-го ноября 1919 года Юденич был окончательно разбит, а его армия подошла к эстонской границе и была интернирована. Так пишут в учебниках истории. За красивым иностранным словом «интернирование» скрывается страшная правда. Правительство Эстонии практически уморило воинов Северо-западной армии и множество гражданских беженцев страшной смертью. Как и в случае с румынами, все действия эстонцев не могут быть самостоятельными. За губителями русских белогвардейцев из Таллинна стояли организаторы русской катастрофы из британских и французских спецслужб! Оценивая «странные» поступки эстонцев надо правильно оценивать, кто же вкладывал в головы их «независимого» правительства ужасные для русских решения. «Отношение же к нам представителей Англии при подходе армии к пределам Эстонии имело для неё пагубные последствия: энергичное их требование, обращённое к эстонцам, дало бы армии возможность выйти из создавшегося положения для продолжения борьбы или же для спокойного разоружения» – горько сетует в мемуарах генерал Родзянко.

Подошедшие к границе воинские части белогвардейцев и гражданских беженцев на территорию Эстонии не пускают. «Разгромленные, полностью деморализованные белые были отброшены к эстонской границе – пишет Лев Давыдович Троцкий в своей книге „Моя жизнь“ – Как только они её пересекли, правительство Эстонии их разоружило. В Лондоне и Париже никто о них и не вспомнил. То, что ещё вчера было Северо-западной армией Антанты, теперь погибало от холода и голода».

Несколько суток люди в лютый мороз ночевали прямо на земле. «…Русские полки не пропускаются за проволочное ограждение эстонцами. Люди кучами замерзают в эту ночь» – пишет Куприн. Солдаты, взрослые мужчины могут выжить, большинство замёрзших – это женщины и дети.

Наконец, начинается пропуск на территорию Эстонии. Небольшими партиями, сквозь колючую проволоку. Все оружие сдаётся, и это только начало. Эстонские солдаты прямо на морозе раздевают солдат, снимая новые английские шинели, отнимая ценные вещи и золотые кресты и кольца. После чего людей размещают на станции Нарва-2, в помещениях двух пустующих фабрик. Вокруг них – колючая проволока. Так и должно быть, ведь эти фабрики, по сути – концентрационный лагерь! Условия в эстонском лагере хуже, чем в нацистском: нет кроватей, одеял, тёплой одежды. Нет медикаментов, нет вообще ничего! Рядом на путях стоят тысячи вагонов с имуществом гибнущей русской армии. Там все это есть, но командующий эстонкой армией генерал Лайдонер приказал реквизировать составы со всем их содержимым в пользу Эстонии. «С беженцами из Петроградской губернии, число коих было более 10 тысяч, обращались хуже, чем со скотом. Их заставляли сутками лежать при трескучем морозе на шпалах железной дороги» – писал очевидец о кошмаре, творившемся в Эстонии.

Напрасны протесты Юденича: его армия «союзниками» приговорена. Талабский полк белых, ведя бои с наседающими красными, вышел к эстонской границе последним. Солдаты и офицеры перешли по льду на эстонскую сторону и, как было оговорено, сдали оружие. Но в Эстонию их не пустили, а, направив пулемёты, погнали назад! На другом берегу уже были большевики. Под огнём погиб почти весь полк…

У остальных «счастливцев» очутившихся в Эстонии, участь была ненамного лучше. В условиях эстонских концлагерей вспыхнула эпидемия тифа. От него умерли тысячи людей. В полках насчитывалось по 700 – 900 больных при 100 – 150 здоровых; число больных, не помещённых в госпитали, достигало 10 тыс., общее число заболевших составляло 14 тыс. Помощи от эстонцев не было никакой. Белья нет, медикаментов нет. Даже в бани русских пускать было запрещено! Только когда тиф вышел за пределы белогвардейских бараков, власти стали предпринимать меры. Появились элементарные средства гигиены и… братские могилы. «Когда был отдан приказ почистить бараки и госпитали от трупов, то их наваливали на повозки в несколько ярусов, сверху покрывали сеном, вывозили за город и сбрасывали на так называемое „трупное поле“ – повествует „Борьба за Красный Петроград“.

Картина, как в Освенциме и Дахау! Таков фундамент эстонской независимости! Но молчат правозащитники того времени, не слышно гневных голосов борцов за права человека. Кому есть дело до русских, когда идёт бурное строительство национальных государств? Случись такие зверства по отношению к полякам или к самим эстонцам – был бы повод повозмущаться. Геноцид русских, тем более желавших спасти свою страну, внимания и беспокойства не достоин. Ту же картину, те же двойные стандарты, мы наблюдаем и в современной западной политике.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю